Kitobni o'qish: «Архипелаг надежды»

1. Средство или добродетель?

А почему бы не навестить Лану? Давно с планеты тавров не было известий, но, по правде говоря, у меня другая цель – хочу убедиться в том, что эта ветвь человечества развивается нормально, без кровопролитных войн. Впрочем, есть ещё одна причина – крайне важно знать, что произойдёт с таврами в двадцать третьем веке. Зачем? Так ведь, если мне не удастся предотвратить катастрофу на Земле, тогда вся надежда на них! Можно даже помечтать о возрождении цивилизации после устранения последствий катастрофы и переселения на Землю части тавров. Ну что ж, пока дышу – надеюсь! Так, кажется, говорил Цицерон.

Однако для того, чтобы сбылась мечта, нужно приложить немало сил. Какие только «чудодейственные» средства не использовали люди, чтобы привлечь удачу! Древние греки символом надежды считали боярышник, они несли его ветви в свадебных процессиях и использовали их для украшения алтаря Гименея. Богословы утверждали, что именно боярышник был основой тернового венца Иисуса, поэтому в среде французского крестьянства бытовало суеверие, что майское дерево издает стоны и крики в Страстную пятницу. В древнешотландском фольклоре боярышник обозначал вход в потусторонний мир и ассоциировался с феями, ну а сербы были уверены в том, что боярышник необходим для убийства вампиров.

Судя по всему, боярышник не всегда оправдывал своего предназначения. В раннехристианском искусстве символом надежды был якорь. Его изображение можно встретить в катакомбном искусстве, а также на монетах. Источником для возникновения такого образа было Послание Апостола Павла к евреям:

«Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность своей воли, употребил в посредство клятву, дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твёрдое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду, которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий».

Весьма замысловато изъяснялся апостол, однако предельно ясно, что он не навязывал никому якорь в качестве символа – всего-навсего использовал его однажды как метафору. Вот поэтому вся надежда только на боярышник!

По мнению психологов, надежда появляется, если удаётся понять причину неудач. На самом деле, нужно ещё найти способ улучшения сложившейся ситуации, а иначе только тоска и больше ничего. Следует и то иметь в виду, что надежда – это столь же эфемерное, ускользающее понятие, как и цель. По мере приближения человека к цели она теряет своё значение некоего ориентира, а затем и вовсе исчезает за ненадобностью – цель достигнута, а это означает, что цели больше нет, до тех, пока не появится другая. Примерно то же происходит и с надеждой – если нашёл способ гарантированного достижения цели, тогда на смену надежде должна прийти уверенность.

Но в жизни всё куда сложнее, чем в отвлечённых философских рассуждениях – полной уверенности в позитивном результате не может быть, даже когда подносишь бутерброд с паюсной икрой ко рту, предвкушая приятные ощущения. Влетит в окно оголодавший воробей, и от неожиданности можно выронить бутерброд, или у соседей сверху начнутся буйные пляски по случаю Дня работника пищевой промышленности. Тут уж не до вкусной еды!

Видимо, поэтому надежда считается одной из трёх главных христианских добродетелей. Это вторая ступень лестницы духовного роста в христианстве, «лестницы апостола Петра», по которой восходят к Богу, а первой ступенью является вера. Неудивительно, что Вера, Надежда и Любовь стараниями богословов стали реальными людьми, а заодно появилась мать их Софья, ну как же без неё? Согласно преданию, дети воспитывались матерью в христианском благочестии, но, когда император Адриан узнал об этом, он попытался совратить их с христианского пути и заставить поклониться богине Диане. Невзирая на угрозы, дети Софьи продолжали исповедовать свою веру до тех пор, пока не были замучены до смерти.

Вот так и я. Верю в то, что человек – это венец творения. А потому что, несмотря на сомнения философов и категорический протест защитников окружающей среды, существа более совершенного в природе нет. Только в больной голове может возникнуть мысль, будто венцом творения является медуза Turritopsis dohrnii – она способна возвращаться в начальную фазу полипа после достижения зрелости и по этой причине считается бессмертной. Впрочем, человеку не дано в этом убедиться, даже мне.

Куда важнее то, что написал Джордж Оруэлл в эпиграфе к роману «Да здравствует фикус!»: «А теперь пребывают сии три: вера, надежда, деньги. Но деньги из них больше». В такой ситуации вера не спасёт, а надежда может быть лишь средством самоуспокоения, основанном на ложных предпосылках.

Столь же актуальна в наше время и крылатая фраза «открыть ящик Пандоры». В древнегреческой мифологии это имя присвоено первой женщине среди людей. До появления Пандоры человечество состояло исключительно из мужчин, а женщины обитали только на Олимпе, в статусе богинь, управляющих людьми. Случилось так, что Прометею было поручено распределить способности к жизни на Земле между людьми, а его брату Эпиметею между животными, причём и те, и другие уже были созданы богами. Но Эпиметей израсходовал весь запас способностей на животных, и в результате люди остались беззащитными. Тогда Прометей, предвидя беды, которые обрушатся на человечество, похитил огонь с Олимпа и передал его людям – с тех пор у них появилась надежда противостоять враждебной окружающей среде.

Вполне логично, что Зевс наказал Прометея за непослушание, а заодно досталось людям – согласно воле Зевса, на Земле появилась Пандора, первая женщина, помимо уже существовавших мужчин. Эта самая Пандора соблазнила Эпиметея и стала его женой. А в доме был ларец, полученный Эпиметеем от Зевса – его ни в коем нельзя открывать, поскольку тогда человечество ждут неисчислимые беды. Поддавшись любопытству, Пандора открыла ларец, и все эти беды вырвались наружу. Когда же Пандора захлопнула крышку, на дне ларца осталась лишь надежда как символ того, что люди лишены даже надежды на лучшую жизнь...

Вот не могу поверить, что во всех наших бедах виновата женщина! Ведь от дочери Пандоры пошли новые поколения людей, в том числе и женщин. Что бы мы делали без них? Тогда надеяться на выживание было бы бессмысленно. Скорее уж нужно обвинить в наших несчастьях Зевса. Или Создателя, что гораздо ближе к истине.