Kitobni o'qish: «Йоги Рамсураткумар – Божественный нищий», sahifa 3

Бхагаван так описал окончательное растворение чувства отдельности: «Этот нищий умер у Лотосных Стоп Свами Рамдаса в 1952 году. Папа Рамдас убил этого нищего. Все, что осталось, – лишь единственно Отец, и ничего иного, никого иного. Нет ни ума, ни мышления, ни планов, ни сознания этого нищего. Нет чувства „правильного“ или „ложного“, нет чувства „благого“ или „неблагого“. Все начисто стерто. Миллионы и миллионы славословий моему Учителю!»

Жизнь после «смерти»

Теперь божественное безумие, граничащее иногда с невменяемостью, неудержимо охватило его. Он то смеялся и плакал, пел и танцевал, то сидел неподвижно как камень или катался по земле в экстазе божественного сознания. Его обожание Папы Рамдаса и Матаджи Кришнабаи проявлялось бесконечным множеством способов и принимало формы, которые не всегда были приемлемыми для окружающих. Со временем Йоги Рамсураткумару пришлось оставить Анандаашрам – по настоянию Свами Рамдаса, который считал, что собственная природа Рамсураткумара и его духовная миссия требовали от него войти в самую гущу бурной мирской жизни. Свами Рамдас сказал ему: «Лесные деревья вырастают высокими и сильными и постепенно становятся пристанищем для многочисленных форм жизни, ищущих убежище от хищников. Садовые деревья никогда не вырастают такими могучими». Когда Учитель спросил, куда он теперь собирается идти, Рамсураткумар спонтанно ответил: «К Аруначале».

Однако потребовалось семь долгих лет испытаний и невзгод, чтобы добраться до пункта назначения, места космической работы Отца, до горы священного огня, Аруначалы!

Глава 3
Годы странствий

Опьяненный Богом, ведомый неумолимой волей Отца, Рамсураткумар не мог позаботиться даже о своих самых насущных потребностях.

Босой, растрепанный, грязный, в лохмотьях, он исходил вдоль и поперек всю Индию – от священного сангама (слияния) трех великих океанов у Лотосных Стоп Бхагавати Каньякумари, через равнины вверх до величественных Гималаев. Вспоминается прекрасная «Песнь санньясина» Свами Вивекананды:

 
«Тебе не нужен дом…
Пусть ни одно жилище тебя не сможет удержать!
Небо – твоя кровля, трава – постель;
а пища – то, что предоставит случай.
Подходяща она или нет – не бери в голову!
Никакая пища или питье не могут осквернить твое благородное Я, постигающее Себя…
Уподобляйся вечно бегущему потоку…
Уподобляйся, отважный санньясин!»
 

Йоги Рамсураткумар на Аруначале (1959 г.)

На этой стадии пребывания авадхутой⁹ Йоги Рамсураткумар прошел пешком всю Индию, погруженный в блаженное сияние истинного Я, свободный от всех пар противоположностей, не связанный социальными нормами и приличиями. Его глаза горели огнем наивысшего Знания. Полностью предавшись Воле Бога, Йоги принимал все происходящее как Милость Отца. Никогда не думая о прошлом и не беспокоясь о будущем, он пребывал безмолвным невыбирающим Свидетелем того, что есть. Бывали дни, когда у него не было ни кусочка еды, ни чашки чая, и дни, когда ему в руки небрежно бросали черствые лепешки. Годы спустя Бхагаван говорил со свойственной ему прямотой, что только в Пенджабе и Гуджарате – особенно в Гуджарате, на родине Махатмы Ганди – люди подавали милостыню с теплотой и добротой! Бывали случаи, когда презиравшие попрошаек даже спускали на этого нищего мудреца своих собак. Гораздо позже, поясняя это печальное положение дел в Индии, Бхагаван говорил своим преданным: «Бродяжничество не считается в Индии преступлением. Веды допускают существование нищенствующих. Великие Учителя принимают форму нищих. Конечно, очень трудно отличить Учителей от обычных попрошаек. Домохозяева иногда дают им еду. Но они не разрешают таким нищим, как я, спать в их доме. Храмы – наше единственное пристанище. Если вы захотите уподобить Индию Европе, великие Учителя перестанут приходить сюда (говорил он со слезами). Если же заботиться о них, они продолжат здесь свои лилы (божественные игры). Если вы один раз накормите нищего, это не сделает его миллионером! Да и вы не потеряете свое состояние».

