Kitobni o'qish: «Жизнь и путешествия Иешуа бен Иосифа»

В Первой книге мы с вами постарались максимально возможно, насколько позволили нам различные апокрифы, прочитать о рождении и становлении Иешуа, как человека. К 27 году н. э. мальчик Иешуа стал солидным и уважаемым мужчиной Иешуа бен Иосифом. И теперь, в Ad futarum rei memoriam – «в напоминание о событии», используя собрание изречений Q (от немецкого слова Quelle, «источник») и неканонических гностических тестов, найденных в 1945 г. в Египте, возле города Наг-Хаммади, продолжим наше чтение, которое постепенно будет приводить нас к Истине. И, если Вы не фанат чтения книг в виде цитат и выдержек, но любите сесть и спокойно, неторопясь, со всеми подробностями почитать, тогда эта книга для Вас.

Начало общественного труда

В первый день недели, 19 января 27 года н. э., Иисус и двенадцать апостолов приготовились покинуть свой вифсаидский центр. Апостолы ничего не знали о планах своего Учителя кроме того, что они должны были отправиться в Иерусалим, чтобы побывать в апреле на праздновании Пасхи, и что им предстояло идти долиной Иордана. Только к полудню они смогли покинуть дом Зеведея, так как семьи апостолов и другие ученики пришли попрощаться с ними и пожелать им успехов в новом деле, к которому они собирались приступить.

Пора было отправляться в путь, когда апостолы заметили отсутствие Учителя, и Андрей пошел его искать. Вскоре он нашел Иисуса на берегу; он сидел в лодке и плакал. Апостолы часто видели Учителя в минуты печали, и им случалось видеть его в короткие периоды глубокой задумчивости, однако никто из них никогда не видел его плачущим. Такая взволнованность Учителя накануне их отбытия в Иерусалим настолько изумила Андрея, что он решился подойти к Иисусу и спросить: «Учитель, отчего ты плачешь в этот великий день, когда нам предстоит отправиться в Иерусалим и возвестить царство Отца? Кто из нас обидел тебя?» Возвращаясь вместе с Андреем назад, к апостолам, Иисус ответил: «Никто из вас не огорчил меня. Я опечален только тем, что ни один из членов семьи моего отца Иосифа не вспомнил об этом дне и не пришел сюда, чтобы пожелать нам успеха». В это время Руфь гостила у своего брата Иосифа в Назарете. Других членов семьи удерживали гордость, разочарование, непонимание и мелочные обиды оскорбленного самолюбия.

Иисус и Апостолы покидают Галилею

Капернаум находился неподалеку от Тивериады, и слава Иисуса уже начала распространяться по всей Галилее и даже за ее пределами. Иисус знал, что вскоре Ирод начнет обращать внимание на его деятельность; поэтому он считал, что лучше всего было бы отправиться вместе со своими апостолами на юг, в Иудею. Группа более чем из ста верующих пожелала идти вместе с ними, но Иисус поговорил с этими людьми, попросив их не следовать за апостолами на юг вдоль Иордана. Хотя эти верующие согласились остаться в Галилее, через несколько дней многие их них отправились вслед за Учителем.

В первый день Иисус и апостолы дошли только до Тарихеи, где остановились на ночлег. На следующий день они достигли того места у Иордана неподалеку от Пеллы, где примерно годом ранее проповедовал Иоанн и где принял крещение Иисус. Здесь они учили и проповедовали более двух недель. К концу первой недели рядом с тем местом, где расположились Иисус и апостолы, появился лагерь из нескольких сот человек, пришедших сюда из Галилеи, Финикии, Сирии, Декаполиса, Переи и Иудеи.

Иисус не выступал с публичными проповедями. Андрей делил народ на группы и назначал проповедников для утренних и послеполуденных собраний; после ужина Иисус беседовал с апостолами. Он не учил их чему-либо новому, повторяя свои прежние учения и отвечая на их многочисленные вопросы. В один из этих вечеров он рассказал им кое-что о сорока днях, проведенных в горах неподалеку от этого места.

Многие из тех, кто пришел сюда из Переи и Иудеи, были крещены Иоанном и хотели лучше познакомиться с учениями Иисуса. Апостолы добились больших успехов в обучении последователей Иоанна, поскольку они никоим образом не умаляли его проповедь, а также потому, что в то время они даже не крестили своих новых учеников. Однако вечным камнем преткновения для приверженцев Иоанна было то, что Иисус – если он являлся всем тем, о чём объявил Иоанн, – ничего не делал для вызволения Крестителя из тюрьмы. Последователи Иоанна так и не поняли, почему Иисус не предотвратил жестокую смерть их любимого вождя.

Из вечера в вечер Андрей тщательно наставлял своих товарищей-апостолов в тонком и трудном деле сохранения хороших отношений с последователями Иоанна Крестителя. В течение первого года общественного служения Иисуса более трех четвертей его приверженцев относились к числу тех, кто ранее следовал за Иоанном и принял от него крещение. В течение всего 27 года н. э. они неприметно принимали на себя труд Иоанна в Перее и Иудее.

Закон Бога и воля Отца

Вечером накануне отбытия из Пеллы Иисус дал своим апостолам дополнительные разъяснения относительно нового царства. Учитель сказал: «Вас учили ждать наступления царства Божьего; я же пришел возвестить, что это долгожданное царство приблизилось, что уже сейчас оно присутствует здесь, среди нас. В каждом царстве должен быть царь, сидящий на своем троне и творящий законы царства. Поэтому у вас сложилось представление о царстве небесном как о возвеличенной власти еврейского народа над всеми народами земли и о Мессии, сидящем на троне Давида и отсюда – с этого места, наделенного волшебной силой, – провозглашающего законы для всего мира. Однако, дети мои, вы не смотрите глазами веры, и вы не слушаете в духе. Я заявляю, что царство небесное есть претворение и признание власти Бога в сердцах людей. Конечно, в этом царстве есть Царь, и этим Царем является мой и ваш Отец. Мы действительно являемся его верными подданными, но неизмеримо выше этого факта – преображающая истина о том, что мы являемся его сынами. Моя жизнь призвана сделать эту истину очевидной для всех. Наш Отец также восседает на троне, но троне нерукотворном. Трон Бесконечного – это вечная обитель Отца в Раю; Отец наполняет собою всё и провозглашает свои законы бесконечным вселенным. И Отец также правит в сердцах своих земных детей через тот дух, который он послал жить в душах смертных людей.

Когда вы становитесь подданными этого царства, вы действительно обретаете способность слышать законы Правителя Вселенной; но когда, благодаря евангелию царства, которое я пришел возвестить, вы с помощью своей веры увидите, что являетесь сынами, то с этого времени вы будете смотреть на себя не как на законопослушных созданий всемогущего царя, а как на избранных сынов любящего и божественного Отца.

Истинно, истинно вам говорю, что когда воля Отца является вашим законом, вы едва ли пребываете в царстве. Но когда воля Отца поистине становится вашей волей, то вы в самом истинном смысле обретаете царство, ибо это значит, что царство стало вашим непреложным опытом.

Когда воля Божья – ваш закон, вы являетесь благородными рабами-подданными; но, когда вы верите в новое евангелие божественного сыновства, воля моего Отца становится вашей волей, и вы возвышаетесь до высокого положения свободных детей Бога, освобожденных сынов царства».

Часть апостолов усвоила некоторые положения этого учения, но ни один из них не понял всего значения этого потрясающего возвещения, за исключением, может быть, Иакова Зеведеева. Однако эти слова запали им в душу и делали радостным их труд в последующие годы служения.

Пребывание в Амафа

Почти три недели Учитель и его апостолы находились поблизости от Амафа. Апостолы по-прежнему дважды в день выступали с проповедями перед народом, а по субботам, во второй половине дня, со своей проповедью обращался Иисус. Продолжать отдых по средам стало невозможным; поэтому Андрей договорился о том, чтобы в течение шестидневной недели каждый день двое из апостолов отдыхали, а во время субботних богослужений трудились все.

Чаще других с проповедями выступали Петр, Иаков и Иоанн. Филипп, Нафанаил, Фома и Симон уделяли много внимания индивидуальному труду и вели занятия в специальных группах для посетителей; близнецы продолжали наблюдать за порядком, в то время как Андрей, Матфей и Иуда втроем осуществляли общее руководство, хотя каждый из этих трех апостолов вел большую религиозную работу.

Андрею приходилось постоянно улаживать недоразумения и разногласия между учениками Иоанна и новыми учениками Иисуса. То и дело возникали серьезные проблемы, однако, с помощью других апостолов, Андрею удавалось хотя бы на время приводить конфликтующие стороны к какому-то соглашению. Иисус отказывался участвовать в таких собраниях; не соглашался он и давать советы, как решать эти проблемы. Он ни разу не подсказал апостолам, как им следует справляться с такими трудностями. Когда Андрей приходил к нему с подобными проблемами, Иисус лишь отвечал: «Мудрый хозяин не вмешивается в семейные ссоры своих гостей; мудрый родитель не принимает чью-либо из сторон в мелких распрях своих детей».

Учитель демонстрировал огромную мудрость и абсолютную беспристрастность во всех своих отношениях с апостолами и со всеми учениками. Иисус был настоящим знатоком людей; он оказывал на своих собратьев огромное влияние благодаря сочетанию обаяния и силы в его личности. Его суровая кочевая и бездомная жизнь оказывала таинственное воздействие. Его властная манера обучения, ясная логика, сила аргументации, прозорливая интуиция, живость ума, несравненная выдержка и возвышенная терпимость были привлекательны для разума и притягательны для духа. Он был простым, мужественным, искренним и бесстрашным. При всём физическом и интеллектуальном воздействии, которое ощущалось в присутствии Учителя, в нем также были все черты духовного очарования, ставшие частью его личности, – терпение, доброта, кротость, мягкость и скромность.

Иисус Назарянин действительно был сильной и волевой личностью, воплощением интеллектуального могущества и духовной твердости. Его личность привлекала не только женщин духовного склада среди его последователей, но и образованного, интеллектуального Никодима, равно как и закаленного в сражениях римского воина – капитана, поставленного сторожить крест, который – увидев, как умирал Учитель, – произнес: «Воистину это был Сын Божий». И мужественные, суровые галилейские рыбаки называли его Учителем.

Существующие изображения Иисуса крайне неудачны. Эти запечатлевшие Христа картины оказывают вредное воздействие на молодежь; храмовые торговцы вряд ли бросились бы бежать от Иисуса, будь он таким, каким его обычно изображают наши художники. Он являлся воплощением величественной мужественности; он был благим, но естественным. Иисус не вставал в позу мягкого, доброго, кроткого и добродушного мистика. Его учение захватывало своей динамичностью. Он не только имел благие намерения, но и совершал благие дела.

Учитель никогда не говорил: «Придите ко мне, все ленивцы и мечтатели». Однако он действительно не раз говорил: «Придите ко мне все вы, кто трудится, и я дам вам покой – духовную силу». Ярмо Учителя действительно легко, но он всё равно никогда не принуждает к нему; каждый человек должен принять это ярмо по своей собственной и свободной воле.

Иисус показал, что победа достигается через жертвоприношение – принесение в жертву гордости и эгоизма. Под проявлением милосердия он имел в виду духовное освобождение от всех обид, жалоб, гнева, жажды своевластия и мести.

И когда он сказал «не противьтесь злу», то позже он объяснил, что он не имел в виду прощать зло и не советовал брататься с беззаконием. Подлинный смысл его слов – учить прощению, «не противиться злонамеренному отношению к своей личности, злонамеренному оскорблению своих чувств – личного достоинства».

Учение об Отце

В Амафе Иисус потратил много времени на то, чтобы разъяснить апостолам новое представление о Боге. Вновь и вновь он внушал им, что Бог является Отцом, а не великим верховным счетоводом, который занят в основном регистрацией поступков, очерняющих его заблудших земных детей, – учетом грехов и зла, – чтобы впоследствии использовать их на своем суде, который он вершит над ними в качестве справедливого Судьи всего творения. Евреи уже давно представляли Бога всеобщим царем и даже Отцом нации, однако никогда еще большое число смертных не представляло Бога любящим Отцом индивидуума.

В ответ на вопрос Фомы – «Кто он, этот Бог царства?» – Иисус ответил: «Бог – это твой Отец, и религия – мое евангелие – есть не что иное, как вероисповедное признание истины о том, что ты являешься его сыном. Я пребываю здесь, среди вас, во плоти для того, чтобы пояснить обе эти идеи своей жизнью и учением».

Иисус стремился также освободить сознание своих апостолов от представления, согласно которому принесение в жертву животных является религиозным долгом. Однако эти люди, воспитанные в религии каждодневных жертвоприношений, плохо понимали, что он имеет в виду. Но Учитель не терял терпения. Если ему не удавалось добиться понимания от всех апостолов с помощью одного примера, он заново формулировал свою идею, используя для разъяснения смысла другую притчу.

Одновременно с этим Иисус начал более подробно разъяснять апостолам их задачу «утешать страждущих и исцелять больных». Учитель много говорил им о человеке, как едином целом – союзе тела, разума и духа, образующем индивидуума, мужчину или женщину.

Иисус рассказал своим соратникам о трех видах недугов, с которыми им предстояло столкнуться, и объяснил, как следует помогать всем, кто страдает от мук, причиняемых человеческими заболеваниями. Он учил их распознавать следующие случаи:

1. Болезни плоти – те недуги, которые обычно считаются физическими заболеваниями.

2. Расстройства сознания – те недуги нефизического характера, которые впоследствии стали считать эмоциональными и умственными отклонениями и расстройствами.

3. Одержимость злыми духами.

В ряде случаев Иисус объяснял сущность и касался происхождения этих злых духов, в то время нередко называемых также нечистыми духами. Учитель хорошо знал, чем отличается одержимость злыми духами от безумия, но апостолы этого не знали. Кроме того, ввиду их ограниченных познаний в области древней истории Земли, Иисус не мог взяться за всестороннее разъяснение этого вопроса. Однако он не раз говорил им, имея в виду этих злых духов: «Они перестанут досаждать людям после того, как я вознесусь к своему небесному Отцу и изолью свой дух на всю плоть, тогда, когда царство пребудет в великом могуществе и духовной славе». (!) То есть, со дня Пятидесятницы ни один дух по своей воле НЕ МОЖЕТ вселиться в человека. На это должна быть воля, согласие человека. Поэтому в истинно верующего вселение злого духа не возможно по определению.

В течение всего этого года, из недели в неделю, из месяца в месяц апостолы всё больше внимания уделяли уходу за больными.

Духовное единство

Одним из самых значительных вечерних собраний в Амафе стало занятие, посвященное обсуждению духовного единства. Иаков Зеведеев спросил: «Учитель, как нам научиться одинаково смотреть на вещи и, тем самым, добиться большего согласия между собой?» Когда Иисус услышал этот вопрос, он почувствовал такое волнение духа, что ответил: «Иаков, Иаков, когда я учил вас, что вам следует смотреть на вещи одинаково? Я пришел в этот мир провозгласить духовную свободу для того, чтобы смертные получили возможность жить самостоятельной, самобытной и свободной жизнью перед Богом. Я не желаю, чтобы согласие в обществе и братский мир покупались ценой отказа от свободы личности и духовной самобытности. То, чего я требую от вас, мои апостолы, есть духовное единство, – а его вы способны испытать в той радости, которую приносит ваша единодушная преданность беззаветному исполнению воли моего небесного Отца. Вам не нужно одинаково видеть, одинаково чувствовать или даже одинаково думать, чтобы быть одинаковыми духовно. Духовное единство рождается из сознания того, что каждый из вас наделен и всё более подчинен духовному дару небесного Отца. Ваше апостольское согласие должно произрастать из того факта, что духовная надежда каждого из вас тождественна по своему происхождению, природе и предназначению.

Так вы сможете обрести усовершенствованное единство духовной цели и духовного понимания, которые произрастают из вашего взаимного осознания идентичности Райских духов, пребывающих в каждом из вас; и вы сможете испытать всё это глубокое духовное единство, сохраняя предельное разнообразие своих индивидуальных особенностей в интеллектуальном мышлении, эмоциональном ощущении и социальном поведении. Ваши личности могут отличаться живительным разнообразием и явной непохожестью, в то время, как ваши духовные сущности и духовные плоды, приносимые божественным поклонением и братской любовью, могут быть столь едиными, что все свидетели вашей жизни наверняка заметят это духовное тождество и душевное единство; они поймут, что вы были со мной, благодаря чему научились – и научились достойно – исполнять волю небесного Отца. Вы можете достичь единства в служении Богу, и при этом характер вашего служения может соответствовать вашим индивидуальным умственным, телесным и душевным способностям.

Ваше духовное единство подразумевает две вещи, которые всегда будут согласовываться в жизни каждого верующего: во-первых, вы обладаете общим побуждением – прожить свою жизнь в служении; все вы превыше всего желаете исполнить волю небесного Отца. Во-вторых, у всех вас есть общая цель бытия – найти небесного Отца и тем самым доказать вселенной, что вы стали такими, как он».

Много раз за время подготовки апостолов Иисус возвращался к этой теме. Он неоднократно повторял им: он не желает, чтобы те, кто верит в него, стали приверженцами догм и норм в соответствии с религиозными толкованиями, – даже если этих толкований придерживаются благие люди.

Раз за разом он предостерегал своих апостолов против формулирования символов веры и установления традиций как способа руководства и управления теми, кто верит в евангелие царства.

Последняя неделя в Амафе

К концу последней недели, проведенной в Амафе, Симон Зелот привел к Иисусу перса по имени Тегерма – коммерсанта, ведущего дела в Дамаске. Тегерма прослышал об Иисусе и прибыл в Капернаум, чтобы увидеть его. Там он узнал, что Иисус отправился со своими апостолами по иорданской дороге в Иерусалим, и последовал за ним. Андрей представил Тегерму Симону для обучения. Симон считал его «огнепоклонником», несмотря на все попытки Тегермы объяснить ему, что огонь является всего лишь зримым символом Чистого и Святого. После разговора с Иисусом перс заявил о своем желании остаться на несколько дней, чтобы присутствовать на уроках и слушать проповеди.

Когда Симон Зелот и Иисус остались одни, Симон спросил Учителя: «Почему же мне не удалось уговорить его? Почему он так упорно противился мне и с такой готовностью стал слушать тебя?» Иисус ответил: «Симон, Симон, сколько раз я говорил тебе о необходимости воздерживаться от любых попыток изъять что-либо из сердец людей, которые ищут спасения? Сколько раз я призывал вас трудиться только над тем, чтобы вложить нечто в эти истосковавшиеся души? Приведи их в царство – и великие, живые истины царства вскоре вытеснят любое серьезное заблуждение. Когда ты уже познакомил смертного человека с тем, что Бог является его Отцом, тебе легче убедить его, что он действительно является Божьим сыном. И сделав это, ты тем самым принесешь свет спасения тому, кто пребывает во тьме. Симон, когда Сын Человеческий впервые пришел к вам, явился ли он с обличением Моисея и пророков и возвещением новой и лучшей жизни? Нет. Я пришел не для того, чтобы забрать то, что досталось вам от предков, но для того, чтобы показать более совершенное представление о том, что ваши отцы видели лишь отчасти. Потому ступай, Симон, учи царству и проповедуй его, и когда какой-нибудь человек надежно и уверенно утвердится в царстве и обратится к тебе с расспросами, тогда и настанет время рассказать ему о восхождении души в божественном царстве».

Симон был изумлен этими словами, но он сделал так, как велел ему Иисус, и перс Тегерма стал одним из вступивших в царство.

В тот вечер Иисус беседовал с апостолами о новой жизни в царстве. В числе прочего он сказал: «Когда вы вступаете в царство, вы рождаетесь заново. Вы не можете учить сложным духовным вещам тех, кто рожден только во плоти; прежде чем пытаться научить человека прогрессивным путям духа, позаботьтесь о том, чтобы он родился в духе. Не пытайтесь показать людям красоты храма, не приведя их сначала в этот храм. Знакомьте людей с Богом как сынов Божьих, прежде чем рассуждать о доктринах отцовства Бога и сыновства людей. Не боритесь с людьми – будьте всегда терпеливы. Это не ваше царство; вы являетесь всего лишь посланниками. Просто идите и возвещайте: вот царство небесное – Бог ваш Отец, и вы его сыны; и эта благая весть, если вы верите в нее всем сердцем, является вашим вечным спасением».

Апостолы добились огромных успехов за время пребывания в Амафе. Однако они были весьма разочарованы тем, что Иисус не дал им никаких рекомендаций относительно того, как вести себя с учениками Иоанна. Даже о таком важном вопросе, как крещение, Иисус сказал лишь одно: «Иоанн действительно крестил водой, но когда вы вступите в царство, вы будете крещены Духом».

В заиорданской Бетании

26 февраля Иисус, его апостолы и большая группа последователей отправились вдоль Иордана к переправе у Бетании в Перее; это было на том месте, где Иоанн впервые возвестил о грядущем царстве. Иисус и апостолы оставались там, в течение четырех недель, обучая и проповедуя, после чего они продолжили путь в Иерусалим.

Через неделю после прибытия в заиорданскую Бетанию Иисус, вместе с Петром, Иаковом и Иоанном, отправился на другой берег реки – в горы к югу от Иерихона – для трехдневного отдыха. Учитель раскрыл этим трем апостолам много новых прогрессивных истин о царстве небесном. В данном повествовании мы излагаем эти учения в преобразованном и систематизированном виде.

Учитель попытался разъяснить апостолам следующее: он желает, чтобы его ученики, вкусившие благих духовных реальностей царства, жили в этом мире так, чтобы люди, видя их жизнь, осознавали бы царство и, благодаря этому, ощущали бы потребность узнать у верующих о путях царства. Все такие искренние правдоискатели всегда рады услышать благую весть о том даре веры, который обеспечивает вхождение в царство с его вечными и божественными духовными реальностями.

Иисус стремился внушить всем учителям евангелия царства, что их единственная задача – раскрыть каждому человеку Бога как Отца: привести этого индивидуума к осознанию своего сыновства, а затем представить того же человека Богу в качестве его сына в вере.

Обе эти принципиальные истины раскрываются в Иисусе. Он воистину стал «путем, истиной и жизнью». Религия Иисуса целиком зиждилась на его посвященческой жизни на Земле. Когда Иисус покинул этот мир, он не оставил после себя книг, законов или других форм систематизации человеческого опыта, оказывающих воздействие на религиозную жизнь индивидуума.

Иисус разъяснял, что он пришел для установления таких личных и вечных отношений с людьми, которые навсегда стали бы первостепенными по сравнению со всеми остальными человеческими отношениями. И он подчеркивал, что это сокровенное духовное братство должно распространяться на всех людей, во все эпохи, для любых социальных условий, среди всех народов.

Единственной наградой, которую он предлагал своим детям в этом мире, была духовная радость и приобщение к божественному, в следующем мире – вечная жизнь в постепенном освоении божественных духовных реальностей Райского Отца.

Иисус придавал особое значение тому, что он называл двумя важнейшими истинами царства, а именно: достижение спасения через веру и только веру в сочетании с революционным учением о достижении человеческой свободы посредством искреннего осознания истины: «Вы познаете истину, и истина сделает вас свободными». Иисус являлся истиной, представшей во плоти, и он обещал послать Дух Истины в сердца всех своих детей после своего возвращения к небесному Отцу.

Иисус учил этих апостолов основам истины, рассчитанным на целую земную эпоху. Часто апостолы слушали его учения, предназначавшиеся в действительности для воодушевления и просвещения других миров. Он явил собою пример нового, самобытного плана жизни. С человеческой точки зрения, он действительно был евреем, но он прожил свою земную жизнь в облике смертного человека для всего мира.

Для того, чтобы обеспечить признание Отца в претворении плана царства, Иисус, как он объяснил апостолам, сознательно не обращал внимания на «великих мира сего». С самого начала он обращался со своей проповедью к беднякам – тому самому классу, который в значительной мере игнорировался большинством предшествовавших эволюционных религий. Он никого не презирал; его план был всемирным и даже вселенским. Из-за необыкновенной смелости и выразительности его заявлений у Петра, Иакова и Иоанна возникала мысль о том, что Иисус мог быть не в своем уме.

Он пытался осторожно внушить апостолам ту истину, что он явился с посвященческой миссией не для того, чтобы показать пример горстке земных созданий, а для того, чтобы создать и продемонстрировать идеал человеческой жизни для всех народов, во всех мирах, по всей своей вселенной. И этот идеал приближался к высшему совершенству, равно как и к высшей добродетели Всеобщего Отца. Однако апостолы не могли понять значения его слов.

Иисус заявил, что он пришел, чтобы быть учителем – учителем, посланным небом для раскрытия духовной истины материальному разуму. Именно таким он и был – учителем, а не проповедником. С человеческой точки зрения, Петр являлся значительно более успешным проповедником, чем Иисус. Проповедь Иисуса была столь эффективной, прежде всего благодаря его уникальной личности, а не его неотразимому красноречию или эмоциональности. Иисус обращался непосредственно к душам людей. Он учил человеческий дух, но действовал через разум. Он жил с людьми.

Именно тогда Иисус дал понять Петру, Иакову и Иоанну, что его труд на земле в некоторых отношениях ограничен поручением, данным его «небесным соратником», имея в виду предпосвященческие наставления его Райского брата Эммануила. Он сказал им, что он явился исполнить волю Отца – и только ее. Существующее в мире зло не столь сильно тревожило его потому, что он без остатка отдавал себя служению одной-единственной цели.

Постепенно апостолы начали отмечать неподдельное дружелюбие Иисуса. Несмотря на свою открытость, Учитель всегда жил независимо от всех людей и над ними. Он никогда, ни на мгновение, не был подвластен какому-либо чисто смертному влиянию или переменчивым человеческим суждениям. Он не обращал внимание на общественное мнение и оставался безучастным к похвале. Он редко тратил время на то, чтобы исправить недоразумение или возмутиться неправильным толкованием. Он никогда не спрашивал чьего-либо совета; он никогда не просил молиться.

Иаков был потрясен способностью Иисуса видеть всё от начала до конца. Учитель редко казался удивленным. Он никогда не бывал возбужденным, раздосадованным или смущенным. Он никогда и ни перед кем не извинялся. Временами он был опечален, но никогда не обескуражен.

Иоанн с еще большей ясностью увидел, что Иисус – несмотря на все его божественные способности – в конечном счете, был человеком. Иисус жил как человек среди людей; он понимал и любил людей и знал, как с ними обращаться. В своей личной жизни он был истинным человеком – и вместе с тем, человеком истинно безупречным. И он всегда был бескорыстен.

Хотя Петр, Иаков и Иоанн не поняли многого из того, что сказал им Иисус в тот день, его благодатные слова запали им в сердце. После распятия и воскресения эти слова пробудились в их памяти, став огромным богатством и радостью в их последующем служении. Неудивительно, что эти апостолы не до конца поняли слова Учителя, – ведь он разворачивал перед ними план новой эпохи.

Труд в Иерехоне

На протяжении четырех недель, проведенных в заиорданской Бетании, несколько раз в неделю Андрей отправлял апостолов попарно в Иерихон на один или два дня. В Иерихоне у Иоанна было много последователей, и большинство из них приветствовало более прогрессивные учения Иисуса и его апостолов. Во время этих посещений Иерихона апостолы начали уделять больше внимания велению Иисуса ухаживать за больными. Он посетили каждый дом в этом городе и попытались утешить каждого пораженного недугом человека.

В Иерихоне апостолы иногда выступали с проповедями, однако их труд в основном носил более неприметный и индивидуальный характер. Они обнаружили, что добрая весть о царстве чрезвычайно утешает больных, что их проповедь несет в себе исцеление недугов. Именно в Иерихоне они впервые в полной мере выполнили поручение Иисуса – проповедовать благую весть о царстве и помогать больным.

По пути в Иерусалим они остановились в Иерихоне, где их нагнала делегация из Месопотамии, члены которой прибыли побеседовать с Иисусом. Апостолы предполагали задержаться здесь только на день, но после прибытия этих правдоискателей с Востока Иисус провел с ними три дня, и они вернулись в родные места к берегам Евфрата, обрадованные знанием новых истин о царстве небесном.

Отбытие в Иерусалим

В понедельник, последний день марта, Иисус и апостолы начали подниматься на холмы, лежащие на пути к Иерусалиму. Ранее Лазарь из Вифании уже несколько раз приходил к Иисусу на Иордан. Было подготовлено всё необходимое для того, чтобы Учитель и его апостолы могли расположиться у Лазаря и его сестер и жить там, в течение всего их пребывания в Иерусалиме.

Ученики Иоанна остались в заиорданской Бетании, где учили и крестили народ. Поэтому когда Иисус появился в доме Лазаря, его сопровождали только двенадцать. Здесь Иисус и апостолы оставались в течение пяти дней, отдыхая и восстанавливая силы, прежде чем отправиться на Пасху в Иерусалим. Для Марфы и Марии это стало огромным событием в жизни – принимать Учителя и его апостолов в доме их брата, где они могли ухаживать за ними.

Утром в воскресенье, 6 апреля, Иисус и апостолы отправились в Иерусалим. Впервые Учитель и двенадцать были здесь все вместе.

Пасха в Иерусалиме

В апреле Иисус и апостолы трудились в Иерусалиме. По вечерам они покидали город и ночевали в Вифании. Сам Иисус одну или две ночи в неделю проводил в Иерусалиме в доме Флавия – греческого еврея, куда тайно приходили многие видные иудеи, желавшие побеседовать с Иисусом.

В первый же день Иисус посетил своего друга прошлых лет, бывшего первосвященника Ханана – родственника жены Зеведея, Саломии. Ханан был наслышан об Иисусе и его учениях, и, когда Иисус появился в доме первосвященника, ему был оказан весьма холодный прием. Когда Иисус почувствовал неприветливость Ханана, он сразу же распрощался, сказав перед уходом: «Страх – главный поработитель человека, а гордыня – его огромная слабость; предашь ли ты себя – отдашь ли себя в кабалу к обоим разрушителям радости и свободы?». Но Ханан ничего не ответил. Больше Учитель не встречался с Хананом вплоть до того дня, когда тот, вместе со своим зятем, судил Сына Человеческого.

Обучение в храме

В течение всего этого месяца Иисус или один из его апостолов ежедневно учили в храме. Когда пасхальные толпы становились такими плотными, что было невозможно попасть в храм, апостолы учили в нескольких группах за пределами священной территории. Основное содержание их проповеди заключалось в следующем:

1. Приблизилось царство небесное.

2. Через веру в отцовство Бога вы можете попасть в царство небесное и тем самым стать сынами Божьими.

3. Любовь – вот правило жизни в царстве: высшая преданность Богу и любовь к ближнему, как к самому себе.

4. Подчинение воле Отца, приносящее духовные плоды в личной жизни человека, является законом царства.

Прибывший на празднование Пасхи народ слушал это учение, и сотни людей возрадовались благой вести. Иисус и его апостолы начали сильно беспокоить первосвященников и правителей евреев, споривших между собой о том, что с ними делать.

Кроме обучения в храме и вблизи него, апостолы и другие верующие проводили большую индивидуальную работу среди пасхальных толп. Заинтересовавшись идеями Иисуса во время празднования Пасхи, эти мужчины и женщины разнесли их в самые отдаленные уголки Римской империи и Востока. Это стало началом распространения евангелия царства в мире. С тех пор труд Иисуса уже не ограничивался Палестиной.

Божий гнев

Среди прибывших в Иерусалим на празднование Пасхи был некий Иаков – богатый еврейский торговец с Крита. Иаков явился к Андрею с просьбой увидеть Иисуса с глазу на глаз. Андрей договорился о тайной встрече с Иисусом, которая состоялась в доме Флавия вечером следующего дня. Этот человек не понимал идей Учителя и пришел для того, чтобы подробнее расспросить его о царстве Божьем. Иаков сказал Иисусу: «Однако, Равви, Моисей и древние пророки говорят нам, что Ягве – Бог ревнивый, Бог великого и страшного гнева. У пророков сказано, что он ненавидит злодеев и воздает всем законоотступникам. Ты и твои ученики, вы учите нас, что Бог – это добрый и сострадательный Отец, любящий всех людей такой любовью, что он хотел бы приветствовать их в своем новом царстве, которое, как ты заявляешь, уже совсем близко».

Когда Иаков закончил говорить, Иисус ответил: «Иаков, ты хорошо изложил доктрины древних пророков, учивших детей своего поколения в духе того времени. Наш Райский Отец неизменен, однако представление о его сущности расширялось и росло со времен Моисея до эпохи Амоса и, далее, вплоть до поколения, к которому принадлежал пророк Исайя. Я же пришел во плоти для того, чтобы раскрыть Отца в новой славе и показать его любовь и милосердие всем людям во всех мирах. По мере распространения в мире евангелия этого царства, несущего всем людям идею сердечного тепла и благоволения, отношения между семьями всех народов будут улучшаться. Со временем отцы и дети будут больше любить друг друга, и тем самым человек достигнет лучшего понимания любви небесного Отца к его земным детям. Помни, Иаков, что хороший, настоящий отец не только любит свою семью в целом – как семью, – но также истинно любит и опекает каждого ее отдельного члена».

После обстоятельного обсуждения характера небесного Отца, Иисус умолк, а затем произнес: «Как многодетный отец, ты, Иаков, прекрасно знаешь истинность моих слов». Иаков удивился: «Однако, Учитель, кто поведал тебе о том, что у меня шестеро детей? Откуда ты это узнал?» И Учитель ответил: «Достаточно сказать, что Отец и Сын знают всё, ибо поистине они видят всё. Любя своих детей как земной отец, ты должен признать теперь реальность любви небесного Отца к тебе – не просто ко всем детям Авраама, а к тебе и твоей индивидуальной душе».

Затем Иисус продолжил свою речь словами: «Когда твои дети очень молоды и незрелы, и когда ты должен наказать их, они могут подумать, что их отец рассержен и исполнен возмущения и гнева. Из-за своей незрелости они воспринимают только наказание и не видят прозорливой и исправляющей любви отца. Но, когда те же самые дети становятся взрослыми мужчинами и женщинами, разве не было бы глупым с их стороны придерживаться прежних, неверных представлений о своем отце? Став взрослыми, во всех этих прошлых наказаниях они должны видеть отеческую любовь. И по мере того, как один век сменяется другим, разве не должно человечество обретать лучшее понимание подлинной сущности и любящего характера небесного Отца? Какая польза от череды духовно просвещенных поколений, если вы продолжаете видеть Бога таким, каким его видели Моисей и пророки? Я говорю тебе, Иаков, что в ясном свете этого часа ты должен видеть Отца таким, каким его не видел никто другой до тебя. И увидев его таким, ты должен возрадоваться и войти в царство, где правит столь милосердный Отец, и ты должен стремиться к тому, чтобы отныне твоя жизнь подчинялась его исполненной любви воле».

И Иаков ответил: «Равви, я верю; я хочу, чтобы ты привел меня в царство Отца».

Представление о Боге

В тот вечер двенадцать апостолов, большинство из которых слушали это рассуждение о характере Бога, задали Иисусу много вопросов о небесном Отце. На современном языке, ответы Учителя на эти вопросы можно наилучшим образом передать в форме следующего обобщения.

Иисус высказал мягкий упрек апостолам. По существу, он сказал им: «Разве вы не знаете преданий Израиля, касающихся эволюции представления о Ягве? Разве вы не слышали, чему учат Писания относительно доктрины Бога?». И затем Учитель начал рассказывать апостолам об эволюции концепции Божества в течение всего процесса становления еврейского народа. Он особо выделил следующие стадии роста идеи Бога:

1. Ягве – бог синайских кланов. Это примитивное представление о Божестве было поднято Моисеем на более высокий уровень Господа Бога Израиля. Небесный Отец никогда не отвергает искреннего поклонения своих земных детей, каким бы незрелым ни было их представление о Божестве и каким бы именем они не называли его божественную сущность.

2. Всевышний. Эта концепция небесного Отца была провозглашена Аврааму Мелхиседеком. Впоследствии те, кто уверовал в это увеличенное и расширенное представление о Божестве, отправились из Салима в дальние страны с проповедью нового учения. Авраам и его брат покинули Ур из-за возникновения культа солнца и уверовали в учение Мелхиседека об Эль-Эльоне – Всевышнем Боге. Они придерживались смешанной концепции Бога, в которой слились их прежние месопотамские идеи и доктрины Всевышнего.

3. Эль-Шаддай. В те давние времена многие иудеи поклонялись Эль-Шаддаю – египетскому представлению о небесном Боге, о котором они узнали, находясь в плену в земле, где течет Нил. Спустя много лет после Мелхиседека, все три представления о Боге соединились в доктрине Божества-создателя, Господа Бога Израиля.

4. Элогим. Учение о Райской Троице существует со времен Адама. Разве вы не помните, что Писания начинаются с утверждения: «В начале Боги сотворили небо и землю»? Это значит, что уже тогда представление о Троице – трех Богах в одном – занимало прочное место в религии наших праотцов.

5. Верховный Ягве. Ко времени Исайи эти вероучения о Боге расширились до концепции Всеобщего Создателя, который одновременно являлся всемогущим и всемилостивым. И это эволюционирующее и растущее представление о Боге вытеснило практически все предшествующие концепции Божества в религии наших отцов.

6. Небесный Отец. И теперь мы знаем Бога как нашего небесного Отца. Наше учение предлагает религию, в которой верующий является сыном Божьим. Это и есть благая весть евангелия небесного царства. Сын и Дух сосуществуют с Отцом, и откровение о сущности и служении этих Райских Божеств будет расти и проясняться на протяжении бесконечных веков вечного духовного развития восходящих Божьих сынов. Во все времена и во все эпохи истинное поклонение любого человека – в том, что касается индивидуального духовного прогресса, – воспринимается его внутренним духом как преклонение перед небесным Отцом.

Никогда прежде апостолы не испытывали такого же потрясения, как после этого рассказа об эволюции концепции Бога в сознании иудеев предыдущих поколений. Они были слишком озадачены, чтобы задавать вопросы. Они сидели, молча перед Иисусом, и Учитель продолжал: «Вы знали бы эти истины, если бы читали Писания. Разве вы не помните то место из Книги Царств, где говорится: „И гнев Господен настолько возгорелся на Израиль, что он возбудил против них Давида, говоря: пойдите, пересчитайте народ Израиля и Иудеи"? И это было неудивительно, потому что в дни Самуила дети Авраама действительно верили в то, что Ягве создал и добро, и зло. Но, когда после расширения иудейского представления о сущности Бога более поздний автор пересказывал эти события, он не решился приписать зло Ягве; поэтому он сказал: „И поднялся Сатана против Израильтян и подстрекнул Давида пересчитать народ Израиля". Разве вы не видите, что такие места в Писаниях ясно показывают, как представление о сущности Бога продолжало расти от одного поколения к другому?

К тому же, вы должны были бы заметить, что в полном согласии с этими расширявшимися представлениями о божественности происходила эволюция в понимании божественного закона. В эпоху исхода детей Израиля из Египта, до появления расширенного откровения Ягве, у них было десять заповедей, которые служили им законом, пока они не расположились лагерем у Синая. Вот эти десять заповедей:

1. Не поклоняйся никакому другому богу, ибо Господь – Бог ревнивый.

2. Не делай литых богов.

3. Соблюдай праздник пресных хлебов.

4. Все первенцы у людей или скота – мои, говорит Господь.

5. Работай шесть дней, а на седьмой день отдыхай.

6. Соблюдай праздник первых плодов и праздник кущей в конце года.

7. Не изливай крови жертвы на квасной хлеб.

8. Не оставляй мяса с Пасхи до следующего утра.

9. Самые первые плоды земли приноси в дом Господа, Бога твоего.

10. Не вари козленка в молоке его матери.

И затем, посреди грома и молний Синая, Моисей дал им десять новых заповедей, которые – с чем вы все согласитесь – более достойны расширяющихся представлений о Божестве, воплощенных в образе Ягве. И разве вы никогда не обращали внимание на тот факт, что из двух случаев, в которых упоминаются эти заповеди, в первом соблюдение субботы связывается с освобождением из Египта, в то время как во втором прогресс религиозных верований наших праотцов потребовал внести изменения, признающие факт творения в качестве причины соблюдения субботы?

И вспомните, что во времена Исайи, в эпоху великого духовного просвещения, эти десять негативных заповедей были еще раз превращены в великий и позитивный закон любви – предписание любить Бога превыше всего и любить своего ближнего, как самого себя. И я тоже провозглашаю вам именно этот высший закон любви к Богу и человеку, ибо в нем – весь долг человека».

И когда он закончил говорить, никто не задал ни одного вопроса. Каждый отправился на покой.

Флавий и греческая культура

Греческий еврей Флавий был прозелитом врат, не являясь ни обрезанным, ни крещеным; а так как он был большим ценителем красоты в искусстве и скульптуре, то во время своих посещений Иерусалима он занимал красивый дом. Этот дом был изысканно украшен бесценными сокровищами, собранными в путешествиях по разным странам. Поначалу, задумав пригласить к себе Иисуса, он опасался, что зрелище этих так называемых идолов оскорбит Учителя. Но Флавий был приятно удивлен, когда, войдя в его дом, Иисус – вместо того, чтобы укорять его за обладание этими якобы идолопоклонническими предметами, находившимися повсюду в доме, – проявил огромный интерес к этой коллекции и, пока Флавий сопровождал его из комнаты в комнату, демонстрируя все свои любимые статуи, много расспрашивал его, по достоинству оценив каждый предмет.

Учитель заметил, что хозяин был поражен его положительным отношением к искусству. Поэтому, закончив осмотр, Иисус сказал: «Почему ты ждешь порицания за свою любовь к красоте вещей, созданных моим Отцом и воспроизведенных руками мастера? Почему все люди должны неодобрительно относиться к воспроизведению изящества и красоты из-за того, что Моисей пытался бороться с идолопоклонством и почитанием ложных богов? Я говорю тебе, Флавий, что дети Моисея превратно поняли его, и теперь они действительно творят лжебогов даже из его запретов на идолов и изображение того, что есть на небе и на земле. Но, если Моисей и внушал подобные запреты темным и невежественным людям своего времени, какое отношение это имеет к сегодняшнему дню, когда небесный Отец раскрыт, как всеобщий Духовный Правитель всего сущего? И я заявляю, Флавий, что в грядущем царстве люди не будут более учить: не поклоняйся этому и не поклоняйся тому; все будут беспокоиться уже не о приказах – воздерживаться от этого и ни в коем случае не делать того, – а о выполнении единственного высшего долга. И этот человеческий долг выражается в двух великих привилегиях: искреннем поклонении бесконечному Создателю, Райскому Отцу, и любвеобильном служении своим товарищам. Если ты любишь своего ближнего, как самого себя, ты действительно знаешь, что являешься сыном Божьим.

В эпоху, когда отсутствовало правильное понимание моего Отца, попытки Моисея противостоять идолопоклонству были оправданы. Однако в грядущую эпоху Отец будет раскрыт в жизни Сына; и это новое раскрытие Бога навеки избавит от необходимости смешивать Отца-Создателя с каменными истуканами или золотыми и серебряными идолами. Впредь разумные люди смогут наслаждаться сокровищами искусства без того, чтобы путать такое материальное восприятие красоты с поклонением и служением Отцу в Раю – Богу всех вещей и существ».

Флавий уверовал во всё, что раскрыл ему Иисус. На следующий день он отправился в заиорданскую Бетанию и был крещен учениками Иоанна. Он поступил так потому, что апостолы Иисуса еще не крестили верующих. Когда Флавий вернулся в Иерусалим, он устроил большой прием в честь Иисуса, пригласив шестьдесят своих друзей. И многие из этих гостей также уверовали в проповедь грядущего царства.

Беседа об уверенности

Одна из прекрасных проповедей, произнесенных Иисусом в храме на этой пасхальной неделе, прозвучала в ответ на вопрос слушателя, прибывшего из Дамаска. Этот человек спросил Иисуса: «Однако, Равви, как мы можем быть уверены в том, что ты послан Богом и что мы действительно войдем в это царство, которое, как возвещаешь ты и твои ученики, приблизилось?» И Учитель ответил:

«Что касается моей проповеди и учения моих последователей, то вы должны судить их по их плодам. Если мы провозглашаем вам истины духа, дух подтвердит в ваших сердцах подлинность нашей проповеди. Что же касается царства и уверенности в том, что небесный Отец примет вас, позвольте мне спросить, найдется ли среди вас отец, – достойный и милосердный отец, – который держал бы своего сына в тревоге или неведении относительно его положения в семье или наличия у него надежного места в любящем сердце отца? Разве земному отцу нравится терзать свое дитя сомнениями, есть ли для него в отцовском сердце свой уголок – уголок неизменной любви? Так и ваш небесный Отец не оставляет своих верующих детей духа в неизвестности и неуверенности относительно их положения в царстве. Если вы принимаете Бога как своего Отца, вы действительно и истинно являетесь сынами Божьими. А если вы являетесь сынами, то вы занимаете прочное положение во всём, что касается статуса вечного и божественного сыновства. Если вы верите моим словам, то тем самым вы верите в Того, кто меня послал, и через эту веру в Отца вы утвердились в своем небесном гражданстве. Если вы будете исполнять волю небесного Отца, вы никогда не оступитесь, стремясь к вечной жизни и прогрессу в божественном царстве.

Вместе с живущим в каждом из вас духом, Высший Дух засвидетельствует, что вы являетесь истинными детьми Божьими. А если вы являетесь сынами Божьими, то вы родились от духа Божьего; и всякий, кто родился от духа, обладает способностью преодолеть любое сомнение, а победа над любой неуверенностью и есть ваша вера.

Об этих временах сказано у пророка Исайи: „Когда дух изольется на нас свыше, тогда делом праведности станет мир, спокойствие и уверенность вовеки". И для всех, кто искренне верит в это евангелие, я стану залогом того, что они будут приняты в вечное счастье и бессмертную жизнь в царстве моего Отца. Поэтому вы, слушающие эту проповедь и уверовавшие в евангелие царства, являетесь сынами Божьими, имеющими вечную жизнь; и для всего мира свидетельством вашего рождения в духе является ваша искренняя любовь друг к другу».

В течение многих часов Иисус был окружен толпой слушателей, которые задавали ему вопросы и внимали его утешительным ответам. Слова Иисуса придали сил и апостолам, подвигнув их на более энергичную и уверенную проповедь евангелия царства. Этот иерусалимский опыт стал источником великого вдохновения для двенадцати. Они впервые соприкоснулись со столь громадными толпами и извлекли много ценных уроков, принесших огромную пользу в их дальнейшей работе.

Встреча с Никодимом

Однажды вечером дом Флавия посетил Никодим – богатый престарелый член еврейского синедриона. Он был наслышан об учениях галилеянина, и потому в один из дней, пополудни, отправился послушать, как Иисус учит во дворах храма. Никодим посещал бы проповеди Иисуса чаще, но он боялся, что присутствующие узнают его, ибо расхождения между еврейскими правителями и Иисусом уже достигли такой глубины, что ни один из членов синедриона не хотел открыто солидаризироваться с ним. Поэтому Никодим договорился через Андрея о тайной встрече с Иисусом в тот вечер после захода солнца. В начале разговора Петр, Иаков и Иоанн находились в саду Флавия, однако позднее все они перешли в дом, где была продолжена беседа.

Принимая Никодима, Иисус не оказывал ему какого-то особого внимания; беседуя с ним, он не шел на компромиссы или излишние уговоры. Учитель не пытался оттолкнуть своего тайного гостя или прибегнуть к сарказму. Во всех своих отношениях с высокопоставленным посетителем Иисус держался спокойно, серьезно и достойно. Никодим не являлся официальным представителем синедриона; он пришел к Иисусу из-за своего личного искреннего интереса к его учениям.

После того, как Флавий представил Никодима, тот сказал: «Равви, мы знаем, что ты – учитель, посланный Богом, ибо никто не мог бы так учить, если бы с ним не было Бога. И я хотел бы узнать больше о твоих учениях относительно грядущего царства».

Иисус ответил Никодиму: «Истинно, истинно говорю тебе, Никодим: только тот, кто родился свыше, может увидеть царство Божье». Тогда Никодим сказал: «Но как может старый человек родиться заново? Ведь не может же он возвратиться в материнскую утробу и родиться во второй раз». Иисус сказал: «И, тем не менее, я говорю тебе: тот, кто не родится от духа, не может войти в царство Божье. Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от духа есть дух. Но не удивляйся моим словам о том, что ты должен родиться свыше. Когда дует ветер, ты слышишь шелест листьев, но не видишь ветра – откуда и куда он дует; так бывает со всяким, рожденным от духа. Глазами плоти ты можешь видеть проявления духа, но ты неспособен увидеть сам дух».

Никодим ответил: «Но я не понимаю – как это возможно?» Иисус сказал: «Ты наставник израильтян и не знаешь этого? А посему те, кто знает о реальностях духа, должны раскрывать их тем, кто видит только проявления материального мира. Но, поверишь ли нам, если мы будем говорить тебе о небесных истинах? Хватит ли у тебя мужества, Никодим, поверить в того, кто сошел с неба – в Сына Человеческого?» .

И Никодим сказал: «Но как я могу овладеть этим духом, который должен переродить меня для того, чтобы я мог войти в царство?». Иисус ответил: «Дух небесного Отца уже пребывает в тебе. Если ты подчинишься руководству духа свыше, то вскоре ты начнешь видеть глазами духа, и затем, благодаря беззаветному избранию духовного руководства, ты будешь рожден в духе, ибо единственной твоей целью в жизни будет исполнение воли твоего небесного Отца. Так, рожденный в духе и счастливый в царстве Божьем, ты начнешь приносить в своей ежедневной жизни обильные плоды духа».

Никодим был совершенно искренним. Слова Иисуса глубоко поразили его, однако он ушел в замешательстве. Никодим достиг больших успехов в личном развитии, сдержанности и даже в обретении высоких нравственных качеств. Он отличался изысканными манерами, себялюбием и доброжелательностью, но он не знал, как подчинить свою волю воле божественного Отца подобно малому дитя, готовому подчиниться опеке и руководству мудрого и любящего земного отца, чтобы действительно стать сыном Божьим – эволюционирующим наследником вечного царства.

И всё же у Никодима хватило веры, чтобы войти в царство. Он слабо протестовал, когда его коллеги по синедриону пытались осудить Иисуса без допроса; и позднее, вместе с Иосифом Аримафейским, он смело признался в своей вере и испросил тело Иисуса, несмотря на то, что большинство учеников в страхе бежали с мест последних страданий и смерти Учителя.

Урок о семье

После напряженной пасхальной недели в Иерусалиме, прошедшей в обучении и индивидуальном труде, Иисус и его апостолы провели среду в Вифании, посвятив ее отдыху. В тот день Фома задал вопрос, который стал причиной длительного и поучительного ответа. Фома сказал: «Учитель, в тот день, когда мы были избраны в качестве посланников царства, ты рассказал нам о многих вещах, дал нам наставления относительно нашего личного образа жизни; но чему мы должны учить народ? Как должны жить эти люди после более полного установления царства? Могут ли твои ученики владеть рабами? Следует ли верующим в тебя людям чтить бедность и сторониться богатства? Должно ли господствовать одно только милосердие, так что у нас не останется закона и правосудия?» Все послеобеденное время и весь вечер после ужина Иисус и апостолы обсуждали вопросы Фомы. В данном повествовании предлагается краткое изложение сказанного Учителем.

Сначала Иисус попытался разъяснить своим апостолам, что сам он находится на земле для того, чтобы прожить уникальную жизнь во плоти, и что они, двенадцать, призваны участвовать в этом посвященческом опыте Сына Человеческого. И многие ограничения, и обязанности, накладываемые всем опытом посвящения, должны распространяться также на них, как на его соратников. В его словах присутствовал скрытый намек на то, что Сын Человеческий является единственным существом, когда-либо жившим на земле, способным одновременно проникать в самое сердце Бога и в самые глубины человеческой души.

Иисус совершенно недвусмысленно объяснил, что царство небесное является эволюционным опытом, который начинается здесь, на земле, и развивается на последующих этапах жизни вплоть до Рая. В ходе вечера он со всей определенностью заявил, что на некоторой будущей стадии развития царства он вновь посетит этот мир в духовном могуществе и божественной славе.

Затем он разъяснил, что «идея царства» не лучшим образом иллюстрирует отношение человека к Богу, однако он воспользовался этой метафорой потому, что еврейский народ надеется на царство, а также потому, что Иоанн использовал в своей проповеди образ грядущего царства. Иисус сказал: «В другую эпоху люди лучше поймут евангелие царства, когда оно будет представлено с точки зрения семейных отношений – когда люди будут понимать религию, как учение об отцовстве Бога и братстве людей, сыновстве человека по отношению к Богу». После этого Учитель какое-то время говорил о земной семье, как примере небесной семьи, и по-новому сформулировал два основных закона жизни: первую заповедь о любви к отцу, главе семьи, и вторую заповедь о взаимной любви между детьми – любить своего брата, как самого себя. И после этого он объяснил, что такая особенность братского чувства неизбежно проявится в бескорыстном и любвеобильном общественном служении.

Вслед за этим состоялось достопамятное обсуждение характерных черт семейной жизни применительно к взаимоотношениям, существующим между Богом и человеком. Иисус отметил, что в основе настоящей семьи лежат семь фактов:

1. Факт существования. Природные взаимоотношения и сродство смертных переплетены в семье: дети наследуют определенные родительские черты. Дети происходят от родителей; существование личности зависит от действия, предпринятого родителем. Отношения отца и ребенка присущи всей природе и распространяются на все живые субстанции.

2. Безопасность и удовольствие. Настоящие отцы с огромным удовольствием обеспечивают своих детей всем необходимым. Многие отцы не ограничиваются одним только удовлетворением потребностей детей: им нравится заботиться также о том, чтобы их дети получали удовольствие.

3. Образование и воспитание. Мудрые отцы тщательно планируют образование и адекватное воспитание своих сыновей и дочерей, готовя их смолоду к более серьезным обязательствам в последующей жизни.

4. Дисциплина и принуждение. Предусмотрительные отцы заботятся также о должной дисциплине, руководстве, наказании и, порой, принуждении своего молодого и незрелого потомства.

5. Товарищество и преданность. Любящий отец поддерживает тесные и сердечные отношения со своими детьми. Он всегда готов выслушать их просьбы, разделить с ними их горести и помочь им в преодолении трудностей. Отец в высшей степени заинтересован в улучшении благополучия своего потомства.

6. Любовь и милосердие. Сочувствующий отец легко прощает; отец не держит зла на своих детей. Отцы не похожи на судей, врагов или кредиторов. Настоящие семьи основаны на терпимости, выдержке и умении прощать.

7. Забота о будущем. Бренные отцы стремятся оставить наследство своим сыновьям. Семья продолжается от одного поколения к другому. Смерть кладет конец только одному поколению, чтобы положить начало следующему. Смерть прекращает жизнь индивидуума, но не обязательно разрушает семью.

Часами Учитель обсуждал применение этих характеристик семейной жизни к взаимоотношениям человека, земного дитя, и Бога, Райского Отца. И его вывод был следующим: «Я в совершенстве познал всё, что касается отношения сына к Отцу, ибо я уже достиг всего, чего вы должны достигнуть в сыновстве в вечном будущем. Сын Человеческий готов вознестись и занять место по правую руку Отца, так что во мне для всех вас еще шире открывается путь к Богу; и, встав на этот путь, вы станете совершенными, как совершенен ваш небесный Отец, прежде чем завершите свое славное восхождение».

Когда апостолы услышали эти поразительные слова, им вспомнилось то, что говорил Иоанн во время крещения Иисуса. Этот эпизод всегда жил в их памяти в течение всей проповеднической и просветительской деятельности после смерти и воскресения Учителя.

Иисус является божественным Сыном, который пользуется абсолютным доверием Всеобщего Отца. Он был с Отцом и целиком его понимал. Теперь же он в полной мере удовлетворил Отца своей прожитой на земле жизнью, и эта инкарнация во плоти позволила ему полностью понять человека. Иисус являлся совершенством человека. Он достиг именно такого совершенства, которого – в нем и через него – суждено достичь всем истинно верующим. Иисус раскрыл человеку Бога совершенства и в собственном лице представил Богу усовершенствованного сына миров.

