Kitobni o'qish: «Вован и Лексус. По ком звонит телефон»

Shrift:

© ООО Издательство «Питер», 2018

© Серия «Новая политика», 2018

* * *

Вот кто разыграл Лукашенко, я уважаю. Когда разыгрывают известных людей от имени других известных персонажей – уважаю, это работа. Понимаю, как надо готовиться, сколько проделано всего. Вот это интересно.

Алексей Венедиктов, главный редактор радиостанции «Эхо Москвы»

Дорогие санитары леса! Славное сообщество пранкеров! Давайте и дальше санитарьте нашего брата! Лишайте нас излишней заносчивости, излишней звездности! Делайте важное, повторяю еще раз, санитарно-психологическое дело! Дай вам Бог успехов!

Дмитрий Дибров, телеведущий

Такие небезразличные граждане, которые пытаются помочь нам в раскрытии и изобличении виновных, – отдельная им благодарность. И слава Богу, что действительно люди небезразличны и пытаются на своем уровне как-то помочь, поспособствовать.

Наталья Поклонская, депутат ГД РФ

Ребята делают государственное дело, это нормальная ситуация. Все, что в интересах государства, я считаю, оправданно так или иначе. Все, что защищает национальные интересы и граждан России, – все оправданно.

Сергей Аксенов, глава Республики Крым

Вы делаете хорошее дело, когда звоните нашим политическим деятелям. Это очень правильное направление. Я желаю вам удачи, чтобы вы и дальше в нем развивались.

Ксения Собчак, телеведущая

Поздравляю вас, вы хороши. Спасибо вам большое. У вас действительно есть чувство юмора, и у всех славян оно есть. Так что это ваш хороший вклад в общее дело.

Андрей Пленкович, премьер-министр Хорватии

Я убеждал аудиторию, что нет никаких пранкеров, а имеет место оперативная работа российских спецслужб. В конечном итоге это не должно давать поводов к обвинениям объектов развода. Люди должны осознавать, что имеют дело с машиной, эффективно работающей и почти не дающей сбоев. Дьявольской машиной. Однако она не всесильна.

Марк Фейгин, адвокат Pussy Riot

Это, вероятно, очень талантливые люди. Они говорят очень квалифицированно, компетентно. И главное – очень гибко меняют линию поведения, когда им отвечают что-то, что не по сценарию. Они тоже отступают от сценария абсолютно легко. Это очень хорошо подготовленные люди, которые всегда готовы к данному конкретному разговору, проводимому ими в этот момент исторического времени. Надо отдать должное их талантам и пранкерскому профессионализму. Но тем они и опаснее.

Станислав Белковский, политолог

Это лакмусовая бумажка нашего общества.

Сергей Минаев, писатель

Кто такие Вован и Лексус, никто не знает. Даже я не знаю, несмотря на то, что они у меня были в гостях.

Иван Ургант, телеведущий

Часть первая
От телефонных розыгрышей к пранк-журналистике

Пранк – это шутка, но она зашла слишком далеко.

Вован


Многие самые глупые вещи в политике делаются с грустным выражением лица. А мы делаем серьезные и с веселым.

Лексус

Глава первая
О пранке и пранкерах

Владимир Кузнецов (Вован)

Это история о том, как при желании и некотором таланте обычная забава может превратиться в способ влияния на общество, внешнюю и внутреннюю политику целых стран.

Мою с Алексеем деятельность принято называть пранком, то есть телефонным розыгрышем. Хотя мы давно вышли за пределы этого определения. Разве может быть, например, расследование по изобличению виновных в теракте в Херсонской области Украины, из-за которого был обесточен Крым, розыгрышем? Или получение циничного признания руководителей Всемирного антидопингового агентства (WADA) о том, что их обвинения в адрес России вызваны в первую очередь политическими, а не спортивными причинами? Таких примеров много. Потому мы и называем это журналистскими расследованиями, а нашу деятельность – пранк-журналистикой. То есть с помощью пранка мы получаем общественно важную, значимую информацию.

«Русский интеллектуальный пранк» – так, например, характеризует наши работы телеведущий Дмитрий Киселев.

«Вот кто разыграл Лукашенко, я уважаю, – заявлял Алексей Венедиктов в эфире радиостанции “Эхо Москвы”. – Когда разыгрывают известных людей от имени других известных персонажей – уважаю, это работа. Понимаю, как надо готовиться, сколько проделано всего. Вот это интересно».

Мы уже давно окружены ореолом таинственности. Сколько сотен раз приходилось выслушивать вопросы вроде: «Где вы достаете номера телефонов таких политиков? Как вообще возможно дозвониться до президентов Эрдогана и Порошенко или до генерального секретаря НАТО? Там ведь секретные и суперзащищенные линии связи!» Из-за этого и простые люди, и серьезные общественные деятели, и журналисты подозревают нас в связях то с Администрацией Президента, то с ФСБ и внешней разведкой. Мы сами уже запутались, какие внеочередные воинские звания нам приписывает народная молва после очередного громкого пранк-разоблачения. Есть и вообще экзотические версии, например, о родственных связях с представителями политический элиты России. Не спорим, в нашей работе, особенно на международном уровне, присутствуют элементы деятельности разведчиков. Главное отличие заключается в том, что почти всегда весь полученный материал становится достоянием общественности.

Поэтому мы решили, что пришло время расставить все точки над i, рассказать, как двум обычным парням уже несколько лет виртуозно удается проливать свет на закулисье политической жизни, выводить на чистую воду политиканов, зарвавшихся чиновников, звезд шоу-бизнеса и порой даже менять ход истории.

Как бы пафосно это ни звучало, начиналось все с обычных телефонных приколов. Поэтому стоит сказать пару слов о том, что же такое классический российский пранк и как он появился.

История пранка (англ. prank – розыгрыш, шутка) идет рука об руку с историей телефона. Как утверждают некоторые исследователи, прообразом пранкеров стали сотрудники телефонной компании Bell Systems. Когда телефонная связь только появилась, прямое соединение абонентов было невозможно и все звонки осуществлялись через операторов. Скучающие телефонисты ради развлечения стали переключать звонивших на произвольные номера. Однако после многочисленных жалоб администрация телефонной компании вычислила и уволила «хулиганов», а на их место стали брать только девушек, полагая, что прекрасный пол более сознательно отнесется к работе.

В нашей стране отдельные случаи телефонного развлечения были зафиксированы еще в первой половине ХХ века.

Так, народный артист СССР, композитор, дирижер Никита Богословский, родившийся в 1913 году, рассказывал, как устроил пранк длинною почти в целую жизнь.

«В детстве в Ленинграде я увидел в телефонном справочнике “Ангелов Ангел Ангелович”. Набрал номер и вежливо попросил: „Черта Чертовича можно?” – на тот момент мне это казалось невероятно смешным. Меня обругали, бросили трубку… Прошло лет пятьдесят, и опять я в Питере листаю телефонную книгу, и вдруг как привет из детства: „Ангелов Ангел Ангелович”! Ну я, конечно же, не отказал себе в удовольствии. Набрал номер и вежливо попросил: „Черта Чертовича можно?” И старческий голос в трубке мне ответил: „Ты еще жив, сволочь?!!!”».

Кроме того, существует занимательная история о том, как советские танкисты на пути к Берлину отпранковали в 1945 году самого Йозефа Геббельса. Этот рассказ был озвучен в книге мемуаров кинодокументалиста и военного корреспондента Романа Кармена «Но пасаран!».

«Меня заинтересовал телефон, стоящий на столе в одной из квартир рабочего поселка Сименсштадт. Ведь отсюда прямая связь с центром Берлина. У меня возникла мысль, которой я поделился с моими товарищами – офицерами-танкистами.

– Давайте, – сказал я им, – попробуем вызвать по телефону Геббельса.

Предложение было встречено веселым одобрением, и за выполнение этого плана взялся молодой наш переводчик, прекрасно владеющий немецким языком, Виктор Боев. Но как добиться по телефону Геббельса? Мы набрали номер берлинского “Шнеллербюро”. Ответившей сотруднице сказано было, что по весьма срочному и весьма важному делу необходимо соединиться с доктором Геббельсом.

– Кто просит? – спросила она.

– Житель Берлина.

– Подождите у телефона, – сказала она, – я запишу.

Минут пятнадцать мы ожидали, вслед за тем снова голос сотрудницы сообщил нам, что сейчас нас соединят с кабинетом рейхсминистра пропаганды доктора Геббельса. Ответивший мужской голос снова спросил, кто спрашивает Геббельса. На этот раз Виктор Боев сказал:

– Его спрашивает русский офицер, а кто у телефона?

– Соединяю вас с доктором Геббельсом, – ответил после паузы голос.

Щелкнул телефон, и новый мужской голос произнес:

– Алло.

Дальнейший разговор передаю стенографически. Переводчик Виктор Боев. Кто у телефона?

Ответ. Имперский министр пропаганды доктор Геббельс.

Боев. С вами говорит русский офицер. Я хотел бы задать вам пару вопросов.

Геббельс. Пожалуйста.

Боев. Как долго вы можете и намерены драться за Берлин? Геббельс. Несколько… (неразборчиво).

Боев. Что, несколько недель?!

Геббельс. О нет, месяцев!

Боев. Еще один вопрос – когда и в каком направлении вы думаете бежать из Берлина?

Геббельс. Этот вопрос я считаю дерзким и неуместным.

Боев. Имейте в виду, господин Геббельс, что вас найдем всюду, куда бы вы ни убежали, а виселица для вас уже приготовлена.

В ответ в телефоне раздалось неопределенное мычание. Боев. У вас есть ко мне вопросы?

– Нет, – ответил доктор Геббельс сердитым голосом и положил трубку.

Слух об этом веселом разговоре быстро разнесся среди танкистов. Боеву пришлось десятки раз повторять свой рассказ о том, как он по душам побеседовал с комиссаром обороны Берлина.

– Ну, а мы уже постараемся, как можно скорее поговорить с Геббельсом не по телефону, а лично, – сказал один из танкистов, усаживаясь в танк».

В 1960-е годы, когда телефон перешел в разряд обычного атрибута квартиры советского гражданина, началась волна детских телефонных шуток. В основном звонили с телефонов-автоматов. Тогда и появилось классическое: «Але, это квартира Зайцевых? Нет? А почему тогда из трубки уши торчат?» Со временем сценарии пранков значительно изменились, но главный принцип, заложенный в детских шутках, – озадачить жертву – остался.

Пранком в СССР увлекались не только дети. Как ни странно, но подобное времяпрепровождение охватило собой среду интеллигенции. Писатели, ученые, артисты собирались на какой-нибудь квартире, выпивали для храбрости, а затем листали телефонный справочник в поисках веселой фамилии абонента. Кто-то один самый находчивый вел разговор. Остальные собирались вокруг и старались не смеяться. Например, «хулиганы» находили человека с двойной фамилией типа Петров-Водкин, а потом многократно звонили ему и разными голосами спрашивали – Петров он или все-таки Водкин. Порой абонент, не выдержав провокаций, переходил на ор и матерщину в адрес звонивших. Часто звонили и вовсе наобум, используя номера с денежных купюр.

«Мы, москвичи, знаем, какие розыгрыши велись даже в сталинскую эпоху, – вспоминает Сергей Кургинян. – Как разыгрывали крупных поэтов. Это известная профессиональная история розыгрышей».

В 1973 году вышедший на экраны фильм «Семнадцать мгновений весны» невольно стал поводом для массовой атаки советских шутников на обычный городской номер. Дело в том, что в фильме есть момент, когда профессор Плейшнер приходит на встречу с агентами гестапо и они называют ему номер, по которому он может позвонить в случае провала. Вот и народ, записав телефон, звонил туда от имени Плейшнера или органов госбезопасности. Что случилось с владельцем «нехорошего» номера – история умалчивает.

Конечно, в те далекие годы о какой-либо записи розыгрышей на носители и последующем их тиражировании речи и быть не могло: не было технической возможности. Но кто-то рано или поздно должен был стать первооткрывателем жанра. И вот в 1989 году случилось событие, весь масштаб которого был оценен лишь спустя десятилетие. Студент первого курса МИРЭА по имени Ярослав, сам того не ведая, записал первый официальный пранк.

Ярослав случайно ошибся номером и услышал в ответ от неизвестного мужчины первосортный набор ругательств вперемешку с лекциями на тему воспитания молодежи и социально-политических реалий того времени.

«С моим другом Шуриком мы жили на одной лестничной клетке, – вспоминает Ярослав, ныне успешный предприниматель. – Однажды он познакомился с девушкой, ее звали Катя. Она дала ему свой телефон: 421-…-… Решив, что телефон достаточно простой, Шурик его не записал. Спустя некоторое время Шурик, набирая номер девушки, перепутал местами две средние и две последние цифры.

– Да, слушаю вас, – послышался мужской голос из трубки.

– Здравствуйте, позовите, пожалуйста, Катю, – вежливо произнес парень.

После того, что ему ответили, Шурик впал в оцепенение на несколько секунд, потом позвонил мне.

– Ты представляешь, – говорит он, – я ошибся номером, а меня так обложили! Хочешь, дам телефон, сам позвони.

И я позвонил. Не помню точно, что мужик на том конце провода мне тогда сказал, но поржал я конкретно.

Затем звонили еще. В одном из разговоров мужик сказал: “Я тебя вычислил, ветеринар поганый!” Тут меня осенило. Чего же мы звоним вхолостую? Это же надо писать! У меня как раз был кассетный магнитофон “Электроника-302”».

Привожу здесь небольшой отрывок из записанных разговоров с Дедом, который прославился бурной реакцией на звонки и столь активным использованием всевозможной ненормативной лексики, что приводить его высказывания в книге не представляется возможным.

Действующие лица:

Д. – Дед (Александр Александрович Богомолов).

П. – пранкер.

Д.: Информационно-вычислительный центр слушает вас.

П.: Але.

Д.: Чего алекаешь? Тебе теперь телефон поставили? Скоро обрежут вместе с твоей дурацкой головой, вместе с телефоном… … …

П.: Чего вы матом ругаетесь?

Д.: Я тебе дам еще… я тебя записал на кассету. Записан, падлюка! Завтра я буду у тебя, чтоб ты под колпаком там… квакал завтра.

П.: А чего вы матом ругаетесь?

Д.: Пошел отсюда вон, гадина… … …

П.: В чем дело? Это вам из ветеринарного училища звонят».

Сан Саныч из-за любви представляться «информационно-вычислительным центром» вошел в историю пранка под псевдонимом Дед ИВЦ.

«Его популярность росла с геометрической прогрессией, и желающих пообщаться с ним по телефону вживую после прослушивания кассеты становилось все больше, – продолжает Ярослав. – Кассету с этими разговорами только у меня переписали все, кого я знал. Возвращаясь из института, я, чтобы поднять настроение, набирал ему из автомата с автобусной остановки на проспекте Вернадского. И однажды он мне сказал:

– Ты у этого автомата на проспекте Вернадского сфотографирован! И там же будешь повешен за…!

Я понял, что Дед с помощью АТС меня засек, и обрадовался, что в этот момент я звонил не из дома».

