Kitobni o'qish: «Записки довоенных времен. Без войны и «короны»…»

Фотография на обложке: © Михаил Почуев / ТАСС / Legion-Media.

© Сатановский Е. Я., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

Евгений Сатановский— предприниматель и меценат, президент Института Ближнего Востока и профессор ИСАА МГУ, экс-президент Российского еврейского конгресса, писатель, автор телеграм-канала «Армагеддоныч» и одноимённого стрима на канале СоловьёвLive.

Предисловие

Война началась через год, но мы тогда этого ещё не знали. Сейчас она идёт вовсю и когда закончится, не известно никому, а тогда казалось, что самая большая головная боль, которая на планете есть – это коронавирус. Впрочем, в него многие не верили и до сих пор не верят, искренне считая, что главная проблема тех времён – это идиотский график прогулок по Москве, который невесть кто из чиновников выкатил мэрии и она их на потеху всему городу озвучила, обязательное ношение масок и перчаток (с перчатками действительно проблема – на кой они были нужны так никто внятно и не объяснил), а также обычная при советской власти вакцинация, против которой горой встали все «антиваксеры», сколько их только в стране ни набралось, от религиозных фанатиков до классических светских дур без единой извилины в мозгах.

Самым прикольным фортелем, который только по этому поводу смог выдать интернет, была и остаётся гипотеза про жидкое чипирование, которое то ли Гейтс предложил, то ли Маск, то ли Греф с Чубайсом. Представить себе эту апокалиптическую картину было трудно, однако теории заговора в наше не слишком образованное, дико суеверное и на диво оснащённое информационными технологиями время до такой степени распространены, что многие не самые умные на планете люди и впрямь поверили, что их куриные мозги кому-то нужны до такой степени, чтобы заморочиться их программированием. Глупее была только идея, что система связи 5G способствует распространению коронавируса, но в принципе дураков в мире куда больше, чем дурацких теорий, так что нет никаких сомнений, что такого рода версий происходящего ещё много появится.

Между тем, коронавирус – не коронавирус, война – не война, но автор всё время тексты в свой телеграм-канал по три в день писал и их там технари исправно размещали. Однако со временем расписался до такой степени, что творения его начали занимать всё большие и большие объёмы, которые он честно, как привык, редактировал, снабжал комментариями насчёт календарных событий и сгружал в «Эксмо», где все его книги за последний десяток лет и выходили. Но поскольку так уж получалось, что очередной сборник его скромных заметок формировался каждые два-три месяца, издательство в какой-то момент обессилело и приостановило этот поток книг, достигший объёмов полного собрания сочинений покойного графа Льва Николаевича Толстого. Точнее, переиздало несколько старых, ставших наиболее популярными (и значительно освежённых) книг, а также выпустило новую – совместную с Иваном Стародубцевым книгу по Турции, основная заслуга в создании которой принадлежит как раз Ивану Игоревичу.

При этом рукописи никуда не делись, а поскольку затраченного труда и времени жалко, да и то, о чём автор там писал, помимо текущих политических событий, как ему кажется, вполне заслуживает внимания публики, выбросил он оттуда с лёгким сердцем всё устаревшее, касательно политики, а воспоминания, размышления на общие темы, путевые заметки и зарисовки окружающей природы оставил, ужав как минимум вдвое и оставив для порядка в том хронологическом порядке, в котором это в своё время писал. Но ни к каким календарным датам специально не привязывал, что сэкономило ему чёртову кучу времени и места. Так что читатель держит в руках книгу, в которой почти нет политики – и слава Б-гу. Что толку язвить европейских или американских чиновников по тому или иному поводу? Кто вообще будет о них вспоминать, как и о тех несообразностях, на которые в своё время автор так бурно реагировал? Спокойного чтения, друг-читатель!

Часть I. Январь – февраль 2021

* * *

Куда двигаться будем? Не то чтоб было много вариантов. Не очень. Но в целом разделить их можно на несколько категорий, и тут много зависит от того, кто чей человек, на что способен или напротив, не способен, и чего от него можно ожидать. Поскольку обратно в этой жизни с какой угодно энергией и верой в себя и в чудо провернуть маховик истории ни пытайся, он не проворачивается. Точь-в-точь, мясорубка. Разбитое не склеить, не собрать и не восстановить. Что упало, то пропало. Новое, конечно, смайстрячить можно, но будет ли оно лучше старого – вопрос. Да и насколько старое было хорошо – тоже вопрос. Мы-то из него помним не то, что в нём было никуда не годного, а исключительно хорошее. Такая особенность у памяти человеческой. И кабы взять оттуда это хорошее, да прибавить то, что теперь хорошего, и ещё ото всех прочих времён и стран его понемногу в общий пирог замесить… А что на самом деле выходит? Всё, что в старом мире у нас было плохого, то и в новом остаётся, никуда не девается. К нему вдобавок – то, что до него плохого было, и то, что нынче новое наросло. Ну, и у соседей прибираем себе их специфические говны собачьи. И вот это всё вперемешку с нормальным образует систему, в которой живём и будет жить впредь, поругивая её, как у нас водится, но выгребая по мере сил и возможностей.

Хочется, конечно, чтобы всё было по уму и по справедливости, но так никогда не было нигде, и у нас не будет. Да и нигде не было и не будет. Хоть тресни, наверх вылезают, выплывают и выкарабкиваются самые жестокие и хитрые, подлые и алчные, амбициозные и себялюбивые – даже если до поры они тихушничают и кустиками прикидываются. И они таких же, как они сами, везде ставят, только послабее, чтобы те их самих не схарчили. Либо своих детей и прочую родню. Либо приятелей молодости, а иногда и попросту собутыльников, чтобы было с кем накатить. Или интимных партнёров обоего пола. Где на должность пресс-атташе или секретаря, а где и начальником, и совсем даже не обязательно мелким. Так что жена бывшего московского мэра, как человек, от которого в столице очень многое зависело, уже за счастье вспоминается. Да и к Раисе Максимовне Горбачёвой с годами всё меньше претензий. Ну и, понятно, крестники и крестницы этого начальства наверху сидят, а также многочисленные представители местной элиты. Или «элиты», поскольку на местах помимо представителей старых кланов, после 1991 года очень быстро забывших о своей карьере в советские времена, и превратившихся в ревнителей то ли узко национального, то ли имперского, то ли ещё чего, ещё и вполне откровенных бандитов много. Такая уж жизнь…

Ну был человек бандосом или нет, быль молодцу не указ. Да и не только молодцу. Там не только «крёстных отцов» в ассортименте полный набор, но и «крёстные матери» не редкость. Страшное это дело, когда баба бандит и лидер группировки. С ней не договориться: жалости не знают и к сантиментам не склонны. А с прорывом по карьерной лестнице у них всегда всё в порядке. Современный этикет требует равное гендерное представительство на всех уровнях власти, как в Америке и Европе заведено? Требует. Ну и… Так что чтобы всё в этом мире было по заслугам и по совести, уже не требуем, не просим и не рассчитываем – взрослые же люди, в самом деле?! Кто что прибрал, тот тем и владеет. Ну, или детям своим раздал, в рамках передачи по наследству, или так, заранее. Если, конечно, более сильная банда у него с чувством хорошо выполненного долга всё это не отобрала. Поскольку, напомним читателю из сицилийского фольклора, что согласно распространённой поговорке «Коза ностра» «грабить грабителей, являющихся грабителями грабителей, не грабёж». Так что на них там обижаться, которые сверху сидят, неконструктивно и бесполезно. Натура у них такая. Против природы не попрёшь? Не попрёшь. Ну, они и не прут, сколько снизу ни пищат и ни обличают. Хотя кто поумнее, низы прикармливать не забывает, пускай даже скудно. Иначе толпой навалятся, всё отберут. Про революцию 1917 года у нас более или менее помнят. Не в Америке живём.

Вопрос в итоге не в том, хорошо или плохо они поступают. Плохо, конечно. Иногда попросту подло. Но – из «Всей королевской рати» Роберта Пенна Уоррена: «Ты должен сделать добро из зла, потому что его попросту не из чего сделать». Так и живём. Остаётся после человека и его команды больше и лучше, чем они прихватили? Равна ли сумма добра и зла в их жизни, и не перевесил ли баланс сотворённого ими в ту или иную сторону? И если перевесил, то куда? Что сделал разбойник с прихваченным добром? Перепродал? Бедным отдал? Уничтожил или по незнанию, или специально, потому, что счёл это более выгодным? А то и по дури? Развил и раскрутил не по-детски, или загнобил и сгноил? А страна это, город, изобретение, институт и его содержимое, а то и целое направление в науке или промышленности, университет или больница, сад или поле, лес или месторождение, музей или коллекция, заповедник или океан – какая разница? Что было, что стало – единственный критерий. Поскольку если ждать, чтоб командовали всем и всё решали достойные – умные, совестливые, профессиональные, честные и талантливые, жизни не хватит. Так и будешь стоять на обочине, пока она мимо уносится…

* * *

Чем нынешний взрыв политкорректности в Европе и Соединённых Штатах закончится, понятно. Непонятно только, когда. Благо так, как они теперь, весь остальной мир не живёт. Кое-какие их глупости, вроде отмены смертной казни, некоторые страны у себя внедрили, но, по счастью, не все. Хотя, судя по той скорости, с которой мигранты, в первую очередь нелегальные, осваивают страны Евросоюза и Соединённые Штаты, а также параличу их правоохранительной системы, повязанной по рукам и ногам леволиберальными политиками и прессой, существовать в текущем благостно-идиотском суицидальном режиме им осталось совсем недолго.

Как это всю более или менее современную человеческую историю было? Тысячи и десятки тысяч лет подряд? Есть свои. Семья, клан, племя, союз племён, вождество, государство. Разных размеров государство, до империи включительно. Есть чужие. Их можно включить в свой состав, завоевать или быть завоёванными, откочевать и попроситься к ним или принять их у себя, дать им свои законы или перенять их. Но всегда и везде защищая своё и делясь им только из выгоды или когда нет другого выхода, а убийц, разбойников и насильников изолируя, уничтожая или изгоняя. Так и только так мир до недавнего времени был устроен.

Называется: активная выбраковка опасного и агрессивного контингента по пути из животного состояния в человеческое. Впрочем, у зверей за излишнюю агрессию тоже можно огрести. Будешь в одиночку по тайге или саванне мотаться, на окружающих дурной нрав срывая. Но в стае или в стае жить не будешь. Кому ты там такой нужен?! И границы свои эта стая от другой защищать будет яростно, пока не будет побеждена или уничтожена. Да и от любых конкурентов по пищевой цепочке, если это хищники – а мы именно они и есть. Как львы леопардов и гиен на территории прайда гоняют? Что стая гиен с одиноким львом делает? Какие войны между собой шимпанзе ведут?! Жестоко это? Да. Но иначе не бывает. В этом основа нашей, людской породы и природы.

С течением тысячелетий чужаков научились терпеть и использовать во благо большинства. Или, скорее, верхушки этого большинства, которое всегда говорило и говорит от его имени, действуя исключительно в своих собственных интересах. Но схема примерно такая: чужие приходят, и они либо сильнее, либо слабее своих. Если слабее, им выделяют, где жить, и рисуют правила, по которым они будут жить. Иногда заставляют изменить веру. Женщин покрасивее забирают себе, мужчин ставят на тяжёлые и грязные работы или в низовое звено армии – воевать. Детей… Тут по-разному. Или закрепляют навечно в низшей касте, или, напротив, воспитывают, как своих – периодически с невероятным карьерным взлётом. У них у всех мотивация такая…

Если чужаки сильнее, они то же самое делают с исконным населением, устанавливая свои правила игры, которым те под страхом смерти вынуждены следовать. Часто навязывают свой язык, как делали римляне, греки, мадьяры, монголы, турки, персы, арабы, китайцы, испанцы, португальцы, англичане, французы или русские. И опять-таки свою веру, как католики или мусульмане. А могут и перейти на язык тех, кого завоевали, если, к примеру, своих женщин было мало и дети у них от местных баб, а культура у тех достаточно высока, как с болгарами случилось. Хотя тут вариантов – море. Но что всегда было, есть и будет – кто кого победил, тот и сверху. За единственным в истории нынешним евро-американским исключением у либералов – и то не сразу, а в последние полвека, в борьбе с их местными консерваторами.

Как нынешнюю Европу и Штаты в последние лет тридцать политкорректность подкосила, и не передать. Чем это для них кончится, страшно даже представить. И ведь чисто внутренняя борьба за власть тому причиной. Нас, СССР, они бояться перестали, и понеслось. Так что будущее их – превращение в часть Третьего мира. США прихватят латиносы и свои – потомки рабов из Африки. Европу – выходцы из той же Африки, с Ближнего Востока и из прочих бывших колоний. И явно произойдёт это довольно скоро. Консервативная часть населения будет сопротивляться, как в Восточной и Южной Европе, которые кочевряжатся, пытаясь отбиться от директив Брюсселя, или сторонники Трампа в Штатах, но с нынешними левыми либералами они не справляются и, похоже, справиться уже не смогут и не успеют.

Высокие гуманные принципы, которые те фанатично и слепо исповедуют, не желая обращать внимание на реальность, наличествуют только и исключительно у них. Не случайно критики этой дури очень точно именуют её либеральным фашизмом. Те, кто к ним из Азии, Африки, с Ближнего Востока и из Латинской Америки валом валят, этими извращениями не страдают. Им просто жить хочется. Легче, богаче и свободней, чем у себя. И если западники дают им такую возможность – почему бы нет?! Так что, переселяясь к ним, они никому ни за что не благодарны, считают, что им все должны, и ведут себя соответственно: нагло, требовательно и по-хозяйски. Да и правы. Когда и если даже мотивации учить язык хозяев у них нет – все пособия и так заплатят и переводчика с адвокатом, если что, им за государственный счёт наймут, чего надрываться?

Левая местная элита на них опирается – они её электорат. Без них она к власти вовек не придёт и конкурентов не победит. А что используют её те только до поры, так ей какая разница? Она своей стране и её традициям первый враг. Так что внутри либеральных западных демократий вырастают как грибы и множатся, разрушая страны, на которых они паразитируют, не контролируемые никем шариатские зоны и разные прочие очаги кланово-племенного и феодального общества, враждующие между собой и с окружающим миром криминальные этнические общины, которые презирают страны, где живут и их население, имея на это полное право. В самом деле, кто уважает людей, не способных защитить свой дом от нашествия чужаков, сдаваясь им без борьбы, распахивая перед ними двери и карманы, приглашая их во власть, покорно терпя от них любое насилие, спуская с рук и замалчивая любые их преступления?

Закат Европы, судя по всему, наступит намного быстрее, чем в Соединённых Штатах. Там на руках у населения оружия слишком много. Но с точки зрения цивилизационной западному либерализму хана. Как хана всем, кто успеет к нему примкнуть, поверив в благотворность глобализации, евроинтеграции и прочей ахинеи, столь популярной последние тридцать лет у нашего собственного начальства, решившего вскочить на этот новый Титаник перед самым его отправлением на встречу с айсбергом. Есть ли этому альтернатива и хороша ли она? Китайско-вьетнамский путь, коммунистический, но с поправками. Арабские монархии, либо трампизм, Марин Ле Пен во Франции, АДГ в ФРГ и прочие правые – тоже сволочи, но по-иному. А то и постсоветские авторитарные лидеры и неофеодалы, или наш собственный мягкий бонапартизм… Да нет, конечно. Ничего хорошего. Только выбора нет. Или так, или никак. А дальше каждый решает сам за себя. Вольному воля, спасённому рай.

* * *

Нет в этом мире, который непонятно почему именуют «лучшим из миров», ни совершенства, ни сколь бы то ни было приемлемого равновесия между глупостью, подлостью, враньём, воровством, кумовством, алчностью, мелочностью, сволочизмом, подхалимажем, ханжеством и прочими столь привычными нам качествами человеческой натуры, паче же натуры начальственной, либо шире – общественно-политической, и тем нормальным, что в людях тоже всё ещё встречается. Скажем, собак человек любит. Или шефу своему предан. Или одержим страстью коллекционирования – и не только денежных купюр, а, скажем, марок почтовых или значков с солдатиками. Да хоть только то, что не религиозный фанатик и не националист – уже спасибо. Значит, ни инквизиции, ни нацизма от него не стоит ждать. Чего же от него ещё хотеть? Нет, хотеть-то можно, так ведь всё равно бесполезно…

Про что это автор в столь безудержный постновогодний пессимизм впал, спросит читатель, и прав будет. Не с бодуна ли?! Да нет. Хоть и Новый год на дворе, да возраст, состояние здоровья и прочие привходящие факторы от добрых напитков отвлекают. Так, разве что бокал шампанского, два-три раза в год, или стакан пива (хорошего), не чаще, себе позволишь, и уже хорошо. Да и коронавирус никуда не делся – не ровён час накроет. И прочая зараза, нам ещё неизвестная, в джунглях, горах, степях и городских трущобах вызревает, своего часа ждёт. Не до выпивки. Так что весь пессимизм – от возраста и излишних мыслей. Они в голову так и лезут, особенно по ночам. И рад бы ни о чём не думать, так ведь привык. Вот они невольно и закрадываются…

Задумался по случаю тут автор о смертной казни, которую считал, считает и считать будет вещью, для нормального существования рода человеческого необходимой. Как для отдельных стран и народов, так и для того, чтобы нам жить спокойно можно было и детей растить, за них не переживая. И понял, что никакие, самые зверские преступления, совершаемые в нашей стране, и никакая со стороны масс поддержка применения высшей меры к тем, кто их совершает, равно, как никакая обычная логика, никогда нынешнее начальство пойти навстречу этой самой логике, инстинкту самосохранения и воле своего народа не заставит. И стало ему от этого чертовски грустно.

Вот, только что садист-расчленитель, доцент питерский девочку, им совращённую, убил подлейше, и над телом её надругался. Судили. Срок дали. Жить будет. Даже пожизненного не получил. Сразу после этого пьяница в Сибири зверски убил незнакомую ему женщину, выгуливавшую собаку, единственная вина которой была в том, что собака эта его облаяла. Не укусила, хотя его только и кусать было, да и загрызть было мало, а просто облаяла. Ну, судить будут. Гад в Поволжье, в чужой гараж забравшийся, девочку-младшеклассницу убил, чтобы про него не рассказала. Местные его линчевать хотели, но милиция отбила. Судили, дали срок. Псих на Севере малыша в детском саду зарезал – крыша поехала на почве мистики. То же самое. Жертв не спасти, и убийцы, как выйдут, опять убивать будут, зато правосудие у нас гуманное, европейское.

Ну, и кому оно нужно, такое правосудие? Да и государство с таким правосудием – кому нужно? Которое не только нормальных людей от бандитов, садистов, маньяков и убийц не защищает, но и детей, которые совершенно точно ни в чём ни перед кем не виноваты? Адвокаты про гуманность его – этого самого правосудия, как попки талдычат, так это у них профессиональное, полностью вытеснившее в них всё нормальное, человеческое. Понять их можно. Согласиться – нет. Политики, отводя глаза, косящие от привычного вранья, несут ахинею, про обязательства международные, так это тоже понятно. У них перед кем угодно обязательства, кроме тех, кто их теоретически избирает и отнюдь не теоретически кормит. Им же надо в богатую и сытую Европу за государственный счёт ездить, языками там чесать, попутно шопингом занимаясь? Ну, вот, они свой номер и отрабатывают.