Хотя Иисус говорил в течение нескольких часов, Фома не был удовлетворен, ибо он сказал: «Однако, Учитель, на наш взгляд, небесный Отец не всегда относится к нам благоприятно и милосердно. Нередко мы мучительно страдаем на земле, и наши молитвы не всегда бывают услышанными. В чём нам не удается понять смысл твоего учения?»

Иисус ответил: «Фома, Фома, когда же ты научишься внимать духовным слухом? Сколько времени должно пройти, прежде чем ты осознаешь, что это царство – царство духовное, и что мой Отец – существо тоже духовное? Разве ты не понимаешь, что я учу вас как духовных детей небесной семьи духа, и что глава этой семьи – бесконечный и вечный дух? Разве ты не можешь позволить мне использовать земную семью как пример божественных отношений, без того, чтобы буквально применять мое учение к тому, что материально? Разве ты неспособен отделить в своем сознании духовные реальности царства от сегодняшних материальных, социальных, экономических и политических проблем? Когда я говорю языком духа, зачем ты упорно переводишь вкладываемый мною смысл на язык плоти только потому, что в качестве примера я предпочитаю пользоваться обычными и буквальными отношениями? Мои дети, я призываю вас перестать примерять учение о царстве духа к таким низменным вещам, как рабство, бедность, дома, земли, а также к материальным проблемам человеческой справедливости и правосудия. Эти бренные вещи относятся к людям этого мира, и хотя они, в некотором роде, затрагивают всех людей, вы были призваны представлять в этом мире меня, так же, как я представляю своего Отца. Вы являетесь духовными посланниками духовного царства, особыми представителями духовного Отца. К этому времени я должен был бы уже учить вас, как взрослых людей духовного царства. Неужели мне всегда придется обращаться с вами, как с детьми? Неужели вы никогда не повзрослеете в своем духовном восприятии? И всё же я люблю вас и буду терпелив к вам до самого конца нашей связи во плоти. Но и после того мой дух будет идти прежде вас по всему миру».

В южной Иудее

К концу апреля оппозиция Иисусу среди фарисеев и саддукеев стала столь явной, что Учитель и его апостолы решили на время покинуть Иерусалим и продолжить свою деятельность на юге – в Вифлееме и Хевроне. Весь май прошел в индивидуальном труде в этих городах и среди жителей окружающих деревень. Во время этого путешествия Иисус и апостолы не выступали с публичными проповедями, ограничившись посещением домов. Часть этого времени, пока апостолы учили евангелию и помогали больным, Иисус и Абнер провели в колонии назореев в Ен-Геди. Отсюда вышел Иоанн Креститель, и Абнер являлся главой этой группы. Многие члены братства назореев уверовали в Иисуса, но в своем большинстве эти аскетичные и чудаковатые мужчины отказывались принять его как учителя, посланного свыше, потому что он не призывал к посту и другим видам самоотречения.

Люди, жившие в этих местах, не знали, что Иисус родился в Вифлееме. Как и огромное большинство учеников, они всегда считали, что Учитель родился в Назарете. Однако апостолы знали истинное положение вещей.

Время, проведенное в южной Иудее, было периодом спокойного и плодотворного труда; царство пополнилось многими новыми душами. К началу июня нападки на Иисуса в Иерусалиме почти прекратились, что позволило Учителю и апостолам вернуться туда для наставления и утешения верующих.

Хотя весь июнь Иисус и апостолы провели в Иерусалиме и его окрестностях, в этот период они не учили публично. Большую часть времени они жили в палатках, поставленных в тенистом парке, или в саду, в то время известном как Гефсимания. Этот сад находился на западном склоне Елеонской горы неподалеку от ручья Кедрон. Субботние выходные они обычно проводили в Вифании в обществе Лазаря и его сестер. Лишь несколько раз Иисус посещал Иерусалим, однако множество посетителей приходили к нему из города в Гефсиманию. Однажды вечером в пятницу Никодим и Иосиф Аримафейский решили посетить Иисуса, но испугались и повернули назад уже тогда, когда стояли перед входом в палатку Учителя. И, конечно, они не догадывались, что Иисус всё знал об их действиях.

Когда правители евреев узнали о том, что Иисус вернулся в Иерусалим, они решили было арестовать его. Однако увидев, что он не выступает с публичными проповедями, они сделали вывод, что он напуган их прошлыми угрозами и решили прекратить дальнейшие преследования и позволить ему продолжать учить в такой не привлекающей внимания манере. События развивались спокойно вплоть до последних дней июня, когда некий Симон, член синедриона, публично поддержал учение Иисуса, заявив об этом еврейским правителям. Сразу же раздались новые призывы к аресту Иисуса, и события приняли столь серьезный оборот, что Учитель решил удалиться в города Самарии и Декаполиса.

По Самарии

В конце июня 27 года н. э., из-за усилившегося противодействия еврейских религиозных правителей, Иисус и двенадцать покинули Иерусалим, отправив свои палатки и скудное личное имущество на хранение в дом Лазаряв Вифанию. По дороге на север, в Самарию, они задержались на субботу в Вефиле. Здесь в течение нескольких дней они проповедовали людям, пришедшим из Гофны и Ефраима. Группа жителей Аримафеи и Фимны прибыла, чтобы пригласить Иисуса посетить их селения. Более двух недель Учитель и его апостолы учили евреев и самаритян этого района, многие из которых пришли из таких далеких мест, как Антипатрида, чтобы услышать благую весть о царстве.

Жители южной Самарии с удовольствием слушали Иисуса, и апостолам, за исключением Иуды Искариота, удалось в значительной мере преодолеть свое предубеждение против самаритян. Иуде было очень трудно полюбить их. На последней неделе июля Иисус и его товарищи были готовы отправиться к Иордану, в новые греческие города Фазель и Архелай.

Проповедь в Архелае

В течение первой половины августа центрами деятельности апостольской группы стали греческие города Архелай и Фазель, где им впервые пришлось выступать с проповедями перед аудиторией, состоящей практически из одних иноплеменников – греков, римлян и сирийцев, – ибо в двух этих греческих городах было очень мало евреев. Общаясь с этими римскими гражданами, апостолы столкнулись с новыми трудностями при возвещении грядущего царства и услышали новые возражения против учений Иисуса. На одной из многих вечерних бесед со своими апостолами Иисус внимательно выслушал эти возражения против евангелия царства из уст двенадцати, рассказавших о впечатлениях, накопленных за время индивидуального труда.

Филипп задал характерный вопрос, свидетельствующий о тех трудностях, с которыми им пришлось столкнуться. Филипп сказал: «Учитель, эти греки и римляне умаляют значение нашей проповеди, говоря, что такие учения годятся лишь для слабых и рабов. Они заявляют, что языческая религия превосходит наше учение, ибо подвигает на обретение сильного, здорового и энергичного характера. Они утверждают, что мы хотели бы превратить всех людей в лишенных сил, пассивных непротивленцев, которые вскоре исчезли бы с лица земли. Ты, Учитель, нравишься им, и они открыто признают, что твое учение является небесным и идеальным, однако они не желают относиться к нам серьезно. Они заявляют, что твоя религия – не для мира сего и что люди неспособны жить так, как ты учишь. Что же, Учитель, отвечать нам этим иноверцам?»

Выслушав аналогичные возражения против евангелия царства от Фомы, Нафанаила, Симона Зелота и Матфея, Иисус сказал апостолам: «Я пришел в этот мир для того, чтобы исполнить волю моего Отца и раскрыть его любвеобильный характер всему человечеству. В этом, мои братья, и состоит моя миссия. И я буду выполнять только ее, независимо от непонимания, которое мое учение может встретить со стороны евреев или иноверцев этого или иного поколения. Но вы не должны упускать из виду того, что даже божественная любовь предполагает суровую дисциплину. Любовь отца к своему сыну нередко заставляет отца удерживать своего легкомысленного отпрыска от неразумных поступков. Дитя не всегда понимает мудрые и исполненные любви мотивы отца, который сдерживает его дисциплиной. Но я заявляю вам, что мой Отец в Раю воистину правит вселенной вселенных за счет побуждающей силы своей любви. Любовь является величайшей из всех духовных реальностей. Истина – это освобождающее откровение, однако любовь есть высшее отношение. И какие бы просчеты в управлении миром не допускали ваши собратья сегодня, в будущую эпоху этим миром будет править евангелие, которое я провозглашаю вам. Высшая цель человеческого прогресса – благоговейное признание отцовства Бога и претворение исполненного любви братства людей.

Но кто сказал вам, что мое евангелие предназначено только для рабов и слабых? Разве вы, мои избранные апостолы, похожи на слабых людей? Разве Иоанн походил на слабого человека? Разве вы видите, что я порабощен страхом? Действительно, в этом поколении проповедь евангелия обращена к бедным и угнетенным. Религии этого мира отвернулись от бедных, однако мой Отец нелицеприятен. Кроме того, нынешние бедняки будут первыми, кто откликнется на призыв к раскаянию и принятию сыновства. Евангелие царства должно проповедоваться всем – иудеям и язычникам, грекам и римлянам, богатым и бедным, свободным и подневольным – и в равной мере молодым и старым, мужчинам и женщинам.

Не думайте, что служение царству отличается однообразной безмятежностью, поскольку мой Отец является Богом любви и с удовольствием проявляет свое милосердие. Восхождение к Раю – высшее свершение за всё время, трудное достижение вечности. Служение царству на земле потребует от вас всей мужественной зрелости, на которую будете способны вы и ваши соратники. Многие из вас примут смерть за вашу верность евангелию этого царства. Легко умереть в физическом сражении, в строю, когда ваша храбрость укрепляется присутствием сражающихся товарищей. Однако нужна более высокая и глубокая форма человеческой храбрости и преданности, чтобы спокойно и в полном одиночестве сложить голову за любовь к истине, живущей в вашем смертном сердце.

Сегодня неверующие могут насмехаться над тем, что вы проповедуете евангелие непротивления и живете жизнью, свободной от насилия, но вы являетесь первыми добровольцами в длинном ряду искренних верующих в евангелие этого царства, которые потрясут человечество своей героической преданностью этим учениям. Никакие армии мира никогда не продемонстрируют такую же храбрость и отвагу, как вы и ваши верные последователи, провозглашающие по всему миру благую весть, – отцовство Бога и братство людей. Храбрость плоти – низшая форма смелости. Отвага разума – более высокая форма человеческой храбрости, но высшей и верховной является бескомпромиссная верность просвещенного человека своим убеждениям, покоящимся на глубоких духовных реальностях. И такая храбрость есть героизм богопознавшего человека. Все вы познали Бога; вы поистине являетесь личными соратниками Сына Человеческого».

Это не всё, что было сказано Иисусом в данном случае, однако таковым было его вступительное слово, после чего он еще долго говорил, усиливая и иллюстрируя свои высказывания. Это было одно из самых прочувствованных обращений Иисуса к двенадцати апостолам. Не часто слова Учителя, обращенные к апостолам, бывали исполнены столь сильного чувства, и это был один из тех редких случаев, когда он говорил с очевидной серьезностью и заметным душевным волнением.

Это сразу же сказалось на публичных проповедях и личном служении апостолов; начиная с этого дня, новая тема мужества стала преобладающей в их проповеди. Апостолы продолжали обретать дух напористости в новом евангелии царства. С этого дня они уже не уделяли столько внимания проповеди пассивных добродетелей и запретительных предписаний, относившихся к многосторонним доктринам их Учителя.

Урок самообладания

Учитель являлся совершенным образцом человеческого самообладания. Когда его оскорбляли, он не оскорблял в ответ; когда он страдал, он не произносил угроз в адрес своих мучителей; когда враги обвиняли его, он лишь предавал себя праведному суду своего небесного Отца.

На одном из вечерних собраний Андрей спросил Иисуса: «Учитель, следует ли нам придерживаться самоотречения, как тому учил Иоанн, или же стремиться к самообладанию, к которому призывает твое учение? В чём твое учение отличается от учения Иоанна?» Иисус ответил: «Иоанн действительно учил вас праведному пути согласно просвещенности и законам его отцов, и таковой была религия самоизучения и самоотречения. Но я пришел с новой проповедью самозабвения и самообладания. Я демонстрирую вам путь жизни таковым, каким он был раскрыт мне моим небесным Отцом.

Истинно, истинно вам говорю: тот, кто владеет собой, более велик, чем тот, кто подчиняет себе город. Самообладание является мерилом нравственной природы человека и показателем его духовного развития. При старом порядке вы постились и молились; как новых созданий, родившихся в духе, вас учат верить и радоваться. В царстве Отца вы должны стать новыми созданиями; старое должно уйти; смотрите – я показываю вам, как всё должно стать новым. И через свою любовь друг к другу вы должны убедить мир, что вы пришли от кабалы к свободе, от смерти к вечной жизни.

Следуя прежнему пути, вы стремитесь подавлять, повиноваться и подчиняться правилам жизни. Следуя новому пути, вы должны сначала быть преобразованы Духом Истины, чтобы тем самым укрепить свою внутреннюю душу постоянным духовным обновлением своего разума. Так вы обретаете способность уверенно и радостно исполнять благотворную, угодную и совершенную волю Бога. Не забывайте – именно ваша личная вера в величайшие и драгоценные обещания Бога обеспечивает вам причастность к божественной сущности. Так, через свою веру и преобразование духа, вы действительно превращаетесь в храмы Божьи, и его дух действительно пребывает в вас. Если, в таком случае, в вас пребывает дух, то вы не являетесь более рабами плоти, а становитесь свободными, освобожденными сынами духа. Новый закон духа наделяет вас свободой самообладания вместо прежнего закона страха и самозакрепощения, рабства самоотречения.

Не раз, совершив зло, вы пытались возложить ответственность за свои поступки на козни дьявола, хотя в действительности вас сбивали с пути истинного ваши собственные наклонности. Разве давным-давно пророк Иеремия не сказал вам, что человеческое сердце более всего обманчиво, а порою и крайне испорчено? С какой легкостью вы обманываете самих себя, предаваясь глупым страхам, всевозможной похоти, порабощающим наслаждениям, злым умыслам, зависти и даже мстительной ненависти!

Спасение достигается перерождением духа, а не лицемерными деяниями плоти. Ваше оправдание – вера, ваш путь в братство – благоволение, а не страх или самоотречение плоти, хотя рожденные в духе дети Отца всегда и во всём владеют собой и всем, что связано с желаниями плоти. Когда вы знаете, что вы спасены верой, вы действительно примиряетесь с Богом. И всем, кто следует путем этого небесного мира, суждено быть причисленными к вечному служению неизменно эволюционирующих сынов вечного Бога. Отныне не обязанность, а ваша возвышенная привилегия состоит в том, чтобы очищать свой разум и тело от всякого зла, стремясь достичь совершенства в любви к Богу.

Ваше сыновство основано на вере, и вы должны оставаться безразличными к страху. Ваша радость произрастает из доверия к божественному миру, и потому вы не поддадитесь сомнениям в реальности любви и милосердия Отца. Сама добродетель Божья приводит человека к истинному, подлинному раскаянию. Ваша тайна владения самими собой связана с вашей верой в духа, который пребывает в вас и всегда действует посредством любви. Даже эта спасительная вера не есть ваше собственное достояние: она тоже является Божьим даром. И если вы дети этой живой веры, то вы уже не рабы своей природы, а ее победоносные владыки, освобожденные Божьи сыны.

Итак, дети мои, если вы рождаетесь в духе, то вы навечно освобождаетесь от сознаваемого вами бремени жизни – жизни самоотречения и бдительного отношения к желаниям плоти – и перемещаетесь в радостное царство духа, где непроизвольно приносите плоды духа в своей каждодневной жизни; а плоды духа – это квинтэссенция высшего типа чудесного и облагораживающего самообладания, вершина земного достижения смертных – истинного владения собой».

Развлечение и отдых

Примерно в то же время в среде апостолов и их ближайших учеников возникло огромное нервное и эмоциональное напряжение. Апостолы еще не успели как следует привыкнуть к совместной жизни и труду. Им было всё труднее сохранять гармоничные отношения с учениками Иоанна. Общение с иноверцами и самаритянами стало тяжелым испытанием для этих евреев. Кроме того, недавние заявления Иисуса еще больше усилили их душевное смятение. Андрей начинал терять самообладание; он не знал, что делать, и поэтому он отправился к Учителю, чтобы изложить ему свои проблемы и трудности. Выслушав главу апостолов, рассказавшего о своих бедах, Иисус сказал: «Андрей, когда люди достигают такой степени вовлеченности и когда это касается столь многих людей, испытывающих сильные чувства, то их проблемы уже не разрешить словами. Я не могу сделать того, о чём ты просишь, – я не стану участвовать в решении ваших личных социальных проблем, – однако я проведу вместе с вами три дня в отдыхе и развлечениях. Ступай к своим братьям и сообщи им, что все вы отправляетесь вместе со мной на гору Сартаба, где я собираюсь отдохнуть день-другой.

Ты должен подойти к каждому из своих одиннадцати братьев и сказать ему с глазу на глаз: „Учитель желает, чтобы мы посвятили вместе с ним некоторое время отдыху и развлечениям. Так как в последнее время все мы испытали значительное томление духа и перенапряжение разума, я предлагаю не вспоминать во время этого отдыха о наших трудностях и проблемах. Могу ли я рассчитывать на твое сотрудничество в этом деле?" Поговори так – лично, с глазу на глаз – с каждым из твоих собратьев». И Андрей последовал совету Учителя.

Этот поход стал чудесным событием для каждого его участника; они навсегда запомнили день восхождения на гору. За всё время путешествия практически ни слова не было сказано о проблемах. Достигнув вершины горы, Иисус усадил их возле себя и сказал: «Братья мои, все вы должны усвоить ценность отдыха и эффективность развлечения. Вы должны понять, что лучший метод решения некоторых запутанных вопросов – оставить их на время. Возвращаясь же посвежевшими благодаря отдыху или поклонению, вы способны взяться за решение своих проблем с более ясной головой и более уверенной рукой, не говоря уже о более решительном сердце. Кроме того, нередко вы обнаруживаете, что, пока вы отдыхали умом и телом, размеры и значимость вашей проблемы уменьшились».

На следующий день Иисус дал каждому из двенадцати тему для обсуждения. Весь день был посвящен воспоминаниям и беседам на темы, не связанные с их религиозным трудом. На мгновение они были шокированы тем, что Иисус даже не произнес вслух молитву, когда он преломил хлеб для их совместной полуденной трапезы. Это был первый случай на их памяти, когда он пренебрег такими формальностями.

Когда они поднимались на гору, голова Андрея была полна проблем. Иоанн находился в состоянии чрезвычайного духовного смятения. Иаков ощущал сильные душевные муки. Матфей испытывал острую нехватку денег в связи с тем, что они жили среди иноверцев. Петр был переутомлен и в последнее время проявлял большую несдержанность, чем обычно. Иуда страдал от очередного приступа обидчивости и эгоизма. Симон был необычайно расстроен попытками примирить свой патриотизм с любовью к братству людей. Филипп приходил во всё большее замешательство из-за развития событий. Нафанаил реже шутил с тех пор, как они вошли в контакт с языческим населением, а Фома пребывал в глубокой депрессии. Только близнецы сохраняли нормальное состояние духа и невозмутимость. Все они находились в сильном замешательстве из-за того, что не знали, как поддерживать мирные отношения с учениками Иоанна.

На третий день, когда они начали спускаться с горы назад в свой лагерь, с ними произошла огромная перемена. Они сделали важное открытие, увидев, что многие человеческие трудности в действительности не существуют, что многие неотложные проблемы являются порождением чрезмерного страха и плодом преувеличенных опасений. Они узнали, что лучший способ решения любых подобных затруднений, – оставить их на время; уйдя от своих проблем, они позволили им разрешиться самим.

Возвращение назад после отдыха положило начало существенному улучшению отношений с последователями Иоанна. Многие из двенадцати действительно повеселели, когда в результате трехдневного отдыха от рутинных обязанностей они заметили перемену в душевном состоянии каждого из них и увидели, что избавились от раздражительности. Для людей однообразное общение всегда чревато существенным умножением трудностей и увеличением проблем.

Мало кто из иноверцев двух греческих городов, Архелая и Фазеля, уверовал в евангелие, однако двенадцать апостолов приобрели ценный опыт своей первой продолжительной работы с исключительно языческим населением. Однажды утром, в понедельник, примерно в середине месяца, Иисус сказал Андрею: «Мы отправляемся в Самарию». И они сразу же направились в город Сихарь, находившийся неподалеку от колодца Иакова.

Евреи и самаритяне

Более шестисот лет евреи Иудеи, а позднее и евреи Галилеи, враждовали с самаритянами. Неприязнь между евреями и самаритянами возникла следующим образом. Примерно за семьсот лет до н. э. ассирийский царь Саргон, подавляя восстание в центральной Палестине, увел в плен более двадцати пяти тысяч евреев северного Израильского царства и заменил их почти таким же числом потомков кутийцев, сепарян и емафян. Позднее Ашшурбанипал послал новых колонистов для поселения в Самарии.

Начало религиозной вражде между евреями и самаритянами было положено возвращением евреев из вавилонского плена, когда самаритяне попытались воспрепятствовать восстановлению Иерусалима. Позднее они оскорбили евреев, оказав дружескую помощь армиям Александра. В ответ на это Александр разрешил самаритянам построить храм на горе Гаризим, где они поклонялись Ягве и своим племенным богам и делали жертвоприношения с соблюдением ритуалов, во многом напоминавших храмовые богослужения Иерусалима. Это вероисповедание сохранялось у них, по крайней мере, до эпохи Маккавеев, когда Иоанн Гирканский разрушил их храм на горе Гаризим. Во время своих трудов среди самаритян после смерти Иисуса, апостол Филипп провел много встреч на месте этого древнего храма.

Враждебные отношения между евреями и самаритянами были освящены временем и уходили вглубь веков; со времен Александра они всё меньше общались друг с другом. Двенадцать апостолов не противились тому, чтобы проповедовать в греческих и других языческих городах Декаполиса и Сирии, но их преданность Учителю подверглась суровому испытанию, когда он сказал: «Отправимся в Самарию». Однако более чем за год, проведенный с Иисусом, у них сформировалась такая личная преданность, которая превосходила даже их веру в его учения и их предубеждения против самаритян.

Женщина из Сихаря

Когда Учитель и двенадцать прибыли к колодцу Иакова, уставший с дороги Иисус остался у колодца, в то время как апостолы отправились вместе с Филиппом, чтобы помочь ему принести из Сихаря палатки и еду, ибо они собирались на некоторое время задержаться в этом районе. Петр и сыновья Зеведея хотели остаться с Иисусом, но он попросил, чтобы они пошли вместе со своими собратьями, сказав: «Не тревожьтесь из-за меня; эти самаритяне будут дружелюбны; только наши братья, евреи, стремятся навредить нам». Так, летним вечером, около шести часов, Иисус остался у колодца дожидаться возвращения апостолов.

Вода колодца Иакова была меньше насыщена минеральными солями, чем вода колодцев Сихаря, и потому высоко ценилась в качестве питьевой воды. Иисуса мучила жажда, но ему было нечем набрать воды. Поэтому когда к колодцу подошла женщина из Сихаря со своим кувшином и приготовилась зачерпнуть воды, Иисус сказал ей: «Дай мне попить». По внешности Иисуса и его одежде самаритянка поняла, что перед ней еврей, а по его акценту она заключила, что он является галилейским евреем. Ее звали Налда, и она представляла собой миловидное создание. Она была премного удивлена тем, что еврейский мужчина обращается к ней в такой манере у колодца и просит воды, ибо в те времена считалось неприличным для уважающего себя мужчины прилюдно говорить с женщиной, тем более для еврея вступать в разговор с самаритянкой. Поэтому Налда спросила Иисуса: «Как же это ты, еврей, просишь у меня, самаритянки, пить?» Иисус ответил: «Я действительно попросил у тебя попить, но если бы ты только могла понять, то сама попросила бы у меня глоток живой воды». Тогда Налда сказала: «Однако, господин, тебе и зачерпнуть нечем, а колодец глубок; где же ты возьмешь эту живую воду? Неужели ты превосходишь нашего праотца Иакова, который дал нам этот колодец и сам пил из него вместе со своими детьми и скотом?»

Иисус ответил: «Всякого, кто попьет этой воды, вскоре снова будет мучить жажда; тот же, кто попьет воды, исполненной живого духа, никогда не испытает жажды. И эта живая вода превратится в нем в животворный источник, текущий в жизнь вечную». Тогда Налда сказала: «Дай мне этой воды, чтобы я никогда больше не испытывала жажды и чтобы мне не пришлось больше приходить сюда за водой. Кроме того, самаритянка с радостью примет всё, что может предложить ей столь достойный еврей».

Налда не знала, как объяснить желание Иисуса поговорить с ней. Она видела на лице Учителя печать справедливости и святости, однако она ошибочно приняла дружелюбие за обычную фамильярность и ложно истолковала его образную речь как форму заигрывания. И, будучи женщиной легкого поведения, она была уже готова к откровенному кокетству, когда Иисус, смотря ей прямо в глаза, сказал непререкаемым тоном: «Женщина, пойди, позови мужа твоего и приведи его сюда». Этот приказ привел Налду в чувство. Она поняла, что неверно оценила доброту Учителя; она увидела, что неправильно истолковала его манеру говорить. Налда испугалась; она начала осознавать, что перед ней – необыкновенный человек, и, пытаясь подыскать подходящий ответ, она, страшно смутившись, вымолвила: «Но, господин, я не могу позвать своего мужа, потому что у меня его нет». Тогда Иисус сказал: «Ты сказала правду, ибо хотя когда-то ты и могла быть замужем, тот, с кем ты сейчас живешь, не является твоим мужем. Было бы лучше, если бы ты перестала легкомысленно относиться к моим словам и пожелала бы живой воды, которую я предложил тебе сегодня».

Эти слова подействовали на эту женщину отрезвляюще, и в ней пробудилось всё лучшее. Налда стала распутной женщиной не только по собственной воле. Жестоко и несправедливо отвергнутая мужем, отчаявшись, она согласилась жить с неким греком, не выходя за него замуж. Теперь самаритянка чувствовала огромный стыд оттого, что столь легкомысленно разговаривала с Иисусом, и, в глубоком раскаянии, она обратилась к Учителю со словами: «Мой Господин, я сожалею о том, что говорила с тобой таким тоном, ибо я вижу, что ты являешься святым, или, быть может, пророком». И она была уже готова просить у Учителя непосредственной и личной помощи, когда она совершила то, что совершали столь многие до и после нее, уходя от вопроса о личном спасении и обращаясь к обсуждению теологии и философии. Она быстро перевела разговор со своих собственных нужд на теологические споры. Показывая на гору Гаризим, она продолжала: «Наши отцы поклонялись на этой горе, и, тем не менее, вы утверждаете, что именно Иерусалим является тем местом, где людям следует поклоняться; так, где же нужно поклоняться Богу?»

Иисус заметил, что душа этой женщины пытается уйти от прямого и испытующего прикосновения к ее Творцу, однако он также увидел в этой душе желание познать путь лучшей жизни. В конце концов, сердце Налды действительно жаждало живой воды; поэтому он проявил к ней терпение, сказав: «Женщина, позволь сказать тебе, что недалек тот день, когда и не на этой горе, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу. Сегодня же вы поклоняетесь тому, чего не знаете – смеси религии многих языческих богов и философий. Евреи, по крайней мере, знают, кому поклоняются; они освободились от всякой путаницы, сосредоточив свою веру на одном Боге – Ягве. Но ты должна поверить мне, что настанет время – и настало уже, – когда все искренне верующие будут поклоняться Отцу в духе и в истине, ибо именно таких поклонников ищет Отец. Бог есть дух, и поклоняющиеся ему должны поклоняться в духе и в истине. Твое спасение не в том, чтобы знать, как или где должны поклоняться другие, а в том, чтобы принять в свое сердце эту живую воду, которую я сейчас предлагаю тебе».

Но Налда сделала еще одну попытку уклониться от обсуждения щекотливого вопроса о ее личной жизни на земле и статуса ее души перед Богом. В очередной раз она прибегла к вопросам на общерелигиозные темы, сказав: «Да, я знаю, господин, что Иоанн проповедовал приход Обратителя – того, которого назовут Спасителем, – и что он, явившись к нам, возвестит нам всё…». И тут Иисус, перебив Налду, сказал с поразившей ее уверенностью: «Я, говорящий с тобой, и есть он».

Это стало первым прямым, уверенным и открытым объявлением своей божественной сущности и сыновства, сделанным Иисусом на земле; и оно было сделано женщине, самаритянке, причем женщине, вплоть до того времени имевшей сомнительную репутацию в глазах людей. Однако божественное око видело, что против этой женщины грешили больше, чем грешила она по своему собственному желанию, и теперь, будучи человеческой душой, желавшей спасения, желала его искренне и всем сердцем – и этого было достаточно.

Когда Налда уже собиралась высказать свое подлинное, личное стремление к лучшему, более благородному образу жизни, как раз тогда, когда она была готова раскрыть истинное желание своего сердца, двенадцать вернулись из Сихаря, и они остолбенели, увидев Иисуса наедине с этой женщиной – этой самаритянкой – за дружеской беседой. Они быстро сложили свои припасы и удалились, и ни один из них не осмелился укорить его. Иисус же сказал Налде: «Женщина, иди своим путем; Бог простил тебя. Отныне ты будешь жить новой жизнью. Ты получила живую воду, и в твоей душе родится новая радость, и ты станешь дочерью Всевышнего». И женщина, видя неодобрительное отношение апостолов, оставила свой кувшин и поспешила в город.

Налда вернулась в город, возвещая каждому встречному: «Идите к колодцу Иакова, да поспешите, ибо там вы увидите человека, рассказавшего мне всё, что я когда-либо делала. Быть может, это Обратитель?». И до захода солнца огромная толпа собралась у колодца Иакова, чтобы услышать Иисуса. И Учитель продолжал говорить им о воде жизни – даре пребывающего в человеке духа.

Апостолов всегда шокировала готовность Иисуса говорить с женщинами, женщинами сомнительной репутации и даже падшими женщинами. Иисусу было очень трудно внушить своим апостолам, что женщины – даже так называемые падшие женщины – имеют душу, способную избрать Бога своим Отцом и тем самым стать дочерьми Божьими и кандидатами на вечную жизнь. До сих пор, девятнадцать веков спустя, многие люди демонстрируют то же нежелание постигнуть учения Иисуса. Даже христианская религия упорно строилась вокруг факта смерти Христа, а не вокруг истины его жизни. Мир должен больше интересоваться счастливой и раскрывающей Бога жизнью Иисуса, чем его трагической и печальной смертью.

На следующий день Налда пересказала этот случай апостолу Иоанну, который никогда не раскрывал его в полной мере другим апостолам, а Иисус, говоря о нем с апостолами, не касался подробностей. Налда поведала Иоанну, что Иисус рассказал ей «всё, что я когда-либо делала». Иоанн не раз хотел спросить у Иисуса об этой беседе с Налдой, но так и не сделал этого. Иисус рассказал Налде только об одном факте из ее жизни, но его пристальный взгляд и манера общения привели к тому, что перед ней в одно мгновение промелькнула пестрая панорама ее жизни. Именно поэтому она связала раскрывающуюся ей прошлую жизнь со взглядом и словом Учителя. Иисус никогда не говорил ей, что у нее было пять мужей. После того, как ее отверг муж, она жила с четырьмя различными мужчинами, и это, вместе со всем ее прошлым, чрезвычайно ярко проявилось в ее сознании в тот момент, когда она увидела в Иисусе Божьего человека. Поэтому впоследствии она повторила Иоанну, что Иисус действительно рассказал ей всё о ней.

Возрождение веры в Самарии

В тот вечер, когда Налда привела из Сихаря толпу людей, желавших увидеть Иисуса, апостолы только что вернулись с едой, и они упрашивали Иисуса поесть вместе с ними вместо того, чтобы говорить с людьми, ибо они весь день провели без пищи и проголодались. Однако Иисус знал, что вскоре стемнеет, поэтому он настоял на том, чтобы поговорить с людьми до того, как отсылать их назад. Когда Андрей попытался уговорить его немного поесть, прежде чем выступать перед толпой, Иисус сказал: «У меня есть такая пища, о которой вы и не знаете». Когда апостолы услышали это, они начали спрашивать друг у друга: «Разве кто-нибудь приносил ему еды? Быть может, женщина дала ему не только воды, но и еды?» Иисус услышал, о чём они говорят между собой, и перед тем, как обратиться к людям, сказал апостолам: «Моя пища в том, чтобы исполнять волю Пославшего меня и завершить мой труд. Не говорите больше: осталось столько-то времени до жатвы. Посмотрите на этих людей, пришедших из самаритянского города, чтобы услышать нас; я говорю вам, что нивы уже созрели для жатвы. Тот, кто жнет, уже получает награду и собирает урожай для вечной жизни, так чтобы и сеятель, и жнец оба могли радоваться. Ибо в этом правдива пословица: один сеет, другой жнет. Я посылаю вас жать то, над чем вы не трудились сами; другие трудились, а вы собираете плоды их трудов». Он сказал это, имея в виду проповедь Иоанна Крестителя.

Иисус и апостолы отправились в Сихарь и проповедовали там, в течение двух дней, прежде чем разбить лагерь на горе Гаризим. И многие из обитателей Сихаря уверовали в евангелие и просили крестить их, однако в то время апостолы Иисуса еще не крестили.

В первый вечер, проведенный в лагере на горе Гаризим, апостолы опасались, что Иисус станет упрекать их за их отношение к женщине у колодца Иакова, но он ни словом не обмолвился о том. Вместо этого он выступил перед ними с незабываемой речью о «реальностях, занимающих главное место в царстве Божьем». В любой религии можно легко прийти к несоразмерности ценностей и позволить фактам занять место истины в человеческой теологии. Факт распятия стал центральным для последующего христианства. Однако он не является основной истиной в религии, которую можно создать на основе жизни и учений Иисуса Назарянина.

Темой учений Иисуса на горе Гаризим было следующее: он желает, чтобы все люди видели в Боге Отца – друга, точно так же как он (Иисус) является для них братом-другом. Вновь и вновь он внушал им, что любовь есть величайшее отношение в мире – во вселенной, – так же как истина есть величайшее выражение факта этих божественных отношений. Иисус столь полно раскрыл себя самаритянам потому, что он мог делать это, не подвергая себя риску, а так же поскольку он знал, что не сможет вторично посетить глубинные районы Самарии с проповедью царства.

Иисус и двенадцать апостолов жили в лагере на горе Гаризим до конца августа. День они проводили в городах, проповедуя самаритянам благую весть царства – отцовство Бога, а на ночь возвращались в лагерь. Работа, проведенная Иисусом и апостолами в самаритянских городах, привела в царство многие души и в значительной мере подготовила почву для замечательных трудов Филиппа в этих местах после смерти и вознесения Иисуса, когда жестокие гонения на верующих в Иерусалиме рассеяли апостолов по всему миру.

Учения о молитве и поклонении

На вечерних собраниях на горе Гаризим Иисус учил многим великим истинам, сделав особый акцент на некоторых из них.

Истинная религия есть акт души, сознающей свои отношения с Создателем; организованная религия есть попытка человека социализировать поклонение каждого верующего.

Поклонение – созерцание духовного – должно чередоваться со служением, контактом с материальной реальностью. Работа должна чередоваться с отдыхом; религия – уравновешиваться юмором. Глубокая философия должна сменяться ритмической поэзией. Напряженность жизни – возникающее во времени напряжение личности – должна ослабляться успокоительным поклонением. Чувство неуверенности, порождаемое страхом перед изолированностью личности во вселенной, должно нейтрализоваться исполненным поклонения созерцанием Отца и стремлением осознать Высшего.

Молитва призвана сделать человека менее думающим, но более осознающим; она должна не увеличивать знание, а, скорее, расширять проницательность.

Поклонение призвано предвосхищать грядущую лучшую жизнь, с тем, чтобы эти новые духовные ценности могли затем найти отражение в нынешней жизни. Молитва оказывает духовную поддержку, однако поклонение отличается божественной созидательностью.

Поклонение является методом созерцания Одного ради воодушевления на служение многим. Поклонение – это то мерило, которое одновременно определяет степень оторванности души от материальной вселенной и ее твердой приверженности духовным реальностям всего творения.

Молитва есть напоминание о себе – возвышенное мышление; поклонение есть забвение себя – сверхмышление. Поклонение – это не требующее усилия внимание, истинный и идеальный душевный покой, форма успокоительного духовного устремления.

Поклонение есть акт отождествления части с Целым, конечного с Бесконечным, сына с Отцом; это время, делающее шаг к вечности. Поклонение есть акт личного приобщения сына к божественному Отцу, усвоение человеческой душой-духом живительного, созидательного, братского и романтического отношения.

Хотя апостолы поняли лишь некоторые из его учений в лагере, другие миры их поняли, и другие земные поколения еще поймут.

На Гелвуе и в Декаполисе

Сентябрь и октябрь прошли в уединении в укромном лагере, разбитом на склонах горы Гелвуй. Весь сентябрь Иисус находился здесь наедине со своими апостолами, обучая их и посвящая в истины царства.

Существовало несколько причин для уединения Иисуса и апостолов в это время на границе Самарии и Декаполиса. Религиозные правители Иерусалима были настроены весьма враждебно; Ирод Антипа всё еще держал Иоанна в заточении, не решаясь ни освободить, ни казнить его, и продолжая подозревать, что Иоанн и Иисус каким-то образом связаны друг с другом. В этих условиях было бы неразумно планировать активную работу в Иудее или Галилее. Была и третья причина: постепенное усиление напряженности между ведущими учениками Иоанна и апостолами Иисуса, что усугублялось с увеличением числа верующих.

Иисус знал, что предварительная работа – учеба и проповеди – подходит к концу, что следующий шаг положит начало полноценному и завершающему труду его земной жизни, и ему хотелось приступить к этому делу так, чтобы оно никоим образом не терзало и не смущало Иоанна Крестителя. Поэтому Иисус решил провести какое-то время в уединении и проверить подготовленность своих апостолов, а затем спокойно трудиться в городах Декаполиса до тех пор, пока Иоанн не будет либо казнен, либо освобожден и сможет трудиться вместе с ними.

Лагерь на Гелвуе

Со временем двенадцать становились всё более преданными Иисусу и всё более приверженными делу царства. Эта преданность в значительной мере объяснялась личной верностью. Они не понимали его многостороннего учения; они не понимали всей сущности Иисуса и значения его посвящения на земле.

Иисус разъяснил своим апостолам, что они уединяются в силу трех причин:

1. Укрепить их понимание евангелия царства и веру в это евангелие.

2. Дождаться ослабления оппозиции их труду в Иудее и Галилее.

3. Дождаться решения судьбы Иоанна Крестителя.

За время, проведенное на Гелвуе, Иисус рассказал апостолам о своем прошлом и о пребывании на горе Ермон. Он также частично поведал им о том, что произошло в горах в течение сорока дней сразу же после его крещения. И он велел им не рассказывать об этом никому до тех пор, пока он не вернется к Отцу.

В эти сентябрьские недели они отдыхали, общались, делились своим опытом, накопленным с того времени, когда Иисус впервые призвал их к служению, и всерьез пытались свести воедино всё, что они почерпнули от Учителя вплоть до этого времени. В какой-то мере все они чувствовали, что это станет их последним длительным отдыхом. Они понимали, что очередной публичный труд в Иудее или Галилее положит начало окончательному возвещению грядущего царства, однако они очень смутно представляли себе, если представляли вообще, каким оно будет. Иоанн и Андрей считали, что царство уже пришло; Петр и Иаков полагали, что оно еще не пришло; Нафанаил и Фома честно признавались в том, что они не знают, что думать; Матфей, Филипп и Симон Зелот были неуверены и смущены; близнецы пребывали в состоянии блаженного неведения о существующих разногласиях, а Иуда Искариот молчал, не принимая ни одну из сторон.

Значительную часть этого времени Иисус провел в одиночестве в горах поблизости от лагеря. Иногда он брал с собой Петра, Иакова или Иоанна, но чаще всего он уходил один, чтобы предаться молитвам или общению с Отцом. После крещения Иисуса и сорока дней, проведенных в горах Переи, вряд ли было бы правильно говорить об этих периодах общения с Отцом как о молитве, как было бы несообразно говорить о поклонении. Однако будет совершенно оправданно называть эти периоды личным общением Иисуса со своим Отцом.

В течение всего сентября центральной темой обсуждений была молитва и поклонение. В заключение – после нескольких дней, посвященных обсуждению поклонения, – Иисус выступил с памятным рассуждением о молитве в ответ на просьбу Фомы: «Учитель, научи нас молиться».

Иоанн учил своих учеников молитве – молитве о спасении в грядущем царстве. Хотя Иисус никогда не запрещал своим последователям пользоваться молитвой Иоанна, апостолы быстро поняли, что их Учитель не полностью одобряет практику произнесения заученных и формальных молитв. Тем не менее, верующие постоянно просили научить их молиться. Апостолы очень хотели узнать, какую форму прошения одобряет Иисус. Именно из-за того, что простые люди нуждались в простых словах, Иисус – в ответ на просьбу Фомы – на этот раз согласился дать им примерный образец молитвы. Этот урок состоялся в один из дней на третьей неделе их пребывания на горе Гелвуй.

Беседа о молитве

«Иоанн действительно научил вас простой молитве: „О, Отец, очисть нас от греха, покажи нам свою славу, раскрой свою любовь и позволь духу своему освятить наши сердца на веки вечные. Аминь!" Он научил этой молитве, дабы вам было, чему учить народ. Он сделал это не для того, чтобы вы пользовались таким застывшим и формальным прошением для молитвенного выражения своих собственных душ.

Молитва является исключительно личным и спонтанным выражением отношения души к духу; молитва должна быть сокровенным общением сына и выражением сопричастности. Если молитва диктуется духом, она ведет к совместному духовному росту. Идеальная молитва есть форма духовного общения, которая ведет к разумному поклонению. Истинная молитва отражает ваше подлинное небесное стремление к достижению своих идеалов.

Молитва – это дыхание души; она должна привести вас к настойчивости в вашем стремлении познать волю Отца. Если у кого-либо из вас есть друг, и вы придете к нему посреди ночи и скажете: „Друг, одолжи мне три хлеба, ибо мой друг зашел ко мне с дороги, а мне нечем угостить его"; и если ваш сосед ответит: „Не беспокой меня, дверь уже заперта, мои дети и я уже в постели; поэтому я не могу встать и дать тебе хлеба", вы будете настаивать, объясняя, что ваш друг голоден, и вам нечего предложить ему. Я говорю вам, что если он не поднимется, чтобы дать хлеба из дружбы к вам, то благодаря вашей настойчивости он встанет и даст столько хлебов, сколько вам нужно. Если настойчивость снискает расположение даже смертного человека, насколько же больше хлеба жизни, благодаря своей настойчивости в духе, вы можете получить из благорасположенных рук небесного Отца. И вновь я говорю вам: просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучитесь в дверь, и она отворится вам. Ибо если кто просит, тому и дано будет, и тот, кто ищет, всегда найдет, и если кто стучится в дверь спасения, то она откроется перед ним.

Кто из вас, будучи отцом, к которому сын обращается с неразумной просьбой, не ответит ему, руководствуясь родительской мудростью, а не ошибочным прошением сына? Если дитя нуждается в хлебе, дадите ли ему камень только оттого, что оно неразумно попросило его? Если сын просит рыбы, дадите ли ему водяную змею только потому, что она угодила в сеть вместе с рыбой и дитя по глупости своей просит змею? Если же вы, будучи смертными и конечными созданиями, знаете, как отвечать на просьбы и давать благие и подобающие дары своим детям, то насколько же больше совершит ваш небесный Отец духовных и многих других благодеяний для тех, кто попросит у него! Людям всегда следует молиться и не предаваться унынию.

Позвольте рассказать вам об одном судье, который жил в нечестивом городе. Этот судья не боялся Бога и не уважал людей. В том же городе жила бедная вдова, которая много раз приходила к этому несправедливому судье, говоря: „Защити меня от противника моего". Какое-то время он не хотел ее слушать, но после сказал сам себе: „Хотя я и Бога не боюсь, и людей не уважаю, но эта вдова не оставляет меня в покое. Я защищу ее, чтобы она больше не приходила и не надоедала мне". Я рассказываю вам это для того, чтобы призвать вас к настойчивости в своих молитвах. Мои слова не означают, что ваши прошения изменят справедливого и праведного небесного Отца. Своей настойчивостью вы должны добиваться не расположения Бога, а изменения своего земного отношения и расширения способности ваших душ к духовному восприятию.

Однако, когда вы молитесь, вы почти не пользуетесь своей верой. Истинная вера сдвигает горы материальных трудностей, которые могут оказаться на пути развития души и духовного роста».

Молитва для верующего

Но и это не удовлетворило апостолов. Они хотели, чтобы Иисус дал им образец молитвы, которому они могли бы учить новых учеников. Выслушав беседу о молитве, Иаков Зеведеев сказал: «Пусть так, Учитель, но нам нужен пример молитвы не столько для самих себя, сколько для новых верующих, столь часто упрашивающих нас: „Научите, как должно молиться небесному Отцу"».

Когда Иаков умолк, Иисус сказал: «Если вы по-прежнему желаете услышать такую молитву, я познакомлю вас с той, которой я научил моих братьев и сестер в Назарете:

Отец наш небесный,

Да святится имя твое;

Да наступит царство твое; да исполнится воля твоя

На земле, как на небе.

Пошли нам хлеб насущный на день завтрашний;

Освежай наши души водой жизни.

И прости каждому из нас долги наши,

Как и мы прощаем должникам нашим.

Не введи нас в искушение, избавь нас от зла,

И делай нас, подобно себе, всё более совершенными».

Неудивительно, что апостолы хотели услышать от Иисуса образец молитвы для верующих. Иоанн Креститель учил своих последователей нескольким молитвам; все великие учители формулировали молитвы для своих учеников. У еврейских религиозных учителей было около двадцати пяти или тридцати стандартных молитв, которые они произносили в синагогах и даже на перекрестках. Иисус питал особую неприязнь к публичным молитвам. До сих пор апостолы лишь несколько раз слышали, как он молится. Они видели, что ночи напролет он проводит в молитвах или поклонении, и их очень интересовала манера или форма его прошений. Им действительно было необходимо знать, что отвечать народу, когда их просят научить молиться, как учил своих последователей Иоанн.

Иисус учил апостолов молиться тайно, уходить в одиночестве на природу, в ее спокойное окружение, или отправляться в свои комнаты и закрывать двери, прежде чем приступать к молитве.

После смерти Иисуса и его вознесения к Отцу, для многих верующих стало обыкновением завершать эту так называемую молитву Господа добавлением слов «Во имя Господа Иисуса Христа». Еще позже при переписывании были утеряны две строки, и к молитве было добавлено новое предложение: «Ибо твое есть и царство, и сила, и слава вовеки».

Иисус дал апостолам коллективную молитву, которой пользовались его домашние в Назарете. Он никогда не учил формальной индивидуальной молитве – только групповым, семейным или социальным прошениям. И он никогда не делал этого по собственной инициативе.

Иисус учил, что действенная молитва должна быть:

1. Бескорыстной – не только о себе самом.

2. Убежденной – соответствующей вере.

3. Искренней – идущей от сердца.

4. Разумной – соответствующей пониманию.

5. Доверчивой – подчиняющейся премудрой воле Отца.

Когда целые ночи напролет Иисус проводил на горе в молитве, то это было в основном ради его учеников и в первую очередь – ради двенадцати апостолов. Учитель почти никогда не молился о себе, хотя он часто предавался поклонению, которое по своей природе было разумным общением с Райским Отцом.

Ещё о молитве

В течение многих дней после беседы о молитве апостолы продолжали задавать Учителю вопросы об этом первостепенном вероисповедном обычае. На современном языке учение Иисуса о молитве и поклонении, изложенное апостолам в эти дни, можно вкратце передать следующим образом.

Убежденное и страстное повторение любой молитвы, если она является искренним выражением Божьего сына и произносится в вере, неизменно расширяет способность души к духовной восприимчивости, сколь бы неразумным ни было это прошение или сколь бы невозможным ни был прямой ответ на него.

Молясь, всегда помните о том, что сыновство является даром. Никакому дитя не требуется заслужить свой статус сына или дочери. Земное дитя рождается по воле своих родителей. Точно так же Божье дитя рождается в благодати и новой жизни духа по воле небесного Отца. Поэтому царство небесное – божественное сыновство – должно быть принято так, как принимают малые дети. В отличие от праведности – постепенного развития характера, которое является вашим обретением, – вы принимаете сыновство посредством благодати и через веру.

Молитва привела Иисуса к сверхобщению его души с Высшими Правителями вселенной вселенных. Молитва приведет земных смертных к тому общению, которое присуще истинному поклонению. Способность души к духовному восприятию определяет количество небесных благодеяний, которые могут быть лично восприняты и осознаны в качестве ответов на молитву.

Молитва и связанное с ней поклонение представляют собой метод отстранения от каждодневной рутины жизни, от однообразного круговорота смертного существования. Это путь приближения к одухотворенному самораскрытию, к индивидуальности интеллектуального и религиозного достижения.

Молитва – это противоядие от пагубного самоанализа. Во всяком случае, та молитва, которой учил Иисус, является такой благоденственной опекой души. Иисус постоянно пользовался благотворным воздействием молитвы, молясь за своих собратьев. Учитель обычно молился за многих, а не за одного. Только в периоды великих кризисов своей земной жизни Иисус молился за себя самого.

Молитва – это дуновение духовной жизни посреди материальной цивилизации человеческих рас. Поклонение – это спасение для поколения смертных, ищущих наслаждений.

Как молитву можно сравнить с зарядкой духовных батарей души, так поклонение можно сравнить с настройкой души на прием вселенского вещания бесконечного духа Всеобщего Отца.

Молитва – это искренний и жаждущий взгляд дитя, обращенный на духовного Отца; она является психологическим процессом замены человеческой воли волей божественной. Молитва является частью божественного плана превращения того, что есть, в то, что должно быть.

Одна из причин того, что Петр, Иаков и Иоанн, столь часто сопровождавшие Иисуса в его длительных ночных бдениях, никогда не слышали молитв Иисуса, заключалась в том, что их Учитель чрезвычайно редко облекал свои молитвы в слова. Практически все свои молитвы Иисус возносил в духе и в сердце – молча.

Из всех апостолов Петр и Иаков лучше других поняли учение Иисуса о молитве и поклонении.

Другие формы молитвы

Время от времени, в течение оставшегося периода своего пребывания на земле, Иисус обращал внимание апостолов на некоторые дополнительные формы молитвы, однако он использовал их только в качестве иллюстраций в других вопросах и запрещал учить народ этим «иносказательным молитвам». Многие из них появились на других обитаемых планетах, но Иисус не раскрыл этого факта апостолам. Среди этих молитв были следующие.

«Отец наш, в котором заключены вселенские миры,

Да возвысится имя твое и да восславится твой характер.

Твое присутствие охватывает нас, и вершится твоя слава.

Несовершенная в нас, в совершенстве является она на небесах.

Дай нам сегодня животворящие силы света

И не дай нам сбиться на порочные глухие тропы нашего воображения,

Ибо твой – славный обитатель, вечная сила,

А для нас он – вечный дар бесконечной любви твоего Сына.

Воистину и вовеки веков».

«Наш созидательный Родитель, который является центром вселенной,

Посвяти нам свою сущность и дай нам свой характер.

Своей благодатью сделай нас своими сыновьями и дочерьми

И прославь свое имя в нашем вечном свершении.

Пошли свой направляющий и руководящий дух жить и пребывать в нас,

Чтобы мы исполнили твою волю в этом мире, как ангелы исполняют твои приказания в свете.

Придай нам сил сегодня в нашем движении по пути истины.

Освободи нас от инертности, зла и всякого греховного проступка.

Будь терпелив к нам; мы же будем милостивы к нашим товарищам.

Щедро наполни духом своего милосердия наши сердца – сердца созданий.

Шаг за шагом, веди нас своей рукой через запутанный лабиринт жизни,

И когда придет наш конец, прими в свое лоно наш верный дух.

Воистину, да исполнится твоя воля, а не наши желания».

«Наш совершенный и праведный небесный Отец,

В этот день вдохновляй и направляй наш путь.

Освяти наши поступки и согласуй наши мысли.

Всегда веди нас по путям вечного прогресса.

Наполни нас всем могуществом мудрости

И своей бесконечной энергией вдохни в нас жизнь.

Воодушеви нас божественным сознанием

Присутствия и водительства серафических воинств.

Вечно веди нас вверх по пути света;

Сполна оправдай нас в день великого суда.

Сделай нас себе подобными в вечной славе

И прими нас в свое вечное небесное служение».

«Отец наш, сокрытый тайной,

Раскрой нам свой святой характер.

В этот день позволь своим земным детям

Увидеть путь, свет и истину.

Покажи нам путь вечного прогресса

И дай нам волю идти по этому пути.

Создай в нас свое божественное царствование

И тем самым одари нас полным владением собой.

Не дай нам сбиться на стези мрака и смерти;

Вечно веди нас по водам жизни.

Услышь эти наши молитвы во славу твою;

Возрадуйся, делая нас, смертных, всё более похожими на тебя.

Когда придет конец, во имя божественного Сына,

Прими нас в свою вечную власть.

Воистину, да исполнится твоя воля, а не наша».

«Чудесный Отец и Мать, соединенный в одном родителе,

Мы хотели бы быть верными твоей божественной сущности.

Пусть твое «я» вновь живет в нас и через нас

Благодаря дару и посвящению твоего божественного духа

И тем самым несовершенно воспроизводит в этом мире тебя,

Являющего себя в совершенстве и величии на небе.

Изо дня в день жалуй нам свое благотворное служение в духе братства

И, миг за мигом, веди нас по пути любвеобильного служения.

Будь вечно и неизменно терпелив к нам,

Так же как мы являем твое терпение нашим детям.

Даруй нам божественную мудрость, благоприятную во всём,

И бесконечную любовь, благодатную для каждого создания.

Посвяти нам свое терпение и милосердие,

Дабы наше сострадание могло объять слабых этого мира.

И когда завершится наш путь, то пусть он будет достоин твоего имени,

Порадует твой добрый дух и удовлетворит помощников наших душ.

Не как желаем мы, наш любящий Отец, но как желаешь ты вечного блага

своим смертным детям.

Воистину, пусть будет так».

«Наш всепреданный Источник и всемогущий Центр,

Да чтится и святится имя твоего всемилостивого Сына.

Твои щедроты и благословения ниспосланы нам,

Наделяя нас силой для исполнения твоей воли и твоих велений.

Миг за мигом давай нам пищу древа жизни;

День за днем питай нас живыми водами реки жизни.

Шаг за шагом выводи нас из мрака на божественный свет.

Обнови наш разум преобразующим действием пребывающего в нас духа,

И когда придет наш смертный конец,

Прими нас к себе и направь нас в вечность.

Увенчай нас небесными коронами плодотворного служения,

И мы прославим Отца, Сына и Святое Воздействие.

Воистину, по всей бесконечной вселенной».

«Наш Отец, обитающий в тайниках вселенной,

Да чтится имя твое, да почитается милосердие твое и да вершится

правосудие твое.

Пусть солнце праведности светит нам в полдень;

В сумерках же мы молим тебя направить наши нетвердые стопы.

Веди нас за руку по путям, избранным тобою,

И не оставляй нас, когда труден путь и когда нас окружает тьма.

Не забывай нас, столь часто забывающих тебя и пренебрегающих тобой.

Будь же милосерден и люби нас, как мы желаем любить тебя.

Будь милостив к нам и милосердно прощай нас,

Как справедливо прощаем мы тех, кто терзает и ранит нас.

Пусть же любовь, преданность и посвящение величественного Сына

Даст жизнь вечную, исполненную твоего бесконечного милосердия и любви.

Пусть же Бог вселенных в полной мере посвятит нам свой дух;

Дай нам благодать, чтобы подчиняться водительству этого духа.

Пусть же Сын ведет и направляет нас до скончания века

Через любвеобильное служение преданного серафического воинства.

Извечно делай нас всё более похожим на себя

И в конце нашего пути прими нас в вечные объятия Рая.

