Kitobni o'qish: «Одинокий старец»

Лишь каркает в душе ворона

Услышал вновь Малиновки я трель

И вспомнил то забытое свиданье.

Как весной приходит вновь капель,

Так и плачет в душе страданье.

Тебя я вижу лишь во сне,

Твой силуэт, изящную походку.

Ты уходила и сказала мне,

Что не ступит на мою ты лодку.

Я жду, когда придёт волна

И моя лодка полетит к мечте.

Но не вернулась ко мне весна,

Вдаль умчалась на метле.

В одночасье я вспомнил наш роман,

Где мы друг другу что-то обещали.

Но к чёрту провалился весь наш план

А нить судьбы мы просто оборвали.

Малиновки уже забылся трель,

Лишь карканье в душе вороны.

Теперь я не любуюсь на капель,

А посещаю злачные притоны.

***

Я чёрту подарил свою мужскую силу

Всю ночь кривлялись небеса

И звёзды прятались за тучи.

Чёрная наступила полоса,

Словно на душе погасли свечи.

Вино и сигареты на столе,

Да рваная на сердце рана.

Опять не удержался я в седле

И закатилась жизнь так рано.

Дом не построил, не завёл семью,

Всё скитаясь по чужбине.

Там же судьбу похоронил свою,

Словно разбился на машине.

Вино и сигареты на столе,

А на стене портрет любимой.

Кручусь, как белка в колесе

И жизнью проживаю мнимой.

Никто не вспомнит обо мне,

Не принесёт цветочек на могилу.

Я крест поставил на себе

И чёрту продал мужскую силу.

***

Нам не забыть героев никогда

Не позволим превратить страну в болото,

Где кваканье разносится со всех сторон.

Нам здесь любить, рожать и жить охота,

А не подчиняться тем, кто назвался «Слон».

Вы вражду устроили меж братьев

И разделились, как в гражданскую войну.

Стал во главе одних «Кондратьев»,

А у других «Отец Иосиф Перельну».

Сто дней они вели переговоры,

Где бочка была выпита вина.

Но прошли, в пустую споры

И вновь в огне горит страна.

Москаль, Хохол или Кацап,

Узбек, татарин и Армянин.

Кому сейчас понадобился раб,

Ведь в мире каждый гражданин.

Не прекратить нам ту войну,

Где рвут друг другу братья глотки.

Давайте вспомним ту весну,

Когда наши деды скинули пилотки.

Нам не забыть героев никогда,

Они нам детство подарили.

А вороги страну покинув навсегда,

К нам навеки дорогу позабыли.

***

Возможно всё иль ничего

Возможно всё иль ничего,

Произойдёт в природе завтра.

И мы не вспомним ничего,

А обратив свой взор обратно.

А впереди, где в линию черты,

Земля и Небо соединились вместе.

Там звёзды встали на посты,

Как куры разместились на насесте.

Нам не изведать бесконечность

И не сыскать ответы бытия.

Зачем заглядывать нам в вечность,

Где не познать всей сути жития.

Возможно всё иль ничего,

Мы в этой жизни не узнаем.

Но вероятность есть того,

Что во снах мы все летаем.

Жизнь эта частица всей вселенной

И эту истину мы должны принять.

Но суть должна быть откровенной,

А иначе никогда её нам не понять.

***

Нельзя на время отодвинуть смерть

Не узнать свою нам суть,

Когда на сердце кровь и жуть,

Когда в душе сплошной туман

И мы не чувствуем обман.

Вперёд заглядывать не нужно,

Когда в груди пожар и душно,

Когда стакан наполовину пуст

И завял в пустыне розы куст.

Жизнь не измерить нам часами

И не наполнить дом друзьями.

Когда твоих друзей уж нет,

То не собрать тебе квартет.

Уходит в жизни всё и без остатка,

Как потерялась новая перчатка.

Её не заменить ведь на другую,

Как в вены кровь не влить чужую.

Когда в твоей душе смятенье,

Ты у Бога попроси прощенье.

Зажги свечу в большом углу

И нить судьбы продень в иглу.

Нам не взглянуть за ту черту,

Где тень дежурит на посту,

Где ангелов не видно в облаках

И мысли не рождаются в стихах.

Не устелена дорога в Рай цветами,

Свою судьбу должны решить мы сами.

Но если прозвенел в душе звонок,

Это значит, подошёл твой срок.

Нельзя на время отодвинуть смерть,

Ты должен в этой жизни всё успеть.

Построить дом и завести семью,

А если нет, не обвиняй «судью».

***

Слёзы горькие в стакане

Мне стали приходить угрозы,

От женщин, которых позабыл.

Теперь не выхожу я на морозы

И лето напрочь разлюбил.

Весной гляжу в окошко на капели

И вспоминаю первую любовь.

А осенью ходил я на качели

И со второй разбился в кровь.

В морозы с третьей я гулял,

Она была в сапожках на меху.

А ночью с ней в пургу попал,

Теперь не ощущаю, что в паху.

Тревожится, не спит душа,

Кричит и рвётся на свободу.

А только писк, как от мыша,

Который жалуется на погоду.

Забылись напрочь те деньки,

Теперь грущу я на диване.

Остались в памяти пеньки,

Да слёзы горькие в стакане.

Уходят годы молодые,

Их не вернуть уже назад.

Остались лишь усы седые,

Да прямиком дорога в ад.

***

Поведай мне Шахерезада

Я так хочу тебя обнять

И заглянуть в твои глаза.

Но не намерен обижать,

Как весной ранняя гроза.

Как летний тёплый дождь,

Твои обмою я следы.

