Kitobni o'qish: «Управляй как шейх. Уроки лидерства от правителя Дубая»

«Дубайскую модель управления неоднократно пытались взять за основу, однако она содержит в себе один важный ингредиент: CEO-шейх. Понимание принципов его работы чрезвычайно важно для всех, кто хотел бы повторить его успех».

Огромная часть успеха Дубая – это его ставка на становление логистическим сердцем ближнего востока. Учитывая наметившийся поворот мировой логистики в сторону глобального Юга и глобального Востока, уникальный рецепт построения транспортных хабов от автора книги будет полезен многим компаниям, стремящимся понять, как строить бизнес в новой реальности.

Екатерина Ляхова – Директор по развитию бизнеса ГК «Росатом», Генеральный директор Управляющей компании «Группа Дело»

Дубай для многих – пример успеха и богатства. Но в эмирате в начале 2000х почти полностью кончилась нефть, и его процветание обусловлено далеко не богатством недрами. Эта книга – не только рассказ об истории успеха, но и о борьбе «за место под солнцем», когда кажется, что все вокруг против тебя.

Даниил Шулейко – директор бизнес-группы электронной торговли и логистических сервисов в «Яндекс»

Дубай – пример настоящего экономического чуда. Это государство-стартап, которое смогло конвертировать нефтяные доходы в создание современного бизнес-центра, привлекающего инвесторов со всего мира. Мне всегда было интересно, как и почему у Дубая получилось превратить пустыню в ближневосточный Нью-Йорк? Книга шейха Моххамеда, архитектора развития Дубая, показывает, что в основе успеха лежат мудрые принципы и долгосрочное видение, амбициозные цели и большая мечта.

Федор Овчинников

Вступительное слово

Мне особенно приятно писать эти строки, находясь на Dubai Future Forum 2023 – площадке, где ведущие международные эксперты обсуждают готовность стран, регионов и отдельных организаций создавать общее будущее. Это свидетельство пути развития Дубая, который является ярким воплощением грандиозных устремлений в реальность под дальновидным руководством «CEO-шейха» Мухаммеда бен Рашида Аль Мактума.

Когда шейх Мохаммед стал руководить страной, Дубай был всего лишь скромным торговым портом. Менее чем за три десятилетия город превратился в мировой торговый центр и стал впечатляющим примером экономического развития. Эта история еще далека от завершения. В 2023 году шейх запустил программу D33 (Dubai Economic Agenda) с амбициозной целью удвоить размер экономики в течение следующего десятилетия. Программа D33 направлена на превращение города в динамичный центр инноваций образования и лидера в сфере цифровой и устойчивой экономики.

В книге «Управляй как шейх» автор исследует практические методы управления, использованные в этом удивительном путешествии. Ясар Джаррар – эксперт в области стратегии, государственной политики и инноваций, много лет непосредственно работавший в исполнительном аппарате дубайского лидера. Автор умело раскрывает уникальное сочетание модели лидерства шейха с управленческими практиками и аспектами корпоративной культуры. Стоит отдельно отметить характерный авторский стиль – ясный и выразительный.

Опубликовано много книг с историями успеха лидеров частного бизнеса. Намного сложнее найти публикации, описывающие менеджерские практики выдающихся деятелей общественного сектора, особенно достигших столь беспрецедентных результатов, причем в масштабе не отдельного проекта, а целого государства на протяжении десятилетий.

В условиях, когда по всему миру доверие к государственным институтам ослабевает, эта книга является надежным руководством для лидеров общественного сектора. Более того, изложенные на ее страницах идеи могут быть эффективно применены руководителями корпоративного сектора, особенно в контексте формирования капитализма заинтересованных сторон.

В 2033 году эмират Дубай будет отмечать свое двухсотлетие, стремясь к тому, чтобы стать самым выдающимся мировым деловым центром и войти в тройку глобальных городов лидеров. Верю ли я, что это достижимо? Если шейх-генеральный директор останется приверженцем принципов, изложенных в этой книге, то я верю в это всей душой.

Алексей Праздничных

CEO-шейх

Правитель Дубая, Его Высочество шейх Мохаммед бин Рашид Аль Мактум, вице-президент и премьер-министр Объединенных Арабских Эмиратов, вне всякого сомнения самый известный и уважаемый лидер региона. Его смелые идеи и умение их реализовывать подчас наперекор судьбе и обстоятельствам обеспечили государству удивительное наследие.

С 2001 по 2008 годы мне посчастливилось работать в Исполнительном кабинете шейха Мохаммеда, который я покинул в должности директора по стратегии. Этот период ознаменовался для Дубая феноменальной трансформацией. Именно тогда успехи и неординарные решения сложных задач способствовали формированию здесь особой модели управления. Для нее характерны динамичность и неизменное стремление к совершенству, обеспечившие Дубаю место среди ведущих центров мира. Благодаря развитой системе коммуникаций, смелым футуристическим проектам, легкости ведения бизнеса, выгодному центральному положению и крепким торговым связям Дубай стал южноазиатским Гонконгом, африканским Майами или ближневосточным Сингапуром. Но эта книга – не о Дубае. Она – о шейхе, который сделал свой эмират мировым центром притяжения.

В этой книге я рассказываю об уроках, которые получил в процессе непосредственной работы с шейхом Мохаммедом. Также я провел десятки интервью с другими членами его исполнительного аппарата последних двух десятилетий. Эта книга – инсайдерский взгляд на деятельность шейха, управляющего Дубаем, анализ его индивидуальных подходов и стратегий. Любой руководитель, независимо от того, стремится он стать лидером в области политики или общественной деятельности, может усовершенствовать свои навыки и умения, получив ценные уроки у шейха Мохаммеда. Они особенно актуальны для развивающихся рынков, условия которых не всегда позволяют применить на практике знания, почерпнутые из учебников, ориентированных на западный контекст.

Покинув Исполнительный кабинет шейха, я много преподавал, активно занимался консультированием, выступал перед широкой аудиторией разных стран. За эти годы мне не раз задавали один и тот же вопрос: как он это делает? Как ему удалось за столь короткое время превратить Дубай в региональный деловой центр? В чем секрет? Эти вопросы явно выдают подспудное желание повторить успех Дубая в области экономического развития – в особенности, в странах Ближнего Востока, Африки и Азии.

Шейх Мохаммед вовсе не волшебник, не мировой гуру в сфере экономики и не ученый с мировым именем. Но он непревзойденный лидер. Он всегда выполняет обещанное и остается на шаг впереди, будучи одержимым идеей непрерывного движения и совершенствования. Он не боится рисковать, осознает всю важность человеческого капитала, вкладывается в создание лидеров в своем ближайшем окружении, а также знает, как быстро оправиться от неудач и добиться успеха.

Наконец, шейх Мохаммед – это уникальный пример руководителя, который сочетает в себе роль главы государства, корпоративного управленца и создателя общественных благ. Он – CEO-шейх.

От автора

В 2001 году я работал научным сотрудником в Крэнфилдской школе управления в Великобритании. Мне нравилось в этой стране, к тому же меня недавно назначили старшим научным сотрудником. Вместе с моими коллегами мы составили отчет для Министерства торговли и промышленности, в котором сравнили производительность фирм в Великобритании и странах Европейского союза с производительностью предприятий США. Нашей целью было проанализировать так называемый «разрыв в производительности» и предложить способы его преодоления¹.

После публикации отчета я получил по электронной почте письмо с просьбой предоставить более подробную информацию, а спустя пару недель со мной связался Исполнительный кабинет шейха и пригласил на несколько дней в Дубай. Он и его администрация заинтересовались моей работой в Крэнфилде и хотели понять, чем мой опыт в области исследования производительности организаций может быть полезен Дубаю.

Тогда я был молодым ученым из Иордании и готовился через 18 месяцев получить постоянный вид на жительство в Британии. Моя будущая карьера представлялась предельно ясной: я собирался стать одним из самых молодых преподавателей Крэнфилда по международному управлению. Прежде я не бывал ни в одном городе Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива и, более того, никогда не собирался их посещать. Ближневосточный регион с его политическими проблемами и экономическими трудностями я считал пройденным для себя этапом.

Я принял приглашение Исполнительного кабинета на Дубайский стратегический форум и полюбил Дубай, как только ступил на его землю. Город был буквально пронизан заразительной энергией, к тому же приглашающая сторона оказалась чрезвычайно гостеприимной. При весьма скромных размерах Дубай кипел жизнью, словно Нью-Йорк или Лондон. Готовясь к встрече с командой Исполнительного кабинета, я ожидал, что окажусь участником типичной для Ближнего Востока околополитической дискуссии, где политика превыше развития, ресурсы направляются на организацию безопасности, а экономика отходит на второй план. Но вместо этого я познакомился со множеством новых идей и представлений, став свидетелем недюжинной харизмы лидера дубайского правительства. Даже беседа с главой Исполнительного кабинета меня приятно удивила. В числе прочего он задал мне вопрос: «Чего бы вы пожелали этому региону?»