Потом было еще несколько звонков, но вскоре Богомолову надоело подобное положение вещей, да и найти телефонного шутника не представлялось возможным, поэтому Дед ИВЦ просто сменил номер. А еще через пару месяцев переехал из Москвы в Королев.

Но «подвиг» первого пранкера и кассеты с разъяренным Сан Санычем не затерялись в лихих девяностых и перешагнули миллениум (при желании эти записи можно послушать в Интернете, там их много, целый сериал)1.

Потом в России появился и стал быстро развиваться Интернет, объединивший новое поколение телефонных шутников.

В начале XXI века (сначала на бесплатных хостингах) возникают небольшие сайты с телефонными приколами. С каждым годом таких сайтов становится все больше, появляются люди, для которых телефонные забавы уже не просто сиюминутное развлечение, а хобби. Кроме того, выделяется молодая аудитория, которая с большим интересом относится к новому юмористическому жанру. В 2004 году, когда Интернет уже перестает быть чем-то диковинным, создается официальный сайт российских пранкеров пранк.ру. Аудиофайлы с розыгрышами начинают распространяться и в офлайне – на CD. Аудитория сайта растет. Конечно, настоящих пранкеров, то есть тех, кто постоянно записывал розыгрыши, даже во времена расцвета движения было не больше двух сотен. Однако только лишь слушателей на одном пранк.ру зарегистрировано 41 тысяча человек. С момента основания главного сайта телефонных розыгрышей и начинается история пранка в России.

По большей части пранк в середине и конце 2000-х – это история так называемых «великих жертв» – обычных людей, которые прославились благодаря чрезвычайно яркой манере общения по телефону и использованию нестандартных оборотов ненормативной лексики. Все эти люди очень харизматичны. Популярная жертва, как правило, полностью лишена чувства юмора и отличается завышенным самомнением, помпезной, театральной позой. Это выражается в заранее пренебрежительном отношении к звонящему, бурной реакции на провокации и скорому переходу к унижению оппонента. Такая жертва готова к длительным беседам, обладает отменным запасом ненормативной лексики, очень часто живет собственным прошлым, с гордостью сообщая пранкеру о своих политических, блатных или сексуальных достижениях. Такие люди обычно сами получают удовольствие от звонков: кто-то выпускает пар, кто-то получает возможность, не боясь общественного осуждения, выразить «темную сторону» своей личности.

Постоянной жертвой пранка никогда не станет человек хладнокровный, слишком апатичный или с хорошим чувством юмора. Ну и главное: если тебя раздражают странные телефонные звонки – зачем вести долгие беседы с неизвестными? Достаточно сразу же повесить трубку. Еще несколько повторов тотального игнора – и пранкеру просто надоест звонить туда, где никакой реакции на него нет и не ожидается.

Между собой телефонные шутники называют «великих жертв» не по именам и фамилиям, а по прозвищам. Чаще всего прозвище образуется от какого-то характерного ругательства жертвы. Так, московская пенсионерка, сказавшая одному из позвонивших: «Ах ты… спидовый!», получила прозвище Спидовая Бабка; подполковник из Кимовска стал Раком после обещания поставить позвонивших раком в школьном дворе.

В качестве примера стоит остановиться на Зинаиде Николаевне, или Спидовой Бабке. Это обладающий феноменальным матерным лексиконом поистине уникальный человек, создавший вокруг себя собственную реальность и втянувший в нее всех жителей своего дома, отдельных представителей Северного административного округа Москвы и, конечно же, пранкеров. Ее история достойна криминального сериала. Жизнь для простой московской пенсионерки (самостоятельной, находящейся в здравом уме и никогда не состоявшей на учете у психиатра) – это борьба. Практически все жильцы дома, в котором живет Зинаида Николаевна, по ее версии, – миллионеры и бандиты, занимающиеся торговлей наркотиками в промышленных масштабах, угонами машин, кражами и прочими особо тяжкими преступлениями. Все они входят в организованную преступную группу, созданную безжалостной заведующей местным детским садом Ниной Васильевной по кличке Двухсоткилограммовый Боров. Скреплен этот бандитский союз инцестом семьи Борова и гомосексуальными связями других его участников. Сын Нины Васильевны Сергей также якобы является геем и проживает с мужем в особняке на Рублевке.

«С парнем живет, – смакует женщина. – Эта жена его – парень. Он подкармливает там его, а этот его! И у них идет дружба… любовная…»

Мало кто из порядочных людей, по мнению Спидовой Бабки, в состоянии бросить вызов такому беспределу. Поэтому Зинаида Николаевна с радостью принялась раздавать телефоны своих врагов звонившим ей пранкерам, чтобы те также подключались к праведной борьбе.

«Позвони 210…! – призывала Спидовая. – Там есть Нина Васильевна…» – и по адресу Нины Васильевны следовал целый каскад «изысканных» выражений великого и могучего русского языка. Далее следовала непередаваемая игра слов: «Ох, займусь за вас за всех, падлы! У меня составлены во все органы… во все заявления на 15 листах!»

К слову, Нина Васильевна по кличке Боров действительно оказалась нечиста на руку: в Интернете можно найти оперативную съемку, как даму берут с поличным за взятку в 400 долларов за устройство ребенка в этот садик. Причем заведующая хотела даже съесть помеченные купюры, а когда милиционер попытался ей помешать, укусила того за палец. Как ни странно, несмотря на доказательства, Нину Васильевну к уголовной ответственности не привлекли, и она продолжала работать с детьми как ни в чем не бывало. Один из федеральных телеканалов по наводке пранкеров даже сделал об этом сюжет. На запрос журналистов в правоохранительных органах ответили, что все материалы данного дела «сгорели при пожаре в архиве».

Эту досадную несправедливость немного поправили пранкеры. Ребята писали жалобы во всевозможные инстанции с требованием проверить деятельность руководства детского учреждения, а к Нине Васильевне приезжали выездные группы пранкеров с видеокамерами, чтобы лично задать вопрос про коррупцию в детском саду, что приводило заведующую в бешенство.

– Я грант Москвы! – кричала она. – Я вся в грамотах! – и пыталась стукнуть оператора сумкой, наполненной продуктами из вверенного ей заведения.

Ну, а адрес и телефон Борова крутился по всему Интернету, что заставило даму сменить место жительства.

Зинаида Николаевна до сих пор продолжает свою неравную битву с криминальным миром коррупционеров и бандитов. Правда, звонков легендарной женщине практически не поступает – пранкеры берегут здоровье молодой душой пенсионерки. В начале 2016 года, узнав о том, что их примадонна сломала шейку бедра, пранкеры собрали для нее 150 тысяч рублей на операцию по протезированию. Увы, родная дочь пенсионерки отказалась ей помогать, надеясь побыстрее заполучить жилплощадь матери. Вот такая ирония судьбы – заботу о бабушке проявили не близкие люди, а телефонные хулиганы. Операция прошла успешно, Зинаида Николаевна быстро восстановилась и вернулась к прежнему бесшабашному образу жизни.

Параллельно «великим жертвам» начинает развиваться другое направление пранков – со звездами шоу-бизнеса. Дело шло медленно, ведь найти контакты известных артистов было несравнимо сложнее, чем обычных граждан.

Нефилипп Киркоров

Одной из первых жертв пранка стал так называемый король шоу-бизнеса Филипп Киркоров. Звонки на телефон звезды начали поступать еще в 2004 году. Номер его уже тогда можно было легко найти в Интернете. В коротких разговорах, длившихся обычно меньше минуты, артист не отличался красноречием и ограничивался банальным «пошел на…». Несмотря на такую банальность, пранкеров и слушателей Филипп привлекал неординарной подачей себя. Киркоров всегда общался грубым, сиплым голосом, который звучал из его уст весьма комично. Звук «гэ» певец заменял на «ха». Вторая особенность звезды – постоянный отказ подтвердить свою личность. Персонаж с характерной киркоровской интонацией заявлял: «Это не Филипп». Так его и прозвали – Нефилиппом. Вот несколько отрывков из разговоров с Киркоровым.

К. – Киркоров.

П. – пранкер.

П.: Это Филипп?

К.: Куда звонишь? Номер набирай правильно!

П.: Киркорову Филиппу.

К.: А Пугачеву не надо? Я не Филипп!

П.: Это корреспондент с сайта пранк.ру. Скажите, вам нравятся розовые кофточки?

К.: Пшел… Понял?

П.: Нет.

К.: Поймешь, когда …!

* * *

К.: А?

П.: Это Абрамович, я купил «Челси», теперь и вас хочу купить.

К.: Штанов не хватит. Иди …!

* * *

К.: Это не Филипп!

П.: А мне и нужен Нефилипп. Это вы?

К.: Это не Филипп!

П.: Вот вы-то мне и нужны. Подскажите, как мне с Неаллой можно связаться? По делу, бизнес.

К.: Э? Аха!

П.: Вы вообще кто?

К.: Конь в пальто!

П.: А Нефилиппа можно?

К.: Ага, аха, говори-говори, пока тебя вычисляют и записывают! Ховори-ховори.

Недалеко ушла от Киркорова и его коллега по звездному цеху Ксения Собчак. Девушка также общалась короткими фразами, периодически срываясь на пошлые шутки.

С. – Собчак.

П. – пранкер.

С.: Кто это?

П.: Меня зовут Дмитрий Николаевич, я помощник Отара Кушанашвили.

С.: (Тяжело вздыхает.)

П.: Мы с Отаром читали твою книжку – долго смеялись. Хотели узнать, будет ли продолжение?

С.: Ну, учитывая, что Отар работает где-то между «Дарьял» и каким-то еще ТВ, я думаю, что ему пока еще не хватает денег на помощника с таким… голосом, как у вас.

П.: Он на мне экономит!

С.: Судя по вам, это так. Передавайте ему привет.

П.: Отар говорит, что у меня интеллект такой же, как у Ксении Собчак.

С.: Тут он вам врет и всячески пытается польстить…

А вот «женщина без комплексов» Лолита Милявская была не прочь даже пофлиртовать с телефонными хулиганами и пообщаться на откровенные темы.

Веселее всех на пранк реагировал Борис Моисеев. Если первоначально певец общался с телефонными хулиганами лишь оскорблениями и обещанием «уничтожить после праздников», то через пару месяцев, свыкшись с незавидной участью, стал получать от этого удовольствие. Разговоры с Борисом строились в основном на теме нетрадиционной ориентации.

Изначально пранки со звездами не несли в себе какой-то сверхзадачи и были неинформативными. Единственной целью звонящих было вывести публичного персонажа на яркие эмоции (от растерянности и смятения до гнева и ярости), а потом дружно посмеяться над его неадекватным поведением. Для достижения подобной реакции пранкеры в основном использовали провокационные вопросы или предложения. Часто и этого не требовалось, так как многие представители шоу-бизнеса даже на совершенно невинные вопросы начинали хамить и срываться на матерный крик. Сказывалась та самая звездная болезнь.

Работали телефонные затейники не только своим голосом. Особым видом пранка является техно-пранк, когда жертвам прокручивают нарезку фраз известных людей. Шутник проигрывает нарезанные заранее фразы на обычном аудиопроигрывателе («накопителе голосов»). Главная сложность этого жанра состоит в том, что автору необходимо за доли секунды выбрать из нескольких десятков фраз ту, которая бы соответствовала контексту разговора, иначе собеседник может заподозрить неладное. Грамотно и профессионально выполненный технопранк создает у абонента аутентичное впечатление живого человека на другой стороне.

Как пример техно 2004–2006 годов можно привести атаку «Бори Моисеева» на Дмитрия Диброва. Последний минут двадцать мастерски ругался с записанными фразами своего коллеги и даже обещал написать на телефонного маньяка заявление в прокуратуру.

Настоящий расцвет звездного пранка пришелся на 2008–2010 годы, когда появился сайт, специализирующийся исключительно на пранках с публичными персонами. За этот период топовым пранкерам удалось «достать» сотни звезд из мира российского шоу-бизнеса, кино и медиа. Реакция «бомонда» была не слишком доброй: в большинстве случаев пранкеры в ответ на безобидный юмор слышали брань вперемешку с угрозами физической и сексуальной расправы. Многие слушатели после таких шокирующих откровений разочаровались в своих звездных кумирах.

Не смог сдержать себя даже писатель Эдвард Радзинский, когда его неожиданно набрал «дедушка Ленин из Мавзолея».

Р. – Радзинский.

П. – пранкер.

Отрывки из разговоров

П.: Это дедушка Ленин. Пока вы спите, меня выносят из Мавзолея!

Р.: Слушай, идиот! Если ты еще раз посмеешь это сделать, я тебе по правде отключу телефон!

П.: Я вождь!

Р.: Урод поганый! Неужели тебе нечем заниматься? Тебе ж наверно сто лет, кретин собачий!

П.: Мне больше ста лет, я дедушка Ленин. Подъезжайте к Мавзолею, меня будут выносить.

Р.: Я уничтожу тебя! Ты не будешь… Ты сволочь… мерзавец, негодяй, ничтожество абсолютное! Ты тварь, понимаешь? Муравей говенный!

П.: Я дедушка Ленин (хнычет).

Р.: Я подойду сегодня, и я тебя уничтожу, я лишу тебя телефона вообще. Потому что… ничтожество, засранец! Катись…! Чтоб я не слышал твоего мерзкого голоса, тварь!

Особый шарм этой гневной тираде придали неповторимый голос и интонация знаменитого историка.

Девизом пранк-сайта о знаменитостях была фраза «Обратная сторона звезд», указывавшая на то, что пранки показывают истинный облик публичных людей. Многие «селебрити» с экранов телевизоров любят учить жизни обычный народ, рассказывать о своих высокоморальных поступках и нравственных ориентирах, хотя на самом деле они лишь пиарятся. Кто-то наоборот, выставляет напоказ свое асоциальное поведение, забывая, что звездный статус наряду с привилегиями налагает и огромную ответственность: звезды являются примером для подражания, особенно для молодежи. Пранкеры же срывают эти лицемерные маски и обнажают истинную натуру человека. Пранк – это лакмусовая бумажка, которая позволяет очень быстро понять степень адекватности, духовный и умственный уровень человека. Правильный пранк выполняет важную миссию – помогает обычным людям выполнять завет «не сотвори себе кумира», а самих звезд спускает с небес на землю. Пранк трансформирует часто проявляющиеся в телефонном разговоре хамство, глупость, заносчивость в положительные эмоции слушателей, а звездная болезнь лечится смехом.

Часто публичные люди называют розыгрыши вмешательством в личную жизнь. Они не хотят признавать, что это лишь обратная сторона популярности.

Когда ты становишься известным – будь готов, что твою жизнь будут рассматривать под микроскопом миллионы чужих глаз. Спастись от этого не так уж сложно: или храни свои секреты под замком, или же уйди в тень, поменяй сферу деятельности. Тем более что пранкеров, в отличие от журналистов, личная жизнь звезд никогда не интересовала. Все внимание отдавалось новостным событиям, публичным скандалам, в которых замешан персонаж.

Так сформировалась концепция современного пранка, впоследствии с небольшими доработками перешедшая в политический.

Стоит отметить одну занимательную деталь: некоторые персонажи, узнав, что разговор специально записывают и выкладывают в Интернет, не прекратили поток брани и угроз по телефону. Характерный пример – народная артистка России Клара Новикова.