Воистину, во имя посвященческого Сына,

В честь и во славу Высшего Отца».

Хотя апостолы не имели права использовать эти посвященные молитве уроки в публичных проповедях, в своем личном религиозном опыте они извлекли большую пользу из всех этих откровений. Иисус пользовался данными и другими образцами молитвы в качестве иллюстраций при личном наставлении двенадцати; мы получили специальное разрешение для включения этих семи образцов молитвы в настоящее повествование.

Совещание с апостолами Иоанна

Около первого октября Филипп и часть его товарищей-апостолов отправились в одно из соседних сел, чтобы купить еды, где повстречали нескольких апостолов Иоанна Крестителя. В результате этой случайной встречи на рынке, на Гелвуе состоялась трехнедельное совещание апостолов Иисуса и апостолов Иоанна, ибо незадолго до того Иоанн, следуя примеру Иисуса, назначил двенадцать своих ведущих учеников апостолами. Иоанн поступил так по призыву Абнера, главы его верных последователей. Иисус присутствовал в лагере на Гелвуе в течение первой недели этого совещания, однако отсутствовал в течение второй и третьей недели.

К началу второй недели этого месяца Абнер собрал всех своих соратников в лагере на Гелвуе и был готов приступить к совещанию с апостолами Иисуса. В течение трех недель эти двадцать четыре человека встречались трижды в день шесть дней в неделю. В первую неделю Иисус общался с ними в перерывах между их утренними, дневными и вечерними встречами. Они хотели, чтобы Учитель присутствовал на их встречах и возглавлял их совместные диспуты, но он упорно отказывался участвовать в их дискуссиях, хотя и согласился выступить перед ними в трех случаях. Эти выступления Иисуса перед двадцатью четырьмя были посвящены взаимопониманию, сотрудничеству и терпимости.

Андрей и Абнер поочередно председательствовали на совещаниях обеих апостольских групп. Этим людям предстояло обсудить и решить много сложностей и проблем. Раз за разом они приходили со своими трудностями к Иисусу, но в ответ слышали только одно: «Я занимаюсь исключительно вашими личными и чисто религиозными проблемами. Я представляю Отца индивидууму, а не группе. Если в своих отношениях с Богом вы столкнетесь с личными трудностями, приходите ко мне, и я выслушаю вас и посоветую, как решить вашу проблему. Но когда вы приступаете к согласованию различных человеческих толкований религиозных вопросов и к социализации религии, вам суждено самим находить решения всех подобных проблем. Однако мое отношение будет неизменно благожелательным и внимательным, и я заранее обещаю вам свою полную поддержку и дружеское участие, если вы придете к единым решениям в этих вопросах, не имеющих духовного значения. Теперь же, дабы не мешать вашим обсуждениям, я покидаю вас на две недели. Не тревожьтесь обо мне, ибо я вернусь к вам. Я буду заниматься делом моего Отца, ибо у нас есть, кроме этого, и другие миры».

Сказав это, Иисус спустился по склону горы, и они не видели его в течение целых двух недель. Они так и не узнали, где он был и что он делал в те дни. Прошло какое-то время, прежде чем двадцать четыре человека смогли взяться за серьезное обсуждение своих проблем, настолько они были расстроены отсутствием Учителя. Однако не прошло и недели, как дискуссии разгорелись с новой силой, и они не могли обратиться к Иисусу за помощью.

Первое, о чём удалось договориться, было принятие молитвы, которой Иисус лишь недавно научил их всех. Присутствующие единодушно постановили, что именно этой молитве будут учить верующих обе группы апостолов.

После этого они решили, что до тех пор, пока Иоанн жив, в заключении или на свободе, обе группы из двенадцати апостолов будут продолжать свою деятельность, и что каждые три месяца будут проводиться недельные совместные встречи в специально оговоренных местах.

Однако наиболее серьезной проблемой был вопрос крещения. Их трудности еще больше усугублялись тем, что Иисус отказывался высказать свое мнение по этому вопросу. Наконец, они договорились о следующем: пока Иоанн жив, или до тех пор, пока они вместе не изменят это решение, только апостолы Иоанна будут крестить верующих и только апостолы Иисуса будут давать последние наставления новым ученикам. Соответственно, начиная с того времени и вплоть до периода, наступившего после смерти Иоанна, двое из апостолов Иоанна сопровождали Иисуса и его апостолов для крещения верующих, ибо совместный совет единодушно постановил, что крещение должно быть первым шагом во внешнем приобщении к делам царства.

После этого было решено, что в случае смерти Иоанна его апостолы явятся к Иисусу и будут подчиняться ему, и что они будут продолжать крестить только с разрешения Иисуса или его апостолов.

И после этого было принято решение, что в случае смерти Иоанна апостолы Иисуса начнут крестить водой в знак крещения божественным Духом. Следует ли в проповеди крещения упоминать покаяние, было оставлено на усмотрение апостолов; не было принято какого-либо решения, обязательного для всей группы. Апостолы Иоанна проповедовали: «Покайтесь и креститесь». Апостолы Иисуса возвещали: «Уверуйте и креститесь».

Такой была первая попытка последователей Иисуса согласовать противоречивые устремления, уладить расхождения во мнениях, организовать групповые начинания, выработать правила внешней обрядности и социализировать индивидуальные религиозные ритуалы.

Были рассмотрены многие второстепенные вопросы, в отношении которых апостолы пришли к единодушному мнению. В течение этих двух недель двадцать четыре человека приобрели ценный опыт, ибо им пришлось сталкиваться с трудностями и находить решения проблем без помощи Иисуса. Они учились расходиться во мнениях, спорить, соглашаться, молиться и идти на компромиссы и во всём сохранять благожелательное отношение к точке зрения собеседника и хотя бы некоторую терпимость к его чистосердечным взглядам.

Иисус вернулся в тот день, когда апостолы проводили завершающее обсуждение финансовых проблем; он выслушал их решения и сказал: «Таковы, следовательно, ваши заключения, и я помогу каждому из вас претворить ваши совместные решения».

Через два с половиной месяца Иоанн был казнен, и в течение этого времени апостолы Иоанна оставались с Иисусом и его апостолами. Все они работали сообща и крестили верующих в этот период трудов в городах Декаполиса. Лагерь на Гелвуе просуществовал до 2 ноября 27 года н. э.

В городах Декаполиса

В ноябре и декабре Иисус и двадцать четыре апостола неприметно трудились в греческих городах Декаполиса – в основном, в Скифополе, Герасе, Абиле и Гадаре. Именно здесь завершился предварительный этап принятия на себя дела Иоанна и его организации. Социализированная религия нового откровения всегда вынуждена идти на компромисс с существующими формами и обычаями предшествующей религии, которые она стремится использовать. Крещение стало той ценой, которую сторонники Иисуса заплатили, чтобы иметь рядом с собой сторонников Иоанна Крестителя в качестве социализированной религиозной группы. Сторонники Иоанна, присоединяясь к сторонникам Иисуса, отказались практически от всего, кроме крещения водой.

Во время миссии в городах Декаполиса Иисус почти не учил публично. Он много занимался с двадцатью четырьмя и провел целый ряд специальных бесед с двенадцатью апостолами Иоанна. Со временем они стали лучше понимать, почему он не навещает Иоанна в тюрьме и не пытается добиться его освобождения. Но они так и не поняли, почему Иисус не совершает чудес, почему он отказывается творить знамения своей божественной власти. До прихода в лагерь на Гелвуе они верили в Иисуса в основном благодаря свидетельству Иоанна, но вскоре они начали верить в него в результате их личного соприкосновения с Учителем и его учениями.

В течение этих двух месяцев большую часть времени группа работала в парах – один из апостолов Иисуса трудился вместе с одним из апостолов Иоанна. Апостолы Иоанна крестили, апостолы Иисуса учили, причем и те, и другие проповедовали евангелие царства в соответствии с собственным пониманием. И они завоевали много душ среди иноверцев и отступивших от своей веры евреев.

Абнер, глава апостолов Иоанна, стал убежденным последователем Иисуса и впоследствии был назначен главой группы из семидесяти учителей, которых Иисус отправил проповедовать евангелие.

В лагере у Пеллы

Во второй половине декабря все они перебрались к Иордану и обосновались у Пеллы, где снова начали учить и проповедовать. Как иудеи, так и иноверцы приходили в этот лагерь услышать евангелие. В один из дней, пополудни, когда Иисус учил народ, некоторые из ближайших друзей Иоанна доставили Учителю послание, ставшее последним, которое он получил от Крестителя.

Иоанн находился в заключении уже полтора года, и в течение большей части этого времени Иисус трудился, не привлекая к себе внимания. Поэтому неудивительно, что Иоанн начал беспокоиться о судьбе царства. Друзья Иоанна прервали Иисуса, чтобы сообщить ему: «Иоанн Креститель послал нас спросить – являешься ли ты истинным Освободителем или искать нам другого?»

Помолчав, Иисус ответил друзьям Иоанна: «Пойдите и скажите Иоанну, что он не забыт. Скажите ему, что вы слышали и видели, что нищие внимают благой вести». Поговорив еще с посланниками Иоанна, Иисус повернулся к народу и сказал: «Не думайте, что Иоанн усомнился в евангелии царства. Он спрашивает только для того, чтобы убедить своих учеников, которые являются также и моими учениками. Иоанн – не слабый человек. Позвольте спросить вас, слышавших проповеди Иоанна до того, как Ирод бросил его в темницу: что видели вы в Иоанне – тростник, раскачиваемый ветром? Капризного человека, одетого в мягкие одежды? Обычно те, кто пышно одевается и роскошно живет, находятся в царских дворцах и особняках богатеев. Но кого же вы видели в Иоанне? Пророка? Да, говорю я вам, и много больше пророка. Именно об Иоанне было сказано: „Вот, я посылаю перед тобой своего посланника; он приготовит тебе путь".

Истинно, истинно говорю вам: среди всех родившихся не было никого более великого, чем Иоанн Креститель; и всё же самый малый в царстве небесном выше его, ибо рожден в духе и знает, что стал сыном Божьим».

Многие из тех, кто слышал Иисуса в тот день, приняли крещение, как его совершал Иоанн, и тем самым публично заявили о вступлении в царство. И с того дня апостолы Иоанна крепкими узами связали себя с Иисусом. Это событие ознаменовало действительное объединение последователей Иоанна и Иисуса.

После беседы с Абнером посланники отправились в Махерон, чтобы рассказать обо всём этом Иоанну. Он был чрезвычайно утешен, и слова Иисуса, вместе с сообщением от Абнера, укрепили его веру.

В тот день Иисус продолжил обучение словами: «С кем сравню я это поколение? Многие из вас не хотят принимать ни проповедь Иоанна, ни мое учение. Вы подобны детям, играющим на рыночной площади, которые обращаются к своим товарищам и говорят: „Мы играли для вас на свирели, а вы не плясали; мы пели вам печальные песни, а вы не печалились". Так и некоторые из вас. Пришел Иоанн, который не ел и не пил, и они говорили, что он одержим бесом. Пришел Сын Человеческий, который ест и пьет, и те же люди говорят: „Вот человек, который слишком много ест и слишком много пьет вина, друг мытарей и грешников!" Воистину, о мудрости судят по ее плодам.

Может показаться, что небесный Отец сокрыл некоторые из этих истин от мудрых и разумных, открыв их младенцам. Но Отец всё делает во благо; Отец раскрывает себя вселенной теми способами, которые он выбирает сам. А потому придите ко мне все вы, кто трудится и обременен, и отдохнут ваши души. Примите божественное ярмо, и вы испытаете мир Божий, который превыше любого понимания».

Смерть Иоанна Крестителя

Иоанн Креститель был казнен по приказу Ирода Антипы вечером 10 января 28 года н. э. На другой день некоторые из его учеников, которые пришли в Махерон, узнали о казни и, обратившись к Ироду, испросили разрешение забрать тело, которое они положили в гробницу, а позднее похоронили в Севастии, на родине Абнера. На следующий день, 12 января, они отправились на север, в лагерь апостолов Иисуса и Иоанна у Пеллы, и рассказали Иисусу о смерти Иоанна. Выслушав их сообщение, Иисус отпустил народ и сказал собравшимся двадцати четырем: «Иоанн мертв. Ирод обезглавил его. Вечером соберите совет и решите соответствующим образом свои дела. Промедление закончено. Пришла пора возвестить царство открыто и во всю мощь. Завтра мы выступаем в Галилею».

Так ранним утром 13 января 28 года н. э. Иисус и апостолы в сопровождении примерно двадцати пяти последователей отправились в Капернаум и заночевали в доме Зеведея.

Четыре знаменательных дня в Капернауме

Иисус и апостолы прибыли в Капернаум вечером во вторник, 13 января. Как обычно, они расположились в доме Зеведея в Вифсаиде. Теперь, когда Иоанн Креститель был казнен, Иисус приготовился впервые открыто отправиться в путешествие по Галилее с публичными проповедями. Весть о прибытии Иисуса быстро разнеслась по городу, и на следующий день, ранним утром, его мать Мария поспешила прочь, отправившись в Назарет к своему сыну Иосифу.

Среду, четверг и пятницу Иисус провел в доме Зеведея, готовя своих апостолов к их первому большому проповедническому путешествию. Кроме того, он принял и учил многих проявлявших искренний интерес посетителей – как по одному, так и в группах. Через Андрея он договорился о выступлении в синагоге в ближайшую субботу.

Поздно вечером в пятницу Иисуса тайно навестила его младшая сестра, Руфь. Они провели вдвоем около часа в лодке, стоявшей на якоре неподалеку от берега. Ни один человек, за исключением Иоанна Зеведеева, не знал об этой встрече, и ему было велено никому о ней не рассказывать. Руфь была единственным членом семьи Иисуса, последовательно и непоколебимо верившим в божественность его земной миссии, – начиная со времени пробуждения ее духовности и на протяжении всего богатого событиями служения, смерти, воскресения и вознесения Иисуса; в итоге, она перешла в иные миры, ни разу не усомнившись в сверхъестественном характере миссии ее отца-брата, исполненной им во плоти. Из всех членов земной семьи Иисуса малышка Руфь была его главным утешением на всём протяжении тяжелого испытания – суда, отвержения и распятия.

Улов рыбы

Утром в пятницу той же недели, когда Иисус учил на берегу, толпа оттеснила его настолько, что он оказался у самой воды и дал знак рыбакам, находившимся неподалеку в лодке, прийти к нему на помощь. Перейдя в лодку, он более двух часов продолжал учить собравшийся народ. Лодка эта называлась «Симон»; ранее она принадлежала Симону Петру, и в свое время Иисус построил ее собственными руками. В то утро лодкой пользовался Давид Зеведеев с двумя своими товарищами; они только что подошли к берегу, прорыбачив на озере впустую всю ночь. Они чистили и чинили свои сети, когда Иисус позвал их на помощь.

Закончив учить людей, Иисус сказал Давиду: «Так как вам пришлось задержаться, чтобы помочь мне, позвольте поработать с вами. Отправимся порыбачить; отведите лодку туда, на глубину, и закиньте свои сети». Но один из помощников Давида, Симон, ответил: «Учитель, это бесполезно. Мы трудились всю ночь и ничего не поймали; тем не менее, мы сделаем, как ты велишь, – выйдем в море и закинем сети». И Симон согласился последовать указаниям Иисуса после знака своего хозяина, Давида. Когда они достигли указанного Иисусом места и закинули сеть, то в ней оказалось столько рыбы, что они стали бояться за свои сети. Поэтому они дали знать своим товарищам, находившимся на берегу, что они нуждаются в помощи. Когда все три лодки были наполнены до краев рыбой, – так, что почти черпали бортами воду, – Симон припал к ногам Иисуса и сказал: «Оставь меня, Учитель, ибо я грешен». Симон и все остальные свидетели этого случая были потрясены уловом рыбы. С того дня Давид Зеведеев, этот Симон и их товарищи оставили свои сети и последовали за Иисусом.

Однако в этом улове рыбы не было ничего чудесного. Иисус внимательно изучал природу; он был опытным рыбаком и знал повадки рыб в Галилейском море. В данном случае он просто направил лодки к тому месту, где обычно водилась рыба в это время суток. Но последователи Иисуса всегда считали это чудом.

Пополудни в синагоге

На следующий день, во время дневной службы в синагоге, Иисус выступил с проповедью на тему «Воля небесного Отца». Утром Симон Петр прочитал проповедь «О царстве». Темой Андрея, выступившего в четверг на вечернем собрании в синагоге, был «Новый путь». В это время в Капернауме в Иисуса верило больше людей, чем в каком-либо другом городе на земле.

Выступая в синагоге в тот субботний день, Иисус, следуя обычаю, сначала выбрал текст из закона, прочитав отрывок из Книги Исхода: «Служи Господу, Богу своему, и он благословит твой хлеб и твою воду и отведет от тебя все болезни». Второй текст он взял из пророков, прочитав отрывок из Исайи: «Поднимись и свети, ибо твой свет пришел, и слава Господа сияет над тобою. Тьма может покрывать землю, во мраке народы, но дух Господа воссияет над тобою, и божественная слава будет зрима в тебе. Даже язычники придут к этому свету, и многие великие умы не устоят перед его яркостью».

Для Иисуса эта проповедь была попыткой ясно показать, что религия является личным опытом. В частности, Учитель сказал:

«Вы хорошо знаете, что любовь добросердечного отца к своей семье как единому целому объясняется его сильным чувством к каждому члену своей семьи. Впредь всякий из вас должен относиться к небесному Отцу не как дитя Израиля, а как дитя Божье. Все вместе вы действительно являетесь детьми Израиля; как индивидуум каждый из вас есть дитя Божье. Я пришел не для того, чтобы раскрыть Отца детям Израиля, а для того, чтобы принести это знание Бога и откровение его любви и милосердия каждому верующему в качестве подлинного личного опыта. Все пророки учили вас, что Ягве заботится о своих детях, что Бог любит Израиль. Но я пришел к вам, чтобы провозгласить более великую истину, – ту, которую поняли многие поздние пророки: Бог любит каждого – каждого из вас – как индивидуума. В течение всех этих поколений ваша религия была национальной, или расовой; я же пришел для того, чтобы дать вам личную религию.

Но даже это не является новой идеей. Многие из вас – люди духовного склада – знают эту истину постольку, поскольку некоторые пророки наставляли вас в этом. Разве вы не читали в Писаниях у пророка Иеремии, где сказано: „В те дни уже не будут говорить, что отцы ели зеленый виноград, а у детей – оскомина. Каждый умрет только за свой собственный грех; оскомина будет у каждого, кто ест кислый виноград. И вот наступят дни, когда я заключу со своим народом новый завет, – не такой, какой я заключил с их предками, когда я вывел их из земли Египетской, но согласно новому пути. Я запишу свой закон в их сердцах. Я буду их Богом, а они – моим народом. В те дни уже не спросит брат брата, знает ли он Господа. Нет! Ибо все они будут знать меня лично, от мала до велика".

Разве вы не читали этих обещаний? Разве вы не верите Писаниям? Разве вы не понимаете, что слова пророка исполняются в том, что вы видите сегодня? И разве Иеремия не призывал вас сделать религию делом сердца, установить личную связь с Богом? Разве пророк не сказал вам, что Бог небесный проникнет в каждое сердце? И разве вас не предупреждали, что человеческое сердце более всего обманчиво, а порою и крайне испорчено?

Разве не читали вы то место, где Иезекииль учит еще ваших отцов, что религия должна стать реальностью в вашем личном опыте? Вы больше не будете пользоваться пословицей, гласящей: „Отцы ели зеленый виноград, а у детей – оскомина". „Живу я! – говорит Господь Бог. – Смотрите, все души принадлежат мне; как душа отца, так и душа сына. Только та душа, которая грешила, умрет". Именно этот день предвидел Иезекииль, когда сказал от имени Бога: „И дам вам сердце новое, и новый дух вложу в вас".

Вы не должны больше бояться того, что Бог накажет нацию за грех одного человека; не накажет небесный Отец и одного из своих верующих детей за грехи нации, хотя члены любой семьи зачастую должны сталкиваться с материальными последствиями семейных ошибок и коллективных проступков. Разве вы не осознаёте, что мечта о лучшей нации – или о лучшем мире – связана с совершенствованием и просвещением индивидуума?»

Вслед за этим Учитель рассказал о желании небесного Отца, чтобы его земные дети, постигшие эту духовную свободу, приступили к тому вечному восхождению к Раю, которое состоит в осознанном ответе создания на божественное побуждение пребывающего в нем духа: найти Создателя, познать Бога и стремиться стать похожим на него.

Эта проповедь оказала апостолам огромную помощь. Каждый из них более полно осознал, что евангелие царства обращено к индивидууму, а не к нации.

Несмотря на то, что жители Капернаума были знакомы с учением Иисуса, они были потрясены его проповедью, с которой он выступил в эту субботу. Он действительно учил как человек, имеющий власть, а не как книжник.

Как только Иисус закончил говорить, с одним из слушающих – юношей, сильно возбужденным его словами, – случился эпилептический припадок, и он громко закричал. Когда приступ прошел, и к нему стало возвращаться сознание, он проговорил в полузабытьи: «Что нам до тебя, Иисус Назарянин? Кто ты – святой Божий? Зачем ты явился сюда? Чтобы погубить нас?» Иисус приказал людям успокоиться и, взяв молодого человека за руку, сказал: «Пробудись» – и юноша тут же пришел в себя.

Этот юноша не был одержим нечистым духом или демоном. Он страдал обычной эпилепсией, но ему внушали, что его недуг является следствием одержимости злым духом. Он верил этим внушениям, и это накладывало отпечаток на всё, что он думал или говорил относительно своего заболевания. Все люди верили, что подобные явления – прямое следствие присутствия нечистых духов. Поэтому они считали, что Иисус изгнал из этого человека демона. Однако, в данном случае Иисус не излечил его от эпилепсии. Этот человек действительно был исцелен в тот же день, но это произошло позднее, после захода солнца. Спустя много лет после Пятидесятницы апостол Иоанн, последним описавший деяния Иисуса, избегал каких-либо упоминаний так называемых «изгнаний бесов», и он поступал так потому, что случаи одержимости полностью прекратились после Пятидесятницы.

В результате этого рядового события по всему Капернауму быстро разнеслась весть о том, что Иисус изгнал из человека беса и чудесным образом исцелил его в синагоге по окончании дневной проповеди. Суббота была подходящим временем для молниеносного распространения таких поразительных слухов. Сообщение об этом происшествии разнеслось также по всем небольшим селениям вокруг Капернаума, и многие люди поверили ему.

Приготовлением еды и хозяйством в большом доме Зеведея, ставшем центром деятельности Иисуса и двенадцати апостолов, обычно занимались жена Симона Петра и ее мать. Дом Петра находился рядом с домом Зеведея. Иисус и его друзья остановились здесь, возвращаясь из синагоги, так как мать жены Петра уже в течение нескольких дней страдала перемежающейся лихорадкой. И вот, случилось так, что примерно в то же время, когда Иисус стоял над больной женщиной, держа ее за руку, гладя ей лоб и говоря слова утешения и ободрения, лихорадка оставила ее. Иисус еще не успел объяснить своим апостолам, что в синагоге не произошло никакого чуда. Теперь же, находясь под свежим и ярким впечатлением от того случая и вспомнив воду и вино в Кане, они восприняли и это совпадение как очередное чудо, и некоторые из них бросились из дома, чтобы разнести эту новость по всему городу.

Теща Петра, Амафа, страдала малярийной лихорадкой. В этот раз она не была чудесным образом исцелена Иисусом. Только спустя несколько часов, после захода солнца, она излечилась в связи с чрезвычайным событием, произошедшим в палисаднике дома Зеведея.

Все эти случаи типичны для поведения падкого на волшебства поколения; эти верившие в чудеса люди использовали в качестве предлога каждое стечение обстоятельств, чтобы заявить, что Иисус сотворил очередное чудо.

Исцеление на заходе солнца

К концу этой богатой событиями субботы, когда Иисус и его апостолы собирались приступить к своей вечерней трапезе, весь Капернаум и его окрестности пришли в величайшее возбуждение из-за этих якобы чудесных исцелений; все, кто страдал каким-то недугом, приготовились сразу же после захода солнца отправиться к Иисусу сами или с помощью друзей. Согласно иудейскому учению, в священные часы субботы человек не имел права отправиться даже на лечение. Поэтому, как только солнце село за горизонтом, множество пораженных болезнями мужчин, женщин и детей начали стекаться к дому Зеведея в Вифсаиде. Один человек отправился в путь со своей парализованной дочерью, как только солнце скрылось за соседским домом.

Всё в этот день вело к этому необыкновенному событию, произошедшему на закате солнца. Даже отрывок, использованный Иисусом в послеобеденной проповеди, указывал на то, что следует избавиться от болезней; и он говорил с такой невиданной мощью и властностью! Его проповедь была столь убедительной! Не взывая к человеческим авторитетам, он говорил, обращаясь непосредственно к сознанию и душам людей. Не прибегая к логике, софизмам законников или глубокомысленным выражениям, он действительно обращался с сильным, прямым, ясным и личным воззванием к сердцам своих слушателей.

Эта суббота была великим днем в земной жизни Иисуса, да и в жизни вселенной. Еврейский городок Капернаум фактически стал действительной столицей локальной вселенной Небадон. Горстка евреев в капернаумской синагоге не были единственными существами, которые внимали заключительным словам проповеди Иисуса: «Ненависть – это тень страха, месть – личина трусости». Не могли его слушатели забыть и этих благословенных слов: «Человек – сын Бога, а не дитя дьявола».

Вскоре после захода солнца, когда Иисус и апостолы, отужинав, еще сидели за столом, жена Петра услышала из палисадника голоса и, подойдя к двери, увидела, что перед домом собирается большая толпа больных людей и что дорога из Капернаума запружена теми, кто направляется к ним в надежде на исцеление от рук Иисуса. Увидев это зрелище, она сразу же сообщила о нем своему мужу, а тот – Иисусу.

Когда Учитель вышел из парадной двери Зеведеева дома, его взору предстало множество пораженных болезнями и страдающих людей. Он смотрел почти на тысячу больных и хворых; во всяком случае, такое число людей собралось перед ним. Не все присутствующие страдали от болезней; некоторые пришли, помогая своим любимым в их стремлении исцелиться.

Вид этих страдающих смертных – мужчин, женщин и детей, мучения которых в значительной мере являлись следствием ошибок и преступлений его собственных доверенных Сынов вселенской администрации, – особым образом тронул человеческое сердце Иисуса и пробудил в этом великодушном Сыне-Создателе божественное милосердие. Но Иисус прекрасно понимал, что ему никогда не построить прочного духовного движения на фундаменте одних только материальных чудес. Он последовательно стремился воздерживаться от демонстрации своих прерогатив создателя. Со времени Каны с его учением не было связано ничего сверхъестественного или волшебного; тем не менее, эта толпа страждущих тронула его благожелательное сердце и глубоко взволновала его.

Он услышал, как из палисадника кто-то крикнул: «Учитель, вымолви слово, верни нам здоровье, исцели наши болезни и спаси наши души». Не успели эти слова растаять в воздухе, как сонм серафимов, физических управляющих, Носителей Жизни и промежуточных созданий, постоянно сопровождавших воплощенного Создателя вселенной, приготовился использовать созидательную силу в случае получения сигнала от их Владыки. Это был один из тех моментов в земной жизни Иисуса, когда божественная мудрость и человеческое сочувствие переплелись настолько, что Сын Человеческий обратился за помощью к воле своего Отца.

Когда Петр стал умолять его внять их крику о помощи, Иисус, глядя на толпу страждущих, ответил: «Я пришел в этот мир, чтобы раскрыть Отца и установить его царство. Этой цели посвящена вся моя прожитая до сих пор жизнь. Поэтому, если на то будет воля Пославшего меня, и если это не будет противоречить провозглашению мною евангелия небесного царства, я хотел бы видеть своих детей исцеленными, и… » – но дальнейшие слова Иисуса потонули в шуме.

Иисус передал Отцу ответственность за принятие решения об исцелении. Очевидно, воля Отца не противоречила этому желанию, ибо не успел Учитель произнести своих слов, как сонм небесных личностей, действующих под предводительством Личностного Настройщика Иисуса, пришел в состояние чрезвычайной активности. Обширная свита опустилась на разноликую толпу страдающих смертных, и через мгновение 683 человека – мужчины, женщины и дети – были исцелены, полностью избавлены от всех физических заболеваний и других материальных недугов. Это было первым и последним зрелищем такого рода на земле. И для всех, кто был свидетелем этой созидательной волны исцеления, это стало действительно захватывающим зрелищем.

Но из всех существ, потрясенных мгновенным и неожиданным всплеском сверхъестественного исцеления, больше всех был удивлен Иисус. В тот момент, когда его человеческое участие и сострадание были сосредоточены на открывшемся перед ним зрелище страданий и боли, он забыл предупреждения своего Личностного Настройщика о том, что при определенных условиях и в некоторых обстоятельствах становится невозможным ограничить временной аспект присущих Сыну-Создателю прерогатив творца. Иисус желал исцеления этих страдающих смертных, если это не противоречило воле его Отца. Личностный Настройщик Иисуса тут же постановил, что в тот момент подобный акт с использованием созидательной энергии не нарушал волю Райского Отца, и этим решением – ввиду предшествующего желания Иисуса вылечить людей – созидательный акт стал фактом. То, чего желает Сын-Создатель и что соответствует воле его Отца, ЕСТЬ. Это стало самым массовым физическим исцелением смертных за всю земную жизнь Иисуса.

Как и можно было ожидать, молва об этом исцелении на заходе солнца в Вифсаиде близ Капернаума разнеслась по всей Галилее и Иудее, а также за их пределами. В очередной раз у Ирода пробудился страх, и он послал наблюдателей, которые должны были сообщить ему о труде и учениях Иисуса и выяснить, кто он – бывший плотник из Назарета или воскресший из мертвых Иоанн Креститель.

В основном благодаря этой непреднамеренной демонстрации физического исцеления, впредь – на протяжении всей его оставшейся земной жизни – Иисус в равной мере являлся как врачом, так и проповедником. Конечно, он продолжал учить людей, но его непосредственный труд заключался в основном в помощи больным и страждущим, в то время как его апостолы выступали с публичными проповедями и крестили верующих.

Однако большинство из тех, на ком проявилось действие божественной энергии, продемонстрированной после захода солнца в форме сверхъестественного, или созидательного исцеления, не извлекло долговременной духовной пользы из этого необычайного проявления милосердия. Лишь немногих эта физическая помощь действительно укрепила в вере, но поразительный всплеск вневременного исцеления не помог сердцам людей проникнуться духовным царством.

Чудеса исцеления, с которыми то и дело была связана земная миссия Иисуса, не являлись частью его плана провозглашения царства. Они были побочным следствием присутствия на земле божественного существа, обладающего практически неограниченными прерогативами создателя в сочетании с беспрецедентным соединением божественного милосердия и человеческого сочувствия. Однако эти так называемые чудеса доставляли Иисусу много хлопот, создавая ненужную славу и являясь источником известности, порождавшей предубеждения.

Вечером того же дня

В течение всего вечера, наступившего после этого великого массового исцеления, толпы ликующих и счастливых людей заполняли дом Зеведея, и апостолы Иисуса были на вершине эмоционального подъема. С человеческой точки зрения, этот день стал, наверное, величайшим из всех великих дней в их отношениях с Иисусом. И никогда – ни до, ни после – их надежды не взлетали до таких высот убежденного упования. Лишь за несколько дней до этого – когда они еще находились в Самарии – Иисус сказал им, что настал час для провозглашения царства со всей мощью, и теперь они лицезрели то, что, как они полагали, было исполнением этого обещания. Они затрепетали, предвидя, что их ожидает впереди, если эта поразительная демонстрация целительной силы является только началом. Исчезли последние следы сомнений в божественности Иисуса. Ошеломленные и зачарованные, они буквально опьянели от восторга.

Однако, когда они стали искать Иисуса, то не смогли его найти. Учитель был крайне взволнован происшедшим. Эти мужчины, женщины и дети, исцелившиеся от различных болезней, не расходились допоздна в надежде дождаться возвращения Иисуса и поблагодарить его. Апостолы не могли понять поведения Учителя: шло время, а он оставался в уединении; их радость была бы полной и совершенной, если бы не его затянувшееся отсутствие. Когда же Иисус, наконец, вернулся к ним, было поздно, и практически все облагодетельствованные исцелением люди уже разошлись по домам. Иисус отверг поздравления и восторги двенадцати и других людей, задержавшихся здесь, чтобы поприветствовать его, и только сказал: «Не радуйтесь тому, что мой Отец может исцелить тело, – радуйтесь тому, что он способен спасти душу. Отправимся на покой, ибо завтра нам предстоит заняться делом Отца».

И вновь двенадцать разочарованных, смущенных и опечаленных мужчин отправились на покой. В ту ночь они, за исключением близнецов, почти не сомкнули глаз. Стоило Учителю совершить нечто такое, что ободряло души и радовало сердца его апостолов, как он, казалось, тут же вдребезги разбивал их надежды и полностью уничтожал саму основу их мужества и энтузиазма. Сбитые с толку, эти рыбаки смотрели друг на друга, и в их глазах читалась только одна мысль: «Мы не можем понять его. Что всё это значит?»

Ранним утром в воскресенье

В ту субботнюю ночь Иисус тоже почти не сомкнул глаз. Он сознавал, что мир полон физических бедствий и изобилует материальными трудностями, и он задумался об огромной опасности – быть вынужденным посвящать столь значительную часть своего времени заботе о больных и страждущих, что физическая опека сделалась бы препятствием для его миссии по установлению духовного царства в сердцах людей или, по крайней мере, подчинила бы ее себе. Из-за этих и схожих мыслей, одолевавших ночью смертный разум Иисуса, в то воскресное утро он поднялся задолго до рассвета и отправился в одиночестве в одно из своих излюбленных мест для общения с Отцом. В это раннее утро Иисус молился о мудрости и здравом смысле, о том, чтобы не позволять своему человеческому сочувствию, соединенному с божественным милосердием, оказывать на него столь сильное влияние в присутствии страдающих смертных, чтобы всё его время уходило на физическую опеку в ущерб духовной. Хотя он не хотел полностью уклоняться от помощи больным, он знал, что должен заниматься более важным делом, – духовным обучением и религиозным воспитанием.

Иисус столь часто уходил молиться в горы из-за отсутствия укромного помещения, пригодного для его молитв.

Петр не мог заснуть в ту ночь. Поэтому вскоре после того, как Иисус отправился молиться, когда еще было очень рано, он разбудил Иакова и Иоанна, и трое апостолов отправились на поиски Учителя. Проискав Иисуса больше часа, они нашли его и стали просить, чтобы он объяснил им причину своего странного поведения. Они хотели знать, почему он казался обеспокоенным могучим излиянием целительного духа, приведшего всех людей в бурный восторг и столь обрадовавшего его апостолов.

Более четырех часов Иисус пытался разъяснить этим трем апостолам, что случилось. Он раскрыл им происшедшее и объяснил всю опасность таких проявлений. Иисус поведал им, почему он пришел сюда для молитвы. Он стремился объяснить своим личным соратникам действительные причины невозможности построить царство Отца на чудесах и физическом исцелении. Однако они не смогли понять его учения.

Тем временем, с раннего утра в воскресенье, к дому Зеведея стали стекаться новые толпы страдающих и любопытных, которые требовали встречи с Иисусом. Андрей и апостолы оказались в столь затруднительном положении, что пока Симон Зелот говорил с собравшейся толпой, Андрей вместе с несколькими своими товарищами отправился на поиски Иисуса. Найдя Иисуса в обществе трех апостолов, он сказал: «Учитель, зачем ты оставил нас наедине с народом? Посмотри, все ищут тебя; никогда еще так много людей не стремилось к твоему учению. Вот и сейчас дом окружают люди, пришедшие из ближних и дальних мест после сотворенных тобою чудес. Разве ты не вернешься вместе с нами, чтобы помочь им?»

Услышав эти слова, Иисус ответил: «Андрей, разве я не внушал тебе и твоим товарищам, что моя земная миссия – раскрытие Отца, а моя проповедь – возвещение царства небесного? Так почему же, в таком случае, ты готов допустить, чтобы меня отвлекали от моего труда ради ублажения любопытных и удовлетворения тех, кто ищет знамений и чудес? Разве мы не находились среди этих людей все эти месяцы, и разве стекались они толпами, чтобы услышать благую весть царства? Почему же теперь они пришли осаждать нас? Не потому ли, что исцелились их физические тела – а не вследствие восприятия духовной истины для спасения их душ? Когда люди тянутся к нам из-за необычайных явлений, многие из них ищут не истины и спасения, а исцеления своих физических болезней и освобождения от своих материальных трудностей.

Всё это время я провел в Капернауме; и в синагоге, и у моря я провозглашал благую весть царства всем, у кого были уши, чтобы услышать, и сердца, чтобы принять истину. Воля моего Отца – не в том, чтобы я вернулся с вами угождать любопытным и заниматься физической опекой в ущерб опеке духовной. Я велел вам проповедовать евангелие и помогать больным, но я не должен увлекаться исцелением в ущерб своему учению. Нет, Андрей, я не вернусь с вами. Идите и скажите людям, чтобы они верили в то, чему мы их учили, и радовались свободе сынов Божьих, а сами собирайтесь в дорогу – мы отправляемся в другие города Галилеи, где уже подготовлен путь для проповеди благой вести царства. Именно для этой цели я пришел от Отца. Ступайте же и будьте готовы сразу же выйти в путь; я буду ждать вашего возвращения здесь».

Когда Иисус умолк, Андрей и его товарищи-апостолы понуро отправились назад к дому Зеведея, распустили собравшийся народ и быстро собрались в путь, как и велел Иисус. Так, пополудни в воскресенье, 18 января 28 года н. э., Иисус и апостолы отправились в свое первое действительно открытое путешествие с публичными проповедями по городам Галилеи. Во время этого первого путешествия они проповедовали евангелие царства во многих городах, но они не посетили Назарет.

В тот же день – вскоре после того, как Иисус и его апостолы вышли в Риммон, – его братья Иаков и Иуда пришли в дом Зеведея, чтобы повидаться с ним. В тот день, около полудня, Иуда разыскал своего брата Иакова и настоял на том, чтобы они отправились к Иисусу. К тому времени, когда Иаков согласился, Иисус уже покинул Капернаум.

Апостолам было жаль покидать Капернаум, где их проповедь была встречена с огромным интересом. По подсчетам Петра, не менее тысячи человек могли бы креститься и вступить в царство. Иисус терпеливо выслушал их, однако отказался вернуться. На время воцарилось молчание, и затем Фома обратился к своим товарищам-апостолам со словами: «Вперед! Учитель сказал свое слово. Хотя мы и не можем до конца понять тайны небесного царства, в одном мы уверены: мы следуем за учителем, который не ищет для себя славы». И с неохотой покинув Капернаум, они отправились в путь возвещать благую весть в городах Галилеи.

Первое проповедническое путешествие по Галилее

Первое путешествие по Галилее с публичными проповедями началось в воскресенье, 18 января 28 года н. э., и продолжалось около двух месяцев, завершившись 17 марта возвращением в Капернаум. Во время этого путешествия Иисус и двенадцать апостолов, которым помогали бывшие апостолы Иоанна, проповедовали евангелие и крестили верующих в Риммоне, Иотапате, Раме, Завулоне, Ироне, Гисхале, Хоразине, Мадоне, Кане, Наине и Ен-Доре. В этих городах они останавливались и учили, в то время как во многих меньших городах они провозглашали евангелие царства, не задерживаясь в них.

Иисус впервые разрешил своим товарищам проповедовать без ограничений. Во время этого путешествия он предупредил их только в трех случаях, посоветовав держаться подальше от Назарета и быть осмотрительными, проходя через Капернаум и Тивериаду. Сознание того, что они свободны проповедовать и учить без запретов, было источником огромного удовлетворения для апостолов, и они целиком посвятили себя проповеди евангелия, помощи больным и крещению верующих, делая всё это с великим усердием и радостью.

Проповедь в Риммоне

Когда-то небольшой город Риммон поклонялся вавилонскому богу воздуха – Рамману. Многие из ранних вавилонских и последующих зороастрийских учений еще являлись частью верований риммонитян; поэтому Иисус и двадцать четыре апостола посвятили много времени разъяснению отличия этих древних верований от нового евангелия царства. Здесь Петр выступил с одной из своих лучших ранних проповедей – «Аарон и золотой телец».

Хотя многие жители Риммона уверовали в учение Иисуса, в последующие годы они доставили немало неприятностей своим собратьям. За короткий промежуток времени, выпадающий на долю одного поколения, трудно превратить тех, кто обожествляет силы природы, в подлинных членов братства – поклонников духовного идеала.

Многие из лучших идей Вавилона и Персии о свете и мраке, добре и зле, времени и вечности были впоследствии включены в так называемое христианство, что сделало христианские учения более приемлемыми для народов Ближнего Востока. Таким же образом, включение многих теорий Платона об идеальном духе, или невидимых прототипах всех видимых и материальных вещей, – в том виде, в котором они были позднее приспособлены Филоном к иудаизму, – сделало христианские учения Павла более приемлемыми для западных греков.

Именно в Риммоне Тодан впервые услышал евангелие царства, и впоследствии он принес эту идею в Месопотамию и далеко за ее пределы. Он был среди первых проповедников благой вести за Евфратом.

В Иотапате

Хотя простые люди Иотапаты охотно слушали Иисуса и его апостолов и многие из них приняли евангелие царства, посещение Иотапаты было отмечено, прежде всего, речью Иисуса перед двадцатью четырьмя апостолами, которую он произнес во второй вечер их пребывания в этом городке. Нафанаил запутался в учениях Иисуса о молитве, благодарении и поклонении, и в ответ на его вопрос Иисус дал весьма подробное толкование своего учения. Резюмируя его речь современным языком, можно выделить следующие моменты:

1. Сознательная и упорная тяга к пороку постепенно уничтожает молитвенную связь человеческой души с духовными контурами, позволяющими человеку общаться со своим Творцом. Конечно, Бог слышит прошение своего дитя, но когда человеческое сердце преднамеренно и упорно исповедует порочные представления, происходит постепенная утрата личного общения земного дитя со своим небесным Отцом.

2. Молитва, несовместимая с известными и утвержденными законами Бога, отвратительна Райским Божествам. Если человек не желает слушать Богов, говорящих со своим творением по законам духа, разума и материи, то сам акт подобного преднамеренного и сознательного презрения со стороны создания делает духовные личности глухими к личным прошениям таких не подчиняющихся законам и непокорных смертных. Иисус напомнил своим апостолам слова пророка Захарии: «Но они не желали внимать, отвернулись от меня, и заткнули уши, чтобы не слышать. Да, и сердца свои сделали твердокаменными, чтобы не слышать закона и слов, которые я послал через своего духа и возвестил устами пророков; а потому результатами их злоумышления стал великий гнев, обрушенный на их преступные головы. И было так, что они взывали, но ни одно ухо не было открыто для них». После этого Иисус процитировал высказывание мудреца: «Если человек отказывается следовать наставлениям божественного закона, то даже его молитва будет отвратительна».

3. Открывая канал общения человека с Богом со стороны человека, смертные сразу же обретают доступ к непрекращающемуся потоку божественной помощи созданиям миров. Когда человек слышит, как в его сердце говорит голос Божьего духа, неотъемлемой частью такого опыта является то, что Бог одновременно слышит молитву человека. Таким же безошибочным образом совершается и прощение греха. Небесный Отец простил нас еще до того, как мы подумали о подобном прошении, однако такое прощение возникает в нашем личном религиозном опыте только тогда, когда мы прощаем своих собратьев. Прощение Бога как факт не зависит от нашего прощения своих товарищей, однако в опыте оно связано именно таким условием. Так факт синхронности человеческого и божественного прощения нашел отражение и связь в молитве, которой Иисус научил апостолов.

4. Во вселенной действует основополагающий закон правосудия, который не может быть обойден милосердием. Всецело эгоистичному созданию из пространственно-временных миров недоступно чуждое корысти великолепие Рая. Даже бесконечная любовь Бога не может заставить принять вечную жизнь, если смертное создание решает иначе. Посвящение милосердия огромно по своему охвату, но в конечном итоге существует правосудие, которое не может отменить даже соединенная с милосердием любовь. Иисус вновь процитировал из священных книг иудеев: «Я звала, но вы отказались слушать; я протянула вам руку, но вы отказались от помощи. Вы отвергли все мои советы и не приняли моих упреков, и ваше мятежное отношение неизбежно приведет к тому, что будете звать меня, но не услышите ответа. Отвергнув путь жизни, усердно будете искать меня в дни ваших страданий, но не найдете».

5. Тот, кто желает милосердия, должен быть милосердным; не судите, да не судимы будете. Каким судом судите, таким будете судимы. Милосердие не отменяет всей справедливости во вселенной. В конечном счете, подтвердится истина: «Кто остается глухим к воплям бедных, тот однажды и сам возопит – и не будет услышан». Искренность любой молитвы – уверенность в том, что она услышана; духовная мудрость и вселенская состоятельность любого прошения определяет время, способ и меру ответа. Мудрый отец не отвечает буквально на глупые молитвы своих невежественных и неопытных детей, хотя дети могут получать большое удовольствие и действительное душевное удовлетворение, обращаясь с такими абсурдными прошениями.

6. Целиком посвятив себя исполнению воли небесного Отца, вы будете получать ответ на все свои прошения, потому что ваши молитвы будут полностью соответствовать воле Отца, а воля Отца проявляется всегда, по всей его необъятной вселенной. То, что соответствует желанию истинного сына и воле бесконечного Отца, ЕСТЬ. Такая молитва не может остаться без ответа, и никакое иное прошение не может быть удовлетворено полностью.

7. Вопль праведника есть вероисповедное действие Божьего дитя, которое открывает двери кладовых Отца, содержащих добродетель, истину и милосердие, и эти благие дары уже давно дожидаются того, чтобы сын востребовал и лично использовал их. Молитва не изменяет божественного отношения к человеку, однако она действительно изменяет отношение человека к неизменному Отцу. Проникновение к божественному уху обеспечивается именно мотивом молитвы, а не социальным, экономическим или внешним религиозным статусом молящегося.

8. С помощью молитвы невозможно сократить время или преодолеть ограничения пространства. Молитва не может быть методом самовозвеличения или обеспечения несправедливого преимущества перед своими собратьями. Целиком эгоистичная душа неспособна молиться в истинном значении этого слова. Иисус сказал: «Пусть высшим счастьем станет для вас Бог, который непременно исполнит искренние желания ваших сердец». «Доверься Господу, верь в него, и он совершит». «Ибо Господь слышит вопль обездоленных и не останется глух к молитве беспомощных».

9. «Я пришел от Отца; поэтому, если вы когда-либо будете испытывать сомнения относительно того, что просить у Отца, просите у меня, и я передам ваше прошение согласно вашим действительным потребностям и желаниям и согласно воле моего Отца». Остерегайтесь великой опасности – сосредоточивать молитвы на себе. Не молитесь много о себе; молитесь больше о духовном росте своих собратьев. Избегайте материалистических молитв; молитесь в духе и о богатстве духовных даров.

10. Когда вы молитесь о больных и страждущих, не ждите, что ваши прошения заменят сердечную и разумную помощь им. Молитесь о благополучии своих семей, друзей и товарищей, но особо молитесь за проклинающих вас, и возносите исполненные любви прошения за преследующих вас. «Но я не скажу вам, когда нужно молиться. Только пребывающий в вас дух может подвигнуть вас на произнесение тех прошений, которые выражают вашу внутреннюю связь с Отцом духов».

11. Многие прибегают к молитве лишь тогда, когда попадают в беду. Такая практика бездумна и обманчива. Конечно, вы правильно поступаете, если, не находя покоя, обращаетесь к молитве, однако вы не должны забывать говорить как сын с Отцом также и тогда, когда в душе вашей царит покой. Пусть ваши прошения всегда будут тайными. Не позволяйте людям слышать ваши личные молитвы. Благодарственные молебны уместны для групп верующих, однако молитва души – дело личное. Существует только одна форма молитвы, которая уместна для всех Божьих детей: «Как бы то ни было, да свершится твоя воля».

12. Все, кто уверовал в это евангелие, должны искренне молиться за расширение царства небесного. Из всех молитв, приведенных в иудейских Писаниях, Иисус наиболее одобрительно отозвался о следующем прошении Псалмопевца: «Вложи мне в сердце чистоту, о Боже, и дух мой снова сделай правым. Очисть меня от тайных грехов и удержи твоего слугу от высокомерного беззакония». Иисус подробно остановился на отношении молитвы к легкомысленной и оскорбительной речи, процитировав: «Стражу поставь, о Господи, у рта моего, чтобы следила за дверьми моих уст». «Человеческий язык, – сказал Иисус, – это орган, который редко кому удается укротить, однако дух способен превратить этот неверный орган в добрый глас терпимости и в воодушевляющего слугу милосердия».

13. Иисус учил, что молитва о божественном водительстве по стезям земной жизни является следующей по важности после прошения о знании воли Отца. Фактически это означает молитву о божественной мудрости. Иисус никогда не учил, что молитва может дать человеку знания и специальные умения. Но он действительно учил, что молитва является одним из факторов повышения чувствительности человека к присутствию божественного духа. Когда Иисус учил своих товарищей молиться в духе и в истине, он объяснял, что имел в виду молиться искренне и согласно личной просвещенности, молиться от всего сердца, разумно, серьезно и настойчиво.

14. Иисус предупредил своих последователей не думать, что витиеватые повторения, изысканные выражения, пост, епитимья или жертвоприношения сделают их молитвы более эффективными. Но он действительно побуждал своих верующих использовать молитву как средство восхождения через благодарение к истинному поклонению. Иисус сожалел о том, что в молитвах и в поклонении его последователей было так мало от духа благодарения. По этому поводу он процитировал из Писаний: «Благо славить Господа и петь хвалу имени Всевышнего, каждое утро быть благодарным за его милосердие, и каждый вечер – за его верность, ибо Бог доставляет мне радость своим трудом. Буду благодарить за всё согласно воле Божьей».

15. И затем Иисус сказал: «Не нужно постоянно и чрезмерно беспокоиться о своих обычных потребностях. Не тревожьтесь о проблемах своего земного существования, но во всех этих вещах, в молитве и прошении, в духе искреннего благодарения открывайте свои нужды перед небесным Отцом». После этого он процитировал из Писаний: «Я буду славить имя Божье в песнях, и превозносить его имя в благодарственном молебне. И это обрадует Господа намного больше, чем принесенный в жертву вол или телец с рогами и копытами».

16. Иисус учил своих последователей, что после вознесения молитвы Отцу им следует на время оставаться в состоянии молчаливой восприимчивости, чтобы предоставить внутреннему духу лучшую возможность для разговора с внимающей ему душой. Дух Отца успешней всего говорит с человеком тогда, когда человеческий разум пребывает в состоянии истинного поклонения. Мы поклоняемся Богу с помощью пребывающего в нас духа Отца и посредством просвещения человеческого разума, который приобщается к истине. Поклонение, учил Иисус, делает поклоняющегося всё более похожим на существо, являющееся объектом поклонения. Поклонение – это преобразующий опыт, посредством которого конечное постепенно приближается и в итоге достигает присутствия Бесконечного.

Иисус раскрыл своим апостолам также многие другие истины относительно общения человека с Богом, но мало кто из них смог полностью осознать его учение.

Остановка в Раме

В Раме у Иисуса состоялась достопамятная беседа с престарелым греческим философом, который учил, что наука и философия достаточны для удовлетворения потребностей, возникающих в человеческом опыте. Иисус терпеливо и благожелательно выслушал этого греческого учителя и во многом согласился с истинностью сказанного им, но когда грек закончил, Иисус указал, что в своем обсуждении человеческого существования он не смог объяснить «откуда, зачем и куда» и добавил: «Где вы останавливаетесь, там мы начинаем. Религия – это предназначенное для человеческой души откровение о духовных реальностях, которые никогда не удалось бы открыть или целиком охватить одним только разумом. Интеллектуальные устремления способны открыть факты жизни, однако евангелие царства раскрывает истины бытия. Ты говорил о материальных тенях истины; готов ли ты выслушать мой рассказ о вечных и духовных реальностях, которые порождают эти преходящие временные тени – материальные факты смертного существования?» Более часа Иисус учил этого грека спасительным истинам евангелия царства. Престарелый философ оказался восприимчивым к подходу Учителя и будучи действительно объективным человеком, быстро поверил в это евангелие спасения.

Апостолы были несколько обескуражены открытым согласием Иисуса со многими утверждениями грека, однако позднее, когда они остались одни, Иисус сказал им: «Дети мои, не удивляйтесь моему терпимому отношению к философии грека. Истинная, подлинная внутренняя уверенность ничуть не боится внешнего анализа, как не отвергает истина и честной критики. Всегда помните о том, что нетерпимость – это маска, под которой скрываются тайные сомнения в истинности убеждений. Если человек абсолютно убежден в том, во что он верит всем сердцем, то его никогда не будет волновать отношение его ближнего. Мужество – это бескомпромиссно-честная уверенность создания в предмете своей веры. Искренние люди не боятся критического рассмотрения своих истинных убеждений и благородных идей».

Во второй вечер в Раме Фома задал Иисусу следующий вопрос: «Учитель, как вновь обращенный в твое учение может действительно знать истинность этого евангелия царства, быть по-настоящему убежденным в ней?»

Иисус ответил Фоме: «Ваша уверенность в том, что вы вошли в царство – семью Отца – и в том, что вы обретете вечное спасение вместе с детьми царства, целиком относится к личному опыту – к вере в слово истины. Духовная убежденность равна вашему личному религиозному опыту в сфере вечных реальностей божественной истины; иначе говоря, она соответствует вашему интеллектуальному пониманию реальностей истины в сочетании с духовной верой и за вычетом ваших искренних сомнений.

Сын по природе своей наделен жизнью Отца. Наделенные живым духом Отца, вы являетесь сынами Божьими. После жизни во плоти в материальном мире вы продолжаете жить, ибо соединены с живым духом Отца, даром вечной жизни. Действительно, многие обладали этой жизнью до того, как я пришел от моего Отца, и многие получили этот дух, ибо поверили моему слову. Но я заявляю: когда я вернусь к Отцу, он пошлет свой дух в сердца всех людей.

Хотя вы и не видите, как божественный дух действует в вашем разуме, существует практический метод для определения той меры, в которой вы передали управление вашими душевными силами наставлению и руководству пребывающего в вас духа небесного Отца, и это – степень вашей любви к своим собратьям. Дух Отца несет в себе любовь Отца, и когда он овладевает человеком, он неизменно ведет к поклонению Божеству и любвеобильному отношению к своим товарищам. Сначала вы верите, что являетесь сынами Божьими потому, что мое учение помогло вам лучше осознать внутренние веления пребывающего в вас духовного присутствия нашего Отца. Но вскоре Дух Истины будет излит на всю плоть, и он будет жить среди людей и учить всех людей так же, как я живу сейчас среди вас и говорю вам слова истины. И этот Дух Истины, обращаясь к духовным способностям ваших душ, поможет вам понять, что вы являетесь сынами Божьими. Он будет служить верным доказательством того, что в вас пребывает духовное присутствие Отца, – ваш дух, который к тому времени будет жить во всех людях, как сегодня он живет в некоторых, – и говорить вам, что вы действительно являетесь сынами Божьими.

Каждое земное дитя, следующее велениям этого духа, в итоге узнает волю Божью, а тот, кто подчинится воле моего Отца, будет жить вечно. Путь от земной жизни к вечности не разъяснен вам, но он есть и всегда был, и я пришел для того, чтобы сделать этот путь новым и живым. Тот, кто вступает в царство, сразу обретает вечную жизнь – он никогда не погибнет. Однако многое из этого вы поймете лучше после того, как я вернусь к Отцу, и вы сможете увидеть ваш сегодняшний опыт ретроспективно».

И те, кто слышал эти благословенные слова, были премного утешены. Еврейские учения были путаными и неточными в том, что касалось спасения праведников, и потому совершенно определенные и уверенные слова о вечном спасении всех истинно верующих придали сил сторонникам Иисуса и воодушевили их.