В качестве первого шага на пути, в конце которого мне было суждено увидеть расцвет и подъем эмирата, я решил взять неоплачиваемый отпуск в Крэнфилдском университете и отправиться в Дубай. Пока я был там, отчетливо понял, что мы переживаем знаковый момент в истории Ближнего Востока, и в частности Дубая, – вот почему я попрощался со своими карьерными устремлениями в Великобритании и окончательно обосновался там.

Глава 1
Становление Дубая как «корпорации»
Модель Дубая

Об истории Дубая написано немало книг и статей. Путь, который проделал эмират, служит неиссякаемым источником вдохновения и ценного опыта, имея как сторонников, так и противников. Так или иначе, Дубай – пример феноменального развития в регионе со множеством трудностей и проблем.

В период с 1995 по 2015 год объем валового внутреннего продукта Дубая вырос с 11 до 101 миллиарда долларов США, а ВВП на душу населения увеличился с 16 000 до 42 500 долларов. При этом доля нефтяных доходов в ВВП снизилась с 18 % до 1,2 %. В контексте диверсификации и роста экономики эти цифры символизируют собой экономическое чудо. О подобных показателях развития мечтает любая страна Азии, Африки, Латинской Америки, а теперь и Европы.

Сегодня основу экономики Дубая составляет преимущественно сектор услуг – включая транспортные перевозки, логистику, розничную торговлю и туризм, – а также легкая промышленность и недвижимость. С 1995 по 2017 год численность населения эмирата выросла с 700 000 до более чем 2,75 миллионов человек, объем экспорта увеличился на 645 %, а валовое накопление основного капитала – на 733 %.

Дубай не раз подтверждал свой статус регионального лидера в многочисленных рейтингах. В глобальном индексе комфортности жизни Economist Intelligence Unit он много лет подряд занимает первое место среди городов Ближнего Востока и Северной Африки (БВСА). В рейтинге городов по качеству жизни Mercer и отчете агентства fDi Intelligence «Глобальные города будущего» Дубай в 2016 году опередил Токио, Пекин и Сеул.

В том же 2016 году у 70 % компаний из списка Fortune 500 были региональные штаб-квартиры, расположенные в Дубае, а сам эмират вошел в восьмерку лучших городов мира по объемам потоков товаров, услуг, капитала, людей и данных. Его соседями в рейтинге стали Сан-Франциско, Лос-Анджелес, Нью-Йорк, Лондон, Шанхай, Гонконг и Сингапур².

Город-государство, в котором проживают представители более 200 различных национальностей, работают более 120 судоходных линий и 150 авиакомпаний, занимающихся перевозками по более чем 220 направлениям по всему миру, по праву завоевал звание связующего звена между Востоком и Западом. О подобных темпах экономического развития могут только мечтать почти все развивающиеся и даже некоторые развитые государства. Безусловно, в каждой стране и каждом городе есть свои уникальные обстоятельства, но история экономического подъема Дубая может считаться наглядным пособием со множеством ценных уроков. Неслучайно сегодня правительства стран Африки, Азии и арабского мира приезжают в Дубай, пытаясь понять принцип его устройства, чтобы перенять подходящие их государствам элементы.

В 2015 году Всемирный экономический форум³ включил Дубай в небольшую группу глобально конкурентоспособных городов, которые могут служить примером передового опыта. Невероятные темпы его развития и амбициозность подхода потрясли весь мир, побудив другие города региона поднять собственную планку. Дубай стал для них путеводной звездой на пути к повторению успеха. Этот успех имел настолько широкий резонанс на всем Ближнем Востоке, что стоило только какому-нибудь городу или государству продемонстрировать признаки ускоренного роста, как в заголовках газет его немедленно сравнивали с Дубаем. Когда власти объявляли о планах строительства нового города, как это было, например, с Неомом в Саудовской Аравии или Эко-Атлантиком в Нигерии, журналисты тут же возвещали о том, что мир ждет появления «нового Дубая». Ряд государств, в том числе Джибути⁴, даже разработали собственные стратегии развития, суть которых сводилась к планам строительства региональных версий Дубая.

В 2004 году шейх Мохаммед объявил об открытии Дубайской школы государственного управления, известной сегодня как «Школа государственного управления имени Мохаммеда бин Рашида». По задумке основателя, учебное заведение решает две основные задачи: позволяет Дубаю идти в ногу со временем и фиксирует ценный опыт для того, чтобы делиться им с другими странами. Шейх распорядился набрать в штат лучших преподавателей и заключил партнерское соглашение со Школой управления имени Джона Ф. Кеннеди при Гарвардском университете, которая так же сильно была заинтересована в повышении уровня управления в регионе и хотела создать центр передового опыта для Ближнего Востока. В рамках новой программы университета под названием «Дубайская инициатива» мы с коллегами проводили занятия и семинары не только в Дубае, но и в Кембридже.

Благодаря этому сотрудники гарвардской школы смогли воочию убедиться в потенциале Дубая и его определяющем влиянии на регион. Не раз в ходе дискуссий его называли «ближневосточным Сингапуром». В то время Дубай переживал декаду грандиозных свершений: от развития авиакомпании Emirates до строительства комплекса Палм-Джумейра. Гарвардскому университету было совершенно ясно, что этот объект достоин наблюдения, изучения, а в долгосрочной перспективе – и перенятия ценного опыта. Однако на тот момент они еще не рассматривали Дубай как готовую модель развития.

«Говорят, Дубаю улыбнулась удача. Я же считаю, что об удаче говорят, когда хотят обесценить твои труды».

Его Высочество шейх Мохаммед бин Рашид Аль Мактум

Во время одной из сессий мы вместе с прежним директором Белферского центра по науке и международным отношениям Грэмом Эллисоном разрабатывали программу конференции в Бостоне на тему коммерческих центров и портовых городов и с большим энтузиазмом готовили презентацию «дубайской модели». В какой-то момент Эллисон предложил переименовать ее в «Дубайский эксперимент». Наш проект действительно был захватывающим экспериментом по развитию и созданию диверсифицированной экономики. Но Эллисон сомневался в том, что мы обладаем достаточным опытом, чтобы претендовать на роль модели, так что от этой идеи мы отказались.

Шел 2019 год. Миновал глобальный финансовый кризис. Дубай оправдал ожидания, заслуженно став моделью и образцом развития региона. Сегодня отдельные элементы этого развития можно не только проанализировать, но и воссоздать. Дубай – это город городов, где к 2017 году сформировалось более 28 свободных экономических зон⁵. У него современное и эффективное управление, динамичное трудовое законодательство, одна из наиболее конкурентоспособных систем налогообложения в мире – даже после внедрения НДС – и политический нейтралитет. Это открытый, толерантный, динамичный город и прекрасное пространство для бизнеса, роста и развития.

Анализируя преимущества этой модели, эксперты опираются на различные критерии и точки зрения. Например, по мнению специалиста из Бейрута, Рэми Коури, жители и руководство Дубая могут оценить степень развития региона не по тому, какие впечатляющие здания они построили из бетона и стали, а с точки зрения вклада этого нового урбанизма в развитие остального мира: в области идей, знаний, культуры и универсальных человеческих ценностей. «Я болею за них и искренне надеюсь на их успех», – сказал он⁶.

Журналист Джихад Аль-Хазен писал: «Руководители всего региона Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) реализуют впечатляющие инициативы по развитию. После организации в Дубае медийного центра многие города региона последовали его примеру. То же произошло и после успешного запуска работы авиакомпании. Всякий раз, когда Дубай инициирует новый проект, в соседних городах спустя некоторое время появляются его локальные версии. Когда мне хочется заглянуть в будущее региона БВСА, я просто еду в Дубай, чтобы посмотреть, что новенького там появилось»⁷.

Старший научный сотрудник Школы перспективных международных исследований при Университете внешней политики имени Джона Хопкинса – Афшин Молави – считает, что Дубай сыграет центральную роль в тектоническом сдвиге, который приведет к глобальной геоэкономической перестройке. В XXI веке Китай, Индия и многие другие азиатские государства постепенно смещают равновесие экономических сил с Запада на Восток, и Дубай выступает катализатором этого смещения. В 2017 году Китай вытеснил Индию с позиции крупнейшего торгового партнера Дубая, но ошеломляющее количество международных рейсов – треть всех перевозок! – по данным индийских авиационных агентств, направляются в ОАЭ. В 2017 году объем китайского туризма в Дубае вырос на 46 %, а число гостей из Индии достигло почти 2 миллионов человек⁸.

