Kitobni o'qish: «Мама по контракту»

Глава 1

Неудача преследовала меня за неудачей. Сначала меня с треском выгнали из института, потом я лишилась комнаты в общежитии, а теперь вот и работы. Изо всех сил я цеплялась за жизнь в городе, готова зубами была рвать, но судьба, как будто издеваясь, раз за разом опрокидывала на меня ушат ледяной воды. Я закончила школу с отличием, и, хотя готовилась к ЕГЭ сама, поступила на бюджет в лучший ВУЗ на экономический факультет. Даже выбила себе место в общаге, практически с боем!

Вот только одна мама меня никак не могла потянуть, поэтому сразу я устроилась на работу в Макдональдс. В свободное время старалась взять как можно больше подработок – то раздавала листовки, то работала зазывалой в неподъемной ростовой кукле, то брала дополнительные смены. Хваталась за любую возможность, потому что денег катастрофически не хватало, даже несмотря на то, что за комнатушку в общежитии я платила почти копейки.

Обиднее всего, что деньги я не тратила на всякие кафешки и прогулки, наоборот, ужималась во всем, в чем только могла. Учеба влетала в копеечку – сначала понадобился ноутбук для подготовки презентаций и проектов, но тут еще ладно, я нашла и купила недорогой с рук. Но преподаватели постоянно требовали покупать все новые методички, учебники, на одни только распечатки докладов уходили сумасшедшие по моим меркам деньги.

Не помню, когда последний раз я высыпалась. Утром бежала на метро, чтобы успеть к первой паре, сразу после занятий мчалась на работу, а вечером еще без малого два часа занимала дорога. В общагу я добиралась почти без сил. Пыталась что-то откладывать, посылала немного денег маме. Знала, как ей сложно. Помимо меня у нее еще двое детей – сорванец Илья девяти лет и пятилетняя Валечка. После того, как умерла бабушка, жизнь стала куда тяжелее. Зарплаты сельской учительницы маме едва хватало. Поэтому лишнюю копеечку отправляла им.

Неудивительно, что первую же сессию я завалила. Хоть и зубрила билеты каждую свободную секунду, все равно не сдала три предмета. Но тогда я собралась и все пересдала, а вот вторая сессия стала для меня последней… И сейчас я стояла на остановке в ожидании автобуса, и горько плакала, размазывая слезы по лицу. От несправедливости хотелось просто выть, но что я уже могла сделать?

Сначала доеду до конечной, там подожду электричку – и привет, родной поселок. Кончилось мое житье в Москве. Не знаю, что я, Соня Синицына, скажу маме, как посмотрю ей в глаза. Да, не прогуливала учебу просто так, работала, но все равно стыдно. До жути стыдно перед ней… Она ведь надеялась на меня, а теперь? Теперь я с позором возвращаюсь домой.

Хорошо, что хоть на остановке оказалось пустынно, и я ревела, не боясь, что меня кто-то увидит и бросится утешать. И так на душе было тошно…

- Девка! Ты! Сюда иди! – послышалось за спиной хриплый голос. – Ты глухая что ли? Обернись!

Комок слез моментально застрял в горле. Я так торопливо вытираю соленые дорожки, словно меня за преступлением как минимум застали. Верчу головой, но абсолютно никого рядом нет. Только в отдалении люди стоят, а голос слышался совсем рядом.

- Назад посмотри. Да быстрее! - зло прорычали сзади.

От угрожающих ноток сердце ушло в пятки. Быстро разворачиваюсь. В руках у меня упакованная под завязку вещами сумка, так что в любую секунду я готова треснуть обидчика, если он нападет и сбежать. Но позади никого не оказалось. Шагах в трех от меня была обычная многоэтажка, но рядом с ней людей не было видно.

- Я здесь, - явно теряя терпение, пробасили сверху.

Поднимаю глаза и сталкиваюсь взглядом с мужчиной. Окна первого этажа располагаются непривычно высоко, поэтому приходится задрать голову, чтобы рассмотреть его. Какой-то весь перепачканный, всклокоченный…

- Это вы мне? – переспрашиваю я удивленно и тут же испуганно прижимаю ладонь ко рту, когда понимаю, что мужчина вовсе не испачкан в грязи, как показалось сначала. Его лицо и одежда практически полностью залиты кровью!

- Тебе, - сквозь зубы шипит он, - сюда подойди.

- Я сейчас скорую вызову, - обещаю я, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота и меня начинает трясти. Только бы в обморок не грохнуться, ему же помощь нужна!

- Не надо, - с его губ срывается болезненный стон, но он тут же берет себя в руки и говорит твердо, - Времени мало. Руки выстави вперед.

- Зачем?

- Делай, как я говорю! – рявкает он и я испуганно на автомате выполняю приказ.

Мужчина распахивает пошире окно и на подоконнике появляется ребенок лет двух.

- Что вы делаете?! – в ужасе восклицаю я, когда до меня доходит, что он хочет попросту скинуть его с окна. Даже слезы мгновенно высыхают.

- Заткнись! – шикает мужчина, - Лови мою девочку.

Роняю сумку с одеждой прямо в цветущую клумбу, рядом с которой стою, и тут же бросаюсь к окну. Успеваю поймать ребенка чуть ли не в метре от земли и вцепляюсь в ее крохотное тельце, крепко прижимая к себе.

- Тшш, тише, малышка, - потрясенно шепчу я, когда ощущаю телом, как она испуганно дрожит. Он сумасшедший что ли?! Кто в здравом уме будет бросать детей из окна?

- Что происходит? – задираю снова голову к мужчине, и догадываюсь, - Вы горите? Вылезайте тогда скорее!

Но незнакомец, вопреки ожиданиям, отрицательно качает головой.

- Береги ребенка, - хрипит он, красивое лицо кривится от боли и он хватается рукой за бок, - Сбережешь Леську – найду и отвалю столько денег, что даже внукам твоим хватит.

- А если…? – пищу я испуганно и натыкаюсь на суровый взгляд мужчины.

- А не сбережешь – отправлю тебя в могилу следом, - он оглядывается в квартиру и быстро приказывает, - Беги.

- Подождите!

- Твою мать, беги, если живой хочешь остаться! И ни ногой в полицию, поняла?

Что-то в выражении лица мужчины пугает меня настолько, что я только мелко киваю, словно китайский болванчик, и отступаю на шаг. Лучше не спорить с сумасшедшими. Опускаю взгляд ниже и замечаю в его руках пистолет. Сердце уходит прямо в пятки, когда мужчина направляет его на меня и рычит:

- Беги, пока я не пристрелил тебя прямо здесь.

Я в жизни оружия никогда не видела, а уж тем более на меня его никогда не направляли! Застываю, как вкопанная, не в силах сдвинуться с места, только дрожу, как осиновый листочек.

- Быстро! – рявкает мужчина, теряя терпение.

Он взводит курок, глядя мне прямо в глаза, и этот щелчок наотмашь ударяет по натянутым нервам. Резко прихожу в себя и тут же прижимаю к себе малышку. Уговаривать меня больше не приходится, дальше работают только инстинкты. Порывисто разворачиваюсь и несусь прочь, крепко обнимая девочку.

Пробегаю не меньше двух кварталов без остановки, пока не начинает колоть в боку. Лишь тогда останавливаюсь и тяжело перевожу дух. Какой-то сумасшедший! Надо вызвать полицию поскорее. Вдруг он будет меня преследовать или вообще палить в окружающих начнет! Не зря же он весь в крови!

Мысли лихорадочно мечутся в голове и как только слышу, что малышка тихо хныкает, бормочу едва слышно, поглаживая ее по голове:

- Тише, Леся. Ты ведь Леся, да? Перепугалась наверное, маленькая. Не бойся. Давай купим что-нибудь попить.

Хватаюсь свободной рукой за сумку на плече и меня бросает в ледяной пот от осознания, что я выронила ее, когда бросилась ловить падающую из окна малышку. Со стоном плюхаюсь на скамейку рядом и хлопаю себя по лбу ладонью. Там же телефон, все мои вещи, остатки денег, документы! Вообще все!

Страшно возвращаться туда снова, но придется. Иначе куда я и уехать не смогу домой. Сразу же поднимаюсь. Дорогу назад прохожу быстрым шагом, если бы могла – побежала, но с малышкой на руках неудобно. Вдруг снова заплачет? А если этот мужик услышит, наверняка меня прибьет! На подходе к дому поневоле еще больше ускоряю шаг. Только бы не украли сумку!

Выглядываю из-за раскидистого куста, что растет рядом с подъездом, но в уже знакомом окне никого не вижу. Из примятой клумбы торчит край моей сумки, и я облегченно выдыхаю. Слава Богу, успела! Вот теперь почти бегом несусь к ней, выхватываю ее за ручки из поломанных цветов. Успеваю сделать только два шага в сторону, как слышу визг шин. Оборачиваюсь, и…

На меня летит огромный черный внедорожник. Махина несется, не соблюдая никаких правил, прямо по тротуару. Едва успеваю отпрыгнуть в сторону, и она пролетает буквально в паре метров от меня! Тяжеленная сумка на плече перевешивает назад и, я, потеряв равновесие, со всего размаха плюхаюсь на землю. Больно до слез, но хуже всего, что малышка пугается и начинает громко плакать.

Под оглушительный визг тормозов джип тормозит возле дома, останавливаясь прямо на злополучной клумбе под окном, где только что стояла я. Мысленно благодарю всех богов, что я успела хотя бы отскочить. Еще секунда – и меня снесли бы на полном ходу.

- Тише, моя хорошая, - успокаиваю Лесю, а у самой слезы из глаз катятся от боли и испуга.

Пока я с трудом встаю с земли и снова вешаю тяжелую сумку на плечо, пытаясь одновременно укачать и отвлечь малышку, из черной махины высыпают люди. Огромные бугаи бандитской наружности. Мне кажется, или у одного из них в руках мелькнул пистолет? Они быстро о чем-то переговариваются, один из них, самый рослый, отдает короткие приказы. Сразу после двое остаются под окном, а остальные скрываются в подъезде.

На мгновение я даже забываю о боли. На автомате укачиваю малышку на руках и, открыв рот, слежу за происходящим. Ощущение такое, будто я попала в какой-то плохой фильм про девяностые.

Один из оставшихся амбалов замечает меня и молча кивает в мою сторону своему напарнику:

- Эй, Бритый, глянь, там девка какая-то странная.

«Бритый», как назвал его здоровяк, оборачивается ко мне, смеряет подозрительным взглядом, изучая, как мелкую букашку. Через секунду у меня душа уходит в пятки, потому что этот бугай направляется прямо ко мне. В панике оглядываюсь, ища пути к бегству, и понимаю, что вокруг появился народ. Становится не так страшно. Вот если бы ночью с таким я встретилась на улице, то точно бы живой не ушла… слишком у него лицо бандитское.

