Kitobni o'qish: «Сталинский Военно-Морской Флот. 1922-1937 годы», sahifa 2
Глава вторая. Первое погружение во флотские проблемы
После окончания Гражданской войны советский флот представлял собой жалкое зрелище. На Балтике корабли были не боеспособны: механизмы и орудия изношены, корпуса проржавлены, некомплект матросов и, в особенности, командных кадров был катастрофический. Не было ни топлива, ни боезапаса. На Черном море боеспособных современных кораблей не осталось совсем – часть была затоплена под Новороссийском, другая в 1920 году уведена белогвардейцами в Бизерту или затоплена в бухтах Севастополя при уходе. Пустынно было и на Севере и Дальнем Востоке. Не в лучшем положении пребывала береговая оборона и морская авиация Советской России.
Согласно декрету Совнаркома от 10 января 1920 года, водный транспорт был подчинен наркому путей сообщения. В октябре 1920 года была создана Особая комиссия, которая проверив реальное состояние РККФ пришла к заключению, что «флот нуждается не в частичных исправлениях, а в полной реформе». Фактически Особая комиссия констатировала отсутствие боеспособного флота, как такового.
23 октября 1920 года Совет Труда и Обороны издал специальное постановление о первоочередном восстановлении Балтийского флота, на котором после Гражданской войны сохранился хоть какой-то корабельный состав и имелась судостроительная база. В феврале 1921 года Революционному Военному Совету был представлен разработанный Штабом Морских Сил проект «Декрета о воссоздании морской силы РСФСР», в котором намечались меры по возрождению Северной, Владивостокской, Тихоокеанской и Амурской военных флотилий. Однако недостаток средств не позволял провести работы по реальному восстановлению флота.
Поэтому военное руководство страны приняло решение восстановить, прежде всего, линкоры типа «Севастополь», эсминцы типа «Новик» и подводные лодки типа «Барс», не требовавшие больших материальных затрат.
При этом, с окончанием Гражданской войны, нарком по военным и морским делам и председатель Реввоенсовета РСФСР Л.Д. Троцкий потерял интерес к делам своего ведомства, предпочитая заниматься вопросами «большой политики» и готовиться к борьбе за первенство в партии. Невнимание к вопросам флота напомнили о себе очень быстро и очень громко.
Уже в марте 1921 года гарнизон крепости Кронштадт, команды базировавшихся там кораблей Балтийского флота и жители города решительно выступили против диктатуры большевиков и проводимой ими политики «военного коммунизма». Событиям в Кронштадте предшествовали серьезные внутренние проблемы Советской Республики, прежде всего, продразверстка и развал промышленности, а также политические разногласия в самой большевистской партии. После появления слухов о намерении большевиков подавить восстание силовым путем в крепости был создан Временный революционный комитет (ВРК), взявший всю полноту власти в городе. Восстание в Кронштадте приветствовали русские эмигранты, готовившиеся поддержать антибольшевистские действия матросов.
7 марта, после требования властей о «немедленной и безоговорочной капитуляции» восставших, части Красной армии пошли на штурм острова, закончившийся неудачей. После этого группировка была усилена новыми частями. В результате второго штурма большевистским войскам удалось, несмотря на большие потери, взять крепость, после чего в Кронштадте начались массовые репрессии и с матросской вольницей было покончено навсегда.
Заметим, что в начале кронштадтских событий, на Х-м съезде РКП(б) между В.И. Лениным, Л.Д. Троцким с одной стороны, и И.В. Сталиным с другой, возникли серьезные разногласия в стратегии отношения к Кронштадтскому мятежу. Если Троцкий однозначно стоял за скорейшее вооруженное беспощадное подавление мятежа, да и Ленин так же склонялся к силовому варианту, то Сталин, наоборот, отстаивал мирный вариант. Он полагал, что с матросами можно и нужно договариваться, тем более что самое основное требование матросов – отмена продразверстки продналогом и так уже стояла на повестке дня. В качестве главного переговорщика Сталин предлагал свою кандидатуру. План Сталина был, однако отвергнут и руководство РКП(б) приняло решение подавить мятеж силой.
О позиции Сталина по мирному решению «кронштадтского вопроса» практически ничего никогда не писалось. В советское время об этом молчали, чтобы не давать лишний повод для сплетен относительно противостояния Сталина Ленину, в постсоветские время историки помалкивали уже по другой причине – поведение Сталина в марте 1921 года никак не вязалось с его стереотипом палача и душегуба.