Что до высокого начальства, оно баланс держит. С одной стороны, оно понимает, что никакой интеграции России в Евросоюз нет и не должно было быть с самого начала. Планировалось расчленение, закабаление и поглощение страны по частям, а не полноправная её интеграция. С покупкой недорого российского начальства и насильственным подчинением населения правилам, принятым на вооружение в нынешней Европе, несмотря на их абсолютную суицидальность для её собственного будущего. Чем Ельцин с успехом весь, отпущенный ему срок, и занимался. С другой, он нынешнего Первого назначил? Назначил. Тот на себя обязательства взял? Взял. Ну, он их и выполняет. Причём во всех вопросах. Так чтою никто ничего в стране исправлять, пока те, кто у власти, остаются у этой самой власти, не будет. И как их сменят, тоже. А если их снесут – вообще хана будет. Проходили уже. Полный тупик.

Так что, похоже, обречены мы сами о себе заботиться. Больше некому. Получается, самосуд над садистом и убийцей – единственное возможное в наших нынешних условиях настоящее правосудие. Не оставляет людям государство современное никакого другого выхода. Оно не о нормальных гражданах заботится и не их защищает, а воров, казнокрадов, убийц и бандитов. Для них и на них работает наша система. Единственный возможный вывод из текущей ситуации – именно таков. Что до моралистов-теоретиков… Про смертную казнь и с Ириной Хакамадой спорить приходилось, и с Максимом Соколовым ругаться, который в очередной раз на эту тему большим текстом недавно разродился, и с Михаилом Барщевским дискутировать. Не договорились и никогда не договоримся.

Они в своём собственном мире живут, им там комфортно. А ты живёшь в общей реальности, по земле ходишь и их личный персональный душевный комфорт тебе и детям твоим до фонаря. И хотя определяют правила игры они и такие, как они, и те, с кем они превосходно договариваются, из больших начальников, тебе и таким, как ты, жить-то тоже надо. Так что, пока есть у наивных людей какая ни на есть надежда, непонятно на что, идёт в стране нашей такая бодяга, как идёт. А потом – как в нынешней Франции со свободой слова будет. Одни говорят, что хотят, про что хотят, а другие, которым они в лицо публично плюют, полагая это своим законным правом, им за это тут же головы рубят, делая это осознанно и хладнокровно. Вот, примерно, такое и у нас будущее. Нравится, не нравится – именно так будет. И ждать не так уж долго осталось. Как народ доведут…

* * *

Человеку свойственно размышлять об абстрактных материях, особенно в том возрасте, когда всё, что он в этой жизни мог, он уже сделал, а силы ещё есть, и при этом вокруг нет ни войны, ни революции, и всё пока идет как идет. Бежать некуда и пока незачем, спасаться не от кого и, что немаловажно, борьба за кусок хлеба и крышу над головой выиграна – по крайней мере для него и его ближайших наследников. Тут-то в голову и лезут разные мысли, особенно если человек по прихоти судьбы еврей. Бывает. Генетически заложенная привычка к размышлениям, помноженная на издержки всеобщей грамотности и опыт. Не только свой, личный, но и бесценный исторический, зафиксированный в Торе, Талмуде и многих других памятниках письменности избранного народа, чтоб эта избранность была неладна.

Не такое уж большое удовольствие, пережить всех, кроме разве что китайцев, тем более, что их в настоящее время на планете почти полтора миллиарда, а евреев примерно в сто раз меньше. То есть на каждого еврея в начале XXI века приходится по сто китайцев, а индусов всех и всяческих категорий – ещё больше. Поскольку в Китае сумасшедший прирост рождаемости, которым эта страна славилась ещё недавно, остановить удалось, а в Индии нет. Привет демократии британского образца от социалистического планирования. Причём две тысячи лет назад евреев было в этом мире всего в десять раз меньше, чем китайцев или индусов. Десятикратное увеличение разрыва в численности за какие-то жалкие восемьдесят поколений. Показательно и печально с одной стороны. Чудесно и удивительно с другой.

Мы пережили все империи планеты, которые в тот или иной период пытались извести евреев под корень – и многие в этом преуспели. И при этом мы ещё здесь. Мы вышли в финал, а где те, кто нас травил и гнобил? Строил нашими руками пирамиды и Колизей? Сжигал нас на аутодафе и топил в прорубях? Перемалывал в Освенциме и ГУЛАГе? Стоило это удовольствие увидеть их могилы или узнать, что все они сгинули так, что и могил от них не осталось, десятков миллионов, потерянных по дороге? Конечно нет. Но вспомним тех, от кого не осталось и следа, или остались мёртвые руины, и поймём, как нам повезло. Тем более, что и руины эти, и имена этих народов, их царей и их богов остались в истории лишь потому, что их запомнили мы. Кого-то за то хорошее, что он сделал. Кого-то за плохое. Это потом историки, археологи, лингвисты и прочие учёные мужи и дамы восстановили по архивам, что могли, отыскали, что сохранилось, и додумали, что не смогли восстановить и отыскать.

Евреям за это мало кто из них сказал спасибо, но если бы не сплав библейской традиции с остатками античной пытливости, породившими всё, что стало современной цивилизацией, помнили бы древних египтян и ассирийцев? Вавилон и Персию? Да и всех прочих – перечислять бессмысленно, их было слишком много. Если бы не иудаизм в его бесчисленных проявлениях, появилось бы на нашей планете христианство? Или ислам, переживающий наступление новых варваров, громящих всё то достойное восхищения и подражания, что дал он миру во времена расцвета? Кто из гордых французских крестоносцев удосужился записать свой собственный язык? Старофранцузский учат по комментариям Раши к Талмуду даже антисемиты. Кто в нынешней Кастилии говорит на языке Колумба? Потомки инквизиторов и дворян его не сохранили, в отличие от евреев-сефардов с их ладино. Попасть в берлинский салон 20-х годов легко: достаточно заглянуть в квартиру йеке, неважно, в нью-йоркский Ривердейл или в израильскую Нагарию.

Последнее, что осталось от СССР – его евреи, в Германии и Канаде, Израиле и США. Поэтому пока мир пересматривает историю Второй мировой войны, а из бывших братских социалистических республик изгоняют русский язык, в Израиле ставят памятники Красной Армии и учат детей русскому. В том числе потому, что Сталин был диктатор и палач, а Рузвельт с Черчиллем большие демократы, но евреев из Освенцима, Треблинки и других лагерей уничтожения и гетто спасла Красная Армия, а не её союзники. Хотя спасибо им за лендроверы и тушёнку, Северные конвои и Второй фронт. И за визы в послевоенную Америку отдельное спасибо, хотя лучше бы они впустили в Америку, Англию, Канаду и Австралию всех тех, кого могли, но наотрез отказались спасти. Или хотя бы их детей. И хотя бы не отправляли в разгар войны от берегов Кубы и Флориды обратно в Европу корабли с беженцами, чудом дошедшие туда из оккупированной нацистами Европы.

Чудные, интеллигентные, демократичные, образованные и хорошо воспитанные люди, чтоб им всем гореть в аду до скончания времён. Помнится, когда в конце 30-х все они собрались в Эвиане, «на водах», чтобы решить, что делать с евреями Европы, которых гитлеровское правительство пыталось хоть кому-нибудь «всучить», единственной, кто согласился принять евреев без каких-либо ограничений, была Доминиканская республика. Диктатура, на которой пробы некуда было ставить. После чего вопрос о том, чего стоит вся эта демократия, можно было бы помножить на ноль – если бы не те же евреи, точнее широко распространённая генерация еврейских болтунов-идеалистов с высокими принципами, но без памяти и мозгов в голове. Очень популярные в кругах левой интеллигенции и международной дипломатической мафии, борющейся в ООН и ЮНЕСКО за права «государства Палестина».

Читатели интеллектуальных «Гаарец» и «Нью-Йорк Таймс», в которые такие же, как они сами, преимущественно и пишут. Избиратели «Мерец» и «Аводы». Поклонники Че Гевары и Барака Хусейна Обамы, Максима Шевченко и Изи Шамира, Йоси Сарида и Йоси Бейлина. Имея таких друзей, врагов уже не надо. Впрочем, если уж еврей идиот, то это такой идиот… И вот, невзирая на то и благодаря этому, растворяясь в народах и языках и сохраняя себя в любом окружении, нося любую одежду, женясь на ком попало в нарушении одних запретов и трапезничая чем попало в нарушении других, евреи таки в этом мире до сих пор есть. Дико консервативный и невероятно быстро меняющийся народ. Непоседливый и возвращающийся к своим корням, что с ним ни делай. Упорно хранящий свой исторический багаж, за полной ненадобностью выброшенный его бывшими хозяевами, разнося его по всему миру.

Избранные Б-гом на свою голову, или сами избравшие его себе. Отказывающиеся слушать не только Его косвенные указания, но и прямые распоряжения. После чего вечный отказ евреев подчиняться дурацким приказаниям и следовать благоглупостям начальства какого угодно уровня, вплоть до монаршего, выглядит не столько наглым диссидентством, сколько явным и естественным религиозным подвижничеством, хоть и стоящим на грани ереси: тот, кто не слушает приказов Царя Небесного, имеет ли право подчиняться царям земным? А Он, если, конечно, допустить, что Б-г и вправду существует, во что автор, как и положено нормальному человеку советского воспитания, помноженному на личный опыт и традиции европейского светского гуманизма, категорически не верит, всё играет со своим народом странные шутки.

То возносит его Г-дь сверх меры, то опускает «ниже плинтуса». Причём одно переходит в другое и непонятно уже, что из сегодняшних трагедий завтра окажется спасением. Вроде изгнания во времена римского императора Адриана, после поражения Великого Восстания, за что того, вполне приличного во всем прочем владыку, раввины и проклинают ежегодно без малого две тысячи лет по всему миру. Притом что самаритян он не изгнал: они в тот раз не восставали. Как следствие – евреев нынче в сто раз меньше чем китайцев, хотя, напомним, в те времена, о которых идёт речь, меньше было только в десять раз. Что, несомненно, для евреев плохо. Вот только самаритян осталось то ли семь, ли восемь сотен, хотя в пределах Святой земли их было тогда столько же, сколько евреев. Поскольку они встретили там войска Чингисхана и много кого ещё после него. Прав был Альберт Эйнштейн – всё в этом мире относительно. Живешь, живешь…

* * *

Зима. Снег. Каникулы. Время есть пончики. Тут некоторые утверждают, что яркие как голливудская реклама американские донаты, с шоколадной или разноцветной глазурью, обсыпанные мелкой кулинарной мишурой – это и есть правильные пончики. Чёрта с два! Первый и последний раз в жизни накололся с ними в Лондоне, на углу Пикадилли, в августе 1990-го. До того только в журнале «Америка» их видел. Очень хотелось попробовать. Фотографии были замечательные, яркие, производили потрясающий эффект на неокрепший, ещё подростковый ум. «Диснейленд», пицца, бейглы, донаты, кока-кола, осенний лес в Вермонте… Потом везде был, всё попробовал. Пицца, бейглы, лес и «Диснейленд» оправдали ожидания. Кола и донаты – нет. Вкус не тот. Особенно тесто – сухое и крошащееся. Да и приторная глазурь дрянь-дрянью. Кто ж знал… Это как с их демократией. Реклама шикарная, а по сути полная чухня. Обманка для баранов. Познер с этим, конечно, не согласится, ну да каждый кулик своё болото хвалит.

Израильские ханукальные пончики, декабрьские, с повидлом, желательно сливовым, густым и кисленьким, шариками, жареные в масле и безо всяких присыпок – неплохи. С учётом того, что национальная забава у израильтян – это вкусная еда, и её они любят, а ещё любят детей, а дети очень любят пончики… Круг замкнулся. Опять же, в основном готовят их евреи-ашкеназы, родом из северной Европы. Польша, Германия, Российская империя… Знакомые с детства вкусы. И тут главное – не очень увлекаться. Во-первых, горячим повидлом можно обжечься. Во-вторых, ханукальный пончик небольшой, на два укуса. А если кусающий имеет таки большой рот и такой же аппетит, так и на один. Результат для фигуры всегда печален. Недавно муж тамошней младшей племянницы решил восстановить физическую форму, дойдя до веса, с которым в спецназе служил. Так за год 70 килограммов пришлось сбросить. И не пончиков или стейков, а себя, родного… Хорошо ещё, что у него с силой воли всё в порядке и сердце здоровое.

Что до пончиков, самые вкусные были в детстве, на Панораме Бородинской битвы, в конце Кутузовского, где в зелёной дощатой будочке стоял чудесный агрегат, который их на глазах публики выпекал. Тут же месилось вязкое желтовато-кремовое тесто, как-то сами собой из него формировались кругляши, крутились в шипящем и шкворчащем, пузырящемся масле, потом цеплялись на крючки и шли через блестящую хромированную печку, откуда выходили румяные, источающие роскошный аромат, промасленные, и соскальзывали с этого конвейера в лоток, где их через сито посыпали тонкой сахарной пудрой. Не сахарным песком, как начали делать кое-где в 90-е, а именно пудрой. Боже, как за этим процессом было интересно следить! Чудеса простой механики, совмещённые с чудесами кулинарии. Отродясь такого удовольствия от уличной еды больше не получал. Есть что-то и в фалафеле, и в ш›варме, которую у нас кличут то шаурмой, то шавермой (это в Питере, но у них там и пончики зовут пышками, и подъезд – парадное, и тротуар – поребрик, да и сами питерские… но не будем о грустном), но пончики, настоящие, наши, классические – высшее из высших наслаждений.

Их отпускали в кульках из плотной сероватой бумаги, которая тут же промасливалась, особенно если пончики были только что зажарены. Пакет был горячим и зимой грел руки. Только надо было их съедать поскорее, пока не остыли. Холодные тоже можно было есть, пока свежие, но горячие, да ещё зимой – это уже было подлинное наслаждение. 84 копейки килограмм. 42 копейки полкило. 17 копеек – четыре штуки. Именно этого хватало, чтобы наесться. Пятый пончик легко съедался только с голодухи. Граммов 400 можно было осилить уже исключительно дома, прочно сидя за столом и с чаем, естественно, без сахара. Сахара и в пудре хватало. Тесто там, что ли, было особенное? Или правильный вкус им масло давало, в котором они проворачивались? А то и само наблюдение за процессом их изготовления? Тот самый вкус детства…

Они опять появились в 2000-х. По крайней мере, в павильончике на Профсоюзной, у метро. Потом пришёл к власти в городе Собянин, пригнали под Новый год бульдозеры, снесли тот павильончик. Да и все прочие снесли. И тот, где таджики вкусную самсу и лепёшки в тандыре пекли. И тот, где белорусы «молочкой» торговали. И любимый – жены, где было всё для рукоделия: с нитками, пуговицами, молниями, бисером и разными хитрыми иголками и деталями для швейных машин. И много какие ещё. Полгода стояли руины, народ мимо ходил, мэра своего последними словами крыл, а потом на их месте высадили какие-то чахлые кустики и нарезали асфальтовых полянок, под стоянки. Не строить же нормальные? Их по всему городу из газонов накроили, вдогон к нескончаемой бордюрно-плиточной афере. Что до торговли, кто уцелел и смог, ушли в торговые центры, богатым буратинкам карманы набивать. Ну, а уж те – начальству городскому. Оно, конечно, не сильно народу удобно, да и много дороже, да кто ж его, народ этот спрашивает… Главное из города и населения этого города бабла побольше отжать, пока у власти. Оно ведь, население, тоже нефть. Какие уж тут пончики!

* * *

Пришлось как-то готовить ирландское рагу. Не довелось, а именно пришлось, поскольку тема родилась не от большого желания, а вынужденно. Причём не классическое, по кулинарным книгам и старинным рецептам, а согласно знаменитым «Троим в лодке, не считая собаки», по рекомендациям Джерома Клапки Джерома. То есть из всего съестного, что завалялось в доме. Правда, в книге в качестве собаки присутствовал фокстерьер Монморенси, который принёс в дар путешествовавшему по Темзе коллективу самолично пойманную им свежайшую водяную крысу, отвергнутую его хозяином, а живший у нас дома на момент изготовления описанного блюда, ненецкий оленегонный шпиц Дик участвовать в приготовлении обеда не пытался, но не в том суть. Где бы он, в конце концов, на Кутузовском проспекте, живя на седьмом этаже в отдельной трёхкомнатной квартире, дичь взял? Так что обошлось, увы, без свежатины. На тот момент в холодильнике перед приездом родителей из отпуска мало что оставалось, но кое-что ещё было. И вот из этого кое-чего…

Главным в идее поэкспериментировать с изготовлением еды были остатки великолепного, без единой косточки или хрящика жаркого, в любимом чугунном казане папы, точнее подлива. Превосходная подлива, густая, с луком, на масле (папа масла к мясу никогда не жалел и его готовил отменно), тёмно-коричневого цвета, ароматная донельзя, но уже без единого кусочка собственно мяса. Казан был приготовлен перед отъездом, с расчётом на то, что его хватит не до самого приезда родителей, но как минимум надолго. Однако в гости приходили друзья и заезжал брат, который в тот период как раз разводился… В общем, съели мясо. Но подливу-то выливать было жалко: вкусная очень была. А что с ней делать, не соображалось, хоть тресни. И вдруг… Помнится, было воскресенье. Погода стояла хорошая, но настроения гулять особо не было, хотелось сидеть дома, читать. И вдруг возникла идея. Так часто бывает. Втемяшится что-то в голову, и понеслось. Есть захотелось. Но ревизия в овощной корзине, где лежала картошка, показала наличие там ровно трёх клубней. Плюс была в активе большая, хорошая, крепкая луковица.

Холодильник выдал, помимо указанного казана, приличный брусок сливочного масла, два средних помидора, три вялых, но съедобных морковки, небольшой кусочек старого сыра и одинокий баклажан, он же, как их называют в Одессе, синенький. А также томатный кетчуп. В хлебнице имелась слегка подсохшая горбушка белого хлеба за 28 копеек. На кухонной тумбе початая пластиковая бутыль подсолнечного масла, соль и чёрный перец. Этого было вполне достаточно для начала. Главное – вдохновение. Готовить автор не умел ни тогда, ни сейчас. Зато вдохновения у него всегда было в избытке. Так что всё, что имелось в наличии и могло быть порезано, было порезано на мелкие, не больше трёх миллиметров грань, кубики или на тонкие кружочки, как та же морковка или помидоры. Резалось последовательно и шло на дно казана, где выкладывалось слоями, один над другим. Каждый слой солился, перчился, на него выкладывались тонкие пластинки сливочного масла, подливалось подсолнечное, а также зигзаг-другой кетчупа. И так до самого верха.

Затем заполненный казан (не очень большой, литра на четыре-пять) был закрыт крышкой и по примеру того, как папа готовил плов, жаркое, тушёные почки и прочие вкусные вещи, поставлен в духовку, разожжённую так, чтоб в ней горел САМЫЙ МАЛЫЙ огонь. После чего на некоторое время оставлен в покое. Ровно через полчаса казан, стоявший на решётке, был выдвинут, открыт и его содержимое было тщательно, но осторожно, чтоб ничего не выпало, перемешано. Жванецкий в своё время продемонстрировал публике, как это надо делать: снизу вверх, медленными, постепенными, плавными движениями. У него, правда, был салат с помидорами, у автора ему самому непонятная смесь, но принцип был тот же. И так каждые полчаса, всё то время, пока казан стоял на ОЧЕНЬ МАЛЕНЬКОМ огне. Причём понятно, что каждый раз подливка снизу поднималась наверх, вместе с растаявшим сливочным маслом и всеми прочими соками и жирами, которые за это время успели стечь на дно казана. Ну и, понятно, в итоге они там все не пригорали.