Апостолы по-прежнему проповедовали и крестили верующих, продолжая по своему обыкновению ходить по домам, утешая отверженных и помогая больным и страждущим. Апостольская организация была расширена: с каждым из апостолов Иисуса трудился один из апостолов Иоанна; Абнер был напарником Андрея; и такая структура сохранялась до тех пор, пока они не отправились в Иерусалим на очередную Пасху.

Специальные наставления, данные Иисусом во время их пребывания в Завулоне, касались, в первую очередь, дальнейшего обсуждения взаимных обязанностей, накладываемых царством, и включали положения, призванные прояснить различия между личным религиозным опытом и духом согласия, присущим социальным религиозным обязательствам. Это был один из тех редких случаев, когда Учитель обсуждал социальные аспекты религии. На протяжении всей своей земной жизни Иисус не дал своим последователям почти никаких наставлений относительно социализации религии.

Население Завулона было смешанным; его нельзя было назвать ни иудейским, ни языческим. Мало кто из этих людей действительно уверовал в Иисуса, несмотря на то, что они слышали об исцелении больных в Капернауме.

Евангелие в Ироне

В Ироне, как и во многих других городах и селах Галилеи и Иудеи, была синагога, и вначале своего служения Иисус обычно выступал в этих синагогах по субботам. Иногда он говорил на утреннем богослужении, а Петр или один из других апостолов проповедовали пополудни. Кроме того, Иисус и апостолы часто учили и проповедовали на вечерних собраниях в синагогах в будние дни. Хотя религиозные вожди Иерусалима становились всё более враждебными к Иисусу, их непосредственное влияние не распространялось за пределы синагог Иерусалима. Лишь позднее им удалось столь широко настроить против Иисуса народ, что почти все синагоги закрыли свои двери перед его учением. Пока же все синагоги Галилеи и Иудеи были открыты для него.

В Ироне находились крупные по тем временам рудники, а так как Иисус никогда не жил жизнью рудокопа, то, пока они находились в Ироне, большую часть своего времени он проводил в рудниках. Пока апостолы посещали дома и проповедовали в общественных местах, Иисус работал в рудниках вместе с подземными тружениками. Слава Иисуса-целителя достигла даже этого глухого селения, и многие больные и страждущие ждали от него помощи – и многие получили огромную пользу от его исцеляющей опеки. Однако ни в одном из этих случаев Учитель не совершил так называемого чуда, кроме излечения прокаженного.

День клонился к вечеру, когда на третий день своего пребывания в Ироне Иисус возвращался с рудников. Направляясь к своему жилищу, он миновал узкую боковую улочку и оказался рядом с убогой лачугой прокаженного. Прослышав о славе Иисуса как целителя, несчастный решился обратиться к нему, когда тот проходил мимо его двери. Упав перед ним на колени, он произнес: «Господи, если бы ты только захотел, ты смог бы меня очистить. Я слышал проповедь твоих учителей, и я хотел бы войти в царство, если бы я мог очиститься». Прокаженный говорил так потому, что у евреев прокаженным запрещалось даже посещать синагогу и вообще принимать участие в публичном богослужении. Этот человек действительно верил, что он не может быть принят в грядущее царство, пока не излечится от проказы. И когда Иисус увидел его страдания и услышал слова, в которых звучала твердая вера, его человеческое сердце было тронуто, и божественный разум отозвался состраданием. Когда Иисус посмотрел на него, человек пал ниц, превознося Учителя. Затем Иисус протянул свою руку и, прикоснувшись к нему, сказал: «Хочу – очистись». И тот тут же стал чистым; он более не страдал проказой.

Когда Иисус поднял человека на ноги, он приказал ему: «Смотри, никому не сказывай о своем исцелении, но скромно займись своим делом, покажи себя священнику и принеси жертвы, какие повелел Моисей, в свидетельство твоего излечения». Но этот человек не сделал так, как ему сказал Иисус. Вместо этого, он стал рассказывать всем встречным о том, что Иисус излечил его проказу, и так как все в городе знали его, люди могли удостовериться в том, что он очистился от своей болезни. Несмотря на наставления Иисуса, он не пошел к священникам. В результате распространения вести о том, что Иисус исцелил этого человека, Учителя осадила такая толпа больных, что на следующий день ему пришлось встать засветло и покинуть селение. Хотя Иисус не входил больше в город, в течение двух дней он оставался на окраине, рядом с рудниками, продолжая учить уверовавших рудокопов евангелию царства.

Очищение прокаженного было первым так называемым чудом, сознательно и преднамеренно сотворенным Иисусом за всё время вплоть до того момента. И это был случай настоящей проказы.

Из Ирона они отправились в Гисхалу, где провели два дня, провозглашая евангелие, после чего вышли в Хоразин, где задержались почти на неделю, проповедуя благую весть. Однако в Хоразине им удалось пополнить царство лишь горсткой верующих. Ни в одном другом месте, где довелось учить Иисусу, он не встречался с таким всеобщим неприятием его проповеди. Пребывание в Хоразине оказало гнетущее воздействие на большинство апостолов. Андрею и Абнеру с трудом удавалось поддерживать присутствие духа в своих товарищах. Не привлекая к себе внимания, они прошли через Капернаум и продолжили путь в село Мадон, где они добились чуть большего успеха. В сознании большинства апостолов преобладала мысль о том, что их неспособность добиться успеха в городах, которые они недавно посетили, объяснялась настойчивым требованием Иисуса не упоминать о нем как о целителе в их выступлениях и проповедях. Как же им хотелось, чтобы он очистил еще одного прокаженного или каким-то другим образом обнаружил свое могущество, чтобы привлечь внимание людей! Однако их искренние уговоры не возымели на Учителя никакого воздействия.

Снова в Кане

К огромной радости апостольской группы Иисус объявил: «Завтра мы идем в Кану». Они знали, что в Кане их ждет благожелательный прием, ибо Иисус был хорошо известен там. Они успешно трудились, помогая людям войти в царство, когда, на третий день, в Кану прибыл видный житель Капернаума по имени Тит, который до некоторой степени верил в царство и сын которого был серьезно болен. Он узнал, что Иисус находится в Кане, и поспешил сюда, чтобы увидеть его. Верующие Капернаума думали, что Иисус способен излечить любую болезнь.

Когда этот знатный господин разыскал Иисуса в Кане, он стал упрашивать его спешно отправиться в Капернаум и исцелить его больного сына. Пока апостолы стояли рядом, затаив дыхание, Иисус, глядя на отца заболевшего мальчика, сказал: «Долго ли мне еще терпеть вас? Сила Божья среди вас, но вы не уверуете, пока не увидите знамений и чудес». Но вельможа взмолился: «Господи, я подлинно верую, но приди, пока не умер сын мой, ибо, когда я оставил его, он уже был при смерти». На мгновенье Иисус склонил в раздумье голову и внезапно произнес: «Возвращайся домой; твой сын будет жить». Тит поверил слову Иисуса и поспешил назад в Капернаум. По дороге его встретили слуги со словами: «Радуйся – твоему сыну лучше, он жив». Тогда Тит спросил, в котором часу мальчик стал выздоравливать, и когда слуги ответили: «Вчера в седьмом часу горячка оставила его», отец вспомнил, что примерно в это же время Иисус сказал: «Твой сын будет жить». И с тех пор Тит уверовал всем сердцем, как и вся его семья. Этот сын стал выдающимся слугой царства и позднее сложил свою голову вместе с теми, кто принял страдания в Риме. Хотя все домашние Тита, его друзья и даже апостолы считали этот эпизод чудом, он таковым не являлся. По крайней мере, это не было чудом исцеления физической болезни. Это был лишь случай использования априорного знания естественного развития событий, к которому Иисус часто прибегал после своего крещения.

И вновь Иисусу пришлось поспешить прочь из Каны из-за нездорового внимания, привлеченного вторым случаем подобного рода за время его служения в этом селении. Горожане помнили о воде и вине; теперь же, когда он, якобы, излечил сына вельможи на большом расстоянии, они не только стали приходить к нему, приводя больных и страждущих, но и слали гонцов с просьбой исцелить на расстоянии. И когда Иисус увидел, что вся округа пришла в движение, он сказал: «Отправимся в Наин».

Наин и вдовий сын

Эти люди верили в знамения; они принадлежали к поколению людей, жаждущих чуда. К тому времени в центральной и южной Галилее имя Иисуса и его личное служение отождествлялись с чудесами. Десятки, сотни честных людей, страдавших от сугубо нервных и эмоциональных расстройств, приходили к Иисусу и затем возвращались домой к своим друзьям, объявляя, что Иисус исцелил их. И эти невежественные и простодушные люди принимали такие случаи душевного исцеления за исцеление физическое, чудесное выздоровление.

Когда Иисус попытался покинуть Кану и отправиться в Наин, за ним последовали огромные толпы верующих и множество любопытных. Им непременно нужны были чудеса и волшебства, и им не пришлось разочароваться. Когда Иисус и апостолы подходили к городским воротам, им повстречалась похоронная процессия, которая несла на местное кладбище единственного сына вдовы из Наина. Это была уважаемая в деревне женщина, и половина односельчан следовала за похоронными дрогами, на которых лежал считавшийся мертвым мальчик. Когда похоронная процессия поравнялась с Иисусом и его спутниками, вдова и его друзья узнали Учителя и стали умолять его оживить мальчика. Упование на чудо достигло такой степени, что они считали Иисуса способным излечить любое человеческое заболевание – так почему же такой целитель не мог бы воскресить мертвого? Одолеваемый настойчивыми просьбами, Иисус подошел к дрогам и, приподняв покров, осмотрел мальчика. Обнаружив, что в действительности юноша не умер, он понял, какую трагедию может предотвратить его присутствие; поэтому, повернувшись к матери, он сказал: «Не плачь. Твой сын не умер; он спит. Он вернется к тебе». После этого, взяв юношу за руку, он сказал: «Проснись и встань». И юноша, который считался мертвым, тут же сел и заговорил, и Иисус отправил их по домам.

Иисус старался успокоить народ, тщетно пытаясь объяснить, что мальчик в действительности не умер, что он не возвращал его из могилы, – но всё было бесполезно. Следовавшая за ним толпа и вся деревня Наин пришли в состояние полного неистовства. Многих охватил страх, других – паника, в то время как третьи принялись молиться, сетуя на свои грехи. Лишь далеко за полночь удалось рассеять шумную толпу. И, конечно, несмотря на утверждение Иисуса о том, что мальчик не был мертв, никто не сомневался в свершившемся чуде, воскрешении из мертвых. Хотя Иисус сказал им, что юноша находился всего лишь в глубоком сне, они сочли это за образное выражение, ибо помнили, что он всегда отличался великой скромностью и пытался скрыть свои чудеса.

Так по всей Галилее и Иудее разнеслась весть о том, что Иисус воскресил сына вдовы, и многие из тех, кто услышал это известие, поверили в него. Иисусу так и не удалось объяснить даже некоторым из своих апостолов, что вдовий сын в действительности не был мертв в тот момент, когда он приказал ему проснуться и встать. Однако его разъяснения оказались достаточными для того, чтобы в дальнейшем этот эпизод никем не упоминался, за исключением Луки, который описал его с чужих слов. И вновь такое количество людей стало осаждать Иисуса как врача, что на следующий день ранним утром он вышел в Ен-Дор.

В Ен-Доре

В Ен-Доре Иисусу удалось на несколько дней спастись от шумной толпы, требовавшей физического исцеления. Во время их пребывания в этом месте Учитель, в наставление апостолам, рассказал историю царя Саула и ворожеи из Ен-Дора. Иисус недвусмысленно объяснил своим апостолам, что заблудшие и мятежные промежуточные создания, нередко выдававшие себя за духов умерших людей, вскоре будут обузданы и не смогут более вытворять такие странные вещи. Он сказал своим спутникам, что, после того как он вернется к Отцу, и они изольют свой дух на всю плоть, такие полудуховные существа – так называемые нечистые духи – уже не смогут вселяться в слабоумных смертных и злоумышленников.

Иисус также объяснил апостолам, что дух усопшего человека не возвращается в свой родной мир и не может общаться с живыми товарищами. Лишь после окончания судного периода прогрессирующий дух смертного может вернуться на землю, причем только в исключительных случаях и в составе духовного руководства планеты.

После двухдневного отдыха Иисус сказал своим апостолам: «Назавтра мы возвращаемся в Капернаум и пробудем там, пока не успокоится народ в селах. К тому времени люди, разойдясь по домам, успеют немного прийти в себя от этого возбуждения».

Краткое посещение Иерусалима

Иисус и апостолы прибыли в Капернаум в среду, 17 марта, и, прежде чем отправиться в Иерусалим, они провели две недели в своей резиденции в Вифсаиде. В течение этих двух недель апостолы учили людей на берегу моря, Иисус же подолгу уединялся в горах, занимаясь делами своего Отца. За это время Иисус вместе с Иаковом и Иоанном Зеведеевыми дважды тайно побывали в Тивериаде, где они встречались с верующими и разъясняли им евангелие царства.

Многие из придворных Ирода верили в Иисуса и посещали эти встречи. Именно влияние верующих среди приближенных Ирода помогло смягчить враждебное отношение правителя к Иисусу. Тивериадские верующие сумели убедить Ирода в том, что провозглашаемое Иисусом «царство» является духовной, а не политической идеей. Ирод был склонен верить своим собственным придворным и потому не слишком беспокоился из-за распространявшихся сообщений об учении и целительстве Иисуса. Он не возражал против деятельности Иисуса в качестве целителя или религиозного учителя. Несмотря на благоприятное отношение многих советников Ирода и самого правителя, среди его подчиненных существовала группа людей, находившихся под столь сильным влиянием религиозных вождей Иерусалима, что они оставались жестокими и грозными врагами Иисуса и апостолов и впоследствии сделали многое для того, чтобы помешать их публичной деятельности. Величайшую опасность для Иисуса представлял не Ирод, а религиозные вожди Иерусалима. Именно по этой причине Иисус и апостолы провели так много времени в Галилее, а не в Иерусалиме и Иудее, и произнесли здесь большинство своих проповедей.

Слуга центуриона

За день до сборов в Иерусалим на празднование Пасхи, Манг – центурион, или капитан римского гарнизона, стоявшего в Капернауме, – пришел к старейшинам синагоги и сказал: «Мой верный дневальный болен и находится при смерти. Не смогли бы вы пойти к Иисусу и от моего имени попросить его исцелить моего слугу?» Римский капитан поступил так, ибо полагал, что Иисус скорее послушается еврейских вождей. Старейшины пришли к Иисусу, и их представитель сказал: «Учитель, мы настоятельно просим тебя отправиться в Капернаум и спасти любимого слугу римского центуриона, который достоин твоего внимания, ибо он любит наш народ и даже построил нам ту самую синагогу, в который ты так часто выступаешь».

Выслушав их, Иисус сказал: «Я пойду с вами». Они направились к дому центуриона и уже подходили к его двору, когда навстречу им вышли друзья римского воина, которым он поручил встретить Иисуса и сказать ему: «Не утруждай себя, Господи, входить в мой дом, ибо я недостоин, чтобы ты вошел под мой кров. Я и сам не счел себя достойным прийти к тебе; поэтому я послал старейшин из твоего народа. Но я знаю, что ты можешь сказать слово там, где стоишь, и мой слуга исцелится. Ибо и я подвластный человек, но и у меня есть в подчинении воины, и я говорю одному: „Ступай", и он уходит; другому говорю: „Иди сюда", и он приходит, говорю слугам: „Сделайте это или то", и они делают».

И когда Иисус услышал эти слова, он повернулся и сказал апостолам и остальным сопровождавшим его: «Я восхищен верой этого язычника. Истинно, истинно вам говорю: не встречал я такой веры даже в Израиле». Повернувшись, Иисус сказал: «Пойдемте отсюда». А друзья центуриона вошли в дом и передали Мангу слова Иисуса. И с того часа слуга начал поправляться и в конце концов полностью вернул себе здоровье и трудоспособность.

«Однако мы до сих пор не знаем, что именно произошло в данном случае. Мы располагаем лишь описанием этого события. Спутникам Иисуса не было раскрыто, помогли невидимые существа слуге центуриона или нет. Нам же известен только факт полного выздоровления слуги».

Путешествие в Иерусалим

Ранним утром во вторник, 30 марта, Иисус и группа апостолов отправились в Иерусалим на празднование Пасхи, избрав путь, проходивший через долину Иордана. Они достигли цели пополудни в пятницу, 2 апреля, и остановились, как обычно, в Вифании. Проходя через Иерихон, они задержались здесь для отдыха, а Иуда воспользовался остановкой, чтобы положить часть их общих средств в банк друга его семьи. У Иуды впервые образовался излишек денег, и этот вклад оставался нетронутым до тех пор, пока они снова не оказались в Иерихоне во время последнего и богатого событиями путешествия в Иерусалим незадолго до суда и смерти Иисуса.

Спутники добрались до Иерусалима без приключений, но не успели они устроиться в Вифании, как из ближних и дальних мест стали стекаться люди в надежде излечить свою плоть, утешить свой беспокойный разум и спасти свои души. Их было столько, что у Иисуса почти не оставалось времени для отдыха. Поэтому они поставили свои палатки в Гефсимании, и Учитель переходил из Вифании в Гефсиманию и назад, пытаясь избежать постоянно осаждавших его толп. Апостолы провели в Иерусалиме около трех недель, однако Иисус велел им не выступать с публичными проповедями и ограничиться индивидуальным обучением и трудом.

В Вифании они неприметно отметили Пасху. И это был первый случай, когда Иисус и все двенадцать апостолов разделили бескровную пасхальную трапезу. Апостолы Иоанна не участвовали в пасхальной трапезе вместе с Иисусом и его апостолами; они праздновали Пасху вместе с Абнером и многими из давних последователей Иоанна. Это была вторая Пасха, которую Иисус встретил вместе со своими апостолами в Иерусалиме.

Когда Иисус и двенадцать апостолов отправились в Капернаум, апостолы Иоанна не вернулись вместе с ними. Они остались в Иерусалиме и его окрестностях и, не привлекая к себе внимания, трудились над распространением царства под руководством Абнера, в то время как Иисус и его апостолы вернулись в Галилею. Лишь однажды все двадцать четыре апостола снова оказались вместе, собравшись на короткое время перед назначением и отправкой семидесяти евангелистов. Однако две эти группы сотрудничали друг с другом, и, несмотря на расхождения во мнениях, в их отношениях преобладали самые теплые чувства.

У купальни Вифезда

Во вторую субботу, проведенную в Иерусалиме, пополудни, когда Учитель и апостолы собирались принять участие в храмовых богослужениях, Иоанн сказал Иисусу: «Пойдем со мной, я покажу тебе кое-что». Через одни из городских ворот Иоанн вывел Иисуса к купальне, называвшейся Вифезда. Эту купальню окружало строение из пяти портиков, где собиралось большое число страждущих в надежде исцелиться. Здесь находился горячий источник, чья красноватая вода начинала пузыриться через нерегулярные промежутки времени из-за скоплений газа в скальных кавернах под купальней. Многие люди верили в то, что периодическое возмущение горячей воды объясняется сверхъестественными силами и что первый человек, попавший в воду после такого возмущения, излечится от любого недуга.

Из-за наложенных Иисусом ограничений апостолы ощущали некоторое нетерпение. Особенно томился Иоанн, самый младший из двенадцати. Он привел Иисуса к купальне в надежде на то, что собравшиеся здесь несчастные пробудят в Учителе сочувствие и, тронутый этим, он совершит чудо исцеления, в результате чего весь Иерусалим придет в изумление и сразу же уверует в евангелие царства. Иоанн сказал Иисусу: «Учитель, посмотри на всех этих страдающих людей; разве мы не можем что-нибудь сделать для них?» И Иисус ответил: «Иоанн, зачем ты соблазняешь меня свернуть с избранного мною пути? Почему ты продолжаешь желать, чтобы вместо провозглашения евангелия вечной истины я занялся сотворением чудес и исцелением больных? Сын мой, я не могу сделать того, чего ты желаешь, однако собери этих больных и страждущих, чтобы я мог обратиться к ним со словами тепла и вечного утешения».

Обращаясь к собравшимся, Иисус сказал: «У многих из вас, явившихся сюда, болезни и недуги являются следствием долгих лет дурной жизни. Для одних людей причиной страдания являются несчастные случаи, другие страдают от ошибок, допущенных предками, в то время как третьи борются в трудных условиях, созданных несовершенными обстоятельствами своего бренного существования. Однако мой Отец трудится, как желал бы и я, над улучшением вашего земного состояния, но особенно – для обеспечения вашего вечного состояния. Никто из нас не может сколько-нибудь существенно повлиять на трудности жизни, если мы не обнаруживаем, что такова воля небесного Отца. В конечном счете, все мы обязаны выполнять волю Вечного. Если бы все вы могли исцелиться от своих физических недугов, это действительно восхитило бы вас, но еще более великой задачей является очищение от всех духовных болезней и исцеление от всех нравственных пороков. Все вы – Божьи дети, сыны небесного Отца. Вам может казаться, что оковы времени заставляют вас страдать, однако Бог вечности любит вас. И когда придет время суда, не бойтесь, ибо каждый из вас встретит не только справедливость, но и щедрое милосердие. Истинно, истинно говорю вам: слушающий евангелие царства и верующий в это учение о богосыновстве имеет жизнь вечную; такие верующие уже переходят от суда и смерти к свету и жизни. И близок час, когда даже лежащие в склепах услышат глас воскресения».

И многие из тех, кто слышал эти слова, поверили в евангелие царства. Некоторые страждущие почувствовали такое воодушевление и духовное возрождение, что стали повсюду заявлять об исцелении и от своих физических недугов.

Некий человек, многие годы пребывавший в подавленном состоянии и мучительно страдавший из-за неустойчивости своего расстроенного сознания, обрадовался словам Иисуса и, взяв свою постель, отправился домой, хотя это и было в субботу. Долгие годы этот страждущий ждал, чтобы кто-нибудь помог ему; чувство собственной беспомощности овладело им настолько, что ему никогда не приходило в голову помочь самому себе, а это оказалось именно тем, что ему требовалось для выздоровления, – взять свою постель и уйти.

После этого Иисус сказал Иоанну: «Уйдем, пока мы не натолкнулись на первосвященников и книжников, которые оскорбятся из-за того, что мы обратились к этим страждущим со словами жизни». И они вернулись в храм, чтобы присоединиться к своим товарищам, и вскоре все они отправились на ночь в Вифанию. Однако Иоанн никогда не рассказывал остальным апостолам о том, что в тот день он и Иисус посетили купальню Вифезда.

Правило жизни

Вечером того же субботнего дня, в Вифании, когда Иисус, апостолы и группа верующих собрались у костра во дворе Лазаря, Нафанаил задал Иисусу вопрос: «Учитель, хотя ты и учил нас позитивному толкованию старого правила жизни – о том, что мы должны поступать с другими так, как мы хотели бы, чтобы они поступали с нами, – я не совсем понимаю, как мы можем всегда следовать этому предписанию. Позволь мне проиллюстрировать свою точку зрения, приведя в пример похотливого мужчину, нечестиво смотрящего на женщину, с которой он хочет согрешить. Как мы можем учить, что этот злонамеренный человек должен поступать с другими так, как он хотел бы, чтобы они поступали с ним?»

Когда Иисус услышал заданный Нафанаилом вопрос, он тотчас встал и, указывая пальцем на апостола, сказал: «Нафанаил, Нафанаил! Что за мысли таятся в твоей душе? Разве ты не принимаешь мое учение как человек, рожденный в духе? Разве ты не внемлешь истине как человек мудрости и духовного понимания? Когда я наставлял вас относиться к другим так, как вы хотели бы, чтобы они относились к вам, я обращался к людям высоких идеалов – не к тем, кто, соблазнившись, исказит мое учение, превратив его в право на злодеяния».

Когда Учитель умолк, Нафанаил встал и сказал: «Однако, Учитель, тебе не следует думать, будто я одобряю такие толкования твоего учения. Я задал этот вопрос, так как полагал, что многие подобные люди могут неправильно понять твой наказ, и я надеялся, что ты дашь нам новые наставления относительно этих вещей». И когда Нафанаил сел, Иисус продолжил: «Я прекрасно знаю, Нафанаил, что твой разум не одобряет таких порочных идей, но я разочарован тем, что зачастую все вы оказываетесь неспособны извлечь подлинно духовный смысл из моих простых учений – наставлений, которые я должен давать на понятном людям языке и в доступных выражениях. Позволь мне рассказать о различных уровнях значения, соответствующих толкованию этого правила жизни, – этого совета „поступать с другими так, как вы хотели бы, чтобы поступали с вами".

1. Уровень плоти. Такое чисто эгоистическое и сладострастное толкование подразумевается в твоем вопросе.

2. Уровень чувств. По сравнению с плотью, этот уровень является следующей ступенью; подразумевается, что сочувствие и жалость смогут улучшить толкование этого правила жизни.

3. Уровень разума. На этом уровне действующими факторами являются благоразумие и жизненный опыт. Здравомыслие подсказывает, что такое правило жизни должно толковаться в созвучии с высшими идеалами, заключенными в благородстве глубокого самоуважения.

4. Уровень братской любви. Еще более высоким оказывается уровень бескорыстной преданности благополучию своих товарищей. На этом более высоком уровне чистосердечного социального служения, произрастающего из осознания отцовства Бога и вытекающего из него братства людей, открывается новое и намного более прекрасное толкование этого основного закона жизни.

5. Нравственный уровень. И затем, когда вы достигнете истинно философских уровней толкования, – когда вы овладеете действительным пониманием того, что есть добро и что есть зло, когда вы постигнете вечное соответствие человеческих взаимоотношений, – тогда вы начнете подходить к такой проблеме толкования с тех позиций, с которых подобное предписание может рассматриваться и интерпретироваться воображаемым благородным, идеалистическим, мудрым и непредвзятым третьим лицом применительно к вашим личным проблемам приспособления к жизненным ситуациям.

6. Духовный уровень. Наконец, мы достигаем последнего, но величайшего уровня, – уровня духовного постижения и духовного толкования, побуждающего нас признать в этом правиле жизни божественное веление обращаться со всеми людьми в соответствии с нашим представлением о том, как с ними обращался бы Бог. Таков вселенский идеал человеческих взаимоотношений. И таковым должно быть ваше отношение ко всем подобным проблемам, когда вашим высшим желанием является извечное исполнение воли Отца. Поэтому я хотел бы, чтобы вы относились ко всем людям согласно вашему представлению о том, как при аналогичных обстоятельствах к ним относился бы я».

Ничто из сказанного Иисусом ранее не потрясало апостолов в большей степени. Они еще долго продолжали обсуждать слова Учителя после того, как он удалился на покой. И хотя Нафанаил никак не мог успокоиться, предполагая, что Иисус неправильно истолковал суть его вопроса, остальные апостолы были очень признательны своему философствующему товарищу за его смелый и наводящий на размышления вопрос.

В гостях у фарисея Симона

Хотя Симон не был членом еврейского синедриона, он являлся влиятельным иерусалимским фарисеем. Он отчасти верил в евангелие и решился пригласить к себе на обед Иисуса и его близких друзей – Петра, Иакова и Иоанна, хотя он и мог подвергнуться за это суровому осуждению. Симон уже давно наблюдал за Учителем и находился под большим впечатлением от учения Иисуса и тем более – от его личности.

Богатые фарисеи усердно раздавали милостыню и прилюдно занимались своей филантропией. Порой, прежде чем подать нищему, они даже трубили в трубу. Устраивая званый обед для высоких гостей, эти фарисеи обычно оставляли двери открытыми, чтобы даже уличные нищие могли зайти в дом и, встав вдоль стен, за ложами обедающих, быть готовыми хватать куски, которые бросали им пирующие.

В данном случае среди зашедших в дом Симона с улицы была женщина сомнительной репутации, незадолго до того уверовавшая в благую весть евангелия царства. Эта женщина была хорошо известна всему Иерусалиму как бывшая содержательница одного из так называемых первоклассных публичных домов, находившихся рядом с храмовым двором для язычников. Приняв учение Иисуса, она закрыла свое нечестивое заведение и уговорила большинство работавших на нее женщин принять евангелие и начать новую жизнь. Несмотря на это, фарисеи по-прежнему глубоко презирали ее, заставляя ходить с распущенными волосами в знак распутства. Эта безымянная женщина принесла с собой большой сосуд с благовонием и, став позади Иисуса, возлежавшего во время трапезы, начала натирать его ноги, смачивая их слезами благодарности и утирая своими волосами. Закончив, она продолжала плакать и целовать его ноги.

Увидев всё это, Симон подумал: «Если бы этот человек был пророком, он увидел бы, что за женщина прикасается к нему; он понял бы, что это известная грешница». Иисус, знавший, какие мысли одолевают Симона, сказал во всеуслышание: «Симон, я хотел бы сказать тебе кое-что». Симон ответил: «Скажи, Учитель». Тогда Иисус сказал: «У одного богатого ростовщика было два должника. Один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят. Но так как им было нечем заплатить, он простил им долг. Как ты думаешь, Симон, который из двоих будет больше любить ростовщика?» Симон ответил: «Я полагаю тот, которому он простил больше денег». И Иисус сказал: «Ты рассудил правильно» и, указывая на женщину, он продолжал: «Симон, посмотри внимательно на эту женщину. Я пришел в твой дом как званый гость, но ты не дал мне воды омыть ноги. Эта благодарная женщина омыла мои ноги слезами и осушила их своими волосами. Ты не поцеловал меня в знак дружеского приветствия, а эта женщина, с тех пор как она вошла в дом, не перестает целовать мои ноги. Ты не помазал мне волосы маслом, а она помазала мои ноги благовонием. Что всё это значит? Только то, что многие ее грехи прощены, и это привело ее к большой любви. А тот, кому мало прощается, порой мало любит». И, повернувшись к женщине, он взял ее за руку, поднял на ноги и сказал: «Ты действительно раскаялась в своих грехах, и они прощены. Не огорчайся из-за бездумного и недоброго отношения людей; продолжай жить в радости и свободе царства небесного».

Когда Симон и его друзья, сидевшие с ним за столом, услышали эти слова, они еще больше изумились и начали перешептываться: «Что это за человек, что даже грехи смеет отпускать?» Услышав это, Иисус повернулся, чтобы отпустить женщину, и сказал: «Женщина, иди с миром; вера твоя спасла тебя».

Когда Иисус вместе со своими друзьями встал, собираясь уйти, он повернулся к Симону и сказал: «Я знаю, Симон, как в своей душе ты разрываешься между верой и сомнениями, знаю, как тебя смущает страх и мучает гордость; но я молюсь за тебя, дабы ты сумел уступить свету и испытать в своем положении в жизни такие же могучие преобразования разума и духа, которые были бы сравнимы с громадными изменениями, уже произведенными евангелием царства в сердце твоей незваной и непрошеной гостьи. И я заявляю всем вам, что Отец открыл двери небесного царства всякому, у кого есть вера, необходимая для того, чтобы войти в царство; и ни один человек или группа людей не могут закрыть эти двери даже перед самой скромной душой или перед тем, кто считается самым ужасным на земле грешником, если таковой искренне стремится войти в царство». И Иисус, вместе с Петром, Иаковом и Иоанном, покинули дом Симона и отправились к остальным апостолам в лагерь, разбитый в Гефсиманском саду. В тот же вечер Иисус выступил с незабываемым обращением к апостолам об относительной ценности статуса по отношению к Богу и о прогрессе вечного восхождения к Раю. Иисус сказал: «Дети мои, если существует истинная, живая связь между дитя и Отцом, дитя обязательно будет постоянно продвигаться вперед, к идеалам Отца. Разумеется, вначале успехи дитя могут быть скромными, однако рост несомненен. Важна не скорость вашего прогресса, а его непременность. Важно не столько ваше конкретное достижение, сколько факт вашего движения по направлению к Богу. То, чем вы становитесь день ото дня, бесконечно важнее того, чем вы являетесь сегодня.

Эта преобразившаяся женщина, которую некоторые из вас видели сегодня в доме Симона, в настоящий момент живет на уровне неизмеримо более низком, чем Симон и его благонамеренные товарищи. Однако в то время как эти фарисеи якобы добиваются прогресса, основанного на иллюзии пересечения мнимых кругов, состоящих из бессмысленных ритуальных богослужений, эта женщина всерьез приступила к богатому событиями поиску Бога, и ведущий ее на небо путь не прегражден духовной гордостью и моральным самодовольством. С точки зрения людей, она значительно дальше от Бога, чем Симон, но ее душа находится в поступательном движении; она встала на путь, ведущий к вечной цели. В этой женщине присутствуют громадные духовные возможности, которые могут проявиться в будущем. Некоторые из вас могут не занимать высокого положения, если иметь в виду действительное состояние души и духа, но вы добиваетесь каждодневных успехов, ступая по живому пути, открытом верой и ведущем к Богу. В каждом из вас таятся колоссальные возможности. Куда лучше иметь небольшую, но живую и растущую веру, чем обладать огромным интеллектом с его мертвым грузом житейской мудрости и духовного неверия».

Однако Иисус всерьез предостерег своих апостолов против неразумности Божьего дитя, злоупотребляющего любовью Отца. Он заявил, что небесный Отец не похож на вялого, снисходительного или слепо потакающего родителя, всегда готового отпустить грехи и простить безрассудство. Он предупредил своих слушателей против ошибочного использования его примера отца и сына – против уподобления Бога чрезмерно потакающим и неразумным земным родителям, безрассудные поступки которых способствуют моральной гибели их бездумных детей и тем самым явно и непосредственно усугубляют проступки и скорую деморализацию собственного потомства. Иисус сказал: «Мой Отец не потворствует тем действиям и обычаям своих детей, которые саморазрушительны и губительны для нравственного роста и духовного прогресса. В глазах Бога такие греховные действия отвратительны».

Иисус побывал на многих полуофициальных встречах и обедах у знатных и простых, богатых и бедных людей Иерусалима, прежде чем отправиться со своими апостолами в Капернаум. И многие действительно уверовали в евангелие царства и были впоследствии крещены Абнером и его товарищами, которые остались укреплять интересы царства в Иерусалиме и его окрестностях.

Возвращение в Капернаум

В конце апреля Иисус и апостолы покинули свой вифанский центр поблизости от Иерусалима и отправились обратно в Капернаум через Иерихон и долину Иордана.

Первосвященники и религиозные вожди евреев провели много тайных совещаний, пытаясь решить, что делать с Иисусом. Все они были согласны с тем, что необходимо положить конец его учению, но они не могли решить, как это сделать. Поначалу они надеялись, что гражданские власти расправятся с ним так же, как Ирод с Иоанном, однако они обнаружили, что Иисус действует таким образом, чтобы не особенно беспокоить своими проповедями римские власти. Соответственно, на встрече, состоявшейся за день до возвращения Иисуса в Капернаум, было решено задержать его по религиозным мотивам и судить в синедрионе. Поэтому была назначена комиссия из шести шпионов, которые должны были следовать за Иисусом, следить за его словами и действиями и, собрав достаточно свидетельств нарушения закона и богохульства, вернуться со своим отчетом в Иерусалим. Эти шесть евреев догнали апостольскую группу, состоявшую примерно из тридцати человек, в Иерихоне, и, под предлогом того, что они хотели бы стать учениками, примкнули к семье последователей Иисуса, оставаясь с группой вплоть до начала второго проповеднического путешествия в Галилее. После этого трое из них вернулись в Иерусалим, чтобы представить свой отчет первосвященникам и синедриону.

Петр выступил с проповедью перед собравшимся народом у переправы через Иордан, и на следующее утро они направились на север вдоль реки к Амафу. Они хотели сразу же продолжить путь в Капернаум, но собралось столько людей, что им пришлось задержаться здесь на три дня, в течение которых они проповедовали, учили и крестили. Только ранним субботним утром, в первый день мая, они отправились домой. Иерусалимские шпионы были уверены в том, что они смогут выдвинуть первое обвинение против Иисуса, а именно – в нарушении субботы, ибо он позволил себе выйти в путь в субботний день. Однако, их ждало разочарование, поскольку перед самым отходом Иисус позвал к себе Андрея и во всеуслышание приказал ему пройти расстояние только в тысячу ярдов, что соответствовало законной еврейской субботней прогулке.

Но шпионам не пришлось долго ждать возможности обвинить Иисуса и его товарищей в осквернении субботы. Компания шла узкой дорогой, по обеим сторонам которой волновались нивы созревающей пшеницы, и некоторые из апостолов, чувствуя голод, срывали спелое зерно и ели его. В том, что путешественники, проходя по дороге, угощались зерном, не было ничего необычного, и поэтому такое поведение не воспринималось как проступок. Но шпионы воспользовались этим в качестве предлога для нападок на Иисуса. Когда они увидели, что Андрей растирает зерно в своей ладони, они подошли к нему и спросили: «Разве ты не знаешь, что противозаконно срывать и растирать зерно в субботу?» И Андрей ответил: «Но мы голодны и растираем лишь столько, сколько нам нужно; к тому же, с каких это пор греховно есть зерно в субботу?» Но фарисеи ответили: «Ты нарушаешь закон не тем, что ешь, а тем, что срываешь и растираешь зерно между ладонями. Ваш Учитель наверняка не одобрил бы этого». Тогда Андрей сказал: «Но если я не нарушаю закон, когда ем зерно, едва ли растирание зерна в руках является большей работой, чем его пережевывание, которое вы допускаете; зачем вы придираетесь к таким пустякам?» Когда Андрей намекнул, что они являются буквоедами, фарисеи пришли в негодование и поспешили выразить свой протест Иисусу, который разговаривал на ходу с Матфеем: «Вот, Учитель, твои апостолы делают то, чего не должно делать в субботу: они срывают, растирают и едят зерно. Мы уверены, что ты велишь им перестать заниматься этим». Тогда Иисус ответил своим обвинителям: «Вы действительно ревниво блюдете закон, и вы правильно поступаете, помня субботу и почитая ее как святой день. Но разве вы не читали в Писании о том, как однажды, когда Давид проголодался, он вместе с теми, кто был с ним, вошел в храм Божий и ел священные хлебы, принесенные в дар Богу, хотя закон и запрещает это всем, кроме священников? И Давид дал этот хлеб также тем, кто был с ним. И разве вы не читали в нашем законе, что в субботний день законно делать многие необходимые вещи? И разве до исхода дня я не увижу, как вы едите то, что вы взяли с собой на этот день? Добрые люди, вы правильно делаете, ревностно блюдя субботу, но вы поступили бы еще правильней, если бы заботились о здоровье и благополучии своих товарищей. Я заявляю: суббота для человека, а не человек для субботы. И если вы находитесь здесь с нами для того, чтобы следить за моими словами, то я открыто объявляю, что Сын Человеческий – господин и субботы».

Фарисеи были изумлены и сбиты с толку его проницательными и мудрыми словами. Остаток дня они держались в стороне, не решаясь задавать новые вопросы.

Антагонистическое отношение Иисуса к еврейским традициям и рабской зависимости от ритуалов всегда было позитивным. Оно заключалось в том, что он делал и что он утверждал. Учитель не тратил времени на негативные опровержения. Он учил, что познавшие Бога могут пользоваться правом жить без того, чтобы, обманывая себя, позволять себе грешить. Иисус сказал апостолам: «Люди, если вы познали истину и действительно знаете, что делаете, вы благословенны; но если вы не знаете божественного пути, вы несчастны и уже являетесь нарушителями закона».

Снова в Капернауме

В понедельник, 3 мая, в полдень Иисус и апостолы прибыли в Вифсаиду на лодке из Тарихеи. Они приплыли на лодке, чтобы избавиться от тех, кто путешествовал вместе с ними. Однако на следующий день остальные, включая подосланных иерусалимских шпионов, снова настигли Иисуса.

Во вторник, когда Иисус проводил один из обычных вечеров вопросов и ответов, глава шести шпионов сказал ему: «Сегодня я говорил с одним из учеников Иоанна, который посещает здесь твои уроки, и мы никак не могли понять, почему ты никогда не велишь своим ученикам поститься и молиться, как постимся мы, фарисеи, и как Иоанн завещал своим последователям». Иисус, ссылаясь на одно из заявлений Иоанна, ответил вопрошавшему: «Постятся ли сыны брачного чертога, когда с ними жених? Пока жених среди них, они вряд ли могут поститься. Но придут дни, когда уведут от них жениха, и тогда сыны брачного чертога, несомненно, будут поститься и молиться. Молитва естественна для детей света, но пост не является частью евангелия царства небесного. Напомню, что мудрый портной не нашивает заплату из новой и не давшей усадку ткани на старую одежду, ибо, намокнув, заплата сядет и стянет одежду, и дыра станет еще больше. И не наливают молодое вино в старые мехи – иначе старые мехи лопнут, вино выльется, и мехи тоже будут погублены. Мудрые люди наливают молодое вино в новые мехи. Поэтому мои ученики поступают мудро, не привнося слишком много от старого порядка в новое учение евангелия царства. Тем, кто потерял своего учителя, позволительно временно соблюдать пост. Пост может быть уместным для закона Моисея, но в грядущем царстве сыны Божьи обретут свободу от страха и радость в божественном духе».

Услышав эти слова, ученики Иоанна были утешены, а фарисеи еще больше сбиты с толку.

После этого Учитель предостерег своих слушателей против представления о том, что прежнее учение следует целиком заменить новыми доктринами. Иисус сказал: «То, что является старым и истинным, должно сохраниться. Точно так же то, что является новым, но ложным, должно быть отвергнуто. Однако имейте веру и мужество принять то, что является новым и истинным. Помните, что написано: „Не бросай старого друга, ибо нового с ним не сравнить. Как новое вино, так и новый друг; если оно станет старым, будешь пить его с радостью"».

Праздник духовной добродетели

В тот вечер, еще долго после того, как остальные слушатели отправились на покой, Иисус продолжал учить своих апостолов. Он начал этот необычный урок цитатой из пророка Исайи:

«„Зачем вы постились? Для чего томятся ваши души, когда вы продолжаете находить удовольствие в угнетении и наслаждаться несправедливостью? Вот, вы поститесь для ссор и распрей и для того, чтобы злобной рукой бить других. Но пока будете так поститься, ваш голос не будет услышан на небе.

Думаете, мне угодно видеть, как человек томит свою душу? Думаете, я хочу, чтобы он склонял свою голову, как тростник, чтобы пресмыкался в рубище и прахе? Осмелитесь ли называть это постом и днем, угодным Господу? Не такой ли пост следует избрать мне: снять оковы зла, сбросить груз тяжкого бремени, освободить угнетенных и разбить каждое ярмо? Не в том ли этот пост, чтобы разделить хлеб с голодными и ввести в мой дом бездомных и нищих? И когда я вижу нагих, я даю им одежду.

И тогда свет ваш зарей засияет, и здоровье ваше быстро укрепится. Ваша праведность пойдет впереди вас, и слава Господня будет следовать позади. Тогда вы воззовете к Господу, и он ответит; возопите, и он откликнется: „Я здесь". И всё это он совершит, если удержитесь от тирании, осуждения и тщеславия. Отцу угодно, чтобы вы сострадали голодным, чтобы помогали страждущим; и тогда свет ваш засияет во тьме, и даже ваш мрак будет, как полдень. И тогда Господь будет вести вас всегда, насыщая ваши души и восполняя силы. И вы будете, как напоенный водою сад, как ручей, который никогда не иссякает. И те, кто так поступает, вернут былую славу; они возведут основания для многих поколений; и будут называть их восстановителями разрушенных стен, воссоздателями безопасных путей для жизни"».

И после этого, далеко за полночь, Иисус излагал апостолам истину о том, что в царстве настоящего и будущего их утвердила вера, а не душевные страдания или телесный пост. Он призывал своих апостолов жить хотя бы согласно идеям древнего пророка и выразил надежду, что в своем развитии они намного превзойдут представления Исайи и пророков древности. Его последними словами в ту ночь были: «Растите в благодати с помощью той живой веры, которая постигает факт вашего богосыновства и одновременно видит в каждом человеке брата».

Был третий час ночи, когда Иисус умолк и все отправились на покой.

Подготовка евангелистов в Вифсаиде

В пеиод с 3 мая по 3 октября 28 года н. э. местом пребывания Иисуса и апостольской группы являлся дом Зеведея в Вифсаиде. В течение этих пяти месяцев сухого сезона на берегу моря, неподалеку от дома Зеведея, содержался гигантский лагерь, существенно увеличенный для размещения растущей семьи Иисуса. Этот постоянно обновлявшийся прибрежный лагерь, населенный искателями истины, ждавшими исцеления больными и любопытными, насчитывал от пятисот до полутора тысяч человек. Палаточный город находился под общим наблюдением Давида Зеведеева, которому помогали близнецы Алфеевы. Лагерь служил образцом порядка и санитарии, равно как и общего управления. Различные типы больных были изолированы и находились под наблюдением верующего врача, сирийца по имени Элман.

В течение этого периода минимум раз в неделю апостолы занимались рыболовством, причем весь улов продавался Давиду и потреблялся прибрежным лагерем, а полученные средства поступали в общую казну. Раз в месяц апостолам разрешалось провести неделю со своими семьями или друзьями.

Хотя Андрей продолжал осуществлять общее руководство деятельностью апостолов, школа евангелистов находилась целиком на попечении Петра. Каждое утро все апостолы принимали участие в обучении евангелистов, а во второй половине дня, как учителя, так и ученики учили народ. Пять раз в неделю, после ужина, апостолы проводили занятия, на которых отвечали на вопросы евангелистов. Раз в неделю час вопросов и ответов проводил Иисус, который отвечал на вопросы, оставшиеся невыясненными на предыдущих занятиях.

За пять месяцев через этот лагерь прошло несколько тысяч человек. Здесь часто появлялись интересовавшиеся евангелием люди со всех концов Римской империи и из стран к востоку от Евфрата. Для Учителя это был самый продолжительный период упорядоченного и хорошо организованного обучения. Родные Иисуса провели большую часть этого времени либо в Назарете, либо в Кане.

В отличие от апостольской семьи, данный лагерь не являлся общиной, объединенной единством интересов. Под управлением Давида Зеведеева огромный палаточный город превратился в автономное предприятие, и при этом ни одному человеку не было отказано в приеме. Этот постоянно обновлявшийся лагерь являлся органической частью школы подготовки евангелистов, которой руководил Петр.

Новая школа пророков

Петр, Иаков и Андрей входили в состав комитета, назначенного Иисусом для отбора кандидатов в школу евангелистов. Среди слушателей этой новой школы пророков были представители всех рас и национальностей римского мира и Востока вплоть до Индии. В план занятий входило как приобретение знаний, так и применение их на практике. Во второй половине дня студенты учили собравшийся на берегу народ тому, что было усвоено ими на утренних занятиях. После ужина они непринужденно обсуждали как утренние занятия, так и послеполуденную практику.

Каждый из преподавателей-апостолов учил своему собственному пониманию евангелия царства. Они не пытались учить одинаково; не существовало стандартной или догматической формулировки теологических доктрин. Хотя все они учили одной и той же истине, каждый из апостолов предлагал личное толкование учения Иисуса. И Учитель поощрял эту практику изложения разнообразного личного опыта в отношении царства, неизменно согласовывая многообразие взглядов на евангелие во время своих еженедельных вечеров вопросов и ответов. Несмотря на огромную степень личной свободы в том, что касалось обучения, Симон Петр постепенно становился ведущим теологом школы евангелистов. После Петра наибольшее личное влияние оказывал Иаков Зеведеев.

Более ста евангелистов, подготовленных за пять месяцев на побережье, являлись тем материалом, из которого (не считая Абнера и апостолов Иоанна) впоследствии были отобраны семьдесят учителей и проповедников евангелия. В школе евангелистов не было такой же степени обобществления собственности, как у двенадцати апостолов.

Хотя эти миссионеры являлись учителями и проповедниками евангелия, они начали крестить верующих только после того, как Иисус посвятил их в сан и назначил в качестве семидесяти посланников царства. В числе будущих евангелистов было лишь семь человек из всего множества людей, исцеленных на этом же месте при закате солнца. Сын капернаумского вельможи был одним из тех, кто прошел подготовку к евангелическому служению в школе Петра.

Больница в Вифсаиде

При этом прибрежном лагере сирийский врач Элман организовал лечебное учреждение, которым он руководил в течение четырех месяцев с помощью двадцати пяти молодых женщин и двенадцати мужчин и которое можно считать первой больницей царства. В этом лазарете, находившемся неподалеку от основного палаточного города, они лечили больных всеми известными материальными способами, а также с помощью духовных методов молитвы и укрепления веры. Не реже трех раз в неделю Иисус посещал больных этого лагеря и лично встречался с каждым страждущим. Насколько нам известно, среди тысячи пораженных болезнями и страдавших людей, покинувших этот лазарет в улучшенном состоянии или выздоровевшими, не было случаев так называемого чудесного, или сверхъестественного, исцеления. Тем не менее, огромное большинство получивших помощь индивидуумов не переставали утверждать, что их исцелил Иисус.

Многие из случаев исцеления, совершенного Иисусом в связи с его опекой пациентов Элмана, действительно напоминали чудеса, однако нам объяснили, что они представляли собой лишь такие изменения разума и духа, которые возможны в опыте полных надежды и веры людей, находящихся под непосредственным и воодушевляющим воздействием сильной, положительной и благотворной личности, чья опека изгоняет страх и уничтожает тревогу.

Элман и его помощники пытались просветить этих больных людей относительно «одержимости злыми духами», но почти ничего не добились. Вера в то, что физические болезни и психические расстройства могут вызываться присутствием в разуме или теле пораженного человека так называемых нечистых духов, была практически повсеместной.

Во всех своих контактах с больными и страждущими – в тех случаях, когда дело касалось методов лечения или раскрытия неизвестных причин болезней, – Иисус следовал наставлениям своего Райского брата Эммануила, полученным перед инкарнацией на Земле. Несмотря на это, помогавшие больным люди извлекли для себя много полезного, наблюдая за тем, как Иисус внушал веру и уверенность больным и страждущим.

Лагерь был свернут незадолго до наступления периода учащения простудных заболеваний и лихорадки.

Дело Отца

За всё это время Иисус провел в лагере лишь несколько публичных богослужений и только однажды выступил в синагоге Капернаума – в предпоследнюю субботу, прежде чем отправиться вместе с закончившими подготовку евангелистами во второе проповедническое путешествие по Галилее.

Никогда со времени своего крещения Учитель не проводил столько времени в одиночестве, как в этот период подготовки евангелистов в лагере у Вифсаиды. Всякий раз, когда кто-либо из апостолов набирался духу спросить Иисуса, чем объяснялось его столь частое отсутствие, он неизменно отвечал, что выполняет «дело Отца».

В эти периоды отсутствия Иисуса сопровождали только двое из апостолов. Он временно освободил Петра, Иакова и Иоанна от обязанностей его личных спутников, чтобы они могли также принять участие в подготовке более ста будущих евангелистов. Когда Учитель желал отправиться в горы и заняться делами Отца, он брал в провожатые любых двух свободных апостолов. Так каждому из двенадцати предоставилась возможность тесного и сокровенного общения с Иисусом.

Хотя это и не было раскрыто для настоящего повествования, было дано понять, что в течение многочисленных периодов уединения в горах Учитель находился в непосредственной руководящей связи со многими из своих главных управляющих делами вселенной. Примерно со времени своего крещения этот Властелин нашей вселенной принимал всё более активное и осознанное участие в руководстве некоторыми сторонами управления вселенной. И мы придерживаемся того мнения, что в эти недели менее активного участия в земных делах, он – каким-то образом, нераскрытым его непосредственным товарищам, – руководил теми высокими духовными разумными существами, которые отвечали за функционирование обширной вселенной, и что Иисус-человек решил называть свое участие в такой деятельности выполнением «дела Отца».

Не раз, когда Иисус уединялся на долгие часы, но рядом были двое из его апостолов, они наблюдали быстрое и многообразное изменение черт его лица, хотя и не слышали каких-либо слов. Не видели они и зримого проявления небесных существ, которые могли сообщаться с Учителем, наподобие тех, которых некоторые из них увидели в одном из последующих случаев.

Зло, грех и порок

Дважды в неделю Иисус, по своему обыкновению, устраивал специальные встречи в укромной беседке в саду у Зеведеевых с теми, кто хотел поговорить с ним. Во время одной из таких частных вечерних бесед Фома задал Учителю вопрос: «Почему, прежде чем войти в царство, людям необходимо родиться в духе? Является ли новое рождение необходимым для того, чтобы избавиться от власти лукавого? Учитель, что такое зло?» Выслушав эти вопросы, Иисус ответил Фоме:

«Было бы заблуждением путать лукавство с лукавым, а точнее – с преступником. Тот, кого вы называете лукавым, является сыном самолюбия, высоким управляющим, который сознательно пошел на преднамеренное восстание против правления моего Отца и его преданных Сынов. Но я уже победил этих греховных мятежников. Вам следует разобраться в различных отношениях к Отцу и его вселенной. Никогда не забывайте этих законов, определяющих связь с волей Отца.

Зло есть неосознанное, или непреднамеренное, нарушение божественного закона – воли Отца. Зло является также мерой несовершенства подчинения воле Отца.

Грех является осознанным, сознательным и преднамеренным нарушением божественного закона, воли Отца. Грех является мерой нежелания подчиниться божественному руководству и духовному управлению.

Порок является умышленным, настойчивым и упорным преступлением божественного закона, воли Отца. Порок является мерой продолжающегося отвержения любвеобильного плана Отца, направленного на сохранение личности, и милосердной опеки Сына, целью которой является спасение.

По своей природе смертный человек – до возрождения в духе – подвержен врожденным злотворным тенденциям, но такие природные несовершенства поведения не являются ни грехом, ни пороком. Смертный человек только начинает свое долгое восхождение к совершенству Отца в Раю. Быть несовершенным или обладать недостаточными природными способностями не значит быть греховным. Человек действительно подвержен злу, но он ни в коей мере не является дитя лукавого, если только он не избрал – сознательно и намеренно – греховные пути и порочную жизнь. Зло присуще естественному порядку вещей этого мира, однако грех является осознанным отношением мятежника – отношением, привнесенным в этот мир теми, кто пал из духовного света в кромешную тьму.

Ты смущен, Фома, доктринами греков и ложными представлениями персов. Ты не понимаешь взаимоотношений зла и греха, ибо в твоем понимании человечество началось на земле с совершенного Адама и, в силу своей греховности, быстро деградировало до нынешнего плачевного состояния. Но почему ты отказываешься понять смысл повествования, рассказывающего о том, как Каин, сын Адама, отправился в землю Нода, где нашел себе жену? И почему ты отказываешься истолковать смысл того повествования, где говорится о сынах Божьих, берущих себе в жены дочерей человеческих?

Действительно, люди по своей природе злонамеренны, но не обязательно греховны. Новое рождение – крещение духом – необходимо для освобождения от зла и вхождения в царство небесное, но ни одно из этих условий не умаляет того факта, что человек является сыном Божьим. Не означает это врожденное присутствие потенциального зла и того, что человек неким таинственным образом отчужден от небесного Отца и потому, как чужое, незнакомое или неродное дитя должен каким-то способом добиваться от Отца законного усыновления. Все подобные представления рождаются, во-первых, из твоего непонимания Отца и, во-вторых, из твоего незнания происхождения, природы и назначения человека.

Греки и другие учили тебя, что человек спускается с высот божественного совершенства и неуклонно движется к забвению или уничтожению; я же пришел, чтобы показать, что человек, через вхождение в царство, непременно и уверенно восходит к божественному совершенству. Любое существо, которое в каком-либо отношении не соответствует божественным и духовным идеалам, заключенным в воле вечного Отца, несет потенциальное зло, однако такие существа ни в коем случае не являются греховными, а тем более – порочными.

Фома, разве ты не читал в Писаниях то место, где сказано: „Вы дети Господа вашего Бога". „Я буду ему Отцом, и он будет мне сыном". „Я избрал его себе сыном – я буду ему Отцом". „Приведи сыновей моих издалека и дочерей моих со всех концов земли; всех, кто носит мое имя, ибо я сотворил их для себя". „Вы – сыны живого Бога". „Те, в ком Божий дух, воистину являются сынами Божьими". Подобно тому, как в земном дитя есть материальная часть человеческого отца, так и в каждом верующем сыне царства присутствует духовная часть небесного Отца».