На том же X-м съезде РКП(б), проходившем в марте 1921 года, в связи с Кронштадтским мятежом балтийских матросов, было обращено особое внимание и на состояние дел в РККФ. По предложению В.И. Ленина было принято специальное постановление съезда по этому вопросу: «Съезд считает необходимым, в соответствии с общим положением и материальными ресурсами Советской республики, принять меры к возрождению и укреплению Красного военного Флота. С этой целью необходимо:
а) Работу по организации Красного Флота производить в программном порядке, ввести единство плана в область снабжения флота техническими материалами, топливом и пр.
б) Укомплектование личного состава флота производить призывными возрастами преимущественно из фабрично-заводских рабочих, всемерно улучшив постановку учебного дела.
в) Укрепить флот политработниками, прежде всего, из числа моряков- коммунистов, работающих ныне в других областях.
г) Центральному Комитету партии принять меры к тому, чтобы РВСР и ПУР провели в центральных военных органах Республики изменения, способные действительно обеспечить интересы Красного военного Флота».
В апреле 1921 года ЦК ВКП(б) принял постановление о возвращении на флот всех моряков-большевиков, работавших в советских учреждениях и народном хозяйстве. В 1922–1923 годах была проведена реорганизация Военно-морского училища, созданы Высшие специальные курсы командного состава флота, открылось Военно-морское политическое училище, начались производиться наборы в Военно-морскую академию. Летом 1922 года из Военно-морского училища были выделены кораблестроительный, механический и электротехнический отделы и образовано Морское инженерное училище. В этом же году Военно-морское гидрографическое училище стало готовить кадры специалистов-гидрографов. На флоте приступили к работе двухгодичные общеобразовательные курсы, Военно-морское подготовительное училище, которые давали общеобразовательную подготовку личному составу флота. Для подготовки морских специалистов были открыты учебные классы электриков, мотористов, машинистов, кочегаров, минеров, комендоров, рулевых и сигнальщиков. Однако некомплект комсостава достигал на некоторых кораблях 80 % и преодолеть его быстро было невозможно.
Иосиф Сталин 1922 г.
С ноября 1921 по апрель 1924 года командующий Морскими Силами Республики, и с апреля по декабрь 1924 года начальником Морских Сил СССР являлся Э.С. Панцержанский. Это был достаточно опытный и грамотный специалист. Панцержанского закончил Политехническом институт, Морской кадетский корпус и офицерские штурманские классы. Всю Первую мировую войну он провоевал на боевых кораблях, был ранен. С 1918 года в РККФ, был избран матросами начальником Шхерного отряда Балтийского моря, затем успешно командовал Онежской военной флотилией, проведя несколько удачных операций против белогвардейцев и белофиннов. Затем последовательно являлся начальником обороны Кольского залива, начальником Морских Сил Каспийского моря, начальником Морских Сил Черного моря и помощником командующего войсками Украины и Крыма по морской части. Уровень военно-морского образования, боевой опыт и служебная вертикаль Э.С. Панцержанского вполне соответствовали его должности.
31 декабря 1921 года Политбюро ЦК РКП(б) заслушало доклад Особой комиссии (председатель В.А. Антонов-Овсеенко, члены В.И. Зоф, Н.П. Комаров, С.А. Мессинг, И.С. Уншлихт, А.Б. Халатов), всесторонне обследовавшей состояние и обеспечение Морских Сил Балтийского моря, Кронштадта и Шлиссельбурга. Сталин участвовал в данном мероприятии как членом Реввоенсовета РСФСР. Политбюро поручило Реввоенсовету обратить внимание на усиление Морских Сил Балтийского моря и крепости в военном и политическом отношении, направить партийно-комсомольские пополнения, улучшить материально-техническое и продовольственное обеспечение. Для решения этих вопросов из представителей различных ведомств была образована Особая правительственная комиссия во главе с Антоновым- Овсеенко, которая в январе 1922 года выехала в Петроград. Доклад комиссии был заслушан на Политбюро ЦК РКП(б), которое поставило конкретные задачи ряду ведомств. О том, имел ли какие-то конкретные поручения И.В. Сталин информация отсутствует.