Между тем Бритый подходит ко мне практически вплотную, осматривает придирчиво меня, а затем Леську, и дружелюбно улыбается. Точнее, пытается, потому что от его плотоядного оскала лично меня продирают мурашки.

- Девушка, - вкрадчиво говорит он, - Это ваш ребенок?

- Конечно, - отвечаю дрогнувшим голосом.

- Правда? Вы просто такая молоденькая. Может вы няня? – подсказывает он с наглой ухмылкой на лице.

- Да вы что пристали? Я сейчас полицию вызову! – возмущаюсь я и повышаю голос, хотя внутри поджилки трясутся, - Люди добрые! Помогите, тут какой-то мужик ребенка моего хочет отобрать!

Из толпы людей на остановке рядом выделяется мужчина средних лет и сурово интересуется у амбала:

- Какие-то проблемы, уважаемый?

- Что вы, - усмехается бугай, - Просто остановился поинтересоваться у девушки, сколько сейчас время.

- Без четверти пять, - отвечает мужчина вместо меня, не моргнув глазом.

- Благодарю, - с сарказмом кривится Бритый и, развернувшись, уходит к джипу.

Понимаю, что все это время почти не дышала. Просто замерла, как мышка, и ждала, что будет дальше. Не похож этот бандит на человека, который так просто отстанет, и хорошо, что незнакомый мужчина не побоялся вступиться. Иначе неизвестно, что бы дальше произошло.

Подхожу к остановке: скоро мой автобус, да и затеряться в толпе людей не помешает. Не успеваю как следует поблагодарить моего спасителя – он заходит в салон подошедшей маршрутки. Лишь в окне мы встречаемся взглядами, и я с улыбкой благодарно киваю ему. На остановке остается всего четыре человека, но я все равно не спускаю с рук Лесю. По времени мой автобус уже должен вот-вот прибыть, не хочется потом запутаться и забыть снова сумку на остановке.

- Что же мне с тобой делать, малышка? – растерянно шепчу я, глядя в доверчиво смотрящие на меня глазки.

Леся улыбается, выглядывает из-за моего плеча, и я оборачиваюсь следом, чтобы узнать, на что она смотрит. Вздрагиваю, когда натыкаюсь на сосредоточившиеся на мне взгляды компании амбалов и быстро отворачиваюсь.

- Она это! У нее девчонка Лютого! А ну стой! – слышу резкий окрик. Не сомневаюсь, что кричат именно мне.

За спиной слышится топот и сердце начинает колотиться так сильно, что от прилива кислорода и адреналина кружится голова. В панике в последнюю секунду заскакиваю в отъезжающий автобус, даже не разобравшись толком, мой ли он. Двери закрываются прямо перед носом одного из амбалов.

- А ну стой! Двери открой, слышь! Водила! – ревет он водителю.

Вижу через окно перекошенное от бешенства лицо амбала и умоляю:

- Пожалуйста, не надо! Поехали скорее!

Я готова разреветься от ужаса в любую секунду и наверное водитель слышит звенящие в моем голосе слезы, потому что прибавляет газ и быстро выруливает на дорогу, в поток машин. А я плюхаюсь на сиденье и прижимаю ладонь к бешено колотящему сердцу, пытаясь прийти в себя.

Глава 2

Не успеваю даже толком перевести дух, как позади автобуса раздается сигнал клаксона. Гудок настолько громкий, что я вскакиваю от испуга. До меня доходит, что тем бандитам ничего не стоило вернуться к машине и попросту догнать меня. От паники сердце колотится в ребра, как сумасшедшее. Как назло, автобус тормозит на светофоре. Вижу через заднее стекло, что из джипа вываливается один из амбалов и направляется к нему, и паника захлестывает с головой.

- Откройте дверь, пожалуйста, - бросаюсь к передней двери и от нетерпения подгоняю, - Скорее!

- Не могу, не положено на светофоре, - выглядывает из кабинки водитель.

- Пожалуйста! – чуть не плачу я.

Он ругается под нос, наверняка ругая меня на чем свет стоит, но дверь все же открывает. Вылетаю из автобуса и бросаюсь вперед, ловко лавируя в потоке стоящих машин.

- Стой! А ну стой, ты! – летит в спину грозный крик.

Почти успеваю добежать до тротуара, но преследователь налетает сзади, больно перехватывает руку выше локтя и дергает на себя. Едва не падаю вместе с малышкой, но он удерживает меня на весу и тащит к машине. По инерции почти пробегаю несколько шагов следом, спотыкаясь на ровном месте, и лишь потом упираюсь.

- Что вы делаете?! Отпустите! – пытаюсь вырвать руку, но пальцы амбала только еще крепче смыкаются на руке.

- Заткнись!

- Отпустите меня! – вырываюсь как могу, но мужик вообще не реагирует на мои просьбы, просто тащит меня к черному внедорожнику, и я начинаю кричать, - Помогите! Помогите пожалуйста!

Надеюсь, что хоть кто-нибудь из прохожих придет мне на помощь, оборачиваюсь к ним, умоляю, но одни просто отводят глаза, другие делают вид, что не замечают, как меня волокут к машине. Лишь пара человек достают телефоны и набирают кого-то. Очень надеюсь, что полицию, а не просто изображают помощь.

Мужик заталкивает меня в салон. Я едва успеваю пригнуть голову, чтобы не удариться со всего размаха. Он садится следом, и я оказываюсь зажата между двумя бугаями, которые выглядят как заправские бандиты из криминального сериала. Спереди сидит водитель, рядом с ним еще один пассажир.

По щекам текут слезы, я вжимаюсь в сиденье и боюсь даже пошевелиться. Украдкой смотрю сначала влево, а потом вправо, но амбалы даже не различаются на вид: рослые, здоровые, с квадратной массивной челюстью.

- Пожалуйста… - выдыхаю я тихо, но даже не успеваю договорить, как мужик спереди грозно рявкает:

- Заткнись.

По голосу я узнаю того самого Бритого, как его назвал сообщник. Леся и так все время испуганно жалась ко мне, а от громкого окрика и вовсе скукоживается в крохотный комочек. Обвиваю малышку руками, словно стараясь спрятать и уберечь, тихонько убаюкиваю ее, хотя сама трясусь от страха. Всю дорогу боюсь даже слово произнести, чтобы не спровоцировать агрессию, но когда внедорожник останавливается у каких-то полузаброшенных на вид складов, внутри все холодеет от страшной догадки.

- К-куда мы приехали? – робко лепечу я, когда сидящий рядом со мной мужик за руку вытаскивает меня из машины следом за собой.

- Тебе же сказали: заткнись, - бросает он лениво.

- Вы меня убьете? – глаза против воли наполняются слезами.

Бритый с остальными подельниками выбираются следом и скрываются внутри склада. Рядом остается только тот самый рослый здоровяк, что тащил меня к машине. Он начисто игнорирует мой вопрос и протягивает руки.

- Ребенка дай сюда.

- Нет!

- Ты плохо понимаешь что ли по-русски? Или с тобой по-другому поговорить? – закипает он.

- Не отдам! – упрямо мотаю головой, прижимая Лесю к себе, хоть едва ли не умираю от страха.

Амбала перекашивает от злости. Он сокращает расстояние между нами и силой выдирает ребенка из рук. Что они с этим ребенком сделают? Ведь не зря же ее отец мне прямо из окна отдал Лесю, так боялся за малышку! Эти мысли приводят в ужас, и я понимаю, что не могу так просто ее бросить. Кидаюсь следом, как кошка цепляюсь за его руку, без жалости располосовывая ногтями. Бугай ревет от боли и реагирует быстрее меня: не успеваю увернуться, как мне с размаху по щеке прилетает звонкая оплеуха.

Мужик в этот момент и о малышке забывает – ставит ее на ноги, а сам бросается ко мне. В голове звенит от силы удара и, споткнувшись, я лечу на землю. Амбал склоняется надо мной, скаля зубы в бешенстве, наматывает волосы на кулак и резко дергает вверх. Тонко пищу от боли и инстинктивно прикрываю лицо руками – вижу, что мужчина уже собирается ударить меня тяжелым ботинком прямо по голове.

Перепуганная Леся заходится в плаче и на ее оглушительный рев из помещения пулей вылетает Бритый.

- Серый, - в его голосе звучит сталь, - отпусти девку.

- Эта овца мне всю руку раздербанила! Смотри, кровища хлыщет! – орет амбал и демонстрирует ему предплечье. Дергаюсь следом, потому что на кулак намотаны волосы, и тут же мужик переключает внимание на меня, - Ты! Сейчас пожалеешь, что на свет появилась, мелкая дрянь! Голыми руками удавлю!

- Отпусти девку, я сказал, - в голосе моего неожиданного спасителя слышится явная угроза, - Сейчас Лютый приедет, сам решит, что с ней делать.

- Но Бритый!

- Я не ясно что ли сказал?! – взрывается он, - Бедненький, девочка ему руку располосовала, смотри не заплачь! – он разворачивается и приказывает, - Девку за мной.

Бритый подхватывает ревущую малышку на руки и заходит в помещение. Амбал провожает его обессиленным взглядом и смачно ругается под нос.

- Вставай! – рычит он, практически силой заставляя подняться на ноги. Просто тянет за волосы вверх и мне ничего не остается, кроме как встать и еще потянуться вверх на цыпочках, лишь бы ослабить боль.

- Пусти, - хриплю я, вцепляясь в его кулак и пытаясь хоть как-то разжать пальцы.

- Сейчас ты выкрутилась, - шипит практически в лицо мне амбал, - но учти, цыпочка, мы с тобой еще не закончили.

Наконец он отпускает мои волосы, хватает за запястье и силком тащит за собой. Щека горит огнем, голова болит, и мне страшно так, что слезы самопроизвольно текут по щекам. Оглядываюсь напоследок – может кто-то все же есть рядом, может можно позвать на помощь? Но склады выглядят пустынными и заброшенными.

Амбал заволакивает меня в просторное помещение и наши шаги разносятся гулом по опустевшей огромной комнате. Швыряет меня в сторону стула и я едва не падаю, больно приземляясь на него. Сумка с моими вещами тоже летит на пол и с жалостью отмечаю, что моему старенькому ноутбуку точно конец… Дотянуться бы до нее, достать телефон, так, чтобы никто не увидел. Хоть он и дешевенький, но можно попробовать включить геолокацию и узнать, где я, а потом сразу же позвонить в полицию.