Во время этих странствий без гроша в кармане бывали случаи, когда за безбилетный проезд его вышвыривали из поезда прямо в поле, где водились змеи, в кромешную ночную тьму. Были случаи, когда его за это арестовывали и сажали в тюрьму. Какими бы путями ни шел Отец (Бог), этого нищего мудреца все устраивало. Он жил, полностью подчинившись Божественной Воле Отца, какой бы причудливой она ни казалась. Зачастую его эксцентричность и чудачества сурово осуждались невежами, что создавало ему большие проблемы. Поскольку махатмы необычайно чувствительны, их страдания зачастую намного сильнее, чем страдания простых смертных. Но этот «безумный нищий» не жаловался и не желал освобождения от кажущейся несправедливой Воли Отца. Он также не жаждал комфортного проживания в собственном доме и сносил тяготы своей беззащитной жизни смиренно, стойко и невозмутимо.

В эти годы этот атиашрами¹⁰ наблюдал за бедственным положением подавляющего большинства своих соотечественников, позабывших богатое духовное и культурное наследие своих ведийских предков и ставших рабами импортированного грубого материализма Запада. Испытывая безграничное сострадание, его сердце начало обливаться кровью за всех бедных, униженных и заблудших. В свете некоторых намеков, оброненных Бхагаваном позже, можно сделать вывод, что Шри Йогиджи на протяжении всего предшествующего периода своей жизни осознавал, хотя и несколько смутно, свою миссию. Он как бы интуитивно чувствовал, что ему придется незаметно ходить среди людей, что повлечет за собой выполнение тонкой и возвышенной работы по тайному освобождению страдающих душ от «подневольного труда», который они сами себе создали, из тюрьмы их отождествления с телом. Он понимал, что для блага мира, которому чувствовал себя обязанным служить, он не должен от него отчуждаться, но должен привести всю свою благочестивую жизнь в согласие с ним. Когда человек расцветает, становясь Божественным Существом, это должно происходить в каждом аспекте, в каждой поре его существа, в совершенной гармонии со всем творением. Так в свете работы Отца он узнал о сильных и слабых сторонах людей, разные их культуры и страны. Он осознал, насколько в наше темное время, Кали-югу, сильна потребность в Рама-раджье (век справедливого правления Рамы); осознал необходимость зарождения всемирной семьи – Васудайва Кутумбакам.

Итак, он начал космическое дело Отца – с большим рвением, но незаметно для других. Позже он иногда говорил близким людям: «Этому нищему поручена великая миссия. И этот нищий выполняет свою работу каждым своим шагом». В «Аштавакрагите» сказано: «Дживанмукта всегда в абсолютном недеянии, его приводит в действие ветер Тотальности. Но он не затрагивается природой этого действия – будь то „греховной“ или „благодетельной“». Некоторым из нас он рассказывал, как иногда Отец приводил его к какому-нибудь знаменитому храму, но не позволял войти внутрь! Он сидел снаружи в стороне и выполнял работу Отца! Один случай особенно показателен в том, как непоколебимая воля Отца буквально таскала его туда-сюда, по самым разным местам. В Эроде, переходя железнодорожные пути, он поскользнулся, и его левая нога застряла под рельсом. Поезд переехал его ногу, раздавив два пальца, и Рамсураткумар потерял сознание! Какой-то человек из Гуджарата отвез его в больницу. Но, не успев оправиться, он, испытывая сильную неприязнь к больницам, сбежал оттуда через окно. До самого конца жизни Йоги Рамсураткумар чувствовал слабость в этой стопе, а в последние несколько месяцев его земного существования она полностью отказала и перемещаться ему пришлось в коляске. И такова была степень его подчинения на первый взгляд немилосердной воле Отца, что он только повторял: «Все это – благословение Отца. Отец знает, что делать, когда и как. Этот нищий не может сомневаться в действиях Отца, как это делаете вы!»