Обратный пример – Дмитрий Дибров. Узнав, почему же на его телефон идут постоянные атаки, телеведущий проникся философией пранкеров, кардинально переосмыслил свое поведение и призвал пранкеров дальше бороться со звездной болезнью вип-персон.

Теперь, когда вы немного познакомились с историей пранка, можно рассказать про авторов этой книги.

Вован

Я познакомился с субкультурой телефонных розыгрышей так же, как и многие в то время. Когда я учился на четвертом курсе университета, мне в руки случайно попал диск с различными приколами. Среди них были те самые классические пранки: с извращенно матерящейся Спидовой Бабкой и Дедом ИВЦ. Также там находилось штук десять пранков со звездами шоу-бизнеса. Они меня просто потрясли! По манере общения и лексикону эти «селебрити» не отличались от пьяных сапожников, а некоторые даже превосходили их. Такое хабалистое поведение резко контрастировало с телевизионным гламурным образом.

Я был гораздо лучшего мнения о наших артистах. Мне стало любопытно, что же на самом деле представляет из себя вся эта «звездная тусовка». В поисках других записей я залез в Интернет и стал искать телефонные приколы, так как тогда еще не знал, что такие аудиозаписи называются пранками. Пара ссылок – и я оказался на пранк.ру. В 2006 году Интернет был еще слабо развит, особенно в регионах. В моем Краснодарском крае повсеместно работало лишь dial-up соединение: доступ в Сеть шел через телефонную линию и сетевой модем, незабываемо пищавший при подключении. Когда работал Интернет, домашним телефоном нельзя было воспользоваться, а скорость передачи данных была такая низкая, что одна песня в формате mp3 скачивалась минут 30. Так я начал медленно, но верно изучать пранк-культуру того времени. Сейчас ее как таковой уже не осталось, а раньше жизнь просто бурлила: сотни телефонных хулиганов активно общались на форумах пранкерских сайтов. Около года я слушал всевозможные записи и читал новости из необычного мира пранкеров, при этом ни с кем из них не контактируя.

Я благополучно окончил бюджетное отделение юридического факультета Кубанского государственного университета и поступил на муниципальную службу по специальности. Но интерес к пранку не проходил, а даже, наоборот, усиливался. Все чаще возникали мысли, что пора бы самому попробовать что-то записать, ведь получится у меня явно не хуже, чем у других. Дело оставалось за малым: настроить необходимое оборудование. Это оказалось не так просто. К счастью, на пранк-сайте я нашел двух человек из моего города, которые и подсказали мне, как все организовать. Из-за отсутствия скоростного Интернета звонить поначалу приходилось с домашнего телефона, подключенного к компьютеру. В почтовых отделениях я покупал карту ip-телефонии, звонил на коммутатор провайдера, вводил код с карты, мой номер скрывался, и затем уже шел защищенный вызов на номер «жертвы». Первые записи были далеки от идеала, но публика их встретила благожелательно.

П. – пранкер.

В. – Анастасия Волочкова.

П.: Это со съемок «Ледникового периода» (Анастасия тогда участвовала в проекте). Мы хотели бы изменить договоренность с вами по поводу очередной тренировки.

В.: Подождите… А у нас какая была договоренность?

П.: Планы меняются. У нас появился новый участник – Эдвард Радзинский, и мы хотим организовать ваше с ним парное выступление.

В.: Парное выступление – мое с Радзинским? Каким образом?

П.: Он хочет именно с вами участвовать.

В.: В чем участвовать?

П.: В катании на коньках.

В.: При чем здесь Эдвард Радзинский, я катаюсь с Антоном Сихарулидзе.

П.: Будет только одно ваше выступление с ним на две минуты.

В.: … Это этот… … … Если еще раз позвонишь – … пойдешь сразу!

Через несколько месяцев я, наконец, разжился более-менее нормальным Интернетом, чтобы можно было поставить на компьютер очень удобную программу для звонков – Skype. После этого дело пошло лучше, а в конце 2007 года голосованием слушателей и участников движения я был признал лучшим пранкером года.

На заре деятельности, когда в моей записной книжке номеров звезд было еще очень мало, я придумал забавную схему, как их раздобыть: звонил пиарщикам или директорам артистов и представлялся помощником Ксении Собчак. Якобы Ксюша очень хочет поговорить с их подопечными и просит номер телефона. Многим этого было достаточно, чтобы продиктовать мне заветный контакт. Тем же, кто сомневался, я говорил: «Вот здесь Ксения, передаю ей трубку». Далее включал через проигрыватель заранее подготовленные фразы Собчак: «Привет, это Ксения. Телефон знаете? Ну вот скажите!» И долгожданный номер телефона был у меня в блокноте.

Одним из моих самых громких звездных пранков времен 2007–2011 годов был технопранк с Ксюшей Собчак, когда я включал ей нарезки фраз радиоведущей Кати Гордон. Ведущая «Дома-2» не разобрала, что общается с записью, и 15 минут живо обсуждала с мнимой Катей возникший между ними до этого конфликт. Правда, розыгрыш Собчак не оценила, возможно, испугалась, что теперь будет выглядеть глупо в глазах окружающих, и уже во время следующего звонка обещала большие проблемы.

П. – пранкер.

С. – Ксения Собчак.

С.: Значит, мы сейчас разбираемся с вашим вопросом. Судом ваше дело не остановится. Спасибо вам за розыгрыш сегодня утренний. Я вам очень рекомендую на этом остановиться, так как запись этого разговора была сделана и мною. Если вы попробуете что-то с этой записью сделать, я вам лично обещаю…

П.: Я ее СМИ отдам.

С.: Вы ее отдадите в СМИ? Замечательно! У меня эта запись тоже есть, целиком.

П.: А что такого, Ксения, в этом?

С.: Я не знаю, кто мне звонил, молодой человек. Разговор этот записан, номер определен, через Интернет выясняется, что и как это происходит. И я вам очень не советую продолжать ваши шутки. Вы можете выкладывать эту запись где угодно, но целиковая запись этого разговора у меня тоже есть. И я буду лично с этим вопросом дальше разбираться.

Естественно, несмотря на угрозы, запись была тут же выложена в Сеть.

Для пранка я обзавелся «левой», то есть не оформленной на мое имя, сим-картой. На удивление, история этого номера оказалась весьма интересной. Мне стали поступать звонки от коллекторов! Искали они некоего Дмитрия Игоревича Краснова, задолжавшего «Альфа-Банку» 12 тысяч рублей. Сначала я пытался доходчиво объяснить, что такого человека здесь нет и я с ним не знаком, но это коллекторов не устраивало, и они продолжали названивать по несколько раз в день. Тогда я решил пойти им навстречу и стать для них этим самым Красновым. Поразило то, что ростовщики даже не удосуживались удостовериться, что говорят именно с Дмитрием Игоревичем. Наоборот, в ходе разговоров они сами выдали мне все личные данные заемщика: номер, серию паспорта, адрес регистрации, место работы. Для коллекторов эти беседы стали сущим кошмаром, ведь если раньше они были хозяевами положения, то теперь все встало с ног на голову. Странный должник почему-то не боялся коллекторов, не умолял дать рассрочку и сам постоянно названивал в их офис, чтобы еще больше поиздеваться над хамоватыми сотрудниками-непрофессионалами. Такое «неуважительное» отношение доводило их до истерики.

П. – пранкер.

К. – коллекторы.

К.: «Кредитэкспресс!» Здравствуйте! Дмитрий Игоревич! Мы с вами уже сегодня разговаривали. Вы зачем позвонили?

П.: Хотел узнать, вы почку у меня вырезать не собираетесь?

К.: С вами разговаривали уже три оператора. Оплату производить когда будете? 12 тысяч рублей!

П.: Нет, я хотел, чтобы вы у меня почку не вырезали.

К.: В Интернете опубликуйте объявление, что почку продаете.

П.: Так я не хочу ее продавать. Если вы почку вырезать не будете, то я и оплату производить не буду, потому что тогда мне нечего бояться вас.

К.: Вы себя со стороны слышите, какую вы ерунду говорите? У вас есть какие-то новые предложения? Я помню ваши издевательства. Я вас сразу предупреждаю, это административный штраф. Это, между прочим, статья – хулиганство. У вас две задолженности.

П.: Давайте я вам заплачу, у меня хряк есть, боров. 200 кг.

К.: Что?

П.: Боров, боров.

К.: Это что такое?

П.: Это свинья такая большая. Ее зовут Нина Васильевна.

К.: Ну вот хряка продавайте и оплачивайте!

П.: Так я его не могу продать. Его здесь никто не купит. Давайте я вам его привезу лучше в Москву. В «Альфа-Банк».

К.: Дмитрий Игоревич! Вы хотите поиздеваться опять? Вам жалко ваших денег?

П.: Нину Васильевну возьмите!

К.: Мне не нужен никакой хряк.

П.: Она будет у вас в личном подсобном хозяйстве. На балконе будет у вас жить.

К.: Угу. В ванной еще скажите!

П.: Ну, можно в ванной. Вам она не нужна?

К.: Дмитрий Игоревич! Вы оплату когда будете производить? При чем здесь хряки какие-то? При чем здесь почки, яйца? Чего вы хотите?

П.: Я хочу, чтоб вы приняли мой долг хряком. Двухсоткилограммовым боровом.

К.: Хряком теперь уже. На этот раз хряком. Чудесно! Угу. Нам хряки не нужны!

П.: Давайте я привезу вам хряка в Москву.

К.: Дмитрий Игоревич! Я еще раз вас предупреждаю, что ваша задолженность актуальна. Что если вы будете звонить и говорить про всяких там хряков, яйца, почки и все остальное, вы, конечно же, можете продавать, если вам больше нечего продавать. Но мне это предлагать не нужно.

П.: А кому хряка продать?

К.: Попробуйте на базар сходить.

П.: А у вас там не базар разве в офисе?

К.: Не базар там. Вы договорили все, что хотели сказать?

П.: Нет. Вы ж поспрашивайте у девочек ваших, может, им хряк нужен дома. Они заплатят 12 тысяч, он дороже стоит.

К.: У вас задолженность 12 тысяч 968 рублей 27 копеек. Звонить и издеваться над специалистами – вы поймите в конце концов, это СУ-ДИ-МОСТЬ! (кричит).

П.: А что вы кричите? Не нервничайте так!

К.: Я? Не нервничаю…

П.: Ну давайте так сделаем: я привезу вам хряка, а вы его у себя в офисе поселите, он будет вашим талисманом. А за это вы заплатите за меня задолженность вашим офисом всем. Скинетесь там.

К.: Лично я?

П.: Нет, не вы. Ваш персонал весь.

К.: Я еще раз вам говорю, мне ни хряк, ни почки, ни яйца Фаберже не нужны.

П.: Вам не нужны лично, может, кому-нибудь там нужны. Вы же не знаете.

К.: Дмитрий Игоревич! Я вас в последний раз предупреждаю, что если вы с такими разговорами еще раз позвоните, можете звонить только по поводу вашей задолженности, причем по поводу оплаты ее. До свидания!

* * *

К.: Дмитрий Игоревич, я вот вижу, что вы и почки предлагали всем.

П.: Там записано что ли?

К.: У нас все записано.

П.: Ну да, вы знаете, мне звонили с вашей предсудебной организации сомнительной и угрожали. Сказали, что если я не оплачу долг, то ко мне приедут люди и вырежут у меня почку и потом продадут на черном рынке.

К.: Правильно. Правильно.

П.: Так и сделают что ли?

К.: Вам не угрожали, а вас проинформировали о том, что задолженность необходимо выплачивать.

П.: Так что, могут, правда, почку вырезать?

К.: Почку не вырежут. К вам придут и опишут имущество.

П.: Так я сказал, что у меня имущества-то нету, поэтому мне сказали, что у меня вырежут почку.

К.: Вы так не говорили.

П.: Так говорил я. Я сказал: «У меня нет никакого имущества».

К.: Вы щас говорите, что у вас есть боров. Идите продавайте его.

П.: Ну я вам привезу этого борова.

К.: Нам не надо привозить. Идите продавайте на базаре, значит. И потом нам перезвоните, когда уточните оплату.

П.: Так я 2 года уже не произвожу. А ваша вообще какая работа была? Чтобы просто мне позвонить? В этом вся ваша деятельность заключается?

К.: Слушайте, я, по-моему, не должна вас информировать о том, как мы работаем. Вы что, думаете, вы играете что ли? Вы с огнем играете сейчас.

* * *

К.: Скажите, когда вам говорят слово «рубли», боров явно никак не вмещается, правда же?

П.: Это натуральный обмен.

К.: Натуральный обмен не производится. «Альфа-Банк» постановил взыскать сумму в данном размере, ни копейкой меньше, ни копейкой больше. До 26 апреля. Ни евро, ни доллары, ни боровы.

П.: Давайте сделаем так: я борова высылаю, на нем пишу краской: 12 тысяч 968 рублей 27 копеек.

К.: Дмитрий Игоревич! Давайте я вам скажу сейчас одну вещь. Я являюсь старшим специалистом отдела по взысканиям. И разговоры все записываются. Представляете, если на суде судья услышит комментарий про борова, да? «Давайте я вам борова, а вы долг спишете». Что он сделает? Он за уклонение от оплаты вам еще 2 года впаяет.

П.: Нет, я думаю, судья вмешается и сам купит борова.

К.: Судья купит борова? Зачем ему боров?

П.: На дачу. На хозяйство.

К.: Какое хозяйство? О чем вы?

П.: Подсобное. В Подмосковье где-нибудь.

К.: Сейчас боровы не в ходу. Сейчас в ходу зеленые президенты.

П.: Что, инопланетяне что ли?

К.: Нет. Американские мертвые президенты зеленые. Бумажки квадратные, знаете такие?

П.: А где я найду мертвого президента? Мне в Америку ехать что ли? Выкапывать? Меня же арестуют.

К.: Где хотите, там и ищите. Мы с вами вообще про рубли говорили.

П.: Так вы сами перевели на мертвых президентов.

К.: На то, чтобы где угодно найти 13 тысяч рублей, у вас имеется 2 месяца.

* * *

К.: «Кредитэкспресс»! Здравствуйте!

П.: Здрасьте!

К.: Слушаю вас!

П.: У меня какой-то кредит там маленький. Я что-то не заплатил там, тыщи полторы наверно.

К.: Дмитрий Игоревич!

П.: Да, да, да, он самый. А что, в чем дело? Какие-то вопросы там? Проблемы?

К.: Звоните вроде бы вы нам. Я вижу за сегодня уже раз 15, Дмитрий Игоревич!

П.: Нет, я вот первый раз сегодня.

К.: Помимо того, что вы злостный неплательщик, вы еще и лгун, да, я так понимаю?

П.: Как это злостный неплательщик? Я вроде бы плачу вовремя. Может, у меня какая-нибудь маленькая просрочка есть. Вы скажите.

К.: 12 тысяч 968 рублей у вас задолженность, Дмитрий Игоревич. И в 31-й раз вам говорим, что дело ваше на данный момент на предсудебной подготовке. Вы вообще намерены оплачивать или нет?