Бритый все это время наблюдает за происходящим, сложив руки на груди. Кому он отдал малышку, я не знаю, но в этом помещении, кроме нас и двух амбалов, никого нет. Мужчина кивает моему обидчику на дверь и тот беспрекословно подчиняется: выходит.

- Интересно, чья же ты, - задумчиво разглядывая меня, хмыкает Бритый, - кто тебя подослал?

Смотрю на мужчину исподлобья и потираю ноющую до сих пор щеку.

- Не знаю, о чем вы, - говорю хрипло, - я просто шла мимо и меня попросили помочь.

- Ага, попросили помочь, - развеселился бандит и пихнул стоящего рядом подельника, - Помочь, слышь! Помощница нашлась, хахах.

Его громогласный хохот прерывается громким скрипом. Массивная железная дверь открывается и мы синхронно поворачиваем головы на звук. Сердце забилось сильнее. Неужели тот самый Лютый приехал? Неужели… всё? Но судя по тому, как спокойно держится Бритый, это не главарь. В проем просовывается ушастая голова и ее обладатель заискивающе гнусавит:

- Бритый, девчонка опять плачет.

- Ну так успокой.

- Как?

- Как-как! Как-нибудь, - выходит из себя мужчина.

- Да я с детьми никогда не это… не знаю ничо. Я ее потряс, как девка эта трясла в машине, а она еще сильнее ревет теперь!

Бритый от души ругается и зыркает в мою сторону злым взглядом.

- Девчонку успокоить сможешь?

- Д-да, - запоздало киваю я.

- Палый, принеси мелкую сюда, - командует он.

Парень тут же скрывается за дверью и уже через полминуты становится слышно нарастающий плач. Леся ревет белугой и я не выдерживаю – встаю навстречу, чтобы взять ее и поскорее успокоить. Перепуганная до смерти малышка сама тянет ко мне ручки, но Бритый останавливает меня жестом и сурово говорит:

- И чтобы без выкрутасов, поняла? Иначе пеняй на себя.

Мелко киваю, дрожа под острым озлобленным взглядом. Бритый кивает подельнику и тот передает мне Лесю.

- Следи за ней, - кивает он одному из своей шайки и мотает головой в сторону выхода, - А ты, Палый, за мной.

Они выходят из помещения, а я сажусь назад на стул, попутно укачивая и успокаивая малышку. Сама тем временем с опаской кошусь на амбала, что оставили у двери меня охранять. Но он в мою сторону даже не смотрит. Больше того – достает смартфон и со скучающим видом пялится в него, изредка зевая в кулак.

И правда, чего ему бояться? Дверь одна и он как раз загораживает весь проем, окна расположены в этом складе слишком высоко, так просто мне до них не долезть… Да и сам надзиратель чуть ли не в три раза меня больше по комплекции – догонит и скрутит в два счета. С тоской кошусь в сторону брошенной рядом со мной сумки с вещами. Если бы не деньги и документы, которые я предусмотрительно туда переложила из маленькой дамской сумочки, я бы сейчас здесь не сидела…

А теперь что меня ждет? Может этот Лютый вообще решит меня убить? Судя по виду этих мужиков, им человека жизни лишить – раз плюнуть. Раз тот окровавленный мужчина прямо с окна мне малышку бросал, значит, времени спасаться у него совсем не было. Почему-то я была уверена, что прилетевший на всей скорости джип, что чуть меня не снес, как раз по его душу явился. И за малышкой в том числе.

Удерживаю едва успокоившуюся малышку и немного склоняюсь вбок. Только бы дотянуться до кармашка, где лежит телефон! Только бы он не разбился, когда сумку швыряли!

Теряю бдительность и когда слева раздается громкий удар, испуганно вздрагиваю и вскидываю глаза на амбала. Меня всю трясет от понимания, что он заметил, как я пытаюсь влезть в сумку и сейчас ударит меня или что похуже придумает! Но мой охранник как-то непонятно обмякает, сводит глаза к переносице и кулем заваливается на пол, практически мне под ноги.

Прямо за бандитом – накаченный рослый мужчина в костюме с иголочки. Он отбрасывает в сторону металлическую трубу и впивается в меня внимательным нехорошим взглядом. Вскакиваю со стула, прижимая к себе Лесю, и, растерявшись, семеню назад, не сводя с него глаз. Это еще кто? Кто-то чужой, судя по тому, что вырубил охранника. Но что ему тогда надо?!

- Ну привет, девочка, - усмехается брюнет и направляется прямиком ко мне.

Глава 3

- В-вы кто? – как я ни стараюсь, чтобы мой голос звучал твердо и грозно, все равно слышно, как он дрожит.

Мужчина надвигается на меня, стремительно сокращая между нами расстояние. Пячусь, спотыкаясь через какой-то мусор, попадающийся под ноги, и лихорадочно соображаю. Надо ли мне позвать на помощь? Ведь там за дверью тоже бандиты. Но не похоже, что у него благие намерения – слишком уж лицо грозное. В момент, когда я окончательно решаюсь закричать и позвать на помощь, мужчина молниеносно оказывается рядом и зажимает мой рот ладонью.

- Только попробуй! – говорит тихо, но весомо. Продолжает, выразительно глядя на меня, - Не вздумай орать. Я помочь пришел. Так что веди себя тихо, иначе нам обоим кранты. И малышке тоже.

Замираю испуганно на месте, как мышка, и дважды моргаю, давая понять, что я поняла и буду вести себя тихо. Мужчина убирает ладонь и придирчиво рассматривает Лесю. Судя по тому, что она улыбается ему, она явно его знает. Во всяком случае, не боится, а это уже хорошо.

- Помочь? Мне? – Спрашиваю обескураженно.

- А кроме тебя еще кто-то здесь есть? – интересуется с иронией мужчина. – Могу только Леську с собой забрать, а ты оставайся тут, если тебе так понравилось общество этих придурков.

Пропускаю мимо ушей явную издевку и с опаской кошусь в сторону массивной двери. Только сейчас замечаю, что в ее ручке торчит здоровый кусок трубы. Облегченно выдыхаю. По крайней мере пока здесь безопасно, выломать так быстро дверь ни один из тех амбалов не сможет.

Мой спаситель тем временем направляется к окну в дальней части склада и жестом подзывает меня к себе. Иду следом, стараясь не задеть коробки и остатки какого-то мусора. Сейчас точно не стоит привлекать лишнее внимание посторонними звуками.

- Вы что… вы тот самый Лютый? – задаю мучающий меня вопрос.

- Нет, - мрачно усмехается мужчина, - и лучше бы тебе с ним вообще не встречаться. Живой точно не уйдешь. Ну что, ты так и будешь там столбом стоять? Иди сюда, говорю.

В замешательстве смотрю на него, но все же после подхожу почти вплотную.

- Сейчас я выберусь наверх, подашь мне малышку и следом я сразу вытяну тебя, поняла? – он указывает на окно сверху, - для тебя я тут придвинул стол, сама не дотянешься до выступа.

- Так не пойдет.

- В смысле? - ругается он, - Что опять не так?

- А что если вы меня здесь бросите?

Незнакомец вздергивает бровь вверх в картинном жесте. По красивому лицу видно, как ему хочется съязвить или зло пошутить, но он видимо решает, что лишнего времени нет и поэтому отвечает серьезно:

- Не брошу. Мой друг тебя в это втянул, поэтому сюда и прислал помочь.

- Ваш друг? Это тот, кто мне ребенка с окна отдал? – догадываюсь, - Он в порядке?

- Не сказал бы, что на сто процентов, но жив, а это самое главное. И дочку тебе передать успел. Как только ты умудрилась им в лапы попасть?

- Им?

- Тем, кто за Леськой и Костей охотился, - поясняет он.

- Долгая история, - смущенно морщу нос. Не говорить же, что я за вещами вернулась.

- Не сомневаюсь. Расскажешь по дороге, - мужчина подтягивается на руках вверх и ловко пролазит сквозь узкое окно. – Давай мелкую сюда.

Забираюсь на шаткую конструкцию и протягиваю ему малышку. Хорошо, что Леся не плачет, а только тихонько агукает на своем языке. Мой спаситель исчезает в проеме, и я взволнованно слежу за окном, нервно комкая ткань испорченного платья в руках. Ему ведь и правда ничего не стоит бросить меня тут – дочку друга он спас, а я… я вообще чужой человек. С каждой секундой напряжение во мне нарастает, и когда отчаяние желчью поднимается вверх по пищеводу, мужчина снова показывается в окне.

- Давай руку, - свешивается он вниз и протягивает ладонь.

На мгновение я впадаю в ступор.

- Подожди! Моя сумка! – опоминаюсь я запоздало.

- Да какая к чертям сумка! – ругается он вполголоса, - Если нас сейчас застукают, то все, прикопают прямо здесь!

- Там документы мои. И деньги, - говорю жалобно.

- Да мать твою… - едва ли не рычит мужчина, а потом обреченно разрешает, - тащи сюда. Только быстро.

Дважды уговаривать меня не нужно. Слезаю с шаткой конструкции и, торопливо перепрыгивая через обломки, добираюсь до сумки, валяющейся на полу почти у самого входа. Лежащий рядом бандит глухо стонет – и я в доли секунды пулей подлетаю к окну. Мой спаситель быстро вытаскивает сначала мои вещи, а потом снова протягивает мне ладонь. Перехватывает крепко запястье и легко, словно пушинку, вытягивает наверх.

- Там этот. Очнулся вроде бы, - говорю я, практически сразу вскакивая на ноги. Вдыхаю свежий, не застоявшийся, воздух и не верю, что я выбралась. Еще пять минут назад от отчаяния выть хотелось, а сейчас… сейчас есть надежда, что все закончится хорошо.

- Сейчас придется бежать вдоль стены. За углом окна располагаются ниже, так что придется пригнуться. И бегом, поняла? Не останавливайся ни на секунду.

Мужчина подхватывает сумку, а мне отдает Лесю. Бежать, согнувшись, оказывается дико неудобно, особенно когда на руках ребенок. Но другого выбора нет. Как только мы оказываемся на углу, мой спаситель достает из-за пояса пистолет. Я в ужасе отшатываюсь.

- Спокойно. Это просто для защиты, первым стрелять не собираюсь, - он прижимается спиной к стене, осторожно выглядывает наружу. - Моя машина сразу за забором. Видишь возле него сваленные в кучу плиты?

- Д-да, - отвечаю, запнувшись.

- Беги туда. За ними дыра. Вылезешь – и там рядом стоит моя машина.

- А ты?

- Я следом. Давай же, счет на секунды пошел.

Выдыхаю и, прижав к себе еще крепче Лесю, со всех ног бегу в указанную сторону. На автомате перепрыгиваю через колдобины и чуть не сваливаюсь в котлован, который появляется внезапно из зарослей травы. Но когда под ногой начинает осыпаться земля и я почти теряю равновесие, сильные руки вытягивают меня на твердую землю.