Последний час автор ничего мешать не стал, дав образоваться наверху корочке приятного для глаз золотисто-коричневого цвета. После чего достал и поставил на плиту с чувством хорошо выполненного долга. Благо аромат из-под крышки шёл сумасшедший. Томилось, как-никак, в духовке всё, накрошенное в казан, часов пять. Причём не просто томилось, а с постоянным за ним надзором и опёкой. Что и дало очень правильный, хотя и непредсказуемый изначально результат. В сказках это называется – ум отъесть. Причём смесь была преострейшая, но при этом невероятно гармоничная. Маленькие кусочки хлеба в ней превратились во что-то тихое и вроде бы насквозь пропитанное соусом, но гасящее пожар во рту. Сырные кубики в упругое и при этом вкусное, как жареный греческий сыр халуми (кто про него тогда в Москве слышал – 1982-й был на дворе). В общем, теперь для автора именно таким ирландское рагу и должно быть, хотя с тех пор готовить его довелось лишь раза три. Не прошло и недели, встретился с будущей женой. С тех пор уже скоро сорок лет кормят, готовить самому редко приходится.

Впрочем, в тот раз приготовленного казана овощной смеси в мясной подливке ему ненадолго хватило. И не потому, что обжора. Тогда им не был, каратэ занимался, тощий и шустрый был, как боевой волкодав, только с длинной гривой, отросшей после армейских лагерей МИСиС ниже плеч, но не успела еда сготовиться, только достал автор большую ложку, как раздался в дверь звонок. Старший брат приехал, на жизнь жаловаться. Ну, а пока он жаловался, он тоже ел. Ел-ел и полказана умял. Незаметно так, под разговор. Как там у героя Золотухина было, в фильме про то, как царь Пётр арапа женил? Про печеньице, которое тот в вино макал и жевал под умную книжку, пока всё не сжевал? Вот и с братом так получилось – один к одному. Ну, не голодным же его оставлять? Однако, с тех пор на всю жизнь запомнил: как бы мало чего-то из еды ни осталось в доме, всегда из него что-то вкусное сообразить можно. Творчески надо ко всему подходить. Это в жизни первое дело – и не только в кулинарии!

* * *

Раз пошёл у нас сегодня разговор о еде – продолжим. Чего уж там? Где наша ни пропадала… Были 80-е, и была молодость, и уехали родители в отпуск, к друзьям на Оку. В итоге чего, как это часто бывает, оставленный дома на хозяйстве, гулять с собакой и проведывать в больнице бабушку автор встретил будущую жену и вполне счастлив почти уж сорок лет. Но до того он зашёл в замечательную местную кулинарию, на углу, в комплексе зданий завода Хруничева, у Панорамы Бородинской битвы, затариться. И явилось ему там чудо: любимое им до сих пор до самозабвения свежайшее тёплое дрожжевое тесто. Там вообще кулинария была очень и очень хорошая, в том числе по нынешним временам, когда, казалось бы, в магазинах всё есть – бери, не хочу. Но таких, как там ромштексов, тонких, правильных, осыпанных с обеих сторон тонкими длинными хлебными, квадратного сечения, бледно-румяными сухариками, отродясь автор больше нигде не встречал. Оно, конечно, понятно, что венский шницель в городе ВЕНА, где он настоящий, не хуже, а может быть и лучше, но по тем временам чудо была, а не кулинария. И так выручала…

Бывали там котлеты и по семь копеек, и по семнадцать, и всякое разное мясное, рыбное и из птиц небесных, и всё, что можно было измыслить из овощей земных и как-то приготовить, в панировочных сухарях или без, включая то, что автор и не любил особо, но с голодухи, в студенческие времена и молодым специалистом, особенно в отъезд родителей, уминал за обе щёки. Ибо просто это было готовить, как дважды два: брось на сковороду, разогретую, да с маслом, а ещё лучше – со смесью разных масел, сливочного и подсолнечного, а коли такой фарт выпадет, так и топлёного, или смальца, прикрой крышкой, да перевернуть не забудь, и будет тебе через пять минут вкуснейший сытный обед. Напрягать себе мозг не приходится, готовить что-то сложное, капни кетчупа, отрежь хлебушку, по возможности свежего, а если он совсем свежий, так и оторви – так вкуснее, и всё хорошо. В молодости еда на диво вкусна, по себе известно. Воздух тогда был свежее, настроение безоблачней, будущее у всех на загляденье, да и девушки красивее. Хотя не особо автор тогда на них время тратил, не встретив будущей жены, книжки читал, в оперотряды ходил да каратэ занимался. Тоже было дело…

Ну, так, возвращаясь к начатому, увидел он в кулинарии дрожжевое тесто и обомлел – редко оно бывало, да и разбирали его быстро. А тут никого, и зарплата в кармане. Родителей дома в кои-то веки нет, печь некому, а из него и тогда, и сейчас пекарь был, как из слона балерина, и при всём том буквально на рефлексе метнулся он к кассе рысью-пардусом и тесто то выбил. Да не просто выбил, а пять килограммов. Что ОЧЕНЬ много. Но любил очень уж. Причём так любил, что и сырое всю жизнь ел. Нет-нет, а когда пекут что-то дома, что часто бывало и до сих пор бывает, ненароком щипанёт кусочек. Раньше у мамы, теперь у жены. Возмущённые вопли и опасения, что последует за этим у него непременный заворот кишок, обязательны, но ведь ни разу не было такого. А удовольствие колоссальное. Едва ли не больше, чем от самой выпечки, а то и больше. Чёрт его знает, что за вкусовое извращение. Бывает такое. К примеру, папа яйца сырые любил с солью взболтать и мясо сырое ел, тонко нарезав, с перцем и солью. И тоже ничего ему не было. Это теперь мы знаем, что немцы у себя сырой фарш с луком и специями – цвибблметт, или без лука просто метт, едят, а тогда кто про это слыхал?

В общем, хапнул автор свои пять кило теста свежего, пухлого, растущего, как на дрожжах (а оно и было на дрожжах), и домой принёс. Причём пока покупал и нёс, особых идей, что с тем тестом делать, у него не было. Ну – это до сих пор его фирменное. Сначала вляпаться куда, а уже потом соображать. Так что принёс он это тесто домой, сложил все пять кило в большую эмалированную кастрюлю, в холодильник «ЗИЛ» кухонный поставил и пошёл любимого пса выгуливать. Поскольку через кулинарию он от метро шёл с работы. Короткая была прогулка, минут пятнадцать, хоть сколько-нибудь воздухом подышать и размяться. Ну, сколько его не было дома? Полчаса прогулки с Диком, потом его накормить… В общем, не прошло и часа, как заглянул он в холодильник и обомлел. Поскольку что тесто дрожжевое делает, если его не трогать? Правильно, растёт. Вот оно и росло. В холодильнике!!! Пёрло вовсю, крышка уже на бугре тестяном поднялась над кастрюлей и готова была вот-вот улететь куда-то. Холодильник – холодильником, но пять кило свежего дрожжевого – это пять кило. Не один, не два и не три. Пять. И главное, кто виноват? Бачили очi, що купували…

Ну, автор и сейчас человек решительный, а уж тогда и вовсе сомнений не знал. Так что вынул кастрюлю, отделил ровно килограмм теста (взвесил, между прочим), остальное спрятал туда, где стояло, и решил испечь себе яблочный пирог. То ли детских сказок Киплинга перечитал – там парс вкусный пирог готовил, который у него отобрал и съел невежливый, не умевший себя вести носорог, то ли ещё какие неведомые ассоциации всплыли, Б-г весть. Яблочный не потому, что умел его готовить (напомним, до сих пор никаких готовить не умеет), но был у него дома купленный незадолго до того килограмм его любимого венгерского «Джонатана», с мелкими светло-жёлтыми пятнышками на превосходной тёмно-красной и пурпуровой шкуре, сладкого, ароматного и хрустяще-рассыпчатого. Что, по его тогдашнему пониманию, вместе с тестом должно было дать великолепный эффект. А поскольку вечер был на дворе, не стал он особо заморачиваться, хвостики и сердцевинки удалил, на кусочки яблоки порезал, сахарным песком чуть-чуть их присыпал и решил, что с начинкой всё хорошо. Тесто же (килограмм) в творческом порыве разделил ровно надвое и слепил из него два толстеньких пышных блина…

Разведя в духовке огонь, он начал соображать, на чём или в чём конкретно ему печь пирог. И попалась ему на глаза большая чугунная сковородка с толстым днищем, и понял он, что она в высшей мере для выпечки пирога подходит – прямо-таки изначально создана была для него. И взял автор ту сковородку, и смазал её куском сливочного масла, и положил на неё один из заготовленных им толстых, пышных, замечательных тестяных дисков-блинов, и порадовался на дело рук своих. Потом вывалил он на тесто килограмм яблочных кусочков с сахаром, и это вышло так хорошо и красиво, что душа у него запела. Сверху на них аккуратно положил он второй тестяной блин, и края тщательно защипал. И снова посмотрел со стороны – чудо, что за конструкция вышла. Безукоризненная с конструкторской точки зрения, симметричная и красивая, как летающая тарелка. Только без инопланетян, зато с яблоками. Так что поставил он её ничтоже сумняшеся в духовку и огонь сделал поменьше, поскольку помнил, что ставить на большой ничего нельзя – подгорит. И сел за очередную книгу, ждать, когда испечётся его пирог, и станет ему ясно, что он готов. Правда не слишком представлял, как это будет.

Не боги горшки обжигают! Стоит ли за такие мелочи, как пирог с яблоками, металлургу из ГИПРОМЕЗа переживать, если он настоящие заводы чертить умеет? Кто цеха проектирует, оборудование металлургическое может хоть в карандаше, хоть в чёрной туши изобразить и эпюру сосчитать, что – пирог не испечёт? Испечёт! Чай, не плавку провести. И таки испёкся пирог. Сначала запах по всей квартире пошёл – яблочный, вкусный. Потом корка верхняя дошла до правильного, золотистого цвета. И как она его приобрела, понял автор, что пирог его испёкся, сковородку в руку крепкую, инженера-прокатчика, взял и вынул её из духовки бестрепетно. На подставку поставил и узрел дело рук своих. И очень сильно изумился. А как разрезал свой пирог и на тарелку кусок его поместил, так и вовсе о-уел. Ибо иначе тут и не скажешь… Верхняя корочка была в самый раз, не придерёшься. Только была она отдельно. В смысле, совсем. Оторвалась от основы и нависала, опираясь на толстенный слой запечённых в духовке яблок, словно в фантастическом фильме про будущую ядерную войну крышка бункера, с расположенной по кругу смотровой амбразурой. Зато дно у пирога было толщиной сантиметров в пять…

Там ведь что вышло? Дырочки надо было, как минимум, в крышке той продырявить, чтобы как яблоки нагреются, было куда пару выходить. А поскольку сделано этого не было, да и не знал тогда про это автор ничего, он же, торопясь, поваренную книгу не открывал и рецепт никакой, с инструкциями по выпечке, не искал, так крышку этот самый пар яблочный наверх и поднял. Нормальное кино. А как ещё должно было быть? Что до низа пирога, туда весь сок, который яблоки дали, просачивался и тесто пропитывал, так что получился он весь мокрый и то ли совсем сырой, то ли до того этим соком пропитанный, что эффект был всё равно, как будто нижний пласт сырой и есть. Толстенный же он был, потому, что чугунная сковорода, поставленная в горячую духовку, нагревалась постепенно и тесто, со всей дури пропитанное яблочным соком, подходило, отнюдь не пропекаясь. Оно, конечно, снизу не подгорело, да и не могло, но это был единственный плюс. Шикарный получился пирог. Вкусного там в итоге особо ничего не было, но автор его честно съел. Ломтик за ломтиком, день за днём, с чаем… Сам напортачил – сам съел. Абсолютно логичный расклад. Так с тех и поступает…

* * *

Чем отличаются от прошлых времён нынешние, помимо вещей материальных? Активным общением читателей, зрителей и слушателей с авторами. Причём здесь и сейчас. То ли дело было у Гомера, Шекспира и Бетховена. Первому и последнему из которых вообще повезло: один был слепым, а второй глухим. Какое счастье, не видеть и не слышать ни критиков, ни фанатов… Всем им всегда хочется высказаться. Зачем, о чём, почему их мнение должно быть кому-то интересно, с чего их вообще кто-то должен слушать, непонятно. Но это как с высоким деревом, скалой, пирамидами или фреской Рафаэля. Обязательно найдётся человек, который на них нацарапает своё никому не нужное имя – желательно повыше. Вот, тогда он спокоен.

На радио во время передач за мессенджерами перестал следить с самого начала – никакого смысла не было, да и глаза болят, туда-сюда по экрану водить. Отдал соведущему, он молод, зрение хорошее… Как что-то важное пришлют, скажут. Но что-то последние несколько лет ничего оттуда не зачитывает. Наверное, нечего. В принципе – это понятно. Там в основном оповещения, насчёт того, из какого города или страны слушают (спасибо, конечно, но как на это реагировать?), неумеренные похвалы (тем более непонятно, хотя спасибо), или ругань. По поводу Сталина (за или против, всё равно), Путина (то же самое) и почему-то Володи Соловьёва (он в этой тройке лидеров упоминаний замыкающий, но присутствует всегда).

Раньше смотрел эсэмэски, но и их больше не использую, помимо опросов, за участие в которых всем большое спасибо: интереснейшие прикладные данные для социологов, да и внимание на них верхнее начальство, как ни странно, обращает. Всё прочее – то же самое, что перечислено, плюс жалобы на то или иное действие или решение тех или иных местных властей или администраций. Причём осмысленным был за пять с лишним лет ровно один крик души, когда в крымском «Тайгане» в начале 2016 года вырубило отопление и тигрята замерзали. Ну, спасли тогда тигрят. МЧС спасло. Потом была долгая история с битвой губернатора с владельцем этого замечательного сафари-парка, Олегом Зубковым, но и она наконец закончилась благополучно.

Хейтеры (слово не наше, но точное) тоже пишут. Причём многие из них явно сумасшедшие. Прямо-таки на всю голову. И что толку на них внимание обращать? Одни матом кроют советскую власть, другие нынешнюю, третьи евреев, четвёртые конкретно тебя… Очень мало удовольствия это читать. Причём телефоны одни и те же, города тоже, так что это набор конкретных людей, которые на протяжении часов (!) слушают передачу только для того, чтобы написать гадость – иногда несколько раз подряд. И ведь там, с ними рядом, ещё и нормальные люди живут. Соседи, родственники… Несчастные. Кому по-настоящему плохо, так это им.

Отдельная категория – читатели телеграм-канала и слушатели стримов. Тут вообще буря эмоций. Они же видят, что до них написали, и большей частью между собой переругиваются. Тем более, на стримах присутствует несколько профильных групп, которым рот не заткнёшь – они своё скажут. Никто, в принципе, затыкать и не пытается, но только в борьбе они обретают право своё, иначе не могут. Из них выделяются: нацисты (всё реже, но ещё есть), исламисты (как правило, жутко безграмотные), ушибленные на всю голову ультрапатриоты, либо «великие укры». Ну, или, по Карабахскому конфликту, азербайджанские националисты, которые так армян ненавидят, что аж кушать не могут, и армянские сторонники идеи, что во всём виновата Россия: она их предала и за них воевать с азербайджанцами не стала (?!).

Ну и опять же те, кто всем в этой жизни недоволен: видом автора (толст, бородат, очки одел, говорит не то, не так и не таким голосом), тем, чего он, по мнению пишущего, НЕ говорит, а про это только и говорить, временем стрима, Россией, как страной, Путиным, как её президентом… Опять же, люди эти, как правило, одни и те же. Если, конечно, люди, а не специальные ругательные компьютерные программы, которых в сети тоже полно и их в огромном количестве запускают как собственные, так и украинские мелкие сетевые хулиганы. Есть такая категория интернетного народу, которым в масть то, что их не найдёшь и в морду не дашь. Точнее, найти-то их при желании можно, определить, где они живут, тоже, но смысла возиться никакого. Сил и времени жалко. Бес с ними со всеми. Собаки лают, а караван-то всё равно идёт. Хотя нормальных людей всё же пишет на порядок больше. Им спасибо!

* * *

Крамольная мысль закралась… А что если демократические выборы – фуфло одно? Нет, с точки зрения оправдания всех и всяческих безобразий, нестроений и прохиндейств, демократия – самое то. Это же выбор народа? Выбор. Ну, с него, народа, и спрос. Сам виноват, что таких выбирает. Причём они ВЕЗДЕ чёрт знает какие. Во всех странах и при любой идеологии. Только о себе и думают, а то и вовсе не думают ни о чём – нечем им думать. Воруют. Беспредел учиняют на каждом шагу, да и вообще дурью маются. Одна у них забота – наверху удержаться. Пока к власти идут, соловьями разливаются, а как до неё доберутся, такую козью морду кажут…

У нас это так – понятно. У нас так всегда было. Хоть при царях, хоть при советской власти, хоть после неё. В Иране, Индии, Египте, или там в Китае то же самое. Но ведь и в Израиле так! Четвёртые выборы чуть больше, чем за год. Позорище одно. А в Штатах?! Эталонная демократия, старейшая из существующих, так себя хвалит, заслушаешься. А как посмотришь на рубку Трампа с Байденом, тоска берёт. Чума на оба их дома, мог бы сказать Шекспир. И на республиканцев, и на демократов. Хотя ни та, ни другая партия с этим не согласятся никак. И их понять тоже можно. Естественное развитие местных политических процессов.

А Европа?! С одной стороны, наверх пролезают мельчайшие из хитрейших и подлейшие из мельчайших. С другой, как только пролезут и закрепятся, маски свои предвыборные снимут, а там такие вурдалаки… Нет хуже диктатора, чем либерал и демократ, дорвавшийся до власти. У него принципы. Он ради них всех до последнего человека сгноит, страну свою до основания разрушит, а затем ещё и к соседям эти столь любимые им принципы понесёт, просвещать их, неразумных, огнём и мечом… Впрочем, затем ничего уже не будет. Совсем. Один дымок над руинами. Два раза за сто лет уже было – Первую и Вторую мировые войны многие ещё помнят.

И ведь, что интересно, помнят по-настоящему только царей и королей, императоров и диктаторов. Они и только они остаются в веках. Моря крови, пирамиды из черепов, войны и разрушения, каких свет не видывал. А в памяти остаются намертво. Причём и у историков, и у народов. Рамзес и Кир, Александр Македонский и Цезарь, Чингисхан и Тимур, Иван Грозный и Елизавета Английская, Пётр Первый и Фридрих Прусский, Екатерина Великая и Наполеон Бонапарт, Ленин и Сталин, Гитлер и Мао… Стоит ли продолжать? Ну, или их полководцы и вольные конкистадоры: Кортес и Писарро, Ермак и Скобелев, да и много кто ещё по этой части. А спросишь, как звали первого спикера первого в мире парламента и где тот парламент, собственно говоря, действовал – глухое молчание.

