Kitobni o'qish: «День памяти, или Ад победил»
Дети сидели в классе и ждали урока, занимаясь своими делами. Саймон, у которого были прямые светлые волосы, составлял меню того, что приготовить с родителями на предстоящий праздник «День памяти», на который всегда готовили любимые блюда умерших родных. Ингрид в накидке из искусственного меха светло-коричневого цвета, сидела на стуле, который чем-то напоминал трон. Она всегда представляла себя принцессой, хоть и была из обычной семьи. Сидя на нём, она раздумывала, во что бы ей нарядиться на предстоящий праздник. Голубоглазая София в пышном светло-сиреневом платье на белой бумаге цветными карандашами рисовала своих одноклассников. Все получились цветными, но, раскрашивая Майкла, она использовала много чёрного карандаша. И теперь, по сравнению с Саймоном – моряком, принцессой Ингрид и кондитером – Софией, Майкл очень напоминал какого-то злого персонажа в своей тёмной одежде. София, посмотрев на результат, смяла листок и выкинула его.
– Опять не получилось, – тихо сказала она, – Майкл опять слишком выделяется.
В этот момент дверь в класс закрылась, что означало начало урока. Из золотой пыльцы прямо у самой доски возникла невысокого роста учительница. Её голубые глаза, обрамлённые чёрной оправой очков, искрились задором. А светлая одежда сияла от остатков золотой пыльцы.
– Здравствуйте, мисс Риччи! – хором поздоровались дети.
– Здравствуйте, дети, – поздоровалась мисс Риччи. – Раз уж вы здесь, то садитесь, или стойте. Как хотите.
Детей улыбнула такая шутка. Мисс Риччи любила немного пошутить, дабы обстановка в классе всегда была непринуждённой и весёлой.
– Ну что, – сказала она, – какие планы на День памяти?
Дети по очереди рассказали про их планы на праздник. Только Майкл этого не сделал, так как его не было в классе. Это было странно с его стороны, ведь, как и многие дети, он любил свою учительницу и не пропускал ни одного её урока. Проспать он не мог, ведь уроки начинались не с раннего утра.
– Неужели прогуливает? – подумала София. – Но почему?
Тут, в дверь кто-то постучал. В классе повисла тишина.
– Откроешь? – попросила мисс Риччи Софию.
Девочка последовала просьбе учительницы. На пороге стоял темноволосый Майкл. В руке он держал книгу по астрономии. Тёмная обложка учебника терялась на фоне такой же тёмной одежды мальчика. София широко улыбнулась и крепко обняла своего одноклассника.
– Круасанчик, – обрадовалась София, – ты пришёл!
Майклу не понравилось, что София снова не назвала его по имени, но он всегда был готов простить ей это.
– Заходи, – также радостно сказала София, – не то всё пропустишь.
Она потянула его за собой в класс и дверь за мальчиком закрылась.
– Раз уж все на месте, – с улыбкой сказала Мисс Риччи, – то я повторю тему прошлого урока. Планета Земля – это мир, где есть вода и суша, причём вода занимает большую её часть. Там существуют четыре времени года, которые всегда идут по порядку: весна, лето, осень и зима. У нас скоро «День памяти». На Земле в это время отмечают праздник «Хэллоуин». Происходит это осенью.
Вместо двери в коридор появились красивые ворота с нарисованной звездой. Детей очень обрадовало, что они сами прочувствуют и увидят этот праздник. Учительница открыла дверь, и ученики перешли в другой мир.
Они оказались на тёмной улице, освещённой жёлтыми лампочками и пугающими фонарями – тыквами. По улице ходили люди в костюмах монстров, в руках они держали корзинки с такими же рожицами, как и у тыкв. Всё это нагоняло атмосферу каких-то фильмов ужасов, которых четвёрка никогда не смотрела, и даже не знала про них.
– Это Хэллоуин, это Хэллоуин, – запел подросток в костюме пугала, – тыквы пляшут меж руин.
Майкла осенило. В слове Хэллоуин запрятано два слова. Hell и win. Теперь ему стало ясно, почему у этого праздника название именно Хэллоуин. Тем временем люди стали обращать на них внимание, ведь на пришедших не было костюмов.
– Пошли отсюда, – шёпотом, сказала Ингрид, – я не хочу здесь быть.
Остальные согласились с её словами и собрались уходить. Но в этот момент появился мальчик в костюме сатаны.
– Сладость или гадость! – закричал он.
Дети непонимающе посмотрели на него.
– Что? – не понял Саймон.
– Или сладость! – ещё громче закричал мальчик.
– Не поняла, – сказала Ингрид, – ты хочешь сладкого? Или гадкого?
– Если вы не дадите сладкого, то я вам сделаю гадость, – уже раздражённо сказал мальчик.
– Почему? – спросил Майкл.