- Пригнись. Быстрее, - командует мужчина и я подчиняюсь.

Несусь на полной скорости и лишь на последних секундах замечаю дыру в бетонной плите, огораживающей территорию. Ныряю в нее и едва успеваю отшатнуться в сторону от куска арматуры, из которой торчат толстые металлические прутья. Мой спаситель разблокирует двери, швыряет на заднее сиденье мою сумку, и садится за руль. Как только я оказываюсь в салоне, машина тут же срывается с места.

Легкие горят от быстрого бега, меня всю колотит. Не знаю, как от такого адреналина у меня ноги не подкосились от слабости, и я просто не рухнула где-нибудь в кустах. Мы выруливаем на проселочную дорогу, ведущую через лес, и только через пятнадцать минут возвращаемся на асфальтированную трассу. До сих пор сердце не унимается, колотится в груди, томится от неясной тревоги. Прижимаю к себе Лесю: бедная малышка так устала за этот день, что засыпает практически на ходу. Укладываю ее удобнее у себя на руках, и она почти сразу проваливается в сон.

- Как вас хоть зовут? – спрашиваю я, когда молчание затягивается.

- Демид. Приятно познакомиться, - иронизирует он.

- А я Соня, - бормочу вежливо в ответ. Разглядываю его украдкой. Странный человек, будто и не побывал сейчас на волосок от смерти – хохмит, шутит, как ни в чем не бывало.

Демид весело ухмыляется, поглядывает в зеркало заднего вида, и я тоже нервно кошусь назад. Неужели за нами кто-то едет??

- Расслабься, - заметив, как я вцепилась в малышку, говорит он, - За нами никого. Щека болит? У прямо синяк проглядывается.

Он так быстро переводит разговор, что я машинально прикасаюсь ладонью к ноющей скуле. За всеми этими событиями я даже о боли забыла.

- Ничего, сейчас приедем ко мне и приложишь лед, - включая в сумерках фары, произнес Демид.

- К тебе? Нет-нет, мне домой нужно! – встрепенулась я.

- Утром домой поедешь. Приведешь себя в порядок, отдохнешь. А то у тебя такой ошалевший вид, что можно принять за сумасшедшую

- Нет, мне нужно сейчас! – упрямо мотаю головой, - Откуда мне знать, что вы тоже не какой-нибудь бандит и не везете меня сейчас убивать!

- Рисковать своей башкой, вытаскивая тебя, чтобы самому убить? – с сарказмом уточняет Демид. Он окидывает меня скептичным взглядом и хмыкает, - Много чести.

- Мне нужно домой! – настойчиво повторяю я.

- Ладно, ладно, - закатывает глаза Демид, - отвезу я тебя домой. Вот только у меня есть одно интересное предложение…

Прода 01.06

- Что за предложение?

- Хм… тебя кто дома ждет? Муж?

- Я не замужем.

- Тогда чего так домой торопишься?

- А что, если мужа нет, то ждать дома некому? – спрашиваю с сарказмом.

- Парень что ли? Или любовник?

- Мама, - отвечаю сдавленно, неизвестно чего смутившись.

- Ну тогда точно не стоит появляться на пороге перед ней вот такой, - улыбается Демид.

- Какой «такой»?

- Сама посмотри, - он включает свет в салоне и опускает вниз козырек от солнца, в котором блестит небольшое зеркало.

Выхватываю свое отражение взглядом и невольно вздрагиваю: русые волосы всклокочены и спутаны, на щеке и правда растекся кровоподтек синюшного цвета, а глаза светятся нездоровым блеском. Я выгляжу такой затравленной и перепуганной. Поневоле прокручиваю в голове произошедшее сегодня днем и по щекам начинают течь слезы. Я ведь могла умереть! На самом деле! Меня бы просто прикопали где-нибудь на территории того дурацкого склада, и всё! Мама бы с ума от горя сошла.

Может сказывается нервное перенапряжение, скопившееся за весь день, но я плачу, прижимая к себе Лесю, и не могу остановиться. Стараюсь не всхлипывать и плакать беззвучно, чтобы ее не разбудить, но все равно успокоиться не получается.

- Эй, ты чего? – судя по опешившему взгляду Демида, он точно не ожидал от меня такой реакции.

А что я могу поделать?! Я никогда вообще в ситуации не бывала, когда что-то угрожало моей жизни! В небольшом поселке никто не крадет тебя посреди дня, не похищает и не удерживает силой в какой-нибудь заброшке и не угрожает пистолетами. Да за всю мою жизнь я только однажды в детстве пожар видела, а больше ничего и не происходило у нас.

Демид словно чувствует накатывающую на меня истерику. Он выруливает на край дороги, останавливает машину и поворачивается ко мне. Вот теперь на лице перепуганного мужчины ни капли иронии и шутить он даже не думает. Склоняется ближе, берет мой подбородок пальцами и заставляет смотреть на себя.

- Все хорошо, ты спаслась, слышишь? Все нормально у тебя будет, синяк пройдет, себя в порядок приведешь и будешь жить спокойно дальше. Поняла меня, малышка? – он заглядывает в глаза, ожидая ответа, и я чуть киваю. – Тогда не реви.

Шмыгаю носом и говорю твердо:

- Только я не малышка. Я Соня. Если ты вдруг забыл мое имя.

Демид усмехается и качает головой.

- Я понял. Ты Соня и ты не любишь дурацких пафосных прозвищ.

- Именно так, - киваю серьезно, а после улыбаюсь, вытирая слезы.

Когда перестаю плакать, Демид заметно расслабляется.

- Ну что, Соня? Поедем пугать твою маму или все же побудешь у меня до утра? Позвонишь ей и предупредишь, что задержишься. Выспишься, отдохнешь и приедешь уже в нормальном виде, чтобы ее лишний раз не нервировать.

- Она не знает, что я домой еду, - отвечаю я и тут же жалею об этом. Мужчина снова язвительно улыбается и уточняет ехидно:

- Что так? Из института что ли выперли?

Улыбка моментально исчезает с моего лица, и я отворачиваюсь к окну. Демид молчит в замешательстве не меньше минуты, и я прямо кожей чувствую, как в салоне машины от неловкости сгущается воздух и нарастает напряжение.

- Эй, я не хотел обидеть, - зовет он, - Я просто так ляпнул, не подумав.

- Поехали уже, - вздыхаю в ответ, - Я устала и малышку нужно нормально спать уложить, чтобы не капризничала утром.

- Умеешь с детьми ладить? – интересуется он, выруливая снова на дорогу.

- У меня младший брат и сестренка, так что да, умею. Часто с ними приходилось сидеть, когда мама оставалась на работе, и бабушка на подработку уходила, - поясняю сразу.

Демид хмыкает и больше не произносит ни слова. Только задумчиво смотрит на дорогу. С трассы мы сворачиваем в сторону небольшого поселка и еще спустя десять минут он паркует авто возле одного из коттеджей.

- Ого. Неплохо живешь, - разглядывая в сумерках шпили на крыше загородного дома, улыбаюсь я.

- Это не мой дом, а моей… хм… неважно, в общем, - отмахивается он, - Идем.

- Открой дверь, пожалуйста, я одна вряд ли смогу.

Демид обходит машину, забирает из салона мою сумку и сразу же открывает мне дверь. Следом распахивает ворота и пропускает внутрь просторного двора, залитого светом фонарей. Дальше мужчина идет впереди, а я семеню следом. Леся хоть и маленькая, но все равно тяжело постоянно носить ее на руках, поэтому, как только мы оказываемся внутри, я кладу девочку на мягкий диван в гостиной.

- Надо еду для Леси. Сколько ей лет?

- Чуть больше года вроде, - пожимает плечами Демид, оставляя сумку у входа и подходя ближе.

- Тогда лучше не рисковать и купить пюрешки всякие детские.

- Ладно. Размещайся пока, а я съезжу. Можешь выбрать любую спальню. Наверху есть гардеробная, можешь выбрать все, что нужно: одежда там, полотенца, ну и все остальное.

- У меня свое есть, - указываю кивком головы на сумку.

- А, точно. Тебе что-то нужно?

- Не-а.

- Тогда я поехал. Скоро буду.

Когда мы остаемся с Лесей одни, я беру ее на руки и иду наверх, чтобы уложить малышку сразу там, где буду спать сама. Для меня в новинку, что свет по всему дому самостоятельно включать не нужно – он загорается сам везде, где я проходила. Да и вообще по отделке явно было видно, что в деньгах владелец (или владелица?) точно не нуждаются.

Я выбрала небольшую спальню с просторной кроватью, обложила Лесю подушками, чтобы малышка не упала на пол, и быстро приняла душ. Заснула я рядом с малышкой, даже сама не поняла, как. Просто решила прилечь и подождать Демида, но почти сразу же провалилась в сон.

******

Демид

Демид вернулся, когда девчонка уже заснула. Хотя такой расклад ему оказался только на руку. Он нашел Соню в самой первой от лестницы спальне, заглянул внутрь и понял, что она крепко спит. Будить ее мужчина не собирался. Плотно прикрыл дверь, спустился вниз и обнаружил, что сумка с ее вещами осталась стоять в коридоре. Видимо, Соня не стала заносить ее в спальню из-за того, что она вся пыльная и грязная, просто взяла, что нужно, и оставила на месте. И это тоже отлично.

Мужчина присел над сумкой, практически неслышно расстегнул молнию. Пришлось покопаться во всяких девчачьих безделушках и женских вещах, прежде чем он нашел кармашек, в котором Соня прятала паспорт. Демид направляется на кухню, на ходу набирая номер. Трубку берут уже через пару гудков.

- Привет, Валид. Узнал?

- Привет. Узнал, узнал, Демид.

- Отлично. Слушай, дело есть к тебе. Можешь пробить Синицыну Софью Алексеевну? Ну там, где родилась, училась, кто родители и так далее. Полностью досье на нее. До утра позарез нужно.

- До утра? Черт, Демид, ты не мог позвонить еще позже? – недовольно цыкнул собеседник, - Ты вообще в курсе, что тебя ищут?

- В курсе, в курсе, - криво улыбается Демид.

- Учти, я во все это ввязываться не хочу, мне башка на плечах дорога еще.

- Да ты и не ввязываешься. Девчонка вообще этих дел не касается, так, для себя узнаю, - солгал мужчина.

- А-а, ну если так, - с сомнением протянул Валид.

- Ну все, жду тогда. Буду должен.

- А чего срочность такая?

- Нужно так. Давай, скинешь на почту мне все.