…И ведь не только у школьников, но и у историков ответа не дождёшься. Интересно, отчего так? Может, это просто мода на демократию пошла? А мода – она и есть мода. Дело суетное и явление необъяснимое. Отчего вчера так было, а сегодня иначе? Кто ж его знает… Вот и с демократией так. У одних завелась, другие скопировали и пошло-поехало. Так и живём до сих пор.

* * *

Интересная у американцев традиция: давать первенцам в семье несколько поколений подряд одно и то же имя, прибавляя к нему порядковый номер, который обычно пишут латинским шрифтом, как у королей Франции или Англии. Наверное из присущей американцам личной скромности. Хотя их там столько, как в Европе, не бывает в принципе. Поколений не хватает, что ли? Ещё ни одна семья американских миллионеров или миллиардеров не дала какого-нибудь Джона Рокфеллера Четырнадцатого, а у тех же французских Бурбонов Людовик Восемнадцатый был, и ничего. Хотя на Девятнадцатом династия пресеклась.

Интересная у израильтян традиция: давать сколь бы то ни было известным людям, вплоть до президентов и премьеров, не говоря уже об обычных министрах или генералах, клички, которые часто совпадают с их уменьшительными именами. Причём употребляют их не мама с папой, братья с сёстрами и близкие школьные друзья или однополчане, а пресса, коллеги по работе или однопартийцы. А то и сторонники враждебных партий. Трудно представить себе, чтобы у нас Зюганов с Жириновским обращались друг к другу по юношеским прозвищам, да и зачем? А в Израиле вся страна знала и до сих пор знает, что «Арик» – это Шарон, «Биби» – Нетаньяху, «Ганди» – Зеэви, а «Старик» вообще был Бен-Гурион. И никто из них по этому поводу не выкаблучивался. Проще живут, что ли? Без таких церемоний, как европейцы или американцы.

Интересная у нас в России традиция: звать людей по имени-отчеству. Причём у русских имя традиционно может передаваться из поколения в поколение, так что Владимир Владимирович или Сергей Сергеевич – это нормально, хотя порядковых номеров, как американцы, у нас не раздают. Впрочем, они и улицы то ли от избытка фантазии, то ли потому, что так проще и запоминать удобней, нумеруют и по алфавиту называют, а у нас у каждой своё наименование. Ну, есть, конечно, что-нибудь, вроде Пятой улицы 8 марта, но это редко и над этим у нас подшучивают. Что до имён-отчеств, у российских евреев отчества естественно есть, они у евреев вообще с древности есть, но традиция передачи имени по наследству другая. Его не при жизни передают, а по наследству, в честь умерших. Имя сохранить в этом мире, особенно в семье, дав его внукам и внучатым племянникам – это правильно и верно, но в честь живых не называют. Масса на эту тему суеверий существует.

И так у всех. Сколько народов, столько традиций и суеверий, и все разные. Одни с именами связаны. Другие со светилами. По поводу чего гороскопы, астрология, нумерология, календарные циклы и прочее, столь же распространённое, сколь же далёкое от реальности. Притом что люди во всё это если не верят, то, по крайней мере, интересуются, и многие твёрдо знают, под каким знаком Зодиака и в какой год по восточному календарю они рождены. А уж сколько вокруг этого накручено… Мистика и вера в сверхъестественное вообще свойственны человеческой природе, да и в культуре занимают почётное место. Рационально мыслящие мудрецы у тех же древних евреев именовали это «обычаями глупости», улемы у мусульман веками вели непримиримую борьбу с колдовством и язычеством, христианские священники охотились на ведьм – столько народу перебили, и не сосчитать. А толку – ноль.

Древние запреты живы, и старинные суеверия и традиции передаются из поколения в поколение. Психология человеческая настойчиво требует их сохранения и следования приметам, как правило, механически, без объяснения, почему и зачем делается то или иное. У кого-то это запреты какой-то пищи или одежды, или, напротив, строгие требования к ним. У кого-то брачные – у нас хоть не принято избегать тёщу (хотя многие бы не возражали), а у целого ряда народов – не дай Б-г вы увидитесь, даже мельком. Что-то вошло в религиозные каноны монотеистической триады, что-то так и осталось народными обычаями или вообще пребывает в статусе осуждаемых религиозными авторитетами суеверий. Чрезвычайно интересный пласт цивилизации, изучаемый этнографами и «культурными антропологами» (по-английски это словосочетание звучит нормально, хотя по-русски тут же провоцирует массу шуток про НЕКУЛЬТУРНЫХ антропологов).

Столько со всем этим любопытного связано… Разные мы. Очень разные. Но дети могут рождаться у кого угодно от кого угодно. Внешность, обычаи, имена, религии или их отсутствие, привычки – всё у нас разное. Расы разные – и это вообще отдельная тема. И ещё недавно принято было теоретизировать, какие полноценные, какие нет. А детей друг от друга рожаем, хоть тресни. Так что получается всё проще простого: один вид существ с разными подвидами. Никого же не заморачивает, что лисица бывает и серая, и белая, полярная, и рыжая – причём по-разному рыжая, далеко не каждая – «огнёвка», и чёрно-бурая. А как в Новосибирске их одомашнивать начали, так и вообще пегие пошли, причём с хвостами крючком и вислыми ушами. Точь-в-точь собачьи признаки у них в рост попёрли. Но то лисы, а то люди… Не передушить бы нам друг друга, отношения выясняя. Ненароком, но раз и навсегда. Очень уж мы сейчас от этого недалеки…

* * *

СМИ периодически сообщают, что где-то в мире в очередной раз появился «таинственный монолит», сопровождая это изображением какой-то угловатой металлической фигни в форме вытянутого параллелепипеда на разном фоне. То он в горах появляется, то в пустыне, то ещё где, причём всякий раз на разных континентах… И тут вопрос: это просто журналисты так прикалываются, кто-то компьютерные шутки шуткует, на уровне продвинутого первоклашки, или возит какой-то упыристый чмошник по миру алюминиевый гроб для жирафа, выставляет его, невесть зачем, хрен знает где, и с этого тащится. Ну, или в итоге хочет чего. И тут два вопроса: кто он и чего хочет?! Поскольку от кого он чего-то хочет, даже уже и неважно.

Вариантов немного. Ну во-первых, инопланетяне. Зелёные там человечки, или ещё какого-нибудь цвета. Хоть серо-буро-малиновые в крапинку. Или не человечки. Помнится, у Лема в «Солярисе» вообще разумный Океан был. Может это он банкует, морок наводит? И тут опций столько же, сколько фантастов, то есть много до бесконечности. Можно выбирать. Вариант второй – еврейский заговор. Зачем, почему, с какой целью, совершенно неважно. Главное, всё необъяснимое в этом мире легко объясняется еврейским заговором. Ну, или сионистским. «Сионские мудрецы» – как раз по этой части. Сто лет уже с лишним антисемиты евреям ими голову морочат.

Ну, самые вероятные источники сенсации назвали, дальше поедем. Жила-была фирма «Селдэм». Чудила по телеку, непонятно, но завлекательно про себя всякое рассказывала, рекламировала-рекламировала, интерес у публики нагнетала. А потом оказалась оптовым складом бытовой электроники. Как адрес дала, все туда повалили, посмотреть, что это и кто это вообще такие? Давно это было, в 90-х, но наш народ памятлив, пытлив, и, как известно, хотя и сер, но мудр (спасибо Стругацким за цитату). Всё помнит. Так что, может, кто-то чего-то просто продать хочет? Желание похвальное, понятное, исконно человечеству присущее. В смысле – впарить. Ёршик для унитаза какой, на искусственном интеллекте, или может, усовершенствованный половник компьютеризированный, от «Сбера»…

Наконец – вариант последний, красивый. Это всё русские хакеры. Могут быть и китайские, но русские лучше: так страшнее. Естественно, из ГРУ – Петров и Баширов. Или из ФСБ. Какая, в принципе, разница? Скрипалей отравили, Навального отравили, Трампа в президенты провели, хотя удержать на этом посту не смогли, Лукашенко выгнать не дают, Мадуро тоже… Противные! Теперь готовят, со своей кочующей железякой, захват мира. А что ещё они могут готовить?! В общем, ждём. Сенсации же должны как-то суперски заканчиваться!

* * *

Православное Рождество на дворе. Погода зимняя. Правильный снег, скрывший последствия недавнего «ледяного дождя», лёгкий мороз. Народ разобрал кладовки, достав из них лыжи, санки, ледянки, снегоступы и сноуборды, завёл снегокаты, и с детьми и собаками отправился развлекаться на природу. По телевидению прокатывают правильные фильмы – к примеру, в ушедшую ночь порадовали старыми, но от этого не менее любимыми «Вечерами на хуторе близ Диканьки». Чёрт исправно носил кузнеца Вакулу в Санкт-Петербург, к императрице, на загривке, за черевичками его для любимой девушки, Солоха ховала в мешки вечерних гостей, которые к ней косяком шли, вареники сами собой оборачивались в сметане и влетали в рот к Пацюку… Хорошо всё-таки Николай Васильевич писал, смачно. Да и фильмы по его книгам так же снимали. Времена, когда он писал, и времена, когда снимали, были патриархальные, с интересом к нормальной жизни и без ублюдочных разборок местных ультранационалистов, насчёт того, что москали их оккупировали. Простые были времена. Да и писал он по-русски, с ярчайшим малороссийским колоритом, без комплексов, читать одно удовольствие. Гоголь!

Меж тем, вспомнилось почему-то, как папа в духовке буженину запекал. По аналогии, что ли, с этим геральдическим, чтоб не сказать тотемным украинским национальным животным, от которого на нашем столе и сало, и рёбрышки, и рульки, и много чего ещё из вкусной, но ни в коем случае не здоровой пищи (и именно оттого вкусной, что вредная она, но исключительно любима народом), которую и немцы сильно уважают, и китайцы, и корейцы с вьетнамцами. Да и испанцы свой хамон не из воздуха делают. Но родители были не из Европы или Азии, а с самой, что ни на есть Украины, из Днепропетровска, который семья ещё Екатеринославом помнила, а не в нынешней усечённо-кастрированной форме его исконного названия, которую даровала ему теперешняя украинская власть. Впрочем, от убогих чего хотеть? Какие сами, такими и страну делают, которую им под руку нечистая сила отдала. И тут, как исторический опыт подсказывает, с Украины эту заразу только выкорчевать можно. Благо не в первый раз. За одни только последние сто лет дважды приходилось оттуда гнать и врагов-оккупантов, и собственных её бандюков. Не впервой.

Что до буженины, поскольку с детства приходилось её выпасать в духовке, поливая жиром и переворачивая, как её делать, было хорошо известно, и даже несколько раз пришлось готовить для жены и детей, во взрослом состоянии. И тут, знамо дело, первое дело – хорошая свиная нога, с костью. Вот, прямо-таки со всем этой ноги мослом. Моешь её чисто-начисто, шкуру снимаешь, если она ещё есть: что делать со свиной кожей, совсем другая тема, и натираешь, что есть мочи, солью и чёрным, лучше всего свежемолотым, перцем. Некоторые при этом выкаблучиваются, насчёт того, какая должна быть соль: про морскую кто-то заикается, особо нежного сорта «Цветы моря», или розовую гималайскую, каменную, а то и чёрную… Хрен им всем. Обычная, поваренная, мелкого помола, «Экстра» прекрасно сойдёт. Главное в готовке – быть проще. И люди к тебе потянутся. Опять же растолочь надо побольше долек свежего чеснока, чем забористей, тем лучше, и этим толчёным чесноком ногу свиную обмазать, не стесняясь. Дух от неё чесночный пойдёт вовсю, но этой свинье уже целоваться ни с кем не придётся, так что стесняться нечего.

Помимо того, разломать надо на МЕЛКИЕ кусочки лаврового листа, не скупясь – его много в буженине не бывает, и с изрядной толикой чесночной давлёнки смешать. Горошины перца туда можно подмешать, а можно не подмешивать, лишь бы про толчёный перец не забывать. Ну, и дальше свинину надо ножом понатыкать, сколь не жалко, со всех сторон, где побольше и мяса, и сала, причём поглубже, и туда, во все эти разрезы, чесночную смесь с лаврушкой до упора позапихивать. ПАЛЬЦЕМ пихать надо, чисто вымытым, а не инструментом каким из бездушного железа. Пальцем! Буженина уважение любит. И пихая, в том разрезе палец чутка проворачивать, чтобы всю поверхность разреза изнутри смазать. Не лениться надо и с душой к этому делу подойти. Особо подчеркнём, что смазывать наш продукт горчично-медовой, или какой другой смесью не надо. Это тоже дело хорошее, но оно больше для рульки по-карибски подойдёт, а мы не её готовим. Нет, ну если авторский рецепт, от пращуров достался, втайне с фамильными драгоценностями его от Наполеона уберегли, то, конечно. Но папа так не делал, и мы не будем. У каждого свои кулинарные традиции.

Значит, кладётся оковалок наш мясной, нашпигованный и натёртый, на противень и ставится в духовку. Противень лучше всего со специальной канавкой для стока жира, оканчивающейся овальной или круглой лункой, чтоб ложкой тот жир растопленный было удобно зачерпывать и буженину поливать. Чем заниматься необходимо непрерывно, весь её срок запекания, пока она в духовке, разогретой к моменту закладки туда противня с мясом на среднем огне, стоит и постепенно, с правильной скоростью, никуда не торопясь, подрумянивается. Ибо буженина абсолютно не терпит суеты, неуважения к мясу, поверхностного отношения к приготовлению и отсутствия элементарного человеческого внимания. Каковым поливание её вытопившимися из неё же соками и является в первую очередь. Про время приготовления намекать не будем – достаточное. Всегда на глазок в семье готовили. Оно, может, неправильно, с точки зрения высокой кулинарии, и для профессиональных поваров недопустимо, но получалось всегда у папы всё очень вкусно, а это лучший критерий. Ну, а когда проткнутое насквозь, немыслимо благоухающее мясо даёт понять, что оно готово, можно и доставать.

Ставишь на стол доску, на неё горячий противень, растопившимся жиром и соками обольёшь её в последний раз, остатки сольёшь в отдельную баночку – смалец всегда пригодится. И со всем тщанием режешь тонко-тонко. Так вкуснее. Кусочки лаврового листа перед подачей на стол выбираешь и выкидываешь, они своё отслужили, отдав мясу и свой вкус, и запах. Сало у нашей буженины становится мягким, как масло. Мясо сочное, пропаренное, чуть острое там, где был перец, и с потрясающим чесночным ароматом. Обязательно БЕЗ крови, мы не стейк готовили, но ни в коем случае не сухое, упаси Г-дь! Поверхность золотисто-коричневая – зря мы, что ли, столько раз нашу буженину поливали? Диетологи утверждают, что это вредно и мы, употребляя свинину, сокращаем себе жизнь. Несчастные! Вегетарианцы, паче веганы и смотреть в её сторону не будут. Их проблема. Наконец, верующие мусульмане и евреи такого есть ни в коем случае не должны. Ну, верующим и не предлагаем. Папа у автора был еврей, и мама была еврейкой, и все их предки с обеих сторон были евреями, и жена у автора еврейка. Но поскольку они все были, и кто ещё жив, остаются атеистами, им это было можно есть.

Ну, а кому это есть нельзя, тому нельзя. Не заставлять же людей? С картофельным пюре – замечательно, особенно в горячем виде! С хлебом великолепно, в виде бутерброда, сэндвича или в каком угодно другом виде – свежий хлеб в сочетании с бужениной творит чудеса. А добавлять туда маринованные огурчики, свежий сочный помидор или хрустящий лист салата, горчицу – острую или сладкую, европейскую, по выбору, или хрен (на любителя, но кому-то и это нравится), дело личное. У каждого свои заморочки по кулинарной части. Немцы, чехи, венгры и австрияки вообще мясо с вареньем едят, и ничего. Автор пробовал – есть можно, хотя сам бы вовек не додумался. Но это о свинине. Что до говядины, её, в принципе, можно готовить так же, с той разницей, что жира в ней, как правило, мало, а то и вообще никакого нет. Так что имеет смысл её шпиговать кусочками сала, не перебарщивая с лавровым листом, иначе она получается суховатой. Пробовалось многократно, всякий раз в разы менее сочное мясо, чем свинина. Хотя, конечно, кошерное. Кому что надо в этой жизни, тот то и выбирает. Хотя, вообще-то, на каждое мясо есть свой повар и свой ценитель…

* * *

«Что происходит на свете? А просто зима»… Так ведь Никитины в замечательном фильме про Москву, которая слезам не верит, пели? В этом стиле и продолжить можно. Что происходит в Америке? Просто бардак. На эту тему писать можно бесконечно, но что расстраиваться? Всё равно ничего не изменишь ни у них, ни у нас. Так что, предадимся воспоминаниям. Народ прочёл про пять килограммов дрожжевого теста, купленных, когда молодым был, притом что из одного получился крайне неудачный, но честно съеденный пирог с яблоками, или, говоря по чести, получился бы, если бы автору хватило ума прочесть в поваренной книге тот рецепт этого пирога, который там наверняка ждал его, но не дождался… Так вот, вопросы про остальные четыре килограмма теста начали задавать. Серьёзные такие вопросы, массовые. Задело в читательском коллективном организме что-то это тесто. Правду говоря, очень уж вкусное оно было. Раз уж почти сорок лет его помнишь… Ну, спрашивают – отвечаем.

Не меньше килограмма в совокупности, за время, оставшееся до приезда родителей домой из отпуска, было сожрано автором небольшими порциями в сыром виде. Что есть совершенное безобразие, вредно для здоровья, рискованно с точки зрения потенциального заворота кишок и ни в коем случае не рекомендуется никому, особенно младшему поколению. Да и старшему тоже. Но, увы, автор вкус свежего дрожжевого теста любит самозабвенно и нет-нет, когда в доме что-то из него готовят, до сих пор норовит кусочек отщипнуть и сглотнуть, хоть ему уже за шестьдесят – мог бы и поумнеть, как, всякий раз, поймав его на этом безобразии за руку, твердит жена. С другой стороны, как некурящий и практически непьющий человек, право на мелкие грехи автор в этой жизни отстаивает, и примитивное чревоугодие входит в их состав. Чай, не шоколадный крем с тортов чайной ложечкой или, того пуще, пальцем, соскребать, как в детстве само собой делалось, а внуки до сих пор мимо этого крема спокойно пройти не могут…

Что до оставшегося теста, ещё из одного килограмма автор решил смастерить пирожки. Взял толстенную «Книгу о вкусной и здоровой пище» с рецептами, картинками и фотографиями, в ней отыскал рецепт пирожков с капустой и варёными яйцами, которые особенно любил, и по нему в точности, без отклонений и фантазий, сделал начинку, не забыв её в меру посолить и проверить: хороша ли. Начинка была хороша! После чего поставил он на плиту маленький чугунный котелок, в котором мама кашу варила и пирожки в кипящем масле пекла, налил его до соответствующего уровня маслом, и начал пирожки лепить. Но поскольку поваром тогда был начинающим, склонным не столько к содержанию, сколько к изящным формам, сильно с размерами промахнулся. Очень уж маленькими их лепить начал. То есть защипывались они с верхнего гребешка хорошо, но по краям оставалось слишком много теста, и получались эти пирожки в виде то ли лодочек, то ли крокодильчиков, с длинными-предлинными хвостиками.