Эдуард Самуилович Панцержанский
3 января 1922 года в Москве состоялось совещание начальников политических управлений и отделов флота, в работе которого приняли участие и моряки – делегаты IX Всероссийского съезда Советов. Совещание обсудило положение РККФ и приняло постановления по ряду вопросов, в том числе о созыве Всероссийского совещания моряков-коммунистов и его повестке дня. С 1 по 4 апреля 1922 года в Москве состоялось Первое Всероссийское совещание военных моряков-коммунистов. Среди делегатов были все старшие флотские военачальники и партработники. 4 апреля на заседании присутствовал и всего лишь день назад избранный в Политбюро и Оргбюро ЦК РКП(б), а также Генеральным секретарем ЦК РКП(б) И.В. Сталин.
На совещании были заслушаны доклад В.И. Зофа «Строительство Красного военного Флота РСФСР» и другие доклады и информационные сообщения. Участники совещания наметили пути реализации решений Х съезда РКП(б) и IX Всероссийского съезда Советов по возрождению флота. Что касается Сталина, то он на совещании не выступал, а только слушал других. По- видимому, присутствие Сталина на совещании моряков-коммунистов было вызвано его желанием ближе познакомиться с реальным состоянием дел в РККФ.
В 1922 году в Кронштадт была направлена «Особая правительственная комиссия, для выяснения и разработки мероприятий по улучшению состояния Балтийского флота и Кронштадтской крепости» в составе В.А. Антонова- Овсеенко, С.А. Мессинга и В. Комарова. Ее предложения одобрены на заседании Правительства 22 октября 1922 года. Комиссия предлагала повысить жалованье служащих в Кронштадте на 10 %, и еще на 10 % за счет «поясного повышения», ввести 25 % надбавку за плавание и для гарнизонов островных фортов, ввести 25 % надбавку за службу более одного года, а также 10 % надбавку за службу на тральщиках и подводных лодках. Таким образом, общая сумма надбавок могла дойти до 80 % основного оклада.
Участники совещания командующих военными округами. 1922 г. первый ряд: Оськин, Корк, Петин, Егоров, Фрунзе, каменев, Ворошилов, Лебедев, Иорданский, Якир, Петровский, Тухачевский.
В октябре 1922 года на V-м Всероссийском съезде комсомола было принято и знаменитое постановление о шефстве над флотом. После этого на флот было отправлено почти 90 тысяч молодых, энергичных и идейно преданных большевистской власти комсомольцев. С их приходом удалось оздоровить политическую и моральную обстановку в еще недавно бунтовавшем РККФ.
Вскоре после Кронштадтского мятежа была проведена и реорганизация РККФ. Была упразднена должность командующего Морскими Силами, расформирован Штаб всех Морских Сил и Морской генеральный штаб, одновременно образован Морской штаб Республики. В ноябре 1923 года сессия ЦИК утвердила положение о народном комиссариате по военным и морским делам, во главе которого остался Л.Д. Троцкий.
Для непосредственного управления флотом в наркомате по военным и морским делам было сформировано Управление Военно-Морских Сил. Таким образом, Военно-Морские Силы были сведены до уровня одного из управлений военного наркомата. Так государство констатировало реальное место РККФ в обороне государства. Таким образом, флот попадал в полную зависимость от руководства РККА, что негативно повлияло на его дальнейшее развитие. Теперь вопросы оперативного использования сил флота стали прерогативой командующих войсками приморских военных округов.
Определенная работа по восстановлению портов и судостроительной промышленности позволила уже в 1922 году приступить к ремонту нескольких кораблей и судов и формированию из них хотя и весьма небольших, но все же более-менее боеспособных соединений.
Что касается военного судостроения, то его масштабы до середины 20-х годов так же были также ничтожны. Никаких новых кораблей не строили вообще, а пытались достраивать, то что было заложено еще до революции, но и на это денег не хватало. Так в конце 1920 года в Николаеве была достроена бывшая уже в большой степени готовности подводная лодка АГ-23, в 1923 году там же был достроен почти готовый эсминец «Незаможник», а еще два года спустя эсминец «Петровский».
К 1924 году Балтийский флот имел два восстановленных линейных корабля, один крейсер, восемь эсминцев и девять подводных лодок. В состав Черноморского флота к этому времени были введены старый крейсер, два эскадренных миноносца, две подводные лодки и несколько мелких кораблей. Понемногу восстанавливались также флотилии на Каспийском море и на Амуре. Показателем темпов восстановления флота явился весьма слабый рост его общего водоизмещения, составившего в 1923 году – 82, в 1924 году – 90, в 1925 году – 116, в 1926 году – 139 тыс. тонн. Учитывая, наличие пяти изолированных морских театров, темпы восстановления флота следует признать неудовлетворительными.