Всё это и многое другое сказал Иисус Фоме, и многое апостол понял, хотя Иисус предупредил его «не говорить об этих вещах с остальными, пока я не вернусь к Отцу». И Фома рассказал об их разговоре только после того, как Учитель покинул этот мир.

Смысл страдания

Во время другой такой частной беседы в саду Нафанаил спросил Иисуса: «Учитель, хотя я и начинаю понимать, почему ты отказываешься исцелять всех подряд, я всё еще не могу понять, почему любящий небесный Отец допускает, чтобы столь многие его земные дети страдали от столь многих недугов». В ответ Учитель сказал Нафанаилу:

«Как и многие другие, ты, Нафанаил, смущен из-за того, что не понимаешь, как естественное развитие событий в этом мире неоднократно нарушалось греховными авантюрами некоторых мятежных предателей, презревших волю Отца. И я пришел, чтобы положить начало восстановлению порядка в этих вещах. Но потребуется много эпох, прежде чем эта часть вселенной будет восстановлена в своем прежнем статусе, что освободит детей человеческих от излишнего груза греха и восстания. Присутствие зла уже является достаточным испытанием для восхождения человека – грех не обязателен для продолжения жизни.

Однако, сын мой, ты должен знать, что Отец не причиняет своим земным детям преднамеренных страданий. Человек навлекает на себя ненужные несчастья из-за своего упорного отказа идти по лучшим стезям в согласии с божественной волей. Зло таит в себе страдания, но многие страдания являются следствием греха и порока. В этом мире произошло много необычного, и неудивительно, что все мыслящие люди приходят в недоумение, взирая на несчастья и страдания, свидетелями которых они являются. Но в одном ты можешь быть уверен: Отец не насылает страдания в качестве произвольного наказания за злодеяния. Связанные со злом несовершенства и ограничения врожденны; расплата за грех неизбежна; пагубные последствия порока неотвратимы. Человеку не следует винить Бога за те несчастья, которые являются естественным результатом избранной им жизни; не следует человеку и жаловаться на те испытания, которые присущи жизни в этом мире. Воля Отца – в том, чтобы смертный человек упорно и последовательно трудился над улучшением своего положения на земле. Разумное усердие должно во многом помочь человеку преодолеть его земные несчастья.

Нафанаил, наша миссия состоит в том, чтобы помогать людям решать свои духовные проблемы и тем самым стимулировать их разум, что позволит им с большей готовностью и воодушевлением справляться со своими многочисленными материальными трудностями. Я знаю, что чтение Писаний озадачило тебя. Слишком часто Богу стремятся приписать ответственность за всё, что недоступно пониманию невежественного человека. Отец не несет личной ответственности за всё то, что может быть непонятным тебе. Не сомневайся в любви Отца только оттого, что некоторые учрежденные им справедливые и мудрые законы приносят тебе страдания, если – по неведению или преднамеренно – ты преступаешь эти божественные законы.

Однако, Нафанаил, в Писаниях есть много такого, что просветило бы тебя, если бы ты вдумался в прочитанное. Разве ты не помнишь следующих слов: „Сын мой, не огорчайся Господнему наказанию и не тяготись, когда он указывает тебе на твои ошибки, ибо Господь исправляет тех, кого любит, как отец, наказывающий любимого сына". „Не по воле своей наказывает Господь". „До того как пострадать, я заблуждался, а теперь я послушен закону. Я рад, что страдал, ибо научился божественным уставам". „Я знаю твои скорби. Извечный Бог – твое прибежище, власть Бога непреходяща". „Господь есть также приют для униженных, тихая гавань во времена скорби". „В болезни Господь даст ему силы; он не забудет больных". „Как отец сострадает своим детям, так Господь сострадает тем, кто его боится. Он знает ваше тело; он помнит, что вы вышли из праха". „Он исцеляет разбитые сердца, врачует раны". „Он – надежда для бедных, сила – для тех, кто бедствует, защита от бури, тень от опустошительного зноя". „Он дает уставшим силу и укрепляет изнемогших". „Он не переломит даже надломленный тростник, не погасит даже тлеющих углей". „Когда будешь переходить через воды страданий, я буду с тобой, и когда реки несчастий хлынут на тебя, я не оставлю тебя". „Он послал меня исцелять сокрушенных сердцем, возвещать свободу пленным и утешать всех скорбящих". „Наказание вразумляет; не из праха выходит страдание"».

Непонимание страдания – беседе об Иове

В тот же вечер в Вифсаиде Иоанн также спросил Иисуса, почему так много явно невинных людей мучаются от такого множества болезней и испытывает столь многочисленные страдания. Отвечая на вопрос Иоанна, Иисус, помимо многих других вещей, сказал:

«Сын мой, ты не понимаешь смысла невзгод или назначения страданий. Разве ты не читал шедевра семитской литературы – библейскую историю о страданиях Иова? Разве ты не помнишь, как эта замечательная притча начинается рассказом о материальном процветании слуги Господа? Ты хорошо помнишь, что Иов не был обижен детьми, богатством, саном, положением, здоровьем и всем тем, что ценится людьми в этой бренной жизни. Согласно освященным веками учениям детей Авраама, подобное материальное благополучие являлось достаточным свидетельством божественного благоволения. Однако такая материальная собственность и преходящее процветание не являются признаками Божьей милости. Мой небесный Отец любит бедных точно так же, как и богатых; он нелицеприятен. Хотя преступление божественного закона рано или поздно влечет за собой наказание, хотя, в конце концов, люди непременно пожинают тот урожай, который они сами посеяли, тебе всё же следует знать, что человеческие страдания не всегда являются наказанием за предшествующий грех. Ни Иов, ни его друзья не смогли выяснить истинную причину своих невзгод. В свете тех знаний, которыми ты теперь обладаешь, ты, вряд ли припишешь Сатане или Богу те роли, которые они играют в этой уникальной притче. Хотя страдания не помогли Иову в разрешении его интеллектуальных трудностей или решении философских проблем, он действительно добился огромных побед; несмотря на крушение своей теологической защиты, он поднялся на те духовные высоты, на которых смог искренне сказать: „Я отвратителен самому себе", после чего ему было даровано спасение через ведение Бога. Поэтому, хотя Иов неправильно понимал страдание, он взошел на сверхчеловеческий уровень нравственного понимания и духовной проницательности. Когда страдающий слуга обретает видение Бога, наступает душевный покой, превосходящий любое человеческое понимание.

Первый из друзей Иова, Елифаз, посоветовал страдальцу проявить в скорби ту же стойкость, которую он предписывал другим во времена своего процветания. Этот ложный утешитель сказал: „Верь своей религии, Иов; помни, что не праведники страдают, а нечестивцы. Должно быть, ты заслужил эту кару, иначе бы ты не страдал. Ты хорошо знаешь, что никто не может быть праведным перед Богом. Ты знаешь, что нечестивцы никогда не достигают настоящего процветания. Как бы то ни было, человек, по-видимому, обречен на бедствия, и Господь, возможно, карает тебя для твоего же блага". Неудивительно, что такое толкование проблемы человеческих страданий мало утешило Иова.

Однако совет его второго друга, Вилдада, был еще более гнетущим, несмотря на его разумность с точки зрения принятой в то время теологии. Сказал Вилдад: „Бог не может быть несправедливым. Раз твои дети погибли, они не могли не быть грешниками; ты наверняка согрешил, иначе бы ты так не страдал. А если ты действительно праведен, Бог наверняка избавит тебя от всех твоих страданий. Из истории отношений человека с Богом тебе следует уяснить, что Всемогущий уничтожает только нечестивых".

После этого, как ты помнишь, Иов ответил своим друзьям: „Я прекрасно понимаю, что Бог не слышит моих воплей о помощи. Как может быть Бог справедлив и в то же время полностью пренебрегать моей невинностью? Я начинаю сознавать, что мне не искупить грехов обращением к Всемогущему. Разве вы не видите, что Бог позволяет нечестивцам преследовать праведников? А поскольку человек столь слаб, как он может надеяться на внимание всемогущего Бога? Я предстаю перед Богом таким, какой я есть, и когда он обрушивается на меня, я беспомощен. Стоило ли Богу сотворять меня, чтобы обрекать на эти ужасные страдания?"

И кто может оспорить отношение Иова, принимая во внимание совет его друзей и его собственные ошибочные представления о Боге? Разве ты не видишь, что Иов стремился к человеческому Богу, что он жаждал общения с божественным Существом, знающим смертное положение человека и понимающим, что справедливые должны нередко страдать без вины, ибо так устроена эта первая на долгом пути восхождения к Раю жизнь? Потому и пришел Сын Человеческий от Отца прожить жизнь во плоти, чтобы утешать и приходить на помощь всем тем, кому впредь придется испытать муки Иова.

После этого третий друг Иова, Софар, произнес еще менее утешительные слова, сказав: „Нелепо заявлять тебе о своей праведности при таком несчастье. Но я признаю, что пути Божьи неисповедимы. Возможно, что во всех твоих бедах присутствует скрытый смысл". И когда Иов выслушал всех троих друзей, он воззвал о помощи к самому Богу, оправдываясь тем, что „жизнь человека, рожденного женщиной, коротка и полна трудностей".

Затем началась вторая беседа с друзьями. Елифаз стал более жестким, обвиняющим и саркастичным. Вилдад пришел в негодование из-за неуважительного отношения Иова к своим друзьям. Софар вновь повторил свой неутешительный совет. К этому времени друзья стали противны Иову, и он воззвал к справедливому Богу в противоположность Богу несправедливости, воплощенному в философии его друзей и таившемуся также в его собственных религиозных воззрениях. После этого Иов стал утешать себя грядущей жизнью с ее более полным устранением несправедливостей смертного существования. Невозможность получить помощь от человека обращает Иова к Богу. Так в его сердце вспыхивает великая борьба между верой и сомнением. Наконец, страдалец начинает видеть свет жизни; его измученная душа поднимается к новым высотам надежды и отваги; его страдания могут продолжаться и даже привести к смерти, но теперь его озаренная душа издает победный клич: „Мой Защитник жив!"

Иов был абсолютно прав, усомнившись в доктрине о том, что Бог карает детей в наказание родителям. Иов всегда был готов признать, что Бог праведен, однако он жаждал радующего душу раскрытия личного характера Вечного. И такова наша миссия на земле. Впредь страдающие смертные не будут лишаться того утешения, которое приносит знание Божьей любви и понимание милосердия небесного Отца. Хотя Божье слово, прозвучавшее из бури, было величественным представлением для своего времени, ты уже знаешь, что Отец не раскрывает себя подобным образом, а говорит в человеческом сердце спокойным, тихим голосом: „Вот путь; иди по нему". Разве ты не понимаешь, что Бог пребывает в тебе, что он стал тем, чем являешься ты, чтобы сделать тебя тем, чем является он!»

В заключение Иисус сказал: «Не по воле своей наказывает небесный Отец детей человеческих. Человек страдает, во-первых, из-за случайностей времени и несовершенств, причиной которых является зло незрелого физического бытия. Во-вторых, он страдает из-за неотвратимых последствий греха – нарушения законов света и жизни. И, наконец, человек пожинает плоды своего собственного порочного упрямства, когда восстает против праведного правления неба на земле. Однако человеческие беды не являются личной карой, которую насылает божественное правосудие. Человек способен сделать – и сделает – многое для уменьшения своих временных страданий. Но раз и навсегда избавься от суеверного представления о том, что Бог наказывает человека по велению лукавого. Изучай Книгу Иова именно для того, чтобы увидеть, сколь многих ложных представлений о Боге могут искренне придерживаться даже добродетельные люди; и после этого обрати внимание на то, что даже мучительно страдавший Иов нашел утешение и спасение, несмотря на столь ошибочные учения. В итоге его вера пробилась сквозь облака страданий, чтобы увидеть свет жизни, изливаемый Отцом в виде целительного милосердия и непреходящей праведности».

В течение многих дней Иоанн обдумывал про себя эти высказывания. Разговор с Учителем в саду существенным образом изменил всю его оставшуюся жизнь, и впоследствии он сделал многое для того, чтобы изменить взгляды остальных апостолов на источник, природу и назначение обычных человеческих страданий. Однако Иоанн не упоминал об этой беседе до тех пор, пока Учитель не покинул их.

Сухорукий

предпоследнюю субботу, перед тем как апостолы и новый корпус евангелистов отправились во второе проповедническое путешествие по Галилее, Иисус выступил в синагоге Капернаума с проповедью «Радости праведной жизни». Когда Иисус закончил говорить, его обступила большая группа увечных, хромых, больных и страдальцев, которые надеялись исцелиться. В этой группе были также апостолы, многие из новых евангелистов и шпионы-фарисеи из Иерусалима. Куда бы ни направлялся Иисус (за исключением пребывания в горах, где он посвящал себя делу Отца), шесть иерусалимских шпионов неотступно следовали за ним.

Пока Иисус говорил с людьми, глава шпионивших фарисеев подговорил человека с сухой рукой подойти к Иисусу и спросить, будет ли законно принять исцеление в субботу или же ему следует просить помощи в другой день. Когда Иисус увидел этого человека, услышал его слова и понял, что тот был послан фарисеями, он сказал: «Подойди ко мне и ответь на мой вопрос. Если бы в субботу твоя овца упала в яму, дотянулся бы ты до нее, схватил бы ее и вытащил бы ее наверх? Законно ли поступать так в субботу?» И человек ответил: «Да, Учитель, было бы законно совершить такое благое дело в субботу». Тогда Иисус сказал, обращаясь ко всем: «Я знаю, зачем вы послали ко мне этого человека. Вы хотели бы найти повод для нападок на меня, склонив меня к проявлению милосердия в субботу. Все вы молчаливо согласились с тем, что даже в субботу было бы законно вытащить из ямы несчастную овцу, и я призываю вас стать свидетелями того, что проявление милосердия в субботу законно не только по отношению к животным, но и к людям. Насколько же человек ценнее овцы! Я заявляю, что творить добро в субботу является законным делом». И пока они стояли перед ним в молчании, Иисус обратился к сухорукому: «Встань подле меня, чтобы все могли видеть тебя. А теперь – дабы вы знали, что мой Отец желает, чтобы вы творили добро в субботу, – если ты веришь в свое исцеление, я прошу тебя протянуть свою руку».

И этот человек протянул свою сухую руку, и она стала здоровой. Люди были готовы наброситься на фарисеев, но Иисус велел им успокоиться, сказав: «Только что я говорил вам, что законно совершать благие поступки в субботу, спасать жизнь, но я не учил вас причинять вред и поддаваться желанию убивать». Раздосадованные фарисеи удалились, и, несмотря на субботу, поспешили в Тивериаду для совещания с Иродом. Всеми силами они пытались пробудить в нем подозрительность, чтобы заручиться поддержкой иродиан в своей борьбе против Иисуса. Однако Ирод отказался принять меры против Иисуса, посоветовав им направить свои жалобы в Иерусалим.

Это – первый случай чуда, сотворенного Иисусом в ответ на вызов, брошенный его врагами. И Учитель совершил это так называемое чудо не для демонстрации своих целительных способностей, а в качестве действенного протеста против превращения учрежденного религией субботнего отдыха в настоящую кабалу бессмысленных запретов для всех людей. Этот человек вернулся к своему занятию каменотеса, оказавшись одним из тех, чье исцеление повлекло за собой жизнь, прожитую в благодарственных молитвах и праведности.

Последняя неделя в Вифсаиде

В последние дни пребывания в Вифсаиде среди иерусалимских шпионов произошел раскол в их отношении к Иисусу и его учениям. Трое из этих фарисеев были до глубины души потрясены увиденным и услышанным. Тем временем, в Иерусалиме молодой и влиятельный член синедриона по имени Авраам публично принял учения Иисуса и был крещен Абнером в Силоамской купальне. Это событие взбудоражило весь Иерусалим, и в Вифсаиду были немедленно отправлены гонцы с приказом отозвать шестерых шпионивших фарисеев.

Греческий философ, уверовавший в царство во время предыдущего путешествия по Галилее, вернулся из Александрии с несколькими богатыми евреями, которые в очередной раз пригласили Иисуса прибыть в их город для создания объединенной школы философии и религии, а также лазарета для больных. Однако Иисус вежливо отклонил это приглашение.

Примерно в это же время в вифсаидский лагерь прибыл из Багдада человек по имени Кирмет, изрекавший пророчества в состоянии транса. Когда этот мнимый пророк впадал в транс, перед ним представали странные картины, а при нарушениях сна он видел фантастические сновидения. Он вызвал серьезные беспорядки в лагере, и Симон Зелот был готов довольно жестко обойтись с этим обманывавшим самого себя лжепророком, но Иисус вмешался и позволил тому беспрепятственно действовать в течение нескольких дней. Все, кто слышал его проповеди, сразу поняли неразумность его учения в свете евангелия царства. Вскоре он вернулся в Багдад, уведя с собой лишь горстку неустойчивых и колеблющихся душ. Но еще до того, как Иисус вступился за багдадского пророка, Давид Зеведеев, с помощью стихийно возникшего комитета, вывез Кирмета в открытое озеро и окунув того несколько раз в воду, посоветовал немедленно покинуть их – организовать и построить свой собственный лагерь.

В тот же день финикиянка Бет-Марион вошла в такой раж, что лишилась рассудка и едва не утонула, пытаясь пойти по воде, после чего была отослана из лагеря своими друзьями.

Новообращенный из Иерусалима – фарисей Авраам – передал все свои мирские владения в апостольскую казну, и во многом благодаря этому вкладу удалось снарядить в путь сто вновь обученных евангелистов. К тому времени Андрей уже объявил о закрытии лагеря, и все приготовились либо разойтись по домам, либо следовать за евангелистами в Галилею.

Исцеление паралитика

Пополудни в пятницу, 1 октября, когда Иисус проводил свою последнюю встречу с апостолами, евангелистами и другими лидерами прекращавшего существование лагеря, в присутствии шести иерусалимских фарисеев, сидевших в первом ряду в расширенной просторной гостиной дома Зеведея, произошел один из самых странных и уникальных случаев за всю земную жизнь Иисуса. В это время Учитель стоял, выступая с речью в этом большом помещении, которое было построено для таких собраний, проводимых в сезон дождей. Дом был окружен плотной толпой людей, которые напрягали свой слух, пытаясь уловить хотя бы что-то из того, о чём говорил Иисус.

В это время к дому, до отказа набитому людьми и окруженному напряженно слушающей толпой, принесли небольшую кушетку, на которой лежал давно разбитый параличом человек, доставленный сюда из Капернаума своими друзьями. Услышав, что Иисус собирается покинуть Вифсаиду и поговорив с только что исцеленным каменотесом Аароном, этот парализованный велел, чтобы его отнесли к Иисусу, у которого он мог бы просить об исцелении. Его друзья пытались пробиться в дом Зеведея как с парадного, так и с черного входа, однако толпа была слишком плотной. Но парализованный не хотел мириться с поражением; он велел своим друзьям достать лестницу, по которой они взобрались на крышу помещения, где выступал Иисус, и, разобрав кровлю, начали смело опускать кушетку с больным при помощи веревок, пока страждущий не оказался на полу прямо перед Учителем. Когда Иисус увидел, что они сделали, он умолк. Все присутствующие были восхищены настойчивостью больного и его друзей. Парализованный сказал: «Учитель, я не стал бы прерывать твою речь, но я твердо решил стать здоровым. Я не из тех, кто, исцелившись, сразу же забыл твое учение. Я хотел бы излечиться, чтобы служить царству небесному». И, несмотря на то, что парализованный сам навлек на себя страдания своей неразумно прожитой жизнью, Иисус, видя его веру, сказал: «Мужайся, сын мой; твои грехи прощены. Твоя вера спасет тебя».

Когда иерусалимские фарисеи, а также другие книжники и законники, сидевшие вместе с ними, услышали это заявление Иисуса, они начали про себя рассуждать: «Как смеет этот человек так говорить? Разве не понимает он, что это богохульство? Кто, кроме Бога, может прощать грехи?» Иисус, почувствовав своим духом, о чём они думают и переговариваются, сказал им: «Почему в ваших сердцах такие мысли? Кто вы такие, чтобы судить меня? Какое имеет значение, скажу ли я этому парализованному: „твои грехи прощены" или: „встань, возьми свою постель и иди"? Но чтобы вы, присутствующие при всём этом, могли, наконец, узнать, что Сын Человеческий имеет на земле власть и могущество прощать грехи, я скажу этому страждущему: „Встань, возьми свою постель и ступай в свой дом". И когда Иисус произнес эти слова, парализованный встал и, пройдя мимо расступившихся перед ним людей, вышел из дома. И те, кто видел это, были изумлены. Петр распустил собрание, и многие молились и прославляли Бога, признавая, что никогда прежде не видели столь необыкновенных вещей.

Примерно в то же время прибыли гонцы синедриона с приказом для шести шпионов вернуться в Иерусалим. Когда те услышали это сообщение, между ними разгорелся жаркий спор, после чего лидер группы с двумя единомышленниками и гонцами вернулись в Иерусалим, а трое из шпионивших фарисеев признались в своей вере в Иисуса и, отправившись тотчас на озеро, были крещены Петром и приняты апостолами в братство детей царства.

Второе проповедническое путешествие

Второе проповедническое путешествие по Галилее началось в воскресенье, 3 октября 28 года н. э., и продолжалось почти три месяца, завершившись 30 декабря. В нем участвовали Иисус и его двенадцать апостолов, которым помогал вновь набранный корпус из 117 евангелистов и многие другие заинтересованные люди. Во время этого путешествия они посетили Гадару, Птолемаиду, Иафию, Дабаритту, Мегиддо, Изреель, Скифополь, Тарихею, Гиппос, Гамалу, Вифсаиду-Юлию и многие другие города и селения.

В это воскресное утро, перед тем как отправиться в путь, Андрей и Петр попросили Иисуса дать последний наказ новым евангелистам, однако Учитель отклонил эту просьбу, сказав, что не его дело заниматься теми вещами, которые могут быть с успехом выполнены другими. После должного обсуждения было решено, что с наказом выступит Иоанн Зеведеев. Когда Иоанн закончил краткую речь, Иисус сказал евангелистам: «Идите же в путь выполнять этот наказ, а позднее, когда вы продемонстрируете свои умения и преданность, я посвящу вас в проповедники евангелия царства».

Во время этого путешествия Иисуса сопровождали только Иаков и Иоанн. Петр и каждый из остальных апостолов взяли с собой примерно по двенадцать евангелистов и поддерживали с ними тесную связь, пока те проповедовали и учили. Как только верующие были готовы вступить в царство, апостолы крестили их. В течение этих трех месяцев Иисус и двое его провожатых много путешествовали, посещая подчас по два города за один день, чтобы проследить за работой евангелистов и поддержать их усилия по установлению царства. Весь смысл второго проповеднического путешествия сводился к тому, чтобы предоставить практический опыт членам этого корпуса из 117 новых евангелистов.

На всё это время, равно как и позднее – вплоть до последнего отбытия Иисуса и двенадцати апостолов в Иерусалим, – Давид Зеведеев превратил вифсаидский дом своего отца в постоянный штаб деятельности во благо царства. Этот дом стал информационным центром земных трудов Иисуса и эстафетным пунктом курьерской службы, благодаря которой Давид связывал друг с другом тех, кто трудился в различных частях Палестины и прилегающих районах. Всё это он делал по своей собственной инициативе, но с одобрения Андрея. Давид использовал от сорока до пятидесяти гонцов в этой информационной службе, созданной в рамках растущей и расширяющейся деятельности по установлению царства. Занимаясь этим, он частично обеспечивал себя тем, что некоторое время уделял своему прежнему делу – рыболовству.

Широкое распространение славы Иисуса

К тому времени, когда лагерь в Вифсаиде прекратил свое существование, слава Иисуса – в первую очередь, как целителя – распространилась на все районы Палестины, всю Сирию и окружающие страны. На протяжении еще многих недель после того, как Иисус покинул Вифсаиду, сюда продолжали прибывать больные, и, не найдя Учителя, они узнавали о его местопребывании от Давида и отправлялись на поиски. Во время этого путешествия Иисус не совершил по своей инициативе ни одного из так называемых чудесных исцелений. Тем не менее, десятки страждущих восстановили свое здоровье и обрели счастье под действием той возрождающей силы, которую дает глубокая вера, заставляющая искать исцеления.

Со временем этой миссии совпадают и первые случаи необычных и необъясненных исцелений, продолжавшихся на протяжении всей оставшейся земной жизни Иисуса. В течение этого трехмесячного путешествия более ста мужчин, женщин и детей из Иудеи, Идумеи, Галилеи, Сирии, Тира, Сидона, а также Заиорданья, были облагодетельствованы неосознанным целительством Иисуса и, вернувшись в родные места, способствовали распространению славы Иисуса. И они делали это, невзирая на то, что всякий раз, когда Иисус становился свидетелем спонтанного исцеления, он тотчас наказывал облагодетельствованному человеку «никому не рассказывать».

Нам никогда не раскрывали, что именно происходило в этих случаях спонтанного, или непроизвольного исцеления. Учитель никогда не объяснял своим апостолам, как происходили эти исцеления, кроме того, что в нескольких случаях он лишь сказал: «Чувствую, что от меня изошла сила». В одном из случаев, когда его коснулся больной ребенок, он произнес: «Чувствую, что от меня изошла жизнь».

С нашей стороны было бы самонадеянным пытаться раскрыть механизм этих случаев спонтанного исцеления в отсутствие непосредственного объяснения Учителя, однако будет позволительно изложить наше мнение о всех подобных феноменах исцеления. Мы полагаем, что многие из этих якобы чудесных случаев исцеления, произошедших за время земного служения Иисуса, явились результатом совпадения трех могущественных, эффективных и взаимосвязанных факторов:

1. Присутствия в сердце человека, упорно стремящегося к исцелению, сильной, преобладающей, живой веры, а также того обстоятельства, что человек жаждал исцеления во имя духовных благ, а не только ради восстановления физического здоровья.

2. Существования, одновременно с такой верой, великого сочувствия и сострадания со стороны воплощенного и исполненного милосердия Божьего Сына-Создателя, фактически заключающего в себе почти неограниченные и вневременные прерогативы и способности исцеления.

3. Наряду с верой создания и жизнью Создателя, следует также отметить, что этот Богочеловек являлся личностным выражением воли Отца. Если воля Отца не расходилась с волей Сына, то, при соприкосновении человеческой потребности со способной удовлетворить ее божественной силой, они сливались воедино и исцеление происходило неосознанно для Иисуса-человека, однако немедленно осознавалось его божественной природой. Следовательно, объяснение многих из этих случаев исцеления должно заключаться в давно известном нам великом законе, а именно: то, что желает Сын-Создатель и соответствует воле вечного Отца, ЕСТЬ.

Таким образом, по нашему мнению, в личном присутствии Иисуса некоторые типы глубокой человеческой веры в буквальном и истинном смысле заставляли определенные созидательные силы и личности вселенной, столь тесно связанные в то время с Сыном Человеческим, осуществлять исцеление. Поэтому то, что Иисус действительно часто позволял, чтобы в его присутствии люди исцелялись благодаря своей могучей личной вере, является установленным фактом.

Многие другие стремились излечиться только в эгоистических целях. Богатая вдова из Тира явилась вместе со своей свитой в поисках исцеления от своих многочисленных немощей; следуя за Иисусом по всей Галилее, она продолжала предлагать ему все больше и больше денег – как будто Божью силу можно приобрести, предложив самую высокую цену. Но ее совершенно не интересовало евангелие царства; она стремилась только к излечению своих физических недугов.

Отношение людей

Иисус понимал человеческий разум. Он знал, что волнует сердца людей, и если бы его учения сохранились в том виде, в каком он их излагал, и единственным комментарием было бы то вдохновенное толкование, которым является его земная жизнь, то все нации и все религии мира очень скоро приняли бы евангелие царства. Действуя из лучших побуждений, ранние последователи Иисуса сформулировали его учения таким образом, чтобы сделать их более приемлемыми для некоторых наций, рас и религий, но это привело лишь к тому, что учения Иисуса стали менее приемлемы для всех остальных наций, рас и религий.

В своем стремлении обеспечить учениям Иисуса благоприятный прием со стороны некоторых групп своих современников, апостол Павел написал много посланий директивного и назидательного характера. Так же поступили и другие учители евангелия Иисуса, однако никто из них не предполагал, что некоторые из этих писаний могут быть впоследствии объединены теми, кто представит их как воплощение учений Иисуса. Поэтому, хотя так называемое христианство действительно содержит больше от евангелия Учителя, чем любая другая религия, в то же время в нем есть много вещей, не имеющих отношения к учению Иисуса. Помимо включения в раннее христианство целого ряда доктрин, заимствованных из персидских мистерий, а также значительной части греческой философии, были допущены две принципиальные ошибки:

1. Попытка соединить евангелическое учение непосредственно с еврейской теологией, примером чему является христианская доктрина искупления – учение о том, что Иисус является принесенным в жертву Сыном, удовлетворяющим суровое правосудие Отца и умиротворяющим божественный гнев. Эти учения были порождены похвальным стремлением сделать евангелие царства более приемлемым для неверующих иудеев. Хотя эти попытки оказались неудачными в том, что касалось обращения евреев, им удалось смутить и отвратить многие искренние души во всех последующих поколениях.

2. Вторым огромным просчетом ранних последователей Учителя, упорно повторявшимся всеми последующими поколениями, была организация христианских учений всецело вокруг личности Иисуса. Такое чрезмерное выпячивание фигуры Иисуса в христианской теологии привело к оттеснению его доктрин на задний план, и всё это сделало принятие учений Иисуса еще более трудным для евреев, мусульман, индусов и представителей других восточных религий. Мы не хотели бы умалять роль личности Иисуса в религии, которая носит его имя, но мы не можем допустить, чтобы такой довод затмевал его вдохновенную жизнь или вытеснял его спасительное послание: отцовство Бога и братство людей.

Обращаясь к другим религиям, учители религии Иисуса должны признавать общие истины (многие из которых прямо или косвенно берут свое начало в проповеди Иисуса) и в то же время воздерживаться от чрезмерного выпячивания различий.

Хотя в тот конкретный период времени слава Иисуса опиралась в основном на его репутацию целителя, это не означает, что положение оставалось неизменным. Постепенно всё больше людей начинало обращаться к нему за духовной помощью. Однако именно физическое исцеление производило наиболее непосредственное и сильное впечатление на простой люд. Всё больше жертв морального порабощения и психического угнетения стремились к Иисусу, и он неизменно учил их путям избавления. Отцы спрашивали, как им поступать с сыновьями, а матери приходили за советом в воспитании дочерей. Сидящие во тьме приходили к нему, и он раскрывал им свет жизни. Он всегда был готов откликнуться на человеческое горе, и он всегда помогал тем, кто искал его помощи.

Когда сам Создатель присутствовал на земле, воплощенный в образе смертной плоти, некоторые необыкновенные вещи просто не могли не произойти. Однако вам никогда не следует рассматривать Иисуса через призму этих так называемых чудесных явлений. Учитесь смотреть на чудо через Иисуса, но не заблуждайтесь, смотря на Иисуса через чудо. И это наставление оправданно, несмотря на то, что Иисус Назарянин является единственным основателем религии, совершавшим сверхматериальные действия на земле.

Наиболее поразительным и наиболее революционным аспектом миссии Михаила на земле было его отношение к женщинам. В то время и в том поколении, когда мужчине не полагалось приветствовать в общественном месте даже свою жену, Иисус осмелился взять с собой женщин в качестве учителей евангелия во время своего третьего путешествия по Галилее. И он обладал высшим мужеством, чтобы поступить так вопреки учению раввинов, утверждавших, что «лучше сжечь слова закона, чем передать их женщинам».

За одно поколение Иисус вызволил женщин из непочтительного забвения и многовекового тяжкого рабского труда. И самой позорной чертой религии, позволившей себе взять имя Иисуса, является то, что ей не хватило нравственного мужества последовать этому благородному примеру в своем последующем отношении к женщинам.

Когда люди общались с Иисусом, они убеждались в его полной свободе от присущих тому времени суеверий. Иисус был лишен религиозных предрассудков; он никогда не бывал нетерпимым. Его душе была чужда социальная вражда. Соглашаясь с тем полезным, что было в религии его предков, он, не колеблясь, отвергал суеверные и кабальные традиции, придуманные людьми. Он имел мужество учить, что природные катастрофы, временные происшествия и другие катаклизмы не являются вершением божественного суда или таинственным действием Провидения. Он отвергал рабскую приверженность бессмысленным ритуалам и вскрывал ошибочность материалистического культа. Он открыто провозглашал духовную свободу человека и не боялся учить, что смертные во плоти действительно и воистину являются сынами живого Бога.

Иисус превзошел все учения своих предшественников, смело заменив чистые руки чистым сердцем в качестве признака истинной религии. На место традиции он поставил реальность и отмел все тщеславные и лицемерные притязания. И, тем не менее, этот бесстрашный Божий человек не давал волю разрушительной критике и не проявлял полного презрения к религиозным, социальным, экономическим и политическим обычаям своего времени. Он не был воинствующим революционистом; он был прогрессивным эволюционистом. Он брался за разрушение того, что есть, только тогда, когда одновременно предлагал своим собратьям то лучшее, что должно быть.

Иисус не требовал от своих приверженцев повиновения – они сами подчинялись ему. Только трое из тех, кто получил его личное приглашение, отказались от предложения стать учениками. Он обладал необычной притягательной силой, однако был лишен диктаторских замашек. Он внушал уверенность, и ни один человек ни разу не возмутился полученному от Иисуса указанию. Он обладал абсолютной властью над своими учениками, но никто и никогда не возражал против этого. Он разрешал своим последователям называть себя Наставником.

Учитель восхищал всех, кто встречался с ним, кроме тех, кто придерживался глубоко укоренившихся предрассудков, или тех, кто считал его учения политически опасными. Людей потрясала самобытность и убедительность его учения. Они изумлялись его терпению в отношениях с отсталыми и назойливыми посетителями. Он внушал надежду и уверенность всем, кого касалось его служение. Его боялись только те, кто не встречался с ним, и его ненавидели только те, кто считал его поборником истины, призванной сокрушить зло и заблуждения, которые они решили любой ценой сохранить в своих душах.

Влияние, которое Иисус оказывал как на друзей, так и недругов, отличалось силой и особенным обаянием. Толпы людей сопровождали его неделями только для того, чтобы услышать его милосердные слова и увидеть его скромную жизнь. Преданные мужчины и женщины любили Иисуса почти сверхчеловеческим чувством. И чем лучше они узнавали его, тем больше они его любили. Всё это остается истинным и сейчас: чем лучше человек будет знать этого Богочеловека, тем вернее он будет любить его и следовать за ним – как сегодня, так и во все грядущие века.

Враждебность религиозных вождей

Несмотря на благосклонный прием, который Иисус и его учения встречали среди простых людей, отношение религиозных вождей Иерусалима становилось всё более настороженным и враждебным. К тому времени фарисеи уже создали систематическую, догматическую теологию. Иисус являлся учителем, который учил при всяком удобном случае, не придерживаясь какой-либо системы. Он учил, опираясь не столько на закон, сколько на жизнь – с помощью притчей. (И когда он пользовался притчей для иллюстрации своей мысли, его целью было использовать для этого только один аспект своего рассказа. Можно прийти ко многим ложным представлениям об учениях Иисуса, если пытаться превратить его притчи в аллегории.)

Религиозные вожди Иерусалима были вне себя после недавнего обращения молодого Авраама и дезертирства трех шпионов, крещенных Петром и участвовавших теперь вместе с евангелистами во втором проповедническом путешествии по Галилее. Страх и предрассудки всё больше ослепляли еврейских вождей, а их сердца черствели из-за упорного отрицания притягательных истин евангелия царства. Когда человек отвергает призыв, обращенный к пребывающему в нем духу, мало что может быть сделано для изменения его взглядов.

Когда Иисус впервые встретился с евангелистами в лагере у Вифсаиды, он завершил свое обращение следующими словами: «Вы должны помнить, что в теле и разуме – в том, что касается эмоций, – люди реагируют по-разному. Единственным общим для людей фактором является пребывающий в них дух. Хотя божественные духи могут в некоторой степени отличаться друг от друга по своей природе и глубине опыта, они однородно реагируют на все духовные обращения. Только через посредство этого духа и обращение к нему человечество сможет когда-либо достичь единства и братства». Однако многие из еврейских вождей оставались глухи к духовному призыву евангелия. С того времени они неустанно планировали и готовили гибель Учителя. Они были уверены в том, что Иисус должен быть схвачен, осужден и казнен как еретик, осквернитель самих основ еврейского священного закона.

Успехи проповеднического путешествия

Во время этого проповеднического путешествия Иисус почти не выступал перед народом, однако он провел много вечерних бесед с верующими в большинстве городов и селений, которые ему довелось посетить с Иаковом и Иоанном. На одной из таких вечерних встреч молодой евангелист задал вопрос о гневе, и в ответ Учитель, среди прочего, сказал:

«Гнев – это материальное явление, которое, в общем смысле, выражает меру неспособности духовной природы поставить под свой контроль объединенную интеллектуальную и физическую природу. Гнев свидетельствует о нехватке терпимой братской любви, а также о недостаточном самоуважении и самообладании. Гнев подрывает здоровье, портит разум и препятствует духовному учителю человеческой души. Разве вы не читали в Писаниях, что „гнев убивает глупца" и что „человек раздирает себя на части в гневе"? Что „терпеливый человек – человек большого ума", а „раздражительный неразумен"? Все вы знаете, что „кроткий ответ смиряет гнев" и что „оскорбительные слова возбуждают ярость". „Благоразумие делает человека терпеливым", в то время как „человек, неспособный держать себя в руках, подобен беззащитному городу с разрушенными стенами". „Жесток гнев, и оскорбительна ярость". „Сердитые поднимают ссору, и вспыльчивые умножают свои грехи". „Не будь поспешен в духе, ибо гнев живет в груди глупцов"». В той же речи Иисус сказал: «Пусть ваши сердца исполнятся любовью настолько, чтобы вашему духовному проводнику было легко освободить вас от склонности давать выход взрывам животного гнева, несовместимым с богосыновством».

В тот же вечер Учитель говорил о желательности приобретения гармоничного характера. Он согласился с тем, что большинство людей должны посвятить себя овладению каким-то ремеслом, однако он отвергал любую тенденцию к чрезмерной специализации, к тому, чтобы человек становился узкомыслящим и ограниченным в своей жизни. Он обратил внимание на тот факт, что любая добродетель, доведенная до крайности, может стать пороком. Иисус всегда проповедовал умеренность и учил последовательности – соразмерному приспособлению к проблемам жизни. Он подчеркивал, что чрезмерное сочувствие и жалость могут привести к сильной эмоциональной неустойчивости, что энтузиазм может перерасти в фанатизм. Он обсудил то, что произошло с одним из их бывших товарищей, чье воображение привело его к фантастическим и непрактичным занятиям. В то же время он предупредил их об опасностях скуки, к которой приводит сверхконсервативная заурядность.

После этого Иисус рассмотрел опасности, связанные с отвагой и верой, которые порой ведут неразумные души к безрассудству и высокомерию. Он также показал, как благоразумие и осмотрительность, зашедшие слишком далеко, приводят к трусости и поражению. Он призывал своих слушателей стремиться к самобытности, избегая любой тенденции к эксцентричности. Он призывал к сочувствию без сентиментальности, жалости без лицемерия. Он учил почитанию, свободному от страха и суеверия. Товарищей Иисуса поражало не столько то, что он говорил о гармоничном характере, сколько тот факт, что его собственная жизнь служила красноречивым примером его учения. И хотя эта жизнь была сопряжена с тяготами и бурями, он ни разу не дрогнул. Его враги постоянно расставляли ему ловушки, но ни разу не поймали его. Мудрецы и ученые пытались сбить его с толку, но он не оступился. Они старались запутать его в споре, однако его ответы были неизменно просветляющими, достойными и исчерпывающими. Когда его прерывали многочисленными вопросами, он всегда давал убедительные ответы, говоря по существу дела. Он никогда не прибегал к недостойным методам, сталкиваясь с постоянным давлением своих врагов, которые нападали на него, не чураясь никаких лживых, подлых и нечестных приемов.

Многим мужчинам и женщинам действительно приходится усердно заниматься каким-то определенным делом – профессией, которой они зарабатывают себе на жизнь; и, тем не менее, весьма желательно, чтобы люди расширяли свое знакомство с существующей на земле жизнью в широком культурном диапазоне. Истинно образованные люди не могут не интересоваться жизнью и занятиями своих собратьев.

О довольстве

Когда Иисус навещал группу евангелистов, работавших под началом Симона Зелота, на вечернем собрании Симон спросил его: «Учитель, почему одни люди намного счастливее и довольнее других? Есть ли какая-нибудь связь между довольством и религиозным опытом?» Иисус ответил Симону, в частности, следующее:

«Симон, некоторые люди от природы счастливее других. Многое, очень многое зависит от желания человека подчиняться водительству живущего в нем духа Отца. Разве ты не читал в Писаниях слова мудреца: „Дух человека – светильник Господа, испытывающий все глубины сердца"? А также то, что такие ведомые духом смертные говорят: „Прекрасна доля, выпавшая мне; да, мое наследство восхитительно". „То малое, что есть у праведника, лучше богатства многих нечестивых", ибо „добрый человек насытится из недр своих". „Веселое сердце делает лицо веселым и является вечным пиром. Лучше быть бедным и почитать Господа, чем быть богатым, но иметь несчастья. Лучше есть блюдо зелени там, где любовь, чем откормленного быка там, где ненависть. Лучше немного приобрести правдой, чем много – обманом". „Веселое сердце благотворно, как лекарство". „Лучше малое с довольством, чем изобилие с печалью и томлением духа".

Причиной многих переживаний человека является крушение его честолюбивых замыслов и оскорбленная гордость. Конечно, люди должны сами стремиться сделать свою жизнь на земле как можно лучше, но если усилия человека были искренними, то он должен, не унывая, принять свою участь и воспользоваться своей изобретательностью, дабы извлечь как можно больше из того, что выпало на его долю. Слишком многие неприятности человека произрастают на почве страха, таящегося в его собственной душе. „Нечестивый бежит, когда никто за ним не гонится". „Нечестивые подобны разгневанному океану, который не может успокоиться, но воды которого поднимают грязь; нет мира нечестивым, говорит Бог".

А потому ищите не ложного мира и мимолетной радости, а той твердости, которую создает вера, и той уверенности, которую дает богосыновство, ибо они приносят спокойствие, довольство и высшую радость в духе». Иисус едва ли считал этот мир «долиной слез». Наоборот, он смотрел на него как на сферу рождения восходящих к Раю вечных и бессмертных духов, «долину создания души».

«Страх Господний»

Когда они были в Гамале, Филипп спросил Иисуса на вечернем собрании: «Учитель, почему Писания учат нас „бояться Господа", в то время как ты хотел бы, чтобы мы взирали на небесного Отца без страха? Как нам согласовать эти учения?» И Иисус ответил Филиппу:

«Дети мои, меня не удивляет то, что вы задаете подобные вопросы. Вначале только страх мог научить человека благоговению, но я пришел раскрыть любовь Отца, чтобы привлечь вас к поклонению Вечному через пробуждение признательного встречного чувства в сыне в ответ на абсолютную и совершенную любовь Отца. Я хотел бы избавить вас от кабалы рабского страха, в объятиях которого вы подвергаете себя утомительному служению ревнивому и гневливому Богу-Царю. Я хотел бы рассказать вам, что Бог и человек связаны отношениями Отца и сына, чтобы с радостью вести вас к этому возвышенному небесному поклонению – свободному поклонению любящему, справедливому и милосердному Богу-Отцу.

Выражение „страх Господний" имело различные значения на протяжении последовательных эпох: от страха – через мучения и ужас – до трепета и благоговения. И теперь я хотел бы провести вас по восходящему пути от благоговения – через признание, осознание и благодарность – к любви. Когда человек признаёт только дела Божьи, он склоняется к страху перед Высшим; но когда человек начинает понимать и ощущать личность и характер живого Бога, он начинает всё больше любить такого добродетельного и совершенного, всеобщего и вечного Отца. Именно в этом изменении отношения человека к Богу и заключается миссия Сына Человеческого на земле.

Разумным детям не нужно бояться своего Отца, чтобы получать из его рук щедрые дары; однако, получив уже в изобилии то, что было посвящено им отцовской любовью к своим сынам и дочерям, эти горячо любимые дети начинают любить своего отца с ответной признательностью и в благодарность за столь щедрое благодеяние. Добродетель Бога ведет к раскаянию; благодетельность Бога ведет к служению; милосердие Бога ведет к спасению; любовь же Бога ведет к разумному и чистосердечному поклонению.

Ваши предки боялись Бога, потому что он был могущественным и таинственным. Вы будете поклоняться ему, потому что он величествен в любви, великодушен в милосердии и славен в истине. Могущество Бога пробуждает в человеческом сердце страх, однако благородство и праведность его личности порождает благоговение, любовь и добровольное поклонение. Почтительный и любящий сын не боится и не содрогается от страха даже перед могущественным и благородным отцом. Я пришел в этот мир заменить страх любовью, горе – радостью, ужас – уверенностью, рабскую кабалу и бессмысленные обряды – любвеобильным служением и благодарным поклонением. Для тех же, кто всё еще сидит во тьме, остается верной истина: „Истоки мудрости – в страхе перед Господом". Когда же свет становится ярче, Божьи сыны склоняются к прославлению Бесконечного за то, чем он является, вместо того, чтобы бояться его за то, что он творит.

Когда дети малы и неразумны, их приходится увещевать, чтобы они уважали своих родителей; но когда они вырастают и становятся, в некотором роде, более признательны за те блага, которые дает им родительская опека и защита, они, через разумное уважение и растущую привязанность, поднимаются на тот уровень опыта, на котором их любовь к родителям как таковым превышает любовь за то, что родители для них сделали. Отец от природы любит свое дитя, однако дитя должно обрести любовь к отцу, пройдя путь от страха перед тем, что может сделать отец – через трепет, ужас, зависимость и благоговение – к благодарной и нежной любви.

Вас учили, что вы должны „бояться Бога и соблюдать его заповеди, потому что в этом – весь долг человека". Я же пришел дать вам новую и более высокую заповедь. Я хотел бы научить вас „любить Бога и учиться исполнять его волю, ибо такова высшая честь освобожденных Божьих сынов". Ваших отцов учили „бояться Бога – Всемогущего Царя". Я же учу вас: „Любите Бога – всемилостивого Отца".

В царстве небесном, которое я пришел провозгласить, нет высокого и могущественного царя. Это царство представляет собой божественную семью. Всеобще признанным и безусловно почитаемым центром и главой этого обширного братства разумных существ является мой и ваш Отец. Я его Сын, и вы также его сыны. Поэтому извечной истиной является то, что вы и я суть братья на небесах, и это еще больше усиливается тем, что мы стали братьями во плоти в земной жизни. А потому перестаньте бояться Бога как царя или служить ему как хозяину; учитесь уважать его как Создателя; чтите его как Отца вашей духовной юности; любите его как милосердного защитника; и, наконец, поклоняйтесь ему как любящему и премудрому Отцу вашего более зрелого духовного осознания и признательности.

Из неверных представлений о небесном Отце произрастают ложные идеи о смирении и в значительной мере ваше лицемерие. По своей природе и происхождению, человек может быть тленным червем, но когда в него вселяется дух моего Отца, этот человек становится божественным в своем предназначении. Дух, посвященный моим Отцом, обязательно вернется к божественному источнику и вселенскому уровню своего происхождения, и вместе с божественным духом душа смертного человека, который станет возрожденным дитя этого пребывающего в нем духа, обязательно взойдет к самому присутствию вечного Отца.

Смирение действительно к лицу смертному человеку, получающему все дары от небесного Отца, хотя всем таким верующим кандидатам на вечное восхождение в небесном царстве присуще божественное достоинство. Бессмысленные, рабские привычки показного и фальшивого смирения несовместимы с пониманием источника вашего спасения и осознанием участи вашей рожденной духом души. Смирение перед Богом совершенно уместно в глубине вашего сердца; скромность в отношениях с людьми похвальна; однако лицемерие нарочитой и показной покорности инфантильно и недостойно просвещенных сынов царства.

Вы правильно поступаете, смиряясь перед Богом и владея собой перед людьми, но пусть ваша скромность несет в себе духовное начало, а не является насквозь лживой и эгоистической демонстрацией собственного превосходства. Слова пророка не случайны: „Живи смиренно перед Богом", ибо хотя небесный Отец является Бесконечным и Вечным, он также пребывает „с теми, кто угнетен разумом и смирен духом". Мой Отец презирает гордыню, ненавидит лицемерие и питает отвращение к пороку. Именно для того, чтобы подчеркнуть значение искреннего и совершенного доверия к неизменной поддержке и преданному водительству небесного Отца, я столь часто ссылаюсь на малое дитя как пример отношения разума и реакции духа, столь существенных для вхождения смертного человека в духовные реальности небесного царства.

Пророк Иеремия хорошо описал многих смертных, сказав: „На словах вы близки к Богу, но сердцем далеки". И разве не читали вы сурового предупреждения пророка, сказавшего: „Священники его учат за плату, и провидцы его гадают за деньги. А между тем они проповедуют благочестие и заявляют, что с ними Господь". Разве не предостерегали вас неоднократно против тех, кто „приветствует ближнего словами мира, а в сердце у них зло", тех, чьи „речи льстивы, а сердце лживо"? Из всех мучений доверчивого человека самое страшное – быть „раненным в доме верного друга"».

Возвращение в Вифсаиду

Посоветовавшись с Симоном Петром и получив одобрение Иисуса, Андрей велел Давиду послать из Вифсаиды гонцов к различным проповедническим группам с инструкциями завершить путешествие и вернуться в Вифсаиду в четверг, 30 декабря. В тот дождливый день все члены апостольской семьи и проповедники евангелия собрались к ужину в доме Зеведея.

Все они провели субботу вместе, разместившись в домах Вифсаиды и соседнего Капернаума, после чего были отпущены на две недели, получив возможность побывать в своих семьях, навестить друзей или порыбачить. Несколько дней, проведенных ими вместе в Вифсаиде, действительно прошли в атмосфере приподнятости и воодушевления; даже более опытные учителя извлекли для себя пользу из рассказов молодых проповедников, делившихся своими впечатлениями.

Из 117 евангелистов, участвовавших в этом втором проповедническом путешествии по Галилее, лишь около семидесяти пяти выдержали практическое испытание и после двухнедельного отдыха были готовы к служению. Иисус, вместе с Андреем, Петром, Иаковом и Иоанном, оставался в доме Зеведея, уделяя много времени беседам, посвященным благополучию и расширению царства.

Третье проповедническое путешествие

Вечером в воскресенье, 16 января 29 года н. э., Абнер и апостолы Иоанна прибыли в Вифсаиду и на следующий день встретились с Андреем и апостолами Иисуса. Абнер и его товарищи обосновались в Хевроне и время от времени посещали Вифсаиду для таких встреч.

Среди многих вопросов, рассмотренных на этой встрече, была практика натирания больных специальным маслом при вознесении молитв об исцелении. Иисус в очередной раз отказался принять участие в их дебатах или высказать свое мнение относительно их выводов. Апостолы Иоанна всегда пользовались таким маслом, помогая больным и страждущим, и они пытались сделать это единым правилом для обеих групп, однако апостолы Иисуса не захотели связывать себя подобными правилами.

Во вторник, 18 января, в доме Зеведея в Вифсаиде к двадцати четырем апостолам присоединились около семидесяти пяти испытанных евангелистов для подготовки к началу третьего проповеднического путешествия по Галилее. Эта третья миссия продолжалась в течение семи недель.

Евангелисты были посланы группами по пять человек, в то время как большую часть времени Иисус и двенадцать путешествовали вместе, а когда того требовали обстоятельства, апостолы отправлялись по двое крестить верующих. В течение почти трех недель Абнер и его товарищи также трудились вместе с группами евангелистов, помогая им советами и крестя верующих. Они посетили Магдалу, Тивериаду, Назарет и все основные города и селения центральной и южной Галилеи – все места, где они побывали ранее, а также многие другие. Это была их последняя миссия в Галилее, не считая ее северных районов.

Женский евангелический корпус

Из всех дерзновенных поступков, совершенных Иисусом в течение своей земной жизни, наиболее поразительным было его внезапное объявление, сделанное вечером 16 января: «Завтра мы отберем десять женщин для служения делу царства». В начале двухнедельного периода, в течение которого апостолы и евангелисты, получив отпуск, отсутствовали в Вифсаиде, Иисус попросил Давида пригласить своих родителей назад в их дом и отправить гонцов, чтобы призвать в Вифсаиду десять благочестивых женщин, служивших в бывшем лагере и палаточном лазарете. Все эти женщины прослушали наставления для молодых евангелистов, однако ни они сами, ни их учителя не догадывались о том, что Иисус решится поручить им проповедовать евангелие царства и

ухаживать за больными. Этими десятью женщинами, выбранными и уполномоченными Иисусом, были: Сусанна – дочь бывшего хазана назаретской синагоги; Иоанна – жена Хузы, эконома Ирода Антипы; Елисавета – дочь богатого еврея из Тивериады и Сепфориса; Марфа, старшая сестра Андрея и Петра; Рахиль – свояченица Иуды, смертного брата Учителя; Насанта – дочь Элмана, сирийского врача; Милка – двоюродная сестра апостола Фомы; Руфь – старшая дочь Матфея Леви; Селта – дочь римского центуриона и Агаман – вдова из Дамаска. Впоследствии Иисус добавил к этой группе еще двух женщин – Марию Магдалину и Ревекку, дочь Иосифа Аримафейского.

Иисус поручил этим женщинам создать свою собственную организацию и распорядился, чтобы Иуда обеспечил их средствами для приобретения снаряжения и вьючных животных. Десять женщин избрали своим руководителем Сусанну, а казначеем – Иоанну. Начиная с этого времени, они сами пополняли свою казну; никогда более не обращались они за помощью к Иуде.

Это было совершенно поразительное зрелище – женщины, которых в те времена не допускали даже в основное помещение синагоги, ограничивая их женской галереей, признанные в качестве полномочных учителей нового евангелия царства. Наказ, данный Иисусом этим десяти женщинам, которых он избрал для служения и обучения евангелию, стал провозглашением эмансипации, освободившим всех женщин на все времена. Впредь мужчина не должен был смотреть на женщин как на более низкое в духовном отношении существо. Это было явным потрясением даже для двенадцати апостолов. Хотя они много раз слышали слова Учителя о том, что «в царстве небесном нет богатых или бедных, свободных или рабов, мужчин или женщин – все в равной мере являются Божьими сынами и дочерями», они были буквально ошеломлены, когда он предложил официально направить этих десятерых женщин в качестве религиозных учителей и даже позволить им путешествовать вместе с ними. Этот шаг взбудоражил всю страну, и враги Иисуса нажили на нем огромный капитал. Но повсюду женщины, уверовавшие в благую весть, решительно поддерживали своих избранных сестер и горячо одобряли это запоздалое признание положения женщины в религиозной деятельности. И это освобождение женщин, дававшее им должное признание, практиковалось апостолами сразу же после того, как Учитель покинул этот мир, хотя последующие поколения вернулись к прежним обычаям. На заре христианской церкви женщины, являвшиеся учителями и священниками, назывались диаконисами и пользовались всеобщим признанием. Однако Павел, соглашаясь со всем в теории, так и не сделал это частью своего личного отношения и сталкивался с трудностями при осуществлении данных требований на практике.

Остановка в Магдале

Когда апостольская партия вышла из Вифсаиды, женщины шли последними. Во время собраний они всегда сидели единой группой впереди и справа от говорящего. Всё больше женщин начинало верить в евангелие царства, и поначалу, когда у них возникало желание поговорить с Иисусом или с кем-нибудь из апостолов, это было источником больших осложнений и нескончаемого смущения. Теперь всё это изменилось. Когда кто-нибудь из женщин желал увидеть Учителя или поговорить с апостолами, они отправлялись к Сусанне и, в сопровождении одной из двенадцати женщин-евангелисток, сразу же принимались Учителем или одним из его апостолов.