Прогоню из тела твою дрожь

И возведу висячие сады.

Корону возложу к твоим ногам,

Чтоб не было другим соблазна.

Спиной не повернусь к врагам,

Чтоб не была жизнь напрасна.

Не прогоняй меня в ночи

И душу не прячь в темницу.

Мне не нужны твои ключи,

Лучше запусти в светлицу.

Поведай мне Шахерезада,

Что ожидает там за стеной.

Какая ждёт в пути награда

И я возьму тебя с собой.

Но девица только промолчала

И показала в небо мне рукой.

Лишь тихо головой качала,

Да на меня бросала взгляд косой.

А утром я в поход ушёл,

Так не узнав свою судьбу.

И на чужбине смерть нашёл,

Полжизни проведя в плену.

***

Сей стих услышит пусть мужчина

Среди гор, лесов, полей и рек,

Где бродят мамонты и человек.

Там дуб растёт среди вершин,

В обхвате то дерево с аршин.

Я в ту страну пришёл навек

И поселился там между рек.

Хоть и был с дурной натурой,

Но познакомился с подругой.

Она была бела, как снег,

А ходьбе предпочитала бег.

Её ловил я меж кустов,

Но напоролся на бобров.

Согласно древнему закону,

Я должен возложить корону.

Любимой в волосы вплести банты,

А к ногам мамы принести цветы.

Но никаких я не нашёл бантов

И в речке утопиться был готов.

Лишь тёще я принес цветы,

Обломав в её саду кусты.

Пробил час, она вдруг понесла,

Зачем любовь мою ты приняла.

Мы ведь тихо жили за рекой,

Да сырое мясо кушали порой.

Жизнь моя превратилась в ад,

Но не вернуть её сейчас назад.

Я должен ведь любить одну,

Но тянут обе меня ко дну.

Свой нос не суйся в чужой ты огород,

Может не понять тебя простой народ.

Забудь, что был когда-то королём,

Теперь придётся, крутится колесом.

Сей стих услышит пусть мужчина

И не ведёт себя, как тот скотина.

Завёл семью, не шляйся по дворам,

А то дубинкой получишь по рогам.

***

Вино смешалось вместе с кровью

Ведь я сказал тебе, что не люблю

И крикнул вслед, что уезжаю.

Забудь в моей судьбе ты роль свою,

Которую и сам не понимаю.

Мы были счастливы вдвоём,

Смеялись громко и шутили.

Но это было только днём,

А по ночам себя корили.

Кривлялся я, как королевский шут,

А ты всерьёз всё это принимала.

Меня прозвали Сенька-баламут,

Но ты за мною в ссылку побежала.

Но не любил ведь я тебя,

Меня лишь злато привлекало.

А утром в зеркало глядя,

Ты после ночи не признала.

Картошкой нос, морщинки под глазами

И на плече синяк, словно родимое пятно.

Ты прошептала мне опухшими губами,

На прощанье давай выпьем хоть вина.

Но я ушёл, не хлопнув дверью,

А ты стояла с бокалом в неглиже.

Словно прощалась с жизнью,

На предпоследнем девятом этаже.

Отразилась в зеркале её душа,

Сама себя в нём не признала.

Тихонько ты к балкону подошла

И лишь спасибо милому сказала.

Вино смешалось вместе с кровью

И крик души вознёсся ввысь.

Ты наслаждалась своей любовью,

А я в ней видел лишь корысть.

***

Мне захотелось выпить чаю

Мне захотелось выпить чаю,

Чтоб душу им свою согреть.

Но о нём я ничего не знаю,

Зачем тогда посудою греметь.

Набрав водицы ключевой,

Я на костёр её поставил.

Но позабыл, что он живой,

Силу огня в него добавил.

Взмыв, пламя подхватило,

Мой котелок и воду в нём.

Меня всего вмиг окатило

И я на землю пал кулём.

Мне захотелось выпить чаю,

Чтоб душу им свою согреть.

Но как готовить, я не знаю,

Теперь ожоги мне терпеть.

Катаясь по сырой земле,

Я всё на свете проклинал.

И ведьме на кривой метле,

Свой средний палец показал.

Она смеялась звонко, звонко,

Да крутила пальцем у виска.

Посылая мне намёки тонко,

Век не видала такого чудака.

Потом мы с ведьмой пили чай,

Да вели беседы про мечту.

Я к ней наклонился невзначай

И мы умчались в пустоту.

***

К радуге слезами проложить луч

Дождь за окном разводит сырость

И у меня на сердце грусть-печаль.

Но после дождика такая свежесть,

Что это время мне очень жаль.

Уйдут дожди, затихнут грозы

И на душе вдруг станет так легко.

Но после дождя придут морозы

И на улице тумана синь, как молоко.

Но зима уйдёт в неведомые дали,

Туда, где мало света и белым-бело.

И на меня нахлынут вновь печали,

Так, что мою душу от таски свело.

Но пролетит время незаметно

И после спячки проснётся лес.

И всем доподлинно известно,

Что воду в жизни мутит бес.

А за окном дожди и слякоть

И солнце спряталось за стаю туч.

А мне так хочется поплакать

И к радуге слезами проложить луч.

***

Как тот усатый рыба-кит

Что случилось с малышом,

Он на папу смотрит строго.

Не поймёт, что кувырком,

Дом до самого порога.

Игрушки разлетелись по углам

И Васька кот сидит на полке.

Стоит повсюду шум, бедлам

И не видно огоньков на ёлке.

Конфетные обёртки тут и там

И морс разлит по всему полу.

«Что сейчас делать нам?» -

Отец вздыхая, хлещет колу.