Под каким бы углом ни анализировали историю становления Дубая, он остается примером для подражания и моделью со множеством ценных уроков для развивающихся стран и рынков. Как правило, под «моделью Дубая» подразумеваются быстрые темпы роста, смелая экспансия, креативные идеи, оперативное исполнение планов, эффективное обслуживание и открытость миру. При этом в качестве примечания всегда указывается ключевой ингредиент: шейх Мохаммед. Ведь модель управления современного Дубая напрямую связана с уникальным стилем работы шейха Мохаммеда бин Рашид Аль Мактума.

Соседние страны с разной степенью успеха копировали различные элементы модели устройства Дубая. С момента создания Dubai Media City поблизости появилось по меньшей мере три других медиа-кластера, а Дубайский международный финансовый центр стал маяком для четырех новых международных финансовых центров только в странах Персидского залива. То же касается других свободных зон, авиакомпаний, аэропортов, а главное – политики, инициатив и программ Дубая. Все это служит лишним подтверждением «дубайского эффекта» и его влияния на мир. Дубай приглашает своих соседей учиться у него и создает институты на тот случай, если они примут предложение. К 2017 году дубайский путь модернизации государственного управления воспроизвели четыре арабских города, а Лига арабских государств учредила специальную награду, созданную на основе модели оптимизации государственного аппарата ОАЭ.

И все же, пытаясь повторить успех Дубая, имея для этого, казалось бы, все необходимое, другим городам редко удавалось добиться того же результата. Можно предположить, что есть что-то особенное в ДНК Дубая. Впрочем, ответ очевиден: это «что-то» – CEO-шейх. Чтобы повторить его успех, необходимо понять принципы его работы.

Но, прежде чем приступить к анализу основных элементов работы шейха, рассмотрим так называемое облако слов, резюмирующее отношение к лидеру из ближайшего окружения. Оно создано посредством простого упражнения: подсчета слов, чаще всего употребляемых в интервью, взятых в ходе работы над этой книгой.

Традиция семейства Аль Мактум

Десятки поколений лидеров в семье шейха Мохаммеда сформировали в его сознании представление о том, каким должен быть настоящий лидер. По этой причине для нас крайне важно понять ключевые принципы и уроки его предков.

Семейство Аль Мактум происходит от одного из влиятельнейших племен южной части Аравийского полуострова, Бани-Яс, присутствовавшем в регионе с 1580-х годов⁹. Само семейство представляет клан Аль-Бу-Фаласах – сообщество прославленных воинов и харизматичных лидеров¹⁰.

Именно с правления семейства Аль Мактум в начале 1900-х годов началась история современного Дубая. Дед шейха Мохаммеда, шейх Саид бин Мактум Аль Мактум, начал свое правление в 1912 году. Будучи знаковой фигурой в Эмиратах, он возглавлял прогрессивное движение, благодаря которому началось становление Дубая таким, каким мы знаем его сегодня. В период его правления в Персидском заливе процветала жемчужная индустрия, а Дубай стал ведущим портом региона. Уже в 1904 году здесь был создан свободный торговый порт, куда мигрировали люди из Бахрейна, Пакистана, Ирана, Афганистана и других государств региона.

В 1920-х годах «сук» – рынок в районе Дейра – был крупнейшим на побережье. Он насчитывал 350 торговых лавок, имел постоянный приток покупателей и деловых партнеров. К 1930-м годам население Дубая составляло 20 000 человек, и четверть из них были экспатами.

Однако уже в 1910-е годы жемчужная индустрия начала испытывать трудности. К 1940-м она практически прекратила свое существование в Дубае. В этот период экономика региона переживала трудный период. В ряде государств уже нашли залежи нефти: в 1938 году – в Саудовской Аравии, в 1946 – в Кувейте. Однако экономическая обстановка в Дубае была сложной, так что приходилось либо барахтаться, либо тонуть. Это побудило шейха Саида к поискам возможностей для экономической диверсификации и превращения Дубая в торговый хаб. Шейх правил мудро и был инклюзивным лидером. С тех пор правители Дубая делали ставку на постоянное обновление экономики. Этот же принцип лежит в основе управления эмиратом и по сей день.

Встав на путь диверсификации экономики, шейх Саид знал, что правительству не справиться в одиночку. Вот почему он сформировал меджлис, в который вошли жители Дубая, получившие право голоса в управлении местными делами. По традиции, меджлис у арабских племен и семей представлял собой место в доме, куда приходили гости, чтобы обсудить насущные проблемы. Фактически шейх, будучи правителем и вождем племени, учредил официальный аналог меджлиса, в собраниях которого могли участвовать высокопоставленные лица эмирата, а также все, кто интересовался государственными делами. Периодически на таких собраниях люди излагали идеи, делились проблемами и высказывали жалобы. В ряде случаев правитель использовал собрание как консультативный совет, изыскивая пути и средства для дальнейшего экономического роста.

«Наиболее сильное влияние на меня оказал мой отец: именно у него я научился терпению и тщательному взвешиванию всех доводов прежде, чем выносить окончательное суждение».

Его Высочество шейх Мохаммед бин Рашид Аль Мактум

В 1958 году правителем Дубая стал отец шейха Мохаммеда – шейх Рашид бин Саид Аль Мактум. Он продолжил и развил концепцию меджлисов, которые организовывал у себя дома. Эти встречи проходили почти ежедневно, участие в них принимали люди со всего Дубая. Шейх выслушивал их жалобы, прислушивался к пожеланиям и отвечал каждому посетителю¹¹. Правивший 32 года, получивший в народе прозвище «отец Дубая», шейх Рашид был сторонником прямого общения и дважды в день выходил в город, чтобы побеседовать с гражданами. Он был очень энергичным, обладал даром убеждения и искренне хотел изменить Дубай к лучшему¹². Кроме прочего, шейх Рашид прославился большими проектами в области развития инфраструктуры, которые оказали огромное влияние на будущее Дубая. Во время его правления началось заиливание канала Дубай-Крик в результате активного использования его грузовыми судами. Шейх Рашид принял решение провести дноуглубительные работы. Это был амбициозный, дорогостоящий, но перспективный проект, ради которого шейх учредил специальный фонд, пополнявшийся из двух источников: за счет особых сборов с предприятий оптовой торговли и ссуды от Кувейта. В результате русло канала стало шире и глубже, что позволило большему количеству разнообразных судов заходить в торговую зону Дубая. Это способствовало дальнейшему развитию коммерции и торговли. Благодаря тому, что через Дубай стал проходить больший объем грузоперевозок, он стал крупнейшим торговым и экспортным хабом.

Повышение объемов торговли было главной целью правителя. Решив эту задачу, он занялся проектами развития, в том числе создал в Дубае компанию-оператора телефонной связи, поставщика электроэнергии, построил аэропорт и отремонтировал больницу Аль Мактум¹³. В сознании молодого шейха Мохаммеда, наблюдавшего за работой отца, сложилось понимание, что именно этим должен заниматься правитель: действовать, модернизировать, строить и неизменно служить людям.

Индийский предприниматель Мохан Джашанмал однажды сказал: Общество Дубая на протяжении нескольких поколений формировалось под влиянием семейства Аль Мактум. Историю Дубая по праву можно считать историей традиций этой семьи¹⁴. Они включают в себя веру в свободные предприятия, честность, умение рисковать и быстро принимать решения. В основе философии семьи Аль Мактум – идея о том, что правительство должно создавать сильную экономику, при которой может процветать частное предпринимательство. Это еще один элемент ДНК лидерства, который перенял шейх Мохаммед. Он не раз повторял, что необходимо сосредоточиться на экономике, обеспечив условия для процветания предпринимательства.

Что хорошо для бизнеса, хорошо и для Дубая. История становления современного Дубая – это история свободного бизнеса, поддерживаемого правительством. Присмотритесь к другим странам развивающегося мира: кто в них борется за свободное предпринимательство? Вовсе не политики, которым нужна не частная инициатива, а государственный контроль. За свободное предпринимательство там борются сами предприниматели и промышленный сектор. Однако в Дубае за бизнес сражается именно правительство, что само по себе уникальное явление.

В 1968 году, когда шейху Мохаммеду исполнилось 19 лет, он получил свой первый государственный пост, став главой полиции и руководителем сил обороны Дубая. Позже, когда в Дубае обнаружили нефть, его назначили директором департамента, который занимался управлением растущего числа иностранных компаний и консультантов в своем эмирате. Это позволило ему укрепить деловую хватку, развить чутье и понять финансовые тонкости арабской экономики и управления. Уже в это время он демонстрировал черты CEO-шейха.