Что касается Сталина, то он напрямую вопросами РККФ в то время не занимался. Однако, будучи человеком государственным, безусловно, в общих чертах был в курсе событий.
* * *
Крайне сложной была ситуация и в отечественном торговом флоте. Так, после окончания Гражданской войны, от торгового флота на Черном море и на Дальнем Востоке осталось всего 5 % судов. Немногом лучшее положение было и на Балтике. Поэтому уже в 1920 году руководство п РКП (б) впервые публично озадачилось проблемами торгового флота, вернее проблемами состояния внешней торговли. Так на собрании актива Московской парторганизации 6 декабря 1920 года В.И. Ленин сказал коротко: «Мы вывозить можем, но мы не имеем флота». На X съезде РКП(б) Ленин снова посетовал на наличие данной проблемы: «Для сношения с Европой надо иметь флот, этого у нас нет». Разумеется, что присутствовавший на съезде И.В. Сталин не мог не слышать данной реплики вождя и не отметить данный факт в своей памяти. Причины для озабоченности были – остатки былого торгового флота в 1921 году смогли перевезти всего 3,6 % (нескольким более 350 тыс. тонн) всех внешнеторговых грузов.
16 октября 1920 года постановлением Совета Труда и Обороны, с участием И.В. Сталина, ремонт торговых судов был объявлен одной из важнейших задач Республики и включены в программу ударных работ наркомата путей сообщения. Этим же постановлением предусматривалось обеспечение управления водного транспорта топливом и всеми необходимыми материалами.
24 марта 1921 году В.И. Ленин подписал постановление Совнаркома «О государственном судостроении», где определялся порядок организации и развития судостроения как единой отрасли. Отныне все государственное судостроение было сосредоточено в ведении ВСНХ. Однако в реальности выполнить постановление в экономических условиях 1921 года было невозможно. Мелкая судостроительная деятельность, которая едва тлела, была возложена на организацию «Судотрест». В 1922 году ежегодный выпуск продукции судостроительными заводами составлял всего 8 % от масштабов российского судостроения 1913 года. В выступлении на 9-м Всероссийском съезде Советов 23 декабря 1921 года В.И. Ленин объявил водный транспорт – «материальным орудием связи с заграницей».
В январе 1922 года декретом Совнаркома водный транспорт был переведен на хозрасчет. В январе 1923 года постановлением Совета Труда и Обороны, с участием И.В. Сталина, были организованы правления государственных речных пароходств – Волжское (Нижний Новгород), северо-западное (Петроград), Северное (Архангельск). В июне 1923 года декретом ВЦИК и Совнаркома был учрежден российский регистр, переименованный год спустя в регистр СССР. В том же 1924 году были учреждены и флаги торгового флота. В июне 1922 года Совет Труда и Обороны республики учредил в системе наркомата путей сообщения государственные пароходства Балтийское, Северное, Черноморско-Азовское и Каспийское. Общее руководство их деятельностью возложил на Центральное правление Госторгфлота. Хотя доля внешнеторговых перевозок все еще не превышала от 6 % от уровня 1913 года. Отметим, что именно вскоре после выдвижения И.В. Сталина (наряду с Л.Д. Троцким, Г.Е. Зиновьевым и Л.Б. Каменевым) на первые позиции в стране и в партии, в ноябре 1924 года Совет Труда и Обороны выдал «Судтресту» первый заказ на постройку четырех лесовозов, двух рефрижераторов и одного танкера. Характерен выбор типов судов: СССР была нужна валюта для закупки станков. Именно поэтому в первую очередь требовались суда для вывоза на внешний рынок лесоматериалов, нефти, мясомолочных продуктов. В том же 1924 году И.В, Сталин отправил известного академика-кораблестроителя А.Н. Крылова закупать серию пароходов-лесовозов в Норвегии и Франции.
В январе 1925 года на Балтийском заводе в Ленинграде были заложены лесовозы типа «Товарищ Красин» – предельно простые по конструкции пароходы грузоподъемностью в 3500 тонн.
14 августа 1925 года Совет Труда и Обороны утвердил пятилетнюю программу морского торгового судостроения, предусматривающую постройку 193 единиц судов различного водоизмещения и назначения.