Оставил малыша он одного,

Когда ребёнок спал в кроватке.

И не подумал про него,

Что играть с ним будет в прядки.

Сынок забрался под диван

И наигравшись, там уснул.

А отец, перекрывая кран,

Себя за палец вновь куснул.

Что случилось с малышом,

Он на папу смотрит строго.

А тот стоит с таким лицом,

Словно сына увидал чужого.

Но появилась мама вдруг,

Как Карлсон перед Малышом.

Она забыла про подруг,

Что навестили её дачный дом.

Взяла она на руки сына,

Прижав его к своей груди.

А муж: – Я не виновен Нина,

Меня ты строго не суди.

Ребёнок вновь уснул в кроватке,

А Новый год стучится в дверь.

Его мы, встретив в беспорядке,

Промчался год да час потерь.

В семье ребёнок это чудо,

Когда он дремлет или спит.

А как проснётся – чудо-юдо,

Как тот усатый рыба-кит.

***

Страну перекрасили мы мелом

Страна талантов и поклонниц,

Богатых, нищих и рабов.

Безбожников, попов, угодниц,

Царей, прислуги и шутов.

Мы здесь родились и умрём,

Живём, иль просто выживаем.

Нас били палкой и кнутом,

Но за порог не приглашали.

Мы гнили в тюрьмах за царя,

Стояли у стены перед расстрелом.

Но это было всё друзья не зря,

Страну перекрасили мы мелом.

Но год за годом пролетает век

И мир вновь погрузился в хаос.

Зачем ружьё взял человек,

А на фрегате опустили парус.

Забыли «братья», что когда-то,

Спина к спине стояли насмерть.

И на двоих была одна лопата,

Чтоб по отдельности не околеть.

Страну мы в одночасье разделили,

Жирной перечеркнув её чертой.

Но сердца наши не забыли,

Союз это ведь наш дом родной.

Пройдут года, забудется ненастье,

Брат с братом повстречается опять.

И на земле вновь воцарится счастье,

А по ночам они спокойно будут спать.

***

Поеду в Адлер я, лечиться

Поеду в Адлер я, лечится,

Там много женщин на воде.

Буду я у них любви учиться,

Чтоб держать себя в узде.

Пляж, бикини, солнце и улыбки,

Говор слышится со всех сторон.

Скинув мужики свои пожитки,

На женщин смотрят, как на ворон.

Море им не нужно и в помине,

Когда перед глазами красота.

Приехав в Адлер на машине,

Чтоб не было жены хвоста.

К чему теперь слова и вздохи,

Когда вода блестит, как самовар.

На море я приехал без помехи,

Чтоб погасить в душе пожар.

Но глядя с берега на воду,

Где плещутся прекрасные тела.

Я почувствовал в себе породу

И к чёрту выбросил свои года.

Поехал в Адлер я, лечиться,

Но только больше заболел.

Хотел там, в море утопиться,

Но только больше поседел.

***

Флаги

Свой страна имеет флаг,

Всеми цветами он богат.

И когда его увидит враг,

То бежит, не замечая врат.

Есть полосы и звёзды там,

Бывает белый с красным пополам.

Но всех милее красный нам,

Он обозначает смерть врагам.

С ним в бой ходили наши деды

И на груди спасали от врагов.

Его водрузили в день победы

И павших укрывали им бойцов.

Должна иметь страна свой флаг,

Хоть цветами он будет не богат.

И пусть трепещет у порога враг,

Повержен будет всякий супостат.

***

Ветер

Внезапно ветер налетел

И песню грозную запел.

Он крыши стал срывать с домов,

Да хороший собирать себе улов.

Примчался он издалека,

Оттуда, где родилась река,

Где горы упирают в облака

И нету жизни там пока.

Родился ветер среди скал,

Свой миру показав оскал.

С горы он сбросил водопад

И внизу всё превратилось в ад.

Перемешал он в кучу всё живое,

Словно в зеркало взглянул кривое.

Стал глумиться, громко хохоча

И словно враг рубить с плеча.

Ветер думал, что могуч

И поднялся выше туч.

Взметнул он силу на людей,

Но оказался человек сильней.

Теперь ветер служит человеку,

Гоняя в море парус век к веку.

Но когда надоест ему покой,

Свирепый он становится и злой.

Он парус рвёт одной рукой,

Другой кидает на людей водой.

Как бумагу разрывает корабли,

А насладившись, затихает на мели.

***

Где-то в лесу стоит избушка

Где-то в лесу стоит избушка,

В ней нету окон и дверей.

Там под кустом сидит лягушка,

На голове с короной королей.

В лесу там жуткие деревья,

Они корнями упирают в облака.

И это очень странное виденье,

Только в нашей голове пока.

Лишь ночью оживает этот лес,

Когда луна скрывается за тучи.

Там на полянку выбегает бес,

На поясе которого висят ключи.

К избушке топает он на копытах,

Ключами бряцая, их в щель суёт.

И словно в книжке на страницах,

Мы не знаем, куда нас приведёт.

Но, как известно, сон проходит,

Лишь остаётся в голове мираж.

По лесу где-то леший бродит

И кикимору берёт на абордаж.

С ней он куролесит до утра,

А на рассвете отпускает спать.

Ему ведь тоже отдыхать пора,

Чтобы ночью вновь игру начать.

Где-то в лесу стоит избушка,

В ней нету окон и дверей.

В болото спряталась лягушка,

Чтоб не расстраивать людей.

***

Истории, забытые страницы

Мне странный сон вчера приснился,

Что я пешком гуляю по стране.

А утром с детством вмиг простился,

Когда вдруг оказался на войне.