– Не знаю, – ответил мальчик, – так принято.
– Прости, – сказала София, – у нас нет ничего сладкого.
– Тогда, – ответил мальчик, – я сделаю вам гадость!
– Получается, – сказал Майкл, – ты нас шантажируешь?
Глаза мальчика вдруг стали большими, а щёки загорелись от стыда. Никогда до этого момента, он не осознавал, что делает что-то плохое.
– Ну д..да, – опустив голову, неуверенно ответил мальчик.
– А это законно? – вновь спросил Майкл.
Мальчику стало ещё больше стыдно из-за того, что он натворил. Теперь он очень хотел загладить свою вину перед ними. Но что такого можно предложить? Ах да, магазин сладостей. Можно пойти туда, купить немного сладостей и познакомиться.
– А давайте, – предложил мальчик, – я вместо гадости, отведу вас в магазин сладостей! Это будет компенсацией за… ну… моё поведение. Согласны?
Детям эта идея понравилась. Конечно, они не знали, что это за место такое и радовались, что сейчас узнают. Зашагав вслед за мальчиком, вскоре друзья увидели покрашенное в оранжевый цвет здание с большими окнами. Оно было увешано фонарями-тыквами, ненастоящими пауками и паутиной. А над дверью была прикреплена ведьма на метле. Всё это вызывало чувство опасности у детей.
– Что-то мне не нравится здесь, – тихо произнесла София.
Новый знакомый услышал её слова, и сказал, что это всё не настоящее.
– Не бойтесь! Это же всё для того, чтобы было жутко и страшно! Но все знают, что всё искусственное.
– А зачем??? – чуть не плача воскликнула София. – Ну не понимаю! Зачем вызывать такие ужасные чувства??? Чтобы что???
Тут мальчик опять задумался.
– Не знаю…, -тихо проговорил он, – правда, я не задумывался об этом.
Майкл взял Софию за руку и прошептал ей в ухо:
– Не бойся. Если что, я тебя в обиду не дам.
– Послушай, – сказал Майкл мальчику, – я слышал, что в других мирах существуют разные страшные существа. Может, они вам нравятся и, одеваясь в них, вы призываете их сюда?
– Да нет же! – воскликнул новый знакомый. – Я сам не знаю, зачем надел этот костюм сатаны. Вообще, вы какие-то странные. Пойдём уже!
Открыв дверь, они задели колокольчик, и его язычок несколько раз звонко ударился о стенки колокольчика. Как только дети вошли, дверь за ними закрылась с таким же звоном.
Внутри было светло и довольно просторно. Прилавок с кассой и кассиром были у самого входа. В глубине вдоль окон стояли столики со стульями. А на многочисленных полках стояли разные хэллоуинские сладости в виде монстров или персонажей из мультфильмов, пальцы, руки, глаза, пауки, тыквы и много чего другого.
Один из персонажей очень понравился Майклу. И хоть он был персонажем из страшного фильма, было в нём что-то доброе. Будто где-то в нём было то самое, хорошее, просто никто, даже он сам, не знал об этом. Тем временем дети не очень хотели брать сладости, ведь они были в виде зомби, других страшилищ или вообще частей тела.
– Да не бойтесь, это просто конфеты, – сказал мальчик, видя это.
Одноклассники посмотрели друг друга. Они знали, что обычно под этими персонажами прячутся далеко не дружелюбные существа.
– Тогда просто берите первые попавшиеся, – вновь сказал мальчик, желая как-то решить эту ситуацию.
Дети, не глядя, выбрали первые попавшиеся сладости. В руках Саймона была кружечка с жидким шоколадом. У Ингрид – глаз с венами, у Софии – пачка тонких мармеладных червяков с черными полосками, а Майкл держал того самого персонажа, который его сразу привлёк. Все сладости они отдали своему новому знакомому.
– Спасибо, – поблагодарил мальчик, – я сейчас приду.
Он направился к кассе, а гости остались его ждать. Пока София, Ингрид и Саймон рассматривали более безобидные сладости, Майкл подслушал разговор мальчика с кассиром.
– Кто это? Твои новые друзья?
– Нет, я впервые их вижу, но больше Хэллоуин праздновать не собираюсь.
– С чего вдруг? Обычно ты очень ждал этого праздника.
– Они дали мне посмотреть на него под другим углом, и я многое понял.
Кассир посмотрел на этих незнакомцев и легко засмеялся.
– Как будто с другого мира прибыли, уж очень необычны их наряды. Хотя, что-то в них есть. Не знаю что, но мне это нравиться.
Майкл улыбнулся, чем выдал себя, однако кассир не заметил этого. Мальчик заплатил за угощения, вернулся к гостям и раздал всем их сладости. Вся компания расселась за одним из столиков у открытого окна.