Глава 4
Йоги и Аруначала,
гора священного огня

Величественная гора Аруначала обладает магнетической аурой и необычайной притягательностью, очаровывая серьезных искателей Истины. Ее считают воплощением самого Господа Шивы и божественным испускающим свет маяком. Эта несравненная драгоценность, гора Аруначала, с незапамятных времен была обиталищем великих исполинов Духа – среди которых, из современных: Гухаи Намашивая, Шри Шешадри Свамигал и Шри Рамана Махарши. В дни больших праздников люди обходят гору (путь длиной в 13 км, гирипрадакшина) с верой в действенность ее благодати. Наивысшей заслугой считается получение даршана священного огня, который каждый год зажигают на вершине горы в месяце Картикай (декабрь-январь), в полнолуние.

В 1959 году, согласно божественной Воле Отца, этот одержимый Богом нищий – растрепанный, с безумным взором, одетый в лохмотья, но при этом излучающий божественную красоту, чистоту и радость – оказался у подножия священной горы, ставшей его пристанищем до конца жизни. Здесь никто не предлагал ему пищу или крышу над головой. Кладбища, храмы, навесы посудных лавок и гора с ее пещерами, освященными другими махатмами, стали его излюбленными пристанищами. Здесь он занимался божественной работой – исцелением больных и страдающих от психических проблем, спасением жизней тех, кто оказался в опасности и, самое главное, распространением божественного света там, где царила тьма.

Йогиджи, 60-е годы, Тируваннамалай

В первое время его часто видели под баньяном рядом с автобусной остановкой, но по большей части он принимал посетителей под деревом александрийского лавра около железнодорожной станции. В конце 60-х – начале 70-х к нему стали приезжать молодые люди с Запада. Одним из них был Труман Кейлор Уоддлингтон. После многочасового сидения в состоянии глубокой концентрации в Раманашраме его голова стала раскалываться от боли, с каждым днем все сильнее. Не в состоянии больше сносить боль, он обратился за помощью к Йоги Рамсураткумару. Когда же он ее получил, преданность Кейлора Йоги Рамсураткумару стала столь сильной, что этот святой, сторонящийся в общем-то людей и избегающий всяческого внимания, позволил Кейлору написать самую первую свою биографию. Опубликованная, она оказалась как нельзя кстати и положила конец мытарствам, которые Йоги претерпевал в качестве безумного на вид северянина, говорящего на хинди.

Часто эксцентричность Рамсураткумара делала его мишенью для разных политических преследований, переносимых им с невероятной выдержкой. На его жизнь было совершено много жестоких покушений. На тех тропинках, по которым он, ни о чем не подозревая, каждый день ходил в город и обратно, часто разбрасывали битое стекло. Случалось, что ему даже сыпали в глаза горячую пыль, пока он спал. Бывало, что его забрасывали камнями и избивали до потери сознания. О двух подобных поистине шокирующих случаях рассказывал сам Бхагаван.

Однажды, когда он шел по улице к баньяну (рядом с автобусной станцией), его вдруг обступили три или четыре хулигана. Они отобрали и выбросили его скорлупу от кокоса, веер и бумажный сверток и стали жестоко избивать, тогда как еще двадцать зевак просто стояли поодаль и наслаждались «зрелищем». Никто не помог ему – из-за страха или по каким-то другим причинам, несмотря на то что некоторых из этих людей он знал лично! Это варварство прекратилось только когда прибежал его помощник с тремя друзьями.