Повсюду детский плач и крики,

Да пронзительный сирены вой.

На стёклах солнечные блики,

А в синем небе самолётов рой.

В мгновенье ока жизнь перевернулась

И я на годы старше сразу стал.

После бомбёжки мама не проснулась,

А отец куда-то вдруг пропал.

Ушёл на фронт, добавив пару лет,

Забыв навеки школьную подружку.

В окопе с другом разделял обед,

А по ночам скулил в подушку.

Четыре года длилась та война,

Где смерть переплелась с судьбою.

Но долгожданная пришла весна,

Её мы встретили с любовью.

Умчались годы, словно птицы,

Из сердца выветрился страх.

Истории забытые страницы,

Давно уж превратились в прах.

Мне странный сон приснился,

Что с мамой по дороге я иду.

А утром так и не проснулся,

Не найдя отца в родном саду.

***

Страна, где много диких обезьян

Страна, где много диких обезьян,

Где трёх из десяти назвали Ян,

Где руку протяни, сорвёшь банан,

Завёлся пират по кличке Ураган.

Хоть не было в округе там морей,

Он люто ненавидел всех людей.

Купив ружьё, тот вышел на охоту

В доме оставил на жену работу.

Плач и рыданье по углам,

Словно шамана тарарам.

Но злато больше он любил

И через год свою жену забыл.

Забыл, что трижды он отец

И как жену вёл под венец.

Удача голову ему вскружила,

А после в омут опустила.

Узнал дикарь про океан

И отзываться стал Иван.

Хоть был лицом чернее ночи,

Но мечтал приехать в Сочи.

Но жизнь крутнулась, как колесо,

Ведь пират не знал другое ремесло.

Умел он только убивать,

Да в ночи детей пугать.

Страна, где много обезьян,

Не признаёт в судьбе изъян.

Каждый должен истину понять,

Страну нельзя на злато поменять.

Сейчас живёт мужик в лачуге,

Бананы принося своей супруге.

Позабыл свою он кличку Ураган

И теперь зовется просто Ян.

***

На землю ночь накинула вуаль

Петляя, дорога уводила вдаль,

Туда, где, кроме смерти, ничего.

На землю ночь накинула вуаль

И звёзды в небе разбросала далеко.

Тихо в уши ветер напевая,

Гнал по дороге в спину старика.

А тот словам его внимая,

Не ведал, что смерть уже близка.

Он шёл, чтоб встретиться с женой,

Ведь много лет не видел он её.

А смерть игралась с его судьбой,

Чтоб обратил вниманье на неё.

В ночи девицей ему явилась

И строя глазки, в дом позвала.

А утром старику призналась,

Что всю жизнь она его ждала.

Развесив уши, сказке он внимал,

Да строил планы, как молодой.

В любовь свою он веру потерял

И смерть назвал своей женой.

На землю ночь накинула вуаль,

Чтоб морок человека в ад завёл.

Дорога тихо убегала вдаль,

Но по ней уже никто не шёл.

***

Три могилки возле речки

Порой мне снится отчий дом,

Да речка щебетунья под горой.

Но много лет я не был в нём,

Потеряв дорогу в край родной.

Там, где родился и возрос,

Как на ограде дуб могучий.

Теперь я сединой зарос,

Да душою стал колючий.

Забыл, как напевала моя мать

И как отец ругался матом.

Забыл, как отправлялся воевать

И встретился там с братом.

Родной по-крови был он мне,

Но много лет жил на чужбине.

После пригласив меня к себе,

На вражьей подорвался мине.

Всего лишь день знакомы мы,

Хотя и были близнецами.

Не убежать нам от судьбы

И душу не раскрыть словами.

Живу теперь с его женой

И откликаюсь на имя брата.

Но снится отчий дом порой,

Где у крыльца стоит лопата.

Предав страну, я убежал

И скрылся в мыслях на чужбине.

Но край родной не забывал,

Он часто снится мне поныне.

Но через годы, наконец, понял,

Что дом родной всегда милее.

Зачем страну свою я поменял,

На скверы, парки и аллеи.

Порой мне снится отчий дом

И три могилки возле речки.

Хоть и давно забыл о нём,

Но в церкви зажигаю свечки.

Забудут люди про ту войну

И тех, кого разбросала по-чужбине.

Уже не встретить мне весну,

В чужой стране покоюсь я отныне.

***

Мне снятся чёрные кресты

Мне снятся чёрные кресты

И на погосте карканье вороны.

Зачем разводим мы мосты

И срубаем с головы короны.

Нам в жизни много не успеть,

Ведь каждому свой срок отмерен.

Не суждено нам гимны петь,

Хоть в судьбе своей ты и уверен.

Дорогу каждый выбирает сам,

Её нельзя нарисовать на карте.

И Бог здесь не поможет вам,

Не заикайся даже и о плате.

Мне сняться чёрные кресты

И карканье вороны на погосте.

Давно уж сожжены мосты

И я со смертью играю в кости.

***

Печальный образ Донкихота

В голове засел сюжёт романа,

Его прокручивал я по мелочам.

Но коньяк на донышке стакана,

Спать не давал мне по ночам.

Сутками корпел я над сюжетом

И книгу через месяц завершил.

Но не доволен был портретом,

Который на обложку поместил.

Хотел издать свою я книгу,

Но скромно отфутболили меня.

Забыв в издательство дорогу,

На пенсию купил себе коня.

Печальный образ Донкихота,

Мне никак покоя не давал.

К чертям заброшена работа,

Её я на свободу поменял.

Умчался в поле, как тот герой

И сразился со старым дубом.