- Ладно, - нехотя ответил мужчина и положил трубку.

Демид отложил телефон и расправил паспорт, снова пробегая взглядом по фото, на котором девчонка еще совсем школьница.

- Ну что, Соня Синицына, - ухмыльнулся он, - Похоже, мы с тобой еще не скоро расстанемся.

Глава 4

- Доброе утро, - отвлекает меня от готовки сонный мужской голос.

Демид появляется на пороге кухни заспанный и хмурый. Из-за щетины на лице он кажется совсем уж смурным и недовольным.

- Доброе, - киваю.

- Не ожидал, что так рано проснешься, - он проходит мимо и начинает открывать шкафчик за шкафчиком, явно что-то разыскивая.

- Я привыкла, - пожимаю плечами с улыбкой, - да и Леся уже проснулась.

- А где она, кстати?

- Играет вон на ковре. Я нашла пару игрушек мягких, дала ей поиграть, если ты не против.

Демид отрицательно качает головой и хлопает дверцами уже громко и раздраженно. Я едва сдерживаюсь, чтобы не улыбнуться – все же к некоторым людям с утра лучше не подходить, пока окончательно не проснутся.

- Что-то ищешь? – уточняю я, перекладывая омлет на тарелку.

- Кофе, - бубнит Демид, хлопая последней дверцей шкафчика, - вроде еще вчера тут стояло, а сейчас найти не могу.

- Оно здесь, я готовила себе, - улыбаюсь, - Садись, сейчас и тебе сварю.

- А ты умеешь?

- Одна девочка научила, мы с ней в общежитии в одной комнате жили, - рассказываю я, попутно насыпая кофе в турку.

- Две ложки.

Киваю и продолжаю рассказ:

- Так вот, она могла из любого кофе произведение искусства сделать! Даже просто в чашке заварить, оно постоит немного и не оторваться! Завтракать будешь, кстати?

- Ты и завтрак уже приготовила? – изумляется Демид.

- Конечно. Я уже поела, а для тебя вот только что омлет сделала. И салат еще. Нормально или что-нибудь другое сделать?

- Да нет, пойдет. Все равно ничего существеннее с утра в горло не лезет, - хмыкает мужчина и окидывает меня каким-то заинтересованным взглядом, - С такими умениями ты точно не пропадешь.

- Да что тут за умения, - фыркаю я, пододвигая к нему тарелки с едой, - просто приготовить поесть и кофе сварить. Такое любая девушка может.

- Ну не скажи. От идеальной женщины как раз что нужно – чтобы хорошо готовила, не доставала и в постели была огонь. Многие заваливаются уже на готовке, привыкли к ресторанам.

Скептично хмыкаю на его рассуждения об «идеальной женщине» и ставлю перед Демидом чашку с ароматно дымящимся кофе.

- Пойду Лесю проверю.

- Да и отсюда видно, что она нормально, играет, - пожимает плечами Демид, ловко орудуя вилкой и отправляя в рот большие порции омлета, - лучше останься. У меня к тебе разговор есть.

- Разговор?

- Точнее предложение.

- Это то, что ты вчера в машине так и не договорил? – догадываюсь я, плюхаясь напротив него на стул.

- Сообразительная, - усмехается Демид. Он откладывает вилку, жестом отодвигает от себя тарелку и смеряет меня задумчивым взглядом, - Мне нужно, чтобы ты какое-то время присмотрела за Леськой.

- Как няня? Но у меня же опыта нет, - развожу руками.

- Как мама. К тому же, ты сама говорила, что помогала матери воспитывать своих брата и сестру. В любом случае, у меня сейчас нет времени искать еще кого-то подходящего. На данный момент ты – идеальная кандидатура.

- Подожди-подожди, - в замешательстве останавливаю его, выставив вперед руку, - В смысле «как мама»? Что это значит?

- Это значит, что по документам ты станешь ее матерью. По-настоящему.

Опешив, смотрю на Демида. Просто хлопаю глазами, чуть приоткрыв рот. Он сумасшедший? Вчера вроде бы показался адекватным мужчиной, а сейчас такое предлагает. И, судя по лицу, ни черта не шутит!

- Зачем? У нее разве нет настоящей мамы?

- Нет. Погибла еще при родах, у нее только отец. Девочку ищут. И найдут рано или поздно, потому что это взрослый может спрятаться и отсидеться где-нибудь, переждать всю эту бучу. С ребенком так не получится – вдруг температура или аллергия? Да и плановые осмотры, прививки – все это нужно. Я же не хочу угробить дочку друга, пока он придет в себя, и мы разберемся с ситуацией.

- Ну? А почему мамой-то надо становиться Лесе?

- Нам же нужно, чтобы она, по сути, исчезла для определенных людей. Ты удочеришь девочку. Даже не так: я сделаю все документы так, что ты будешь считаться ее настоящей матерью. Так, будто ты ее и родила. Изменим фамилию Леси на твою, отчество тоже, чтобы вообще не подкопаться. Получится, что ни у одного врача, полиции и других органов вообще не возникнет подозрения, что что-то не так.

- Ты с ума сошел? Это же наверняка уголовная статья какая-нибудь! – восклицаю в сердцах.

- Я тебя умоляю, - Демид закатывает глаза, - я в официальных органах все документы сделаю, никто тебя не тронет. Но так малышка будет под защитой, и в случае чего ты и к врачу сможешь обратиться, или еще что… Я буду в постоянных разъездах, а ты присмотришь за Леськой. Разумеется, я заплачу за это, и очень хорошо.

Молча слушаю его и не могу поверить, что мне это не снится. Даже украдкой щипаю себя под столом за ногу. Но нет – не снится. Вот вчера я ехала домой с полным осознанием того, какая я неудачница и что моя жизнь окончена, потом спасалась от самых настоящих бандитов, а сейчас почти незнакомый мужчина предлагает мне стать матерью для маленькой девочки!

- Я… не могу так просто взять и… - мямлю, - это неправильно!

Демид облокачивается руками о стол и чуть подается вперед.

- А что ты теряешь? – прищуривается он и начинает перечислять, - Ты не замужем, тебя выперли из института, живешь ты в каком-то захолустье. В лучшем случае работу кассиром найдешь, и то в соседнем поселке побольше. А работать тебе идти придется, причем выбора в работе у тебя почти нет. Потому что зарплаты учительницы твоей матери едва хватает, чтобы прокармливать твоих брата и сестру. Так что ты даже пару месяцев отсидеться не сможешь, чтобы вакансию получше найти.

- Откуда ты знаешь? – вскидываюсь я. В груди снова поднимается тревога. Откуда он все это узнал? Единственное, что я сказала, это что меня из института отчислили, ну и что у меня брат с сестрой есть.

Демид улыбается лукаво:

- Я все о тебе знаю, Соня Синицына. Скажи, добрые у вас люди в деревне этой? Наверняка только злорадствовать будут, когда узнают про институт и что у тебя в городе не вышло остаться. Да и перспектив у тебя – ноль. Так и останешься всю жизнь в своем захолустье.

- Я насобираю денег, вернусь и поступлю снова, - глухо произношу я, крепче сжимая пальцы на коленках.

- Много ты сможешь отложить с зарплаты в пятнадцать тысяч? – иронично усмехается Демид.

- Подработку возьму, - отвечаю, угрюмо насупившись.

- Уборщицей? – насмешливо уточняет он.

- Хотя бы и уборщицей. Не стыдно работать уборщицей, если жизнь вынудила, стыдно вот так о людях отзываться! – выпаливаю зло.

- Какая же ты еще все-таки… - улыбается Демид и делает глоток кофе из чашки, чтобы скрыть эту снисходительную улыбку.

- Какая? – вскидываю выше подбородок.

- Юношеский максимализм так и прет. Лучше бы реально взглянула на вещи. Где ты еще за пару месяцев полмиллиона сможешь заработать?

Сглатываю судорожно и даже вздрагиваю, когда слышу эту сумму. Демид на мою реакцию только снова снисходительно улыбается.

- Полмиллиона? – уточняю хрипло, - За два месяца?

- А что, мало за работу сиделки? Еще могу накинуть. Но уже после, за сговорчивость и послушание, - постукивая пальцами по столешнице, лениво говорит он.

Видя мое замешательство, Демид вздыхает и говорит уже серьезно:

- Послушай, не отвечай сразу. Обдумай все, как следует. Я отвезу тебя домой, оставишь мне свой номер и через пару дней скажешь ответ. Я понимаю, что это непростой для тебя шаг, но и я в долгу не останусь. Считай, что мы просто поможем друг другу в трудной ситуации. Подумаешь?

- Ладно, - помолчав, все же киваю я.

- Отлично. Тогда еще одна просьба. Насколько я знаю, ты живешь где-то в глухом захолустье.

- Не глухом, - возражаю упрямо, - это обычный крупный поселок.

- Ага, - отмахивается он, - так вот, эти пару дней Леся может побыть у тебя? Я заплачу сразу.

Демид достает бумажник и прямо передо мной кладет несколько пятитысячных бумажек.

- Здесь на расходы и тебе как за оплату работы няни. Соня, - он перехватывает мои ладони и заглядывает в глаза, - Леське правда опасно приезжать в город. Там куча людей, которые могут увидеть ее и распознать после по фото. И люди Лютого ее тоже ищут, поверь, они весь город перевернут, лишь бы ее найти. Но в регионах они никогда не додумаются ее искать.

Опускаю взгляд на широкие мужские руки, что сжимают мои миниатюрные ладошки и запинаюсь:

- Н-не знаю.

- Пожалуйста. Если нужно, я доплачу еще, - он тут же хватается за бумажник.

- Да не в деньгах дело, Демид! – в сердцах сердито повышаю голос.

- Вот именно. Для меня вопроса в деньгах не стоит: я готов дать тебе любую сумму, лишь бы Леся была под присмотром и в безопасности. Если ты передумаешь и не захочешь в моей афере участвовать – я приеду, заберу ее и подыщу кого-нибудь другого. Но прямо сейчас мне нужно решить очень серьезные дела. Это на пару дней, Сонь, не больше.

Я тихо вздыхаю. Бросать малышку в беде не хотелось ни в коем случае, но все это как-то… не опасно ли это? С другой стороны, за пару дней точно ничего страшного не случится.

- Ладно, - говорю я, - но это просто чтобы помочь Лесе! Деньги я не возьму.

- Возьми. Пусть будут как на расходы – на памперсы всякие, еду и прочее, - он сгребает купюры и сам укладывает мне их в ладонь. – Спасибо.

Вздыхаю повторно и не успеваю рта раскрыть, чтобы поблагодарить его в ответ за деньги, как Демид твердо дополняет:

- Только у меня будет одно условие.