Вечер наступал. Лепить их было – не перелепить. Автор старался, но быстрее не выходило, потому что изящество форм требует дикого времени, притом, что единственное, с чего он их лепить вообще в среду вечером начал, был приход к нему в гости милой девушки, с которой познакомился он за два дня до того, в воскресенье, и на которую решил произвести сильное кулинарное впечатление. Молод был, глуп. Скажем заранее, что девушка эта с ним до сих пор живёт, почти сорок лет с блеском выполняя функции любимой жены, мамы двоих их детей и любимой бабушки троих, на момент написания этого текста, внуков. То есть вообще говоря, идея сработала, хотя не совсем так, как было задумано. Поскольку девушка пришла, оценила скорость производства пирожков и свои перспективы на вечер, надела висевший на кухне мамин фартук и за четверть часа налепила великолепных, здоровенных, вкуснейших и много более рационально исполненных пирожков. Каковые были быстро испечены и частично даже и съедены.

После этого автор, как честный человек, просто не мог на ней не жениться. Надо отдать ей на тот момент должное: увидев представленный её вниманию кухонный стол, весь целиком покрытый мелкими длинными тестяными крокодильчиками, она не стала смеяться, ничего не сказала обидного и даже глазом не моргнула, хотя была очень красива и умна. Или поэтому. Просто взяла и сделала, как надо. Что и делала каждый раз в самых разных ситуациях, когда автор брался явно не за своё дело, и как всегда в таких случаях бывает, делал его косо и криво. Мудрая женщина! С тех пор пирожков автор ни с какой начинкой ни разу не выпекал, ограничиваясь чертежеми заводов в ГИПРОМЕЗе, горячим сортовым металлопрокатом на «Серпе и молоте», своей корпорацией «Ариэль», Институтом Ближнего Востока, Российским еврейским конгрессом, книгами, радиопередачами, стримами, телеэфирами и прочими не до такой степени значимыми делами. Ну, в ИСАА МГУ ещё профессором стал. А куда будущая жена ещё два кило теста дела, он не помнит. Наверное, испекла что-нибудь…

* * *

Подумалось тут… Вот, народ начальственный всё на прогресс напирает. Нанотехнологии, цифровизация, искусственный интеллект… Опять же, раньше философов, писателей и поэтов, скульпторов и художников сколько было? Единицы? А теперь их всех на потоке выпускают. Целыми факультетами, и у всех дипломы, дипломы. Потом глянул на качество. М-да. Смотришь на женщин: Мэрилин Монро, Одри Хепбёрн, Венера Милосская, в конце концов. На худой конец, Софи Лорен, Джина Лоллобриджида и Бриджит Бардо. То ли дело нынешние – Ксения Собчак и Ольга Бузова! С мужиками так же. По статуям видно. Античные лоси и нынешние полуупыри – дети прогресса…

Да и само искусство и литература. Раньше ведь кто был? Гомер да Шекспир, Аристотель, Омар Хайям, Сократ и Пушкин. Скукота! А тут и Пелевин, и Сорокин, и русский рэп, и Кургинян с Гейдаром Джемалем, и поздний Шендерович с Прохановым и Шнуром, и даже сам Басков! Духовность на подъёме. Где томились в одиночестве вслед за авторами росписей Ласко с Альтамирой, а также Сфинксом и Акрополем, одни лишь Рембрант с Лисиппом и Пракситель с Микеланджело, да Рафаэль с Да Винчи, там нынче чего и кого только нет! И «Чёрный квадрат», и «Красный квадрат», и «Г-но художника». Выбор!

А какие фигуры миром командуют! Пришёл таки у нас на место Солона и Ликурга Ципрас, Гарибальди – Берлускони, а роль Бен-Гуриона играет Нетаньяху. Вашингтона, Линкольна и Рузвельта сменили Обама, Трамп и Байден, вместо Бисмарка в Германии Меркель, Наполеона пытается сыграть Макрон, а Черчилля и Тэтчер – Джонсон. Получается не очень, но газеты и телевидение-то их хвалят. И сами себя они так расхваливают, как прежние и не подумали бы. В ИХ времена надо было, чтобы тебя хвалили другие. И не до, а после сделанного. Да что там! ЗА сделанное. Жутко примитивная была эпоха. То ли дело наша!

В общем, поверим нашим начальникам. Впереди у нас золотой век, не иначе. И вовсе не одуревшие от своих прихотей, скучающие, злющие постаревшие выдры обоего пола и такие же, только молодые, импотентные козлы всем на планете командуют, и совсем не отчаянно богатая и не стоящая своих бешеных денег сволочь всеми ними и всеми нами заправляет, а люди, преисполненные благих намерений, точно знающие, куда они сами идут и народы свои ведут. Светочи разума и прогресса. Столпы и супермены, знатные фигуры всех времён и народов. Ура им, ура! Ну, и нам тоже. Одна радость – есть шанс, что перемрём все до того, как это счастье придёт к закономерному концу. Пускай его Навальный с Тихановской и Сердюков с Венедиктовым встречают. Ну может, ещё Поклонская с Милоновым доживут.

* * *

И вот пришла суббота, у евреев день домашнего отдыха, а у евреев религиозных – ещё и молитвы. А у всех остальных – просто выходной. И вспомнилась Америка. Не её политики и чиновники, дипломаты и общественники, журналисты и лоббисты – их в молодости и в зрелые годы было в жизни очень и очень много, но больше, похоже, не будет, а нормальная, настоящая. Чертовски интересная страна. Жаль, что туда ездить больше никакого смысла не имеет, несмотря на родню и друзей. Мало ли чего от их дурного официоза ожидать можно. Задерживали на въезде с идиотскими вопросами, насчёт того, работает ли, дескать, дяденька, Институт Ближнего Востока на государство, пока что только один раз, но рисковать как-то не хочется. Помогаешь им, консультируя по Ближнему Востоку и его террористам, в которых они на самом деле ни чёрта лысого не смыслят, помогаешь, а потом стукнет кому-то из их бюрократов что-то в голову, и будешь из себя узника замка Иф изображать до конца жизни.

Да и у себя в институте и их начальство, и журналистов, и начальство немецкое, и в целом западное, почти поголовно принимать перестал. Ввёл личные санкции против них всех до полной отмены санкций против России и от себя, и от имени своего института. Пустяк, конечно, но когда им на этом основании во встречах отказываешь, так они шалеют – душа радуется. Впрочем – это о другом. Называется «честь страны». Сейчас поддерживать её мало кто себе может позволить, но честь вообще была понятием редкостным во все времена. А уж в наши… Её разве что в литературе было много. А так: не воруй, не стучи, не интригуй, не подличай, веди себя достойно и пристойно всю жизнь, поддерживай сколь можешь имидж семьи, страны и корпорации… Кому это надо?

Оно абсолютно невыгодно и денег не даёт, а уж про положение в обществе и про карьеру и вообще следует забыть на веки вечные. Какая, к дьяволу, может быть карьера при таких принципах? Да и особо большого состояния не наживёшь. Но тут кому что важно. В конце концов, прав был покойный Окуджава. Каждому пишется, как дышется. Да и живётся так же. При советской власти были свои сволочизмы, при нынешней свои, да и при царях было точь-в-точь то же самое, но если отойти в сторонку от суетной толпы, которая карьеры делает и капусту рубит, и иметь репутацию, при которой к тебе лучше не лезть и проще тебя стороной обойти, так очень даже неплохо живётся. И сам целее будешь. Хотя забавно, конечно, что честь русского, в основе его, государства приходится чистопородным евреям, вроде самого себя, старого сиониста, и израильтянина, Якова Кедми, на всех перекрёстках поддерживать… Но это уже другое дело.

Однако – это всё лирика, а между тем обещано было про Америку написать. Про неё и напишем. Много по ней поездилось в своё время, в том числе с друзьями. Исключительно хорошо для этого приспособленная и обустроенная страна. Много в ней хороших дорог, особенно федеральных. Достопримечательностей полным-полно. Развитый сервис. Что-что, а возможность продать проезжему народу всё, что ему нужно, накормить, напоить и спать уложить американцы, нация торговая и много по своей стране ездящая, не упускают. Нам бы так. По этой части у нас почти всё ещё впереди и, судя по всему, толчок развитию России обустройство её гигантских внутренних просторов на американский или канадский манер и на американском или канадском уровне даст громадный. Заняться бы этим кому спокойно, а не деньгу из бюджета бесконечно и безразмерно тырить, как нынешние привыкли…

Так вот, занесло нас как-то на пару недель с друзьями в Штаты, в город Сан-Франциско, оттуда в Лас-Вегас, а потом в Нью-Йорк. Где жена осталась ещё на две недели у мамы, она же любимая тёща автора, друзья, не став особо заморачиваться мокрым серым осенним Нью-Йорком, сразу улетели домой, а автор, как преданный муж, довёз жену до мамы, пообщался с роднёй дня два и тоже улетел, работать. Ибо отпуск вещь хорошая, но в меру. И правильно его распределить – половина успеха, а тот отпуск был распределён правильно: чуть больше недели в Сан-Франциско, притом что осенняя Калифорния – место замечательное, потом дня четыре – Вегас, остальное дорога. Хотя, говоря по чести, если всю дорогу за его жизнь вместе сложить – такие месяцы бы получились… Это – если ещё в лучшем случае. А если к самолётам и кораблям ещё и поезда добавить, то не исключено, что и пара лет наберётся.

Сан-Франциско был базой. Оттуда, арендовав минивэн, где друг был, как всегда, водителем, автор, который водить за свою жизнь научился только средний танк, и то давно, штурманом, благо хорошо в американских дорожных картах и указателях разбирался, а жёны и младший сын друга – пассажирами, ездили и в Монтерей, в океанариум, а затем в Биг Сюр и дальше, к береговым секвойям, и в Йосемитский национальный парк, в горы, где росли уже другие, горные секвойи, не такие высокие, но зато много толще, был глетчер (ледник, стало быть) и знаменитые водопады. Да и по самому СФ, который там никто «Фриско», как у нас с Джека Лондона привыкли, уже сто лет не называют, ходить и ездить – одно удовольствие, там есть на что взглянуть. Одну только в ту поездку автор сделал глупость: билеты в Вегас заказал на самолёт, вместо того, чтобы машиной туда поехать и уже там её, перед отлётом в Нью-Йорк, сдать. «Херц» он и есть «Херц». И в то время он присутствовал по всей Америке.

Но по глупости своей решил автор задачу себе и друзьям упростить и, как позже выяснилось, усложнил её до крайности, особенно с учётом наличия у них багажа. Поскольку рейс в Вегас сначала перенесли из аэропорта Сан-Франциско в соседний Окленд. Потом обратно. Потом на несколько часов задержали и отправили в итоге через Солт-Лейк Сити, который вообще-то расположен в штате Юта. И уже там промариновали в местном аэропорту до вечера, так что, выехав из отеля в Сан-Франциско в восемь утра, в отель в Лас-Вегасе они въехали часов в десять вечера. Это же надо было так влететь – в прямом и переносном смысле слова! Но всё хорошо, что хорошо кончается, хотя назавтра в шесть утра уже был назначен автобус в Большой каньон. Жёны к дорожным приключениям привыкли, с другом вообще всю жизнь с первого курса вместе, где время проводить, неважно – его в дороге вместе столько прошло, на всех континентах… Главное, долететь, доплыть или доехать в итоге, куда собирались. А когда – это вопрос вторичный, и даже философский. Как судьба распорядится.

Каждое из тогдашних приключений и каждая из тамошних дорожных зарисовок заслуживает отдельного рассказа. И аквариум в Монтерее с весёлыми шустрыми каланами, огромной рыбой-луной и гигантскими тунцами, выносящимися на посетителей из глубины огромного, в несколько этажей высотой, танка с морской водой. И сине-серая скала Капитан, кудряво-пенистые тонкие высоченные водопады и Глетчер-пойнт в Йосемитском парке. И крутой серпантин дороги туда и особенно обратно, по которому спускались уже в полной темноте, высвечивая фарами то енота, то оленя, то опоссума. И что собой представляет секвойя, когда её обнимаешь – огромная, тёплая под вечерним солнцем, уходящим за горизонт, в сторону Японии, красноватая живая колонна, уходящая вверх метров на сто, с толстенной корой, напоминающая о временах мамонтов, которых не она сама, так её бабушки с дедушками помнили – по несколько тысяч лет каждому такому дереву. И острая как огонь, немыслимо перчёная, пропитанная каким-то жгучим соусом, тонко нарезанная вяленая говядина – «джерка», от которой во рту оставалось отчётливое впечатление горящего напалма… О тогдашнем Вегасе, где всё, нынче закрытое, тогда ещё работало, и Большом Каньоне с бурой как бизонья шкура рекой Колорадо на дне, и не говорим.

Но поскольку всего не расскажешь, про это отдельную книгу надо писать, вспомним один лишь Сан-Франциско, который этого более чем заслуживает. И то мельком. Там и про него писать не переписать. Очень правильный колоритный город. И про его парки – японский сад с громадными воротами, стильными пагодами и ярко-красными ториями, и английский, с гигантскими дубами и оранжереями. И про мост «Золотые Ворота». И про остров Алькатрас с тюрьмой-музеем, и про залив с дельфинами. И про морских львов, оккупировавших там у пирса номер 39 специально подогнанные для них плотики, связанные тонкими цепями в одну колышущуюся на волнах флотилию. Хотя автор их помнит в конце 90-х, ещё до этих плотиков и до японских и китайских туристов – валяющиеся на каком-то из 40 пирсов огромные зубастые туши подслеповато щурящихся самцов и тёмных гибких ленивых самок, между которыми бродили тихоокеанские чайки таких размеров и с такими клювами, что от них как-то сразу хотелось держаться подальше…

В общем, классный город. Холмы, кукольные деревянные домики, утопающие в цветах, небольшой центр с небоскрёбами и аккуратным Чайна-тауном, старинные трамваи, улицы немыслимой крутизны, океан под боком и море цветущей сакуры. Между прочим, если б не «питерские», такие же сволочные, как и нынешние, только двухсотлетней давности, могла бы быть это Россия, как и Аляска, да и всё североамериканское побережье Тихого океана. А теперь, и уже давно, – это Соединённые Штаты Америки. Хотя Форт Росс всё равно там есть. И бродят вокруг него в большом количестве весёлые, стильно одетые гомосеки, сильно отличающиеся внешне от большинства американских фриков, не исключено, что тем, что в Сан-Франциско они преимущественно белые или дальневосточные азиаты – этнические японцы, китайцы и корейцы (латиносов и чёрных ребят там вообще немного, в отличие от Нью-Йорка или Лос-Анжелеса, и это ОЧЕНЬ сильно заметно). Ну и роскошные морепродукты, которые особенно хороши с местными калифорнийскими винами. Вот о них и речь.

Сколько ни ходи по городу, даже самому симпатичному, в какой-то момент есть захочешь. Особенно если воздух морской, а на пирсах Сан-Франциско он таки да, морской. Конечно, не Одесса (друг родом из Котовска, так что он почти одессит, да и автора туда тоже всё детство и юность на лето возили – сказывается), которая по определению – лучший порт на всей планете, но почти… Так что в какой-то момент стало ясно, что или заякориваемся, или жёны вот-вот начнут задавать вопросы насчёт того, не собираются ли их голодом уморить. А нам зачем это было надо? Благо вполне самостоятельный вьюнош, сын друга, оседлав велосипед, которые там в аренду уже тогда в туристических районах стояли длинными шеренгами, давно умчался покорять мост «Золотые ворота», красная громада которого искусила его своей близостью и доступностью, морских львов уже посмотрели и вокруг Алькатраса на катере прокатились, так что оставалось найти уютный столик на четверых где-нибудь поближе, на пирсе, желательно с видом на залив. И, потыкавшись в пару не очень понравившихся жёнам мест, правильный ресторан всё-таки нашли.

Он был просто громаден, патриархально роскошен и уютен, стилен до предела, украшен фотографиями голливудских звёзд и президентов США, которые во время оно ели и пили в этом заведении, и расположен глядящей на залив анфиладой, так что с каждого столика обзор залива был обеспечен. Причём огромные окна явно намекали, зачем туда и американцы, и туристы ходят. Обзор был потрясающий, вид радовал глаз, и, как оказалось, как раз был день американского ВМФ. Кто бы знал! Так что примерно через полчаса после того, как наша четвёрка, не подозревавшая об этом, туда ввалилась и уселась, ресторан был набит до отказа, а через час начался местный морской парад, в котором приняло участие всё, что могло там держаться на воде. Американцы не только любят свои парады, но и сами любят и умеют в них участвовать, так что от приличных кораблей до яхт и катеров всех видов, типов и размеров, на открытую воду вышло всё, что только могло выйти. Звёздно-полосатых флагов и вымпелов всех типов и цветов там было столько, что ими можно было укутать полгорода.

Залив исправно сверкал на солнце, и вода шла мелкой, исключительно фотогеничной рябью. Небо было правильное, с редкими облачками. Между идущими в обе стороны параллельным курсом плавсредствами шныряли дельфины и морские львы – как раз здоровенный косяк рыбы на праздник подсуетился попасть: то ли анчоусы, то ли сардины. В воздухе туда-сюда летали легкомоторные самолёты, между которыми на бреющем полёте (рыба же!) целыми стаями шли здоровенные калифорнийские чайки и тяжело барражировали грузно-клювастые пеликаны – настоящие, дикие, всамделишные… В общем, нежданно-негаданно ещё и на шоу угодили. Бывает в жизни и такое. То целое стадо горных баранов выскочит к дороге, как в Вегасе было, когда на плотину Гувера смотреть поехали, то, в другой раз, у того же Вегаса орлы в небе кружить начали, то через пожар пришлось проезжать, как было на Сицилии, то тропический шторм со всех сторон обложил, с молниями на полнеба, как во Флориде, когда в той же компании друзей из Орландо в Майами ночью шли (вокруг адский ливень, а на нашем отрезке трассы ни капли), то морской парад. Как повезёт.

Но это насчёт зрелищ. А римляне не зря ещё и о хлебе не забывали. Мы же в конце концов в тот ресторан зачем пришли? Жён кормить? Ну взялись за гуж… Еда, понятно, должна была быть морской, в тему, так что вино было белое. Оно, в принципе, вовсе не обязано быть к рыбе и морепродуктам белое, чушь это, те же итальянцы с французами эти условности видят в гробу, но если есть подходящее – почему бы нет? Естественно, региональное, благо в Калифорнии вина неплохие и автор их любит. Может, оно с аристократической точки зрения и неправильно, но видел он в гробу в белых тапочках и снобов, и их мнение. Инстаграммы там, прочая хрень… В задницу. Нравится вино – пей, сколько влезет. Если много выпил, можешь на пути к выходу слегка пританцовывать, было с ним и такое, как-то в Лондоне, после двух бутылок красного, Шато что-то там Ротшильда, как помнится, 1990 и 1978 года. Вторая, дорогая, уже чисто сдуру, под настроение, год у неё был памятного ему венгерского стройотряда. Бывает и такое. Но тут было белое, калифорнийское. Как они там говорят: с цитрусовыми нотками и лёгким (!) фруктовым послевкусием. Не любит, увы, автор сухой кислятины, и друг у него такой же, как он сам. Чисто русский вкус. Откуда, казалось бы, он у еврея и украинца? Но уж какой есть.