Я так прощался со своей мечтой,

Да выбитым передним зубом.

***

Ногами разгребая грязь и пепел

Весной я в огороде посадил,

Картошку, помидоры, дыни.

А осенью про них забыл,

Они растут там и поныне.

Вы не подумайте друзья,

Что я ума совсем лишился.

Ведь призвали на войну меня

И с огородом я простился.

Вернуться было мне не суждено,

Как многим тем, кого призвали.

А в памяти осталось лишь одно,

Без ласки там овощи мои завяли.

Четыре года шёл я по земле,

Ногами разгребая грязь и пепел.

А где-то там, в родном селе,

В заросшем огороде гуляет ветер.

Братцы это не моя вина,

Что огородик мой загнулся.

Но вот закончилась война

И я опять в село вернулся.

Весной я в огороде посажу,

Картошку, дыни, помидоры.

А после внукам расскажу,

Какие красивые бывают горы.

***

Мобилизация на необъявленную войну

Мобилизуют вновь ребят,

На необъявленную нам войну.

А чужие власти лишь сопят,

Да набивают свою казну.

Нацисты вновь полезли из щелей,

Чтоб больше горя принести народу.

Они, как волки смотрят на людей,

Восхваляя свою мерзкую породу.

Никто не думал, что придёт,

То время, чтобы взять ружьё.

Но война бесследно не пройдёт,

Мы истребим проклятое жульё.

За честь и совесть бьёмся мы,

За мать и Родину свою.

Но, где оплата за мечты,

Её нам не сыскать в Раю.

Нацистам не позволим сеять зло,

Оно им бумерангом возвратиться.

Ведь в лодке если сломано весло,

На месте будете вы кружиться.

На необъявленную нам войну,

Мы со стены ружьё снимаем.

И как наши деды в ту весну,

Нацистов снова в ад вгоняем.

***

Старая сказка про Айболита

Уже покрылся город снегом,

Хотя на улице ещё тепло.

А я сутра занялся бегом,

Но мне друзья не повезло.

Тихо я с крыльца спустился,

Держась за поручни рукой.

И сразу в лужу провалился,

Ступив в неё одной ногой.

И не успев, открыть я рта,

Чтоб день тихонечко поздравить,

Как лужа расступилась та,

Чтобы в нокаут меня отправить.

Я в луже, словно не живой,

Сижу с закрытыми глазами.

И увидал свой дом родной,

С цветущими весной садами.

Когда открыл свои я глазки

И белый свет вновь увидал.

То очутился в старой сказке,

Да голос Айболита услыхал.

Одет он в белом был халате

И улыбаясь, на меня смотрел.

Ведь находился я в палате,

Где у окна больной храпел.

***

Ты на прощание сказал – прости

Сто раз, подумав и прикинув,

Что в этой жизни ждёт тебя.

В петлю ты голову засунул,

Мир решил избавить от себя.

В твоей жизни не было просвета,

Забыв про всё, ты много пил.

Как в конце пути не видно света,

Так и на счастье не хватило сил.

Ведь ты от Бога был поэтом,

Судьба тебя поцеловала в лоб.

Но голова покрылась пеплом,

А ночью в теле был озноб.

Тебя пытались, успокоить

И в рюмку больше не наливать.

И как-то жизнь твою устроить,

Но ты от всех пытался убежать.

Но от самого себя не скрыться,

Как в речку дважды не войти.

Ты в вине пытался утопиться

И в мыслях любовь свою найти.

Сто раз подумавши, прикинул,

Что дальше нет уж твоего пути.

На свою шею ты петлю накинул

И на прощание сказал – прости.

***

Одноглазый вор

В тёмном лесу у подножья гор,

Где редко ступала нога человека.

Там поселился одноглазый вор,

Его в народе прозвали «калека».

Нападая на купцов богатых,

Раздавал всё добро беднякам.

Но не трогал зверей усатых,

А кормил их всегда по утрам.

Славным малым он был когда-то,

Да хозяину честно служил.

Но закончилось его славное лето

И «калека» в тюрьму угодил.

Заступившись за юную леди,

Не дав, запятнать её честь.

Он насыпал хозяину меди

И заставил его это съесть.

Решетка, преграда, для слабых,

Ведь она не помеха бойцу.

Пусть тюрьмою пугают малых

И не учат, как жить мудрецу.

В тёмном лесу у подножья гор,

Где даже днём очень мало света.

Встретил любовь одноглазый вор,

Но продлилась она лишь до рассвета.

***

Не грусти, сынок, мы ведь вернёмся

Зачерпни сынок погуще,

Из котла похлёбки мне.

Чтобы жизнь казалась слаще

И рюкзак не прилепил к спине.

Что ты крутишь поварёшкой

И глядишь, как тот осёл.

Поработать дай мне ложкой,

Чтоб я носом не повёл.

Сахарку добавь мне в кружку,

Чтоб по венам заструилась кровь.

А то нагреет солнышко макушку,

Вот и вся будет у нас любовь.

Не грусти дружок, не хныкай,

Мы пока ещё живые.

Куски мяса ножиком потыкай,

Так быстрей дойдут родные.

Не скупись, клади мне кашу,

Да кусочек маслица положь.

Родину защищать иду я нашу,

Чтоб не зреть фашистских рож.

Не серчай сынок на батю,

Он тебя плохому не научит.

Ты потом расскажешь зятю,

Как бойцам готовил кушать.

Как мешал в кастрюле кашу,

Да слезами ты её солил.

Чтобы Родину мы не забыли нашу,

В неё силушку свою вложил.

Не грусти, мы ведь вернёмся,

Не успеет твоя каша и остыть.