«Еще одно?!» - так и хочется крикнуть мне, но вслух я обреченно уточняю:

- Какое же?

- Даже речи не должно идти о том, что Леся не твой ребенок. Ты всем будешь говорить, что это твоя дочь. И своей матери тоже.

- Че-е-его? – у меня едва ли не глаза лезут на лоб, - Ты с ума сошел?!

- Будет странно, если ты вдруг заявишься с ребенком и скажешь, что он чужой, - пожимает плечами Демид, - Думаю, обязательно найдется какая-нибудь доброжелательная личность, что с удовольствием стуканет на тебя, например. В полицию. Вдруг ты его вообще украла?

- Что за бред? Может меня просто подруга попросила с малышкой посидеть, пока она, например, в больнице.

- Ты же понимаешь, что все всё равно подумают, что ты вместо учебы шлялась не пойми где, нагуляла ребенка и вернулась назад, потому что его папаша тебя выгнал? – уточняет Демид с ироничной усмешкой на губах.

Чувствую, как щеки начинают гореть, словно все уже осуждают меня, и тороплюсь возразить:

- Не подумают! Да и как я объясню потом, что у меня ребенка не стало больше?? Как я маме в глаза посмотрю потом?

- С мамой объяснишься как-нибудь, на остальных наплевать. Сейчас главное, чтобы ты не привлекала внимания и никуда не высовывалась, пока будешь в деревне своей. Если ты скажешь, что Леся твой ребенок, соседки будут просто косточки перемывать, а не предпринимать активные действия. Помни, что так ты рискуешь гораздо больше.

- Ну я могу и сказать, - фыркаю я с сарказмом, - но все равно мне даже мама не поверит. Ведь по срокам не сходится! Лесе чуть больше года, ты сам сказал, а ведь ребенка еще выносить надо – это плюс еще девять месяцев!

- Ну и что? Вдруг ты в своем захолустье забеременела и быстренько в город сбежала, пока пузо не слишком заметно стало? – пожимает плечами Демид с такой равнодушной рассудительностью, что я не знаю, что ему возразить. Просто смотрю на него, молча переваривая услышанное. А он, между тем, продолжает:

- Да и кто там будет считать? Ты же наверняка в школе отличницей была, во всех конкурсах участвовала, везде и всюду первая, такая хорошенькая мамина дочка.

- Была, и что с того? – отвечаю, насупившись.

- А то, что когда таким вот маленьким выскочкам жизнь по носу бьет, это только в радость всем. Так что поверь, местные кумушки будут только судачить, кто же папаша, а не сроки досконально высчитывать.

Молчу. Все равно считаю, что никто не посчитает Лесю моей дочкой, но, кажется, с Демидом спорить по этому поводу бесполезно. Зато замечаю другое. Я не дура, понимаю, как он практически загоняет меня в угол, вынуждая через два дня пусть и на время, но официально стать мамой малышки.

- Я правильно понимаю, что ты мне вообще выбора не оставляешь? Что через два дня, когда ты приедешь, мне в любом случае придется согласиться? – вскидываю бровь.

Ожидаю, что Демиду будет стыдно, ведь я по сути поймала его на горячем, но мужчина и бровью не ведет.

- В некотором роде, - усмехается он, прищуриваясь и становясь похожим на хитрющего кота, - использую проверенный подход: дожимаю клиента, не оставляя ему шанса отказаться от предложения.

Невесело хмыкаю, обнимая себя за плечи. Я же не клиент. Просто девушка, у которой жизнь не складывается, а он этим так беззастенчиво пользуется…

- Я скажу, что это ребенок моей подруги, - говорю упрямо, - Либо так, либо никак, понятно?

- Ладно, - неожиданно легко соглашается Демид, вгоняя меня в полный ступор.

Опешив, я слежу за тем, как он поднимается с места, на ходу застегивает манжеты рубашки, и оборачивается ко мне:

- Я унесу твою сумку с вещами в машину. Собирай Леську, отвезу тебя домой.

- А адрес что, тебе не нужен? – выдавливаю я, не зная, что еще сказать.

- Нет. Я же сказал, что знаю о тебе все, Сонечка, - обаятельно улыбается Демид. Обернувшись, он подмигивает мне, окидывает напоследок таким огненным взглядом, что мурашки по коже бегут, и только после этого скрывается из кухни.

В замешательстве поднимаюсь с места и не меньше минуты просто хожу туда-сюда. И что это было? Зачем выдвигать условие, а потом резко соглашаться со мной? Хмуро убираю грязные тарелки в мойку и иду к Лесе. Если бы не малышка, я бы под дулом пистолета не согласилась связываться с Демидом. Уж слишком этот мужчина… опасен? Не знаю, как объяснить это чувство, но внутри будто струна натянулась от напряжения. Я не знала, чего от него ожидать, и это было хуже всего.

Глава 5

Демид и правда даже адреса у меня не спрашивает. Когда я сажусь с Лесей в машину, в навигатор уже забит маршрут поездки. Это обескураживает еще сильнее, чем его поведение на кухне. Откуда он мог узнать так точно, где я жила раньше? Да и вообще обо мне? Неужели наводил справки? Но мы ведь только вчера познакомились, разве такое возможно?

Впервые я задумалась о том, кем же может быть этот мужчина. Он ведь запросто нашел, куда меня с Лесей увезли, помог сбежать, еще и информацию раздобыл. А еще у него пушка, крутая тачка и непонятные знакомые с дорогущими загородными коттеджами. В обычной ситуации я бы и на пушечный выстрел к такому мужчине не подошла – тут и дурак поймет, что Демид не так прост, как хочет казаться. Как минимум он связан с опасными людьми, как максимум…

А, собственно, что как максимум? Я ведь о нем ничего не знала, совсем. Вполне может оказаться, что Демид сам с каким-нибудь криминалом связан. И этот человек не просто знает мой адрес, еще и домой меня везет… Мысленно я обещаю себе, что все это только на два дня. Не могу я так подставлять маму, брата с сестрой. С такими людьми водиться опасно.

Но Леся… малышку было безумно жалко. Отец где-то раны залечивает, надеюсь, хотя бы не на грани комы, а мамы вообще нет. По сути, сейчас ей только я заниматься буду, чужой человек.

Пока я судорожно размышляю, что же делать дальше, машина уже сворачивает на знакомом перекрестке к поселку.

- Останови здесь, - опомнившись, прошу я, когда мы подъезжаем к одному из заброшенных домов.

- Зачем? – удивленно вскидывает брови Демид, но скорость замедляет, - До твоего дома еще две улицы ехать.

- Потому что, если ты меня привезешь прямо к моему дому на своей машине, которая бешеных денег стоит, проблем и сплетен после не оберешься. Лучше я пешком дойду.

- Ты серьезно? – спрашивает с сомнением, - У тебя же на руках Леська будет, еще и сумку тяжелую тащить.

- Ничего, справлюсь, - преувеличенно бодро киваю я головой.

Как представлю все эти сплетни и пересуды, аж передергивает. Нет уж, лучше пешком.

- Сонь, не говори ерунды…

- Останови, Демид, кому сказала! – возмущенно рявкаю я.

От неожиданности мужчина нажимает на педаль тормоза и авто резко останавливается. Демид оглядывает меня недоуменно, а я, стушевавшись, тороплюсь выбраться из салона. Ну что я сделаю, если у меня уже нервы не выдерживают?

- Может я хотя бы помогу донести? – интересуется он, глядя на то, как я сначала достаю сумку с вещами, вешаю ее на плечо и сгибаюсь под ее тяжестью, а после беру на руки Лесю.

- Нет! – отвечаю резче, чем нужно.

- Мы можем скрытно идти. Где-нибудь, где домов меньше или деревья густо растут.

- Демид, - предупреждающе повышаю голос.

- Ну ладно, ладно, - недовольно хмурит брови он. Только я делаю шаг в сторону, как он окликает: - Эй! Ты не оставила мне номера.

- Черт, - ругаюсь под нос.

Воровато оглядываюсь вокруг, и, только когда убеждаюсь, что никого на улице нет, шагаю назад к машине и диктую номер телефона.

- Только учти, что те идиоты мне сумку так вчера швыряли, что и ноутбук, и телефон разбили, - предупреждаю я.

- Но сим-карта же рабочая.

- Мне некуда ее ставить. Телефон есть только у мамы, а он ей и самой нужен.

- Соня, - не выдержав, ухмыляется весело Демид, - ты не девочка, ты беда.

- Вообще-то я не виновата, что просто хотела уехать домой! – выпаливаю я возмущенно.

Я что, теперь еще и виновна в том, что мне всю мою технику расколошматили? Что похитили и, кто знает, может быть чуть не убили??! Разворачиваюсь и сердито топаю по дороге вперед, по направлению к моему дому. Слышу, как позади резко газует машина и останавливаюсь. Она тормозит рядом и мужчина, наклонившись, протягивает к окну что-то.

- Подожди. Возьми визитку. Если что вдруг, позвонишь с маминого? С этим проблем не будет?

Молча мотаю головой, забирая ламинированный прямоугольник, и прячу его в карман джинсов.

- Может все-таки помочь? – снова спрашивает Демид, - Пока не уехал, ты еще можешь передумать.

- Ой, да езжай ты уже! Сама справлюсь! – отдувая со лба прядь волос, говорю с надрывом.

- Тогда до скорого. Дальше деревни – ни ногой, поняла?

- Да поняла я все. Мне и ехать-то некуда.

- Кто тебя знает, Соня Синицына, где ты себе приключений найдешь, - нахально улыбается Демид.

Жаль, руки заняты, так и тянет его треснуть!

- Мои парни за тобой присмотрят. Увидимся, - подмигивает мужчина и поднимает стекло.

- Что? Какие еще парни? – спрашиваю обескураженно, но Демида уже и след простыл. Только пыль столбом за собой оставил.

- Вот же… зараза, - выдыхаю я и улыбаюсь Лесе, - ну что, солнышко, пошли домой? Там игрушки, дети есть другие, весело будет.

Повезло, что малышка оказалась такой тихой и не капризной. Мы были рядом всего ничего, а я уже заметила, как она всегда внимательно слушает, когда ей рассказываешь что-нибудь, как она любит задумчиво рассматривать что-то новое. А еще во сне приползает под бок и так прижимается крепко, пальчиками за руку держится… Сердце снова сжимается от мысли, что сейчас она совсем одна. И за такой вот крохой гоняются какие-то придурки, чтобы ее отцу отомстить. Звери последние, ничего святого.