П.: Ну да, я согласен, конечно, платить. Я не отрицаю свою вину. Я, наверное, просто забыл о платеже. Помутнение, может, какое-нибудь. Вы извините, что я вот так не вовремя…

К.: Вы сейчас что – посмеяться позвонили, Дмитрий? Или что, я не пойму…

П.: Нет. Вы знаете, просто у меня есть клоны. Они нехорошие, они меня подставляют: звонят всем, гадости говорят от моего имени.

К.: Кто у вас есть?

П.: Клоны, клоны.

К.: Дмитрий, скажите, вы в порядке? Вы себя хорошо чувствуете вообще?

П.: Ну да. Я только что убил двух тут. Сидели два клона, они звонили вам, я их застрелил.

К.: Я, знаете, что хочу сказать… второго года рождения, да, вы, Дмитрий? Я так вижу, что вы не работаете, да?

П.: Нет, почему? Я работаю. Я в звездном флоте защищаю нашу Вселенную.

К.: М-м. Понятно. Я вам посоветую обратиться к специалисту, который с вами поговорит обязательно об этом.

П.: Ну вы же специалист.

К.: А так вы меня отвлекаете от работы. До свидания!

* * *

К.: Алло, здравствуйте! Предсудебная организация. Номер дела назовите!

П.: По поводу погашения своей задолженности. Которая на мне висит, как тяжкий груз. Что вы можете предложить мне?

К.: У вас задолженность 12 тысяч 968 рублей. Что я могу предложить? Оплачивайте свой долг, до 15 марта вам срок предлагаю.

П.: Мы едем как раз в Москву семьей и везем на выставку ВДНХ нашего борова, на достижения народного хозяйства. Вот мы на выставке его покажем всем и вам тогда отвезем в «Экспресс».

К.: Секунду подождите, Дмитрий Игоревич. Секунду. Дмитрий Игоревич, вы щас где находитесь? Посмотрел, вы просто надоели своими звонками бессмысленными. Скажите, где находитесь. Мы определить не можем ваше местоположение. Скажите, где находитесь. Мы щас к вам приедем, пообщаемся. Я лично к вам приеду, пообщаюсь.

П.: Я в стране чудес.

К.: А-а-а, ну хорошо. Вот ждите тогда милицию в страну чудес. До свидания!

* * *

К.: Здравствуйте! «Кредитэкспресс»!

П.: Здравствуйте! Регистрационный номер назовите!

К.: Назвать? Может быть, вы мне его назовете?

П.: Нет, ну вы звоните в «Кредитэкспресс». Вы позвонили в полусудебную организацию.

К.: Так! Мужчина! Назовите мне номер дела вашего!

П.: Вы назовите!

К.: У вас есть 2 секунды, а то сейчас я быстро с вами. Это тот молодой человек, который услуги свои предоставляет, мне сейчас звонит, да?

П.: Борова услуги возьмете?

Далее оператор срывается на крик.

К.: Услуги ваши? Это, наверное, должны обратиться в другое бюро какое-нибудь, но никак не наше. У вас 2 секунды есть, 2 секунды у вас есть, чтобы назвать регистрационный номер! У вас образование есть, или вообще ничего нету за плечами, или что? Так! Сейчас я вызываю группу ОМОНа по адресу вашему. Я уже знаю, наслышана, что вы, молодой человек… звонит… что-то непонятное. Придут к вам… сейчас и будут разбираться совсем по другому вопросу. Если еще раз… я лично беру под контроль ваше дело, еще раз я увижу, что от вас поступил звонок… Продавайте, что хотите! Хотите, себя продайте там вместе с боровом! Еще сейчас услышу, что вы мне звоните, к вам ОМОН вызову сейчас! Вы меня поняли? Так, я не пойму, вы меня поняли или нет?

П.: Борова везти? Говорите адрес!

К.: Мне наплевать на вашего борова! На все, что у вас там существует и есть! Значит, я вам последний раз говорю: если сегодня еще раз от вас звонок поступит, по улице вашей приедет группа ОМОНа. Вы меня слушаете?

П.: Вы будете платить за ложный вызов? Штраф.

К.: Значит, Дмитрий Игоревич, я лично заплачу, чтоб приехали к вам, поверьте мне! Я вижу, что вы звоните по 50 раз в день. Это ненормально! Что вы хотите? Идите обратитесь в другое какое-нибудь место!

П.: Боров справится с ОМОНом. Он их задавит весом.

К.: Вы понимаете все последствия вашего дела? Своего борова, идите на базар, выставите все, что вы нам предлагали. Уже вы предлагали нам много чего. Я вас предупреждаю последний раз, Дмитрий Игоревич! Ваше дело беру под контроль лично я. Еще раз поступит от вас звонок, я ваше дело перенаправляю в судебное разбирательство, где вас, Дмитрий Игоревич, посадят в тюрьму. Понимаете? За мошенничество, домогательство наших сотрудников. И к вам сегодня в течение дня приедет группа… ОМОНа. Слышите меня? И заберут вас сразу же. Если у вас какие-то психические отклонения, то это только ваша, Дмитрий Игоревич, проблема. Вы меня поняли сейчас? Давайте мы будем более серьезно подходить к данному делу. Дмитрий Игоревич, идите на базар, продавайте борова, все, что у вас есть, продавайте! Вы меня поняли сейчас?

П.: Так у нас все бедные, не купят.

К.: Дмитрий Игоревич, последний раз вам говорю! Вы меня поняли сегодня? Если звонок ко мне поступит, я лично сейчас буду контролировать ваше дело. Я сейчас уже вызываю тех людей, которые вам вправят, Дмитрий Игоревич, мозги. Поняли вы меня сейчас? …это уголовная статья, Дмитрий Игоревич! Вы меня поняли сейчас? У вас 2 дела, поймите! 2 дела у вас. А это уголовная статья. Вы меня поняли или что? Свои принадлежности продавайте как-нибудь самостоятельно, не звоня в нашу организацию. Все, значит, сегодня, Дмитрий Игоревич, у вас будет очень тяжелый день, вас предупреждаю. Вы сейчас отказываетесь от вашей задолженности. Значит, я это все зафиксировала. Все разговоры, которые состоялись сегодня, второго числа, около 15 разговоров, это все записано. В предыдущие дни тоже записано. Я вас уведомила. Последний раз вам говорю, Дмитрий Игоревич, еще раз поступит от вас звонок, я вам сказала, что с вами будет. Вы меня поняли?

П.: Я заплачу.

К.: Заплатите? Хорошо! Дату – когда оплатите?

П.: Ну, как борова в Москву привезу, так сразу вам и отвезу его. Им и расплачусь.

К.: Езжайте, Дмитрий Игоревич, продавайте борова в Москву. Что у вас там?

П.: Ну, вы адрес свой скажите. Я вам его завезу, в ваш офис «Кредитэкспресса».

К.: Нет, вы знаете, завозить нам борова не надо. Мы этим не интересуемся. Это не наша компетенция вашего борова считать или еще что-то.

П.: Борова зовут Нина Васильевна.

К.: Я вас последний раз предупреждаю. А вы знаете, для чего я сейчас с вами разговариваю? Знаете, для чего?

П.: Для чего? Нет.

К.: А чтобы записать этот разговор. И прямо сейчас, и чтобы предоставить все это другим людям.

П.: Каким?

К.: Которые к вам сегодня приедут к вечеру. Ну, вот вы их увидите сегодня. Вы только не запирайте двери, ладно?

П.: Мы милицию вызовем. Мы вас не пустим, вашу банду.

К.: Да вы что!

П.: Да.

К.: Вы знаете, чем вы сейчас занимаетесь, Дмитрий?

П.: Я хочу погасить кредиторскую задолженность в размере борова.

К.: Я вам еще раз говорю, борова можете оставить при себе. Я вам последний раз говорю. Вы меня поняли, Дмитрий Игоревич?

П.: Подождите, а эти люди приедут, они почку вырежут у меня?

К.: Дмитрий Игоревич, что вы хотите… заказа? Я могу заказ ваш принять сейчас.

П.: О чем заказ? О почке? Вы мне надоели уже. Я хочу борова отдать вам.

К.: Позвоните сейчас в милицию и скажите, что вы борова хотите продавать. Вас… заберут вас сразу же.

П.: Они борова не заберут, он у них не поместится.

К.: Значит, Дмитрий Игоревич! Вы меня поняли? Вы меня поняли, что я вам сейчас сказала, что вам не нужно сейчас сделать? Дмитрий Игоревич, вы меня поняли, что сегодня уже не нужно делать, чтобы избежать безумных последствий, что с вами будет через полтора часа? Вы поняли меня? Желаю вам успеха в личной жизни с вашим боровом, со всем, что у вас есть, всякими почками… Значит, ждите сегодня группу выездную ОМОНа. К вам сейчас приедут. Вы меня не понимаете. Если еще раз от вас поступит звонок, лично говорю, что вместе с боровом полетите в тюрьму. Понятно?

П.: Боров туда не поместится.

К.: Все, значит, Дмитрий Игоревич! Я хочу… от этого глупого разговора. Я таких глупых людей, как вас, в жизни не встречала и не понимаю вашу тактику, чего вы добиваетесь. Вы просто добьетесь того, что в предсудебном порядке получите более жестокое наказание. Поэтому, Дмитрий Игоревич, желаю вам успехов… со свиньей, со всем, что у вас есть. Всего доброго, до свидания! О том, что если вы еще раз позвоните, я вас уведомила, что с вами будет. До свидания!

* * *

К.: Здравствуйте! «Кредитэкспресс»!

П.: Здравствуйте! Когда будете оплачивать?

К.: …рады вашему звонку. Снова.

П.: Да. Долго ждали? Скучали?

К.: Вы одумались? Вы одумались, да? Дима, вы одумались или что? А-а, опять то же самое, да? Ну ладно, я вас послушаю, говорите.

П.: Ну я хотел вам излить свою печаль.

К.: У вас что, душевная печаль какая-то?

П.: Да, потому что вы не берете моего борова.

К.: Что, опять? Борова не покупают?

П.: Да, да.

К.: Это проблема, Дима. Это такая проблема глобальная, ужас просто!

П.: Скажите ваш адрес, я к вам заеду. Как в Москве буду.

К.: Вы что, в гости к нам хотите?

П.: Ну да.

К.: Ну я ж вам говорю… к вам уже сегодня приедут скоро. В чем проблема-то?

П.: Да никого нет. Я жду, вот уже чай поставил.

К.: Нет, ну что же вы думаете, из Москвы самолет, знаете, сколько летит к вам? Как минимум полтора-два часа. Так что приедут скоро. Вы излили свою душу?

П.: У вас персональный самолет?

К.: Дима, ну это неважно какой. Самое главное, Дима, что вы оплачиваете все звонки, которые вы сейчас делаете нам. Сами, самостоятельно. И самолет лично вы тоже оплатите, если к вам ОМОН приедет, поверьте. Я больше вас не намерена слушать, тратить свое личное время. Избавьте меня от вашего общения!

* * *

К.: А вы когда-нибудь расплачивались вообще боровами? Задолженности оплачивали свои? В магазинах тоже боровом расплачиваетесь?

П.: Нет, в магазинах я расплачиваюсь камешками, ракушками, шариками цветными.

К.: А-а-а, даже так. Ну, ждите тогда наряд милиции, вышлю с вами разбираться.

П.: Я им ракушек дам, они уйдут.

К.: И с боровом тоже разберутся.

П.: Не трогайте борова! Что он вам сделал?

К.: До свидания!

Конечно, долги платить надо. Но в жизни бывают разные непростые ситуации. Так зачем же прибегать к помощи контор, которые в большинстве своем используют, мягко говоря, сомнительные методы работы, если кредитор может взыскать задолженность через суд? Дело в том, что банкам гораздо выгоднее продать такие долги коллекторскому агентству, чем самостоятельно судиться с физическими лицами из-за небольших сумм. Сразу получаешь хоть и меньшие, но реальные деньги; нет необходимости в огромном штате юристов, не надо разыскивать должников, контролировать работу приставов-исполнителей и т. д.

Марат Сафин

Постепенно мои пранки со звездами шоу-бизнеса стали носить не только развлекательный, но и информационный характер. Я понимал, что это будет любопытно различным СМИ, которые закрытым пранк-сообществом в те времена практически не интересовались. Но прямого выхода на издания или каких-то знакомств в этой сфере у меня еще не было. И тут подвернулся удобный повод.

В начале 2009 года в прессе появились фотографии теннисиста Марата Сафина с подбитым глазом и ссадинами на лице. Он якобы подрался в клубе с сыном режиссера Федора Бондарчука Сергеем. Но подробностей произошедшего не было. Обе стороны упорно молчали, что порождало множество слухов. Мне пришло в голову позвонить Марату от имени Сергея Бондарчука и прояснить ситуацию. Вышло все отлично.

П. – пранкер.

С. – Марат Сафин.

П.: Але, Марат? Привет! Это Сергей Бондарчук.

С.: Да. Да.

П.: Ну давай, может, встретимся, поговорим, че, мы так не решили.

С.: Ну-у… То есть ты еще со мной, с претензиями?

П.: Ты думаешь, что ты – теннисист, все можно тебе?

С.: Я не понял, а почему, а с какого …? Я, может, че-то не понимаю здесь?

П.: В клубе тогда мало дали?

С.: А, ты в этом смысле что ли? Ну ниче себе, ты такой борзый!

П.: Я че, пьяный был что ли? Я был трезвый.

С.: А я что, был пьяный что ли?

П.: Неуважительный ты. Мы с пацанами сидели, отдыхали.

С.: Неуважительный? То есть вы сидели с пацанами, отдыхали, я подошел и начал вас всех… да?

П.: Ну а че, нет что ли?

С.: Нет, ну нормально, ну… ну интересно, такой расклад, да. То есть вы сидели за столом еще, хотите сказать, да?

П.: А где еще?

С.: А, то есть вы даже не ходили, то есть вы сидели за столом, я подошел такой типа… да? Начал вас всех… да?

П.: Ну да. Ракеткой.

С.: Ракеткой, да? Ну …!

П.: Не, ну че? А мы отбились. Ты был бухой.

С.: А вы отбились такие. Еле-еле, да? А я был бухой, да. Интересный расклад у вас.

П.: Мы с девушками сидели, а ты подошел, начал хватать их.

С.: Я был со своей девушкой, и со мной еще было четыре человека. Одна из них была теннисистка. И еще две дочки моих товарищей, старших товарищей. Во-первых, я никого не трогал. Я не знаю, что ты придумал, я не знаю, может, вы таблетки жрете какие там, но вас глюкануло так реально, что просто еще ты мне с претензиями звонишь.

П.: Ну а как все было, по-твоему?