В это время Дубай оставался отдельным эмиратом, одним из семи шейхств или так называемых Договорных государств¹⁵. 2 декабря 1971 года шесть из семи эмиратов объединились, сформировав федеративное государство Объединенные Арабские Эмираты¹⁶. Соглашение об образовании ОАЭ было подписано в Дубае. Вместе с этим шейх Мохаммед получил звание генерала и пост Министра обороны, став в возрасте 21 года самым молодым министром обороны в мире.

В 1991 году шейх Рашид скончался. Правителем Дубая стал его старший брат – шейх Мактум бин Рашид Аль Мактум. С этого дня шейх Мохаммед, который с 1995 по 2006 являлся наследным принцем, занимался делом продвижения Дубая как регионального делового центра.

В 2006 году он принял у шейха Мактума бразды правления Дубаем, став одновременно вице-президентом и премьер-министром ОАЭ. К тому времени его называли не иначе как «генеральным директором Дубая»¹⁷. Жители также использовали прозвище «шейх Мо», а административные и правящие круги – «CEO-шейх». Так или иначе, именно ему Дубай обязан становлением и развитием корпоративной сферы. Менее чем за два десятка лет он превратил город из небольшого торгового порта, каким Дубай был в 1980-х годах, в один из мировых коммерческих хабов.

Будучи сторонником прогресса и инноваций, шейх Мохаммед все же остается верен ключевым урокам и убеждениям, передаваемым в его семье из поколения в поколение.

В своей последней книге «Моя история» (My Story) шейх подробно описывает четыре постулата, которые считает неписаной конституцией эмирата: справедливость, сбалансированные отношения со всеми, твердая вера в свободную торговлю и диверсифицированная экономика.

Кроме того, он делится тремя ключевыми уроками, полученными от отца: не переставать учиться, окружать себя сильными лидерами и не вмешиваться в политику.

4 января 2019 года, по случаю юбилея своего участия в общественной жизни государства, шейх Мохаммед подробно изложил эти постулаты, дополнив их собственными соображениями. Так он официально закрепил восемь основных принципов управления и призвал всех, кто занимает ответственное положение в эмирате, следовать им сегодня и в будущем. Этот программный текст опубликован на страницах шейха в социальных сетях и должен, по его собственному выражению, обеспечить «благополучие нашего народа, устойчивый прогресс нации и благосостояние будущих поколений»¹⁸.

Эти восемь принципов представляют собой синтез подхода шейха Мохаммеда к управлению и лидерству.

Первый принцип касается всех ОАЭ и гласит: «Единство – основа всего». Это не оставляет сомнений в том, что политика и приоритеты Дубая и остальных эмиратов совпадают. Рассуждая о своем видении и преобразовании Дубая, шейх ясно дает понять, что Дубай – неотъемлемая часть ОАЭ и опора федерации. Он понимает силу единства и как премьер-министр ОАЭ готов работать рука об руку с другими эмиратами, стимулируя в них развитие корпоративной сферы так же, как это было в Дубае. Грядущие десятилетия истории Дубая должны ознаменоваться подъемом и развитием корпораций ОАЭ, ростом ВВП с миллиардов дирхамов ОАЭ до триллионов и утверждением статуса глобального экономического хаба.

Второй принцип, выступая краеугольным камнем, обеспечивающим исключительное положение Дубая в качестве регионального оазиса стабильности и роста, гласит: «Закон – превыше всего». В регионе с многочисленными трудностями, борьбой за власть и проблемами управления этот принцип оказывается очевидным отличительным признаком для многих, кто переезжает в Дубай, будь то предприятия, инвесторы или частные лица. Шейх говорит об этом так: «Справедливость – основа сильной и гордой нации, она гарантирует процветание и стабильность. Закон в Дубае превыше всего, в том числе выше правящей семьи. Закону одинаково подчиняются и граждане, и прочие жители: и богатые, и бедные, и мужчины, и женщины, и мусульмане, и немусульмане. Отсрочка правосудия – это отказ в правосудии. Несправедливость где бы то ни было – угроза справедливости везде». В специальной литературе принцип верховенства закона, как правило, выступает основой устойчивого развития государства. Шейх Мохаммед сделал эту концепцию основой образа жизни в Дубае. Если бы нужно было в нескольких словах описать секрет успеха Дубая, этими словами были бы толерантность, открытость и верховенство закона.

Третий принцип связан с тем, что шейх усвоил еще во времена правления своего деда: Дубай должен быть хозяином собственной экономической модели и судьбы. Он не может зависеть от добычи конкретного ресурса, будь то жемчуг, нефть или что-либо еще. Он должен стать центром развития региона. По этой причине третий принцип гласит: «Мы – столица бизнеса». Как и предыдущие два, он лежит в основе модели развития Дубая. Правительство эмирата ставит перед собой одну цель: достичь высоких экономических показателей, не вмешиваясь в политику. Шейх Мохаммед пишет об этом так: «Дубай не вкладывает средства в принятие политических решений, не принимает в них участия и не использует политику в конкурентной гонке. Дубай – политически нейтральный, открытый деловой центр, главная цель которого – предоставление экономических возможностей».

Фокус на бизнесе неразрывно связан с четвертым принципом, основу которого составляет глубокая вера правительства Дубая в диверсификацию. Шейх говорит об этом так: «Диверсификация экономики – фундамент неписанной конституции Дубая с 1833 года. Меняются времена, а с ними стремительно развиваются технологии. Наша обязанность соблюдать принцип диверсификации крепнет с каждым днем. Наша новая цель – раз в три года создавать хотя бы один сектор экономики, который обеспечит производительность, по способствует росту ВВП и создаст новые рабочие места».

Пятый принцип определяет столпы роста и краеугольные камни диверсификации экономики Дубая. Это факторы, которые сформировали современную дубайскую модель. Они помогли эмирату преодолеть последствия мирового финансового кризиса и открыли путь к следующему этапу развития.

Шейх называет три основных фактора или столпа: «Надежное, стабильное и эффективное правительство; активный, справедливый и открытый частный сектор; флагманские компании, принадлежащие государству и правительству, конкурирующие на мировом уровне и приносящие доход правительству, рабочие места гражданам и активы будущим поколениям».

Внимание к этим трем столпам, умение поддерживать хрупкий баланс в их конкуренции и сотрудничестве – секретный ингредиент успеха Дубая. Во многих странах мира эти секторы конкурируют между собой, нередко оказываясь на грани взаимного уничтожения: либо правительство душит частный сектор, либо частный сектор ослабляет правительство и укрепляет разве что коррупцию. В этом смысле уникальным образом сбалансированная модель развития Дубая может стать неиссякаемым источником ценного опыта и материала для исследований в этой области.

В тесной связи с принципом взаимного сотрудничества частного сектора и государства находится концепция уникальности дубайского общества.

Шестой принцип гласит: «У нашего общества – свое неповторимое лицо». Многие эксперты и аналитики считают эту уникальность ключевым конкурентным преимуществом Дубая. По словам шейха Мохаммеда, общество Дубая живет по принципам толерантности и открытости, исключая возможности для дискриминации. «Мы скромны в описании своих успехов, настойчивы в решении проблем, великодушны и щедры, когда дело касается достижения блага для всех».

Открытое и терпимое общество позволяет Дубаю привлекать талантливых людей со всего мира. Это, в свою очередь, ведет к следующему принципу: «Дубай – земля талантов». Диверсификация, экономический рост, новые секторы и основы модели Дубая нуждаются в горючем. Шейх-руководитель отлично понимает, что это горючее – таланты и человеческий капитал. Ни один другой ресурс не сравнится с ними. Дубай не только ценит и питает местные таланты, но привлекает опытных специалистов со всего света.

Седьмой принцип гласит: «Процветание эмирата, стабильность и конкурентоспособность зависят от его умения продолжать привлекать хорошо подготовленных и талантливых специалистов, питать ярчайшие умы, побуждая их генерировать инновационные идеи».

Шейх обещает регулярно пересматривать политику с тем, чтобы Дубай продолжил привлекать талантливейших людей мира.

Последний, восьмой принцип, который вывел шейх, резюмирует его наследие: «Нам не безразличны будущие поколения». Этот принцип подчеркивает прогрессивные взгляды и дальновидность правителя. «Судьба будущих поколений не должна зависеть от колебаний региональной политики и глобальных экономических циклов. Мы производим инвестиции и ценные активы для них». На основе этого принципа шейх вывел правило, согласно которому правительство в любых обстоятельствах должно владеть собственными экономическими активами на сумму, по крайней мере, в 20 раз превышающую годовой бюджет эмирата.

Эти восемь принципов составляют основу развития Дубая. Они обуславливают решения, способствующие его движению вперед. История развития Дубая богата примерами того, как верность этим коренным убеждениям помогли Дубаю занять особое место в своем регионе. Стиль управления шейха Мохаммеда – воплощение этих принципов.