Именно в Магдале женщины впервые продемонстрировали свою полезность и доказали, что их избрание было мудрым шагом. Андрей связал своих товарищей весьма строгими правилами относительно индивидуальной работы с женщинами, особенно с женщинами сомнительной репутации. Когда партия достигла Магдалы, эти десять женщин-евангелистов свободно посещали притоны и проповедовали благую весть непосредственно всем их обитателям. Помогая больным, эти женщины могли устанавливать близкие отношения с теми страждущими сестрами, которых они опекали. В результате служения в Магдале десяти женщин (впоследствии известных как двенадцать женщин), Мария Магдалина была обретена для царства. Череда несчастий, а также отношение к таким, как она, женщинам со стороны благопристойного общества, привели к тому, что она оказалась в одном из гнусных притонов Магдалы. Именно Марфа и Рахиль объяснили Марии, что двери царства открыты даже для таких, как она. Мария уверовала в благую весть и на следующий день была крещена Петром.

Мария Магдалина превратилась в наиболее эффективного проповедника евангелия в этой группе из двенадцати женщин-евангелистов. Как и Ревекка, она была избрана для служения в Иотапате примерно через четыре недели после своего обращения. Мария и Ревекка, вместе с другими женщинами этой группы, были с Иисусом на протяжении всей его оставшейся жизни на земле, преданно и успешно трудясь во имя просвещения и возвышения своих попранных сестер. И, несмотря на то, что в течение последнего и трагического эпизода земной драмы Иисуса все апостолы, кроме одного, бежали, все эти женщины оставались на месте, и ни одна из них не отвергла и не предала его.

Суббота в Тивериаде

По указанию Иисуса Андрей передал женщинам организацию субботних богослужений апостольской группы. Это, конечно, означало, что они не могли проводиться в новой синагоге. Женщины поручили заниматься этим Иоанне, и встреча состоялась в парадном зале нового дворца Ирода, поскольку сам Ирод находился в это время в перейском городе Юлии. Иоанна прочитала отрывки из Писаний, где говорилось о труде женщин в религиозной жизни Израиля, упомянув Мириам, Дебору, Эсфирь и других.

Поздним вечером Иисус выступил перед объединенной группой с памятной речью «О волшебстве и суевериях». В те дни появление яркой и якобы новой звезды считалось знаком рождения на земле великого человека. Поскольку незадолго до того была обнаружена такая звезда, Андрей спросил у Иисуса, есть ли основания для подобных верований. Давая развернутый ответ на вопрос Андрея, Учитель приступил к тщательному обсуждению всей проблемы людских суеверий. Сказанное Иисусом можно резюмировать на современном языке следующим образом:

1. Пути звезд на небесах никоим образом не связаны с событиями человеческой жизни на земле. Астрономия является достойным научным занятием, однако астрология – это скопище суеверных заблуждений, которым нет места в евангелии царства.

2. Исследование внутренних органов недавно убитого животного не может сообщить что-либо о погоде, будущих событиях или исходе человеческих дел.

3. Духи умерших не возвращаются назад для общения с живыми – своими семьями или бывшими друзьями.

4. Амулеты и реликвии неспособны излечивать заболевания, предохранять от несчастий или воздействовать на злых духов. Вера в такие материальные средства воздействия на духовный мир является не чем иным, как диким суеверием.

5. Хотя бросание жребия и может служить удобным способом разрешения многих мелких трудностей, оно не служит методом определения божественной воли. Такие результаты – всего лишь материальная игра случая. Единственный способ общения с духовным миром заключается в духовном даре человека – пребывающем в нем духе Отца, а также излитом духе Сына и вездесущем влиянии Бесконечного Духа.

6. Ворожба, волшебство и колдовство суть предрассудки невежественных умов, равно как и заблуждения магии. Вера в магические числа, счастливые предзнаменования и дурные предвозвещения является чистым и необоснованным суеверием.

7. Толкование снов в значительной мере является суеверной и беспочвенной системой невежественных и фантастических спекуляций. Евангелие царства не должно иметь ничего общего со жрецами-прорицателями примитивной религии.

8. Добрые или злые духи не могут находиться в материальных символах из глины, дерева или металла; идолы являются всего лишь материалом, из которого они изготовлены.

9. Ритуалы заклинателей, чародеев, волшебников и колдунов берут свое начало в суевериях египтян, ассирийцев, вавилонян и древних ханаанеев. Амулеты и всевозможные магические формулы неспособны завоевать благорасположение добрых духов или уберечь от мнимых злых духов.

10. Иисус разоблачил и осудил их веру в чары, суд божий, колдовство, проклятия, приметы, корни мандрагоры, завязанную узлом веревку и все другие виды невежественных и порабощающих суеверий.

Отправка апостолов по двое

На следующий вечер, собрав двенадцать апостолов, апостолов Иоанна и вновь назначенную группу женщин, Иисус сказал: «Вы сами видите: жатва предстоит великая, но мало работников. Так молите же Господина этой жатвы, чтобы послал побольше работников на поля. Пока я буду утешать и наставлять новых учителей, я хотел бы отправить опытных учителей по двое, чтобы они могли быстро обойти всю Галилею, проповедуя евангелие царства, пока еще можно заниматься этим в мире». После этого он назвал пары апостолов, которых собирался отправить в путь, и это были: Андрей и Петр, Иаков и Иоанн Зеведеевы, Филипп и Нафанаил, Фома и Матфей, Иаков и Иуда Алфеевы, Симон Зелот и Иуда Искариот.

Иисус договорился о дне встречи двенадцати в Назарете и на прощание сказал: «Во время этого путешествия не входите в языческие города и в Самарию, а идите к заблудшим овцам дома Израиля. Проповедуйте евангелие царства и возвещайте спасительную истину о том, что человек есть сын Божий. Помните, что ученик не выше своего учителя, а слуга не выше своего господина. Ученик должен быть доволен, если уподобится своему учителю, а слуга должен быть доволен, если уподобится своему господину. Если некоторые люди посмели назвать главу дома пособником Вельзевула, не тем ли хуже назовут его домочадцев! Но вы не должны бояться этих неверующих врагов. Я заявляю вам, что всё скрытое выйдет наружу, и всё тайное станет явным. Тому, чему я учил вас в личных беседах, учите с мудростью открыто. То, что раскрыл вам во внутренних покоях, в должное время вам предстоит возвещать с крыш домов. Говорю вам, мои друзья и ученики, не бойтесь тех, кто может убить ваше тело, но над душой не имеет власти; вместо этого доверьтесь Ему, способному поддержать тело и спасти душу.

Разве нельзя купить двух воробьев за медный грош? Однако я заявляю, что ни один из них не забыт в глазах Божьих. Разве вы не знаете, что даже волосы на ваших головах сосчитаны? Так не бойтесь: вы стоите больше, чем множество воробьев. Не стыдитесь моего учения; идите в путь, возвещая мир и добрую волю, но не обманывайтесь: не всегда ваша проповедь будет нести мир. Я пришел, чтобы принести на землю мир, но когда люди отвергают мой дар, то получают вражду и смятение. Когда вся семья принимает евангелие царства, в таком доме воистину воцаряется мир; когда же одни члены семьи вступают в царство, а другие отвергают евангелие, то такая рознь ведет только к горю и печали. Ревностно трудитесь над спасением всей семьи, чтобы врагами человека не стали его домашние. Но если вы сделали всё, что могли, для всех в каждой семье, то я заявляю вам, что тот, кто любит отца или мать больше этого евангелия, недостоин царства».

Выслушав эти слова, двенадцать собрались в путь. И в очередной раз они увиделись друг с другом только в Назарете, куда согласно решению Иисуса они пришли для встречи с Учителем и другими учениками.

Что мне делать, чтобы спастись?

Однажды вечером в Сунеме, после того как апостолы Иоанна вернулись в Хеврон, а апостолы Иисуса были попарно отправлены в путь, Иисус учил группу, состоявшую из двенадцати новых евангелистов, трудившихся под руководством Иакова, и двенадцати женщин. Рахиль задала Иисусу вопрос: «Учитель, что отвечать нам, когда женщины спрашивают у нас: „Что мне делать, чтобы спастись?"» В ответ Иисус сказал:

«Когда мужчины и женщины спрашивают, что им следует делать для спасения, вы должны отвечать: верьте в это евангелие царства; примите божественное прощение. Через веру осознайте пребывающего в вас духа Божьего, принятие которого сделает вас сыном Божьим. Разве не читали вы в Писаниях то место, где сказано: „В Господе моя праведность и сила"? А также, то место, где Отец говорит: „Праведность моя близка; скоро я вас спасу, и власть моя обнимет мой народ". „Радоваться будет моя душа в любви Божьей, ибо он дал мне одежды спасения, в ризы праведности одел меня". Разве вы также не читали об Отце, что нарекут имя ему: „Господь – праведность наша". „Снимите с него грязные отрепья самодовольства и облеките моего сына в одеяние божественной праведности и вечного спасения". Извечна истина о том, что „справедливые верой будут живы". Вход в царство Отца свободен, однако для продолжения пребывания в царстве совершенно необходим прогресс – рост в благодати.

Спасение есть дар Отца, раскрываемый его Сынами. С вашей стороны, принятие спасения через веру приобщает вас к божественной сущности, делает вас сыном или дочерью Бога. Вера оправдывает вас; вера спасает вас; и та же самая вера вечно движет вас по пути постепенного обретения божественного совершенства. Вера оправдала Авраама и позволила ему осознать спасение благодаря учениям Мелхиседека. Веками та же самая вера спасала сынов человеческих, однако ныне Сын пришел от Отца, чтобы сделать спасение более реальным и приемлемым».

Когда Иисус умолк, все, кто слышал его благодатные слова, чрезвычайно обрадовались, и в последующие дни они с новой силой, с удвоенной энергией и энтузиазмом продолжали возвещать евангелие царства. И женщины возрадовались вдвойне, ибо узнали, что и они участвуют в планах установления царства на земле.

Подводя итог, Иисус сказал: «Вы не можете купить спасение; вы не можете заработать праведность. Спасение – это Божий дар, а праведность – естественный результат рожденного в духе и вступившего в царство Божьего сына. Не потому спасетесь вы, что живете праведной жизнью; наоборот: вы живете праведной жизнью потому, что уже спасены, признали сыновство как дар Божий и служение в царстве как высшее наслаждение в жизни на земле. Когда люди поверят в это евангелие, которое является откровением Божьей добродетели, они будут побуждаться к добровольному покаянию во всех известных грехах. Осознание сыновства несовместимо с желанием грешить. Верующие в царство жаждут праведности и стремятся к божественному совершенству».

Вечерние уроки

На вечерних беседах Иисус говорил на многие темы. За оставшееся время, до того как они собрались в Назарете, он обсудил такие темы, как «Божья любовь», «Сны и видения», «Злоба», «Смиренность и кротость», «Мужество и верность», «Музыка и поклонение», «Служение и послушание», «Гордость и высокомерие», «Прощение в отношении к покаянию», «Мир и совершенство», «Злословие и зависть», «Зло, грех и искушение», «Сомнения и неверие», «Мудрость и поклонение». Ввиду отсутствия старших апостолов, младшие группы мужчин и женщин более активно участвовали в этих беседах с Учителем.

Проведя два-три дня с одной группой из двенадцати евангелистов, Иисус шел дальше, чтобы присоединиться к другой группе, узнавая о местонахождении и перемещениях всех этих тружеников от гонцов Давида. Поскольку для женщин это путешествие было первым, они проводили большую часть времени с Иисусом. Благодаря гонцам, каждая из групп обладала исчерпывающей информацией о ходе путешествия, и известия о других группах всегда служили источником воодушевления для этих удаленных друг от друга и разлученных тружеников.

До того как расстаться, было условлено, что двенадцать апостолов, вместе с евангелистами и женским корпусом, соберутся в Назарете для встречи с Учителем в пятницу, 4 марта. Соответственно, к этому времени различные группы апостолов и евангелистов начали стекаться со всех районов центральной и южной Галилеи в Назарет. К вечеру Андрей и Петр, прибывшие последними, достигли лагеря, расположенного на холмах к северу от города и разбитого теми, кто прибыл раньше других. Для Иисуса это было первым посещением Назарета с тех пор, как он приступил к своему общественному служению.

Пребывание в Назарете

В эту пятницу, пополудни, Иисус шел по Назарету; никто не обращал на него внимания, никто его не узнавал. Он миновал дом, где прошло его детство, столярную мастерскую и провел полчаса на холме, где он так любил бывать подростком. Со дня своего крещения Сын Человеческий не испытывал такого наплыва человеческих эмоций, всколыхнувших его душу. Спускаясь с холма, он услышал знакомые звуки трубы, оповещающей о заходе солнца, – трубы, которую он столько раз слышал мальчиком, подрастая в Назарете. Прежде чем вернуться в лагерь, он прошел мимо синагоги, где он учился в школе, и в его памяти всплывали многочисленные воспоминания детства. Ранее в тот же день Иисус послал Фому договориться с начальником синагоги о выступлении с проповедью на утреннем богослужении.

Назаряне никогда не славились благочестием и праведностью. С годами это селение всё больше заражалось низкими моральными устоями соседнего Сепфориса. В течение всей юности и отрочества Иисуса назаряне расходились во мнениях о нем; многие были возмущены его переездом в Капернаум. Хотя жители Назарета много слышали о деяниях своего бывшего столяра, их оскорбило то, что он не включил родное селение ни в одно из своих предыдущих путешествий. Конечно, они знали о славе Иисуса, однако большинство горожан были недовольны тем, что он не совершил ни одного из своих чудес в городе своей юности. Уже многие месяцы назаряне обсуждали Иисуса, но в целом их мнения о нем были неблагоприятными.

Поэтому вернувшегося домой Учителя ждал не теплый прием, а атмосфера откровенной вражды и ожесточенной критики. Но это было не всё. Зная, что он собирается провести субботу в Назарете и ожидая, что он выступит в синагоге, его враги наняли много грубых и неотесанных мужчин, которые должны были досаждать ему и чинить всяческие неприятности.

Большинство старших друзей Иисуса, включая не чаявшего в нем души хазана, – его учителя в юные годы, – либо умерли, либо покинули Назарет, а молодое поколение, снедаемое глубокой завистью, было склонно возмущаться его славой. Они уже не помнили его былой преданности семье отца и жестоко критиковали его за то, что он не навещал своего брата и замужних сестер, живших в Назарете. Отношение к Иисусу со стороны его семьи также подогревало эти недобрые чувства среди горожан. Ортодоксальные евреи позволили себе критиковать Иисуса даже за то, что в это субботнее утро он слишком быстрым шагом шел в синагогу.

Субботнее богослужение

В ту субботу выдался прекрасный день, и весь Назарет, как друзья, так и враги, отправились в синагогу послушать своего бывшего земляка. Многим из апостольского окружения пришлось остаться за стенами синагоги, которая не смогла вместить всех желающих. Юношей Иисус часто выступал в этом храме, и в то утро, когда начальник синагоги передал ему свиток со священными письменами для прочтения отрывка из Писаний, никто из присутствовавших, казалось, не вспомнил, что это был тот самый манускрипт, который Иисус подарил этой синагоге.

В тот день богослужение проводилось точно так же, как и в те времена, когда Иисус приходил сюда мальчиком. Вместе с начальником синагоги он поднялся на кафедру, и служба началась с произнесения двух молитв: «Благословен Господь, Царь мира, образующий свет и творящий тьму, создающий мир и сотворяющий всё; кто, в милосердии своем, дает свет земле и тем, кто пребывает на ней в добродетели, день за днем и каждый день, возрождает чудеса творения. Благословен Господь наш Бог за славу его творений и за светила, льющие свет и сотворенные им для похвалы своей. Селах. Благословен Господь наш Бог, образовавший светила».

После короткой паузы они произнесли вторую молитву: «Велика любовь, которую Господь наш Бог неизменно являет нам; огромно сострадание, переполняющее сердце Отца и Царя, жалеющего нас во имя наших отцов, которые верили ему. Ты научил их уставам жизни; будь милостив к нам и научи нас. Просвети глаза наши законом; побуди сердца наши хранить верность твоим заповедям; соедини сердца наши в любви и страхе пред твоим именем, и да не устыдимся до скончания века. Ибо ты Бог, дающий спасение, и ты избрал нас из всех наций и языков, и в истине привел нас к своему великому имени, – слава тебе, – дабы с любовью возносили мы хвалу твоему единству. Благословен Господь, в любви избравший свой народ Израиля».

Затем прихожане произнесли шему – еврейский символ веры. Этот ритуал заключался в повторении многочисленных отрывков из закона и означал, что молящиеся принимали на себя бремя небесного царства, равно как и бремя заповедей на дневное и ночное время.

После этого была прочитана третья молитва: «Воистину ты – Ягве, наш Бог и Бог наших отцов; наш Царь и Царь наших отцов; наш Спаситель и Спаситель наших отцов; наш Создатель и оплот нашего спасения; наша помощь и наш избавитель. Имя твое предвечно, и нет Бога иного, кроме тебя. Новыми песнями воспевали на берегу твое имя те, кому ты даровал избавление; в один голос прославляли они тебя и называли своим Царем, говоря: Ягве владыкой будет в мире бескрайнем. Благословен Господь, спасающий Израиль».

Затем начальник синагоги занял свое место перед ковчегом – то есть шкафом, где хранились священные письмена, – и приступил к чтению девятнадцати благодарственных молитв, или благодарений. Однако в данном случае было желательно сократить службу, чтобы у высокого гостя осталось больше времени на свое выступление; поэтому были прочитаны только первое и последнее благодарения. Первое звучало так: «Благословен Господь наш Бог и Бог наших отцов – Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова; великий, могучий и грозный Бог, который являет милосердие и доброту, который всё сотворяет, который помнит благодатные обещания, данные нашим отцам, и спасает их детей ради своего имени, в любви. О царь, помощник, спаситель и защитник! Благословен ты, о Ягве, защитник Авраама».

Затем прозвучало последнее благодарение: «Одари же свой народ Израиля великим вечным миром, ибо ты – Царь и Господь всякого мира. Угодно тебе благословлять Израиль миром во все времена и во всякий час. Благословен ты, Ягве, благословляющий миром свой народ Израиля». Пока начальник синагоги читал благодарения, прихожане не смотрели на него. Вслед за благодарениями он произнес подобающую для данного случая молитву в свободной форме, и когда он закончил ее, все прихожане отозвались дружным «аминь».

После этого хазан подошел к ковчегу и вынул свиток, который он передал Иисусу, чтобы тот прочитал отрывок из Писаний. Обычно приглашалось семь человек, читавших не менее трех стихов из закона, однако в данном случае этот обычай был нарушен, чтобы позволить гостю прочитать выбранный им самим отрывок. Взяв свиток, Иисус встал и начал читать из Второзакония: «Ибо заповедь, которую я даю вам сегодня, не скрыта от тебя и не далека. Эта заповедь – не на небе, и вы не можете сказать: „Кто поднимется на небеса и принесет ее нам, чтобы мы услышали ее и исполняли?" Эта заповедь не на другом краю света, и вы не можете сказать: „Кто для нас пересечет море и принесет ее нам, чтобы мы услышали и исполняли ее?" Нет, это слово жизни очень близко к вам – прямо перед вами и в ваших сердцах, чтобы вы могли знать его и подчиняться ему».

Закончив читать из закона, он перешел к Исайе и продолжал: «Господь вложил в меня свой дух, ибо он избрал меня благовествовать нищим. Он послал меня возвещать свободу пленным и прозрение слепым, освобождать мучеников и проповедовать благоприятный Господний год».

Иисус закрыл книгу и, отдав ее начальнику синагоги, сел и обратился к людям с речью. Он начал ее словами: «Ныне свершилось писание это». И затем в течение почти пятнадцати минут Иисус говорил о «сынах и дочерях Божьих». Многим понравилась его речь, и они восхищались его благодатными словами и мудростью.

Обычно после официальной части богослужения выступающий оставался в синагоге, чтобы те, кто хотел, могли задать свои вопросы. Так и в это субботнее утро Иисус сошел с кафедры в толпу, и люди устремились к нему с вопросами. Среди них было много скандальных личностей, затевавших недоброе, а по краям толпы сновали выродки, нанятые чинить Иисусу неприятности. Многие ученики и евангелисты, не попавшие в синагогу, устремились теперь внутрь и быстро поняли, что назревают неприятности. Они попытались увести Учителя, но он отказался уйти с ними.

Назарет отвергает Иисуса

В синагоге Иисус оказался окруженным огромной толпой врагов и горсткой своих последователей, и в ответ на их грубые вопросы и зловещие насмешки он, полушутя, ответил: «Да, я сын Иосифа; я тот самый плотник, и меня не удивляет, что вы напоминаете мне пословицу „врач, исцели самого себя" и требуете от меня совершить в Назарете то, что, как вы слышали, я совершал в Капернауме; но я призываю вас в свидетели сказанного еще в Писаниях: „Не бывает пророк без чести – разве только в своей родной стране и среди своего народа"».

Однако они напирали на него, обвиняюще тыча в него пальцами и говоря: «Ты считаешь себя лучше жителей Назарета; ты уехал отсюда, хотя твой брат – простой труженик, а сестры по-прежнему живут среди нас. Мы знаем твою мать, Марию. Где они сегодня? О тебе сказывают диковинное, но мы видим, что, вернувшись в родные места, ты не творишь чудес». Иисус ответил им: «Я люблю людей, живущих в городе, где я вырос, и я был бы рад, если бы все вы могли войти в царство небесное, но не мне решать за Бога, как ему действовать. Благодать преобразует в ответ на живую веру тех, кто ее получает».

Иисус смог бы добродушно совладать с толпой и успешно умиротворить даже самых агрессивных своих врагов, если бы не тактический просчет одного из апостолов – Симона Зелота, который, вместе с молодым евангелистом Нагором, собрал в толпе группу друзей Иисуса и воинственно потребовал от врагов Учителя, чтобы те убирались вон. Иисус уже давно внушал апостолам, что кроткий ответ смиряет гнев, однако его последователи не привыкли к тому, что с их любимым наставником, которого они столь охотно называют Учителем, обращаются с такой грубостью и пренебрежением. Это было уже слишком; они не смогли сдержать своего страстного и бурного негодования, чем только пробудили инстинкт толпы в этом сборище дикарей и безбожников. Возглавляемые наемными бродягами, эти негодяи схватили Иисуса, выволокли его из синагоги и подтащили к уступу находившегося поблизости крутого утеса, намереваясь сбросить его вниз, где он разбился бы насмерть. Но когда они уже были готовы столкнуть его с обрыва, Иисус внезапно обернулся к своим врагам и, глядя на них, спокойно сложил руки на груди. Он не произнес ни слова, однако его друзья онемели от изумления, когда он двинулся вперед, и толпа расступилась перед ним, позволив ему пройти невредимым.

В сопровождении своих сторонников Иисус проследовал в лагерь, где они обсудили всё происшедшее. В тот же вечер, выполняя распоряжение Иисуса, они приготовились ранним утром следующего дня вернуться в Капернаум. Эта бурная концовка третьего проповеднического путешествия отрезвила всех последователей Иисуса. Они начали понимать смысл некоторых его учений; они начали осознавать, что царство придет только через многие страдания и горькие разочарования.

Они покинули Назарет в воскресенье утром и, следуя различными путями, собрались в Вифсаиде к полудню в четверг, 10 марта. И они представляли собой не отряд победоносных, полных энтузиазма и преодолевающих любые преграды проповедников, а группу трезвых, серьезных и лишенных иллюзий учителей евангелия истины.

Время ожидания и обучения у моря

К 10 Марта все группы учителей и проповедников вновь собрались в Вифсаиде. В четверг вечером и в пятницу многие из них вышли в море для рыбной ловли, а в субботу днем они посетили синагогу, чтобы послушать выступление престарелого дамасского еврея о славе отца евреев, Авраама. Большую часть этого субботнего дня Иисус провел в одиночестве в горах. В тот же день вечером Учитель больше часа говорил собравшимся группам о «смысле превратностей судьбы и духовной ценности разочарования». Это стало достопамятным событием, и его слушатели никогда не забывали полученных от него наставлений.

Иисус всё еще переживал горечь недавнего отвержения в Назарете; апостолы заметили в его неизменно бодром расположении духа примесь своеобразной печали. Большую часть времени с ним были Иаков и Иоанн, ибо Петр был перегружен многочисленными обязанностями, связанными с заботой о новом корпусе евангелистов и управлением его деятельностью. В ожидании отбытия в Иерусалим на Пасху женщины посещали дома, учили евангелию и помогали больным в Капернауме, а также окрестных городах и селах.

Притча о сеятеле

Примерно в это же время Иисус стал пользоваться притчами как методом обучения народа, столь часто собиравшегося вокруг него. Из-за того, что он проговорил с апостолами и другими людьми далеко за полночь, мало кто поднялся в это воскресное утро к завтраку. Поэтому Иисус в одиночестве отправился на берег и сел в лодку. Здесь, в старой рыбацкой лодке Андрея и Петра, всегда находившейся в его распоряжении, он обдумывал дальнейшие шаги по расширению царства. Однако уединение Учителя было недолгим. Вскоре сюда стали прибывать люди из Капернаума и окрестных сел, и к десяти часам утра на берегу перед лодкой Иисуса собралось около тысячи человек, шумно требовавших внимания. К тому времени Петр был уже на ногах. Пробравшись к лодке, он спросил у Иисуса: «Учитель, поговорить мне с ними?» Но Иисус ответил: «Не надо, Петр, я расскажу им одну историю». И он начал рассказывать притчу о сеятеле – одну из первых в длинном ряду таких притч, рассказанных следовавшим за ним толпам. В этой лодке было высокое сиденье, на котором он сидел (ибо обычно учителя говорили сидя), обращаясь к собравшейся на берегу толпе. После краткого вступительного слова Петра Иисус сказал:

«Вышел сеятель сеять, и когда разбрасывал семена, некоторые упали возле дороги и были втоптаны в землю и склеваны птицами. Другие семена попали на каменистую почву, где не было достаточно земли, и вскоре проросли, ибо слой земли там был неглубокий. Но когда взошло солнце, оно опалило ростки, так как у них не было корней, которые питали бы их влагой. Другие семена упали среди колючек, и когда колючки выросли, они заглушили ростки, так что те не дали зерна. Оставшиеся семена упали на благодатную почву. Они пустили ростки и стали плодоносить и принесли урожай, дав в тридцать, в шестьдесят и в сто раз больше зерен, чем было посеяно». И, рассказав эту притчу, он сказал народу: «Имеющий уши да услышит».

Апостолы и их спутники были чрезвычайно озадачены манерой, в которой Иисус учил людей. Они долго обсуждали это между собой, а вечером, в саду у дома Зеведея, Матфей спросил у Иисуса: «Учитель, в чём смысл загадочных высказываний, с которыми ты обращаешься к народу? Почему ты предлагаешь притчи тем, кто ищет истину?» И Иисус ответил:

«Всё это время я терпеливо наставлял вас. Вам дано знать тайны царства небесного, однако отныне непрозорливым толпам и тем, кто стремится погубить нас, тайны царства будут выражаться в виде притчей. И мы будем поступать так для того, чтобы те, кто действительно желает войти в царство, могли постичь смысл учения и обрести спасение, в то время как те, кто слушает только для того, чтобы заманить нас в ловушку, были бы еще больше сбиты с толку – они будут смотреть, но не увидят, будут слушать, но не услышат. Дети мои, разве не понимаете вы закон духа, который гласит: тот, кому дано, получит еще больше, и будет у него предостаточно; у того же, кому не дано, отнимется и то, что у него есть? Поэтому отныне я буду говорить с людьми в основном притчами, дабы наши друзья и те, кто желает знать истину, могли обрести то, что они ищут, в то время как наши враги и те, кто не любит истину, слушали бы, не разумея, что слышат. Многие из этих людей не идут путем истины. Именно такие непрозорливые души имел в виду пророк, когда сказал: „Ибо огрубело сердце этого народа; их уши не слышат, и глаза их закрыты, чтобы не видеть истину и не понимать ее сердцем"».

Апостолы не поняли всего смысла слов Учителя. Пока Андрей и Фома продолжали говорить с Иисусом, Петр и остальные апостолы перешли в другую часть сада, где приступили к откровенной и длительной дискуссии.

Толкование притчи

Петр и собравшаяся вокруг него группа апостолов пришли к заключению, что притча о сеятеле является аллегорией, каждый элемент которой заключает в себе скрытый смысл, и решили пойти к Иисусу за объяснением. Поэтому Петр подошел к Учителю и сказал: «Мы неспособны проникнуть в смысл этой притчи, и мы желаем, чтобы ты объяснил ее нам, ибо ты сказал, что нам дано знать тайны царства». Услышав эти слова, Иисус сказал: «Сын мой, я ничего не хочу утаивать от вас, но что, если вначале вы расскажете мне, о чём вы говорили; каково ваше толкование этой притчи?»

На мгновение наступила тишина, а затем Петр сказал: «Учитель, мы много говорили об этой притче, и вот толкование, к которому я пришел. Сеятель – это проповедник царства, семя – слово Божье. Семена, упавшие у дороги, означают тех, кто не понимает евангельского учения. Птицы, которые похитили семена, упавшие на твердую землю, означают Сатану, или лукавого, похищающего посеянное в сердцах невежд. Семена, упавшие на каменистую почву и быстро взошедшие, означают тех поверхностных и легкомысленных людей, которые, услышав благую весть, принимают ее с радостью; однако из-за того, что истина не укореняется в глубоком понимании, их рвение оказывается недолговечным перед лицом испытаний и гонений. Когда приходит беда, эти верующие спотыкаются; соблазненные, они отступают. Семена, упавшие среди колючек, означают тех, кто с готовностью слушает проповедь, но позволяет мирской суете и обольщению богатства заглушить слово истины, которое становится бесплодным. Семена же, попавшие в благодатную почву, взошедшие и принесшие урожай, – одни в тридцать раз, другие в шестьдесят раз, а иные в сто раз, – означают тех, кто, услышав истину, принимает ее с разной мерой понимания ввиду различных интеллектуальных способностей, что проявляется в различной мере религиозного опыта».

Выслушав толкование притчи, предложенное Петром, Иисус спросил у других апостолов, нет ли у них своих предложений. Только Нафанаил откликнулся на это приглашение. Он сказал: «Учитель, хотя я понимаю, что в том толковании притчи, которое предложил Симон Петр, есть много хорошего, я не полностью согласен с ним. Вот как я понимаю притчу. Семена означают евангелие царства, сеятель – посланников царства. Семена, упавшие у дороги на твердую землю, означают тех, кто мало что слышал о евангелии, а также тех, кто равнодушен к этой проповеди и ожесточил свое сердце. Птицы, которые склевали упавшие у дороги семена, означают образ жизни людей, соблазны зла и желания плоти. Семена, упавшие меж камней, – это те эмоциональные души, которые быстро принимают новое учение и столь же быстро отказываются от истины, столкнувшись с трудностями и реальностями жизни, соответствующей этой истине; им не хватает духовного постижения. Семена, упавшие среди колючек, означают тех, кого влекут истины евангелия: они склонны следовать его учениям, но им мешает упоенность собственной жизнью, ревность, зависть и перипетии человеческого существования. Те семена, которые упали на добрую почву и приносят плоды, – одни в тридцать раз, другие в шестьдесят раз, а иные в сто раз, – означают различную природную способность мужчин и женщин, в разной мере наделенных духовным озарением, понять истину и отозваться на ее духовные учения».

Когда Нафанаил умолк, среди апостолов и их товарищей разгорелся серьезный спор. Вспыхнули жаркие дебаты: некоторые отстаивали правильность толкования, предложенного Петром, в то время как почти столько же спорящих защищали объяснение Нафанаила. Тем временем Петр и Нафанаил перешли в дом, где продолжили настойчивые и решительные попытки переубедить друг друга.

Учитель позволил этим разногласиям достичь апогея; после этого он хлопнул в ладоши и подозвал их к себе. Когда все снова собрались вокруг него, он сказал: «Прежде чем я расскажу вам об этой притче, хотел бы кто-нибудь из вас что-либо добавить?» На мгновение наступила тишина, после чего Фома произнес: «Да, учитель, я хотел бы сказать несколько слов. Я помню, что когда-то ты предупреждал нас опасаться именно этого. Ты говорил нам, что примеры, которыми мы пользуемся в своих проповедях, должны быть подлинными историями, а не выдумками, и что мы должны выбирать историю, наилучшим образом иллюстрирующую одну центральную и важнейшую истину, которую мы хотели бы раскрыть людям, и что, использовав так свой рассказ, мы не должны пытаться извлечь духовный смысл из всех его второстепенных деталей. Я считаю, что и Петр, и Нафанаил ошибаются в своих толкованиях данной притчи. Я восхищаюсь их способностью предлагать свои толкования, однако я точно так же уверен в том, что любые попытки извлечь духовные аналогии из всех элементов притчи, заимствованной из природы, могут только привести к путанице и серьезному искажению понимания истинной цели такой притчи. Моя правота полностью подтверждается тем, что, если час назад, все мы были единодушны, то сейчас мы разделились на две группы, придерживающиеся различных мнений по поводу этой притчи, – причем мы столь ревностно отстаиваем свои взгляды, что это, по-моему, не дает нам возможности до конца осознать великую истину, которую ты имел в виду, когда рассказывал народу эту притчу и впоследствии просил нас высказать о ней свое мнение».

После слов Фомы все притихли. Он заставил их вспомнить, чему их учил Иисус в предыдущих случаях, и прежде, чем Иисус продолжил говорить, Андрей встал и сказал: «Я уверен в том, что Фома прав, и я хотел бы, чтобы он рассказал нам, какой смысл он придает притче о сеятеле». Иисус кивком дал знак Фоме продолжать, и тот сказал: «Братья мои, я не хотел затягивать это обсуждение, однако если вы того желаете, я скажу следующее: я полагаю, эта притча прозвучала для того, чтобы научить нас одной великой истине. И истина эта состоит в том, что сколь бы преданно и действенно мы ни выполняли наше божественное поручение, наше обучение евангелию царства будет сопровождаться переменным успехом; и что все такие различия в результатах объясняются непосредственно теми условиями, которые заключены в обстоятельствах нашего служения, – обстоятельствах, почти или полностью нам неподвластных».

Когда Фома умолк, большинство его товарищей-проповедников были почти уже готовы согласиться – даже Петр и Нафанаил устремились к нему, чтобы поговорить с ним, – когда Иисус поднялся и сказал: «Молодец, Фома; ты проник в истинный смысл притч; однако и Петр, и Нафанаил принесли всем вам не меньшую пользу, ибо показали всю опасность попыток превращать мои притчи в аллегории. В своей душе вы можете с пользой для себя давать волю умозрительным фантазиям, но вы совершаете ошибку, когда стремитесь использовать такие выводы в своих публичных уроках».

Теперь, когда напряжение спало, Петр и Нафанаил поздравили друг друга со своими толкованиями и, за исключением близнецов Алфеевых, каждый из апостолов попытался предложить собственное объяснение притчи о сеятеле, прежде чем удалиться на покой. Даже Иуда Искариот предложил весьма правдоподобное толкование. Двенадцать часто пытались истолковать между собой притчи Учителя в качестве аллегорий, но они уже никогда не воспринимали такие рассуждения всерьез. Этот вечер принес апостолам и их товарищам огромную пользу, тем более что с этого времени Иисус всё чаще использовал притчи в своих публичных проповедях.

Ещё о притчах

Апостолам настолько понравились притчи, что весь следующий вечер был посвящен дальнейшему их обсуждению. Иисус открыл вечернюю беседу словами: «Мои возлюбленные, когда вы учите, всегда принимайте во внимание конкретных людей, дабы приспособить излагаемую истину к тем умам и сердцам, которые внимают вам. Когда вы стоите перед толпой людей, обладающих различными интеллектуальными способностями и темпераментом, вы не можете обращаться с отдельной речью к каждому из типов слушающих, однако вы можете рассказать историю, передающую смысл вашего учения. И каждая группа, даже каждый индивидуум, будут способны по-своему истолковать вашу притчу соответственно своим интеллектуальным и духовным способностям. Пусть светит ваш огонь, но делать это нужно мудро и осмотрительно. Никто, зажигая светильник, не покрывает его сосудом и не прячет под кровать; наоборот, его ставят на подставку, чтобы все могли видеть свет. Позвольте сказать вам: нет ничего тайного в царстве небесном, что не сделается явным; и нет ничего скрываемого, что не станет когда-нибудь известным. Со временем на всё это будет пролит свет. Думайте не только о народе – как он слышит истину; будьте внимательны и к себе – к тому, как слышите вы. Помните то, о чём я говорил вам много раз: тот, кому дано, получит еще больше; у того же, кому не дано, отнимется и то, что, как он считает, у него есть».

На современном языке, дальнейшее обсуждение притч и новые наставления относительно их толкования можно вкратце выразить следующим образом:

1. Иисус не советовал пользоваться баснями или аллегориями при обучении евангельским истинам. Однако он рекомендовал широко использовать притчи, в особенности притчи, заимствованные из природы. Он отметил ценность использования аналогии, существующей между природным и духовным мирами, как средством обучения истине. Он часто называл мир природы «нереальной и ускользающей тенью духовных реальностей».

2. Иисус рассказал три-четыре притчи из священных книг иудеев, обратив внимание на то, что этот прием обучения не является чем-то новым. Тем не менее, он стал практически новым методом обучения в том виде, в каком Иисус использовал его с этого времени.

3. Объясняя апостолам ценность притч, Иисус обратил их внимание на несколько аспектов.

Притча позволяет одновременно обращаться к совершенно различным уровням разума и духа. Притча стимулирует воображение, требует проницательности и побуждает к критическому размышлению; она поощряет отзывчивость, не вызывая антагонизма.

Притча отталкивается от известных вещей и ведет к постижению неизвестного. Притча использует материальное и природное в качестве средства для знакомства с духовным и сверхматериальным.

Притчи помогают принятию непредвзятых нравственных решений. Притча обходит многие предрассудки и милосердно внедряет в сознание новую истину, причем всё это сопровождается минимальной самозащитой возмущенного сознания.

Для того чтобы отвергнуть истину, заключенную в метафорической аналогии, требуется сознательное интеллектуальное действие, осуществляемое вопреки чистосердечному суждению и честному решению человека. Притча заставляет слушающего задуматься.

Использование иносказательной формы обучения позволяет учителю знакомить с новыми и даже поразительными истинами и в то же время в значительной мере избегать полемики и внешних столкновений с традицией и признанными авторитетами.

Преимущество притчи заключается также в том, что она укрепляет в памяти истину при последующем столкновении с уже знакомыми эпизодами.

Таким путем Иисус стремился познакомить своих последователей с многими из причин, лежащих в основе его практики всё более широкого использования иносказаний в своем публичном обучении.

Ближе к концу вечернего урока Иисус впервые прокомментировал притчу о сеятеле. Он сказал, что в притче говорится о двух вещах. Во-первых, она представляет собой анализ его собственного служения до того времени и прогноз – что может ожидать его в будущем в оставшийся период его земной жизни. Во-вторых, она является также намеком на то, что могут ожидать от своего служения апостолы и другие посланники царства с течением времени, по мере того, как одно поколение будет приходить на смену другому.

Иисус обращался к притчам также как к лучшему возможному опровержению преднамеренных попыток религиозных властей Иерусалима внушить народу, что весь его труд осуществляется с помощью бесов и князя дьяволов. Обращение к природе разрушало такие утверждения, ибо в то время люди рассматривали все естественные явления как результат прямого воздействия духовных существ и сверхъестественных сил. Кроме того, он решил воспользоваться этим методом обучения потому, что это позволяло ему провозглашать важнейшие истины тем, кто желал познать лучший путь, и вместе с тем давало его врагам меньше поводов для нападок и обвинений.

Прежде чем отпустить апостолов на покой, Иисус сказал: «А теперь я расскажу вам последнюю часть притчи о сеятеле. Я хотел бы проверить вас, посмотреть, как вы ее воспримете. Царство небесное также подобно человеку, который бросил доброе зерно в землю; и пока он спал по ночам и занимался своими делами днем, семя всходило и росло, и хотя он не знал, как это случилось, растение стало плодоносить. Сначала появилась зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе. А затем, когда зерно созрело, он взялся за серп, и завершилась жатва. Имеющий уши да услышит».

Много раз апостолы вспоминали эти слова, однако Учитель никогда не возвращался к последней части притчи о сеятеле.

Новые притчи у моря

На следующий день Иисус вновь учил людей, обращаясь к ним из лодки: «Царство небесное подобно человеку, посеявшему в поле хорошие семена; когда же он спал, пришел враг, посеял между пшеницей сорняки и поспешил прочь. И когда пшеница проросла и созрела, выросли и сорняки. Тогда пришли слуги к владельцу земли и сказали: „Господин, ты ведь посеял в поле хорошие семена. Откуда же там сорняки?" А он им сказал: „Враг сделал это". Тогда слуги спросили у своего господина: „Ты хочешь, чтобы мы пошли и выдернули их?" Но в ответ он сказал им: „Нет, не хочу, ибо вместе с сорняками вы выдернете и пшеницу. Пусть растут и те, и другие вместе, а когда придет время жатвы, я скажу жнецам: сначала сожните сорняки, свяжите их в копны и сожгите, а зерно соберите в мою житницу"».

Ответив на несколько вопросов, Иисус рассказал еще одну притчу: «Царство небесное подобно горчичному зерну, которое человек посадил на своем поле. Горчичное зерно – меньше всех семян, но когда оно вырастает, то становится самым большим из всех садовых растений и похоже на дерево, в ветвях которого могут отдыхать небесные птицы».

«Царство небесное подобно закваске, которую женщина замесила в три меры муки, так что всё тесто подошло».

«Еще царство небесное подобно сокровищу, зарытому в поле, которое нашел человек. От радости он пошел и продал всё, что имел, чтобы купить это поле».

«Еще царство небесное подобно торговцу, искавшему хороший жемчуг; когда он нашел одну драгоценную жемчужину, он пошел, продал всё, что имел, и купил эту необыкновенную жемчужину».

«Еще царство небесное подобно сети, заброшенной в море, в которую поймалась самая разная рыба. Когда сеть наполнилась, рыбаки вытянули ее на берег. Потом они сели и отобрали хорошую рыбу в корзины, а плохую выбросили».

Много других притч рассказал людям Иисус. Фактически, начиная с этого времени, он редко прибегал к какому-либо иному методу обучения народа. В своих публичных выступлениях он говорил притчами, а на вечерних занятиях более полно и подробно развивал свои учения апостолам и евангелистам.

Посещение Хересы

Народ прибывал всю неделю. В субботу Иисус поспешил прочь, в горы, но с наступлением воскресного утра толпы вернулись. Иисус выступил перед ними днем, после проповеди Петра, и, закончив говорить, сказал апостолам: «Толпа утомила меня; отправимся на другой берег и устроим день отдыха».

Пересекая озеро, они попали в одну из тех сильных и внезапных бурь, которые столь характерны для Галилейского моря, особенно в это время года. Водная масса озера находится почти на семьсот футов ниже уровня моря и окружена высокими берегами, особенно с запада. От озера вверх, к горам, ведут крутые ущелья, и вследствие того, что в течение дня нагретый воздух поднимается, оставаясь в кармане над озером, после захода солнца потоки остывающего воздуха нередко устремляются из ущельев к озеру. Такой штормовой ветер быстро поднимается и иногда столь же внезапно стихает.

Именно в такой шторм и попала лодка, перевозившая Иисуса на другой берег в тот воскресный вечер. Три другие лодки с некоторыми из молодых евангелистов следовали позади. Буря была жестокой, несмотря на то, что она ограничивалась этим районом озера – на западном берегу не было никаких признаков шторма. Ветер был столь сильным, что волны стали захлестывать лодку. Мощный порыв ветра сорвал парус, прежде чем апостолы успели убрать его, и теперь они полностью зависели от весел, налегая на которые они устремились к берегу, находившемуся на расстоянии чуть более полутора миль.

Тем временем Иисус спал на корме под небольшим навесом. Учитель был утомлен, когда они отплывали из Вифсаиды, и он распорядился перевезти его на другой берег именно для того, чтобы отдохнуть. Эти бывшие рыбаки были сильными и опытными гребцами, однако они попали в один из жесточайших штормов в своей жизни. Несмотря на то, что ветер швырял их лодку, как игрушку. Иисус беспробудно спал. Петр сидел на правом весле рядом с кормой. Когда лодка начала наполняться водой, он оставил весло и, бросившись к Иисусу, начал сильно трясти его, чтобы разбудить, и когда Иисус проснулся, сказал: «Учитель, разве ты не знаешь, что мы попали в сильный шторм? Если ты не спасешь нас, мы все погибнем».

Выйдя в дождь, Иисус посмотрел вначале на Петра, а затем устремил свой взгляд в темноту на боровшихся со стихией гребцов, после чего снова перевел взгляд на Симона Петра, который из-за возбуждения еще не вернулся к своему веслу, и сказал: «Почему все вы охвачены страхом? Где ваша вера? Уймитесь, успокойтесь». Не успел Иисус высказать Петру и остальным апостолам свое порицание, не успел он призвать Петра искать мира, чтобы успокоить свою взволнованную душу, как выведенная из равновесия атмосфера, обретя устойчивое состояние, успокоилась, и установилось полное безветрие. Почти сразу же бушующие волны стихли, а черные тучи, пролившиеся коротким дождем, рассеялись, и на небе засверкали звезды. Насколько мы можем судить, всё это было чистым совпадением; однако апостолы – в особенности Симон Петр – всегда считали этот эпизод чудом природы. В то время люди с особой легкостью верили в природные чудеса, поскольку были твердо уверены в том, что все природные явления находятся в подчинении у духовных сил и сверхъестественных существ.

Иисус разъяснил двенадцати, что он обращался к их смятенному духу, к их помутившемуся от страха разуму, что он вовсе не велел стихиям подчиниться его слову, – но всё было напрасно. Последователи Учителя всегда придерживались своего собственного толкования любых подобных совпадений. С того дня они были уверены, что Учитель обладает абсолютной властью над природными стихиями. Петр всегда неустанно повторял, что «даже ветры и волны послушны ему».

Было уже поздно, когда Иисус и его апостолы достигли берега, и так как стояла тихая и ясная ночь, то все они остались отдыхать в лодках и вышли на берег только утром вскоре после восхода солнца. Когда они собрались – в общей сложности около сорока человек, – Иисус сказал: «Давайте поднимемся на те горы и проведем несколько дней, обсуждая проблемы, стоящие перед царством Отца».

Сумасшедший из Хересы

Хотя восточный берег большей частью плавно переходил в начинавшиеся за ним горы, данный район представлял собой крутой склон, причем в некоторых местах берег резко обрывался в озеро. Указывая на соседний холм, Иисус сказал: «Поднимемся на этот склон и устроим завтрак, а затем подыщем укрытие для отдыха и бесед».

Весь склон покрывали вырубленные в скалах пещеры. Многие из таких ниш являлись древними склепами. Примерно на полпути вверх, на небольшом, относительно ровном месте, находилось кладбище деревушки Хереса. Когда Иисус и его товарищи проходили мимо этого кладбища, к ним устремился сумасшедший, живший в горных пещерах. Этот умалишенный был хорошо известен в этих местах; когда-то он был закован в кандалы и цепи и заточен в одном из гротов. Он уже давно разбил свои оковы и свободно бродил среди надгробий и заброшенных склепов. Этот человек по имени Амос страдал циклической формой психического расстройства. В длительные периоды прояснения сознания он подыскивал какую-то одежду и вполне нормально уживался со своими собратьями. Во время одного из таких периодов прояснения сознания он отправился в Вифсаиду, где услышал проповедь Иисуса и апостолов и с того времени частично уверовал в евангелие царства. Однако вскоре наступила буйная фаза заболевания, и он скрылся в склепах, где стонал и громко кричал, пугая своим поведением всех, кто на него наталкивался.

Когда Амос узнал Иисуса, он упал на колени и воскликнул: «Я знаю тебя, Иисус, но я одержим многими бесами, и я заклинаю тебя не мучить меня». Этот человек действительно верил, что его периодические душевные страдания объяснялись злыми или нечистыми духами, которые время от времени проникали в него, овладевая его разумом и телом. Его беды были в основном эмоционального характера – его мозг не был поражен серьезным заболеванием.

Глядя вниз на человека, ползавшего у его ног подобно животному, Иисус наклонился, взял его за руку, заставил подняться и сказал: «Амос, ты не одержим дьяволом; ты уже знаешь благую весть о том, что являешься сыном Божьим. Я повелеваю тебе сбросить эти чары». И когда Амос услышал эти слова Иисуса, произошла такая трансформация его разума, что к нему сразу же вернулся здравый рассудок и способность нормального владения своими эмоциями. К этому времени собралась огромная толпа жителей ближнего села, и эти люди, к которым присоединились спустившиеся с гор свинопасы, в изумлении смотрели на сумасшедшего, пребывающего в здравом уме и непринужденно беседующего с Иисусом и его последователями.

Пока свинопасы спешили в деревню, чтобы рассказать об усмирении сумасшедшего, собаки набросились на небольшое, оставшееся без присмотра стадо примерно из тридцати свиней и пригнали их к обрыву, с которого большинство свиней попадали в море. Именно это случайное происшествие, совпавшее с присутствием Иисуса и якобы чудесным исцелением сумасшедшего, породило легенду о том, что Иисус вылечил Амоса, изгнав из него легион бесов, и что эти бесы вселились в стадо свиней, заставив их тут же броситься с обрыва в море навстречу собственной гибели. До конца дня свинопасы успели разнести эту новость, и всё село поверило им. Амос не сомневался в их словах; он видел, как вскоре после усмирения его беспокойного сознания свиньи скатились с обрыва, и он всегда верил в то, что они несли в себе тех самых злых духов, которые так долго вызывали его болезнь и мучили его. И это имело большое значение для необратимости его выздоровления. Столь же верно и то, что все апостолы Иисуса (за исключением Фомы) усматривали прямую связь между случаем со свиньями и излечением Амоса.

Иисус не получил долгожданного отдыха. Большую часть дня его одолевали те, кто пришел, прослышав об излечении Амоса, и кого привлек рассказ о демонах, оставивших этого сумасшедшего и вселившихся в стадо свиней. Так, после одной только ночи отдыха, ранним утром во вторник Иисуса и его товарищей разбудила делегация иноверцев, занимавшихся свиноводством, которые пришли просить Иисуса покинуть их. Обращаясь к Петру и Андрею, их представитель сказал: «Рыбаки Галилеи, оставьте нас и заберите с собой своего пророка. Мы знаем, что он святой человек, однако боги нашей страны не знают его, и нам грозит потеря многих свиней. Мы объяты страхом перед вами, и потому мы просим вас уйти отсюда». Услышав эти слова, Иисус сказал Андрею: «Вернемся домой».

Когда они уже были готовы отправиться в путь, Амос стал упрашивать Иисуса взять его с собой, но Учитель не согласился. Иисус сказал Амосу: «Не забывай, что ты являешься сыном Божьим. Возвращайся к своим людям и покажи им, какие великие вещи совершил для тебя Бог». И Амос начал странствовать, рассказывая, как Иисус изгнал легион бесов из его беспокойной души и как эти злые бесы вселились в стадо свиней, тут же приведя их к погибели. И он не остановился, пока не побывал во всех городах Декаполиса, возвещая о великих делах, совершенных для него Иисусом.

В преддверии кризиса в Капернауме

Когда во вторник утром лодка Иисуса пристала к берегу, его ждала огромная толпа людей, ибо весть об излечении Амоса, сумасшедшего из Хересы, уже достигла Вифсаиды и Капернаума. В этой толпе были и новые соглядатаи из иерусалимского синедриона, прибывшие в Капернаум, чтобы найти повод для ареста и осуждения Учителя. Пока Иисус разговаривал с теми, кто пришел сюда поприветствовать его, один из правителей синагоги, Иаир, пробрался через толпу и, упав на колени, схватил Иисуса за руку, умоляя его поспешить вместе с ним и говоря: «Учитель, моя маленькая дочь, мое единственное дитя, лежит дома при смерти. Я умоляю тебя прийти и исцелить ее». Когда Иисус услышал просьбу отца, он сказал: «Я пойду с тобой».

Иисус отправился с Иаиром, и множество людей, услышавших просьбу отца, последовали за ними посмотреть, что произойдет. Они уже подходили к дому правителя синагоги, когда – пробираясь в толчее по узкой улице – Иисус внезапно остановился и воскликнул: «Кто-то прикоснулся ко мне». И когда окружающие стали отрицать, что они прикоснулись к нему, Петр сказал: «Учитель, ты видишь, что толпа напирает на тебя, так что может раздавить нас, – а ты говоришь: „Кто-то прикоснулся ко мне". Что ты имеешь в виду?» Тогда Иисус сказал: «Я спросил, кто прикоснулся ко мне, ибо почувствовал, что живая энергия отошла от меня». Оглядываясь, Иисус заметил стоявшую поблизости женщину, которая, подойдя к нему, упала на колени и сказала: «Годами я страдала жестоким кровотечением. Я много терпела от многих врачей; я истратила всё свое состояние, но никто не смог мне помочь. Тогда я услышала о тебе, и я подумала, что если я хотя бы прикоснусь к краю твоей одежды, то обязательно исцелюсь. Поэтому я устремилась вместе с толпой и, оказавшись рядом с тобой, Учитель, я прикоснулась к краю твоей одежды и стала здоровой; я знаю, что я избавилась от своего недуга».

Когда Иисус услышал это, он взял женщину за руку и, подняв ее, сказал: «Дочь, вера твоя излечила тебя; иди с миром». Именно вера этой женщины, а не ее прикосновение, сделала ее здоровой. И этот случай является хорошей иллюстрацией многих якобы чудесных исцелений, которые случались в течение земной жизни Иисуса, но которые он никоим образом не совершал по своей воле. Время показало, что эта женщина действительно избавилась от своей болезни. Ее вера была такого характера, что она сразу же получила доступ к созидательной энергии, заключенной в Учителе. Обладая такой верой, всё, что ей нужно было сделать, – это приблизиться к Учителю. Не было никакой необходимости прикасаться к его одежде; это отражало лишь суеверную сторону ее веры. Иисус подозвал к себе эту женщину, Веронику из Кесарии Филипповой, чтобы исправить два ошибочных мнения, которые могли остаться в ее сознании или же укрепиться в представлении свидетелей этого исцеления: он не хотел, чтобы Вероника ушла с мыслью о том, что возымел действие ее страх, сопровождавший ее попытку украдкой получить исцеление, или ее суеверное прикосновение к одежде. Он желал, чтобы все знали: ее исцелила чистая, живая вера.

В доме Иаира

Понятно, что Иаир сильно переживал из-за этой задержки; поэтому, ускорив шаг, они поспешили к его дому. Но не успели они войти во двор правителя, как навстречу вышел один из его слуг, сказавший: «Не тревожь Учителя; твоя дочь умерла». Однако Иисус, казалось, оставил слова слуги без внимания, ибо, взяв с собой Петра, Иакова и Иоанна, он обернулся и сказал разбитому горем отцу: «Не бойся; только веруй». Войдя в дом, он застал там уже флейтистов и плакальщиков, поднявших неуместный шум; здесь же находились рыдающие и стенающие родственники. Выставив всех плакальщиков из комнаты, он вошел туда вместе с отцом, матерью и тремя апостолами. Он сказал плакальщикам, что девица не умерла, но те высмеяли его. После этого Иисус обратился к матери, сказав ей: «Твоя дочь не умерла, она лишь спит». И когда всё в доме утихло, Иисус, поднявшись наверх, где лежало дитя, взял ее за руку и сказал: «Дочь, говорю тебе: проснись и встань». И когда девочка услышала эти слова, она тут же встала и прошла по комнате. Вскоре она вышла из оцепенения, и Иисус распорядился, чтобы ее покормили, ибо она давно не ела.

Ввиду того, что в Капернауме велась сильная пропаганда против Иисуса, он созвал семью и объяснил, что девушка находилась в состоянии комы после продолжительного жара, и что он лишь разбудил ее, а не воскресил из мертвых. То же самое он повторил и своим апостолам, однако тщетно; все они считали, что он воскресил девочку из мертвых. То, что Иисус говорил, пытаясь объяснить многие из этих мнимых чудес, не производило большого впечатления на его последователей. Они верили в волшебство и при первой возможности приписывали Иисусу очередное чудо. Иисус и апостолы вернулись в Вифсаиду после того, как он специально приказал им никому не рассказывать о случившемся.