Знаем, что ты нас дождёшься,

Чтобы вновь едой нас накормить.

Зачерпни сынок погуще,

Из котла похлёбки мне.

Чтобы жизнь казалась слаще

И рюкзак не прилипал к спине.

***

Вновь осень заглянула к нам в окно

Вновь осень заглянула к нам в окно

И мелкий дождик попросился в гости.

На улице вдруг, как-то, стало холодно

И ветер листья срывал от злости.

Последний листок с берёзы облетел,

Но не упал, а был подхвачен ветром.

На землю опуститься, так и не успел,

А плюхнул в лужу, что играла светом.

Как кораблик он забился по волнам,

Словно в морской пучине погибая.

Дождь не давал прижаться к берегам,

Со всех сторон листок стегая.

Наш кораблик был непотопляем,

Хотя, как сито стал уже давно.

За ним мы с грустью наблюдаем,

Когда ж листок пойдёт на дно.

Но земная жизнь не угасает,

Лишь в венах замирает кровь.

К зиме природа тихо засыпает,

Чтобы весной родиться вновь.

***

Слеза застыла на ресницах деда

Кружась, снежинки падая на землю,

Ложились, словно тополиный пух.

Они, вздыхая, распевали песню,

А им вторил Священный дух.

Покрылись белым одеялом города,

Уснули, сбросив листья, все деревья.

Такого цвета же у деда борода,

У которого вчера погибла вся семья.

Дети ушли, чтоб защитить страну

И головы свои в бою сложили.

Больше не встретят они весну

И не расскажут, куда ходили.

Печально из окошка смотрит дед,

Как ложась на землю, снежинки тают.

Он хочет в лужице, узнать ответ,

За что сынки отчизны погибают.

Но нет ответа у природы,

Она не в силах это объяснить.

Зачем воюют меж собой народы,

Когда всем дружно можно жить.

Пройдёт снежная суровая зима

И птицы в дом родной вернуться.

С земли исчезнет серая чума,

Но дети уже больше не проснутся.

Слеза застыла на ресницах деда

И эту горечь не смахнуть рукой.

В дом его весной пришла победа,

Но в душе не наступил покой.

***

Одинокий старец

В тумане скрылся человек,

Он затерялся где-то по дороге.

Он так шагал, какой уж век,

Не отдыхая на чужом пороге.

Слагал он песни и легенды,

Хотя легендой был и сам.

Со всеми праздновал победы,

Но был суров к своим врагам.

Куда, зачем он брёл по жизни,

Где берег был его родной?

Никто не вспомнит и отныне,

В каком краю был он чужой.

Его встречали: хлебом-солью,

Но прогоняли, не подав воды.

Он уходил на сердце с болью,

Ведь не хотел, для всех беды.

В тумане сером заблудился человек,

Никто о нём уже не вспомнит.

Дарил он счастье людям целый век,

Но печаль их души не тревожит.

Старец ушёл, и началась война,

И небо поменялось с землёй местами.

В огне сгорела Иудава осина

И ветер в поле заиграл костями.

***

Дискуссия у ворот

Вчера пошёл я в огород,

Глянуть, что там уродилось.

Но задержался у ворот,

Народу много там скопилось.

Я подошёл, тихонько, не дыша,

Чтобы узнать, о чём они толкуют.

Но так не понял, ни шиша,

Зачем во Франции бастуют.

Твердят они наперебой,

Что на войне ребята гибнут.

А я кручу лишь головой

И жду, когда ж они уйдут.

Дискуссию ведёт народ,

Что в этом мире происходит.

Но причём мой огород,

Сезон уборки ведь подходит.

Я так стоял, разинув рот,

Пока ума чуть не лишился.

Зачем пошёл в том огород,

Лучше б в речке утопился.

***

Всё в этой жизни поправимо

В Херсоне вновь гремят разрывы,

То тут, то там взрывается снаряд.

Какие у нацистов в голове мотивы,

Бьют когда из пушек всё подряд.

Вновь на мосту погибли люди,

Какой от этого нацистам прок.

Они давно погрязли в блуде,

Им лишь бы нажимать курок.

Что ждёт их там за поворотом,

Как встретят их на том конце?

Не искупить грехи им потом,

В огненном окажутся кольце.

Всё в этой жизни поправимо,

Нам Бог подарит ещё шанс.

Запомнить всем необходимо,

И точно соблюдать баланс.

***

Эпилог в моей жизни

Пью кофе и смотрю в окно,

А там снежинка в луже тает.

Мне вылить хочется вино,

Но воля это мне не позволяет.

Когда-то был я молодым,

Меня девчонки все любили.

Теперь я стал уже седым

И все меня вдруг позабыли.

Нет, не грущу, не плачу я,

Что жизнь стрелою пролетела.

Меня там ждут уже друзья,

Хоть ждать уже им надоело.

Налью себе в стакан вина

И наплюю на всех врачей.

Ведь жизнь у нас всего одна,

Зачем сутра ждать палачей.

Пью кофе и смотрю в окно,

А там снежинка в луже тает.

Теперь друзья мне все равно,

Ведь жизнь тихонько угасает.

Вот наступил мой эпилог

И я со всеми попрощался.

Закончил в жизни диалог

И в дальние края умчался.

***

Стучит синица мне в окно

Стучит синица мне в окно

И просит, пустить через порожек.

А мне подняться, не дано,

Давно своих не чувствую я ножек.

Зачем тогда пошёл я за водой,

Ведь душа из речки не напьётся.

Теперь калека хоть и молодой,

Но в груди сердечко ещё бьётся.

Со смертью захотел в игру сыграть

И время повернуть обратно.