Дубай стоит на трех «т»

Предпринимательская деятельность – неотъемлемая часть экосистемы Дубая. Более ста лет он считался городом купцов, а первый нормативный акт в его истории, изданный официальным правительством Дубая, касался именно деловой сферы. В отличие от других государств, где ранние правовые нормы регулировали административные или социальные вопросы, дебютный для Дубая закон, опубликованный 1 августа 1962 года в Официальном вестнике законов и законодательных актов эмирата, касался таможенных пошлин на транзитный груз. Это был основополагающий закон коммерческого центра торгового города на перепутье Востока и Запада. Он свидетельствовал о четком фокусе на логистику и торговлю и фактически провозглашал Дубай «переговорным пунктом» региона¹⁹.

Этот первый дубайский нормативный акт снижал таможенные тарифы на транзитный груз: пошлина на товары, прибывающие к берегам Дубая морским путем, чтобы затем направиться оттуда по суше в Абу-Даби, составляла всего 3 % стоимости, а все прочие сборы, кроме счета за декларацию товаров, исключались. Будучи одним из первых примеров конкурентного маневрирования²⁰, закон демонстрировал прогрессивные взгляды Дубая на фоне остального региона БВСА с точки зрения легкости ведения бизнеса.

Кроме того, закон позволил грузовым судам направлять документацию за неделю до прибытия через назначенного посредника из частного сектора – Gray Mackenzie. Скорость и легкость ведения бизнеса стали отличительными чертами дубайской модели. Даже текст закона был предельно ясным и занял всего одну страницу. Сегодня о подобной конкурентной правительственной модели, нацеленной на развитие бизнеса, большинство других государств могут только мечтать.

Центральный элемент работы правительства шейха Мохаммеда, ориентированного на развитие предпринимательства, как и главный принцип традиции семейства Аль Мактум, – аполитичный подход к управлению. С первого дня шейх Мохаммед знал, что для развития и процветания необходима прочная экономическая база, а мир предпочитает политическим сделкам экономический успех. В отличие от многих лидеров Ближнего Востока, он поставил именно экономику на первое место, политике отдав второе или даже третье.

Этот урок он усвоил от своего отца, который с детства объяснял шейху Мохаммеду, что политические игры не доведут арабский мир до добра. Более того, когда шейх Мохаммед спросил отца, кто истинные лидеры современного мира, тот ответил, что это молчаливые великаны, двигающие экономику вперед и по-настоящему владеющие положением, – словом, полная противоположность политикам, которые создают только хаос и шум²¹.

В 2007 году газета Newsweek отметила эту движущую силу в Дубае: «В регионе, где политика повсюду, Дубай выгодно отличается своей политически-нейтральной позицией. В этом состоит секрет его процветания, и это, в свою очередь, представляет собой триумф глобализации»²².

Расцвет Дубая произошел не в одночасье, однако в масштабах истории свершился быстро. Судя по последним двум десятилетиям, можно ожидать, что следующие 20 лет принесут еще больше неожиданностей и хороших новостей из Дубая – одного из крупнейших игроков на мировой арене и негласного делового центра Нового шелкового пути, простирающегося от Китая до Африки и дальше.

Хотя в глазах среднестатистического обывателя это было наиболее заметным достижением, в последние десятилетия Дубай не просто строил небоскребы, он активно развивал три ключевые «Т» своей истории успеха: транспорт, торговлю и туризм.

Просто вдумайтесь: в 2012 году Международный аэропорт Дубая обогнал лондонский Хитроу, став самым многолюдным, и возглавлял этот рейтинг все последующие годы. В 2018 году через дубайский аэропорт прошли около 89 миллионов пассажиров, тогда как пассажиропоток в Хитроу составил 80,1 миллиона человек. Стоит лишь немного побыть в Международном аэропорту Дубая, чтобы стать свидетелем истории, в которой друг друга сменяют множество параллельных революций: революция развивающихся рынков и расцвет среднего класса Азии, революция авиаперевозок, коммуникаций, образование новых «шелковых путей», соединяющих Африку и Азию. Каждый день через Международный аэропорт Дубая проходит 245 000 пассажиров, связывая старые и новые точки на мировой карте.

«Что хорошо для бизнеса – хорошо и для Дубая».

Его Высочество шейх Мохаммед бин Рашид Аль Мактум

Крупнейший контейнерный терминал Дубая, порт Джебель Али, обрабатывает больше контейнеров, чем любой порт Европы или Северной Америки. Он входит в десятку лучших портов мира. За короткое время в Джебель Али можно наблюдать торговую, потребительскую и технологическую революции, революцию контейнерных перевозок и мировых связей. Ежедневно и ежеминутно в Джебель Али прибывают сотни контейнеров, в том числе, направляемых на реэкспорт в города Азии и Африки. В 2018 году их общее количество составило 15 миллионов единиц в шестиметровом эквиваленте.

По данным Рейтинга самых посещаемых городов мира от «Мастеркард»²³, в Дубай приезжает больше туристов из разных уголков мира, чем в Нью-Йорк, Сингапур, Стамбул и Амстердам. Так, за 2017 год в Дубае побывало 15,7 миллиона туристов, которые совершали покупки, посещали пляжи, исторические достопримечательности, обедали в ресторанах мирового класса, гуляли по тематическим паркам и паркам развлечений. Первое место по числу туристов, приезжающих в Дубай, занимают индийцы, быстрее всех растет число туристов из Китая, увеличивается численность путешественников из стран Африки.

Дубай сегодня – глобальный центр торговли, туризма и транспорта. Реализовать модель, основанную на трех «Т», правительству Дубая позволило умение четко определить вектор движения и сконцентрироваться на создании необходимой инфраструктуры, пока остальные государства были увлечены политикой и геополитическим инвестированием. Дубай не побоялся пойти по пути, требующему парадоксального мышления, вступающего в противоречие с общепринятыми представлениями. Инициативы дубайского правительства не раз подвергались критике как слишком смелые и неуместные. В 1980 году издание The Wall Street Journal поставило под сомнение целесообразность мер, связанных с развитием торговли, опубликовав статью под заголовком «Сухой док в Дубае: пустые обещания и несбывшаяся мечта?»²⁴. Автор текста отметил, что нефтяные магнаты или попросту «дубайские дельцы» вкладывают средства в слишком рискованные предприятия. Дубай в это время закладывал фундамент своей морской торговли, направляя средства на организацию сухого дока, настолько огромного, что ни одно рабочее судно, эксплуатировавшееся в то время, не могло его заполнить. Это было время глобального спада мировой судостроительной промышленности. Однако позже, на встрече шести стран Персидского залива, было решено построить сухой док для обслуживания таких судов в Бахрейне. Сегодня сухие доки – краеугольный камень Дубая как крупного торгового центра. С момента открытия в 1983 году верфь отремонтировала более 6000 судов общим весом 500 миллионов тонн. С 1994 года она построила 70 новых судов и содержит самый большой на Ближнем Востоке плавучий кран.

В упомянутой статье The Wall Street Journal также упоминался тот факт, что в 1980-х годах лидеры Дубая вложили 1,4 миллиарда долларов США в алюминиевый завод, электростанция которого имела пять самых больших газовых турбин в мире. Кроме того, 1,6 миллиарда долларов было вложено в морской порт на 66 причалов, чтобы грузовые суда заходили в бассейн длиной 2 км, вырытый в пустыне. Эти проекты, названные недальновидным журналистом «комплексом зданий», сегодня находятся в самом сердце глобального торгового центра, который представляет собой современный Дубай, и служат впечатляющим доказательством его роста и развития. Недалек тот день, когда этот стратегический, долгосрочный и противоречивый подход к национальному инвестированию найдет свое отражение в авиации, туризме и других секторах экономики Дубая.

Удача – селективный недостаток

В С XIX по начало ХХ столетия в относительно спокойных водах Персидского залива процветал жемчужный промысел. Для жителей Дубая это был хороший экономический ресурс и стабильная, хоть и сезонная, работа. Многие из тех, кто занимался жемчужным промыслом, параллельно работали на оазисах и финиковых плантациях, либо пасли верблюдов в межсезонье. Но были и те, кто занимался только жемчужинами. Сохранились свидетельства историков конца XIX века о ныряльщиках из Эмиратов, которые по окончании сезона в Заливе отправлялись на Шри-Ланку, чтобы продолжить ловить жемчуг там. Со временем многие семейства обосновывались в прибрежных поселениях, что способствовало росту и развитию Абу-Даби и Дубая. К началу ХХ века, согласно одному из статистических отчетов, у берегов Договорных государств работало более 1200 судов для ловли жемчуга. Экипаж каждого из них состоял в среднем из 18 человек. Это означало, что летом большинство здоровых, трудоспособных мужчин – то есть более 20 000 человек – отправлялись к жемчужным берегам²⁵.