В меню было много чего, и главное, были свежайшие устрицы. А тут дело в том, что и автор, и друг его, почти одессит, их любили. Почему, откуда такая страсть к экзотическому и в их молодости небывалому в наших широтах продукту, Б-г весть. Но – любят до сих пор. Автор их как раз в Америке впервые в начале 2000-х попробовал, и зашли они ему чрезвычайно. Хотя до того десяток лет своих путешествий по миру в рот их не брал. А как уговорили, оказалось – его тема. Ну, и друг у него такой же. Так что прикинули они уровень аппетита и заказали себе по две дюжины, для рывка. Всего четыре. Глаза у официанта стали как плошки. Он решил, что «руссо туристо» явно не волокут ни в устрицах, ни в английском. Но попытка переспросить привела к тому же результату. Количество устриц подтвердили, показали на пальцах: ЧЕТЫРЕ дюжины, и ещё и уточнили точное их число в этих четырёх дюжинах: сорок восемь. Не больше, не меньше. Для начала. Вот это «для начала» и решило дело. Он тихо дописал заказ и ушёл, нервно оглядываясь. Не привык тогда к нашему народу, наверное, бедолага. Плохо понимал, на что мы способны.

Жёны, правда, устриц не любили, так что заказали «клам чаудер», сиречь отличный густой рыбно-моллюсковый суп, который автор помнил ещё по Бостону и всячески рекомендовал. Но поскольку любая правильная жена в глубине души полагает своего мужа изрядным придурком, а друга мужа придурком вдвойне, слегка начудили с порциями. Своя-то, правда, прислушалась к рекомендации и взяла маленькую порцию супа и какую-то рыбу. Жена друга, очевидно решив, что маленькая порция – это обычная для российских ресторанов чашка, а ей хотелось бы нормально поесть, запросила среднюю, и уговорить её на маленькую никак не удалось. Ну жалко, что ли? Говорит женщина, что хочет тарелку супа и её съест, чего с ней спорить? С женщинами вообще спорить не стоит. Во-первых, им и так в этой жизни тяжело, во-вторых, они всё равно всегда правы, а в-третьих, нам ещё с ними жить. А спор с женщиной, даже самой лучшей и самой любимой, портит ей настроение и вам обоим карму и личную жизнь. Проще согласиться. Так что взяла она СРЕДНЮЮ порцию супа. Ну, и опять же, какую-то рыбу.

Занавес, ожидание, аплодисменты. Заказ пришёл, и с ним вместе пришла толпа – поугорать. Поскольку ТАКОЙ пирамиды устриц они ещё не видели. Что такое дюжина устриц? Это блюдо со льдом, самими устрицами, кусками лимона, чашечками с красноватым винным уксусом… В общем, понятно. Две дюжины – это двухэтажная конструкция на стойке. Два блюда… ну, и так далее. Ну, а четыре дюжины – это четыре блюда со всем вышеописанным содержимым на каждом. Или две спарки, что и вынесли, готовясь, как сказано выше, поржать над идиотами-туристами. Ага. Два раза они поржали, долбоящеры, туда и обратно. Просто к ребятам в их ресторан никогда не заезжали прокатчики, после Московского института стали и сплавов, один с опытом работы в горячем цеху «Запорожстали», а другой «Серпа и молота». А это не Кеннеди, не Рейган и не Мэрилин Монро, фотки которых у них на стенке висели. Это Технологический факультет и опыт студенческих посиделок сначала в общежитии «Дом Коммуны», а потом и в «Металлурге», мужском и, кстати говоря, женском, откуда жена друга и была.

Сели поплотнее, переглянулись, выдохнули, сосредоточились и начали, постепенно набирая темп, методично работать над устрицами, отвлекаясь периодически на то, чтобы чокнуться бокалами с вином, не забывая о вкусном тёплом хлебе с маслом, за дополнительной порцией которого пришлось два или три раза гонять официанта. Не понимают они всё-таки в своей Калифорнии наших норм потребления, особенно хлеба. Да и вообще в Америке не понимают. Не их это тема. В Германии ещё так-сяк… В общем, когда через десять минут от изначальных четырёх дюжин устриц осталась едва половина, а темп их уничтожения разве что чуть-чуть снизился – первый голод всё-таки утолили, дальше начали смаковать, слегка охреневший от увиденного кухонный народ разошёлся. Не сказать, чтобы разочарованными – оглядывались с большим уважением. И после этого можно было уже, спокойно добив устрицы, выручать жён.

То есть цирк на конной тяге отчасти всё же имел место быть, но прошёл незамеченным для персонала: феерическое скоростное поедание горы устриц двумя русскими джентльменами средних лет их настолько впечатлило, что отвлекло от супа и заказавших его женщин. А там было на что посмотреть. Жене принесли МАЛЕНЬКУЮ порцию. То есть белый фаянсовый горшок со здоровенной суповой дозой, на двоих умеренно или одного очень-очень голодного человека. Поскольку она знала, что любимый муж точно не жлоб, в американских порциях понимает и зря отговаривать не будет. Жене друга – порцию СРЕДНЮЮ. Ну, она же её и хотела? А надо сказать, что средняя порция в американских заведениях такого класса – это примерно полкастрюли. То есть точно такой же, как с маленькой порцией, белый, фаянсовый, но вчетверо больший горшок. Что до БОЛЬШОЙ порции – это горшок, уже размером с кастрюлю. Причём не просто с кастрюлю, а с очень большую кастрюлю. Человек на десять, а если не очень голодных, то и на пятнадцать. Как раз по тарелке каждому…

Мы с другом это себе хорошо представляли. Отчего ни салатов, ни второго и не брали, отчётливо представляя себе, чем оно кончится. Благо ни в каком самом страшном сне даже представить себе, что в одного человека, если только это не Гаргантюа, такой объём даже самого вкусного, но густого и сытного варева, напичканного до упора овощами, кальмарами, креветками, рыбой, моллюсками и лангустинами, влезет, было невозможно. Ну, оно и не влезло. Даже маленькая порция до конца доедена не была, хотя там осталось ложки три-четыре, не больше. Что уж про среднюю говорить… Ладно, выручили мы их – доели тот суп со всем нашим удовольствием, пока жёны, потрясённые величиной американских порций, клевали своего то ли лосося на пару, то ли дораду на гриле. А как иначе? Родители у обоих на всю жизнь приучили: всё, что в тарелке – доедать, еду ни в коем случае не выбрасывать и не оставлять. Военная школа. Американцам не понять, у них война другая была.

Ну в итоге и мы, и жёны были сыты и довольны, хотя лучшая половина команды несколько посрамлена в своём упорстве и поколеблена, насчёт непререкаемости и знания жизни. А вот не спорь с мужем и другом его, девица-красавица, спутница и верная боевая подруга! Знают и они, что и про что говорят! К тому времени, как всё добили, как раз и парад закончился, и голод прошёл. По чашечке кофе выпили, друг сигариллу тонкую, хорошего табака, выкурил, и в отель свой поехали, отдыхать от отдыха. Времена тогда ещё были нормальные, не то, что нынешние, истеричные для курильщиков, в пользу американских наркоторговцев уеденных и затоптанных Минздравами всех стран, включая нашу собственную. Что автор, как человек, который не курил в своей жизни никогда и курить не собирается, и констатирует напоследок. Ибо оно, наверное, здорово, когда люди ведут здоровый образ жизни: не курят, не пьют, не чревоугодничают и не увлекаются женщинами. Только зачем им такая жизнь?

* * *

Идёт по «Культуре» цикл фильмов о древних городах Мезоамерики. Чичен-Ица, Тикаль, Теотихуакан, Тескоко, Майяпан, Бонампак, Паленке, Ушмаль… С детства завораживала эта цивилизация, точнее целый набор цивилизаций, о которых мы до сих пор знаем не так уж много, хотя и на порядок больше, чем полвека назад. И кое-что из их письменности даже прочесть можем, спасибо Кнорозову, что, конечно, осталось на каменных стелах и стенах их храмов высечено. Вот о них и речь. Поскольку что остаётся от забытых империй прошлого? Храмы, крепости, да иногда дворцы. Или холмы на том месте, где они были. Впрочем, если вокруг пустыня, как в Египте, сохраниться может что угодно, а не только Сфинкс с пирамидами. Но если джунгли, как в Юго-Восточной Азии, Индии или на Юкатане, их расчищать надо. Зарастают древние постройки так, что и следа не найдёшь – в двух шагах от них можно пройти, не заметив.

Болото сохраняет дерево и кожу, но разрушает металл. Пепел трупосожжений хранит металл и хрупкое, драгоценное некогда стекло, а иногда и органику. Вечная мерзлота и ледники консервируют любые материалы – сейчас в Альпах и в Скандинавии, где лёд отступает, чего только не находят. Нам бы свой Север не упустить – разграбят чёрные копатели. В Китай от нас что только контрабандой не тащат: мамонтовые и мастодонтовые бивни на материал для высокохудожественной резьбы, а всё остальное для их традиционной медицины, в качестве «зубов дракона». У степи, тундры, гор и тайги своя специфика, и археологическая, и палеонтологическая. У морского шельфа и внутренних водоёмов своя. Безумно интересная тема.

Но подумалось, глядя на экран, где ведущий рассуждал о храме майя на пирамиде, высотой в 70 метров, до сих пор возвышающемся над вершинами окружающего заброшенный город тропического леса, о другом. Вот стоял же когда-то огромный город, великая столица великого царства. Веками стоял. И что от них осталось? И от города, и от царства, и от народа, который его населял, и от тех народов, с которыми он воевал и торговал? От его владык и жрецов, от воинов и красавиц? От надежд и страстей, от счастья и несчастья, мечтаний и подвигов, которыми жили и во имя которых умирали все эти неисчислимые мириады людей… От их богов и духов, добрых и злых, в конце концов! Им же поклонялись, в них верили, им молились и приносили жертвы. А теперь кто о них помнит?

Нет ничего вечного в этом мире. Всё, что мы делаем, и всё, что делали другие люди до нас, исчезнет и забудется, останется смутными тенями в преданиях или превратится в ценные сувениры, предметы из музейных коллекций, а то и строительный материал для новых дорог, крепостей и домов. Как было с римским амфитеатром в Лукке, в котором в раннем Средневековье варвары, заселившие Северную Италию, себе жилья понагородили, оставив его овальную арену в качестве торговой площади. А бывает и так, что гробница великого императора станет укреплённым замком, или языческий храм христианской базиликой, а потом и мечетью, как Святая София… Суета сует. Так что кто знает, для кого мы теперь свои соборы и стадионы строим? А может, и хорошо, что нам это неизвестно. Чего заранее зря расстраиваться?

* * *

В очередной раз пропал сон. Всю жизнь такое бывает. При этом понял с годами: бороться с бессонницей бесполезно. Нет, если в лёгкой форме, ещё ничего: закутался поплотнее, чтоб один нос из-под одеяла (зимой) или лёгкой простыни (летом) торчал, или просто перевернулся на живот и лёг поудобнее, дыхание выровнял, отсутствие мыслей в голове обеспечил или что-нибудь монотонное себе представил, глянь, уже и утро. Или, если нервы по какому-нибудь поводу разыгрались, а с возрастом бывает и такое, таблетку персена сглотнул, а то и две, успокоился, а там опять-таки утро настало. Хотя проще всего встать и начать работать, пока часам к восьми-девяти утра сон на пару-тройку часов опять не сморит. Отлично спится, когда вымотаешься. Ну или если не пишется, чем в основном теперь по ночам и приходится заниматься, отбив первые три-пять часов вечернего и раннего ночного сна, если лёг до полуночи, что теперь тоже бывает, помогают книги и телевизор.

Книги читал всегда, так что стопка свежего, непрочитанного, под рукой лежит. Опять же, что-нибудь из особо любимого всегда перечитать можно. Ну, а если читать почему-то не хочется, если сидишь в деревне, где последние лет пять живёшь постоянно, спускаешься вниз, а если в Москве, просто идёшь на кухню, плотно закрываешь дверь, чтобы домашних не будить, включаешь «ящик», как у нас в стране телевизор зовут, хотя они давно уже плоские и на стенке висят, и переключаешь программы, пока на что-нибудь приятное для глаз и ушей не наткнёшься. Под чай с сухариками или печенюшками исключительно хорошо на организм действует. И дальше по той же схеме, пока сон часа через три-четыре не придёт. Ну или в гостиной лёг на диван, чтобы ноги горизонтальное, правильное для сосудов положение приняли, в холода укрылся пледом, а летом и без него, и по той же схеме, пока глаза сами собой не закроются.

Зомбоящик теперь вещает круглые сутки, за что спасибо. Чуши там много, но и нормальных передач куда больше, чем где бы то ни было. Есть немалый опыт. Сколько на своём веку по полночи перещёлкивал американские или израильские кабельные программы, которых там сотни, не говоря уже о куда более бедной на это дело Европе… Наше однозначно лучше, толковей, интереснее и содержательнее. Тут и спорить нечего: почти в четырёх десятках стран его просматривал. И это не считая наличия интернета, откуда при желании можно вытащить вообще что угодно. Что до ТВ, понятно, что всё имеет своего потребителя. И хорошие старые фильмы. И иногда попадающиеся хорошие новые. И сериалы. И что-нибудь о природе. И музыкалка с юмором, которого опять-таки, полно по ночам. Тот же «Открытый микрофон», «Не спать» или «Камеди батл». Нет, понятно, что есть фильмы «Квартета И» и Жванецкий, но это если повезёт. Впрочем, наверняка же есть любители и телевизионные политические шоу-кричалки посмотреть, или на новостях поужасаться. Снимают же их для кого-то?

Проще всего, когда ночью надо было работать. Чертить, считать, писать аналитику наверх или вкалывать на адъюстаже сортопрокатного цеха, всё равно. Тут главное ритм поймать. Завёлся, пошла работа, и паши до упора. Голова сразу становится ясная, сон уходит – зевнул для приличия, потянулся и нет его, сосредоточился, ушёл в дело с головой и руками, не давая себя отвлечь ничем посторонним, глянь, уже и небо посветлело, зачирикал кто-то утренний, и сделано всё. Что надо, начерчено и прикнопленное к кульману ждёт, чтобы его свернули и засунули в тубус. Или написано и отредактировано начисто, чтобы ошибок и опечаток не было. Ну и понятно, распечатано или, по нынешним электронным временам, отправлено адресату в максимально правильно оформленном виде.

Раньше на пишущей машинке приходилось отстукивать, потом компьютеры появились, много проще стало. Если бы ещё интернет от писанины не отвлекал… Но тоже нашёл способ борьбы с этой завлекательной заразой. На сложные компьютерные игры, как раньше на карты, не отвлекаешься, за ними можно сутки просидеть – времени жалко. Пару игр в маджонг или в «сапёра», пять минут за пасьянсом «косынка» или «энгри бёрдс» (по-русски это будут «злые птицы», но кто их так зовёт?), по новостям пробежался, опять-таки – два-три сайта потолковее, РБК и израильский МIG-ньюс, и хватит, и дальше работать. Мозги переключились ненадолго, дальше это облегчает копание в материале.

Что до ночных смен на заводе – они всегда были самыми любимыми. Пришёл минут за двадцать до начала, смену принял, ситуацию понял, в зависимости от того, катает стан или нет, расставил людей и погнали наши городских. Начальства нет, голову никто не морочит, работай и работай себе. Главное – не мешает никто из начальственных белокасочников, дурных заданий не даёт, можно своей головой спокойно соображать. К утру, глядишь, металл весь со стана принят, отсортирован и отгружен на склад или уложен в стеллажи, похожие на гигантские серые с пятнами окалины поленницы, то что надо, прошло правильную машину, а что надо – обрезано на станках с дисковыми пилами, или отожжено в термостатах, и всё записано в учётной книге. Можно закрывать наряды, в душевую и домой – на метро или, если погода хорошая и настроение есть, пешком. Как раз за пару часов быстрой ходьбы доходишь.

Впрочем, домой пешкодралом лучше всего пилить после вечерней смены, когда людей на улицах нет и машин мало, если на метро опоздал. До сих пор вспоминаются ночные походы по Москве с таким удовольствием… Темно, никто голову не морочит, воздух куда чище, чем днём, в Нагатинском затоне даже соловьи щёлкали и свиристели… Ну, тут что поделать. Ночной человек. С института так привык. После занятий – заскочил домой, вывел любимого пса (вечером обычно его папа выгуливал), дальше дружина, оперотряды или в общежитие, к друзьям. Часам к девяти вечера минимум, к ночи максимум – на пересадку к часу ночи на метро успеть, и домой, а то родители волноваться будут. Стакан чая, и заниматься. До трёх утра всё сделал, часа четыре поспал, с утра вскочил, собаку вывел и в институт. Нормальный график жизни.

Если родителей дома нет, меняешь расписание: Дику в любом случае положен обязательный трёхразовый выгул. Но занимаешься всегда или ночами, или по выходным, стараясь всё, что можно, сделать наперёд. Если очень много уроков, сон мог быть сокращён до двух часов в сутки. Но в принципе, четыре – это нормально, а пять – роскошно. Чем больше спишь, тем больше хочется. Если чувствуешь, что голова совсем отключается, просто минут на пять-десять проваливаешься в глубокий сон, можно не раздеваясь, хотя лучше в раздетом состоянии. Главное – лёжа. Никакого «сидя отвалился». Перед этим смотришь на часы, представляешь себе циферблат со стрелками, стоящими на времени, когда надо встать, фиксируешь это в сознании и закрываешь глаза. Открывались всегда вовремя. Часы, что ли, в организме внутренние есть? Встал, глаза протёр, воды глотнул и работать. Если в голове ещё туман, умыл лицо холодной водой, как мама на собственном опыте советовала. Исключительно бодрит.

Заметно, когда много работаешь ночами, как в определённое время накатывает сон. И тут главное ритм поймать, чтобы не провалиться в него, пока всё, что нужно, не сделано. Причём это и утра и вечера в одинаковой мере касается. Проще утром, пока не захочешь по-настоящему спать, не пытаться лечь. Всё равно не заснёшь. Хотя в молодости спокойно не спал по двое суток, да и на заводе мог две смены подряд вкалывать без малейших проблем. Ну, да, шестнадцать часов у прокатного стана, с горячим железом в обнимку… Опасно? Наверное. Запрещено категорически. Но если надо – не вышел кто на смену, а подменить некем, и начальство очень просит… Чёрт его знает, почему не любил никогда ему отказывать, когда что-то действительно надо. Ни тогда, ни сейчас. Надо значит надо. На любом уровне, до самого верхнего включительно. Разное в жизни бывало.

Но это если двое суток. Одну ночь не спать – не вопрос. Две подряд сейчас уже будет напряжно, всё-таки за шестьдесят. Хотя в молодости бывало и такое. Но тогда много глупостей со сном было проделано, в порядке эксперимента. Как-то на каникулах спал почти двое суток, как медведь в берлоге. Правда, встал с совершенно больной, «квадратной» головой. С другой стороны, на первой практике, в Магнитогорске, когда писал отчёт, спал два часа за неделю. Зачем – Б-г весть. Идиот молодой. Отчёт вышел громадный, туда всё уместилось, красивый, со схемами и рисунками, и получил пятёрку у Линецкого. На старших курсах долго заманивали в аспирантуру и он, и Берковский, который у нас вёл калибровку, но зачем она была? И зачем столько тогда этот чёртов отчёт писал? Идиотский перфекционизм, перешедший в привычку. А тогда сидел, писал сутками в красном уголке заводской общаги – народ приходил подивиться на чудо-писаря. Такого они ещё не видели. После сдачи зачёта ещё стипендию группе роздал, доехал до вокзала, забрался в купе на верхнюю полку и отрубился почти до самой Москвы. И больше в жизни так дурью не маялся. Интересная штука сон…

* * *

Очередное исследование в очередном западном университете вышло, на тему того, что к такому-то и такому-то году выбросы несчастной двуокиси углерода на Земле будут превышать способность планеты к её поглощению. Причём антропогенный фактор в дальнейшем уже никакой роли и никакой рояли играть не будет, поскольку снижай эти самые выбросы, не снижай, поглощение их не увеличится. И точка сия вельми близка, а что после будет, того учёные не ведают. И дальше много про вырубку тропических лесов и прочее, в самом деле печальное. На тему нагнетания апокалиптических настроений и прочей, привычной для этой темы информационной хрени. Поскольку что и зачем писали сами учёные, тут совершенно неважно. Важно, что написали ничего не понимающие ни в их науке, ни в чём-либо вообще журналисты, которые климатическую тему и влияние на неё антропогенного фактора вообще и двуокиси углерода в частности вместе с политической мафией из ООН раскрутили до состояния общепланетной истерики.