Вскоре после начала строительства первых с лесовозов началась серийная постройка на Северной верфи Ленинграда рефрижераторных грузопассажирских судов типа «Ян Рудзутак» водоизмещением по 5500 тонн. А на заводах в Николаеве начали одновременно переоборудование двух недостроенных крейсера типа «Светлана» в танкеры «Азнефть» и «Грознефть». И в Ленинграде, и в Николаеве строительство шло с огромным напряжением, т. к. не хватало материалов, оборудования, и квалифицированных кадров.
Насколько участвовал во всех этих делах Сталин? То, что он старался быть в курсе наиболее важных событий, связанных с флотом, это не вызывает сомнений. Сталин, по своей сути, являлся государственником, а настоящий государственник всегда держит руку на пульсе армии и флота. Не вызывает сомнений и то, что в тот период Сталин не мог вникать в детали флотских дел. Основные его интересы, как и основные направления деятельности находились далеко от вопросов, связанных с РККФ.
* * *
В то время И.В. Сталин занимал должность наркома по делам национальностей (с апреля 1922 года он перестал являться членом Реввоенсовета РСФСР). Поэтому формально ни к флоту, ни к перераспределению финансовых потоков отношения не имел. У него и своих дел было по горло: прежде всего решение вопроса огромнейшей государственной и политической важности – объединение советских республик в единое новое государство – СССР, а также решение нескончаемых национальных дрязг, таких как разборки с грузинскими национал-коммунистами и т. д. Кроме этого, в том же 1922 году на Пленуме ЦК РКП(б) Сталина избирали членом Оргбюро и Политбюро ЦК РКП(б) и Генеральным секретарем РКП (б) и он начал заниматься всей административной и внутрипартийной работой в РКП (б). Хотя, по своей личной инициативе, как мы видели на примере совещания моряков- коммунистов, он все же флотскими делами немного интересовался.
Несмотря на огромную загруженность внутрипартийными делами, однажды Сталина все же привлекли к участию в решении серьезного военно-морского вопроса. 25 ноября 1922 года В.И. Ленин написал Сталину письмо с просьбой взять на себя изучение вопроса о сокращении программы ремонта и строительства кораблей. Чтобы понять суть проблемы и того, чего именно добивался Ленин от Сталина, приведем данное письмо полностью: «т. Сталину (Пока в порядке только частного совещания, с просьбой посоветоваться с другими цекистами). Посылаю Вам сводную ведомость по вопросу о судоремонтной программе. Надо решать поскорее, думаю даже сегодня. Я вчера подробно беседовал со Склянским и несколько заколебался, но расход 10 миллионов так безобразно велик, что я все-таки не могу не предложить следующего: Утвердить достройку крейсера «Нахимов», затем уменьшить на 1/3 остальные большие суда (эсминцы, линейные корабли и т. п.) и поручить ведомству соответственно сократить все остальные расходы. Думаю, что в целом можно тогда достигнуть 7 миллионов, а из остального гораздо правильнее будет повысить расходы на школы. Прилагаю строго секретную сводную ведомость и затем результаты работы комиссии Пятакова, которая, по словам т. Склянского, сократила уже чуть ли не на 16 миллионов. Я думаю, что флот в теперешних размерах хотя и является флотишкой, по справедливому замечанию т. Склянского, все же для нас непомерная роскошь. Крейсер «Нахимов» надо достроить, ибо мы его продадим с выгодой, а в остальном я убежден, что наши морские спецы все же увлекаются непомерно. Флот нам не нужен, а увеличение расходов на школы нужно до зарезу».
Судя по всему, записка В.И. Ленина вызвала неоднозначную реакцию в руководстве партии большевиков, и прежде всего у единомышленников Сталина, составлявших национально-патриотическое крыло РКП(б), в отличие от интернационалистов-троцкистов. Эта реакция быстро дошла до Ленина и тот, в порядке оправдания, через три дня пишет новую записку. Причем пишет ее снова Сталину, как бы оправдываясь за свою антифлотскую позицию перед ним и пытаясь привести новые аргументы в свою пользу. Уже из адресата записки можно сделать вывод, что именно Сталин возглавил тех «цекистов», которые негативно восприняли позицию Ленина по фактическому уничтожению военно-морского флота. Именно поэтому Ленин и апеллирует к Сталину вторично.