Пика своего развития эта индустрия достигла незадолго до 1920-х годов, когда жемчуг начали выращивать на фермах. Это существенно подорвало позиции жемчужного промысла. Позже на жемчужной промышленности негативно отразилась Первая мировая война, а за ней – Великая депрессия конца 1920-х – начала 1930-х годов. В сочетании с изобретением японцами искусственного жемчуга эти события практически уничтожили важную для эмирата отрасль. Окончательно она прекратила приносить доход вскоре после Второй мировой войны, когда новое независимое правительство Индии ввело высокие налоги на жемчуг, импортируемый из Персидского залива.

Упадок жемчужного промысла стал тяжелым ударом для всей местной экономики. В убытке оказались и поставщики, обслуживавшие жемчужный флот, и судостроители, и многие другие люди. Кроме того, это лишало Эмираты возможности построить необходимую инфраструктуру. В Дубае наступил тяжелый период экономических трудностей и растущего уровня бедности.

Подобные подъемы и спады, удачи и следовавшие за ними нелегкие времена привели правительство эмирата к выводу о том, что зависеть от одной отрасли – все равно что потреблять только один вид пищи. За этим кроется очевидный селективный дефицит, который благодаря осознанию этого принципа превратился в конкурентное преимущество.

В 1966 году в Дубае обнаружили нефть. Эмираты предоставили международным нефтяным компаниям различные концессии, что обеспечило солидный приток иностранных работников, главным образом с Индийского субконтинента. В период с 1968 по 1975 год население Дубая выросло на 300 %, увеличившись до 175 000 человек²⁶. В последующие годы состояние экономики улучшилось, что позволило шейху Рашиду вложить немалые средства в инфраструктурные проекты и объекты для обслуживания региона, добившись минимальной степени зависимости.

«Идея диверсификации ресурсов – наследие моей семьи, передаваемое из поколения в поколения. Это гарантия того, что уроки сурового прошлого последних 185 лет не прошли даром».

Его Высочество шейх Мохаммед бин Рашид Аль Мактум

Вовремя обнаружив селективное преимущество, Шейх смог донести до остальных важную истину: мы можем положиться только на диверсифицированную экономику, а не на какой-то один ресурс и источник прибыли. Хотя по состоянию на 2018 год²⁷ ОАЭ занимали шестое место в мире по запасам нефти и седьмое по залежам природного газа, нефтяные запасы Дубая составляют лишь малую часть от общего объема природных ресурсов страны.

Первое, что я услышал в 2001 году, войдя в состав исполнительного кабинета Дубая, подразумевало принятие срочных мер: у эмирата осталось слишком мало нефти, ему нужны диверсификация, инновации и инвестиции. Еще с начала 1990-х годов шейх Мохаммед неоднократно предупреждал о том, что Дубай однажды израсходует свою нефть, и единственный способ удержать экономику – это диверсификация. Проблема требовала безотлагательного решения. Утешаться ложными надеждами и оказаться в зависимом положении было недопустимым.

Способность вовремя выявить селективный недостаток уже сослужила добрую службу различным успешным экономическим моделям – от Сингапура до Японии. Основатель современного Сингапура Ли Куан Ю не раз подчеркивал, что его город-государство – ведомый, а не ведущий участник рынка, который принимает цены, установленные другими игроками. Он говорил это на правительственных совещаниях, на встречах с частным сектором, в публичных выступлениях. Таким образом он пытался внушить своей команде мысль о том, что Сингапур должен действовать гибко и быстро, своевременно реагировать на мировые тенденции и не останавливаться на достигнутом. В свою очередь, Япония после Второй мировой войны во всеуслышание заявила: «Мы островное государство без каких-либо природных ресурсов». Это повлекло за собой крупнейшую из промышленных революций в истории. Понимание селективного недостатка чрезвычайно важно для обеспечения конкурентоспособности государства.

Этот подход прямо противоположен так называемой «голландской болезни», поразившей многие ресурсозависимые экономики. Термином «голландская болезнь» принято обозначать очевидную причинно-следственную связь между ростом ресурсозависимого сектора, например, нефтяного или лесного, и спадом в других секторах, таких как производство или сельское хозяйство. Особенность этого процесса заключается в том, что по мере роста доходов в растущем секторе, национальная валюта по отношению к валютам других стран укрепляется. Это приводит к тому, что экспортные товары страны для других государств дорожают, тогда как импорт дешевеет, за счет чего эти секторы становятся менее конкурентоспособными. Термин «голландская болезнь» в 1977 году впервые появился на страницах журнала The Economist в контексте упадка обрабатывающей промышленности в Нидерландах после открытия в 1959 году крупного Гронингенского месторождения природного газа²⁸. Эта экономическая модель предполагает существование некоего бурно развивающегося неторгуемого сектора, например, сектора услуг, и двух торгуемых, один из которых отстает или развивается не столь быстро. Как правило, бурно развивающийся сектор представляет собой добычу природных ресурсов – нефти, природного газа, золота – или производство сельскохозяйственных культур – например, кофе или какао. Отстающим сектором обычно выступает обрабатывающая промышленность или сельское хозяйство. Ресурсный бум оказывает двустороннее влияние на экономику, увеличивая спрос на рабочую силу, что приводит к смещению производства от отстающего сектора в сторону бурно развивающегося. Такое перемещение рабочей силы называется прямой деиндустриализацией. Кроме того, в результате ресурсного бума возникают дополнительные доходы, повышается спрос на труд в неторгуемом секторе за счет отстающего. Сдвиг из отстающего сектора в неторговый называется косвенной деиндустриализацией.

CEO-шейх твердо вознамерился спасти Дубай от участи, уже постигшей многие другие экономики региона. «Рисковать будущим наших стран и народов, делая ставку на одни лишь нефтяные месторождения, было бы большой ошибкой, ведь однажды они вне всякого сомнения иссякнут. Кроме того, нефть может перестать играть роль ключевого энергоносителя. Недопустимо ставить будущее наших народов и их потомков в зависимое положение от колебаний цен на нефть или финансовых рынков»²⁹.

Целью шейха Мохаммеда была и остается диверсификация экономики и снижение степени зависимости эмирата от нефтяных доходов. Если в 1985 году их доля в ВВП Дубая достигала 50 %, к 2009 она снизилась до 5 %, а в 2018 году, согласно отчету Bloomberg, доля нефтедобывающей промышленности составляла менее 1 %³⁰. В это время туризм приносит в дубайскую казну около 20 % от общего объема ВВП.

Конкуренция – ключ к успеху

История развития Дубая в качестве авиационного хаба – очередное доказательство одного из фундаментальных принципов деятельности шейха Мохаммеда: «Конкуренция – ключ к успеху». Следование этому правилу во многом обеспечило стране ее процветающее положение.

Международный аэропорт Дубая открылся в 1959 году. Его построили по проекту бюро из Сингапура, с финансированием в рамках государственно-частного партнерства с отсрочкой платежей. Когда в 1965 году шейх Мохаммед принял проект, он имел асфальтированную взлетно-посадочную полосу длиной 1800 метров, куда могло приземляться лишь небольшое количество самолетов определенного типа. Но первый шаг был сделан, аэропорт мало-помалу расширялся, постепенно превратившись в крупный дозаправочный пункт между Востоком и Западом.

С момента основания аэропорт придерживался политики «открытого неба», прямо противоположной принципам работы других региональных аэропортов, защищенных национальными нормами, регулирующими конкуренцию. Фактически в защиту этой дубайской модели была запущена авиакомпания Emirates.

К декабрю 2014 года Международный аэропорт Дубая вытеснил лондонский Хитроу, став самым загруженным аэропортом в мире по объему международных пассажирских перевозок. По данным Международного совета аэропортов, через дубайский аэропорт в 2014 году прошли 68,9 миллиона пассажиров, тогда как в Хитроу их число составило 67,8 миллиона³¹. В 2016 году в Дубае их было уже 83,6 миллиона – таким образом, прирост с момент открытия аэропорта в 1960-х составил в среднем 15 % в год. В итоге в 2018 году аэропорт Дубая принял более 89 миллионов человек. Эти показатели позволили эмирату в течение пяти лет подряд сохранять за собой звание самого загруженного в мире авиаузла для международных путешествий³².

Сам по себе аэропорт был важным компонентом, обеспечившим Дубаю положение мирового авиационного центра. Другим таким компонентом стала компания Emirates. В 1980-е годы главной авиакомпанией, обслуживавшей рейсы из ОАЭ, была Gulf Air с головным офисом в Абу-Даби. Решение о запуске новой компании в регионе кому-то могло показаться нецелесообразным. Шейх Мохаммед по этому поводу рассказывает такую историю, произошедшую в 1985 году.