Когда он вышел из дома Иаира, двое слепых, которых вел немой мальчик, пошли за ним, моля об исцелении. В тот период слава Иисуса-целителя достигла своего зенита. Где бы он ни появлялся, больные и страждущие ждали его. Учитель уже выглядел измученным, и все его друзья начали беспокоиться о том, что продолжение обучения и целительства может довести его до полного изнеможения.

Апостолы Иисуса, уже не говоря о простом люде, не могли понять сущность и атрибуты этого Богочеловека. Точно так же, ни одно из последующих поколений не смогло оценить тех событий, которые произошли на земле в посвящение Иисуса Назарянина. Ни науке, ни религии никогда не предоставится возможность узнать, что представляли собой эти замечательные события, по той простой причине, что такая необычайная ситуация никогда не повторится – ни в этом, ни в каком-либо другом мире Небадона. Никогда, ни в одном из миров во всей этой вселенной не появится существо в образе смертной плоти, которое одновременно заключало бы в себе все атрибуты созидательной энергии в сочетании с духовными способностями, выходящими за пределы времени и большинства других материальных ограничений.

Никогда – ни до появления Иисуса на земле, ни после него, – не представлялось возможности добиться столь непосредственных и наглядных результатов прочной, живой веры смертных мужчин и женщин. Для того чтобы воспроизвести эти явления, мы должны были бы оказаться в самом присутствии Михаила, Создателя, причем такого, каким он был в те дни, – Сына Человеческого. Так и сегодня, когда его отсутствие исключает подобные материальные проявления, вы должны воздерживаться от того, чтобы накладывать какие-либо ограничения на возможное проявление его духовного могущества. Хотя Учитель и отсутствует как материальное существо, он присутствует в качестве духовного влияния в сердцах людей. Уйдя из мира, Иисус обеспечил своему духу возможность жить рядом с духом своего Отца, пребывающего в разуме всех людей.

Насыщение пяти тысяч

Днем Иисус продолжал учить народ, а по вечерам наставлял апостолов и евангелистов. В пятницу он объявил о недельном отпуске, для того чтобы все его последователи могли провести несколько дней в своих семьях или у друзей, прежде чем приготовиться к отбытию в Иерусалим на Пасху. Однако более половины его учеников отказались оставить его, а количество людей с каждым днем увеличивалось настолько, что Давид Зеведеев уже хотел поставить новый лагерь, но Иисус отказался дать свое согласие. Учитель так мало отдохнул за субботу, что утром в воскресенье, 27 марта, он попытался избавиться от толпы. Несколько евангелистов были оставлены говорить с народом, в то время как Иисус и двенадцать собирались незаметно перебраться на противоположный берег озера, где, в одном из красивых парков к югу от Вифсаиды-Юлии, они надеялись получить тот отдых, в котором так нуждались. Этот район был любимым местом отдыха жителей Капернаума. Все они были хорошо знакомы с этими парками на восточном берегу.

Однако людей это не устраивало. Они заметили, в каком направлении отплыла лодка Иисуса, и, наняв все свободные суда, отправились вдогонку. Те, кто остался без лодок, отправились пешком вокруг северной оконечности озера.

К вечеру более тысячи человек обнаружили Учителя в одном из парков; Иисус обратился к ним с краткой речью, после чего его сменил Петр. Многие из этих людей принесли с собой еду и после ужина разбились на небольшие группы, с которыми занимались апостолы и ученики Иисуса.

В понедельник пополудни толпа уже превышала три тысячи человек, причем люди продолжали прибывать до позднего вечера, приводя с собой всевозможных больных. Сотни интересующихся Иисусом людей, направлявшихся на празднование Пасхи, планировали остановиться в Капернауме, чтобы увидеть и услышать Учителя, и просто не желали мириться с разочарованием. К полудню в среду здесь, в парке к югу от Вифсаиды-Юлии, собралось около пяти тысяч мужчин, женщин и детей. Стояла хорошая погода – сезон дождей был в этих местах на исходе.

Филипп обеспечил для Иисуса и двенадцати трехдневный запас провизии, которым ведал юноша Марк – их подручный. К полудню этого дня, третьего по счету почти для половины собравшегося здесь народа, запасы еды, взятой людьми с собой, подошли к концу. В распоряжении Давида Зеведеева не было палаточного городка, где он мог бы накормить и разместить народ, да и у Филиппа не было запаса еды, необходимого для такой толпы. Однако, несмотря на голод, люди не желали уходить. Поговаривали о том, что Иисус, желая избежать неприятностей, как со стороны Ирода, так и иерусалимских вождей, выбрал этот спокойный район за пределами юрисдикции всех своих врагов как подходящее для коронования место. Всеобщее возбуждение росло с каждым часом. Иисусу не было сказано ни единого слова, хотя он, конечно, знал обо всём. Даже двенадцать апостолов всё еще страдали подобными представлениями, тем более – молодые евангелисты. Из апостолов попытку провозгласить Иисуса царем поддерживали Петр, Иоанн, Симон Зелот и Иуда Искариот. Против этого плана выступали Андрей, Иаков, Нафанаил и Фома. Матфей, Филипп и близнецы Алфеевы не занимали определенной позиции. Идея коронования исходила от одного из молодых евангелистов, Иоава.

Таковы были обстоятельства, сложившиеся к пяти часам пополудни в среду, когда Иисус попросил Иакова Алфеева позвать Андрея и Филиппа. Иисус сказал: «Что нам делать с народом? Уже три дня, как они находятся с нами, и многие из них голодны. У них нет еды». Филипп и Андрей переглянулись, и Филип сказал: «Учитель, тебе следует отослать этих людей, чтобы они могли пойти в соседние селения и купить себе еды». И Андрей, опасавшийся, что план коронования будет осуществлен, поспешил согласиться с Филиппом: «Верно, Учитель, я считаю, что тебе было бы лучше всего отпустить народ, чтобы люди отправились восвояси и купили еды, а ты смог бы какое-то время отдохнуть». К этому времени к ним присоединились остальные апостолы. Тогда Иисус сказал: «Но я не хочу отсылать их голодными; разве вы не можете накормить их?» Это было уже слишком для Филиппа, который тут же ответил: «Учитель, где в этом пустынном месте мы сможем купить хлеба для такой толпы? И двух сотен динариев не хватило бы на одну трапезу».

Не успели апостолы высказаться, как Иисус повернулся к Андрею и Филиппу со словами: «Я не хочу отсылать людей. Вот они, что овцы без пастыря. Я хотел бы накормить их. Какая еда есть у нас с собой?» Пока Филипп разговаривал с Матфеем и Иудой, Андрей нашел юношу Марка, чтобы выяснить, что осталось от их запаса продовольствия. Вернувшись к Иисусу, он сказал: «У юноши осталось лишь пять ячменных хлебов и две сушеные рыбы», – и Петр тут же добавил: «И мы еще не ужинали».

Какое-то время Иисус молчал; взгляд его был отсутствующим. Молчали и апостолы. Внезапно Иисус повернулся к Андрею и сказал: «Принеси мне хлебы и рыбу». И когда Андрей принес Иисусу короб, Учитель сказал: «Вели людям сесть на траве группами по сто человек и назначить в каждой группе старшего, а сам приведи сюда всех евангелистов».

Иисус взял в руки хлебы, и, благословив, преломил хлеб и дал апостолам, передавшим его дальше своим товарищам, которые, в свою очередь, отнесли его народу. Таким же образом Иисус преломил и раздал рыбу. И все люди ели и насытились. Когда они закончили есть, Иисус сказал ученикам: «Соберите оставшиеся куски, чтобы ничего не пропало». И когда они собрали остатки, у них набралось двенадцать полных коробов. В этом удивительном пире приняли участие около пяти тысяч мужчин, женщин и детей.

Это – первое и единственное материальное чудо, сотворенное Иисусом в результате осознанного, заранее составленного плана. Верно, что его ученики были склонны называть чудесами многие вещи, не являвшиеся таковыми, однако это событие действительно было проявлением сверхъестественной помощи. Как нам объяснили, в данном случае Михаил умножил пищевые элементы так же, как он делает это всегда, если не считать устранения фактора времени и зримого канала жизни.

Коронование

Насыщение пяти тысяч за счет сверхъестественной энергии стало еще одним из тех случаев, когда происшедшее было результатом объединения человеческого сочувствия и созидательной энергии. Теперь, когда толпа вдоволь насытилась и слава Иисуса мгновенно выросла благодаря этому изумительному чуду, план принудительного коронования Учителя и провозглашения его царем уже не требовал личного руководства. Казалось, что эта идея распространилась в толпе подобно эпидемии. Реакция народа на внезапное и впечатляющее удовлетворение его физических нужд была всеохватной и подавляющей. Веками евреев учили, что после прихода Мессии, сына Давида, земля вновь наполнится молоком и медом, и что они будут наделены хлебом жизни, как некогда их предки манной небесной, которая, как считалось, упала на них в пустыне. И разве не исполнялись все эти надежды прямо у них на глазах? Когда эти голодные, истощенные люди перестали объедаться чудо-пищей, их охватил только один всеобщий порыв: «Вот наш царь». Чудотворный избавитель Израиля явился. В глазах этих простодушных людей способность накормить наделяла правом властвовать. И потому неудивительно, что закончив пиршествовать, толпа разом поднялась и закричала: «Сделаем его царем!»

Этот мощный возглас воодушевил Петра и тех апостолов, которые всё еще надеялись увидеть Иисуса, заявляющим свои права на владычество. Однако, этим ложным надеждам суждено было вскоре развеяться. Не успело умолкнуть эхо от криков людей, отраженных соседними скалами, как Иисус взобрался на огромный камень, поднял правую руку и, заставив толпу стихнуть, сказал: «Дети мои, ваши намерения благи, но вы близоруки и мыслите материально». Наступила небольшая пауза; этот галилеянин величественно возвышался в чарующих закатных лучах восточного солнца. Всё в его облике было от царя, когда он продолжил свое обращение к затаившей дыхание толпе: «Вы желаете сделать меня царем не потому, что ваши души озарены великой истиной, а потому, что ваши желудки наполнены хлебом. Сколько раз я говорил вам, что царство мое не от мира сего? Царство небесное, которое мы провозглашаем, есть духовное братство, и никто не властен над ним, восседая на материальном престоле. Мой небесный Отец является всемогущим и премудрым Властителем этого духовного братства Божьих сынов на земле. Неужели так плохо раскрыл я вам Отца духов, что вы готовы сделать царем его Сына во плоти! Ступайте же все по домам. Если вам нужен царь, пусть в сердце каждого из вас воцарится Отец небесных светил как всеобщий духовный Властитель».

После этих слов Иисуса толпа разбрелась, ошеломленная и повергнутая в уныние. С того дня многие их тех, кто верил в него, отвернулись от Иисуса и более не следовали за ним. Апостолы лишились дара речи; в молчании смотрели они на двенадцать коробов с остатками еды; только их подручный, юноша Марк, произнес: «И он отказался стать нашим царем». Прежде чем уйти в одиночестве в горы, Иисус повернулся к Андрею и сказал: «Возвращайся со своими товарищами в дом Зеведея и молись вместе с ними – особенно за твоего брата, Симона Петра».

Ночное видение Симона Петра

Оставшись без своего Учителя, отправленные назад одни, апостолы сели в лодку и в молчании погребли в сторону Вифсаиды на западный берег озера. Больше всех из них был повержен и сломлен Симон Петр. Они почти не разговаривали; каждый думал об Учителе, находившемся в одиночестве в горах. Неужели он бросил их? Никогда прежде он не отсылал их всех прочь, отказавшись остаться с ними. Что всё это могло означать?

Тьма опустилась на них, и поднявшийся сильный встречный ветер сделал дальнейшее продвижение почти невозможным. Обессилив от многочасовой гребли в темноте, Петр заснул глубоким сном изможденного человека. Андрей и Иаков перенесли его на корму и уложили спать на мягком сиденье. Пока остальные апостолы боролись с ветром, Петру приснился сон: ему привиделось, будто Иисус приближается к ним, ступая по воде. Когда Петру показалось, что Учитель поравнялся с лодкой, он вскричал: «Спаси нас, Учитель, спаси нас!» И те, кто был на корме, услышали некоторые из этих слов. Ночное видение продолжалось, и Петру приснилось, будто он слышит слова Иисуса: «Ободритесь; это я; не бойтесь». Для потревоженной души Петра это было подобно галаадскому бальзаму. Его беспокойный дух был утешен, поэтому (во сне) он крикнул Учителю: «Господи, если это действительно ты, вели мне встать и пойти вместе с тобою по воде». Но когда Петр пошел по воде, бурные волны испугали его, и, уходя под воду, он закричал: «Господи, спаси меня!» И многие из двенадцати слышали, как он прокричал эти слова. После этого Петру приснилось, что Иисус пришел к нему на помощь и, протянув руку, схватил и вытащил его, говоря: «О, маловерный, зачем ты усомнился?»

Последняя часть его сна привела к тому, что Петр встал с сиденья, на котором он спал, и действительно ступил за борт в воду. И он очнулся ото сна, когда Андрей, Иаков и Иоанн, нагнувшись, вытаскивали его из моря.

Петр никогда не сомневался в реальности этого случая. Он искренне верил, что Иисус приходил к ним в ту ночь. Ему не удалось полностью убедить в этом Иоанна Марка; именно поэтому Марк опустил часть этого эпизода в своем рассказе. Врач Лука, который тщательно исследовал подобные вещи, пришел к заключению, что в данном случае речь идет о видении Петра и потому отказался включить его в свое повествование.

Возвращение в Вифсаиду

В четверг утром, до рассвета, они встали на якорь рядом с домом Зеведея и проспали примерно до полудня. Андрей поднялся первым, и, отправившись на прогулку у моря, увидел Иисуса, сидящего на камне у воды вместе с их подручным юношей. Хотя многие из толпы, равно как и молодые евангелисты, провели всю ночь и значительную часть следующего дня в поисках Иисуса в восточных горах, вскоре после полуночи он, вместе с юношей Марком, отправился назад и, обогнув озеро и переправившись через реку, вернулся в Вифсаиду.

Из пяти тысяч чудесным образом накормленных людей, которые – наполнив свои желудки, но оставшись с пустыми сердцами, – захотели провозгласить Иисуса царем, лишь около пятисот человек продолжали следовать за ним. Но еще до того, как они узнали о его возвращении в Вифсаиду, Иисус попросил Андрея собрать двенадцать апостолов и их товарищей, включая женщин, сказав: «Я хочу поговорить с ними». И когда все были в сборе, Иисус сказал:

«До каких же пор мне придется терпеть вас? Неужели всем вам трудно дается духовное понимание и не хватает живой веры? Все эти месяцы я учил вас истинам царства, но не духовные ценности владеют вами, а материальные побуждения. Разве не читали вы в Писании о том, как Моисей призывал неверующих детей Израиля, говоря им: „Не бойтесь, стойте и смотрите, как Господь спасет вас"? Сказал певец: „Доверьтесь Господу". „Будь терпелив, жди помощи Господа и мужайся. Он укрепит твое сердце". „Обороти свои страдания к Господу, и он поддержит тебя. Всегда доверяй ему, изливай ему свое сердце, ибо Бог – твое прибежище". „Живущий в обители Всевышнего в тени Всемогущего покоится". „Лучше доверять Господу, чем надеяться на князей человеческих".

Так неужели вы не видите теперь, что волшебства и материальные чудеса не приведут новые души к духовному царству? Мы накормили толпу, но это не заставило их возжелать хлеба жизни или возжаждать воды духовной праведности. Утолив свой голод, не вступления в небесное царство стали искать они, а возможности сделать Сына Человеческого царем, как коронуют царей в этом мире, для того лишь, чтобы можно было продолжать есть хлеб без необходимости трудиться для этого. И всё это, в чём многие из вас приняли большее или меньшее участие, ни в коей мере не способствует раскрытию небесного Отца или претворению его царства на земле. Разве мало нам врагов среди религиозных вождей этой земли, чтобы настраивать против себя еще и гражданских правителей? Я молю Отца помазать вам глаза, чтобы вы увидели, и раскрыть вам уши, чтобы вы услышали и исполнились веры в евангелие, которому я научил вас».

Иисус объявил, что он желает удалиться на несколько дней для отдыха со своими апостолами, прежде чем они приготовятся идти в Иерусалим на празднование Пасхи, и он запретил кому-либо из учеников или из народа следовать за ним. Таким образом, они отправились на лодке в Геннисарет, чтобы в течение двух-трех дней отдохнуть и выспаться. Иисус готовился к великому кризису своей земной жизни, и поэтому он проводил много времени в общении с небесным Отцом.

Весть о насыщении пяти тысяч и попытка сделать Иисуса царем привлекли широкое внимание и пробудили опасения, как у религиозных вождей, так и гражданских правителей по всей Галилее и Иудее. Хотя это великое чудо никак не способствовало укреплению евангелия царства в душах материально настроенных маловеров, оно действительно помогло положить конец тем тенденциям в непосредственной семье Иисуса, – объединявшей апостолов и ближайших учеников, – которые были связаны со стремлением к чудесам и желанием обрести царя. Этот эффектный эпизод положил конец раннему периоду обучения, подготовки и целительства и тем самым расчистил путь для вступления в последний год, год возвещения более высоких и духовных сторон нового евангелия царства – божественного сыновства, духовной свободы и вечного спасения.

В Геннисарете

Во время отдыха в доме богатого верующего в Геннисарете каждый день после обеда Иисус проводил с двенадцатью беседы, проходившие в непринужденной обстановке. Посланники царства представляли собой группу серьезных, спокойных и лишенных иллюзий людей. Но и после всего происшедшего, как показали последующие события, эти двенадцать человек еще не полностью освободились от своих врожденных и давно вынашиваемых надежд на приход иудейского Мессии. События нескольких предшествующих недель развивались слишком быстро для этих ошеломленных рыбаков, чтобы они могли осознать всё их значение. Мужчинам и женщинам требуется время для радикальных и существенных изменений основных, укоренившихся представлений, касающихся общественного поведения, философских взглядов и религиозных убеждений.

Пока Иисус и двенадцать отдыхали в Геннисарете, толпа рассеялась; некоторые разошлись по домам, другие отправились в Иерусалим на Пасху. За неполный месяц число восторженных, открытых сторонников Иисуса в одной только Галилее упало с пятидесяти с лишним тысяч до менее пятисот человек. Иисус хотел, чтобы его апостолы познали изменчивый характер общественного признания, чтобы в будущем, когда ему придется оставить их одних продолжать дело царства, они не прельщались проявлениями скоротечной религиозной истерии. Однако это удалось ему лишь отчасти.

Во второй вечер их пребывания в Геннисарете Учитель вновь рассказал апостолам притчу о сеятеле и добавил: «Вот видите, дети мои, взывание к человеческим чувствам эфемерно и ведет только к разочарованиям; взывание к одному только интеллекту – занятие столь же пустое и бесплодное; только взывая к духу, живущему в разуме человека, вы можете надеяться добиться прочного успеха в достижении удивительных преобразований человеческого характера, которые сразу же проявляются обильным урожаем подлинных духовных плодов в повседневной жизни всех, кто тем самым освобождается от тьмы сомнения через рождение духа в свет веры – царство небесное».

Иисус учил обращаться к чувствам как методу привлечения и сосредоточения внимания интеллекта. Он называл такой пробужденный и оживленный разум вратами души: здесь пребывает духовная природа человека, и для того, чтобы принести надежный результат, – подлинное преобразование характера, – эта духовная сущность должна распознать истину и ответить на духовный призыв евангелия.

Таким путем Иисус стремился подготовить апостолов к надвигавшемуся потрясению – кризису в общественном отношении к нему, до которого оставалось лишь несколько дней. Он объяснил им, что религиозные правители Иерусалима войдут в заговор с Иродом Антипой с целью уничтожить их. Апостолы начали в более полной мере (хотя и не окончательно) осознавать, что Иисус не собирается садиться на трон Давида. Теперь они лучше понимали, что успехи в распространении духовной истины не достигаются за счет материальных чудес. Они начали отдавать себе отчет в том, что насыщение пяти тысяч и народное движение за коронацию Иисуса были кульминацией ожидания чудотворных действий и волшебных деяний, вершиной популярности Иисуса среди народа. Они смутно понимали и предчувствовали грядущее духовное размежевание и жестокую вражду. Эти двенадцать человек постепенно осознавали подлинный характер своей миссии в качестве посланников царства, и они начали готовить себя к суровым и тяжелым испытаниям, выпавшим на последний год служения Учителя на земле.

Прежде чем покинуть Геннисарет, Иисус просветил их относительно чудотворного насыщения пяти тысяч, объяснив, какую именно цель преследовала эта необычайная демонстрация созидательной энергии, а также заверил их, что он уступил своему сочувственному отношению к толпе только после того, как убедился, что это «соответствовало воле Отца».

В Иерусалиме

В воскресенье, 3 апреля, в сопровождении только двенадцати апостолов, Иисус отправился из Вифсаиды в Иерусалим. Стремясь избежать толп и желая привлекать как можно меньше внимания, они пошли через Герасу и Филадельфию. Иисус запретил им учить народ в течение этого путешествия; точно так же, он не разрешил учить или проповедовать во время пребывания в Иерусалиме. Поздним вечером в среду, 6 апреля, они прибыли в Вифанию, находившуюся неподалеку от Иерусалима. Первую ночь они провели в доме Лазаря, Марфы и Марии, но на следующий день они разделились. Иисус, вместе с Иоанном, расположился в доме верующего по имени Симон, по соседству с домом Лазаря в Вифании. Иуда Искариот и Симон Зелот остановились у своих друзей в Иерусалиме, в то время как остальные апостолы устроились по двое в разных домах.

В эту Пасху Иисус посетил Иерусалим всего один раз, в великий день праздника. Абнер приводил многих иерусалимских верующих в Вифанию для встречи с Иисусом. Во время пребывания в Иерусалиме двенадцать поняли, сколь ожесточенным становится отношение к их Учителю. Покидая Иерусалим, никто из них не сомневался в надвигающемся кризисе.

В воскресенье, 24 апреля, Иисус и апостолы вышли из Иерусалима и направились в Вифсаиду через прибрежные города Иоппию, Кесарию и Птолемаиду. После этого они углубились внутрь страны, взяв путь на Раму и Хоразин, и прибыли в Вифсаиду в пятницу, 29 апреля. Сразу же после возвращения домой Иисус отправил Андрея испросить у начальника синагоги разрешения выступить там на следующий день, в субботу, во время дневного богослужения. Иисус хорошо знал, что ему в последний раз будет позволено выступить в синагоге Капернаума.

Кризис в Капернауме

Вечером в пятницу – в день их прибытия в Вифсаиду – и утром в субботу апостолы заметили, что Иисус поглощен какой-то серьезной проблемой. Они видели, что Учитель с головой ушел в решение какого-то важного вопроса. Он не завтракал и почти ничего не ел днем. Всё субботнее утро и предыдущий вечер апостолы и их товарищи собирались небольшими группами в доме, в саду и на берегу. Неопределенность положения держала всех в напряжении. Дурные предчувствия вселяли тревогу. Иисус был неразговорчив с тех пор, как они покинули Иерусалим.

Впервые за многие месяцы они видели Учителя столь погруженным в себя и необщительным. Даже Симон Петр был угнетен, если не подавлен. Андрей пребывал в растерянности, не зная, что сделать для своих удрученных товарищей. Нафанаил сказал, что наступило «затишье перед бурей». Фома предположил, что «должно произойти нечто из ряда вон выходящее». Филипп посоветовал Давиду Зеведееву «забыть о планах обеспечения народа едой и кровом, пока мы не узнаем, о чём думает Учитель». Матфей в очередной раз пытался пополнить казну. Иаков и Иоанн обсуждали предстоящую проповедь в синагоге и высказывали многочисленные предположения о ее характере и замысле. Симон Зелот выразил убеждение, а по существу, надежду, что «небесный Отец, возможно, собирается вмешаться каким-то неожиданным образом, чтобы защитить и поддержать своего Сына», а Иуда Искариот осмелился тешить себя мыслью о том, что Иисус, возможно, горько кается после того, как «у него не хватило смелости и мужества позволить пяти тысячам провозгласить его царем евреев».

Именно такую группу подавленных и безутешных последователей оставил Иисус, направляясь в тот погожий субботний день в синагогу Капернаума, чтобы выступить с эпохальной проповедью. Единственным, от кого он услышал слова доброго напутствия, был один из ничего не подозревавших близнецов Алфеевых, который радостно приветствовал Иисуса, когда тот вышел из дома и направился в синагогу: «Мы будем молиться, чтобы Отец помог тебе, и чтобы к нам пришло больше народа, чем когда-либо прежде».

Обстановка в синагоге

Стоял чудесный день, когда, в три часа пополудни, высокое собрание приветствовало Иисуса в новой синагоге Капернаума. Председательствовал Иаир, передавший Иисусу Писания. Накануне из Иерусалима прибыли пятьдесят три фарисея и саддукея. Здесь также присутствовало более тридцати предводителей и начальников окрестных синагог, которые подчинялись непосредственно распоряжениям иерусалимского синедриона и являлись ортодоксальным авангардом, прибывшим для объявления открытой войны Иисусу и его ученикам. Рядом с этими еврейскими вождями, на почетных местах, сидели официальные наблюдатели Ирода Антипы, направленные для проверки тревожных сообщений о том, что народ пытался провозгласить Иисуса царем евреев во владениях его брата Филиппа.

Иисус понимал, что ему грозит официальное объявление открытой войны со стороны растущей армии его врагов, и он решил смело пойти в наступление. При насыщении пяти тысяч он бросил вызов их идеям о материальном Мессии; теперь он вновь решил открыто атаковать их представление об иудейском избавителе. Кризис, начавшийся насыщением пяти тысяч и завершившийся этой дневной субботней проповедью в синагоге, ознаменовал собой спад волны народной славы и признания. Впредь труженики царства уделяли всё больше внимания более важной задаче – завоеванию стойких духом новообращенных для подлинно религиозного общечеловеческого братства. Данная проповедь стала переломным моментом в переходе от обсуждений, противоречий и принятия решений к открытой войне и окончательному признанию – или окончательному отречению.

Учитель знал, что в своем сознании многие его сторонники медленно, но неизбежно готовятся отвергнуть его. Он также знал, что многие его ученики медленно, но явно проходят через то воспитание разума и дисциплину души, которые позволят им преодолеть сомнения и мужественно утвердиться в зрелой вере в евангелие царства. Иисус прекрасно понимал, что люди готовят себя к решениям, принимаемым в условиях кризиса, и внезапным поступкам, свидетельствующим о мужественном выборе, проходя через медленный процесс, в течение которого они сталкиваются с повторяющимися ситуациями, раз за разом выбирая между добром и злом. Он неоднократно воспитывал своих избранных посланников разочарованиями и нередко ставил их в такие ситуации, когда им приходилось выбирать между праведным и неправедным способом отношения к духовным испытаниям. Он знал, что сможет положиться на своих последователей, когда, пройдя последнее испытание, они примут жизненно важные решения в соответствии с предшествующим, укоренившимся интеллектуальным отношением и духовными реакциями.

Кризис в земной жизни Иисуса начался насыщением пяти тысяч и завершился этой проповедью в синагоге. Кризис в жизни апостолов начался этой проповедью в синагоге и продолжался в течение всего года, завершившись только судом над Учителем и распятием.

Перед тем, как Иисус приступил к своей проповеди, все присутствующие были поглощены лишь одной великой загадкой, одним главным вопросом. И друзья, и враги размышляли только об одном: «Почему он сам, причем столь нарочито и резко, обратил вспять волну народного восторга?» Непосредственно до этой проповеди и сразу же после нее сомнения и разочарования недовольных сторонников Иисуса переросли в неосознанное сопротивление и в итоге вылились в настоящую ненависть. Именно после этой проповеди в синагоге Иуда Искариот впервые осознанно подумал об измене. Однако в то время он еще отгонял подобные мысли.

Все пребывали в недоумении. Иисус оставил их огорошенными и сбитыми с толку. Еще недавно он предпринял величайшую демонстрацию сверхъестественной силы, охарактеризовавшей весь его жизненный путь. Из всех эпизодов его земной жизни насыщение пяти тысяч было наиболее привлекательным для иудейского представления о приходе Мессии. Но это необыкновенное преимущество было сразу же и без каких-либо объяснений сведено на нет решительным и недвусмысленным отказом стать царем.

В пятницу вечером и, вторично, в субботу утром иерусалимские вожди долго и усердно убеждали Иаира, пытаясь воспрепятствовать выступлению Иисуса в синагоге, но их усилия были тщетными. На все уговоры Иаир отвечал только одно: «Я дал согласие, и я не нарушу свое слово».

Эпохальная проповедь

Иисус начал проповедь отрывком из закона в том виде, в котором он изложен во Второзаконии: «Но если случится так, что этот народ перестанет внимать гласу Божьему, то его непременно постигнут все проклятия, навлеченные его грехами. Господь предаст тебя на поражение врагам твоим; и будешь рассеян по всем царствам земли. Отведет Господь тебя и царя твоего, которого ты поставишь над собой, к незнакомому тебе народу. И будешь удивлением, притчей и присловием для всех народов. Сыновья и дочери твои пойдут в плен. Пришельцы среди тебя возвысятся во власти, ты же опустишься низко. И всё это навек останется на тебе и твоем семени, ибо ты не слушал гласа Господнего. Потому будешь служить врагу твоему, который пойдет на тебя. Будешь страдать голодом и жаждой и нести это чуждое железное ярмо. Издалека, от края земли Господь нашлет на тебя народ, говорящий на непонятном тебе языке, народ свирепый, который не пощадит тебя. И он будет осаждать тебя во всех твоих городах, пока не разрушит высоких и крепких стен твоих, на которые ты надеялся; и захватит он всю землю. И будет так, что придется тебе есть плод чрева твоего, плоть сынов твоих и дочерей твоих, в осаде и в страданиях, которые причинят тебе враги твои».

Закончив чтение этого отрывка, Иисус перешел к пророкам и прочитал из Иеремии: «„Если не послушаетесь моих слуг – пророков, посланных мною, – я сделаю с этим домом то же, что с Силомом, и город этот предам на проклятие всем народам земли". И священники и учители слушали Иеремию, когда он говорил эти слова в доме Господнем. И когда Иеремия сказал всё, что Господь велел ему сказать всему народу, тогда схватили его священники и учители и сказали: „Ты должен умереть". И собрался весь народ вокруг Иеремии в доме Господнем. Когда услышали об этом князья иудейские, то устроили суд над Иеремией. Тогда священники и учители так сказали князьям и всему народу: „Этот человек достоин смерти, ибо он пророчествует против этого города, и вы слышали это своими ушами". Тогда сказал Иеремия всем князьям и всему народу: „Господь послал меня пророчествовать против этого дома и против этого города, сказать всё то, что вы слышали. Измените свою жизнь и дела и послушайтесь гласа Господа, Бога вашего, чтобы избежать уготованной вам беды. А что до меня, вот я – в ваших руках. Делайте со мной то, что покажется вам хорошим и справедливым. Только твердо знайте, что если вы убьете меня, то примете на себя и на этот народ невинную кровь, ибо воистину Господь послал меня сказать вам всё это".

Священники и учители тех дней хотели убить Иеремию, но судьи воспротивились, хотя, в наказание за его предостережение, они всё же опустили его на веревках в помойную яму, пока он по горло не погрузился в нечистоты. Вот, что сделал этот народ с пророком Иеремией, когда тот подчинился велению Господа – предупредить своих собратьев о грозящем им политическом крахе. Сегодня я хочу спросить вас: что сделают первосвященники и религиозные вожди этого народа с человеком, который осмелится предупредить их о дне их духовной погибели? Попытаетесь ли и вы убить учителя, которому хватает смелости возвещать слово Господнее и который не боится указывать вам, когда вы отвергаете путь света, ведущий ко входу в царство небесное?

Каких доказательств моей миссии на земле вы ищете? Мы не тревожили вашего положения, дающего вам влияние и власть, когда проповедовали благую весть бедным и отверженным. Мы отнюдь не совершали враждебных нападок на то, чему вы поклоняетесь; мы возвещали новую свободу для объятой страхом человеческой души. Я пришел в этот мир, чтобы раскрыть своего Отца и установить на земле духовное братство сынов Божьих – царство небесное. И, несмотря на мои неоднократные напоминания о том, что царство мое не от мира сего, мой Отец позволил вам стать свидетелями многих материальных чудес помимо более красноречивых случаев духовного преобразования и возрождения.

Каких новых знамений вы ждете от меня? Я заявляю, что вы уже получили достаточно доказательств, чтобы иметь возможность сделать выводы. Истинно, истинно говорю многим, сидящим предо мной сегодня: вам не избежать необходимости выбирать, каким путем идти; и я говорю вам, как Иешуа говорил вашим предкам: „Выберите для себя сегодня, кому будете служить". Многие из вас стоят сегодня на перепутье.

Некоторые из вас, не найдя меня после насыщения народа на другом берегу, наняли в Тивериаде рыболовную флотилию, которая неделей раньше была укрыта неподалеку на время шторма, и отправились за мной вдогонку – но для чего? Не за истиной или добродетелью, не для того, чтобы лучше знать, как служить и помогать своим собратьям! Нет – затем лишь, чтобы иметь больше хлеба, который не заработан вами. Не наполнить свои души словом жизни стремились вы, а наполнить желудки дармовым хлебом. Вам уже давно внушают, что Мессия, явившись к вам, будет творить такие чудеса, которые сделают жизнь приятной и легкой для всех избранных. Потому неудивительно, что наученные этому, вы жаждете хлебов и рыб. Но я заявляю вам, что не в этом состоит миссия Сына Человеческого. Я пришел возвещать духовную свободу, учить вечной истине и укреплять живую веру.

Братья мои, не тоскуйте о пище тленной, а желайте пищи духовной, которая насыщает и приносит жизнь вечную; и в этом – хлеб жизни, который Сын дает всем, кто захочет принять его и вкусить от него, ибо Отец дал Сыну эту жизнь беспредельно. И когда вы спрашивали меня: „Что нам делать, чтобы творить дела Божьи?", я ясно говорил вам: „Вот дело Божье: довериться тому, кого он послал"».

И после этого Иисус – указывая на горшок с манной, изображенный на перемычке этой новой синагоги и украшенный гроздями винограда, – сказал: «Вы считали, что ваши предки ели в пустыне манну – хлеб небесный, но я говорю вам, что это был хлеб земной. Хотя Моисей не давал вашим отцам небесного хлеба, мой Отец готов дать вам подлинный хлеб жизни. Хлеб небесный – это тот хлеб, который исходит от Отца и дает вечную жизнь людям мира. И если вы скажете мне: „Дай нам этого живого хлеба", я отвечу: я есть этот хлеб жизни. Кто придет ко мне, никогда не будет голоден, и кто уверует в меня, никогда не будет томиться жаждой. Вы видели меня, жили со мной и наблюдали мой труд – и всё же вы не верите, что я пришел от Отца. Но кто верит, не бойтесь. Все те, кого ведет Отец, придут ко мне, и того, кто придет ко мне, не изгоню никогда.

А теперь позвольте заявить вам раз и навсегда, что я пришел на землю не по своей воле, но по воле Пославшего меня. И окончательная воля Пославшего меня – в том, чтобы из всех, кого он дал мне, я не потерял ни одного. И воля Отца моего – в том, чтобы всякий, видящий Сына и верующий в него, обрел жизнь вечную. Вчера только я насытил хлебом ваши тела; сегодня я предлагаю хлеб жизни вашим изголодавшимся душам. Примете ли теперь хлеб жизни столь же охотно, как вы ели тогда хлеб этого мира?»

Когда Иисус на мгновение умолк, чтобы обвести взглядом прихожан, один из иерусалимских учителей (член синедриона) поднялся и спросил: «Не хочешь ли ты сказать, что ты есть хлеб небесный, и что манна, которой Моисей накормил наших отцов в пустыне, таковым не являлась?» И Учитель ответил фарисею: «Ты понял правильно». Тогда фарисей сказал: «Но разве ты не Иисус Назарянин, сын Иосифа, плотника? Разве твои отец и мать, а также твои братья и сестры, не известны хорошо многим из нас? Так как же ты являешься в Божий дом и заявляешь, что пришел с небес?»

Глухой ропот, поднявшийся к этому времени в синагоге, начал перерастать в такой шум, что Иисус поднялся и сказал: «Наберемся терпения; добросовестное изучение истины никогда не вредит ей. Я являюсь всем тем, о чём ты говоришь, но более того. Отец и я единосущны; Сын делает только то, чему учит его Отец, и всех, кого Отец дал Сыну, Сын примет к себе. Вы помните то место из пророков, где сказано: „Всех вас Бог научит", и „те, кого учит Отец, услышат также его Сына". Каждый, кто принимает учение пребывающего в нем духа Отца, в итоге придет ко мне. Не потому, что кто-то видел Отца, но оттого, что дух Отца действительно живет в человеке. И сошедший с неба Сын, несомненно, видел Отца. И те, кто подлинно веруют в этого Сына, уже имеют вечную жизнь.

Я есть этот хлеб жизни. Отцы ваши ели манну в пустыне и умерли. Но если человек вкусит этого хлеба, спустившегося с небес, то он никогда не умрет в духе. Я повторяю: я есть этот живой хлеб, и каждая душа, осознавшая эту единую сущность Бога и человека, будет жить вечно. И этот хлеб жизни, который я даю всем, кто захочет принять его, есть моя собственная живая и объединенная сущность. Отец в Сыне и Сын, единый с Отцом, – вот мое дающее жизнь откровение миру и мой спасительный дар всем народам».

Когда Иисус закончил говорить, начальник синагоги распустил прихожан, однако они не желали расходиться. Одни столпились вокруг Иисуса, чтобы задать ему новые вопросы, в то время как другие роптали и спорили между собой. И так продолжалось в течение более трех часов. Время приближалось к восьми часам вечера, когда народ, наконец, разошелся.

Заключительная встреча

Много вопросов было задано Иисусу на этой заключительной встрече. С некоторыми обратились сбитые с толку ученики, но чаще других с вопросами выступали те неверующие крючкотворы, которые стремились только смутить и запутать его.

Один из приезжих фарисеев, взобравшись на подставку для светильника, прокричал: «Ты говоришь нам, что ты есть хлеб жизни. Как же ты можешь дать нам свою плоть, чтобы есть ее, или свою кровь, чтобы пить ее? Какая польза от твоего учения, если оно неосуществимо?» Иисус ответил ему: «Я не учил вас, что хлеб жизни – это моя плоть, а вода жизни – моя кровь. Но я действительно сказал, что моя жизнь во плоти есть посвящение небесного хлеба. Факт Слова Божьего, дарованного во плоти и образе Сына Человеческого, подчиненного воле Божьей, представляет собой реальность опыта, эквивалентного божественной пище. Вы не можете есть мою плоть, как не можете вы пить мою кровь, однако вы способны стать едины со мной в духе, так же как я един в духе с Отцом. Вы можете питаться вечным словом Божьим, которое действительно есть хлеб жизни, и которое даровано в образе смертной плоти; и в своей душе вы можете быть напоены божественным духом, который воистину есть вода жизни. Отец послал меня в этот мир, чтобы показать, как он желает пребывать во всех людях и направлять их; и я прожил эту жизнь во плоти так, чтобы вдохновить всех людей к вечному стремлению познать и исполнить волю пребывающего в них Отца».

Затем один из иерусалимских шпионов, уже давно следивший за Иисусом и его апостолами, сказал: «Мы замечаем, что ни ты, ни твои ученики не омываете, как следует руки, когда едите хлеб. Ты не можешь не знать, что такая практика – есть оскверненными и немытыми руками – является нарушением закона предков. Не совершаете вы и положенного омовения кружек и чаш. Почему вы демонстрируете такое неуважение к традициям отцов и законам предков?» Выслушав его, Иисус ответил: «Отчего вы нарушаете Божьи заповеди ради установленных вами обычаев? Заповедь гласит: „Почитай отца своего и мать свою" и требует, чтобы вы, при необходимости, делились с ними пищей; вы же устанавливаете обычай, позволяющий детям, не выполняющим своего долга, говорить, что деньги, которые могли пойти на помощь родителям, были „отданы Богу". Так закон старейшин освобождает хитрых детей от их обязанностей, несмотря на то, что после этого дети тратят все эти деньги в свое удовольствие. Почему же вы, таким образом, отменяете заповедь своим собственным обычаем? Хорошо пророчествовал Исайя о вашем лицемерии, говоря: „Эти люди оказывают мне честь на словах, но сердца их далеки от меня. Тщетно чтут они меня, ибо учения их суть правила, созданные людьми".

Вы видите, что, отказываясь от завета, вы вместе с тем крепко держитесь людских обычаев. Вы всегда готовы отвергнуть слово Божье и сохранить свои обычаи. И во многом другом вы осмеливаетесь ставить свои учения выше закона и пророков».

После этого Иисус обратился ко всем присутствовавшим со словами: «Услышьте же меня, каждый из вас. Не то, что попадает в рот человека духовно оскверняет его, а то, что выходит изо рта и из сердца». Но даже апостолы не смогли до конца понять значение его слов, ибо Симон Петр также попросил его: «Чтобы не обидеть напрасно кого-нибудь из слушателей, объясни нам значение твоих слов». И тогда Иисус сказал Петру: «Неужели и ты еще не понял? Разве ты не знаешь, что каждое растение, не посаженное моим небесным Отцом, будет вырвано с корнем? Обрати свое внимание на тех, кто хотел бы знать правду. Невозможно заставить человека полюбить истину. Многие из этих учителей – слепые поводыри. А вы знаете, что если слепой поведет слепого, то оба упадут в яму. Но услышьте, когда я говорю вам истину о тех вещах, которые оскверняют человека нравственно и разлагают его духовно. Я заявляю вам: человека оскверняет не то, что входит в тело через уста или достигает разума через глаза и уши. Человек оскверняется только тем злом, которое может порождаться его сердцем и выражается в словах и поступках такого нечестивца. Разве вы не знаете, что из сердца исходят злые помыслы, греховные замыслы убийства, воровства, прелюбодеяния, наряду с ревностью, гордостью, гневом, мщением, бранью и лжесвидетельством? Именно такие вещи оскверняют людей, а не то, что они едят хлеб не омытыми по ритуалу руками».

Теперь посланные иерусалимским синедрионом фарисеи уже почти не сомневались в том, что Иисус должен быть задержан по обвинению в богохульстве или в пренебрежении святым законом иудеев. Этим объясняются их попытки вовлечь его в обсуждение и возможную критику некоторых обычаев предков – так называемых устных законов нации. Сколь бы скудной ни была вода, эти рабы обычая никогда не брались за еду, не совершив ритуального омовения рук. Они верили, что «лучше умереть, чем преступить заповеди предков». Шпионы задали этот вопрос, ибо им донесли, что Иисус сказал: «Спасение достигается чистыми сердцами, а не чистыми руками». Однако, когда подобные верования становятся частью религии, от них трудно избавиться. Даже много лет спустя апостол Петр боялся нарушить многочисленные обычаи в отношении вещей чистых и нечистых. Он окончательно избавился от этого только в результате необычного и отчетливого сна. Всё это можно лучше понять, если вспомнить о том, что для этих иудеев есть неомытыми руками было равносильно общению с проституткой, причем и то, и другое было одинаково наказуемо отлучением.

Так Иисус решил обсудить и разоблачить бессмысленность всей раввинской системы правил и предписаний, отраженных в устном законе – обычаях предков, которые считались более священными и обязательными для иудеев, чем даже учения Писаний. И Учитель говорил менее сдержанно, ибо знал, что теперь он уже никак не сможет предотвратить открытый разрыв с этими религиозными вождями.

Последние слова в синагоге

В разгар дебатов, происходивших во время этой заключительной встречи, один из иерусалимских фарисеев привел к Иисусу безумного юношу, одержимого непокорным и взбунтовавшимся духом. Подведя к Иисусу этого потерявшего рассудок мальчика, он сказал: «Что ты можешь сделать для избавления от подобного недуга? Умеешь ли ты изгонять бесов?» И когда Учитель взглянул на юношу, он проникся состраданием и, попросив мальчика подойти к нему, взял его за руку и сказал: «Ты знаешь, кто я такой; выйди из него; и я приказываю одному из твоих верных товарищей проследить за тем, чтобы ты не возвращался». И к мальчику сразу же вернулся нормальный и здоровый ум. Это – первый случай, когда Иисус действительно изгнал из человека «злого духа». Во всех предыдущих он имел дело только с мнимой одержимостью бесом; однако это был настоящий случай одержимости, которая иногда наблюдалась в те дни вплоть до Пятидесятницы, когда дух Учителя был излит на всю плоть, навечно закрыв этим немногочисленным небесным мятежникам возможность злоупотреблять неустойчивостью некоторых типов людей.

Когда народ изумился увиденному, один из фарисеев встал и обвинил Иисуса в том, что он способен совершать такие вещи, поскольку находится в союзе с бесами; что своими словами, при помощи которых он изгнал этого беса, он признал, что они знакомы друг с другом; и далее он сказал, что религиозные учители и вожди Иерусалима решили, что Иисус совершает все свои так называемые чудеса властью, данной князем бесов, – Вельзевулом. Фарисей сказал: «Сторонитесь этого человека; он заодно с Сатаной».

Тогда Иисус ответил: «Как Сатана может изгонять Сатану? Царство, разделенное враждой на части, погибнет, и семья, раздираемая распрями, не устоит. Может ли город выдержать осаду, если он разделен? Если Сатана изгоняет Сатану, он сам против себя выступает; как же устоит его царство? Но вам следует знать, что никто не может войти в дом сильного человека и украсть его вещи, если прежде не одолеет и не свяжет его. И если, правда, что я изгоняю бесов властью Вельзевула, то чьей же властью изгоняют их ваши люди? Пусть они будут вам судьями. Если же я изгоняю бесов духом Божьим, то воистину царство Божье уже пришло к вам. Если бы вы не были ослеплены предрассудками и введены в заблуждение страхом и гордыней, то вам было бы легко увидеть, что среди вас – тот, кто больше бесов. Вы заставляете меня заявить: кто не со мной, тот против меня, и кто не собирает со мной, тот расточает. Позвольте серьезно предупредить вас, способных с открытыми глазами и преднамеренным злым умыслом сознательно приписывать деяния Божьи действиям бесов! Истинно, истинно говорю вам: все ваши грехи простятся и даже всякая ваша хула, но тому, кто будет сознательно и с греховным намерением хулить Бога, не простится никогда. Поскольку такие погрязшие в пороке люди никогда не попросят и не получат прощения, они виновны в грехе вечного отвержения божественного прощения.

Многие из вас стоят сегодня на распутье; вы подошли к началу совершения неизбежного выбора между волей Отца и избранными вами самими путями тьмы. И ваш сегодняшний выбор определит ваше будущее. Вы должны либо сделать дерево хорошим и плод его хорошим, либо дерево станет плохим и плод его плохим. Я заявляю, что в вечном царстве моего Отца дерево познаётся по его плодам. Но те из вас, кто подобен ехиднам, – как можете вы, уже избравшие зло, принести хороший плод? В конце концов, от избытка зла в ваших сердцах говорят уста ваши».

Затем встал еще один фарисей и сказал: «Учитель, хотелось бы нам видеть от тебя предзнаменование, которое убедило бы нас в твоей власти и праве учить. Согласишься ли ты на такое условие?» Услышав это, Иисус сказал: «Этому неверующему, ищущему знаков поколению нужно знамение, но вам не будет дано иного знака, чем тот, который у вас уже есть, и того, что вы увидите, когда Сын Человеческий покинет вас».

И когда он закончил говорить, апостолы окружили его и вывели из синагоги. В молчании они отправились вместе с ним домой, в Вифсаиду. Они были поражены и даже немного напуганы внезапной переменой, произошедшей в манере его обучения. Никогда раньше они не видели его столь воинственным.

Субботний вечер

Раз за разом Иисус разбивал вдребезги надежды своих апостолов, постоянно разрушая их самые сокровенные мечты. Но никогда еще они не испытывали такого разочарования и горя. Вдобавок, на этот раз к их подавленности примешивалось чувство настоящего страха за свою жизнь. Все они были удивлены и поражены внезапной и массовой изменой толпы. Они были также несколько испуганы и обескуражены неожиданной дерзостью и самоуверенной решимостью прибывших из Иерусалима фарисеев. Однако больше всего они были сбиты с толку резким изменением манеры Иисуса. В обычных условиях они приветствовали бы это более воинственное отношение, но то, как это произошло – вместе со многими другими неожиданностями – поразило их.

И теперь, когда они вернулись домой, Иисус – вдобавок ко всем этим переживаниям – отказался от еды, надолго уединившись в одной из верхних комнат. Близилась полночь, когда Иоав, глава евангелистов, вернулся и сообщил, что около трети его товарищей предали их дело. Весь вечер, один за другим, приходили верные ученики, сообщая о внезапном и всеобщем изменении отношения к Учителю в Капернауме. Религиозные вожди Иерусалима, не теряя времени, всеми способами разжигали неприязнь, стремясь настроить народ против Иисуса и его учений. В эти тяжелые часы двенадцать женщин совещались в доме Петра. Они были чрезвычайно расстроены, однако все до одной остались верны своему делу.

Шел первый час ночи, когда Иисус спустился из верхних покоев и присоединился к двенадцати и их товарищам, насчитывавшим в общей сложности около тридцати человек. Он сказал: «Я понимаю, что очищение царства терзает вас, но оно неизбежно. И всё же, после всей полученной вами подготовки, есть ли действительное основание для того, чтобы спотыкаться о мои слова? Почему вы исполнены страха и ужаса, видя, как царство освобождается от этих равнодушных толп и маловерных учеников? Почему вы печалитесь в преддверии того дня, когда духовные учения небесного царства засияют новой славой? Если это испытание оказывается для вас слишком трудным, то, что вы будете делать, когда Сын Человеческий должен будет вернуться к Отцу? Когда и как подготовитесь вы к тому времени, когда я вознесусь туда, откуда пришел в этот мир?

Возлюбленные мои, вы должны помнить, что укрепляет только дух; от плоти и всего, что к ней относится, мало пользы. Слова, сказанные мною вам, суть дух и жизнь. Не унывайте! Я не покинул вас. Многие оскорбятся откровенным словам, произнесенным в эти дни. Вы уже слышали, что многие из моих учеников повернули вспять; они более не следуют за мной. С самого начала я знал, что придет день, когда эти маловерные оставят нас на полпути. Разве не избрал я вас, двенадцать человек, и не выделил вас в качестве посланников царства? А теперь – в такое время, как это, – оставите ли и вы меня? Пусть каждый из вас побеспокоится о своей вере, ибо одному из вас грозит серьезная опасность». И когда Иисус умолк, Симон Петр сказал: «Верно, Господи, мы опечалены и смущены, но мы никогда не оставим тебя. Ты научил нас словам, дающим вечную жизнь. Мы верили в тебя и следовали за тобой в течение всего этого времени. Мы не повернем назад, ибо знаем, что ты послан Богом». И когда Петр умолк, все они, как один, кивнули в подтверждение своей клятвы верности.

Тогда Иисус сказал: «Ступайте отдыхать, ибо наступают трудные времена; нас ждут напряженные дни».

Последние дни в Капернауме

Памятным субботним вечером 30 апреля, пока Иисус вселял уверенность и мужество в своих подавленных и смущенных учеников, в Тивериаде проходило совещание Ирода Антипы с группой специальных представителей иерусалимского синедриона. Эти книжники и фарисеи уговаривали Ирода арестовать Иисуса. Они всеми силами пытались убедить его, что Иисус подстрекает народ к расколу и даже к мятежу. Однако Ирод отказался принять меры против Иисуса как политического преступника. Советники Ирода правдиво изложили ему эпизод, произошедший на противоположном берегу озера, рассказав, как народ пытался провозгласить Иисуса царем и как тот отверг это предложение.

Один из приближенных Ирода, Хуза, чья жена входила в попечительский женский корпус, сообщил ему, что Иисуса не интересует земная власть и что единственная его забота – установление духовного братства своих верующих. Это братство он и называет царством небесным. Ирод полностью доверял сообщениям Хузы и отказался вмешиваться в деятельность Иисуса. Кроме того, в то время на отношение Ирода к Иисусу влиял его суеверный страх перед Иоанном Крестителем. Ирод был одним из тех еврейских вероотступников, которые, не веря ни во что, боялись всего. Он мучился угрызениями совести из-за того, что казнил Иоанна, и он не хотел быть втянутым в интриги против Иисуса. Он знал о многих больных, которых, по всей видимости, исцелил Иисус, и он считал его либо пророком, либо относительно безобидным религиозным фанатиком.

Когда евреи пригрозили сообщить кесарю, что Ирод укрывает предателя, тот выставил их из своего зала совещаний. Поэтому в течение недели всё оставалось без изменений, и за это время Иисус подготовил своих последователей к надвигавшемуся рассеянию.

Неделя совещаний

С 1 по 7 мая Иисус совещался со своими ближайшими сторонниками в доме Зеведея. Только проверенные и испытанные ученики допускались на эти собрания. В то время насчитывалось лишь около ста учеников, которым хватило нравственной смелости бросить вызов отношению фарисеев и открыто заявить о своей верности Иисусу. С этой группой он проводил утренние, дневные и вечерние занятия. Небольшие группы посетителей собирались каждое утро у моря, где с ними беседовал кто-нибудь из евангелистов или апостолов. Эти группы редко насчитывали более пятидесяти человек.

В пятницу на той же неделе правители капернаумской синагоги приняли официальные меры, закрыв доступ в дом Господний Иисусу и его последователям. Это было сделано по наущению иерусалимских фарисеев. Иаир ушел с поста начальника синагоги и открыто заявил о своей поддержке Иисуса.

Последний раз Иисус учил на берегу моря пополудни в субботу, 7 мая, когда он выступил перед собравшейся здесь группой, насчитывавшей менее ста пятидесяти человек. Этот субботний вечер ознаменовал собой момент наибольшего падения популярности Иисуса и его учений. В дальнейшем наблюдался неуклонный, медленный, но более здоровый и надежный рост благоприятного отношения. Появились новые последователи, которые в большей мере опирались на духовную веру и подлинный религиозный опыт. Относительно сложная и компромиссная переходная стадия между материальными представлениями о царстве, которых придерживались последователи Учителя, и теми более идеалистическими и духовными представлениями, которым учил Иисус, осталась в прошлом. Начиная с этого времени, возвещение евангелия стало более открытым и происходило с большим размахом и более широким духовным охватом.

Неделя отдыха

В воскресенье, 8 мая, иерусалимский синедрион распорядился закрыть все синагоги Палестины для Иисуса и его сторонников. Это стало новой и беспрецедентной узурпацией власти иерусалимским синедрионом. До этого каждая синагога существовала и функционировала как независимый приход и подчинялась своему собственному совету управляющих. Только синагоги Иерусалима были подвластны синедриону. Это спешное решение синедриона привело к уходу в отставку пяти его членов. Для передачи распоряжения и проведения его в жизнь было сразу же отправлено сто гонцов. Уже через две недели каждая синагога Палестины покорилась этому манифесту синедриона, кроме синагоги Хеврона. Правители хевронской синагоги отказались признать право синедриона распространять свою юрисдикцию на их прихожан. Отказ подчиниться иерусалимскому распоряжению объяснялся желанием отстоять автономию прихода, а не симпатиями к делу Иисуса. Вскоре после этого синагога Хеврона была уничтожена пожаром.

В то же воскресное утро Иисус объявил неделю отдыха, посоветовав всем ученикам вернуться в свои семьи или к друзьям, чтобы дать отдых измученным душам и приободрить своих близких. Он сказал: «Ступайте в ваши родные места, где вы сможете отдохнуть или порыбачить, молясь о распространении царства».

Эта неделя отдыха позволила Иисусу посетить многие семьи и группы на побережье. Кроме того, он несколько раз отправлялся на рыбалку вместе с Давидом Зеведеевым. Он проводил много времени в уединенных прогулках, и всякий раз поблизости скрывались двое или трое из наиболее преданных гонцов Давида, получавших от него ясные указания охранять Иисуса. В течение недели отдыха никакого публичного обучения не проводилось.