В своей второй записке В.И. Ленин пишет: «Тов. Сталину. По поводу обвинения в том, что я сокращаю судоремонтную программу «на глаз», я должен объяснить следующее: Весь размер судоремонтной программы должен быть сообразован (и это в состоянии сделать, конечно, только спецы) с размером того флота, который мы по политическим и экономическим причинам решаем держать у себя. Меня убедили вполне в том, что крейсер «Нахимов» должен быть в числе нашего флота, ибо на худой конец мы должны получить возможность продать его с выгодой. Далее, в нашей судоремонтной программе идет целый ряд эскадренных миноносцев, часть линейных кораблей, затем подводных лодок и т. д. Общее число этих судов представляется мне излишним, не оправдываемым условиями нашей военно-морской силы вообще и непосильным нашему бюджету. Насколько именно можно сократить эту часть судов, я не знаю и думаю, что комиссия Пятакова и Сокольникова тоже не имела возможности определить это на основании рациональных, экономических и, в особенности, политических соображений. Для меня несомненно одно, что общая сумма, 10 миллионов, для нас непосильна. Поэтому я предлагаю определить таковую сумму в 7 миллионов, обязав военных специалистов рассчитать, какое общее число эскадренных миноносцев, линейных кораблей, подводных лодок и прочего флота получится при таком расчете, если взять добавочные цифры применительно к количеству судов нашего флота. Я думаю, что иначе произвести сокращение нашего флота нам вообще не удастся, ибо моряки-специалисты, естественно, увлекаясь своим делом, будут взвинчивать всякую цифру, между тем как при громадном расходе, который мы ассигновали на авиацию, мы должны быть вчетверо, вдесятеро осторожнее в отношении к расходу на флот, тем более что предстоят еще расходы, вероятно, очень большие, которые будут вызваны присоединением Владивостока. Что касается соображений Каменева о том, чтобы дать обещанные заказы металлическим заводам и Главэлектро, то надо сказать, что заказы мы должны дать на удовлетворение крестьянских нужд, а никоим образом не на такую вещь, как флот, ибо держать флот сколько-нибудь значительного размера нам, по соображениям экономическим и политическим, не представляется возможным.
Я предлагаю поэтому, сократив общий расход на три миллиона, рассчитать, в каких пропорциях должна быть назначена эта сумма на те или другие цели в пределах судоремонтной программы, и затем рассчитать, каким образом мы могли бы сейчас же начать перевод означенного количества наших судоремонтных заводов на металлические изделия, необходимые крестьянству. Ленин».
Данное письмо весьма примечательно. Во-первых, позиция Ленина в письме однозначно антифлотская. Чего стоят его строки: «Я думаю, что флот в теперешних размерах хотя и является флотишкой, по справедливому замечанию т. Склянского, все же для нас непомерная роскошь. Крейсер «Нахимов» надо достроить, ибо мы его продадим с выгодой, а в остальном я убежден, что наши морские спецы все же увлекаются непомерно. Флот нам не нужен…» В данном случае удивительна ленинская мысль о том, что новейший крейсер следует достроить только для того, чтобы потом с выгодой продать! Значит Ленин понимает, что крейсер все-таки, кому-то будет нужен, но то, что он, в первую очередь, нужен России, Ленин не понимает!
Разумеется, В.И. Ленина можно понять, страна лежала в руинах, всюду царил голод и нищета. Поэтому он и изыскивал любую возможность достать деньги, пусть даже за счет уничтожения собственного флота. Да и печется Ленин не о личной выгоде, а о школах, т. е. о народном образовании. И все же пишет он о флоте с явной неприязнью. Впрочем, неприязнь Ленина к флоту понять можно, т. к. в обозримом будущем реальной пользы для страны и революции от флота Ильич не видел. К тому же флот был очень дорог, как в вопросах строительства, так и в содержании. Во-вторых, большевики только-только пришли в себя от анархиствующих революционных матросов. Воспоминания о Кронштадтском мятеже в марте 1921 года и его возможных последствиях для страны были еще слишком свежи. Поэтому после Кронштадтского мятежа моряки из «альбатросов революции» мгновенно стали ее париями. Начиная с 1921 года, в течение последующих трех лет, численность личного состава флота снизилась с 87 тысяч до 33 тысяч.
Ну, а самое главное, согласно ленинской теории мировой революции, нести свободу народам должна была исключительно Красная армия, поддержанная пролетариями тех стран, на территорию которых она будет вступать. Флот в эту концепцию совершенно не вписывался. В океане пролетариев, как известно, нет… Спрашивается, зачем же тогда попусту тратить деньги на такие дорогие и бесполезные игрушки, как корабли?