По чистой случайности (разумеется, как же иначе, неужели же их можно подозревать в корысти!) весь этот хипеш помогает тем, кто его раскручивает, унасекомить конкурентов потупее, вроде нас, у которых начальство своим умникам не верило и не верит, видя их в гробу, ясного представления о том, что такое грамотная экспертиза, не имеет и иметь не собирается – к чему она ему, если оно и так начальство?! – а тусоваться на международном уровне и получать там комплименты хочет со времён Горбачёва страстно. Прямо не начальство, а Наташа Ростова на первом балу, в смутном томлении неясных юных эротических желаний. Опять же, свои технологии туземцам, имея в виду, в частности, нас, белые люди из Европы и Штатов могут впарить за хорошие деньги, а попутно бабла на процессе борьбы за всё хорошее против всего плохого по экологической и климатической части загрести. Долго ли умеючи-то?

Особенно у американцев это хорошо получается. Трамп, правда, все эти спекуляции видел в гробу, он реалист был и пока ещё остаётся, хотя уже ни на что не влияет. Но вот сейчас, как Байден пришёл, опять американская климатологическая гопа возглавила мировую климатологическую же мафию. Санкции, истерики в прессе и Конгрессе… Они это умеют. Благо глобалистские элиты всю эту мерихлюндию и пробивают, а это самые демократы и есть. Их капиталы из воздуха состоят. Чистые пузыри, иногда электронные. Что до республиканских денег, в основном из реального сектора, они их беречь точно не будут. И европейских левых это тоже касается. Там по этой части примерно такое же витание в облаках и спекулятивные начинания.

С чем это всё сравнить можно? К примеру, идёт дождь. У вождя племени плохое настроение, болят зубы, состарилась любимая жена, залетели и ноют день-деньской все остальные бабы в гареме, он промок и животом мается. А дождь не перестаёт – осень. Ячмень гниёт, репу жуки поели, дичь разбежалась и разлетелась, рыба под коряги в омутах ушла. Скучно и бесперспективно. Убить кого-нибудь очень хочется, но соседи сильные, сами навтыкать могут, а слабых уже всех убили. И приходит ему идея, что с осенью надо кончать. И с дождями осенними надо кончать. Зовёт он шамана, и придумывают они, что делать. Поскольку яснее ясного, что дождь идёт оттого, что у хромого Хаима жена с дурным глазом. Ну, оповещают они об этом племя, все дружно ловят Хаима с женой, вышибают ей глаз и на всякий случай доламывают ему ногу. То есть успешно борются с антропогенным фактором. Но дождь идёт.

Тогда вождь и шаман собирают глашатаев, бьют в там-тамы, устраивают недельные танцы у костра с приглашением соседей и перекусом, чем духи облагодетельствовали, из старых запасов, и лёгкой пьянкой на базе сброженного сусла из весёлых корешков, и договариваются о квотах выбросов: не больше одного полена в день в каждый костёр. А кто нарушит, тому санкции: съедят. И для острастки первыми съедают Хаима с женой и маленького Мука. Или Трампа. Не суть. Но дождь идёт. Тогда вырабатывают правила и высекают их на скале в виде петроглифов. Чтобы навечно остались. И в качестве решающего шага по борьбе с антропогенным фактором приносят в жертву духам предков и съедают без соли, перца и кетчупа местного диссидента, который открыто говорит, что всё это редкостная дурь, и изобретает зонтик, болотные сапоги-говнодавы, непромокаемый плащ-дождевик и такую же крышу для своей личной хижины. Дождь прекращается, начинает идти снег. Все счастливы. Вождя носят на руках: он победил дождь. Ему чешут пятки и избирают главным пожизненным дождеборцем. Аплодисменты. Занавес.

Вот и с нынешней борьбой с климатическими изменениями на планете так же. Парижское соглашение, Киотский протокол, прочая х-ета на постном масле – это оно. Только вожди и шаманы в костюмах и галстуках, а вместо там-тамов телевидение и интернет. Главное – найти тему, раскрутить эту тему и сделать на ней деньги и карьеру. Всё прочее вообще неважно. Климат как менялся, так и будет меняться. Он всегда меняется. Антропогенный фактор на него особо не влияет. Нет, хорошо, если леса перестанут вырубать и мусором планету загаживать, а вредные выбросы станут менее вредными. Это правильно. Но всё остальное – чушь, блажь и дешёвые спекуляции высокопоставленного начальственного политического жулья и одураченных им лохов, вроде нашего Горби и его преемников, до нынешних включительно. А уже под них набирается достаточно учёной братии, которая не моргнув глазом что угодно докажет и базу подведёт. Она тоже куда больше кушать хочет, чем спорить с начальством. Ну, а там и средства массовой информации, которым своего хлебушку с маслицем и прошутто, и вискарика с водочкой хочется, а не за истину страдать, подтянутся. Ну и понятно, прогрессивная общественность, которая вообще дура-дурой.

Причём это не только с климатом так. Всех тем такого рода и не перечислишь. Озоновая дыра и фреоны. Палестинское государство и израильские поселения. Путин и Скрипали с Навальным. Или Россия и допинг. Асад и его химоружие. Трамп и демократия. США и русские хакеры. Или китайские. Или не США – помнится, в Бундестаге тоже какие-то русские хакеры зачем-то шурудили. И много чего такого. Механизм всегда один и тот же. Кому-то что-то надо. Или для себя, или против кого-то, не суть важно. Он ищет и находит тему, опираясь на которую будет раскручивать то, что ему надо, людей, которые в неё впишутся, эту тему обосновывать, и других, которые про неё будут талдычить на весь белый свет. Всё, можно запускать процесс. А как он, этот самый процесс, людьми и деньгами обрастёт, попробуй его останови. Он уже на самоподзаводе. Вечно крутиться может, деньгу давать. Стандартная, между прочим, схема. Так настохорошела уже…

* * *

Подумалось тут… Что есть правильный результат управления государством и его функционирования как системы? Для политиков, государственных деятелей, дипломатов и военных, к примеру? И для обывателей? Причём как избирателей или просто как обычных людей? Или начальства, а то и элиты (понятия вовсе не обязательно совпадающие). Такая получается мешанина…

Нет, классическая русская литература многое объясняет. К примеру, возьмём простейшее из известных. Наш собственный случай. Живём на перекрёстке дорог. С Запада на Восток – степь. С Севера на Юг – реки. А моря далеко. К ним поди доберись. В итоге все через тебя туда-сюда шляются, кочуют, грабят и завоёвывают. Отчего сами научились ото всех отбиваться, а также их грабить и завоёвывать. В привычку вошло.

Пока с основными врагами разобрались, от завоевателей отбились и грабителей подмяли, на них во многом похожи стали. Потому что перемешались. Чистая биология: кого догнал, на том женился. Так что страха особого в этом мире никто уже у наших не вызывает. Всё уже было. И к морям пробились. Как минимум на три стороны света. А на четвёртую, где Жирик собирался сапоги мыть, и не стали. Народу там больно много по берегам живёт. Корми их всех потом, обустраивай…

Мы, наверное, единственная страна в мире, где чиновники, администраторы и партийное начальство испокон веков лениво отмахиваются от военных, путешественников, торговцев и дипломатов, которые в империю новые земли включить пытаются. Лениво им, падлам. И так считать много надо, а те ещё и ещё волокут. То Аляска и Калифорния с индейцами и алеутами, то Новая Гвинея с папуасами, то Гавайские острова с канаками, то Кувейт, где вообще арабы живут. Опять же, в Польше были поляки и евреи, в Финляндии финны-чухонцы… Нет бы им сразу Тоскану и Ниццу с Лондоном предлагали!

Тем, неугомонным, легко открывать, завоёвывать, распахивать и осваивать, а ты баланс по-новому своди. Отчего у нас любой сепаратизм на местах с таким восторгом центром и воспринимается. Распалась империя? Ну и чёрт с ней. Советский Союз развалился? Так и Б-г с ним. Берите, голуби, суверенитета, сколько сможете! Ну, голуби на это смотрят и многие таки берут. А потом все остальные должны корячиться, по новой всё это вместе собирать. Поскольку выясняется, что все те, кто отвалился, помимо своего, ещё и чужого изрядно отгрызли, и ещё хотят. Или между собой его делить начинают.

Наши военные воевать умеют лучше всех, а хотят меньше всех. Столько воевали… И, в принципе, кому угодно могут вломить, если только им не мешают. Мешают обычно карьерные идиоты сверху и сильно хитровымудренные бюрократы сбоку, из соседних ведомств, по преимуществу финансового и дипломатического. С финансистами всё просто. Им, яснее ясного, надо, чтоб ничего ни на что не тратилось. Желательно вообще. У них тогда баланс красиво сводится. Да и как в их главной заповеди сказано? Что охраняешь, то и имеешь. Они, к примеру, деньги охраняют. Ну, и…

Это как у уборщицы, которой надо, чтобы пол всегда чистым был. Дай ей волю, она всё на ключ позакрывает, никого никуда не впустит и только изредка там протирать будет. И на дело рук своих любоваться. А то взяло моду население тратиться на всякие там дороги, науку, образование и прочую медицину. Ну, и ещё на армию, флот, космос и всякое прочее, им совершенно не нужное. А то и на пенсионеров. Не случайно у нас Злой Кащей над златом чахнет. А Кудрин он, Силуанов или ещё у него какая фамилия, какая разница? Они все, по их представлению, не вспомогательный персонал, обслуга основных дел страны, а главные в ней люди. Они ж ей кислород перекрыть враз могут. И если что, перекроют.

Дипломатам старой школы было проще. Они военные успехи должны были закрепить, неудачи минимизировать, толмачить для начальства, которое, как правило, языками не заморачивалось, и чемоданы ему подносить. Ну и ещё врать, интриговать и шпионить в пользу своей страны, как испокон веков заведено было. Дипломаты школы новой, со времён Горбачёва у нас возникшей, как особой генерации, должны были родиной умело торговать. Сдавать не всё сразу, а по кусочку, чтобы самим хватило, а это ж не все умеют. Отчего у кого осталась изрядная недвижимость в Штатах, как у Козырева, у кого страна собственная, как у Шеварнадзе, у кого пара казино в Испании, а у кого – блог на «Эхе Москвы», яд сливать. Обидно, да?

При этом успех для этой, второй, генерации равнозначен договору с американцами. Они так привыкли. Ну или хотя бы переговорному процессу. Нужно, не нужно, или просто вредно – их это не колышет. Отчего они тормозят всё, что угодно, лишь бы диалог запустить и его сколько можно вести. По Алеппо там или по Донбассу, неважно. А что ничего из подписанного выполняться не будет, и никто это и выполнять не собирался, им какая разница? Они и в Астану помимо турок и иранцев пытались и бюрократов ООНовских притащить, и американцев… Чтоб были. Хотя вроде в личной жизни в привычке к групповому сексу не были замечены. Но в рамках исполнения профессиональных обязанностей…

Ну, что ещё? Политикам важен шум. И чем его больше, тем лучше. Так что инициативы у них зачастую дурные-предурные, а у мелких, начинающих, ещё и г-внистые, как они сами. Есть у нас такой в Думе, рыжий, из питерских. И он там не один. Зато предсказуем и управляем. Государственным деятелям обоего пола, хоть и не чуждым сребролюбия, властолюбия и капризов, всё же надобен результат. И кабы все такие как они были, стране полегче бы жилось. Но сколько их таких, помимо Первого?

Населению нужно, чтобы его поменьше заморачивали, в карманах у него что-то оставалось, системы жизнеобеспечения функционировали исправно, у детей и внуков было будущее, зарплаты, пенсии, вода, газ и электричество были в наличии, начальство не очень дурило, и безопасное житьё-бытьё людям обеспечивало. И криминал его напрягает, особенно в помянутом начальстве. Да и вообще хочется ему странного: справедливости, честности и порядочности. Что никак с нашей и ни с какой другой действительностью не пересекается.

А как избирателю ему, населению, хочется с одной стороны стабильности, а с другой чтоб все те гады и ворьё, которое сверху засело и там размножилось до изумления, разом пропали бы пропадом. А на их месте были все нормальные, желательно из той партии, к которой он сердцем прикипел, которому, как известно, не прикажешь. А что все они там политики, о которых слова доброго не скажешь, и кто не курва, в партиях этих, то лярва, а кто не жулик, тот ворюга, того ему никак не объяснишь. Нету у нас отдельной партии порядочных и умных профессионалов. И нигде её нет. Одна шелупонь наверх всплывает. Закон флотации в отдельно взятой проруби её национального дерьма. Которое у каждого своё и согласно Хрущёву, для каждого оно малиной пахнет. Так что обломается народ, как избиратели, по-любому. Не будет им ими всеми чаемого ни в светлый день, ни в тёмную ночь.

Что до элиты… Где она у нас, прости Г-ди? Не та же шпана, которая у нас за неё по бедности интеллектуальных ресурсов и скудоумию нашему сходит? Она или вся целиком – гламурьё собчаковидное. Или исконное и посконное любит, аж до соплей, только выбрать никак не может между духовностью со скрепами и бл-дьми обоего пола с дурью всяческой заморской, в колёсах, порошке или подкожных инъекциях, а также водярой. То внесистемно оппозиционные страдальцы, дети «Эха» и «Дождя», грантоеды и навальнята. А что впереди там не Иисус Христос блоковский, а очередной фюрер, того им вовек не осознать. Извилин слишком много – перепутались все между собой.

Так и живём в нашем паноптикуме. Как там у Андрея Макаревича было, когда он ещё политическими завихрениями насчёт Крыма не страдал и песни писал нормальные, про кукол? Вверх и в темноту уходит нить? И ведь уходят ниточки, уходят. Только кукловоды и сами все на нитках. А те, кто ими манипулирует, кукловоды кукловодов, на своих подвешены, которые вообще чёрт знает у кого в руках. Рабы своих рабов… Схема понятная, особо век от веку и не меняющаяся. И ведь не только у нас такая. По Америке и Европе видно. Так что, проживи свой век без особой замятни, бунта, революции, переворота или большой войны, и ладно. Тот самый случай. Сильно на нас нынешних похоже.

* * *

Главное в этой жизни – правильная терминология. Ты не говоришь напрямую, что хочешь уничтожить у соседа промышленность, чтоб его можно было взять голыми руками, разорить и не только избавиться от конкурента, но и превратить его страну в рынок для своих собственных изделий, уж какие они там у тебя есть, а борешься за экологию. Причём не только его, но и всей планеты. Главное придумать, почему его технологии плохие и опасные, а твои – хорошие и чистые. К примеру, назови их зелёными и найди у соседа влиятельных лоббистов с твёрдым характером и личной заинтересованностью, вроде Чубайса или Грефа. Ну, и своих не забывай поддерживать, а его производителей разорить пошлинами и задавить штрафами и сертифицированием. И чтобы кредиты у него были дорогие. Тут, правда, начинается та же тягомотина, уже среди своих, поскольку по ходу дела убиваешь целые отрасли не только у него, но и у себя, но это не твоя печаль. Пускай приспосабливаются как хотят, уходят в третьи страны или вообще вымирают. На твой век денег хватит.

Ты не пытаешься сменить у него тех, кто его страной управляет, хорошо или плохо, неважно, но в основном в свою пользу, на тех, кто ей будет управлять, как тебе надо. Ты свободу слова поддерживаешь, гласность и права человека. Кто этот конкретный человек, что он за человек, на кого играет и что с его страной будет, если он её возглавит, неважно. Он может быть нулём без палочки, как в Прибалтике, Армении, Грузии, Молдавии или Белоруссии. Вором и бандитом с миллиардами в кармане или шутом гороховым, как на Украине. Мелким уголовником, как в Киргизии. Продуктом борьбы олигархических кланов, как Навальный в России. Не суть. Главное, правильно его назвать, раскрутить и поднять за него толпу побольше. Толпа – всегда дура, она лозунгам верит. Маленький человек против пожилого диктатора – это круто звучит. Тот долго правит, заелся, людей своих везде понаставил – воруют… И ведь всё правда.

Ты не гробишь у него образование и науку, медицину и природоохрану, правоохранительную систему и вооружённые силы, космос и промышленность. Ты их модернизируешь и оптимизируешь, причём его собственными руками. Тут главное не мешать. Запусти процесс и сиди, жди. Он с тем, чтобы всё это уничтожить, и сам справится. Причём твой первый друг, соратник и союзник – его собственные чиновники, особенно из финансового блока. Самодурство и провальная кадровая политика правителей, жадность и глупая вороватость бюрократов – первое дело, чтобы от их страны мало что осталось. И тут мы далеко впереди планеты всей. Не зря наших финансистов и банкиров на мировом уровне все так хвалят, такие им комплименты раздают, аж на руках носят. Молодцы! Без всякой ядерной войны со сверхдержавой управились. Не то что китайцы.

Далее понятно. Простая схема, недорогая и очень действенная. Иногда, правда, кое-где сбивается, но быстро выправляется. Главное, повторим, правильно вещи хорошими словами назвать. Всё прочее само собой образуется. Ломать не строить, душа не болит.

* * *

Мы этого пока ещё не осознали, но коронавирус вновь внёс в нашу жизнь фактор, которого лет семьдесят как в ней в таких масштабах не было. Внезапная смерть. Богат ты или беден, счастлив или нет, занимаешь в обществе положение или никому не известен, есть у тебя планы или нет, но помереть можешь в любой момент. Очень важная, традиционная для человечества, но почти ушедшая из нашей жизни составляющая. И вот она к нам вернулась.

На уровне массового сознания смерть – великий уравнитель. С концом Советского Союза как государства и его правил игры в нашу жизнь ворвались и в верхних эшелонах стали доминировать деньги. Ещё одна великая сила, которую в своё время Октябрьская революция практически выключила из системы ценностей, как выключила религию, которую начальство никак обратно населению впарить не может, хотя искренне пытается, и политику, с которой у нас происходит то же самое. Слишком много за последний век крови в стране пролилось, чтобы политикам кто-то верил всерьёз. Да они и сами себе не верят.

Ещё одна движущая сила из числа базовых ценностей, которая в СССР существовала в приглушенном состоянии, теперь гуляет на свободе – секс, но это уж как водится. Причём нашей сексуальной революции даже никто особо не заметил. Ну, пошла и пошла. Не то, что на Западе. А может она потому так, сама собой и пошла, что первичные инстинкты долго тормозить дело абсолютно бесполезное. А кто их тормозит, церковь или КПСС, неважно. Плотину строй какую хочешь, всё равно прорвут.