Жизнь пытался у старухи отыграть,

Но оказалось всё напрасно.

Всего я этого ещё не понимал

И думал, что не Земле не лишний.

Но вернуть всё то, что потерял,

Не сможет даже и Всевышний.

Стучит синица мне в окно,

Она не знает о моей печали.

В душе ведь мёртвый я давно,

Хотя об этом все не знали.

***

Мне захотелось выпить чаю

Мне захотелось выпить чаю

И сходить в театр на балет.

Но дороги я туда не знаю,

Ведь мне уже 130 лет.

Давно забыл, когда родился

И что вчера не мыл лица.

Но помню, в церкви я крестился,

А после бухнулся с крыльца.

Власть менялась, как перчатки,

Не зная, как вести при ней.

То в поле собираю я початки,

То в небесах гоняю голубей.

Кино увидев на цветном экране,

Переживаю, о героях я подчас.

Но нет вина в моём стакане

И жить всего осталось только час.

Жизнь промчалась, словно ветер,

Её не повернуть уже назад.

Не пригодиться мне ведь веер,

Зачем он там, где вечный ад.

***

Последний бой с самим собой

Хотите вам на скрипке поскриплю,

Чтоб вы меня надолго не забывали.

Я вам, друзья, свои мелодии дарю,

Которые в ночи мне дверь открыли.

Чем старше становлюсь я и мудрей,

Тем разум мой, частично, умирает.

Давайте ж жить, как можно веселей,

Ведь нам музыка ничем не угрожает.

Я без очков не всех вас узнаю,

Лишь лица в памяти остались.

Друзья, я вам мелодию дарю,

Чтоб от меня вы не шугались.

Вступив в борьбу с самим собой,

Я проиграл, пощады не дождался.

И наконец, настал последний бой,

В котором с жизнью попрощался.

Хотите вам на скрипке поскриплю,

Да приглашу на свой концерт последний.

Всех очень вас, мои друзья, люблю

И верю, в аду со скрипкой буду первый.

***

Включил я Рен ТВ сейчас

Включил я Рен ТВ сейчас

И одурел, о чём толкуют.

Забыть хотел я всё на час,

Но ведущие мне не дают.

То Украина бомбой нам грозит,

То ковид опять проснулся где-то.

Меня, друзья, сомнения грызут,

Что мы и не живём как будто.

Опять пророчат нам конец,

Шаманы в бубен бьют нещадно.

И на землю спешит гонец,

Но это все, мои друзья, напрасно.

Чуму мы вместе победим,

Нам не страшны инопланетяне.

Хмельного кваса им дадим

И праздник устроим на поляне.

Включил я Рен ТВ сейчас,

Чтоб отдохнуть душой и сердцем.

Но в омут погрузился я на час,

Как поперхнулся горьким перцем.

***

Я помню, как ты сверлил глазами мою грудь

Я помню, милый, до сих пор,

Как ты сверлил глазами мою грудь.

Глядел в лицо ты мне в упор,

А видел то, что под моим бельём.

Дышал ты, словно дикий зверь,

Срывая взглядом мою одежду.

Мечтая о последствиях, но верь,

Тебе не одолеть меня такую.

Хоть в стонах, пред тобою я тону

И жажда, словно мы в пустыне.

Я косо, милый, на тебя смотрю,

Ведь мчимся мы в крутой машине.

Скрип тормозов, а после ласки

И вся одежда прочь на пол летит.

Мы очутились, словно в сказке

И нас никто теперь не разлучит.

***

Мелькал за окном осенний пейзаж

Мелькал за окном осенний пейзаж

И поезд мчался опять в пустоту.

В вагоне мы вместе поймали кураж

И плюнули разом на ту красоту.

Давай убежим мы в дальние дали,

Где буря бушует и свист в темноте.

Мы этого милая долго так ждали,

Зачем нам парить тогда в высоте.

Душа, как и прежде, желает простора,

А сердце в груди отбивает свой ритм.

Зачем друг от друга ждать нам укора,

Ведь мы ощущаем души биоритм.

Печаль унынье отбрось в сторонку,

Забудь тот сон и маргариток цвет.

Присядь же со мной ты на дорожку,

Я дам тебе на вопрос свой ответ.

***

Путь кукловода

Жизнь это вовсе не кино,

Её нельзя остановить вначале.

Не пейте забродившее вино,

В душе тогда появятся печали.

Друзья забылись, братьев имена,

Которые ты так пытался вспомнить.

От кукловода дум и рук страна,

Уже не в силах вновь воспрянуть.

Тернист и труден кукловода путь,

В котором ничего вмиг не осталось.

Душа в потёмках, на дороге жуть

И смерть к твоей груди прижалась.

Где разрослась в душе полынь,

Да боль и страх забрались в сердце.

Ты погубил напрасно жизнь,

Смерть тебя достанет и в колодце.

В ухмылке ты кривишь лицо

И супишь брови, как генсек.

Тебе не спрятаться в пальто,

Ведь на дворе уж 21ый век.

Поставив в церкви ты свечу,

Соседу страх свой не отправишь.

Тебе ведь власть не по плечу,

Страною ведь не сам ты правишь.

Смерть не приходит ведь одна,

Ей нужен страх и всё такое.

Народ воспрянет скоро ото сна

И скинет с плеч ярмо чужое.

Жизнь это не совсем кино,

В ней всё кончается не так.

В стакане недопитое вино,

А на душе опять бардак.

Платиной кровь-реку не закрыть

И жизнь не выкупить за злато.

В аду ты будешь долго гнить,

Да вспоминать родного брата.