С.: Ну хорошо, я тебе расскажу, как все это было. Я иду за девочками, которые как бы, опять же объясняю: одна из них – это моя девушка, с которой я встречаюсь. Хотел взять стол, и тут нарисовывается какой-то товарищ, который бьет меня плечом в грудь. Я поворачиваюсь, спрашиваю: «В чем дело?» И тут начинается драка. Во-первых, он бы сказал: «Слушай!», ну вот типа что-то, с какими-то претензиями пришел бы ко мне. Претензий никаких не было. Он начинает сразу же махаться. Я начинаю с ним махаться. И тут получаю сбоку по прямой, и меня начали тащить вниз. Вообще, получается, что нас выкидывают и вы куда-то сваливаете. Потом приезжают ко мне какие-то двадцать человек от какого-то вашего там товарища. Двадцать чеченцев. Начинают со мной какие-то еще, ну не претензии. Как бы мы с ними поговорили, договорились на следующий день встретиться. Никто мне не позвонил, не встретился. И получается, что как бы я вообще не понимаю, в чем дело было. Вы хоть поняли че-нибудь или нет?

П.: Папа сказал, что я был трезвый.

С.: Папу не надо, не вмешивай папу-то. Ты можешь поговорить за себя, постоять хотя бы вообще? Ну, просто я как бы в эту… вашу влазить не буду, потому что… ваша молодежная, то, что вы как бы мажорчики, прячетесь сразу же за папу. Это некрасиво с вашей стороны. Ну как бы надо как-нибудь хотя бы разрулить эту ситуацию.

П.: Мы сидели, культурно отдыхали с девушками. Трезвые все.

С.: Да, трезвые. … вы трезвые были.

П.: И тут ты подходишь пьяный, хватаешь нашу девушку, она…

С.: … хватаю, да?

П.: Кричит, да, да. Мы тебе культурно говорим: «Мужчина, отойдите! Мы отдыхаем с девушкой». И бьешь меня по голове ракеткой.

С.: Ага, да, да. Ну, дальше что?

П.: Ну, и мои друзья, и я заступились за девушку. Просто выгнали тебя из клуба.

С.: Дальше что?

П.: Все. Взяли такси с чеченцами и отвезли тебя до дома. А чеченцы – это таксисты были. Ты, наверное, перепутал, ты ж пьяный был.

С.: Да что ты говоришь, да?

П.: Мы просто сразу всех таксистов вызвали, они оказались чеченцы почему-то.

С.: Да что ты говоришь, да? Это вы пьяные были.

П.: Мы трезвые. Папа сказал, что я трезвый был.

С.: Да мало ли что сказал твой папа! А ты если такой борзый, вы такие борзые, вас шесть человек, вы такие типа… ребята – ну тогда просто как бы я считаю, что это неправильно вшестером нападать на человека, когда он вообще не при делах. Я могу рассказать вашу версию, как я понимаю ее. Вы… хотели зарисоваться. Ошиблись дверьми в коридоре. И получилась такая ситуация, что как бы некрасивая. Вам надо что-то придумать щас такое, что якобы я был виноват.

Получившийся материал явно имел ценность для «желтых» СМИ. На площадке одного из сообществ журналистов в «Живом журнале» я дал объявление о том, что предлагаю эксклюзивную подробную историю о драке Сафина в клубе. Через несколько часов мне написала представитель еженедельного печатного издания, как раз специализировавшегося на подобной тематике. Я объяснил Алене, чем занимаюсь и как была добыта данная информация. Девушке все понравилось, материал пошел в номер, я получил гонорар, и мы договорились сотрудничать. В течение следующих трех месяцев еще пара моих пранков была опубликована в этом СМИ, затем журналистка ушла в отпуск, и я продолжил общение уже с главредом издания.

Еще один успешный пример сотрудничества – моя работа в журнале Maxim. Я и мой тогдашний коллега по звездному пранку Владислав довольно забавно разыграли главного редактора этого глянцевого журнала Александра Маленкова. Влад, будучи постоянным читателем Maxim, вспомнил, что в нем одно время была рубрика с телефонными розыгрышами под названием «Тариф Настырный».

В номере она выглядела как расшифровка веселого звонка в какую-либо организацию. И мы подумали: почему бы не предложить Маленкову возобновить эту колонку, но уже с нашим авторским участием. Александру эта идея пришлась по душе. Все было просто: мы согласовывали с главредом тему звонка, делали сам пранк, отправляли его Саше на одобрение, а в журнале выходила уже текстовая версия розыгрыша. Приятный бонус – гонорар 300 долларов за выпуск. Но больше мне нравилось видеть в свежем номере свое имя среди авторского коллектива издания.

Сами розыгрыши представляли собой лайт-пранк: мы звонили представителям каких-либо организаций и ставили их в «неординарное положение» своими вопросами и предложениями. Например, просили оператора таксомоторной конторы перевезти в багажнике труп; жаловались сотрудникам магазина электробытовой техники на забытого пингвина в только что купленном холодильнике; просили у менеджера фирмы, которая якобы регистрирует звезды в космосе на имя любого человека, назвать небесное тело «…» – как месть девушке, которая ушла к другому.

Мы даже выяснили, как при отсутствии установленных законом оснований выйти на пенсию на пять лет раньше положенного срока. Может, кому-то эта информация пригодится.

К. – клиент-пранкер.

ПО – пенсионный отдел.

К.: Я хотел узнать, какие документы нужны моему отцу для выхода на пенсию. Ему скоро исполняется 55 лет. ПО: Когда ему исполняется 55? Он по льготному?

К.: Нет, не по льготному. Как обычно.

ПО: Ну… мужчины на пенсию выходят с 60 лет.

К.: Да, но он сказал, что ему надоело уже работать. Хочет отдохнуть, пенсию получать…

ПО: А че он не захотел десять лет тому назад?

К.: Ну, он хочет в пятьдесят пять, как женщина, выйти.

ПО: Как женщина… Значит, так: у нас в таких случаях на пенсию выходят через биржу труда или по инвалидности досрочно. Вот когда человек становится инвалидом, тогда и в 30, и в 40, и в 55 лет может получать пенсию по инвалидности, но не по возрасту.

К.: Так он здоровый полностью!

ПО: Ну, здоровый – тогда еще надо работать пять лет.

К: Вот ему и посоветовали сменить пол. Сделать операцию по смене пола. Стать женщиной. И официально…

ПО (совершенно буднично, без малейшего удивления): А-а… ну тогда нужно документы такие представить, что он будет женщиной. Тогда в 55 лет пойдет, конечно.

К.: То есть проблем с этим не будет после смены пола?

ПО: Я думаю, что нет. Когда он нам представит паспорт и так далее. Но ему придется переделывать все трудовые книжки, все документы исправлять на женщину. Вот это будет геморрой.

К.: Ну ради пяти лет можно этим заняться.

ПО: Это ваши проблемы.

К.: А у вас такие прецеденты были?

ПО: Нет. Это для вас будет геморройно. Трудовая книжка на мужчину?

К.: Ну конечно!

ПО: На него. Значит, надо трудовую книжку всю исправлять. Иначе так ее не примут.

К.: Будем исправлять тогда.

ПО: А вы думаете, это легко все? Для вас, может, проблем и нету.

К.: Через месяц уже операция будет. Назначена ему.

ПО: Дело в том, что пол-то поменять – раз плюнуть, как говорится. А вот когда пенсию оформлять… Вот когда представит он документы… или она, вот тогда и будет написано: в паспорте – Иванова, а в трудовой книжке – Иванов. Как тогда оформлять пенсию?

К.: А через суд если?

ПО: Это ради бога!

К.: Как вы думаете…

ПО: А че мне думать? Это у вас проблемы. Вы должны думать. У нас только так. У нас должно быть: паспорт, лицо и трудовая книжка. Чтоб все документы были в едином, как говорится, плане.

К.: Ну, я думаю, за несколько месяцев можно будет поменять все документы.

ПО: А вы пробовали хоть раз что-нибудь поменять? Он пять лет будет менять! Если он работал на одном предприятии, это можно сделать. А если он работал на десяти? Значит, на десяти предприятиях надо все менять.

К.: Мало предприятий было.

ПО: Ну, пусть меняет. Вот он меняет пол, меняет документы, все исправляет на женщину и сюда приносит.

К.: А когда он сменит пол, если лицо на женское походить не будет, ему еще гормоны придется пить. Вот здесь проблем не будет?

ПО: Это на пенсию никак не влияет. Женщина уходит с 55 лет. Чтобы все было в соответствии с документами. Пол, трудовая книжка и так далее.

К.: А если он будет на фотографии не похож?

ПО: Какая разница? Мы на фотографию не смотрим. Мы смотрим на то, что в паспорте написано. А фотографию вы можете вклеить любую.

К.: Ну хорошо, спасибо. Поменяем и будем все документы оформлять.

ПО: Только смотрите, вы сначала провентилируйте вопрос насчет обмена документов, их уточнения, а потом уже меняйте пол. А то поменяет пол, а потом будет бегать-прыгать. И пенсию не назначат.

К.: Но он же женщиной будет! Может, ей не откажут?

ПО: Ну, может быть, да… Тогда, может, Путин поможет вам. Будьте здоровы.

С Maxim мы сотрудничали около года.

Так постепенно мое хобби стало превращаться в работу. В 2010 году наше сотрудничество с таблоидом про звезд стало более плотным. Я не только скидывал им свои новые творения, но и по заданию редакции официально брал телефонные интервью у звезд шоу-бизнеса. Как ни странно, у журнала, выходившего тиражом 500 тысяч экземпляров в неделю, не было собственной базы контактов знаменитостей, а добывать их они и не стремились. У меня же к тому времени имелось достаточно нужных телефонов: свои наработки, плюс в руки попали гостевая база «Пусть говорят» и базы нескольких телеканалов. Поэтому «достать звезду» мне было несложно. Так я начал приобретать журналистский опыт: как получить от собеседника важную информацию и каким образом правильно ее подать, чтобы было интересно читателю. Правда, в таблоиде я не упоминался как пранкер: текстовые версии разводок звезд на сенсации просто камуфлировались под их прямую речь. Часто мои эксклюзивные интервью попадали на обложку издания. Также мы обыгрывали и старые истории других авторов. Например, пранк с Лолитой в журнале выдали как ее «сомнительный разговор с сексуальным маньяком». Все это было забавно, да и времени на эту деятельность требовалось немного. В начале 2011-го я стал уже сам писать статьи, которые ставили в номер. А весной главред издания позвал меня в Москву – работать официально в штате журналистом. По иронии судьбы, мне предложили место той самой Алены, которая изначально на меня и вышла. Руководство оказалось недовольно работой девушки и после страшного скандала, чуть ли не с кулаками, ей пришлось покинуть журнал.

Я не стремился покорять столицу, ведь все-таки мне было не восемнадцать лет. Надо было все обстоятельно взвесить. Я понимал, что пришло время сделать выбор: либо заканчивать с пранком и продолжать работать юристом в своем городе, либо развиваться дальше в том направлении, которое мне больше нравится. А все герои моих пранков находились в Москве. Поэтому выбор был сделан в пользу открывающихся перспектив. 31 августа 2011 года я прилетел в столицу. Быстро нашел подходящую квартиру в двух шагах от места работы и окунулся в новую жизнь. Пару месяцев ушло на «акклиматизацию».

Казалось бы, что еще надо? Занимайся журналистикой: пиши о звездах шоу-бизнеса, бери интервью. Но тут наступил декабрь 2011 года с печально известными выборами в Госдуму и десятками тысяч протестующих на улицах. Для многих граждан, которые считали те выборы сфальсифицированными, символом нечестной кампании стал тогдашний председатель Центральной избирательной комиссии Владимир Чуров. Одним из требований протестующих была отставка «волшебника со 146 %» и расследование его деятельности. Несмотря на то что я не имел желания участвовать в протестных мероприятиях, оставаться безучастным к происходящим событиям было невозможно. И, конечно же, кому еще звонить, как не самому Чурову? Однако в закрытых базах публичных персон был только старый телефон главы ЦИК, уже заблокированный. Тогда мне пришла в голову мысль набрать номер его помощницы, контакт которой как раз там имелся. Я представился помощником (на тот момент) президента Аркадием Дворковичем и сделал удивленный вид, будто думал, что этот номер принадлежит именно Чурову, а не его ассистентке. Шокированная столь неожиданным звонком важной персоны, девушка немедленно продиктовала мне актуальный телефон начальника. Ну а дальше все было просто.

П. – пранкер.

Ч. – Чуров.

П.: Аркадий Дворкович беспокоит. Можете говорить?

Ч.: Здравствуйте, извините, бога ради, я тут в Кремле на приеме. Отошел, могу говорить.

П.: У меня для вас не очень хорошие новости, к сожалению.

Ч.: Кхх…

П.: Сейчас говорил с Дмитрием Анатольевичем (на тот момент президент РФ. – Примеч. авт.).

Ч.: Так…

П.: И он завтра официально объявит о вашей отставке.

Ч.: О чем?

П.: О вашей отставке.

(Пауза около восьми секунд.)

Ч.: А причина?

П.: Причина в прошедших демонстрациях, митингах. Мы должны пойти навстречу этим людям в преддверии выборов. И кто-то должен, как говорится… Ну, вы понимаете, о чем я, надеюсь?

(Пауза четыре секунды.)

Ч.: А это обсуждалось?

П.: Говорил с Дмитрием Анатольевичем.

Ч.: Понял, спасибо. Я принял к сведению. Для этого, вы же знаете, нужна юридическая процедура.

П.: Да, я понимаю, но мы бы хотели, чтобы это все прошло, так сказать, безболезненно, без скандалов.

Ч.: В таком случае надо, чтобы Дмитрий Анатольевич и Владимир Владимирович переговорили на эту тему, наверное.

П.: Вы хотите лично переговорить?

Ч.: Да.

П.: Что мне тогда ему сообщить? Какая ваша позиция будет?

Ч. (пауза): Я поступлю так, как решит руководство.

П.: Я так понял, вы…

Ч.: Нет, конечно. Я поступлю так, как будет принято решение.

Разговор длился чуть больше двух минут. Мне он показался не особо интересным, поэтому я еще думал, стоит его выкладывать на всеобщее обозрение или нет. Но все-таки отправил файл на пранк.ру. Запись имела эффект разорвавшейся бомбы. Пользователи молниеносно стали распространять пранк по русскоязычному Интернету. Вскоре запись заметили СМИ. Я, естественно, не предполагал, что этот материал будет иметь такой успех. Пранк обсуждали буквально все! На одном лишь YouTube он собрал полмиллиона просмотров, что для 2011 года было огромной цифрой. На несколько лет этот пранк стал моей визитной карточкой.

Многие СМИ хотели узнать, кто же такой Vovan222 (так я подписывался в тегах файлов с пранками) и взять у меня интервью. Но сделать это было очень сложно: я не имел ни персонального сайта, ни страниц в соцсетях, только аккаунты на пранк-сайтах, куда журналисты никогда не заглядывали. Я не стремился к публичности и пиару и не искал общения с журналистами. Ведь пранк был лишь моим хобби. Но после этой оглушительной истории я понял, что моя деятельность интересна не только нескольким тысячам фанатов классического пранка, но и гораздо большему числу людей, активно следящих за происходящим в стране и мире. Поэтому для своего продвижения необходимо было выйти из тени.