– За знакомство, – сказал новый знакомый и начал есть одну из конфет, которые были в его тыкве-корзине.
Дети через силу последовали его примеру, но девочки так и не смогли попробовать свои сладости. А вот Майкла внешний вид конфет нисколько не смущал. Увидев, что его одноклассницы не могут есть свои конфеты, он решил помочь. Майкл взял одного червяка у Софии, оторвал ему голову и скрепил концы вместе. Получилось цветное колечко с чёрной линией. София восхищённо посмотрела на Майкла:
– Вот это да! Так вообще не страшно и не противно.
Потом Майкл взял глаз у Ингрид и окунул его в кружечку с шоколадом, которая была у Саймона. Получился шоколадный шарик с зефиром внутри.
– Майкл, – воскликнула Ингрид, – какой же ты молодец!
Теперь девочки с удовольствием ели свои сладости. Оказалось, что все эти «противности» были очень даже вкусными.
Вдруг колокольчик над дверью снова зазвенел. Дети посмотрели на дверь и увидели трёх входящих мальчишек, один из которых был в костюме вампира. Они разговаривали о чём-то своём, не замечая других.
– Я бы так никогда не оделся на День памяти, – случайно вырвалось у Саймона.
– День памяти? – удивился мальчик. – А что это?
Саймон и Ингрид начали рассказывать, что такое День памяти и как его празднуют.
Это спокойный семейный праздник. Сначала все дают себе поспать, а когда встают, то наряжаются в самую красивую одежду. Потом они достают заранее приготовленные любимые блюда своих предков, или готовят их. Сидя за праздничным столом все смотрят фотоальбомы или видео, которые когда-то давно записали предки свои потомкам. Все вспоминают истории, связанные с ушедшими родственниками или рассказанные ими.
После всего услышанного мальчик больше не хотел праздновать Хэллоуин. Уж лучше с семьёй посмотреть старые фотографии и повспоминать советы прабабушек, чем смотреть страшные фильмы, одеваться в нечисть и приставать к прохожим.
– Н-да, – согласился он, – уж лучше День памяти, чем Хэллоуин.
Тем временем, до них случайно долетели слова трёх мальчишек. Эти слова были о том, как при помощи суперспособностей они бы вселяли в сердца людей страх и сразились бы с теми, кто несёт добро.
– Не обращайте на них внимания, – сказал мальчик. – У них бы всё равно ничего не вышло.
Но Майкл не мог вытерпеть такие оскорбления. Он заметил, что эти дети стояли у открытого окна, а у окна было дерево, где сидели вороны.
Неожиданно вороны, будто по чьему-то повелению, резко взлетели и полетели на этих мальчиков. Они летали прямо над их головами, противно каркая.
– Пошли прочь, гадкие птицы! – кричали мальчики.
Но Майкл не обращал на это внимания. Он продолжал наслаждаться этой сценой со злобной улыбкой. Со стороны он был похож на того самого злого персонажа с рисунка Софии.
– Майкл! – воскликнула София, чтобы тот прекратил на это смотреть.
– А? – откликнулся Майкл и повернул голову к ней.
В тот же момент, когда он повернул голову, вороны прекратили доставать ребят и полетели обратно на дерево.
– Что это на них нашло? – услышали одноклассники из уст одного из мальчиков.
Майкл, к удивлению одноклассников, вышел на улицу и остановился у того самого дерева с воронами. Вороны же смотрели на него и будто чего-то ждали. Майкл мысленно пытался спросить их, зачем они это сделали. Но вороны ему ничего не ответили. Они не понимали человеческий язык и не умели на нём говорить.
– Что сказали? – спросил мальчик.
Майкл дёрнулся. Он не ожидал, что кто-то из его компании выйдет за ним на улицу.
– Ничего! – ответил Майкл. – И на что я надеялся?
Ту т подошла вся компания.
– Слушайте, – сказала Ингрид, – может, мы пойдём в какое-нибудь другое место? Не то здесь делать особо нечего.
Все согласились. Выйдя на улицу, они увидели, что дети и подростки маленькими компаниями ходили по улице, о чём-то разговаривали, смеялись и пели песни с праздничной тематикой. В этих словах не было ни капли добра или позитива.
Наши гости поняли, что здесь не было места для добра. Все наряжались в монстров и восхваляли зло. Они пели песни с пугающим смыслом и не видели в этом ничего такого. Друзьям хотелось убежать подальше от этого проклятого мира. Его уже ничего не спасёт, потому что все люди в этом участвовали и соглашались, что для них это нормально. Здесь реально победил ад.
Первым не выдержал Майкл. Он побежал прочь от этой толпы, не желая больше находиться в этом месте.
– Ладно, ещё удивимся, – сказал убегающему Майклу его новый знакомый.