Компания Gulf Air, принадлежавшая четырем государствам Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), использовала аэропорт Дубая в качестве хаба и, ограничивая конкуренцию, в своих коммерческих интересах стремилась положить конец политике «открытого неба».

«Желая защитить свою долю рынка, – рассказывает шейх, – они дали нам на выполнение своих требований срок в несколько недель. Они требовали особого отношения и ясно дали понять, что в противном случае Gulf Air сократит объем перевозок в Дубае. Теперь, оглядываясь назад, совершенно ясно, что именно эта угроза стала предвестником конца Gulf Air и настоящим, хоть и незаметным на первый взгляд, благословением для Дубая».

В ответ на требования Абу-Даби шейх Мохаммед не колебался ни минуты: «Мы отказали им по одной простой причине: мы считаем, что для нашей страны гораздо полезнее конкуренция, чем протекционизм. Вот почему мы арендовали у Пакистана два самолета и создали авиакомпанию, которую назвали Emirates»³³.

Кроме того, шейх выделил новой компании 10 миллионов долларов США на аренду флота из «Боингов-737» и учредил небольшую команду, поручив ей разработать план и корпоративную стратегию. В результате в октябре 1985 года в Пакистане приземлился первый рейс авиакомпании Emirates. Затем случилось самое любопытное: консультанты, разработавшие начальную стратегию запуска компании, также стали советовать шейху отказаться от политики «открытого неба», чтобы обеспечить рост новой компании. Но шейх Мохаммед пойти на это не согласился.

К 2017 году у Emirates был флот из 255 судов и штат из 61 200 сотрудников. Это был самый большой флот из «Боингов-777», а в планах был заказ еще 262 самолетов общей стоимостью 120 миллиардов долларов. В 2016 году самолеты компании облетели земной шар 20 561 раз. Компания выполняла рейсы по 155 направлениям, в 83 страны мира, перевозя 55 миллионов пассажиров на более 860 000 пассажирских рейсов.

В июле 2018 года посол ОАЭ в Пакистане чествовал пилота первого рейса авиакомпании Emirates – отставного капитана Фазала Гани Миана, который 25 октября 1985 года возглавил первый рейс авиакомпании из Дубая в Карачи. Капитан Миан вспоминает: «Я приехал в Дубай 1 октября 1985 года и встретился с шейхом Ахмедом бин Саидом Аль Мактумом, управляющим директором авиакомпании Emirates Морисом Фланаганом и их командами. Мы обсудили предстоящие задачи и планируемые действия». 18 октября группа из 100 пилотов, летных и авиационных инженеров, обслуживающего персонала и других членов экипажа прибыла в Дубай. «Среди прочего мне было поручено обучить пилотов из ОАЭ. Они прошли подготовку в Дубае и получили права на осуществление коммерческих рейсов в Управлении гражданской авиации Пакистана».

В 2016 году компания Emirates была названа самым дорогостоящим брендом среди авиакомпаний: согласно отчету Brand Finance Global 500, ее стоимость оценивалась в 7,7 миллиардов долларов США³⁴.

Успех авиакомпании был столь феноменальным, что конкурентам оставалось строить самые разные предположения о его причинах. Кто-то заявлял о принадлежности компании дубайскому правительству и, как следствие, преференциях с его стороны. «Любой, в чьих руках авиакомпания, законодательные нормы и аэропорт, может сколотить состояние», – заметил генеральный директор Qantas Джофф Диксон. Разумеется, к Дубаю это не относилось. Руководство Emirates открыто опровергало подобные инсинуации. Их бухгалтерские книги прошли проверку международной компанией PricewaterhouseCoopers, которая подтвердила, что причина успеха Emirates в ее бизнес-модели, а не в особом отношении правительства³⁵.

Emirates подчиняется тем же нормам, что и все прочие компании Дубая. Международный аэропорт эмирата открыт круглосуточно, тогда как многие другие узловые аэропорты работают только в светлое время суток. Компания не платит корпоративный налог и может пользоваться дешевой квалифицированной рабочей силой всего региона, а значит, ее расходы на работников составляют меньшую долю от общего бюджета по сравнению с другими крупными мировыми авиакомпаниями.

«Конкуренция может сделать тебя сильнее и лучше. Только слабые боятся конкуренции».

Его Высочество шейх Мохаммед бин Рашид Аль Мактум

Благодаря принятой в Дубае политике «открытого неба» в его международном аэропорту на равных условиях работают более 100 авиакомпаний. В 2012 году компания Qantas признала, что Emirates – это профессионально управляемая авиакомпания, работающая в хороших условиях, опираясь на амбициозную стратегию. Не ограничившись признанием этих фактов, Qantas заключила с Emirates глобальное авиационное партнерство. Как верно говорят, подражание и сотрудничество – самая искренняя форма лести.

Как и другие крупнейшие проекты и инициативы Дубая, деятельность Emirates вдохновила многие региональные авиалинии – от Дохи до Абу-Даби, от Стамбула до Аддис-Абебы.

Успех компании привел к формированию множества не менее успешных второстепенных предприятий: крупнейшего в мире магазина дьюти-фри, глобальной компании по организации питания на рейсах и в аэропортах, а также регионального грузового узла.

Для обслуживания собственных предприятий и планомерного роста Дубаю просто необходимо было создать компанию с не менее быстрыми темпами развития. Так появилась Дубайская национальная ассоциация воздушного транспорта (ДНАВТ). Основанная в 1959 году для организации питания на борту, со временем она стала осуществлять и наземное обслуживание в 76 аэропортах, оказывать услуги по обработке грузов в 45 аэропортах и общественного питания в 61 аэропорту, получив за свою деятельность множество международных наград. Компания росла органически и за счет глобальных приобретений, а в феврале 2018 года стала соучредителем Ассоциации авиационного кейтеринга, которая базируется в Брюсселе.

Дубаю также удалось создать впечатляющий по своим масштабам розничный магазин беспошлинной торговли – Dubai Duty Free, получивший всемирную известность благодаря розыгрышам роскошных автомобилей и миллионных вознаграждений. Официальное открытие Dubai Duty Free состоялось в 1983 году. Управление несколькими магазинами было поручено ирландской компании Aer Rianta. По окончании контракта руководство Дубая предложило их генеральному директору остаться на своем посту. В 1984 году объем продаж Dubai Duty Free за первый год составил 20 миллионов долларов. С тех пор компания превратилась в одного из крупнейших в мире операторов розничной торговли для путешественников с оборотом продаж в 2,015 миллиарда долларов в 2018 году. В ней работали более 6100 сотрудников 47 национальностей, в том числе 25 из 100 сотрудников, принятых на службу еще в 1983 году. Наконец, благодаря лотерее «Миллионер тысячелетия», запущенной в 1999 году, сотни посетителей аэропорта стали миллионерами.

Впрочем, гораздо важнее для центра логистики и торговли, которым является Дубай, оказалось решение правительства 1996 года об организации в аэропорту свободной зоны для оптимизации воздушной грузовой торговли для более чем 220 пунктов назначения на шести континентах. В 2012 году журнал fDi, выпускающийся редакцией Financial Times, признал ее лучшей аэропортовой свободной зоной в мире.

Основываясь на успехах в области авиации, шейх Мохаммед в дополнение к дальнемагистральным возможностям Emirates учредил авиакомпанию ближнемагистральных перевозок Flydubai. Несколько членов руководства Emirates перешли в Flydubai, чтобы создать ее с нуля. Теперь благодаря дальним и ближним рейсам Дубай прочно утвердился в качестве бесспорного регионального центра торговли. Запущенная в 2008 году Flydubai к 2016 году уже выполняла 1700 рейсов в неделю по 90 направлениям.

Любой авиационный узел вполне мог бы удовлетвориться этими результатами, но только не Дубай и не CEO-шейх. В 2013 году открылся Международный аэропорт Аль Мактум, поставивший перед собой цель обслуживать более 150 миллионов пассажиров в год. Для того чтобы этот аэропорт «расправил крылья», сегодня в Дубае строится новый район под названием Dubai South. Именно здесь Дубай получил право на проведение Expo 2020.

Глава 2
Ведите за собой смело и дальновидно

В своих мнениях о шейхе Мохаммеде почти все сходятся в одном: его слова никогда не расходятся с делами. Во всех его речах, планах, публикациях и выступлениях прослеживается четкая линия. Он сторонник долгосрочной перспективы, удивительно последовательный в своем видении будущего развития. Он строит и создает, учится на ошибках, корректирует инструменты и средства, но общий курс остается неизменным. Одним словом, это человек искренних, смелых, позитивных взглядов и твердых убеждений.