Аркадий Дворкович в интервью изданию «Эхо Москвы»:

«Я слушал этот ролик. Мне показалось, что реакция Чурова была довольно грустная – он все-таки не ожидал именно так потерять работу. Я такое (об увольнении. – Примеч. авт.) могу сообщить только своим сотрудникам, которые мне непосредственно подчиняются, и я делал это очень редко. Что касается Чурова, розыгрыш – это всегда хорошо, хотя могли бы найти и более похожий голос, но забавно, что представитель ЦИК меня не узнал. Вернее, не узнал, что это не я, по телефону. И, наверное, какие-то секунды верил, что его действительно сняли. Это, наверное, такая неприятная ситуация для любого человека. Я думаю, что потом он понял, что это не я: стал анализировать, считать, что он умеет очень хорошо».

За 2012 год у меня, как и у Алексея, который работал параллельно, было еще много интересных записей – как с представителями действующей власти, так и с оппозиционерами. Например, меня крайне удивила истеричная реакция Гарри Каспарова на простой провокационный звонок якобы из «вражеского лагеря».

Подвалы Лубянки (Каспаров)

П. – пранкер.

К. – Гарри Каспаров.

П.: Гарри, приветствую. Якеменко беспокоит. Движение «Наши».

К.: О, как интересно. Чем могу быть полезен?

П.: Как прошел сегодня ваш митинг, удачно?

К.: Да вообще я не обязан вам отчитываться. Прошел. Люди выполнили то, что обещали. А что вы хотите?

П.: Я думаю, что вы теперь обязаны отчитываться. Потому что именно мне поручено заниматься вашим проектом.

К.: Вы что… трезвый? Моим проектом заниматься? Кто вы такой?

П.: Мне поручили соответствующие органы, и я буду распределять бюджет.

К.: Господи… Какой дурдом. Якеменко.

П.: Вы бы в шахматы лучше играли, а не политикой занимались.

К.: Слушай, козел! Занимайся чем тебе поручено и за что тебе платят зарплату.

П.: За мной Путин стоит! Ты как со мной разговариваешь? Из-за таких, как ты, мы еще не живем в эру стабильности.

К.: Ты ублюдок, вор, помощник вора. Вам осталось очень мало. Какое-то время еще можешь звонить.

П.: Я у власти.

К.: Ты не власть, ты ничтожество, червяк трусливый. Мы выходим открыто, а вы, твари, прячетесь. Твари, ничтожества, трусливая мразь! Позорите мою страну! Мы вас раздавим! Ублюдок трусливый! Хочешь, приходи, поговори со мной! Ты боишься, так как знаешь, что будешь расплачиваться и ты, и твои начальники за все, что вы украли, за страну разворованную, за людей избитых. Боитесь!

П.: Это ты будешь в подвалах Лубянки говорить.

К.: Я тебя не боюсь, тварь ты, не боюсь! Не боюсь! Это моя страна, а вы ее разворовываете и разваливаете.

П.: За нами «Единая Россия».

К.: За вами ничто, воинственное ворье. Ликующая гопота – это ты! На ворованные бабки.

П.: Ты продал Россию Америке.

К.: Это твой босс отправил все бабки в Америку!

Следующий звонок Каспарову – уже нарезки фраз Валерии Новодворской.

Н. – нарезанные фразы Новодворской.

К. – Гарри Каспаров.

Н.: К вам еще чеченцы не приехали?

К.: Это козел тот? Сам приезжай, поговорим, посмотрим на твою харю козлиную. Приезжай, козлик. Встретим тебя, чаем напоим.

Н.: Что за нелепые разговоры?

(Гарри в замешательстве.)

К.: А! Валерия Ильинична? Ой, это тот козел! Откуда ты берешься?

Н.: Чтоб вы сдохли, недоживши до утра!

К.: Это вы кому говорите? Валерия Ильинична! Интересно… А как получается…

Н.: Что-то я не поняла…

К.: Валерия Ильинична, это вы звоните? Гарри Каспаров!

Н.: У меня сегодня канал «Рустави-2» был.

К.: Это Гарри Каспаров, а никакой не канал.

Н.: Так, все понятно, вы пранкер!

К.: Господи… что это такое?

После таких метаморфоз шахматист не выдержал. При последующих звонках трубку Гарри почему-то передавал своей… маме, которая оберегала его от телефонных инсинуаций. Так что храбрости «борцу с режимом» Каспарову оказалось не занимать.

Но не одними политическими протестами жили в 2012-м. Летом произошло событие в мире спорта, вызвавшее бурное негодование всех слоев общества. Сборная России не смогла выйти из основной группы чемпионата Европы по футболу, причем играли мы с далеко не самыми сильными соперниками. А затем масла в огонь подлил капитан команды Андрей Аршавин. На вопрос, не хочет ли сборная принести извинения болельщикам, он ответил: «Если мы не оправдали ваших ожиданий, то это, честно, ваши проблемы». В связи с этим я решил узнать неформальное мнение министра спорта по поводу произошедшего. Прямой номер Виталия Мутко был в обычной журналистской базе. Кстати, спортивный функционер до сих пор остается единственным министром, дозвониться которому довольно просто: Виталий Леонтьевич сам поднимает трубку и охотно общается, когда не занят. Представиться я решил футболистом Романом Широковым, так как не мог быть Аршавиным из-за его характерного голоса.

М. – Виталий Мутко.

П. – пранкер.

П.: Виталий Леонтьевич, это Роман Широков.

М.: Да, Ром, привет!

П.: Вы извините, что вот так звоню вам напрямую, просто затравили нас журналисты. Настроение ужасное, депрессия.

М.: Да, да. У всех, Рома, ужасное. К сожалению, ничего не сделаешь, и через это надо проходить, держать удар надо.

П.: Нам Дик Адвокат сказал, что молчите там лучше.

М.: Да ну-у-у, че ты слушаешь. Че молчать-то? Все же матч видели. Ну, сделаешь что здесь? Жизнь такая, футбол такой.

П.: Ну то, что и группа самая слабая была, и все рассчитывали на нас, а мы подвели.

М.: Ну да, согласен с тобой. Ну, может быть, и лучше, была бы сильная, черт ее знает, здесь уже ниче не скажешь. Да ничего страшного. Ну, старались, ну что? Жалко, конечно. Ну че сделать? Никто не ожидал, что не пройдем греков, там вроде были полумертвые. Ой (вздыхает).

П.: Ну нас опять заклюют тут и болельщики наши.

М.: Да-а, ну что… у нас такая страна, Ром. Я после Ванкувера, ну-у-у, думал, расстреляют, понимаешь. К сожалению, у нас очень политизирован результат. У вас такая доля. Это ж публичность огромная. Конечно, это разбирать надо, я думаю, что были и ошибки в процессе подготовки, может быть. В футболе – проблема, Ром, это вот больше меня тревожит. Все это …! Просто все накладывается, что в футболе проблем много.

П.: Скажут, что мы бухали опять там по ночам.

М.: Да брось ты! Это я такого нигде не читал, не слышал. Ну, это же щас начнется, ну че ты, первый раз что ли?

П.: Не, ну мы там, правда, выпивали немножко.

М.: Бывало, да?

П.: Ну да.

М. (вздыхает): Ну видишь, все немножко через задницу. Это мы немножко виноваты, отпустили ваш футбол тоже. Я сам не знаю, как подойти, с какой стороны! Ну, щас будем думать, че делать. Вы-то, главное, не развалитесь, не рассыпьтесь. Команда в целом ну че-то так, вроде… в порядке щас.

П.: Не выгонять теперь из сборной?

М.: Да брось ты! Че ты ерундой занимаешься?

П.: Ну щас начнут требовать, чтоб нашли козлов отпущения.

М.: Да брось ты! Ерундой не занимайтесь.

П.: Ну, зарплату понизят.

М.: Да кончай ерундой-то заниматься! Ты чего? Глупости все это самое. Первый и последний раз, что ли? Ну, о чем ты говоришь.

П.: Мне главное, чтоб зарплату не понизили. Я там дом строю.

М.: Да ерунда это все.

П.: Можно накинуть нам еще чуть-чуть денежек, чтоб получше играли?

М.: Ну я не знаю. Ты что имеешь в виду?

П.: Ну зарплата маленькая, мне кажется. Может, из-за этого и проблемы все.

М.: Да нет, я не думаю. Ну, я не знаю, какие у вас там щас зарплаты. В принципе, все же на контрактах, договора там. Не расстраивайтесь, надо прийти в себя, отдохнуть. Давайте, еще порадуйте всех.

После обнародования пранка многие раскритиковали чиновника за то, что вместо дисциплинарных мер в отношении сборной он сюсюкается с «зажравшимися» футболистами. Были и те, кто, наоборот, посчитал, что Виталий Леонтьевич сделал правильно, по-отечески утешив расстроенного игрока.

«Это уже не имеет никакого значения. Ничего я ему (пранкеру) такого не сказал, чтобы можно было бы вокруг этого разговоры водить, – заявил сам Мутко. – Не хочу даже комментировать, как я все это оцениваю».

Согласитесь, этот разговор с министром спорта актуален и поныне. Сколько прошло лет, а на футбольном фронте без перемен. Думаю, что игрокам сборной для оправдания после очередного поражения, можно смело использовать слова Мутко: «Это все …! Первый раз, что ли?»

Осенью 2012 года я вернулся к пранкам по футбольной тематике. Неформальные разговоры с ведущими спортсменами и чиновниками стали настоящим событием среди интересующихся футболом, а таковых оказалось очень много. Жертвами пранка стали эксперты Александр Бубнов, Евгений Ловчев, президент футбольного клуба ЦСКА Евгений Гинер, тренер «Спартака» Валерий Карпин, тренер ЦСКА Леонид Слуцкий и другие. Естественно, все это привлекало пристальное внимание спортивной прессы. Впервые я появляюсь на обложке газеты «Советский спорт», а сайт sports.ru даже включил мою скромную персону в список 33 самых влиятельных лиц в российском футболе по итогам 2012 года. Именно после футбольных пранков меня начали узнавать на улице ценители моего творчества.

Казаки и плетки

В 2012 году на политическом небосклоне зажглась новая звезда – депутат Законодательного собрания Петербурга Виталий Милонов. Прославился народный избранник яркой критикой Мадонны и Леди Гаги, сомнительными или откровенно популистскими инициативами что-либо запретить, а также непримиримой борьбой с «элементами нетрадиционной ориентации». Все это вызвало бурю возмущения в Интернете, а некоторые из-за слишком активного и показного гееборства даже подозревали Милонова в скрытом желании самому «побаловаться под хвост». Я решил проверить адекватность депутата, а для этого немного надавить на его болевую точку. Расчет оказался верен: как только Виталий Валентинович услышал кодовые слова «геи, певица Мадонна», то буквально зашипел от злости.

П. – пранкер.

М. – Виталий Милонов.

П.: Привет, Виталик. Это Сережа по объявлению. Может, поужинаем где-нибудь?

М.: Если думаешь, что тебя не найти, ты сильно ошибаешься. Я тебя найду, и ты встретишься с ребятами, с казаками. Они с тобой будут ужинать. Пока ума не наберешься – не закончат ужин.

П.: Виталик, ты в горе, трауре? Твои же друзья сегодня суд Мадонне проиграли. Надо ответный удар по Мадонне нанести! Сколько можно терпеть разврат этой заморской звездульки. Как ты считаешь, она пропагандирует гомосексуализм и педофилию? Надо нам с казаками какой-нибудь крестный ход устроить, сжечь ее портрет. Ты что замолк?

М.: Послушай, ты, ублюдок. Заткнись, понятно тебе?

П.: Ты что, за Мадонну теперь?!

М.: Слушай… ты ублюдок… понятно тебе?

П.: Но я хочу помочь тебе!

М.: Ты поможешь себе, потому что мы уже вычислили, кто ты…. Жди уже гостей в форме – будешь на допросы ходить, козел!

П.: Ты мне казаков же обещал… Покайся, Виталик, ты говоришь грязные греховные слова. Ты хочешь быть как Мадонна?

М.: Еще раз ты позвонишь – это будет последний звонок в твоей жизни. После этого ты будешь звонить только тогда, когда тебе разрешит старший помощник начальника колонии, понятно тебе? Еще раз ты позвонишь, и я попрошу тех людей, которые знают, где ты находишься, принять соответствующие меры. Ты че, бегать научился?

Потом мне стало интересно узнать, что же думают о Милонове его коллеги по Законодательному собранию. Я сделал нарезку фраз из записи нашего разговора, чтобы устроить технопранк. Одним из самых любопытных спикеров оказался депутат Алексей Ковалев.

П. – нарезка фраз Милонова, которую включаю депутату.

К. – Ковалев.

П.: С казаками будешь иметь дело! Они с тобой будут ужинать.

К.: Не пойму. Виталий, подожди, о чем речь?

П.: ……

К. (смеется): Ты что, напился там? В чем причина этого звонка?

П.: С такими, как ты, даже собаки не разговаривают!

К.: Но ты же сейчас разговариваешь зачем-то? Каковы претензии ко мне? Ты просто в принципе пылаешь ко мне такой ненавистью? Я готов слушать эти излияния очень долго, могу друзьям дать послушать.

П.: ……

К.: У тебя как бы сдвиг или ты напился? Посмотри номер, который ты набрал, и ты поймешь, что ты не туда позвонил. Мне кажется, ты не совсем в адекватном состоянии. Лучше так не звонить, а то можешь нарваться на кого-нибудь, кто может использовать это против тебя.

Далее я как бы вырываю трубку «у Виталика» и сам вступаю в разговор.

П.: Алексей, это друг Виталия. Он здесь узнал, что вы гей, поэтому высказал, что о вас думает.

К.: Почему?

П.: Увидел вас в гей-клубе и узнал, что вы ратуете за права этих меньшинств.

К. (смеется): Я с трех часов дня сижу у себя дома, геем я не являюсь. Это полная фигня какая-то.

П.: У Виталия сегодня день был нервный. Его обманули: привели в клуб на встречу, а оказалось, что это пристанище гомосексуалистов.

К. (смеется): Лучше бы ему там не появляться, это да.

П.: И ему сказали, что вы стоите за этой провокацией.

К.: Я не общаюсь с гей-клубами. Не исключаю, что это провокация против нас. Лучше Виталию успокоительного принять.

П.: Виталий предлагает закрыть все гей-клубы.

К.: Ну пусть он предлагает. Я просто не вижу в этом ни смысла, ни возможности. Принимать участия в этом не буду, но я уж точно в гей-клуб не ходок по причине большого интереса к женщинам (смеется). Вы его успокойте. Он в таком состоянии… у него и так заскоки на заседаниях (видимо, Законодательного собрания. – Примеч. авт.) и так далее. Надо как-то ему помочь. Что-то он совсем задвинут на этом деле. Я Милонова уже лет двадцать как знаю, когда он еще юношей подвизался при Старовойтовой, поэтому к нему отношусь, мягко говоря, с сожалением.

Как бы мы ни относились к персоне Виталия Милонова, но известность на всю страну он получил в основном благодаря эпатажу и скандальности. Кто еще из региональных депутатов мог похвастаться такой раскрученностью? В 2016 году Милонов избрался уже в Госдуму.