В течение той же недели Нафанаил и Иаков Зеведеев серьезно заболели. На протяжении трех дней и ночей они мучились острым и тяжелым расстройством пищеварения. На третью ночь Иисус отправил Саломию, мать Иакова, отдохнуть, и стал ухаживать за своими страдающими апостолами. Конечно, Иисус мог мгновенно исцелить этих двух мужчин, однако ни Отец, ни Сын не пользуются этим методом, когда речь идет о будничных трудностях и недугах детей человеческих в эволюционных мирах времени и пространства. Ни разу на протяжении всей своей богатой событиями жизни во плоти Иисус не оказал никакой сверхъестественной помощи кому-либо из членов своей земной семьи или ближайших последователей.

Вселенские трудности и планетарные препятствия необходимы как часть эмпирической подготовки, предназначенной для обеспечения роста и развития – постепенного усовершенствования – эволюционирующих душ смертных созданий. Для одухотворения человеческой души требуется непосредственный, имеющий воспитательное значение опыт решения широкого круга реальных проблем во вселенной. Животные, а также низшие формы волевых созданий не развиваются в благоприятном направлении в облегченных условиях существования. Проблемные ситуации, в совокупности с побудительными стимулами, порождают такие виды деятельности разума, души и духа, которые в огромной мере способствуют достижению благородных целей эволюции смертных и высших уровней духовного предназначения.

Второе совещание в Тивериаде

16 мая в Тивериаде состоялось второе совещание иерусалимских властей с Иродом Антипой. Присутствовали как религиозные, так и политические вожди Иерусалима. Еврейские предводители смогли сообщить Ироду о том, что практически все синагоги как Галилеи, так и Иудеи закрыты для учений Иисуса. Они вновь попытались заставить Ирода арестовать Иисуса, но он отказался выполнить их требование. Однако 18 мая Ирод согласился с планом, позволявшим членам синедриона взять Иисуса под стражу, чтобы доставить его в Иерусалим и судить по религиозным мотивам, если римский правитель Иудеи согласится с таким планом. Тем временем, враги Иисуса упорно распространяли по всей Галилее слухи о том, что Ирод стал враждебно относиться к Учителю и что он собирается уничтожить всех, кто верит в учения Иисуса.

Субботней ночью, 21 мая, в Тивериаде стало известно, что гражданские власти Иерусалима не возражают против соглашения между Иродом и фарисеями о том, чтобы схватить Иисуса и доставить в Иерусалим, где он предстал бы перед синедрионом по обвинению в неуважении к священным законам евреев. Соответственно, в тот же вечер, за несколько минут до полуночи, Ирод подписал распоряжение, которое уполномочивало чиновников синедриона арестовать Иисуса во владениях Ирода и силой доставить его в Иерусалим для суда. Ирод подвергся сильному давлению с разных сторон, прежде чем согласился дать свое разрешение, и он прекрасно понимал, что в Иерусалиме Иисус не может ждать от своих заклятых врагов честного суда.

Субботний вечер в Капернауме

В тот же вечер группа из пятидесяти уважаемых граждан Капернаума собралась в синагоге для обсуждения важного вопроса о том, как поступить с Иисусом. Они говорили и спорили за полночь, но не смогли прийти к общему мнению. За исключением нескольких человек, которые склонялись к тому, что Иисус является Мессией, – по крайней мере, святым человеком или, возможно, пророком, – собрание разделилось на четыре примерно равные группы, которые придерживались, соответственно, четырех взглядов на Иисуса:

1. Он является заблуждающимся и безобидным религиозным фанатиком.

2. Он является опасным интриганом и подстрекателем, способным поднять восстание.

3. Он находится в союзе с бесами – возможно, он даже является их князем.

4. Он является умалишенным, сумасшедшим, психически неустойчивым.

Много говорилось о том, что Иисус проповедует доктрины, тревожащие простых людей. Его враги утверждали, что его учения оторваны от жизни, что всё рухнет, если каждый человек всерьез попытается жить согласно его идеям. И многие последующие поколения повторяли то же самое. Многие разумные и доброжелательные люди – даже в более просвещенную эпоху, к которой относятся эти откровения, – утверждают, что современная цивилизация не могла бы быть построена на учениях Иисуса. И отчасти они правы. Однако все эти маловеры забывают о том, что на его учениях можно было бы построить значительно лучшую цивилизацию, и однажды так и будет. Этот мир никогда всерьез не пытался широко претворить в жизнь учения Иисуса, несмотря на неоднократные робкие попытки следовать доктринам так называемого христианства.

Знаменательное воскресное утро

22 мая стало знаменательным днем в жизни Иисуса. В это воскресное утро, до рассвета, из Тивериады в страшной спешке прибыл один из гонцов Давида, сообщивший, что Ирод санкционировал, или собирается санкционировать, арест Иисуса чиновниками синедриона. Это известие о надвигающейся опасности заставило Давида Зеведеева поднять своих гонцов и отправить их ко всем местным группам учеников с требованием прибыть на чрезвычайный совет, назначенный на семь часов утра. Когда свояченица Иуды (брата Иисуса) услышала об этом тревожном сообщении, она оповестила о нем всех живших в округе членов семьи Иисуса, приглашая их тут же собраться в доме Зеведея. И вскоре, в ответ на этот срочный вызов, сюда прибыли Мария, Иаков, Иосиф, Иуда и Руфь.

На этой ранней утренней встрече Иисус дал свои прощальные указания собравшимся ученикам: то есть на какое-то время он прощался с ними, ибо прекрасно знал, что вскоре они будут изгнаны из Капернаума. Он посоветовал им искать водительства Бога и продолжать дело царства, невзирая на последствия. Евангелистам предстояло трудиться так, как они считали целесообразным, вплоть до их возможного созыва в будущем. Он избрал двенадцать евангелистов в свое окружение. Двенадцати апостолам он велел оставаться с ним, что бы ни случилось. Двенадцать женщин получили указание находиться в доме Зеведея и в доме Петра, пока он не пошлет за ними.

Иисус позволил Давиду Зеведееву сохранить свою курьерскую службу, которая охватывала всю страну, и теперь, прощаясь с Учителем, Давид сказал: «Иди и делай свое дело, Учитель. Не попадайся в руки фанатиков и будь всегда уверен в том, что гонцы будут следовать за тобой. Мои люди будут постоянно поддерживать с тобой связь, и от них ты будешь узнавать о состоянии царства в других районах, а мы будем всё знать о тебе. Что бы со мной ни случилось, ничто не помешает этой службе, ибо я назначил первого, второго и даже третьего заместителей. Я не являюсь ни учителем, ни проповедником, но я делаю это по велению сердца, и ничто не сможет меня остановить».

Примерно в 7.30 утра Иисус начал свое прощальное выступление перед почти ста верующими, которые заполнили внутреннее пространство дома. Для всех присутствующих это было торжественным событием, однако Иисус был необычайно весел; он вновь стал самим собой. Серьезность, свойственная ему на протяжении многих недель, исчезла, и он воодушевлял всех словами веры, надежды и мужества.

Прибытие семьи Иисуса

Около восьми часов в это воскресное утро, в ответ на срочный вызов свояченицы Иуды, в Вифсаиду прибыли пять членов земной семьи Иисуса. Из всей его семьи во плоти только один человек, Руфь, никогда не переставала всем сердцем верить в божественность его миссии на земле. Иуда и Иаков, и даже Иосиф, всё еще в значительной мере сохраняли свою веру в Иисуса, однако гордыня взяла верх над их здравомыслием и действительными духовными наклонностями. Мария также разрывалась между любовью и страхом, между материнской любовью и гордостью за свою семью. Хотя ее и мучили сомнения, она продолжала смутно помнить посещение Гавриила накануне рождения Иисуса. Фарисеи старались убедить Марию в том, что Иисус был не в себе, что он сошел с ума. Они требовали, чтобы она, вместе со своими сыновьями, попыталась уговорить его прекратить дальнейшую деятельность в качестве общественного учителя. Они убеждали Марию, что вскоре здоровье Иисуса будет подорвано, а если ему будет позволено продолжать, всю семью ждут только бесчестье и позор. Поэтому, когда пришло сообщение от свояченицы Иуды, все пятеро тут же отправились к дому Зеведея, ибо еще накануне они собрались у Марии для состоявшейся здесь встречи с фарисеями. Проговорив с иерусалимскими вождями далеко за полночь, все они в большей или меньшей степени убедились в том, что Иисус ведет себя странно, что он вел себя странно уже в течение какого-то времени. Хотя Руфь не могла объяснить всё в его поведении, она настаивала на том, что он всегда справедливо относился к своей семье, и отказалась согласиться с планом, целью которого было попытаться отговорить его от дальнейшего труда.

По пути к дому Зеведея они обсудили эти вопросы и решили, что попытаются уговорить Иисуса вернуться домой вместе с ними, ибо, как сказала Мария, «я знаю, что я могла бы повлиять на своего сына, если бы он только согласился прийти домой и выслушать меня». Иаков и Иуда уже прослышали о том, что Иисуса собираются арестовать и доставить в Иерусалим для суда. Они также боялись за свою собственную жизнь. Пока Иисус пользовался популярностью в народе, его семья не возражала, чтобы всё шло своим чередом. Однако теперь, когда жители Капернаума и иерусалимские вожди внезапно ополчились на него, они начали остро ощущать гнет позора, который может навлечь их щекотливое положение.

Они рассчитывали увидеться с Иисусом, поговорить с ним наедине и настоять на том, чтобы он отправился вместе с ними домой. Они надеялись заверить его в том, что они простят ему невнимание к ним – они забудут и простят его, – если только он откажется от нелепых попыток проповедовать новую религию, способную доставить одни лишь неприятности ему самому и навлечь позор на его семью. На всё это Руфь отвечала только одно: «Я скажу своему брату, что я считаю его Божьим человеком и надеюсь, что он захочет скорее умереть, чем позволить этим нечестивым фарисеям положить конец его проповедям». Иосиф обещал позаботиться о том, чтобы Руфь молчала, пока остальные будут уговаривать Иисуса.

Когда они достигли дома Зеведея, прощальное обращение Иисуса к ученикам достигло своей кульминации. Они попытались войти в дом, однако он был до предела заполнен людьми. Наконец им удалось устроиться на заднем крыльце и передать Иисусу через людей весточку, так что когда она дошла до Симона Петра, он прервал Учителя и прошептал: «Посмотри, пришли твоя мать и твои братья, и им не терпится поговорить с тобой». Мать Иисуса не осознавала, сколь важным было для Иисуса это последнее обращение к своим сторонникам. Не знала она и того, что его речь может в любой момент прерваться прибытием тех, кто собирается его арестовать. Она действительно полагала, что после столь долгого и явного отчуждения, – учитывая тот факт, что она и его братья продемонстрировали свою благосклонность и сами пришли к нему, – Иисус прервет свое выступление и подойдет к ним, как только ему сообщат, что они его ждут.

Это стало очередным случаем, когда его земная семья не смогла понять, что он должен заниматься делом своего Отца. И поэтому Мария и его братья были глубоко оскорблены, когда, – несмотря на то, что он умолк, чтобы выслушать сообщение, – вместо того, чтобы увидеть, как он спешит поприветствовать их, они услышали его мелодичный голос, зазвучавший с новой силой: «Скажите моей матери и моим братьям, что им не следует тревожиться за меня. Отец, пославший меня в этот мир, не оставит меня; не пострадает и моя семья. Пусть они наберутся мужества и доверятся Отцу царства. В конце концов, кто моя мать и кто мои братья?» И, протянув руки ко всем своим ученикам, собравшимся в зале, он сказал: «У меня нет матери, у меня нет братьев. Вот моя мать и мои братья! Ибо кто исполняет волю Отца моего небесного, тот мне мать, и брат и сестра».

Услышав эти слова, Мария лишилась чувств на руках у Иуды. Они вынесли мать в сад, чтобы привести ее в сознание. В это время Иисус заканчивал свою прощальную речь. После этого он собирался выйти наружу, чтобы побеседовать с матерью и братьями, однако из Тивериады срочно прибыл гонец, сообщивший, что сюда направляются чиновники синедриона, уполномоченные арестовать Иисуса и доставить его в Иерусалим. Получивший известие Андрей прервал Иисуса и сообщил ему об этом.

Андрей забыл о том, что Давид расставил вокруг дома Зеведея примерно двадцать пять дозорных, и что никто не мог застать их врасплох. Поэтому он спросил Иисуса, что следует предпринять. Учитель стоял в молчании, в то время как его мать находилась в саду, где она приходила в себя, потрясенная его словами: «У меня нет матери». Именно в это время одна из женщин встала и воскликнула: «Блаженно чрево, носившее тебя, и грудь, питавшая тебя!» Иисус на мгновение прервал свой разговор с Андреем, чтобы ответить этой женщине: «Нет, блажен тот, кто слышит слово Божье и имеет мужество повиноваться ему».

Мария и братья Иисуса считали, что Иисус не понимает их, что он утратил к ним интерес, не осознавая, что именно они оказались неспособны понять Иисуса. Иисус прекрасно понимал, с каким трудом люди расстаются со своим прошлым. Он знал, какое воздействие оказывает на людей красноречие проповедника, и он знал, что сознание реагирует на эмоциональную привлекательность так же, как разум реагирует на логику и доказательства. Но он также знал, сколь неизмеримо труднее убедить людей отречься от прошлого.

Извечна истина: всякий, кто считает, что его неправильно поняли или не оценили, найдет в Иисусе отзывчивого друга и чуткого советчика. Он предупреждал апостолов, что враги человека могут быть в его семье, но он едва ли осознавал, насколько точно это предсказание будет соответствовать его собственной жизни. Иисус не отрекался от своей земной семьи, чтобы взяться за дело Отца, – это она отреклась от него. Впоследствии, после смерти Учителя и его воскресения, когда Иаков связал свою жизнь с ранним христианством, он безмерно страдал из-за того, что не воспользовался предоставленной ему прежде возможностью общения с Иисусом и его учениками.

Проживая эти события, Иисус решил руководствоваться ограниченными познаниями своего человеческого разума. Обретая опыт общения со своими товарищами, он желал быть всего лишь человеком. И в человеческом сознании Иисуса существовало намерение повидаться перед отъездом со своей семьей. Он не хотел прерывать свое рассуждение и, таким образом, привлекать всеобщее внимание к их первой встрече после столь долгой разлуки. Он собирался завершить свое обращение и после этого увидеться с ними, прежде чем уйти, но эти планы были тут же расстроены неблагоприятным стечением обстоятельств.

Поспешность их бегства была еще больше усилена появлением у заднего входа в дом Зеведея отряда гонцов Давида. Смятение, вызванное гонцами, испугало апостолов, которые решили, что эти люди пришли схватить их, и, в страхе перед арестом, они бросились через парадный вход к стоявшим наготове лодкам. И всё это объясняет, почему Иисус не повидался со своей семьей, ждавшей его на заднем крыльце.

Однако он всё же сказал Давиду Зеведею, спешно садясь в лодку: «Скажи моей матери и моим братьям, что я благодарен им за их приход, и что я собирался увидеться с ними. Пусть они не обижаются на меня, а лучше стремятся познать волю Божью и обрести милосердие и мужество для исполнения этой воли».

Поспешное бегство

Так в это воскресное утро, двадцать второго мая 29 года н. э., Иисус, вместе со своими двенадцатью апостолами и двенадцатью евангелистами, поспешно бежал от чиновников синедриона, которые приближались к Вифсаиде, уполномоченные Иродом Антипой арестовать его и доставить в Иерусалим, чтобы судить по обвинению в богохульстве и других нарушениях священных законов евреев. Было около половины девятого, когда в то погожее утро эти двадцать пять человек сели на весла и отплыли к восточному берегу Галилейского моря.

За лодкой Учителя следовала другая, поменьше, с шестью гонцами Давида, получившими задание поддерживать связь с Иисусом и его товарищами и следить за тем, чтобы известия об их местонахождении и безопасности регулярно передавались в дом Зеведея в Вифсаиде, который уже в течение некоторого времени являлся центром всей деятельности, связанной с царством. Однако Иисусу было не суждено когда-либо вновь остановиться в доме Зеведея. Впредь, до окончания его земной жизни, Учителю действительно было «негде преклонить голову». С того времени у него никогда больше не было даже подобия крова.

Они добрались до ближайшей деревни Хересы и оставили свою лодку у друзей. Начались скитания, в которых прошел этот богатый событиями последний год земной жизни Учителя. В течение некоторого времени они оставались во владениях Филиппа, пройдя от Хересы до Кесарии Филипповой, откуда они направились к побережью Финикии.

Толпа задержалась у дома Зеведея, глядя, как две эти лодки пересекают озеро, направляясь к восточному берегу, и была сильно испугана, когда сюда ворвались иерусалимские чиновники и стали искать Иисуса. Они не могли поверить, что он ускользнул от них, и пока Иисус вместе со своей группой продвигался на север через Ватанию, фарисеи и их помощники потратили почти целую неделю, разыскивая его в окрестностях Капернаума.

Члены семьи Иисуса вернулись домой в Капернаум и провели около недели в разговорах, спорах и молитвах, в полной растерянности и страхе. Только в четверг пополудни они смогли успокоиться, когда Руфь вернулась из дома Зеведея, где она узнала от Давида, что ее отец-брат находится в безопасности и в добром здравии направляется к финикийскому побережью.

Бегство через северную Галилею

Сойдя на берег у Хересы, Иисус и двадцать четыре взяли путь на север и вскоре добрались до прекрасного парка к югу от Вифсаиды-Юлии, где они провели ночь. Они были знакомы с этим местом, ибо в прошлом останавливались здесь. Перед тем, как отправиться на покой, Учитель собрал вокруг себя своих сторонников и обсудил с ними планы предполагаемого путешествия через Ватанию и северную Галилею к финикийскому побережью.

Почему злобствуют язычники?

Иисус сказал: «Все вы должны помнить, как Псалмопевец говорил о тех временах: „Почему злобствуют язычники и народы мира вынашивают тщеславные планы? Цари земли и правители человеческие вместе сплачивают силы против Господа и против его помазанника, говоря: „Разобьем оковы милосердия, сбросим с себя путы любви".

Сегодня вы видите, как это сбывается на ваших глазах. Однако вам не придется увидеть исполнения остальных пророчеств Псалмопевца, ибо он придерживался ошибочных представлений о Сыне Человеческом и его миссии на земле. Мое царство основано на любви, возвещается в милосердии и претворяется бескорыстным служением. Мой Отец не сидит на небе, насмехаясь над язычниками. Он не гневается в своем великом недовольстве. Истинно обещание о том, что Сын получит этих так называемых язычников (в действительности – своих невежественных и необученных собратьев) в наследство. И я приму этих иноверцев с раскрытыми объятиями, с милостью и любовью. Всё это милосердие будет оказано так называемым язычникам, несмотря на злополучное заявление, намекающее на то, что победоносный Сын „сокрушит их железным прутом, разобьет, как глиняный горшок". Псалмопевец убеждал вас „служить Господу в страхе" – я приглашаю принять возвышенные привилегии божественного сыновства через веру; он повелевает радоваться с трепетом; я приглашаю вас радоваться с уверенностью. Он говорит: „Почтите Сына, чтобы он не прогневался, и чтобы вам не погибнуть, когда проявится его гнев". Но вы, прожившие со мной эти годы, хорошо знаете, что гнев и ярость не имеют отношения к установлению царства в сердцах людей. Однако Псалмопевец действительно увидел свет истины, когда, завершая это предостережение, сказал: „Благословенны те, кто положился на этого Сына"».

Двадцать четыре продолжали слушать Иисуса, говорившего: «Язычников можно понять, когда они гневаются на нас. Благодаря скудости и узости своего кругозора они способны с большой увлеченностью концентрировать свои силы. Их цель ближе и является более или менее зримой; поэтому их усилия отличаются геройством и решительностью. Вы, заявляющие о вхождении в царство небесное, слишком нерешительны и неопределенны в своих методах обучения. Язычники неуклонно идут к своим целям; вы повинны в чрезмерном и постоянном томлении. Если вы желаете войти в царство, почему вы не берете его духовным штурмом, подобно тому, как язычники берут осажденный город? Вы едва ли достойны царства, если ваше служение в основном состоит из сожалений о прошлом, жалоб на настоящее и тщетных надежд на будущее. Почему злобствуют язычники? Потому что они не знают истину. Почему вы изнемогаете в тщетном томлении? Потому что вы не подчиняетесь истине. Оставьте бесполезное томление и идите вперед, смело выполняя то, что относится к установлению царства.

Во всём, что вы делаете, избегайте однобокости или чрезмерного сужения своей деятельности. Фарисеи, стремящиеся уничтожить нас, действительно полагают, что совершают богоугодное дело. Традиции настолько сузили их кругозор, что предрассудки ослепили их, и страх сделал их бесчувственными. Вспомните греков, у которых есть наука без религии, в то время как у евреев есть религия без науки. И когда людей вводят в заблуждение, заставляя принять такой узкий и искаженный сколок истины, их единственная надежда на спасение – связь с истиной, обращение.

Я хотел бы особо подчеркнуть вечную истину: если вы, обретя связь с истиной, научитесь в своей собственной жизни демонстрировать эту восхитительную целостность праведности, ваши собратья будут следовать за вами, чтобы достигнуть того, что вы уже обрели. Чем больше искатели истины тянутся к вам, тем большей истиной, праведностью вы обладаете. Чем больше вам приходится идти со своей проповедью к людям, тем больше это в определенном смысле является мерой вашей неспособности жить целостной, праведной жизнью в согласии с истиной».

И многому другому учил Иисус своих апостолов и евангелистов, прежде чем они пожелали ему спокойной ночи и отправились на покой.

Евангелисты в Хоразине

Утром в понедельник, 23 мая, Иисус отправил Петра вместе с двенадцатью евангелистами в Хоразин, в то время как сам он, вместе с одиннадцатью апостолами, вышел в Кесарию Филиппову через Иордан. Дойдя до дороги, ведущей из Дамаска в Капернаум, они свернули на северо-восток и достигли развилки на Кесарию Филиппову, откуда уже добрались до этого города, где находились и учили в течение двух недель. Они прибыли сюда пополудни во вторник, 24 мая.

Петр и евангелисты пробыли в Хоразине две недели, проповедуя евангелие царства небольшой, но убежденной группе верующих. Однако им не удалось приобрести здесь многих новообращенных. Ни один город во всей Галилее не дал царству так мало душ, как Хоразин. Следуя указаниям Петра, двенадцать евангелистов меньше говорили об исцелении – вещах физических. Вместе с тем они с удвоенной энергией проповедовали и учили духовным истинам небесного царства. Эти две недели в Хоразине стали для двенадцати евангелистов настоящим боевым крещением, ибо это был самый трудный и непродуктивный период в их жизни. Лишенные того удовлетворения, которое приносит завоевание новых душ для царства, каждый из них еще более серьезно и искренне заглянул в собственную душу и оценил ее духовный рост на стезях новой жизни.

7 июня, когда стало ясно, что желающих искать вступления в царство больше нет, Петр созвал своих товарищей и отправился с ними в Кесарию Филиппову для воссоединения с Иисусом и апостолами. Они прибыли сюда около полудня в среду и провели весь вечер, рассказывая об опыте, приобретенном среди неверующих Хоразина. Во время состоявшихся в тот вечер дискуссий Иисус еще раз коснулся притчи о сеятеле и подробно остановился на смысле кажущихся неудач, с которыми люди сталкиваются в своей жизни.

В Кесарии Филипповой

Хотя во время своего двухнедельного пребывания неподалеку от Кесарии Филипповой Иисус не вел публичной деятельности, апостолы без лишней огласки провели в городе целый ряд встреч, а многие верующие приходили в лагерь, чтобы поговорить с Учителем. В результате этих визитов новых верующих почти не прибавилось. Каждый день Иисус беседовал с апостолами, и они стали лучше понимать, что вступают в новую фазу проповедования небесного царства. Они начали сознавать, что «царство Божье – не еда и питье, а осознание духовной радости, которую дает принятие божественного сыновства».

Пребывание в Кесарии Филипповой стало настоящим испытанием для одиннадцати апостолов; этот двухнедельный период стоил им большого труда. Они находились на грани депрессии, и им очень не хватало периодического воодушевления, которое придавала полная энтузиазма личность Петра. В то время верить в Иисуса и продолжать следовать за ним воистину являлось настоящим испытанием и подвигом. Хотя за эти две недели им почти не удалось обратить в свою веру новых людей, они почерпнули много чрезвычайно полезного из своих ежедневных бесед с Учителем.

Апостолы узнали, что выхолостив истину и превратив ее в символ веры, иудеи обрекли себя на духовную стагнацию и умирание; они узнали, что когда искаженная истина становится пограничной линией ханжеской исключительности – вместо того, чтобы служить вехами духовного руководства и развития, – такие учения теряют свою созидательную и жизнетворную силу и, в конечном счете, способствуют лишь консервации и закоснению.

Всё больше перенимали они от Иисуса умение оценивать человеческие личности с точки зрения их возможностей во времени и вечности. Они узнали, что многие души можно наиболее успешно научить любви к невидимому Богу, если вначале научить их любить своих зримых братьев. Именно в этом контексте новый смысл приобрело выражение Учителя о бескорыстном служении своим товарищам: «Когда вы делали что-то для одного из моих меньших братьев, вы делали это для меня».

Один из важнейших уроков, извлеченных за время пребывания в Кесарии, касался происхождения религиозных традиций и серьезной опасности, возникающей, когда чувство святости начинают связывать с несвятыми вещами, обыкновенными идеями или будничными событиями. Плодом одной из бесед стало учение, согласно которому истинная религия есть идущая от сердца преданность человека своим высшим и наиболее истинным убеждениям.

Иисус предупреждал своих верующих, что если их религиозные устремления останутся только материальными, то всё более широкое знание природы – постепенно вытесняющее сверхъестественное объяснение происхождения вещей – в конце концов, лишит их веры в Бога. Если же религия духовна, то прогресс физической науки никогда не сможет поколебать веру в вечные реальности и божественные ценности.

Они узнали, что когда религия целиком духовна в своих мотивах, она делает более достойной всю жизнь, наполняя ее высокими целями, облагораживая трансцендентальными ценностями, воодушевляя возвышенными мотивами и, одновременно с этим, постоянно утешая человеческую душу высокой и укрепляющей надеждой. Истинная религия должна ослаблять напряжение бытия; она высвобождает веру и мужество для насущной жизни и бескорыстного служения. Вера способствует духовной энергичности и праведной плодотворности.

Иисус много раз повторял своим апостолам: любая цивилизация обречена, если утрачивается то лучшее, что было в ее религии. И он неустанно обращал их внимание на огромную опасность замены религиозного опыта религиозной символикой и обрядами. В течение всей своей земной жизни он последовательно разбивал застывшие религиозные формы, превращая их в светлую свободу просвещенного богосыновства.

На пути в Финикию

Утром в четверг, 9 июня, получив сообщение об успехах царства, доставленное гонцами Давида из Вифсаиды, эта группа из двадцати пяти учителей истины покинула Кесарию Филиппову и отправилась к финикийскому побережью. Взяв путь на Луз, они обошли заболоченную местность и достигли перекрестка с караванным путем из Магдалы в Ливанские горы. По этой дороге они дошли до развилки на Сидон, куда и прибыли пополудни в пятницу.

Неподалеку от Луза, где они сделали привал для полуденной трапезы в тени нависшей скалы, Иисус произнес одну из самых замечательных речей, услышанных апостолами за все годы своего общения с ним. Не успели они усесться, чтобы преломить хлеб, как Симон Петр спросил Иисуса: «Учитель, если небесный Отец всё знает и его дух является нашей поддержкой в установлении царства небесного на земле, то почему мы бежим от угроз наших врагов? Почему мы отказываемся встретиться лицом к лицу с противниками истины?» Но не успел Иисус приступить к ответу на вопрос Петра, как вмешался Фома: «Учитель, я действительно хотел бы знать, чем же плоха религия наших иерусалимских врагов. В чём заключается действительное отличие их религии от нашей? Чем объяснить столь разительные расхождения в вере, если все мы заявляем, что служим одному Богу?» И когда Фома умолк, Иисус сказал: «Я не хотел бы оставлять без внимания вопрос Петра, ибо я прекрасно знаю, как просто было бы неправильно понять, почему я против открытого столкновения с правителями иудеев именно сейчас. Однако для всех вас будет более полезно, если я остановлюсь на вопросе Фомы. И я сделаю это после того, как вы поедите».

Беседа об истинной религии

Эта незабываемая беседа о религии, кратко изложенная на современном языке, выражает следующие истины.

Хотя религии мира имеют двоякое происхождение – естественное и богооткровенное, – в любое время и в любом народе можно обнаружить три явные формы религиозного чувства. Есть три проявления религиозного побуждения:

1. Примитивная религия. Полуестественное и инстинктивное побуждение бояться таинственных энергий и поклоняться высшим силам; в основном, это религия физической природы, религия страха.

2. Религия цивилизации. Прогрессирующие религиозные представления и обычаи цивилизованных рас – рассудочная религия – рациональная теология, которая строится на авторитете сложившейся религиозной традиции.

3. Истинная религия – религия откровения. Раскрытие сверхъестественных ценностей, частичное проникновение в вечные реальности, соприкосновение с добродетелью и красотой бесконечного характера небесного Отца, – духовная религия, демонстрируемая в человеческом опыте.

Учитель отнюдь не преуменьшал значения религии, основанной на физических чувствах и суеверных страхах природного человека, хотя он и сожалел о том, что так много от этой примитивной формы вероисповедания сохраняется в религиозных формах более разумных человеческих рас. Иисус объяснил, в чём принципиальное отличие рассудочной религии от духовной: первая опирается на авторитет церкви, тогда как последняя целиком основана на человеческом опыте.

И затем Учитель продолжил свой урок разъяснением этих истин.

До тех пор, пока люди не станут высокоразумными и более цивилизованными, будет сохраняться много наивных и суеверных обрядов, столь характерных для эволюционных религиозных обычаев примитивных и отсталых народов. До тех пор, пока люди не достигнут уровня более высокого и более распространенного признания реальностей духовного опыта, множество мужчин и женщин будут, как и прежде, отдавать личное предпочтение тем официальным религиям, которые требуют только рассудочного согласия, в противоположность духовной религии, предполагающей активное участие разума и души в подвиге веры – борьбе человека с суровыми реальностями в процессе постепенного накопления опыта.

Принятие традиционных официальных религий предлагает простой путь для удовлетворения присущего человеку стремления утолить свои духовные потребности. Устоявшиеся, окостеневшие и господствующие официальные религии служат готовым убежищем для смущенной и смятенной человеческой души, преследуемой страхом и терзаемой неопределенностью. В качестве платы за удовлетворение и утешение такая религия требует от своих приверженцев одного только пассивного и чисто рационального согласия.

На земле еще долго будут встречаться эти робкие, пугливые и нерешительные индивидуумы, предпочитающие такой путь обретения религиозного утешения, несмотря на то, что, связывая свою судьбу с религиозной властью, они тем самым жертвуют суверенностью личности, унижают достоинство уважающего себя человека и полностью отказываются от права участия в самом захватывающем и воодушевляющем из всех возможных видов человеческого опыта, а именно – в личном поиске истины, пьянящем противостоянии опасностям рациональных открытий, решимости исследовать реальности личного религиозного опыта, высшем удовлетворении от ощущения личной победы. Эта победа заключается в подлинном осознании триумфа духовной веры над рассудочным сомнением в высшем дерзании всего человеческого существования – поиске Бога, которого человек ищет для себя самостоятельно и которого он находит.

Духовная религия означает усилие, борьбу, столкновение, веру, решительность, любовь, преданность и развитие. Рассудочная религия – официальная теология – совсем или почти не требует ни одного из этих усилий от своих формальных верующих. Традиция – это надежное прибежище и легкий путь для боязливых и нерешительных душ. Они инстинктивно остерегаются духовной борьбы и рассудочной неопределенности, присущих странствованиям веры – смелым путешествиям в открытых морях неизведанной истины в поисках далеких берегов духовных реальностей – в том их виде, в котором их способен открыть развивающийся человеческий разум и ощутить эволюционирующая человеческая душа.

Иисус продолжал: «В Иерусалиме религиозные вожди свели различные доктрины своих традиционных учителей и пророков минувших дней в господствующую систему рациональных вероучений – официальную религию. Все подобные религии взывают в основном к разуму. И теперь нам предстоит вступить в беспощадную борьбу с такой религией, ибо вскоре мы начнем смело возвещать новую религию – религию, которая не является религией в современном значении этого слова, религию, которая взывает, в первую очередь, к божественному духу моего Отца, пребывающему в разуме человека; религию, авторитет которой будет зиждиться на плодах, непременно появляющихся в личном опыте принявших ее людей – всех тех, кто становится настоящими и подлинными верующими в истины, присущие этому более высокому духовному общению».

Обращаясь к каждому из двадцати четырех по имени, Иисус сказал: «Так кто из вас предпочтет избрать легкий путь подчинения господствующей и окаменевшей религии, защищаемой фарисеями в Иерусалиме, вместо того, чтобы подвергаться трудностям и преследованиям, сопровождающим миссию возвещения лучшего пути спасения людей, и одновременно ощущать удовлетворение, открывая для себя те красоты, которые заключены в реальностях живого личного опыта постижения вечных истин и высшего великолепия небесного царства? Быть может, вы боитесь, слабохарактерны, ищете легких путей? Быть может, вы не решаетесь доверить свое будущее Богу истины, сынами которого вы являетесь? Быть может, вы не доверяете своему Отцу, детьми которого вы являетесь? Вернетесь ли вы назад, к легким стезям определенности и интеллектуальной неизменности религии, опирающейся на традицию, – или же вы соберетесь с силами и пойдете вместе со мной вперед, в неопределенное и тревожное будущее, связанное с возвещением новых истин духовной религии, царства небесного в сердцах людей?»

Все двадцать четыре слушателя встали, готовые заявить о своем единодушном и преданном отклике на этот призыв, – один из немногих эмоциональных призывов, с которыми Иисус когда-либо обращался к ним. Но он поднял руку и остановил их, сказав: «Ступайте, и пусть каждый из вас побудет наедине с Отцом в поисках бесстрастного ответа на мой вопрос. И обнаружив такое истинное и искреннее отношение души, свободно и смело дайте свой ответ моему и вашему Отцу, чья бесконечная, исполненная любви жизнь является самим духом возвещаемой нами религии».

На короткое время евангелисты и апостолы разошлись. Их дух был возвышен, их разум воодушевлен, их чувства приведены в сильнейшее возбуждение словами Иисуса. Но когда Андрей созвал их, Учитель сказал лишь следующее: «Продолжим наш путь. Мы отправляемся в Финикию, где остановимся на какое-то время, и каждому из вас следует молиться Отцу о преобразовании эмоций разума и тела в более высокую преданность разума и более насыщающий опыт духа».

В молчании двадцать четыре апостола и евангелиста вышли в путь. Однако вскоре они начали переговариваться друг с другом, и к трем часам пополудни они уже не могли идти дальше. Они остановились, и Петр, подойдя к Иисусу, сказал: «Учитель, ты произнес слова жизни и истины. Нам хотелось бы услышать еще; мы просим тебя продолжить свой рассказ».

Вторая беседе о религии

И вот, устроив привал на тенистом склоне, Иисус продолжил учить их религии духа. Суть сказанного им сводится к следующему.

Вы вышли из рядов тех своих товарищей, кто решил и дальше довольствоваться рассудочной религией, кто жаждет безопасности и предпочитает подчинение. Вы решили обменять свое чувство надежности, внушаемое официальной религией, на уверенность, предлагаемую духом смелой и эволюционирующей веры. Вы решились протестовать против изнурительного бремени институциональной религии и отвергнуть власть письменных преданий, воспринимаемых сегодня как слово Божье. Действительно, наш Отец говорил устами Моисея, Илии, Исайи, Амоса и Осии, но он не прекращал помогать миру словами истины, когда эти древние пророки переставали пророчествовать. Мой Отец не отдает предпочтения народам или поколениям – он не удостаивает словом истины одну эпоху, лишая другую. Не совершайте греха, не называйте божественным то, что является сугубо человеческим, и отличайте слова истины – они исходят не из уст традиционных оракулов, говорящих якобы по наитию.

Я призвал вас родиться заново, родиться в духе. Я призвал вас расстаться с официальным невежеством, порвать с апатичностью традиции и войти в трансцендентальный свет. Этот свет есть осознание возможности совершить величайшее личное открытие, на которое способна человеческая душа и которое заключается в божественном опыте нахождения Бога для самого себя, в самом себе и по собственному желанию и совершения всего этого в своем реальном личном опыте. Так вы сможете перейти от смерти к жизни, от власти традиции к опыту познания Бога. Так вы выйдете из тьмы и вступите в свет, перейдете от национальной и унаследованной веры к вере личной и обретенной в подлинном опыте; и тем самым вы перейдете от рациональной теологии, переданной вам вашими предками, к истинно духовной религии, которая будет создана в ваших душах в качестве вечного дарования.

Ваша религия превратится из чисто рассудочной веры, опирающейся на власть традиции, в непосредственный опыт той живой веры, которая способна постичь реальность Бога и всего, что относится к божественному духу Отца. Рассудочная религия безнадежно привязывает вас к прошлому; духовная религия заключается в постепенном богооткровении и неизменно побуждает вас идти вперед, к более высоким и святым достижениям в сфере духовных идеалов и вечных реальностей.

Хотя официальная религия способна на время придать чувство устойчивой надежности, за такое кратковременное удовлетворение вы платите утратой вашей духовной раскрепощенности и религиозной свободы. Мой Отец не требует от вас, чтобы вы – в качестве платы за вхождение в царство небесное – заставляли себя соглашаться с верой в то, что является духовно отталкивающим, нечестивым и ложным. От вас не требуется, чтобы вы оскорбляли собственное чувство милосердия, справедливости и истины, подчиняясь устарелой системе религиозных форм и обрядов. Духовная религия дарует вам вечную свободу следовать истине, куда бы ни привело вас водительство духа. И кто знает, быть может, этот дух сможет дать этому поколению то, что другие поколения отказывались услышать?

Позор тем религиозным учителям, которые стремятся затащить изголодавшиеся души назад, в смутное и далекое прошлое, и оставить их там! И эти несчастные обречены страшиться всякого нового открытия, приходя в замешательство при каждом очередном раскрытии истины. Пророк, сказавший: «Тот пребудет в совершенном мире, чьи помыслы остаются с Богом», не придерживался только лишь рассудочной веры в официальную теологию. Этот познавший истину человек открыл Бога; для него рассуждения о Боге не являлись только словами.

Я призываю вас отказаться от практики без конца цитировать древних пророков и восхвалять героев Израиля и вместо этого стремиться стать живыми пророками Всевышнего и духовными героями грядущего царства. Конечно, нужно отдать должное и познавшим Бога вождям прошлого, но почему, поступая так, вам следует жертвовать высшим опытом человеческой жизни – открытием Бога для самих себя и познанием его в своих собственных душах?

Каждая нация обладает своим собственным рассудочным взглядом на человеческое существование. Поэтому религия разума должна всегда отвечать этим различным национальным воззрениям. Официальные религии никогда не смогут объединиться. Человеческое единство и нравственное братство могут быть достигнуты только благодаря высшему дару духовной религии. Национальные воззрения могут отличаться, однако всё человечество обладает одним и тем же божественным и вечным духом. Надежда человеческого братства может быть реализована только по мере того, как объединяющая и облагораживающая духовная религия – религия личного духовного опыта – будет пропитывать собой различные рассудочные официальные религии, оставлять их в своей тени.

Официальные религии способны только разделять людей и восстанавливать их друг против друга сообразно их убеждениям. Духовная религия будет всё больше привлекать людей друг к другу, углубляя их взаимопонимание и взаимную симпатию. Официальная религия требует от человека единообразия веры, что невозможно реализовать при нынешнем состоянии мира. Духовная религия требует только единства опыта – единообразия предназначения, – полностью допуская разнообразие вероучений. Духовная религия требует лишь единообразного постижения, а не единообразия во взглядах и воззрениях. Духовная религия не требует единообразия рациональных подходов, предполагая только единство духовного ощущения. Официальные религии выхолащиваются, превращаясь в безжизненные догмы; духовная религия превращается во всё большую радость и свободу облагораживающей деятельности – любвеобильного служения и милосердной опеки.

Предостерегаю вас: не взирайте с презрением на детей Авраама только потому, что им выпало жить в эту порочную эпоху бесплодных традиций. Наши праотцы всецело посвящали себя упорному и страстному поиску Бога, и они познали его лучше, чем любой другой народ со времен Адама, – а он знал многое из того, о чём я говорю, ибо сам являлся Сыном Божьим. Долгая и неутомимая борьба Израиля, которую он ведет со времен Моисея, пытаясь найти Бога и познать его, не прошла незамеченной для моего Отца. На протяжении многих безрадостных поколений евреи не переставали трудиться, проливать пот, томиться, мучиться, терпеть тяготы и горести непонятого и презираемого народа, – и всё это для того, чтобы чуть ближе подойти к открытию истины о Боге. И несмотря на все неудачи и колебания Израиля, наши отцы, – начиная с Моисея и кончая Амосом и Иосией, – постепенно раскрывали всему миру всё более ясное и истинное представление о вечном Боге. Так был подготовлен путь для еще более великого раскрытия Отца, участниками которого вы призваны стать.

Никогда не забывайте о том, что есть только одно свершение, которое удовлетворяет и захватывает больше, чем попытка открыть волю живого Бога, а именно – высший опыт искреннего стремления исполнить эту божественную волю. И помните: любой земной труд хорош для исполнения Божьей воли. Не считайте одни призвания святыми, а другие – мирскими. Всё священно в жизни тех, кого ведет дух; это значит, что такие люди подчинены истине, облагорожены любовью, исполнены милосердия и сдерживаются законностью – справедливостью. Дух, который мой Отец и я пошлем в этот мир, является не только Духом Истины, но и духом идеалистической красоты.

Вам следует перестать искать слово Божье в одних только древних письменах, выдержанных в духе официальной теологии. Отныне рожденные от Божьего духа будут распознавать Божье слово независимо от его происхождения. Не следует игнорировать божественную истину только из-за того, что средство ее посвящения представляется средством человеческим. Разум многих ваших братьев принимает теорию Бога, хотя духовно они неспособны осознать присутствие Бога. Именно поэтому я столь часто учил вас, что царство небесное можно с наибольшим успехом осознать, если усвоить духовное отношение чистосердечного ребенка. Я призываю вас отнюдь не к умственной незрелости ребенка, а к духовной бесхитростности такого простодушного и доверчивого дитя. Важно не столько то, чтобы вы знали о факте Бога, сколько то, чтобы вы повышали свою способность чувствовать присутствие Бога.

Как только вы начнете находить Бога в собственной душе, то вы тут же начнете открывать его в душах других людей и, в итоге, во всех созданиях и творениях могущественной вселенной. Но может ли Отец предстать Богом высших устремлений и божественных идеалов в душах людей, которые почти или совсем не уделяют времени вдумчивому размышлению о таких вечных реальностях? Хотя разум не является местонахождением духовной сущности, он действительно служит ее вратами.

Однако не пытайтесь понапрасну доказать другим людям, что вы нашли Бога; вы неспособны сознательно представить тому убедительные доказательства, хотя существует два несомненных и ярких подтверждения того факта, что вы познали Бога.

1. Плоды Божьего духа, демонстрируемые в вашей повседневной жизни.

2. Тот факт, что вся ваша жизнь служит убедительным доказательством вашего безоговорочного риска всем, чем вы являетесь и обладаете, во имя неизведанного путешествия – продолжения жизни после смерти в надежде найти Бога вечности, к присутствию которого вы прикоснулись во времени.

И еще: не сомневайтесь в том, что мой Отец будет всегда отвечать даже на самый слабый проблеск веры. Он не оставляет без внимания физические и суеверные переживания примитивного человека. Что касается тех честных, хотя и боязливых душ, чья вера столь слаба, что она почти не поднимается выше рассудочного согласия на пассивное подчинение официальным религиям, Отец всегда готов ободрить и поощрить даже такие слабые попытки обратиться к нему. От вас же, призванных из тьмы во свет, ожидается, что вы будете верить всем сердцем; ваша вера будет преобладать в совокупном отношении тела, разума и духа.

Вы – мои апостолы, и для вас религия не будет теологическим убежищем, где вы сможете укрыться в страхе перед суровыми реальностями на пути духовного развития и идеалистического подвига. Наоборот, ваша религия станет реальным эмпирическим фактом, подтверждающим, что Бог нашел вас, идеализировал, облагородил и одухотворил вас, и что вы стали участниками вечного свершения – поиска Бога, который тем самым нашел вас и сделал вас своими сынами.

И когда Иисус умолк, он подозвал к себе Андрея и, указывая на запад в направлении Финикии, сказал: «Продолжим путь».

Пребывание в Тире и Сидоне

Пополудни в пятницу, 10 июня, Иисус и его товарищи достигли окрестностей Сидона, где они остановились в доме состоятельной женщины, лечившейся в больнице Вифсаиды в те времена, когда Иисус находился в зените славы. Евангелисты и апостолы разместились поблизости у ее друзей, и всю субботу они посвятили отдыху в этих благодатных местах. Они провели в Сидоне и его окрестностях около двух с половиной недель, прежде чем отправились в прибрежные города к северу от Сидона.

Эта июньская суббота была днем великого покоя. Евангелисты и апостолы сосредоточенно размышляли над речью Учителя о религии, услышанной по пути в Сидон. Каждый из них был способен понять какую-то часть сказанного, но никто не постиг всего смысла его учения.

Сирийская женщина

Неподалеку от дома Каруски, где поселился Учитель, жила сирийская женщина, которая была наслышана об Иисусе как великом целителе и учителе, и пополудни в субботу она явилась сюда, приведя с собой свою дочь. Девочка, которой было около двенадцати лет, страдала тяжелым нервным расстройством, сопровождавшимся конвульсиями и другими мучительными симптомами.

Иисус велел своим товарищам никому не говорить о его пребывании в доме Каруски, объяснив, что он желает отдохнуть. Они выполнили указание своего Учителя, однако служанка Каруски отправилась к этой сирийке, Норане, и сообщив ей, что Иисус остановился у ее хозяйки, велела несчастной матери привести свою страдающую дочь к целителю. Мать, конечно же, считала, что ее дитя одержимо бесом, нечистым духом.

Когда Норана прибыла со своей дочерью, близнецы Алфеевы объяснили ей через переводчика, что Учитель отдыхает и что его нельзя тревожить. В ответ Норана сказала, что она и ее ребенок не сдвинутся с места, пока Учитель не завершит свой отдых. Петр также попытался урезонить ее и уговорить вернуться домой. Он объяснил, что Иисус устал от продолжительного периода обучения и целительства, и что он пришел в Финикию, чтобы обрести покой и немного отдохнуть. Но это ничего не дало. Норана ни за что не хотела уходить. В ответ на настойчивые уговоры Петра она только сказала: «Я не уйду, пока не увижу вашего Учителя. Я знаю, что он может изгнать беса из моего ребенка, и я уйду только после того, как целитель посмотрит на мою девочку».

После этого Фома попытался прогнать женщину, но и его постигла неудача. Она сказала ему: «Я верю, что ваш Учитель может изгнать демона, терзающего мое дитя. Я слышала о чудесах, которые он творил в Галилее, и я верую в него. Что случилось с вами, его учениками, что вы готовы прогнать тех, кто приходит за помощью к вашему Учителю?» Услышав эти слова, Фома удалился.

Тогда увещевать Норану вышел Симон Зелот, сказавший: «Женщина, ты говоришь по-гречески и принадлежишь к иноверцам. Тебе не следует ожидать, что Учитель возьмет хлеб, предназначенный для детей избранного дома, и бросит его собакам». Но Норана не стала обижаться на укол Симона. Она только ответила: «Да, учитель, я поняла твои слова. В глазах евреев я всего лишь собака, но что касается твоего Учителя, то я собака верующая. Я полна решимости добиться того, чтобы он посмотрел на мою дочь, ибо я убеждена, что стоит ему взглянуть на нее, как она исцелится. Даже ты, добрый человек, не посмеешь лишить собак права воспользоваться крохами, упавшими со стола детей».

Как раз в это время девочка, на виду у всех, забилась в сильных конвульсиях, и ее мать воскликнула: «Вот, вы видите, что мое дитя одержимо злым духом. Если вас не трогает наша беда, я обращусь к вашему Учителю, ибо мне говорили, что он любит всех людей и не боится исцелять даже иноплеменников, если они веруют в него. Вы недостойны быть его учениками. Я не уйду, пока мой ребенок не будет исцелен».

И тут Иисус, который слышал весь этот разговор через открытое окно, вышел из дома и, к их большому удивлению, сказал: «О, женщина, велика твоя вера – столь велика, что я не могу лишить тебя того, чего ты желаешь; ступай с миром. Твоя дочь уже поправилась». И с той минуты девочка была здорова. Когда Норана и ребенок уходили, Иисус попросил их никому не говорить об этом случае. И хотя его товарищи выполнили эту просьбу, мать и дитя, не переставая, возвещали об исцелении девочки по всей округе вплоть до Сидона, вследствие чего через несколько дней Иисус пришел к выводу, что ему следует перебраться в другое место.

На следующий день, обучая своих апостолов, Иисус объяснил излечение дочери сирийки: «И так было всегда: вы сами видите, что язычники способны исповедовать ту же спасительную веру в учения, провозглашаемые в евангелии небесного царства. Истинно, истинно вам говорю: царство Отца отойдет язычникам, если дети Авраама не захотят уверовать настолько, чтобы войти в него».

Обучение в Сидоне

При входе в Сидон Иисус и его товарищи перешли мост, и для многих из них это был первый мост, который они видели в своей жизни. Когда они проходили по нему, Иисус, помимо других вещей, сказал: «Этот мир – лишь мост; вы можете пройти по нему, но вам не следует думать о том, чтобы устроить на нем жилище».

Когда двадцать четыре начали трудиться в Сидоне, Иисус поселился в доме Юсты и ее матери Вереники, находившемся на северной окраине города. Каждое утро Иисус учил своих спутников в доме Юсты, а дни и вечера они проводили в Сидоне, где учили и проповедовали.

Апостолов и евангелистов чрезвычайно воодушевило то, как иноверцы Сидона принимали их проповеди; за время их короткого пребывания многие вошли в царство. Финикийский период, продолжавшийся около шести недель, оказался весьма плодотворным для обретения новых душ. Однако последующие еврейские авторы евангелий были склонны не придавать большого значения рассказам об этом теплом приеме учений Иисуса иноверцами в то самое время, когда столь многие из его соплеменников относились к нему враждебно.

Во многих отношениях эти уверовавшие в Иисуса иноплеменники поняли его учения глубже, чем евреи. Многие из этих говоривших по-гречески сирофиникиян познали не только то, что Иисус подобен Богу, но и то, что Бог подобен Иисусу. Эти так называемые язычники достигли глубокого понимания доктрин Учителя о единообразии законов этого мира и всей вселенной. Они постигли учение о том, что Бог не отдает предпочтения индивидуумам, народам или нациям, что Всеобщий Отец нелицеприятен, что вселенная всецело и извечно законопослушна и неизменно надежна. Эти иноплеменники не боялись Иисуса; они решились принять его проповедь. На протяжении всех эпох люди были неспособны понять Иисуса; они боялись это сделать.

Иисус разъяснил двадцати четырем, что он бежал из Галилеи не потому, что ему не хватило мужества встретиться лицом к лицу со своими врагами. Они поняли, что он еще не готов к открытому столкновению с общепринятой религией и что он не собирается становиться мучеником. Именно во время одной из этих бесед в доме Юсты он впервые сказал своим ученикам, что «земля и небо могут исчезнуть, но слова мои останутся».

Лейтмотивом наставлений Иисуса во время пребывания в Сидоне была духовная эволюция. Он говорил им о том, что невозможно оставаться на одном месте: они должны либо идти вперед в праведности, либо двигаться вспять, к злу и пороку. Он убеждал их «не думать о том, что осталось в прошлом, а стремиться вперед, к более великим реальностям царства». Он призывал их не довольствоваться своим евангелическим детством, но прилагать все силы к достижению полноценного божественного сыновства в духовном общении и вероисповедном братстве.

Иисус сказал: «Мои ученики должны не только перестать творить зло, но и научиться творить добро; вы должны не только очиститься от всякого сознательного греха, но вы не должны позволять себе таить даже чувства вины. Если вы признались в своих грехах, они прощены; поэтому ваша совесть всегда должна оставаться чистой».

Иисусу очень нравился тонкий юмор иноверцев. Именно этот юмор, продемонстрированный сирийкой Нораной вместе с ее великой и непреклонной верой, настолько тронул сердце Учителя, что пробудил в нем милосердие. Иисус чрезвычайно сожалел о том, что его народу – евреям – столь не хватает чувства юмора. Однажды он сказал Фоме: «Мой народ воспринимает себя слишком серьезно; он почти полностью лишен понимания комичного. Обременительная религия фарисеев никогда не могла бы появиться в народе, обладающем чувством юмора. Моим соплеменникам не хватает также последовательности: они отцеживают комаров и проглатывают верблюдов».

Путешествие вдоль побережья на север

Во вторник, 28 июня, Учитель и его товарищи покинули Сидон и отправились на север, в прибрежные города Порфирион и Гелдую. Иноверцы оказали им теплый прием. Много людей вступило в царство за эту неделю обучения и проповедей. Апостолы проповедовали в Порфирионе, а евангелисты учили в Гелдуе. Пока апостолы и евангелисты занимались своим делом, Иисус оставил их на три-четыре дня и посетил прибрежный город Бейрут, где он навестил верующего сирийца по имени Малах, который годом ранее побывал в Вифсаиде.

В среду, 6 июля, все они вернулись в Сидон и остановились в доме Юсты, где пробыли до утра в воскресенье, после чего отправились в Тир. Они прошли на юг берегом, через Сарепту, и прибыли в Тир в понедельник, 11 июля. К этому времени апостолы и евангелисты начали привыкать к труду среди этих так называемых иноплеменников, которые в действительности являлись, в основном, потомками древних ханаанских племен семитского происхождения. Все эти племена говорили по-гречески. Для апостолов и евангелистов было большой неожиданностью наблюдать, с каким желанием эти иноверцы слушают евангелие, и видеть, с какой готовностью многие из них принимают его.

В Тире

С 11 по 24 июля они учили в Тире. Каждый из апостолов взял с собой одного из евангелистов, и так, попарно, они учили и проповедовали во всех районах Тира и его окрестностях. Многоязыкое население этого шумного морского порта с радостью слушало их, и многие приняли крещение – формальный знак вступления в братство царства. Иисус поселился в доме верующего еврея по имени Иосиф, жившего в трех-четырех милях к югу от Тира, неподалеку от гробницы Хирама – царя города-государства Тира во времена Давида и Соломона.

В течение двух недель апостолы и евангелисты ежедневно входили в Тир через Александрийскую дамбу, проводили в городе короткие встречи, и каждый вечер большинство из них возвращались на ночлег в дом Иосифа, находившийся к югу от города. Каждый день верующие приходили из города, чтобы побеседовать с Иисусом в месте его отдыха. Учитель выступил в Тире только один раз, 20 июля пополудни, когда он говорил верующим о любви Отца ко всем людям и о миссии Сына – раскрыть Отца всем народам. Эти иноверцы проявили такой интерес к евангелию царства, что в тот день перед Иисусом были открыты двери храма Мелькарта. Интересно отметить, что в последующие годы на том самом месте, где стоял этот древний храм, была построена христианская церковь.

Многие ведущие производители тирского пурпура, – красителя, который прославил Тир и Сидон на весь мир и столь способствовал развитию их мировой торговли и последующему обогащению, – уверовали в царство. Вскоре, когда запасы морских животных, служивших источником этого красителя, начали таять, эти люди отправились на поиски новых мест обитания пигментных моллюсков. Странствуя по всему миру, они несли с собой проповедь об отцовстве Бога и братстве людей – евангелие царства.