***

Замок в облаках

Вот жизнь промчалась незаметно,

Годы текли в ней, как река.

Осталось день прожить успешно

И душа умчится в облака.

Там, среди равнин цветущих,

Где каждый счастлив и богат,

В замке встречу я великих,

Которым буду непременно рад.

Введут они меня в покои,

Где царит вселенский Рай.

У них свои ведь там устои,

Живи, да рта не открывай.

Но если грешен ты по-жизни,

То не мечтай о том пути.

В аду ты будешь гнить отныне

И никто не сможет тебя спасти.

Остался миг до моего финала,

А в сердце горечь и печаль.

И дверь от Райского портала,

Всё уплывает дальше вдаль.

Я вспомнил все грехи за час,

Но было поздно ведь уже.

Их не исправить все зараз,

Как душу вырастить в меже.

Ушла в небытиё мечта

И растворились в небе облака.

В душе засела пустота,

А смерть совсем уже близка.

***

Стих ни о чём

Лишь карандаш в моей руке,

Да лист бумаги на столе.

А мысли, словно по реке,

Текут спокойно в голове.

Красивые слова я вывожу,

Но смысла, что-то не пойму.

Словно ступил не в ту межу

И всё, как должное приму.

Свой стих закончил, наконец,

О том, что вижу за стеклом.

А там, на ветке сидит скворец

И думает, он что-то о своём.

***

Разгневанный петух

На дворе разгневанный петух,

Со злобой смотрит на куриц.

От драки глаз его припух,

Не ждал сутра такой гостинец.

Лишь только солнышко взошло,

Как он поднял свой гребешок.

Но в курятник чудо вдруг зашло

И куры сразу обратились в шок.

Но наш петух героем слыл

И никому не уступал дорог.

Грудью курочек он закрыл

И наглеца выгнал за порог.

Бой длился несколько минут,

Кругом летали перья там.

Теперь к ним гости не идут,

А то получат снова по зубам.

Под забором сломанный лопух,

Да в хвосте застрял репей.

На дворе взъерошенный петух,

Он гордо смотрит на детей.

***

Поэт не может жить без музы

Когда совсем нет мыслей в голове,

Там, словно, чистый лист бумаги.

Я гусиное перо оставлю на столе

И займусь хозяйскими делами.

Музу чтоб свою не напугать,

Когда нагрянет она нежданно.

С женой не лягу я в кровать,

А займусь починкой фортепьяно.

Из дома выйду я во двор,

Да взгляну в ночное небо.

Буду ждать свой приговор,

Как голодный кусок хлеба.

Расскажут звёзды свою судьбу,

Когда и как на свет родились.

И я представлю всю их борьбу,

Ведь они не просто так явились.

Когда совсем нет мыслей в голове

И на бумагу не ложится стих.

Значит, жизнь закончилась в тебе

И сердца ритм совсем затих.

Поэт не может жить без музы,

Она, как путеводная его звезда.

У природы тоже есть капризы

И погасить их можно не всегда.

***

Твой образ в сердце я храню

Ну, вот настал тот день и час,

Когда в людской толпе увидел вас.

Ты шла, не замечая никого,

Держа свой путь куда-то далеко.

В моих глазах блестел огонь

И я застыл, как серый конь.

К тебе боялся сразу подойти,

Чтобы не сбить тебя с пути.

Прошла ты мимо, словно тень,

Остановить тебя мне было лень.

Я сделал шаг куда-то в пустоту

И взмыл в сердцах в синь-высоту.

Твой синий взгляд напомнил мне,

Что я живу лишь только на земле.

Здесь не найти мне Райских врат,

Где повстречается пропавший брат.

Когда очнулся, вдруг понял,

Что судьбу вновь потерял.

Среди толпы я стал тебя искать,

Чтоб грусть в душе своей унять.

Заламывая руки и молчать,

Я остался, в тишине стоять.

А ты пропала, как мираж,

Другого взяв на абордаж.

Промчались незаметно мои годы,

Словно заросшие травою огороды.

Твой образ в сердце я храню

И в мыслях в облаках парю.

***

Край, где вечно балом правит Май

Простой совет хочу вам дать,

Лицом не нужно, в салате спать.

В душе тогда появится сквозняк

И ваша жизнь пойдёт наперекосяк.

Запомнить должен человек,

Что людской короткий век.

Ты должен счастье заслужить,

Тогда в почёте будешь жить.

Если будешь ты грешить,

Да чёрту душу ворошить.

Тебя не пустят в Райский сад,

А прямиком отправят в ад.

Но если ты душою чист,

Как в тетради белый лист.

Любовь вернётся вновь к тебе

И заиграет ангел на трубе.

Кошмарный сон умчится в пустоту,

Туда, где не сыскать нам красоту.

В мечтах отправимся мы в край,

Где вечно балом правит Май.

***

Пришло время замаливать грехи

Пришло время замаливать грехи,

Чтоб грудь не раздалась вширь.

Забросил я писать свои стихи

И тихо удалился в монастырь.

Проснувшись утром, творю молитву,

Чтоб из души прогнать печаль.

А чтобы на обед искушать тыкву,

Из библии я познаю мораль.

Остались в памяти лишь вышки,

Те, что лицезрел я на войне.

Забылся запах спелой вишни,

Да скачки на гнедом коне.

Мечта разбилась, как стеклянный шар

И скрылась где-то в облаках.

А в сердце разгорелся вновь пожар,

И сон приснился мне в стихах.

Жизнь улетает, словно в никуда,

Туда, где нету временных границ.

Но будем помнить мы всегда,

Ушедшие слова из вырванных страниц.

Конец восьмого сборника