Подобная тактика, несмотря на спорность, часто приносит политические дивиденды. К сожалению, СМИ лучше раструбят о сомнительной инициативе какого-либо законотворца, чем расскажут, например, об отремонтированной за его счет школе. Тебя будут обсуждать, пусть и в негативном свете. Впрочем, повод быстро забудется, но имя-то в голове отложится. Ну, и зрителям в основной массе больше нравятся зрелища и скандалы. Кстати, реакция самого депутата на пранк оказалась весьма позитивной. В 2017-м мы первый раз случайно встретились в коридорах Госдумы, и Милонов с воодушевлением вспоминал, как он круто тогда выдал про казаков и плетки.

Пранки с мошенниками

В 2013 году кроме пранков с полумошенническими коллекторскими шарашками я начал заниматься обработкой самых настоящих аферистов, разводящих доверчивый народ на деньги. Наверное, каждому хоть раз приходила СМС с текстом: «Ваша карта заблокирована. Обратитесь в службу поддержки». И номер мобильного телефона. Большинство уже давно знает, что это орудуют мошенники, но до сих пор находятся и те, кто принимает все за чистую монету и, поддаваясь панике, перезванивает на указанный номер. «Офис банка» в таких случаях расположен в местах не столь отдаленных, а оператором службы поддержки «работает» не милая барышня, а зэк с прокуренным голосом. Обычно эти персонажи находятся в колониях общего режима или поселениях, а телефонные аппараты и пакеты сим-карт попадают к ним при попустительстве или прямой коррупции в системе ФСИН. Массовую же спам-рассылку СМС «Карта заблокирована» на тысячи номеров осуществляют сообщники на свободе, которые и обналичивают переведенные на их счета украденные деньги. О подобных схемах уже не раз рассказывали в СМИ, но конкретных примеров, как происходит развод жертвы, еще не было. Поэтому я решил попробовать поймать на крючок какого-нибудь афериста и раскрутить его на откровения. И вот в один прекрасный момент ко мне попал свеженький контакт такой «службы поддержки банка». Надо было действовать незамедлительно, так как мошенники в целях безопасности быстро выкидывают засвеченные сим-карты.

П. – пранкер.

М. – мошенник.

М.: Служба поддержки, «Сбербанк», слушаю вас.

П.: Здравствуйте! Эсэмэска бабушке пришла, она пенсию получает на карточку «Сбербанка».

М.: Давайте уточним информацию. Вы кто будете?

П.: Я ее внук.

М.: Фамилию, имя, отчество бабушки назовите.

П.: Давыдова З. Н. Она не соображает в этих картах.

М.: Возьмите карту в руки. Это Visa, Maestro, Master card?

П.: Visa.

М.: Тариф какой у вас: потребительский, дебетово-кредитный, зарплатный, пенсионный, накопительный? Карта пенсионная?

П.: Наверно. Я не знаю. Она пенсию на нее получает.

М.: Да, статус пенсионный. Так, на момент блокировочки текущий баланс карты приблизительно помните?

(Мошенник хочет узнать, сколько всего денег на карте у жертвы.)

П.: 65 тысяч. Она копит… на похороны.

М.: Запомните мои персональные данные. Моя фамилия Давыдов, звать меня Сергей Петрович. Я старший менеджер по работе с клиентами, буду с вами до конца, то есть до снятия блокировочки.

П.: А что случилось?

М.: Произошел системный сбой главного центрального сервера. Наши специалисты были вынуждены заблокировать работу более 10 000 клиентов, то есть это не только у вас случилось. Так, щас возьмите карту, листочек и ручку. Банкомат в шаговом порядочке находится от вас?

П.: Недалеко здесь, минут 10 пешочком.

М.: Подойдете к банкомату, карту ни в коем случае не вставлять, никаких манипуляций не проводить, так как банкомат карту назад не вернет из-за сбоя в системе. Объясняю порядочек: подойдете к банкомату, дозвóните по этому номеру, любой специалист примет ваш звоночек, позовете к трубочке меня, то есть Давыдова Сергея Петровича. И уже на связи со мной вы самостоятельно в течение 5 минут снимете блокировку вашей карты.

П.: Мы сейчас вместе с ней сходим.

Звонок через 10 минут. Делаю вид, что уже подошел к банкомату на улице.

М.: Служба поддержки, «Сбербанк», слушаю вас.

П.: А Сергея Петровича можно услышать?

М.: Да, я слушаю вас. Подошли вы? Банкомат свободный?

П.: Вообще людей нет.

М.: Вставляйте свою карту. Будьте предельно внимательны. ПИН-код набирайте. Так, щас что? Сверху вниз читайте мне по линеечке меню.

(Нахожу в Интернете картинки меню банкомата и читаю пункты мошеннику.)

П.: «Перевод денег», «Перевести на счет», «Оплатить», «Операции с наличными», «Информация», «Сервис», «Перевод средств».

М.: «Платежи и переводы», последняя строчка, видите? Вот нажимайте.

П.: Есть.

М.: Сотовый оператор высвечивается? Выбираем «Билайн».

П.: Вот тут номер ввести надо… окошечко…

М.: Вот скобочки или восьмерка высветилась у вас?

П.: Да, да, да, восьмерка, скобочки для кода.

М.: Без восьмерочки, пожалуйста, повторяйте за мной по 2 циферки, у нас запись идет. Девять, шесть. Без ошибочки. Четыре-девять, восемь-четыре, пять-шесть, пять-восемь.

(Мошенник диктует номер телефона, куда будут переведены украденные деньги.)

М.: Теперь «Продолжить» клавишу.

П.: Нажали. Сумма тут.

М.: Вот вместо суммы код разблокирования пишем: девять-девять, восемь-пять.

(Под видом кода разблокировки карты мошенник хочет, чтобы мы ввели сумму 9985 рублей для перевода на его номер. В данном случае свыше 10 тысяч оператор не позволяет перевести, поэтому мошенник будет требовать производить такие операции, пока деньги на карте не закончатся.)

М.: Далее «Продолжить». Щас что пишет? «Подтвердить», «Оплатить»? Что у вас?

П.: Да, «Подтвердить».

М.: Нажимайте «Подтвердить».

П.: «Отправлено» написано.

М.: Ну, в смысле «Отправлено» написано? Вам чек вышел?

П.: Да, чек получили. Карта вышла, да. С вами бабушка хочет поговорить. Она старенькая, вынуждена из-за вашей бюрократии ходить где-то там по городу, искать банкоматы.

(Далее включаю фразы Спидовой Бабки, богатые нецензурной лексикой.)

М.: Больше не давайте бабушке трубочку, она меня обзывает!

П.: Вы на зоне сидите? Вы банковский служащий-петушок?

М.: Да, да. Вас где лохов-то искать? Вас много ведь лохов-то. Лохи-то миллионные, а я-то один.

(Далее у меня получается разговорить афериста на подробности.)

П.: Тебе не стыдно пенсионеров разводить на деньги? Они последнее откладывают.

М.: Ну, стыдно.

П.: Много пенсионеров так дуришь? Сколько выходит в неделю?

М.: Ну под лимон выходит в месяц.

П.: И что, дураков много таких?

М.: А когда в России их было мало?

П.: Это ты хочешь с зоны выйти, чтоб тебя денежки ждали уже?

М.: А как же? Конечно.

П.: Сколько накопил?

М.: Ну зачем тебе? Хватит мне встретить свою старость скромную.

П.: За счет пенсионеров?

М.: Да, за счет всех лохов. Ладно, у меня тут еще терпила звонит. Давай, короче.

П.: Ты там не один, кто-то у тебя в камере тоже с телефоном сидит?

М.: Нас тут 8 человек.

П.: И вы все с симками?

М.: Да, прикинь, тут рассылку как сделаем по всей России.

П.: А как вы проносите сим-карты в камеры?

М.: Милиция передает. За отдельную плату.

П.: Ну они же знают, чем вы занимаетесь?

М.: Ну а че ж не знают, если мы им плОтим деньги.

П.: Ну у вас колония какая-нибудь? И вы так развлекаетесь. Зарабатываете себе?

М.: Колония-поселение. Ну а че, я уже денег сколотил себе. Вон щас осталось 2 месяца. Щас вот в августе выйду. И денег нормально, хватит мне на жизнь.

П.: И давно этим занимаешься?

М.: Да… Ну я тебе правду говорю, лет 12. Еще когда пейджеры были, помнишь? Во-о-от тогда и начал заниматься.

П.: Никто не ловит, что ли, вообще?

М.: Да нет. А… им ловить? Кому я… нужен?

П.: А посадили за что?

М.: Корову убил. Соседскую.

П.: Ну конечно. Мошенничеством занимаешься, а корову какую-то убил.

М.: Ну, здесь в тюрьме уже научился. Надо как-то выживать. Это же лучше, чем людей убивать, правильно? Подожди, вторая линия, вот опять звонит и звонит. Ну, че, никак не успокоится. Сами звонят, че я сделаю? У них деньги лишние. Вот приходится им рассказывать, что денег много – надо делиться. Ну, давай! Попозже услышимся.

П.: И сколько удается из пяти, допустим, позвонивших развести на деньги?

М.: Ну… это не знаю, не считал. Ну вот за седня я 80 000 сделал.

П.: О-о, неплохо. А кто звонил?

М.: ПикОвые звонили, пикОвые.

П.: Это кто?

М.: С Дагестана. Не все, но есть глупые. Тяжело с ними, но денежные. Вот таким сам Бог велел делиться.

П.: Какая основная клиентура? Кто ведется больше всего?

М.: Ну, тетки. Самостоятельные, которые уже не двадцатилетние. У которых че-то есть.

П.: А молодежь вообще ведется?

М.: Да все ведутся. Ну, меньше ведутся. Да всяких хватает.

П.: А бывает, что посылает кто-то?

М.: Бывает, конечно. Че ж не бывает?

П.: С кем проще всего работать?

М.: С тетками. Средний возраст. У них и денег нормально бывает на картах, и тупенькие немножко. Сразу у них мандраж, трясутся, бегут.

П.: А самые тупые кто? Которым по двадцать раз объяснять приходится, как надо карту засунуть в банкомат?

М.: Ну это пиковые.

П.: То есть с дагестанов, да?

М.: Да, да. Оттуда. С ними тяжело, но у них и денег много.

П.: При переводах же стоит защита, там больше 10 000 нельзя, поэтому вы по 9000, по 9985 берете суммы?

М.: Да, да, да… Раньше можно было по 30, а сейчас по 10.

П.: А симки часто блокируют операторы? Люди ж жалуются.

М.: Ну… как часто… Как заявление подадут. Заявление же не все идут подавать. А че… деньги эти сразу выводятся, их обналичивают… и все. А эти симки вот, с которых идет рассылка, они без данных, левые симки. Не, ну, может быть, и есть на них данные, но они на рынке купленные, по 1000 штук их покупают сразу.

П.: А вот если заблокируют симку, а там же на ней деньги какие-то остались…

М.: Нет, нет, не успевают они их блокировать. Им минимум надо в офис ехать, чтобы блокировать.

П.: А вы сразу, как люди деньги перекинули, сразу снимаете? То есть там человек есть?

М: Конечно, конечно. Я же на другую симку перевел их, эти деньги, и все.

П.: А вдруг у человека миллион лежит? Это же по 10 000 сто раз надо переводить.

М.: Коммерческий банкомат – ерунда, по 10 000, хоть лимон можно снять. А сбербанковский банкомат – только одну операцию проводишь, и все. Второй раз начинаешь – карта блокируется. Поэтому подключаешь мобильный банк. Снимаешь 10 000, подключаешь мобильный банк, и уже на сколько симок ты подключил мобильный банк, вот по десятке на каждую симку можешь переправлять. Допустим, на пять симок подключил – полтинник ты снимаешь.

П.: Понятно. Но это все равно долго. Там еще человека надо заставлять стоять в мобильном банке копаться, регистрировать сим-карты.

М.: Недолго. Она сама же это делает в банкомате, мобильный банк. Тариф «Полный» выбирает, прописывает номер телефона, который я ей диктую. Все. Услуга подключена. Через час-полтора мне приходит СМС, что мобильный банк подключен к моей сим-карте. Вот я каждые сутки могу по 10 000 снимать. Терпила звонит, давай попозже.

Конечно, полностью доверять словам мошенника о баснословных заработках не стоит. Доход явно в разы меньше. Но общая схема их работы описана вполне реально.

Затем я позвонил в службу поддержки «Билайн», чтобы узнать, как помогают мобильные операторы в борьбе с аферистами.

С. – сотрудник техподдержки.

П. – пранкер.

П.: Здравствуйте. Можно соединиться с вашей службой безопасности, потому что здесь дело о мошенничестве.

С.: Номер назовите, о котором идет речь.

П.: Я звоню не как абонент «Билайн». Здесь идут мошеннические СМС и звонки о том, что карта заблокирована, и указаны телефоны «Билайна».

С.: Ну это да, это мошенники. Мы можем только отправить этот номер в службу технической безопасности.

П.: То есть пока вы будете проверять, они уже, может быть, на сотни тысяч людей обманут.

С.: Нет, это понятно, это всегда они… Это уже много раз такое было. По проверке я не знаю информацию, к сожалению, но они что-то делают с номером. То есть из тюрьмы они звонят.

П.: Ну, видимо, да, из тюрьмы. Вот у меня есть три номера, на один из которых они звонили, и два, на которые они требуют перевести деньги через банкоматы. И все номера билайновские.

С.: А у вас какой личный номер?

П.: У меня «МТС».

С.: Просто у нас со службой безопасности нельзя так просто соединить, у нас нет такой возможности. Мы только передаем информацию, но я не смогу вас зарегистрировать, так как у вас нет номера «Билайн».

П.: Что же делать в этой ситуации?

С.: Возможно, как вариант, позвонить в «МТС», и вот они смогут уже зарегистрировать по службе безопасности.

П.: Но номера-то ваши.

С.: Но они, возможно, передадут в «Билайн» эти номера.

П.: Может, передадут, а может, не передадут?

С.: Да. То есть, чтобы зарегистрировать номер, мне нужен номер «Билайн». Мы только по номерам «Билайн», потому что можем…

П.: Ну если бы, допустим, у меня был номер «Билайна».

С.: Тогда бы я смог создать заявку на службу безопасности.

П.: И сколько бы заявка рассматривалась?

С.: У нас такой информации нет, потому что служба безопасности работает отдельно как бы от этого «Билайна».

П.: Понятно. То есть никакой информации.

С.: Ну, обычно… что-нибудь блокируют, если номер несколько раз подозрителен, они это фиксируют, и номер… допустим, блокируют не номер даже, но, бывает, и номер блокируют, бывает, блокируют счет…

П.: Понятно. То есть это все будет очень долго и, возможно, что вообще никакие меры предприняты не будут.

С.: Нет, меры всегда предпринимают.

П.: То есть неабонент «Билайн», в принципе, ничего не может сделать с подобным.

С.: Да, вам надо в «МТС» обратиться.

Несмотря на то что о проблеме операторам давно известно, я понял, что, как обычно, побеждает бюрократия.

С другим популярным способом телефонного обмана я столкнулся прямо на работе. Моему коллеге кто-то позвонил на мобильный, но разговор не заладился: буквально через двадцать секунд мужчина с криком «У меня нет дочери, пошел …!» бросил трубку. Я поинтересовался, что же это было. Оказалось, коллеге позвонили якобы из полиции и сказали, что его дочь задержана. А столь яркий ответ был, потому что у него вообще не было детей. Я моментально взял номер, с которого звонил мошенник, и сам позвонил ему.