Именно поэтому Ленин предложил по существу тоже, что декларировал в конце 80-х годов ХХ века М.С. Горбачев огульно переводить уникальные судостроительные и судоремонтные заводы на изготовление примитивной кухонной утвари. Ленин хотя бы требовал производить средства малой механизации для крестьян.
Зная о том, что Сталин придерживается относительно судьбы военно-морского флота противоположной ему точки зрения, с просьбой о проработке вопроса по сокращению ассигнований на флот Ленин все же обратился именно к нему.
Помимо этого, В.И. Ленин то и дело привлекал Сталина к решению, самых разнообразных, порой весьма далеких от основных сталинских обязанностей, вопросов. Например, к решению вопроса о монополии внешней торговли в масштабах Советской России. В том же ноябре 1922 года Сталин разбирался с грузинскими партийцами, самовольно сдававшими в аренду англо-американской компании «Стандарт-Ойл» нефтяные резервуары Батума, важнейшего порта, через который транспортировалась бакинская нефть. И вот теперь еще одно неожиданное поручение – разобраться с вопросом финансирования судостроительной и судоремонтной программы государства, чтобы урезать ее, насколько это возможно. Разумеется, Сталин, как всегда, вник в проблему, и выполнил порученное ему задание.
Для нас в данном случае важно другое – в данном случае Сталин впервые серьезно погрузился в проблемы не только флотского финансирования. Он впервые ознакомился с вопросами судоремонтной и судостроительной программы, какой бы ничтожной она ни была в 1922 году. Как решил Сталин вопрос, поставленный перед ним Лениным? Здесь все понятно, как Ленин просил, так, верный партийной дисциплине, Сталин и сделал. Следует заметить, что с 1922 по 1925 год судостроению было выделено лишь 7,5 млн рублей капиталовложений, или 14–15 % стоимости износа основных фондов. Очевидно, что восстановить производственные мощности заводов на эти средства возможным не представлялось.
Отметим и то, что ленинское письмо Сталину о необходимости вмешательства последнего в дела флота, стало одним из последних писем Ленина перед тем, как он навсегда покинул из-за болезни Кремль. Это фактически последнее письмо Сталину, написанное Лениным в Кремле. И тот факт, что в данном случае настоящий и будущий вождь диаметрально разошлись в своем отношении к военно-морскому флоту и «вождь уходящий» пытается объясниться на этот счет с «вождем восходящим», причем объясниться не слишком аргументированно – все это весьма символично.
В целом позиция В.И. Ленина, в отношении РККФ, была скорее не отрицательной, а двойственной. Так в конфиденциальном письме Сталину он пишет о том, что военно-морской флот Советской России в принципе не нужен. Но в тоже время, в октябре 1922 года на 5-м съезде РКСМ советует комсомольцам взять шефство над флотом и посылать служить туда своих лучших представителей. Казалось бы, где логика: если флот не нужен, зачем же посылать туда лучших из лучших! Но таков был Ленин, быстро меняющий свои взгляды в зависимости от обстоятельств. Что касается шефство комсомола над флотом, то оно имело положительное значение, т. к. с 1922 года по комсомольским путевкам туда пошли действительно лучшие представители советской молодежи.
Что касается позиции Ленина по флоту, то выскажу личное мнение – в момент написания письма он был уже тяжелобольным человеком и поэтому, возможно, не совсем адекватным. Впрочем, это лишь мое мнение. К чести Сталина, впоследствии он нигде и никогда не упоминал об этой антифлотской и антигосударственной позиции Ленина, щадя его авторитет.
В целом, начало восстановительного периода отечественного флота полностью совпадет со временем, когда Сталин начинает брать в руки руководство не только партией, но и страной. Кстати, едва Ленин покинул Кремль, как Сталин, несмотря на царившую в стране разруху и тяжелое экономическое положение, нашел средства и содействовал выделению для ремонта и восстановления кораблей на 1924 год уже достаточно внушительной по тому времени суммы – 8 млн. рублей. Отметим, что с каждым следующим годом эти ассигнования будут увеличиваться. Так, уже в 1925 году на восстановление флота было выделено 32 млн. рублей, а в 1926 году – 64 млн. рублей. Причем размер ассигнования на флот будет возрастал именно по мере того, как будет укрепляться положение И.В. Сталина и его единомышленников в руководстве страны.