Хотя и тут смерть от коронавируса, как следствие контактов между людьми, всё очень и очень обострила. Ну, так она и лучшее в нас проявляет, и худшее. Тем более, что карьеры, планы и интриги как-то мельчают на её фоне. И очень заметно, что в этой жизни главное, что блажь, а что и вовсе чушь собачья. Как раньше было. В нецивилизованные времена. Когда каждый день мог стать последним и именно от этого чувствовался весь вкус жизни, пока она просто ещё была. Учтём на будущее, если, конечно, оно у нас есть.

* * *

В новостях сообщили о сиротах, которые жилья по двадцать лет ждут. В том числе в Хакасии. Хотя они его везде в России ждут. Суды выигрывают, а жилья не получают. Детей рожают – годы-то идут. А жилья нет. Не говоря о том, что если кому и дадут, то дадут руины. И даже деньги в бюджете на это жильё есть, как в той же Хакасии, а толку ноль. Президенту некоторые на прямую линию дозваниваются. По барабану. Им обещают, но что обещания начальства? Ветер в поле.

Показали по ящику губернатора той Хакасии. Молодой, в костюме, чуть за тридцать. То есть когда в его регионе сиротам жильё перестали выдавать, ему десять лет было. Сам он из КПРФ – партии, которая на социальную справедливость давит. Даже не единоросс, к которым всегда основные претензии. И у власти уже два года. Понятно, во всём, что было до того, виноват не он – предшественники гады были. А он тогда зачем губернатор, если такой же, как они? Многопартийность страны демонстрировать? И кому от неё прок, если людям никакого нету?

Что толку от хороших законов, если они не выполняются? Зачем в стране оппозиция парламентская, если делом она не занимается и толку от неё ноль? Левая она или правая, либеральная, консервативная или патриотическая, кому она сдалась? Вместе с партией власти, которая ни в чём не лучше. Тут Володин беспокоится, чтобы американцы на выборы наши парламентские в сентябре влиять не попытались. А на кой чёрт им на них влиять? Страну нашу удавить? Так с этим её начальство само с успехом справляется. И местное. И центральное. На всех уровнях – за редкими исключениями, оно одно и то же.

От какой оно партии, не играет никакой рояли. Чего та партия обещает, тоже. Что КПСС сказки народу рассказывала, что КПРФ. Без лупы видно – один хрен, который редьки не слаще. И ведь главное, не бомжуют же они там, наверху. По цветущему их виду заметно. И даже от них не требуется, чтобы честными были. Просто людям отдай, что им по всем законам должен, и воруй на здоровье. Развратничай. Своих по всем хлебным местам распихивай. Заискивай перед руководством, тля позорная, карьеру делай. Тебе слова никто не скажет. А так… Интересно, что на тему Хакасии и её сирот Зюганов скажет? Его же человек, местный губернатор? Или промолчит, как всегда?

Одно их всех выручает, что оружия у нас в свободной продаже населению нет, как в Америке. Так может, пора его продавать? А то у силовиков оно есть. У бандитов оно есть. У бандитствующих силовиков-оборотней есть. У чиновников, как правило, есть. Там кого ни копнёшь, такие арсеналы… Все как один охотники, или с наградным оружием и с разрешениями на него. Совестить их бесполезно. Что с гусей вода. Начальство просить тоже бесполезно, вплоть до высшего. Толку ноль. Судиться с ними бесполезно – никто всё равно ничего выполнять не будет, даже если есть решение суда. Тем более, откуда у малооплачиваемых сирот без кола без двора такие ресурсы, с начальниками страны судиться? Беспросветный тупик. Ну и, какие из этого можно сделать выводы?..

* * *

Проскочила тут странная новость, насчёт, что на ю-тюбе автоматически удаляют гимн России плюс ряд мелодий, традиционно ассоциирующихся с нашей страной, поскольку правообладателями их внезапно оказались какие-то американские компании. Оп-паньки! То есть мало того, что из-за околодопинговых афер Родченкова нас в грязь со спортом втоптали, запретив использовать на соревнованиях флаг и исполнять гимн. Мало того, что мы там не сборной России считаемся, а сборной спортсменов России, или как-то ещё, криво и косо, что одних только наших спортивных начальников-ушлёпков устраивает. Так и ещё нашли хворобу. А вот это уже оскорбление страны в особо тяжёлой форме. И если мы в очередной раз такое проглотим…

Нет, ну, понятно, что мы проглотим всё, что угодно. Санкции. Заморозку счетов всех серьёзных российских бизнесменов, у кого они за границей есть, особенно крупных инвесторов, которые что-то в Россию вкладывают, как произошло с Вексельбергом. Ложь и клевету в особо крупных масштабах. Перекурочивание всего своего под западное, с максимальным уроном для жизнеобеспечения страны, как произошло с образованием, наукой и медициной. Разрушение промышленности и космической сферы. Ну, и всего прочего, что ещё недавно делало нас сверхдержавой, которой мы по мановению руки нашего вороватого, туповатого и до предела жадного начальства перестали быть.

Мы и организацию у нас в стране уличных волнений проглотим. И бестолковые и наглые попытки свергнуть действующего президента, сменив его то ли на Навального, то ли на Ходорковского, то ли на Каспарова… Кто там ещё из вражьей пятой колонны есть в обойме? Кто-то типа Лаврова, Пескова и Марии Захаровой что-то скажет. Кто-то в телевизоре, на радио или в интернете съязвит. А кто-то, напротив, обоснует, почему так нам и надо. И осточертело это большинству населения до предела. Хотя суды Линча пока в ход не пошли, что, наверное, тоже не так плохо. Народ у нас долго раскачивается, но если раскачается всерьёз… Тогда мало кто уцелеет. И из своих, которые свои схемы четвёртое десятилетие устраивают и в них страну встраивает, и из чужих. А из тех, которые нам бейцы крутят, так и вообще никто. Есть по этой части немалый опыт.

Понятно, что народу и начальству нужно разное – иногда диаметрально противоположное. Они друг друга не понимают и не поймут, хоть тресни. Народу надо восстановление государственных границ в масштабе Советского Союза, придушивание всех и всяческих ультрас, хоть религиозных, хоть национальных, прекращение разорения и разбазаривания страны с вывозом всего украденного за рубеж или без оного, ликвидация криминала, наркоторговли, сословной бюрократии, обнищания низов и наглости зажравшихся верхов, включая наших командиров экономики и финансового блока. Про образование, науку и медицину и не говорим. Справедливость нужна, и чтобы вера в начальство была на чём-то основана.

Начальству нужно не прекращать богатеть любой ценой, передать накопленное и награбленное детям и обезопасить себя от любых перемен. Ну, и каждому клану придушить конкурирующие с ним кланы, из которых у нас всё и состоит. То есть декларирует оно всё исключительно хорошее, причём говорит как пишет, а пишет красиво. Но, судя по происходящему в реальной жизни… Оно и на Донбассе застряло и завязло, и ни с одной из внешних проблем и внешних врагов разобраться не может, да и не пытается. То ли ждёт у моря погоды. То ли, что всё само собой рассосётся, вяло отмахиваясь. То ли ему вообще недосуг осознать, что происходит и делом заняться. Не так, как оно им занимается, а по-настоящему, как китайцы. Отчего они там – это Китай, а мы – это мы. Сравнила себя лягушка с быком…

Ну, обогатились его нукеры, ближние и дальние. Тоже новость! Но не так же, чтобы у них в кармане прибыло, а у всей остальной страны убыло, а то и вовсе исчезло?! Народ хочет преступников с особо тяжкими и коррупционеров казнить, а начальство в европейских гуманных милостивцев играет. У него, вишь, обязательства международные и поездки в чистые и комфортабельные страны, поговорить о высоком. Что ему чаяния собственной черни? Ему и имитации бурной деятельности хватает, зачем ему сама эта деятельность? А уж про то, чтобы всерьез врага пресекать, что бы тот ни делал, как теперь с гимном, вообще упаси Б-г. Так, попугать чуть-чуть в размытой до полнейшего тумана форме. Ну, темны его намерения, что та вода во облацех. Оттого непрерывно и огребаем.

То есть понятная же и простая схема. Не схема, а шпала железнодорожная. Чистая физика. Действие равно противодействию везде, кроме как у нас. Штаты и Европа нам гадят? Гадят. Непрерывно? Непрерывно. А мы им нет. Хотя возможностей для этого море, особенно сейчас. Только скрывать не надо, за что именно та или иная оборотка включена. Очень способствует, чтобы гадить перестали. Причём ответ должен быть не адекватным, а с большим запасом. В том числе персональным. Иначе никак. Но у нас другая стезя. Личные интересы выше клановых, клановые выше ведомственных, ведомственные выше национальных. И это видно всем, кто наблюдает за страной снаружи, даже если изнутри не так заметно.

При этом начальство явно не опережает ситуацию, а следует за ней, само себя тормозя даже в самых выигрышных ситуациях. В итоге получается чёрт-те что и сбоку бантик. Как с тем же российским гимном и ю-тюбом. Первое: разобраться, что произошло. И если на самом деле его мелодия оказалась в руках американцев, открутить тем, кто это им обеспечил головы – в прямом смысле. И с нашей стороны. И с той. Чтобы опасно было даже думать о таких фортелях, и все в мире это знали. Второе: принять аналогичные меры к тому, чтобы владельцы информационных систем, которые участвуют в этих схемах, понимали, что это опасно лично и персонально для них. И что работать с ними будут не по их правилам, которые мы, как бараны, идущие на бойню, приняли в 90-е, и которым следуем сейчас, а как положено работать с пиратами. Их, помнится, вешали без суда и следствия. Отлично действовало! Так вот – опять настали те самые времена. Пора бы это уяснить. А то поздно будет.

* * *

Повестка средств массовой информации и интернета стандартна до отвращения. Наши достижения, их провалы, наши провалы, их достижения. Чем мы лучше них. Чем они лучше нас. Почему Трамп плох. Почему Байден хорош. Почему плох Путин. Почему хорош Путин. То же самое насчёт Навального – кто он в самом деле такой, чтобы столько о нём писать и говорить? О Ходорковском когда взахлёб творческая интеллигенция писала, хотя бы понятно было: умён, хитёр, богат, прикармливал, умеет производить впечатление на пожилых дам и джентльменов с прошлым. По Каспарову понятно: экс-чемпион мира по шахматам. По Тихановской… Непонятно, но лучше в Белоруссии для роли лидера оппозиции не нашлось. Бедная Белоруссия! Но Навальный-то чем им всем вдруг стал так хорош и интересен?!

Нет, в принципе, не имея достойных вариантов в качестве потенциального правителя России (да и какой угодно страны), особенно с учётом того, что непонятно, как эти достойные себя вести начнут, став первыми лицами – вдруг сорвутся с поводка, электорату подбирают и всячески пропихивают тех, кто под рукой, из того набора фигур, который не жалко. Мелкие, как Гитлер или Зеленский, Саакашвили или Гуайдо, так и не важно. Даже ещё лучше. С комплексом неполноценности и диктаторскими наклонностями? Тоже не помеха. Главное, чтобы амбиции были, цинизм и абсолютная отмороженность по части целей и средств. И вот в эти рамки Навальный вполне вписывается. Опять же: не проскочит на шармака в Гришки Отрепьевы, как сейчас не проскочил, так и не жалко. Подумаешь, цаца. Одно только – нового придётся подбирать. Сложная страна Россия. Никак ей правильного фюрера не найдут. Может, критерии подбора не те?

При этом людям собак выгуливать надо. Котов кормить надо. Рыбок и птичек, хомяков и кроликов, свинок морских и прочую живность. Прививать по весне надо питомцев. Себе прививки от коронавируса ставить. Детей-внуков, у кого они есть, учить и воспитывать, водить в парки, зоопарки и океанариумы, которых даже в Москве целых два. Личную жизнь налаживать или, у кого она есть, максимально интенсивно и с немалой пользой для здоровья и настроения поддерживать. Ходить по ягоды и грибы, в кино, музеи и театры, ездить на дачи или круглый год сидеть в деревне, выбираясь в город как можно реже из-за коронавируса, пробок на дорогах и просто потому, что надоело. Уделять какое-то время телевизору, в котором нет-нет да проскочит что-то интересное. Или интернету, в котором не всё пустое, хотя такового большая часть. Ну и всё прочее, включая друзей, родственников, книги и работу, а также магазины и торговые центры. Как-то на революции даже и времени не остаётся…

* * *

На фоне подготовки и попытки проведения Пятой русской революции (первая её фаза явлена нам только что при активной поддержке наших западных соседей), имеет смысл подвести итоги предыдущих двух. Вчерне, на глазок, без детализации. Притом, что НИКАКОГО серьёзного анализа событий 1905-го, февраля и октября 1917 и 1991 года и всего, что за этим последовало, до сих пор никем не проведено. Как и того, что было до того (в той же Франции) и параллельно с нашими собственными историческими кульбитами. Стоит отметить, что теорий после Маркса, Энгельса и Ленина вообще никто особо не создавал, а тот вал макулатуры с редчайшими вкраплениями чего-то конкретного, что по всему этому поводу за XX – начало XXI века написан, особо в стратегическом планировании не поможет. Да и кому? У нас, скажем, национальной стратегии вообще нет. Так, последние лет шесть вяло отмахиваемся от проблем, когда жареный петух клюв уже над афедроном заносит.

Ну – это тоже понятно. Правителей ежедневная суета и практика непосредственного управления страной, а их группы поддержки – первичное накопление и перераспределение капитала сильно отвлекает. А там и жизнь заканчивается. Надо передавать власть и собственность, не дав окончательно добить страну, которая, с её населением, как-никак, есть крупный ресурсный и налогооблагаемый резерв их существования. Некогда им теориями заниматься. Как у той обезьяны из анекдота с бананами и ящиками, которые можно было поставить один на другой, чтобы их все достать. Ей думать над этими сложными фортелями некогда было – трясти ствол надо было, чтобы хоть что-нибудь вниз свалилось. Ну, она его и трясла. И до сих пор трясёт. Хотя толковей было бы… Но не будем о грустном. На этом фоне, кстати, китайцы, тоже не особо уходя в теоретические построения – им доброго старого опыта хватает, отличаются завидной прагматикой построения своей сверхдержавы. Привыкли за тысячи лет империю раз за разом восстанавливать, ни на что другое не отвлекаясь.

Мы, однако, не китайцы, а и в самом деле скорее скифы с раскосыми и жадными глазами – по классику. Для нас суетное заслоняет вечное. Так было, есть и будет. А выгребать приходится теми, кто есть, и тем, что есть. Так что попробуем, помолясь. Или не молясь – всё равно не поможет. Никогда не помогало, с чего бы сейчас всё поменялось? Так вот, ВСЕ наши революции были и есть результат заговоров элиты, драк её конкурирующих групп между собой, готовности договориться, преследуя личные и клановые интересы, хоть с самим дьяволом, и абсолютного безразличия ко всему, кроме взятия власти и растаскивания страны. Выигрывают всегда самые подлые, хитрые, отмороженные и жестокие. А уж потом они душат и угрызают друг друга, и тогда верх берут прагматики, вне зависимости от прочих их достоинств. Сталин по части теории был, мягко говоря, не Ленин, а уж Хрущёв до какой степени не Сталин! И так до Горбачёва с Ельциным и нынешних вождей.

Едем дальше. Альянсы, сносящие наши и не наши режимы, всегда временные, и судьба «попутчиков», вне зависимости от того, кто ими окажется, более чем печальна. Их перемалывают если и не сразу, так в очередной цикл репрессий обязательно. Кадеты, эсеры, левые эсеры, уклонисты и фракции всех типов, старые большевики, сталинская гвардия, партийное и советское начальство… Иногда там же гнобят, где тех, кого они сами до того снесли. И, кстати, их внешних союзников это тоже касается. Германия дороже дорогого заплатила и за ставку на Парвуса, и за Брестский мир, и за пакт Молотова-Риббентропа. Британия и Франция потеряли свои империи. А в Соединённых Штатах всё самое интересное только начинается. Правда попутно происходит, в том числе на осколках этих империй, много чего интересного. Но цикл более или менее понятен уже сейчас.

Что до Америки и, кстати, Великобритании, они дошли до той жизни, до которой сегодня дошли, точь-в-точь по Марксу, который именно этим двум странам с их развитой общественной жизнью и высоким уровнем лоббистской и парламентской активности предсказал роль локомотивов мировой революции. Только вышла она не пролетарской – подрос пролетариат, поумнел и квалифицированным стал, обуржуазившись и напрочь потеряв интерес к переворотам, а нынешней, опирающейся на молодую и дурную на всю голову бестолочь, старую университетскую бестолочь из числа их преподавателей, очень старую политическую и околополитическую сволочь типа Сороса, Байдена, Клинтон и Пелоси, а также люмпен типа BLM, анархистов и леваков всех типов, включая сдвинутые на всю голову гендерные и расовые группировки типа феминисток и лоббистов всех и всяческих прав.

Троцкий сейчас может, наблюдая за Америкой, в гробу радостно подскакивать, аплодируя. Пришло-таки его время, время мировой революции! При этом мы со своим на сто лет опередившим расчёты Маркса ленинским экспериментом и китайцы, у которых их собственный, маоистский его вариант, большой кровью обошёлся, оказались устойчивее прочих к новой революционной ситуации. Консервативнее. Мудрее. Обжёгшись на молоке… Опять же, ситуация как с коронавирусом: переболев, причём в тяжёлой форме, выработали антитела, став устойчивей к заразе. Только мы в 1991-м не устояли перед соблазном страну порушить и поделить, хотя и не до конца – пока Россия держится, а китайцы устояли. Ну у них и история много древнее, и опыта больше, и вожди из первого революционного, прошедшего репрессии «Культурной революции» поколения, были. Не забыли ещё, как это бывает, когда страна под откос летит…

Ну что ещё из первого пришедшего на ум? Классика, насчёт идеалистов, которые революции задумывают (французские энциклопедисты, отечественная интеллигенция всех поколений и нынешние сторонники Навального из числа интеллектуалов), фанатиков, которые революции делают (Робеспьер, Марат, Демулен, Троцкий, Гайдар) и мерзавцев, которые пользуются их плодами (от вечного, непотопляемого Талейрана, до вечного, непотопляемого Чубайса)… Что до правителей – первое поколение, те, кто таранит систему, просто хочет власти. Как Ельцин, Ленин, Мао или Кастро. Без особых угрызений совести и без каких бы то ни было ограничений по части пролития крови, хотя масштаб личностей тут ой какой разный. Строят они потом свою систему, или как Ельцин, пытаются вписаться в чужую, неважно. Как получится.

Второе поколение строит империю. Это Наполеон, Сталин, Путин, Дэн Сяопин… Опять же, все они, без сомнения, разные и наследство у них разное. Среди них есть те, кому повезло, и те, у кого империя не случилась, в том числе потому, что напоролся на более сильного, как напоролись на Сталина Гитлер и Муссолини. Но что совершенно точно, так это то, что Навального там ни в какой категории нет. Он фюрер мелкий, проходной, выбранный на его нынешнюю роль случайно, по результатам событий на Болотной, ряд лет крышуемый первыми лицами, которые считали и считают себя обиженными распределением ролей в стране, и именно ими представленный Западу, который его тут же поднял на щит. Так и отчего же не поддержать полезного человека? Путина им валить надо, а никого подходящего под рукой нет. Остальные ещё менее на что-то способны. По ним это сразу заметно.