П. – пранкер.

М. – мошенник.

М.: Это отделение полиции. У нас тут 20 человек задержанных, каждому давали позвонить. А у вас сын или дочь есть, щас проверим?

(Таким образом мошенник узнает, о ком можно говорить жертве.)

П.: У меня брат Алексей Баженов.

М.: Петрович, посмотри по рапорту, Алексей Баженов.

Кто-то издалека кричит: «Да, есть!» (видимо, сокамерник).

П.: Да, у нас есть такой. Вот он вам и звонил. Я вам сейчас все объясню. Он был задержан 30 минут назад. Ответьте на ряд вопросов: вы когда его видели в последний раз?

П.: Неделю назад (начинаю подыгрывать).

М.: Я вам всю объясню! У него проблемки произошли. Я капитан Сергей Пономарев, номер моего жетона 389056. Скажите, в разговоре с ним он не упоминал таких знакомых – Курчагины Валерий и Екатерина?

П.: Нет, я о таких не слышал.

М.: Эти его недавние знакомые попросили вашего брата передать пакет. Из-за своей доверчивости и неосторожности он его взял.

П.: Да-а, он наивный.

М.: Я так и понял по разговору. При передаче этого пакета ваш брат был задержан нашими сотрудниками Госнаркоконтроля московского. Сейчас мне надо, чтобы с вами никого не было, так как разговоры коНДЭНфициальный, то есть он еще не запротоколирован, я ведь не просто ему дал позвонить вам. Ваш брат сейчас в соседнем кабинете, с ним работает дознаватель вне протокола. В пакете в присутствии понятых в отделении было обнаружено 189 граммов марихуаны. Вы знакомы с таким веществом?

П.: Ну, я слышал о таком…

М.: Послушайте, он мне объяснил, что сам не подразумевал, что в этом пакете находилось. То есть эти Курчагины его наглым образом подставили, воспользовались им как курьером, даже не предупредили, что там марихуана. Это статья 228-я, часть 1. От 3 до 9 лет лишения свободы. Послушайте, у меня к вам вопрос есть: эта марихуана могла быть источником его дохода?

П.: Нет. Он на стройке работает.

М.: Вы не замечали какое-то его состояние необычное?

П.: Я его давно не видел. Он только мне рассказывал, что познакомился с Сергеем Суботиным (придумываю на ходу первое попавшееся имя).

М.: Да, он мне упоминал про Суботина, что это он его с Курчагиными познакомил. Ладно, у нас времени мало. Брат у вас неплохой, идет с нами на контакт, очень нам помогает. Он нам сказал, где эти Курчагины находятся. Мы уже послали оперативную группу на их задержание. Мы их, кстати, не могли поймать полгода. Но благодаря Алексею будем арестовывать. Неохота ему биографию портить, тем более он не первый, кто попадается от них. Есть возможность не возбуждать уголовное дело, пока опергруппа ездит на задержание Курчагиных и нет моего начальника. Я могу реально помочь брату.

П.: А что надо? Характеристики собрать?

М.: Нет, я вам объясню! Будете урегулировать вопрос?

П.: Конечно!

М.: У нас на все 30 минут! Если начальник приедет, мне уже придется оформлять вашего брата. Задействованы три человека: оперативный дежурный, дознаватель и я. Чтобы я отпустил Алексея с отделения, он не будет причастен к этому деянию, вам сейчас необходимо иметь денежные средства в размере 40 тысяч рублей. Вы располагаете такой суммой?

П.: У меня 30 есть наличкой.

М.: Я вам сразу говорю: из рук в руки средства передаваться не будут, потому что я лицо должностное, при исполнении и мне мои погоны дороже, чем ваш брат. У вас есть вблизи какой-нибудь магазин? Там должен быть терминал. Вам надо будет оплатить два номера телефона, я их продиктую. Как только оплатите – я его отпускаю.

П.: Может, вы брата позовете к телефону, чтобы я понял, как он?

М.: Поймите меня правильно, я ему дал на свой страх и риск позвонить, у нас тут видеонаблюдение, он с дознавателем, я его не смогу сейчас привести. Как вы только оплатите – я его вам дам. Даю слово офицера. Не переживайте. Сколько вам добираться до магазина?

П.: Минут 10.

М.: В целях моей безопасности мы с вами остаемся на связи: вы трубку не вешайте, чтобы я слышал все (мошеннику надо держать жертву под постоянным контролем, чтобы человек не опомнился и не перезвонил реальному родственнику). Мой сотрудник подключает вас к прослушке, и я слышу все, что происходит в десяти метрах. Действуйте, у нас времени мало!

После того как аферист понял, что я вожу его за нос, он начал материться и отключил телефон, так что разговорить его не удалось. Бывают и более изощренные варианты, например, когда преступники уже заранее знают ФИО жертвы и круг ее родственников. Также мошенники могут направить к жертве для получения оговоренных денег таксистов или курьеров, которые даже не подозревают, в чем участвуют.

Промышляют телефонным мошенничеством не только взрослые «сидельцы», но и молодежь. В Интернете часто можно наткнуться на объявления о продаже новых автомобилей по цене, значительно ниже рыночной. Причем на приложенных фото машины выглядят идеально. Схема обмана очень простая: аферист просит у вас предоплату, после чего пропадает. Однажды я специально позвонил по такому объявлению и попал в колонию для несовершеннолетних. Вместо исправления юные правонарушители прямо в местах лишения свободы совершают новые преступления и обучают своих сокамерников этому ремеслу.

П. – пранкер.

М. – мошенник.

П.: Я по объявлению по поводу «мерседеса».

М.: Что вас конкретно интересует? (Ответил явно юношеский голос.)

П.: 2013 года, 900 тысяч? (Напомню: звонок происходит в 2013 году. – Примеч. авт.)

М.: Да, да, да. Вас интересует, почему такая низкая цена?

П.: Ну да. И посмотреть хотелось.

М.: Насчет цены я вам скажу, что деньги очень срочно нужны. Серьезная проблема. Меня из дома выбрасывают. Можете выезжать ко мне посмотреть машину. Но я вам скажу – вы не первый покупатель. Мне до вас еще трое человек звонили, тоже хотели договориться и сказали, что конкретные покупатели.

П.: Ну да, цена же низкая.

М.: Ну, вы как хотели? Вы сами представьте: такой «мерседес», Е-300, стоит 900 тысяч, 2013 года. Такая возможность выпадает раз в жизни. С документами все в порядке.

П.: Тогда посмотреть бы хотелось. И сразу, если понравится, приобрести.

М.: Ну я же говорю, что люди мне только что звонили, трое человек до вас. Хотят конкретно договориться. На машине даже я не катался. Очень срочно денежка нужна.

П.: Из дома вас выгоняют?

М.: Мне нужно завтра в кассу оплатить деньги до двух часов после обеда.

П.: Давайте до обеда встретимся.

М.: Нет, ну вы видите, что мне люди звонят. Даже сейчас вы со мной разговариваете, у меня линия занята. Если вы конкретный покупатель, мы можем с вами договориться гарантом.

П.: Какие у вас предложения?

М.: Вы можете сделать так: кидаете мне предоплату на телефон. Вот этот номер. Чек остается у вас в руках. Вы приезжаете и смотрите машину, вас она устраивает, вы отдаете мне чек и остальную сумму. Мне нужно сейчас 5 процентов хотя бы для начала, чтоб я знал, что вы конкретный покупатель.

П.: А вот если мне машина не понравится, что мне сделать тогда?

М.: Чек же остается у вас. Вы идете обратно, деньги снимаете. У вас «Билайн» же, да?

П.: Ну да. «Билайн».

М.: Идете в компанию «Билайн» и снимаете деньги.

П.: А-а, прямо по чеку я могу прийти в «Билайн» и сказать, что я неправильно перевел. И можно снять деньги, так?

М.: Да, да, конечно же. Я же говорю, гарантия будет и у вас, и у меня. Можете сейчас заехать к любому терминалу и закинуть эти деньги? На этот номер. Как закинете, чек сфотографируйте, мне отправьте, я посмотрю, что деньги реально поступили. Машина, я просто не думаю, что она может кому-то не понравиться, тем более за такие деньги. Эта машина новая, я вам отвечаю за свои слова. Небитая, некрашеная, она в идеале просто.

П.: Сейчас я домой быстро заеду, возьму деньги и в течение получаса сразу же закину вам через терминал.

М.: Как будете у терминала, меня наберите.

* * *

П.: Але! Александр? Я вам звонил минут двадцать назад, мы договаривались.

М.: Да, да. У терминала?

П.: Вот с супругой стоим.

М.: Все, как только мне деньги поступят на телефон, я сразу же сниму объявление и адрес сразу же выдам.

П.: А вы где территориально?

М.: Я, можно сказать, в центре самом.

П.: В центре? На улице какой?

(Мошенник находится совсем в другом месте и не знает города, где «продает» машину.)

М.: Ну, давайте, вы закинете деньги, я вам точный адрес назову, вы сами по карте посмотрите.

П.: Много народу уже хотело купить?

М.: Честно сказать, за 20 минут мне ровно 10 человек звонили. Но я всем отказал. Я же понял, что вы конкретный покупатель. Можете заходить на сайт, смотреть, что объявление я в данный момент буду снимать.

П.: Я вам верю.

М.: Я вам тоже доверяю. Всегда должно быть взаимное доверие.

П.: Ну это само собой. Тем более у вас такая сложная жизненная ситуация.

М.: Очень, очень сложная. Я понимаю, что вы поняли мою ситуацию и я вашу.

П.: А что у вас случилось? Кто вас выгоняет?

М.: Как бы вам объяснить это. Можно сказать, что я снимал у людей таких, которые серьезные очень люди. Весовые. Они мне дали срок выплатить до завтра, после двух, после обеда; если я не выплачу, они меня выкинут и заберут и машину, заберут все из дома.

П.: Ничего себе!

М.: А вы мне сейчас очень сильно помогли. Я вам желаю счастья, здоровья, жить до ста лет. Все, что желаю себе, то же и вам, благодарю вас.

П.: Ой, спасибо!

М.: Очень сильно помогли, честно.

П.: Все, платеж прошел. Вот чек у меня вышел.

М.: Вы можете сейчас в данный момент сфоткать чек и отправить мне? Через ММС.

П.: У меня не настроены ММС на телефоне. А вам уже СМС пришла?

М.: Нет. Деньги не поступили.

П.: Вы скажите пока адрес, куда подъезжать, а то мы тут стоим как дураки в центре.

М.: Ну как так, извините? Еще деньги мне не пришли, вы хотите, чтобы я вам адрес назвал. Сами, пожалуйста, поймите меня, у меня такая ситуация. Вы думаете, что это несерьезно, да? Пожалуйста, поймите меня. Я клянусь, что деньги, как только поступят мне, я вам сразу же назову улицу и сниму с объявления машину.

П.: Но мы же должны доверять друг другу. Я же вам отправил деньги.

М.: А вот как мне сейчас вам доверить, если деньги сейчас мне не пришли? Они же должны прийти, деньги.

П.: Ну что, завтра тогда встречаемся во сколько? В одиннадцать?

М.: Вы че, издеваетесь, я не понял? Вы кого хотите обманывать, меня? Скиньте мне чек! (Срывается на крик.)

П.: Мы чек выкинули в мусорник.

М.: А мне чек нужен, чтоб я был уверен. Вы издеваетесь?

П.: У нас все честно. Мы должны друг другу доверять. Вы что, в своем уме?

М.: Давай мне чек!

П.: Чек в мусорке лежит. Бомжи растащили уже мусорку всю. Так, давай адрес, значит, куда ехать!

М.: Давай мне чек! Чек давай!

П.: Где машина стоит? Говори!

М.: Давай 5 тыщ на телефон перекинь! Ты неконкретный человек!

П.: Мы должны доверять друг другу, очнись!

М.: Не звони больше на этот номер!

П.: Как это так не звони? Мошенник! Обнаглел?

М.: Ты ничего не отправил. Я не мошенник. (Парень наконец-то понимает, что его развели, и начинает хвастаться своими «способностями».) Я такими делами, знаешь, сколько денег заработал? У тебя волос не хватает на голове.

П.: Ты на зоне сидишь, наверное?

М.: Я в зоне сижу. Тебе привет от пацанов!

П.: У вас там малолетка или взрослая зона?

М.: Малолетка. Я сижу, тут ребята кушают бублики, а я самую дорогую колбасу. У меня телефон – айфон, пятая часть. Я за 45 тыщ его купил. И у меня все менты куплены, понимаешь?

П.: И сколько платишь?

М.: Кто такой, чтобы я тебе все рассказывал? Хватит! Пошутил? Давай завтра позвони мне. Поговорим завтра. Сейчас менты подойдут и меня сломают за тебя. Потом я выйду и тебя зарежу! Я самый блатной здесь. Нас тут 10 человек сидит. В камере.

П.: Они тебя уважают, видимо. Типа авторитетный пацан, денег зарабатываешь.

М.: Да, я самый авторитетный. А что поделать? Понимаешь, не мы такие, жизнь такая. Хочешь, отправь мне предоплату, я выйду, тебе отдам их.

П.: Тебе названивают те, которых ты облапошил?

М.: О-о-о, мне звонят целыми днями, понимаешь? Тебе тоже надо ко мне присоединяться. (На заднем плане крик: «Передай ему привет!») Тебе привет от друзей!

П.: Так ты с ними колбасой-то поделись!

М.: Да конечно, я поделюсь. Неужели я их оставлю голодными?

П.: А сколько вы отстегиваете администрации, чтобы она вас не трогала?

М.: Тыщ 70–80 в месяц максимум.

П.: Вы же еще своим старшим каким-нибудь, авторитетам отстегиваете?

М.: Я никому ничего не даю. Я чисто для себя оставляю их. У меня компьютер есть здесь. Пока я один занимаюсь. Скоро будут все. Они видят, как я разговариваю. Наверно, научились по-любому сами.

П.: Кто частый клиент? Кто попадается на объявления?

М.: Лохов полно! Мужики, бабы, все попадаются. Понимаю, ты хотел меня лохануть. Меня трудно развести.

П.: Таких объявлений вообще-то очень много.

М.: Мне…, знаешь. Давай попозже позвони мне, я щас занят немного.

Звонок через полчаса.

П.: Привет!

М.: Не звони мне больше, я сейчас не могу говорить.

П.: Да я хотел узнать по поводу объявлений.

М.: Ну, не знаю. Звони всем, мне по барабану.

П.: Не, просто конкуренция же у вас там, наверное, есть.

М.: У нас полно конкуренции. Не звони мне больше, пожалуйста! Из-за тебя у меня уже не нормально, понимаешь? (Плаксивым голосом.)

П.: А что такое?

М.: Ну не надо. Меня уже ругают.

Попадались и достаточно оригинальные мошенники. Например, один аферист представлялся продюсером и обещал устроить мне выступление на… открытии зимней Олимпиады в Сочи! Но чтобы доказать мои серьезные намерения стать звездой, надо было перечислить ему 500 долларов.

Bepul matn qismi tugad.