В другой раз Бхагаван зашел в чайную, где часто пил чай с ее владельцем, мусульманином. Тот был дружелюбным и говорил на хинди – в те времена это было роскошью для Бхагавана, так как почти никто из здешних не говорил на его языке. И там три или четыре человека – среди которых был и его бывший друг, ставший врагом, – набросились на Йоги Рамсураткумара и избили его. Они сбросили его в ближайшую водосточную канаву и пытались заставить сказать «Долой хинди, да здравствует тамильский!» Но Бхагаван отказался, ответив: «Я бы сказал „да здравствует тамильский!“ Но не „долой хинди“». И они стали бить его палкой по губам, пока он не потерял сознание! Даже в момент написания этих строк меня трясет, когда я представляю себе те зверства, которые злая человеческая природа способна обрушить на головы невинных и добродетельных. Я упоминаю этот инцидент для того, чтобы люди, особенно те, кто считает, что их жизнь полна неописуемых страданий (большинство из которых, скорее всего, капризы нашего эго), увидели, что их страдания – ничто в сравнении с тем, что терпят великие – молча, не жалуясь.

Бхагавану нередко приходилось выносить подобные варварские зверства, притом что он был ни в чем не повинен! К тому же он постоянно подвергался и психологическому давлению – на него сыпались словесные оскорбления. Однако даже покрытый синяками и ссадинами, он проповедовал только терпимость и безмятежность, повторяя: «Мы должны это терпеть. Пусть Отец делает свою работу». В «Аштавакра-гите» сказано: «Наивысшее испытание для дживанмукты – в том, чтобы не вестись ни на какие события или известия, какими бы провокационными они ни были. Он видит только собственное Я даже в своих мучителях». Некоторые из этих случаев произошли в присутствии Кейлора, и он записал в своем дневнике: «Бесконечные козни и происки! Никто, кроме Свами, не смог бы это выдержать! Любой другой сошел бы с ума уже через неделю!»

Об этом периоде Бхагаван говорил: «Этот нищий странствовал, но затем устал от этого. Однако крыши над головой у него не было. Аруначалешвара, в форме горы, сжалился над этим ничтожным грешником, поэтому этот нищий тысячу раз благодарит святую гору и святой храм. Они спасли этого нищего. О! Как великодушен Господь!»

Йоги Рамсураткумар (1970-е гг.)

В этот критический период вышедшая книга Кейлора «Йоги Рамсураткумар, Божественное Дитя» сделала его известным, и издеваться над ним стали меньше. Как упоминал Бхагаван, «эта книга появилась, когда этому нищему уже было невозможно жить и выполнять работу Отца незамеченным. Он даже не мог бы оставаться далее в Тируваннамалае! Благодаря этой книге ситуация стала улучшаться».

Вслед за Кейлором к Свами стало приходить множество людей с Запада. Благодаря общению с Бхагаваном они избавлялись от ошибочного в своих духовных практиках и все больше открывались Божественному. Со временем Бхагаван стал больше времени проводить под деревом александрийского лавра рядом с железнодорожной станцией. Иногда он проводил там весь день, а ночевать шел к посудным лавкам. Сидя под лавром, полностью отдавая себя служению миру, божественный нищий молился – но не о еде или комфорте. Он молил Отца о подлинном благе для всего живого и молил людей, чтобы они повторяли Имена Отца для своего же наивысшего блага. Сформированный Шри Ауробиндо, одним из трех своих духовных отцов, Йоги Рамсураткумар верил в эволюцию всего человечества и, следовательно, в необходимость работы своего Отца. Он сказал: «Этот нищий верит видению духовного Учителя – Шри Ауробиндо – кто мечтал о всеобщем мире и единстве на земле расы духовных сверхлюдей. Эта работа должна быть сделана. Этот нищий будет говорить вам, что это обязательно произойдет».