Когда подхожу к знакомому дому, поневоле ускоряю шаг. Хочется как можно скорее уже поставить на пол неподъемную сумку, да и Лесю ссадить с рук. Она вроде бы кроха совсем, но мне безумно тяжело нести вес вещей и ребенка на себе. Помощь Демида и правда пригодилась бы, но я отлично помнила, что в нашем поселке везде свои уши и глаза. Потом судачить полгода будут, не меньше…

Если честно, даже сейчас я оказалась не готова к встрече с мамой. Всю дорогу мысли были заняты другим, и я толком не придумала подходящих слов, чтобы хоть как-то человеческими словами описать ситуацию. Судя по тому, что ворота и дом оказались открытыми, сегодня был не мамин день дежурства в школе. И чем ближе я подходила к дверям, тем сильнее колотилось сердце.

Надеюсь, все пройдет хорошо и хотя бы против Леси эти пару дней мама не будет против… Во дворе и на огороде ее не видно, поэтому я сразу вхожу в дом. Она не сразу замечает меня: возится с тестом, наверное, снова собирается обожаемые Илюшкой пончики делать. На скрип двери она оборачивается и лицо мамы вытягивается от удивления.

- Ох боже, Сонечка! – охает она, увидев меня на пороге с Лесей в одной руке и вещами в другой. Мама закрывает рот ладошкой и оседает на стул.

А я… я слова не могу вымолвить. Только шепчу хрипло:

- Мама… - и начинаю горько плакать.

Роняю сумку на пол и прижимаю малышку к себе. Наверное, сказывается вчерашнее напряжение, потому что слезы текут сами собой, а я не могу их ни остановить, ни сказать ничего толком. Ни что меня из института отчислили, ни что похитили вчера и чуть не убили, ни что, если бы не чужой незнакомый мужчина, я бы на пороге сейчас даже не стояла.

Но мама-то этого не знает, да и не стоит ей говорить. Только распереживается еще больше. Может быть поэтому она воспринимает мои слезы совсем иначе и бросается ко мне:

- Сонечка, дочка, ну ты что! Ой, перестань, а то я сама сейчас расплачусь, – она быстро вытирает руки, обнимает меня, выдавливает улыбку и забирает с рук хныкающую Лесю, - Посмотри вот, малышку напугала.

Я торопливо вытираю слезы и не решаюсь сделать шаг. Но мама кивает:

- Заходи скорее. Чай будешь? Или, может, ты проголодалась? Малышку давно кормила?

- Нет, не буду. Спасибо, мам. Лесю надо покормить, наверное, - выдыхаю, проходя на кухню и опускаясь на стул.

- А, так эта красотуля Леся? Привет, зайка, я Нина, - мама ставит девочку на ноги и весело ей подмигивает.

Сама не могу сдержать улыбки, глядя на то, как Леся сразу заулыбалась, мгновенно забыв про все плохое.

- У меня с собой есть для нее еда, - опоминаюсь я и бросаюсь к сумке, в которую сложила немного вещей, что привез вчера Демид, и еду для ребенка.

Ставлю на стол несколько баночек пюре и молочную смесь. Мама пока отпускает Лесю на пол и принимается готовить для нее молоко из смеси.

- А институт? – мама поднимает на меня глаза и смотрит таким проникновенным взглядом, что я снова ощущаю безмерное чувство вины. Оно накатывает удушающей волной. Не могу из себя и слова выдавить, признаться, как я ее подвела.

Мама растила меня без отца – он погиб еще когда я была маленькой. Потом, когда я уже выросла, вышла замуж, но отчим не задержался надолго. Нашел себе новую женщину и с тех пор не вспоминал ни про Илью, ни про Валю. Только раз в месяц от него алименты приходили – три тысячи рублей. Ради того, чтобы не платить ни копейки больше собственным же детям, он даже зарплату официальную себе сделал мизерную… А я просто не могла бросить ни маму, ни брата с сестрой, поэтому и помогала, как могла. Как лучше хотела. Допомогалась…

Мама понимает без слов. Только качает головой и улыбается ободряюще:

- Ничего, ничего. Все хорошо будет, Соня.

Улыбается, но по глазам вижу – расстроена, и это еще мягко сказано. Хочу ей сказать, что еще ничего не кончено, все равно я своего добьюсь: и образование получу, и работу хорошую найду. Но слова застревают в горле. Может, потому что я сама во все это уже мало верю. Из-за всех этих неудач руки просто опускаются.

- Как так вышло-то, дочка? – тихо спрашивает мама.

Ее голос вырывает меня из раздумий, и я сначала не понимаю, о чем она, а после вздыхаю:

- Просто я никак не смогла учебу с работой совместить.

- Да нет, я о малышке. Почему же ты мне не сказала, что беременна?

Становится нестерпимо стыдно. Черт, что же я сразу все не прояснила! Еще и разревелась на пороге, неудивительно, что подумала она, что я плачу из-за того, что с ребенком на руках домой вернулась.

- Мама! Это не моя дочь, это… дочка подруги, она попросила с ней посидеть пока.

Мы встречаемся взглядами, и я понимаю, что мама не верит.

- Сонь, ну зачем же говорить так про свою дочь? Ну вышло так, что же ты сразу… не убью же я тебя за это, право слово, - качает она головой укоризненно. Поднимает Лесю на руки и дает ей в руки еще теплую бутылочку смеси. Малышка сразу же доверчиво прижимается к маме и сразу засовывает соску в рот.

- Мам…

- Ничего, Сонь, я помогу. Воспитаем, - мама взъерошивает короткие волосы на голове Леси и улыбается ей, - Только вот… зря ты мне все же не сказала, что я бабушкой стала. Тебе, наверное, совсем тяжело одной в первые месяцы было. А я бы помогла… смотри, как мы ладим здорово. Да, солнышко? – улыбается она Лесе.

- Мамуль, но это правда… - пытаюсь оправдаться я, но заслуживаю только укоризненный взгляд.

- Приляг отдохни с дороги, а потом поговорим. А то сейчас Илья с Валюшкой прибегут домой, даже не подремлешь. Я пока посижу с Лесей.

Снова тяжело вздыхаю. Сил спорить нет, тем более мама, кажется, наоборот, была уверена, что я так отговариваюсь, чтобы оправдать себя.

- Ладно, - говорю я и действительно ухожу в комнату.

С мамой Лесю оставлять не страшно, тем более, они и правда с первых минут хорошо поладили. Обессиленно падаю на свою кровать и обвожу комнату взглядом. На плечи грузом падает безысходность. Для кого-то другого, может, такая неудача с институтом ничего не значит, но для меня это почти приговор. Еще и Демид удружил – теперь такие сплетни будут ходить, хоть из дома не показывайся…

Словно в подтверждение моих мыслей во дворе дома хлопают ворота и сквозь открытое окно я слышу голос соседки тети Светы:

- Ой, Нина, а я думаю, правду или нет говорят, что твою Соньку видели, как она с ребенком домой возвращалась! Ее мужик вроде подвез какой-то, на Садовой высадил. Жених что ли?

Зажмурившись, падаю на кровать.

Похоже, Демид действительно не оставил мне выбора…

Глава 6

Лично для меня два прошедших дня превратились в какой-то ад. Причем мама с самого начала приняла ребенка спокойно, а брат с сестренкой с большим удовольствием возились и играли с маленькой Лесей. Даже складывалось ощущение, что это их родная сестра, так они хорошо к ней относились. Валечке хоть и было пять, и она сама едва из пеленок вылезла, но она очень внимательно следила, как я ее кормлю, даже пыталась помогать искупать малышку.

А вот соседки… они маму накручивали своими разговорами, как могли. С работы она возвращалась мрачная, хмурилась, мало разговаривала. Только потом оттаивала, рассказывала новости, избегая всяких грязных сплетен, смеялась. Попыталась даже завести разговор об отце ребенка, но мне проще было отговориться.

- Мам, давай не будем об этом. Я потом тебе расскажу, правда, но не сейчас.

Все же Демид просил никому не распространяться про Лесю… Учитывая, как быстро расползлись слухи по поселку, я теперь очень даже понимала, почему он попросил не рассказывать правды. Ведь если кто посторонний нарвется на словоохотливую соседку, она ему мигом все выложит.

К слову, не знаю, действительно ли Демид прислал следить кого-то за нами или только пообещал, но лично я никого незнакомого поблизости не видела. Может, просто ребята хорошо выполняли свою работу, но все равно с мыслью о том, что за мной и Лесей кто-то присматривает, спалось спокойнее. Еще бы от сплетен это избавляло… Потому что местные кумушки стеснялись только в глаза все высказать, а стоило отвернуться – сразу же бросались обсуждать.

Я как раз вышла на прогулку с Лесей, просто пройтись по улице, чтобы малышка подышала немного прохладным вечерним воздухом. Жаль, что сразу не выглянула за ворота, потому что, когда я заметила на соседской лавочке трех старушек, возвращаться было поздно.

Задрав подбородок повыше, я усаживаю Лесю удобнее на руках и шагаю вперед, делая вид, что занята ребенком. Стараюсь не замечать ни косых взглядов, ни того, что сплетницы разом умолкли, едва я поравнялась с ними. Да вот только замолчали они ровно до того момента, пока я мимо не прошла.

- Смотри, нагуляла ребенка, и хоть бы что, гуляет себе, - шипит ядовито в спину Зинаида Петровна, соседка по улице.

Скриплю зубами. Хоть бы подождали, пока я дальше уйду, чтобы не услышала. Нет же, не терпится пообсуждать.

- Глаза прячет, стыдно видимо, что на учебу уехала, а сама в подоле матери принесла, - ехидно замечает тетя Света, что вчера первая наведалась за свежими новостями.

Резко разворачиваюсь к старушкам. Они, словно и не ожидали от меня отпора, тут же замолкают.

- Знаете, что?! – сверкаю я глазами, - Какое вам вообще дело?? Заняться нечем, только и смотрите, кто и что не так сделал! Лучше бы за собой следили, а не косточки всем перемывали! Святые тут нашлись! – выпаливаю на выдохе.

Сплетницы замолкают, глядя на меня оторопелым взглядом. «Что, заразы такие, не ожидали отпора?» - мысленно радуюсь я. Гордо хмыкаю, окрыленная успехом. И ровно через секунду до меня доходит, что бабули смотрят вовсе не на меня, а синхронно уставились круглыми глазами за мою спину.

Душа моментально уходит в пятки. Если они так смотрят, значит… Боже мой, неужели меня нашел тот самый Бритый и его люди? Ладони мгновенно становятся влажными, и я покрываюсь липким холодным потом от ужаса. Шумно сглотнув, собираю волю в кулак и оборачиваюсь.

Облегчение накатывает такой сшибающей с ног волной, что слабеют колени. Демид. Черт возьми, я чуть не поседела от их реакции, зачем же так пугать!