Стремиться быть первыми

Министр ОАЭ по вопросам счастья и благополучия и глава канцелярии премьер-министра Охуд Аль Руми вспоминает, что на первом совещании по определению ключевых показателей эффективности в рамках Национальной повестки ОАЭ, сразу после занятия поста премьер-министра, шейх отказывался принимать числовые и качественные показатели, если они входили в рейтинг «15 лучших», «20 лучших» и так далее. «Мы во всем стремимся быть только первыми», – заявил он. «Для него нет ничего невозможного, – замечает Аль Руми. – Он постоянно старается преодолеть пределы достигнутого, подталкивая к этому остальных. Его вера, дальновидность и смелость помогают идти вперед и добиваться результатов. За 30 лет он ни разу не изменил своим убеждениям и идеям, не отклонился от намеченного курса. Последовательность – отличительная черта его стиля руководства».

Стратегическая концепция, выбранная шейхом Мохаммедом для Дубая и ОАЭ, проста: всегда и во всем быть первыми. Как он сам заявил журналисту CBS Стиву Крофту в 60-минутном специальном выпуске программы под названием Dubai Inc: «Я хочу, чтобы моя страна стала первой не только в регионе, но и в мире. Первой во всем: уровне высшего образования, здравоохранении, качестве жизни. Я хочу, чтобы мой народ жил в лучших условиях из возможных».

Шейх всеми силами показывает, что при должном уровне воображения и целеустремленности возможно все. Эти простые слова служат источником вдохновения для целой нации. В своей первой книге «Мое видение» он постарался донести до каждого свою нелюбовь к слову «невозможно», которое, по его мнению, придумали те, кто просто не хочет выбираться из собственной зоны комфорта.

«В ОАЭ слова „невозможно“ нет в словаре. Его употребляют только слабые и ленивые люди, боящиеся трудностей и прогресса. Сомнения в собственных способностях и недостаточная уверенность в себе уводят с пути успеха и превосходства, мешая достигать поставленных целей. Поэтому я прошу вас: всегда стремитесь быть первыми. Я и мои люди любим цифру 1».

Это стремление быть первыми проникло во все сферы жизни Дубая и ОАЭ, став не просто девизом или попыткой привлечь внимание, а целью номер один. На «мозговом штурме», который прошел 4 марта 2014 года в кабинете премьер-министра, входящего в состав федерального правительства ОАЭ, шейх сказал своей команде: «Единственные рамки, ограничивающие то, чего мы можем достичь, – это пределы нашего воображения».

Это фраза представляет собой емкий синтез мировоззрения шейха Мохаммеда. «Все начинают с малого. Подобно тому, как мы вступаем в эту жизнь крошечными клеточками, предприятие и проект начинаются с идеи. Скорость реализации и дальность броска – только в ваших руках. Чем смелее ваши идеи, тем масштабнее будут достижения. Ждут ли вас препятствия на этом пути? Возможно. Но нельзя позволять страху. Чтобы стать великим, необходимо быть смелым».

Благодаря масштабному видению и безграничным амбициям шейх не позволяет своей команде расслабляться и довольствоваться средними показателями. Эту амбициозность хорошо показывает история строительства Бурдж-Халифы – высочайшего небоскреба в мире. По словам Мохамеда Алаббара, председателя компании Emaar Properties, разработавшей проект здания, изначально планировалось возвести всего 90 этажей. Алаббар вспоминает, что, когда он представил шейху Мохаммеду чертежи и визуализацию, тот пришел в восторг от мысли о строительстве «великолепного» здания, самого высокого в Дубае. Для возведения небоскреба нужен был участок земли, и он предложил своему правительству приобрести его в обмен на акции, выбрав участок в центре города. Изучив чертежи, шейх Мохаммед спросил, какой будет высота здания. Услышав ответ о планах построить 90 этажей, что по мировым стандартам считалось «очень высоким», шейх тут же заметил, что это в самом деле впечатляет, но не будет самым высоким зданием в мире. Так с изначальным проектом было покончено. Шейх Мохаммед отметил, что в мире уже есть здания выше 100 этажей – например, тайваньский «Тайпэй 101», названный по количеству этажей. Так зачем создавать нечто заурядное и посредственное? Разве может это высокое, но не выдающееся здание повысить туристическую и экономическую привлекательность Дубая? Алаббар понял, что должен придумать что-то гораздо более грандиозное. Указание шейха Мохаммеда было предельно ясным: «Найдите высочайшие здания в мире, изучите их, а затем возвращайтесь с новым планом».

Спустя несколько недель Алаббар предстал перед шейхом с новым пакетом чертежей и весьма решительным видом. Сначала он показал фотографии самых высоких зданий мира – «Тайпэй 101», небоскребов «Петронас» в Малайзии и «Сирс-тауэр» в Чикаго – нынешней «Уиллис-тауэр». Затем он извлек визуализацию серебристой высотки, как будто сошедшей со страниц научно-фантастического комикса 1950-х годов. Это удивительное строение не имело себе равных и не было похоже ни на одну из башен, когда-либо виденных шейхом Мохаммедом.

– Вот высочайшие здания мира, – сказал Алаббар, указывая на разложенные на столе фотографии. – А это – то, что мы построим.

– Любопытно, – ответил шейх. – Насколько же оно выше?

– Это здание выше всех существующих на планете на 20 %.

– Думаю, мы можем провести сделку по покупке участка, – с улыбкой произнес шейх Мохаммед. – Но вы все равно подумайте, можно ли построить небоскреб еще выше.

Так началось строительство «Бурдж-Халифы»³⁶. Окончательный вариант имел 163 этажа, что было на 73 больше, чем планировалось изначально. На момент своего открытия в 2010 году он был намного выше любого другого здания в мире³⁷.

В этом заключается один из важных уроков шейха: если собираешься что-то сделать, пусть это будет чем-то по-настоящему стоящим и масштабным. Какой смысл в посредственности? Необходимо стремиться работать лучше, чем все, кто вас окружают.

Другой пример – разговор шейха с исполнительной командой в Дубае, представившей ему план по расширению Дубайского международного аэропорта. Проект был тщательно проработан и в случае реализации повышал вместимость аэропорта в соответствии с растущим вниманием к Дубаю. Однако шейх остался верен своим взглядам: его стремления и чаяния были гораздо более масштабными.

«Не думайте о небольшом старте – думайте о грандиозном финише».

Его Высочество шейх Мохаммед бин Рашид Аль Мактум

«Мне не нужен аэропорт только для Дубая. Я хочу, чтобы сам Дубай стал аэропортом для всего мира», – ответил он. В его словах содержалась ясная мысль: «Возможности надо создавать самим, они не валяются на земле и не ждут, пока кто-то ими воспользуется».

Это история показывает, что для шейха Мохаммеда нет других вариантов, кроме стремления к звездам.

«Ваши целеустремленность и энергозатраты будут пропорциональны поставленной цели. Поэтому ставьте перед собой по-настоящему высокие цели и стремитесь к лучшему. Лучшее – это то, что вы получите, если откажетесь от компромиссных решений. Каждое ваше начинание должно быть для вас полетом на Луну».

20 ноября 2013 года видный арабский журналист Джихад Аль-Хазен написал в издающейся в Великобритании арабской газете «Аль-Хайят»: «Помню, как однажды в 1990-х годах шейх Мохаммед устроил мне экскурсию по Дубаю. Первой нашей остановкой стал остров Палм-Джумейра. Показывая мне этот потрясающий проект, шейх пояснил, что главной его целью было развитие человека, а не инфраструктуры. Затем мы отправились в аэропорт, где шейх продемонстрировал работы по расширению, в результате которых планировалось повысить пассажиропоток до 130 миллионов человек в год. Я был потрясен грандиозностью его замыслов и спросил, чего он пытается добиться. Я живу в Лондоне, на родине одного из крупнейших аэропортов мира вместимостью более 60 миллионов человек. Где же Дубай возьмет вдвое больше пассажиров? На это он улыбнулся и ответил, что вся загвоздка в том, что я спрашиваю о сегодняшнем дне, а он говорит о 2020 годе».

Он искренне верит в идеи, а это всегда заразительно. Яссер Хареб, эмиратский писатель, работавший в Исполнительном аппарате шейха, писал: «Говорят, успешный лидер – это тот, кто внушает людям доверие и ведет за собой, а выдающийся – тот, кто внушает людям доверие и веру в себя. Шейху Мохаммеду удалось и то и другое»³⁸.

Те же дальновидность и смелость продемонстрировал отец шейха Мохаммеда, отвечая на вопрос The Wall Street Journal о целесообразности строительства 66 причалов в Джебель Али в 1996 году. Настоящий лидер стремится к заоблачным целям и понимает, что большие проекты, нацеленные на будущее, не должны ограничиваться представлениями сегодняшнего дня. И нет смысла ставить цели, предполагающие посредственные результаты.