Одноклассники же, побежавшие вслед за Майклом, с ним даже не попрощались. И мальчик остался стоять один, провожая своих новых знакомых взглядом.
Майкл бежал, не зная куда. В какой-то момент он случайно ударился лбом об дерево и остановился. Одноклассники, тяжело дыша, остановились рядом. Они оглянулись и поняли, что прибежали в какой-то парк. Вдруг они услышали, как Майкл, закрыв лицо руками, плакал от невозможности помочь этому миру. София понимающе обняла его. Майкл же обнял её в ответ и из его глаз ещё сильнее полились горячие слёзы.
– Это.., – в шоке от происходящего, сказала Ингрид, – это просто какой-то кошмар. Куда мы попали?
– Надо было сразу уходить, – сказал ей Саймон, – когда те трое мальчишек только пришли. Но вроде сейчас никого нет, и мы можем вернуться.
Он и Ингрид силой мысли призвали к себе дверь со звездой. Буквально через несколько секунд она возникла прямо перед ними, приглашая зайти внутрь.
– Пойдём домой, – сказала София Майклу.
Пройдя через дверь, дети вновь оказались в классе. Им стало намного легче, ведь в их мире не существовало зла. Майклу, осознавшему этот факт, стало чуть легче.
– Что случилось? – спросила Мисс Риччи, видя далеко не радостные лица учеников.
– Это было ужасно! – затараторила Ингрид. – Монстры, страшилища, пауки с паутиной, ведьмы! Да, ещё части тела! Правда, если не брать в расчёт внешний вид, то они очень даже вкусные.
– Подтверждаю, – сказал Саймон, – ничего хорошего там нет. И название праздника полностью соответствует – «Ад победил».
– Мисс Риччи, – спросила София, – ну разве так можно? Вокруг обман, страх, зло и ещё и шантаж!
– А с чего вы взяли, что так нельзя праздновать? – вопросом на вопрос ответила учительница. – Никто же их не заставляет. Они сами этого хотят. И то, что вы другие, не даёт вам право осуждать этих людей. Каждый имеет право на своё мнение и поведение, если не нарушает волю других людей. Конечно, другое дело – осознанно это или нет. К тому же этот праздник – всего лишь один день в году.
– Я понял, нельзя насаждать своё мнение, – грустно произнёс Майкл, стоя рядом с Софией. Она с момента прибытия держала друга за руку, чтобы поддержать его.
– Почему же ты такой грустный? – спросила мисс Риччи.
– Мне грустно, что те люди так живут. Мне хотелось бы, чтобы они испытывали радость, счастье, были добрыми. Жаль, что им нельзя в этом помочь.
– А кто сказал, что вы не помогли? – с хитрой улыбкой спросила учительница.
Все четверо вытаращили глаза и застыли в недоумении, не в состоянии выговорить ни слова. Мисс Риччи рассмеялась.
– Помните того мальчика? А ведь он всё понял. И больше не будет праздновать этот праздник. Вы заронили зерно. Он может рассказать ещё кому-то, а тот ещё кому-то. И так все смогут понять. Если захотят. Так что вы дали тому миру шанс.
Дети радостно загалдели. Вдруг София опустила голову и покраснела. Майкл сразу это заметил.
– Что случилось? – спросил он.
– Мы же даже имени того мальчика не спросили. Мне очень стыдно. А ведь он может изменить свой мир.
– Но вы же всё равно будете его помнить? – сказала мисс Риччи. – Да и он вас, я думаю, не забудет. Вот у меня был случай… – и учительница начала рассказывать смешные истории из своей жизни.
Под конец ученики громко смеялись. Да так, что их было слышно даже в коридоре.
После урока дети с нетерпением отправились по домам помогать родителям с завтрашним праздником. После всего увиденного в другом мире, их собственный праздник казался им ещё лучше и добрее, чем раньше.
На следующий день никто никуда не торопился. Все спали столько, сколько хотели. Потом нарядно одевались и отправлялись встречаться со своей семьёй. У кого-то она была большая, и им приходилось ставить несколько столов рядом, чтобы все поместились. А у кого-то семья была маленькой, и они оставались у себя дома. Люди готовили любимые блюда своих ушедших родственников, передавая их рецепты более молодому поколению. После праздничного обеда многие принимались разглядывать фотографии с родными и рассказывать их истории. А другие пересматривали видеозаписи со своими родственниками. Этот праздник помогал всем-всем помнить все их поколения и знать всю историю своей семьи. Люди получали от праздника массу удовольствия, ведь вспоминали они своих предков с улыбкой, смехом и любовью.
В семье Майкла всё было немного по-другому. Его родители прибыли с другой планеты, где их отношения с родственниками были не очень хорошими. Не смотря на это, мама и папа всё равно рассказывали про своих родителей, бабушек и дедушек, а сын внимательно слушал и впитывал абсолютно всё.