- Это что, твой муж? – пытливо уточняет одна из подружек.

Не успеваю ответить. Демид хозяйским жестом привлекает меня к себе, беззастенчиво обнимая за талию, и сухо уточняет:

- А вы сомневаетесь?

- А кольцо где? – допытывается особо бойкая старушка.

- Да их никто сейчас не носит. Прошла мода на них, бабка, - кривит он губы в своей фирменной ироничной ухмылке.

Я стою, растерянно хлопая глазами, и не знаю, что и сказать. Только пялюсь на Демида таким же ошалевшим взглядом, как совсем недавно сплетницы. А он совершенно спокойно забирает у меня с рук Лесю, сажает себе на шею, и кивает мне:

- Пойдем, дорогая. Не терпится познакомиться с тещей.

Брови ползут вверх не только у старушек, но и у меня. Видя, что я от шока даже с места не двигаюсь, Демид берет меня за руку и просто силой ведет за собой. Я даже не сопротивляюсь. Шагаю себе, чувствуя в спину прожигающие взгляды. Стоит нам только отойти, как позади сразу громко начинают шушукаться.

Ну все, теперь мне точно конец. Если Демид сейчас уедет с Лесей, которую дочкой моей считают, какими только словами меня не назовут. Ведь ребенка я с «отцом» оставила… Или посчитают, что он меня бросил и дочку отобрал, что тоже не лучше.

- Боже мой, Демид, я же теперь вообще из дома выйти не смогу … - со стоном говорю я. – Я себе за эти два дня славу на всю жизнь вперед заработала…

- Плевать на них. Вещи собрала? – интересуется Демид.

Вот же…

- С самого начала знал, как все будет?

- Да, - не скрывает нахальной улыбки Демид, - к тому же, зачем тебе отказываться от моего супервыгодного предложения? С Леськой ты поладила отлично, так что давай, складывай вещи и выдвигаемся. Будешь жить под моим присмотром.

- Как я маме потом все объясню? Ты хоть представляешь себе? – не выдержав, повышаю голос.

- Положишь деньги на стол и расскажешь. Когда перед носом лежит куча бабла, любая информация, знаешь ли, воспринимается лучше, - пожимает плечами Демид.

Я только тяжело вздыхаю. Как же у него все просто…

Лера ведет себя так спокойно и беззаботно, что я в который раз убеждаюсь: она точно знает Демида. Агукает на своем языке, не пугается, когда он берет ее на руки. Конечно, она и к маме сразу пошла, и с Ильей и Валей подружилась, но все же это женщина и дети, а не огромный мужик. Такие дядечки, как Демид, всегда малышей пугают, но раз Лера не боится, значит, он действительно говорил правду.

- Слушай, может ты побудешь на улице? – опоминаюсь я, когда мы подходим к моему дому, - Я соберу вещи и выйду. Это быстро.

- Стесняешься меня в дом заводить? А я думал, что неотразим и вообще завидный жених, - не удержался от подкола Демид.

- Просто не хочу, чтобы мама тебя видела. Это ведь снова врать придется ей, а я не хочу.

- Давай назовем это так: не врать, а немного умолчать правду. Подойдет? Пошли, - хмыкнул мужчина и направился вперед, как ни в чем не бывало. Я остановилась, как вкопанная, и хлопнула глазами.

Вот же… не знаю, кто из этих двоих раньше родился – Демид или наглость.

- Стой! – окликаю с обреченным вздохом, - Меня подожди.

Надо было видеть лицо моей мамы, когда я вошла домой с Демидом. А он ведь еще и Леру на руках держал... Гамма чувств буквально за пару секунд, от глубокого шока до… еще более глубокого шока.

- Здравствуйте, Нина Сергеевна, - произносит мужчина глубоким бархатистым голосом, - очень рад познакомиться с вами. Я Демид, мы с вашей дочерью живем вместе.

Вот мама как стояла, так и плюхнулась на стул, не переставая глазеть на него круглыми от шока глазами. Как и я. Откуда он ее имя-то узнал? Или это снова из разряда таинственных шпионских штучек?

Демид толкает меня в бок украдкой и, ойкнув, я спохватываюсь:

- Мам, Демид приехал меня забрать э-э-э…

- Домой, - подсказывает он, не прекращая улыбаться. – Если вы не против, Соня соберет вещи.

- Ой, что же я! – наконец отмирает мама. – Очень рада познакомиться с вами, Демид! Конечно-конечно, я не против.

Ее выразительный взгляд в мою сторону говорит лучше любых слов. Мол, как ты могла умолчать о таком мужчине?!

- Что же вы стоите на пороге? Проходите скорее. Вы не голодный, хотите, может быть, чай? Кофе?

- Нет, спасибо. Очень торопимся, вырвался с работы буквально на час-другой, за Лесей и Соней, - поясняет Демид с обаятельной улыбкой, а после оборачивается и подгоняет, - Вещи, милая.

- Точно! – стушевавшись, морщу смешно нос и бегу в комнату.

Не хочется оставлять Демида наедине с мамой, ведь неизвестно, о чем он ей там еще «умолчит», а я и не в курсе буду. Поэтому вещи в сумку складываю просто с космической скоростью, а сама ушки на макушке держу, вслушиваться пытаюсь, что же на кухне происходит. Плавный мягкий баритон слышно урывками, но слишком приглушенно, и очень скоро я бросаю эту затею и сосредотачиваюсь на складывании одежды. Все равно ничего толком не слышно.

- Миленькая обстановка, - слышится за спиной.

От неожиданности едва ли не подпрыгиваю и роняю стопку белья на пол.

Демид подходит ближе, поднимает обычные хлопковые трусики, и, вздернув бровь, с ехидной улыбкой уточняет:

- А я думал, что девочки в твоем возрасте сплошь кружева носят, а не это… недоразумение.

Покрываюсь краской до самых кончиков ушей и поспешно выхватываю у мужчины из рук свое нижнее белье.

- Зато в нем удобно, - возражаю я, отворачиваясь, чтобы не смотреть ему в глаза и не сгореть от стыда. Быстро перевожу разговор, - Леся где?

- Оставил у твоей мамы. Милая женщина. Чемодана нет? – интересуется он, кивая на мою многострадальную спортивную сумку.

- Нет, - опаляю Демида взглядом исподлобья. Даже бровью не повел!

- Ладно, - пожимает он плечами и протягивает ко мне руку, - Документы.

- Зачем? – тут же настораживаюсь я.

- Ну я же должен вписать твои данные в свидетельство о рождении. Мне паспорт нужен для этого.

Медлю, недоверчиво глядя на него.

- Ну ты серьезно? – развеселившись, ухмыляется Демид, - я тебя из такой задницы спас, а ты до сих пор мне не доверяешь?

- Я в эту задницу не по своей вине попала, - говорю сухо, - И вообще, может это был такой хитрый план меня в рабство какое-нибудь увезти? Сейчас паспорт заберешь и привет.

- Зачем мне тогда весь этот спектакль разыгрывать? – вскидывает бровь Демид, - Что мне мешало тебя просто в машину сунуть силой и увезти давным-давно?

Мы смотрим друг другу в глаза молча какое-то время, и я с неохотой признаю:

- Логично. Ладно. Но имей в виду…

- Успокойся. Завтра вечером уже верну назад.

- Доченька, я там собрала вам в дорогу кое-чего, - слышится голос мамы.

Разворачиваюсь на пятках и улыбаюсь слишком натянуто и широко, словно застигнутая врасплох отличница, тайком целующаяся с местным хулиганом. Смотрю на маму испытующе, но она, кажется, вовсе не слышала нашего разговора. Демид, в отличие от меня, ведет себя спокойно и расслабленно. Он улыбается непринужденно и говорит:

- Ох, ну что вы, Нина Сергеевна, не стоило. Нам ведь не так уж и далеко ехать.

- Но все равно! Вы ведь отказались от чая, не могу же я вас голодными отпустить! И Лерочку я тоже покормила.

- Спасибо большое, Нина Сергеевна. Теперь я понимаю, в кого Соня. И красивая, и воспитанная, и добрая.

- Ой, ну что вы, - застенчиво улыбается мама.

Она смотрит на меня с такой гордостью, что мне в который раз за вечер становится стыдно. Ведь обманываю ее сейчас, так нехорошо на душе от этого, хоть волком вой…

За окном слышится рокот подъезжающей к дому машины и сердце снова уходит в пятки. Боже, когда же я перестану бояться каждого подобного звука?

- Машина. Это за нами. Попросил друга приехать, подвезти, - поясняет Демид маме. Забирает у меня стопку вещей из рук, сам кладет в сумку, застегивает молнию и берет ее за ручки.

- Уезжаете уже? – расстраивается мама, бросая на меня быстрый взгляд, - Даже ведь не поговорили толком.

- Мы обязательно в гости еще приедем, как только у меня выдастся выходной. С огромным удовольствием. Для Леськи полезно почаще за городом на чистом воздухе бывать. Обещаю, Нина Сергеевна, как минимум на неделю приедем, вы еще устанете от нас, - Демид говорит так убедительно, с доброй бесхитростной улыбкой на губах, что мне и самой кажется на миг – так и будет. Даже приходится головой тряхнуть, лишь бы отогнать подобные мысли. Вот умеют же некоторые мужчины врать, заслушаешься!

- Очень надеюсь, что скоро приедете. И не на неделю, а на целый месяц! – улыбается в ответ мама. Она подходит ко мне, обнимает крепко и я, зажмурившись, обнимаю ее в ответ. Знаю, она хочет со мной поговорить, но Демид следит зорко, как коршун, чтобы мы вообще не оставались одни и я не сболтнула лишнего.

- Я скоро приеду, мам, - обещаю я.

- Конечно, дочка. И звони, обязательно. Причем почаще!

- Ладно, - улыбаюсь я.

- Нам пора, - напоминает Демид.

Хочешь-не хочешь, а приходится выходить. У двора снова стоит тот самый внедорожник, на котором Демид меня и привез, снова повергая одним своим видом в шок не только маму, но и вездесущих соседок. Еще бы пропустили они такое шоу. Кажется, сплетниц на лавочке только прибавилось, всем интересно поглазеть, что же за «жених» за мной приехал.

Я сажусь в салон на заднее сиденье с Лесей на руках и Демид тоже, как только грузит сумку с вещами в багажник. С тоской я оглядываюсь на родной дом. Замечаю, что мама смотрит, улыбаюсь через силу и машу ей на прощание.

Ничего. Можно считать, что я просто уезжаю на подработку. Заработаю и на учебу себе, и на жизнь за эти пару месяцев и вернусь. Главное, чтобы эта неожиданно свалившаяся на мою голову работа мамой внезапно не вышла мне боком…