Kitobni o'qish: «Байкал: Тишина, которая забирает»

Глава 1

1

Байкал не прощает суеты. Он принимает только тишину, но и в тишине умеет прятать следы. Лена приехала сюда в конце августа, когда вода в озере становится особенно прозрачной, а воздух — густым, как настой пихты и холодного камня. Она бронировала домик чтобы писать, дышать, забыть город.

Байкал встречал Лену ветром, который не был похож ни на один другой. Он не дул — он разговаривал. Шуршал в высокой траве, стучал по крышам домиков и шептал что-то на ухо, стоило только остановиться и прислушаться.

Лена глубоко вдохнула, чувствуя, как этот воздух, пропитанный запахом хвои и холодной воды, выдувает из головы все городские тревоги. Она стояла на парковке базы отдыха «Прибой», сжимая в руке телефон с подтверждением брони. Всё было идеально: домик на опушке, вид на озеро, тишина на десять дней.

Офис администратора располагался в самом центре базы — небольшое деревянное здание с резными наличниками и табличкой «Добро пожаловать». Внутри пахло кофе и старым деревом. За стойкой стоял мужчина лет сорока, с внимательными, чуть прищуренными глазами.

— Здравствуйте! Я Лена, у меня бронь на домик номер семь, — улыбнулась Лена, протягивая паспорт.

Мужчина кивнул, быстро пролистал журнал и достал ключ на деревянном брелоке.

— Добро пожаловать, Лена. Я Игорь, администратор. У нас тут место тихое, но своенравное. Байкал не любит суеты.

Его слова прозвучали не как дежурная фраза, а как предупреждение. Лена слегка нахмурилась, но тут же улыбнулась, списывая это на местный колорит.

Игорь провёл короткий инструктаж: где столовая, где баня, куда лучше не ходить после заката (дикие тропы к скалам, где часто срываются камни). Он говорил спокойно, уверенно, но Лена поймала себя на мысли, что он слишком пристально следит за её реакцией.

Домик оказался уютным: деревянные стены, большая кровать, запах свежего дерева. Окно выходило прямо на озеро. Лена распахнула створки, впуская внутрь ледяной воздух. Солнце садилось, окрашивая воду в тёмно-фиолетовый цвет.

«Завтра обязательно прогуляюсь вдоль берега», — подумала она, доставая из сумки старую брошюру про мифы Байкала, которую купила ещё в Иркутске. На обложке был изображён силуэт духа озера, смотрящего из тумана. Лена усмехнулась: «Сказки для туристов».

Но когда она легла спать, то ещё долго прислушивалась к тому, как ветер продолжает свой бесконечный разговор с озером. И в этом шёпоте ей вдруг послышалось чужое имя. Или просто скрип старой сосны.

2

Проснулась Лена рано, когда солнце только начинало пробиваться сквозь туман. Надела куртку, взяла телефон и пошла к воде.

Байкал встретил её холодным дыханием и полным безмолвием. Она прошла по берегу, села на камень, смотрела, как волны лижут гальку. Потом встала и пошла дальше вдоль кромки. Больше её никто не видел.

Глава 2

Поезд из Иркутска прибыл в Слюдянку ровно в 11:47. Маша стояла на перроне, сжимая в руке телефон, где в переписке с Леной последнее сообщение висело непрочитанным уже трое суток: «Доехала! База Прибой. Тут так красиво…». Дальше — тишина.

Сначала Маша пыталась себя успокаивать: «Нет связи, села батарея, ушла в трек». Потом позвонила на базу — вежливый мужской голос (тот самый, администратор) сообщил, что Лена «ушла на прогулку утром и не вернулась», полиция «уже работает», всё под контролем. Но именно эта ровная, почти безразличная уверенность в голосе заставила Машу купить билет на ближайший поезд.

До базы «Прибой» добирались на стареньком микроавтобусе, который местные называли «маршрутка до края света». Водитель, хмурый мужчина в вязаной шапке, косился на Машу в зеркало:

— Ты к той, что пропала? — спросил он, когда они свернули с трассы на лесную дорогу.

— Да. Я её подруга.

— Тут пропадают, — буркнул он. — Не первый раз. Но потом говорят, что сами ушли. Или заблудились.

Маша хотела спросить подробнее, но водитель замолчал, будто и так сказал слишком много.

База «Прибой» выглядела так, как показывают в рекламных буклетах: аккуратные деревянные домики, выкрашенные в тёплый медовый цвет, дорожки, посыпанные гравием, и за всем этим — огромная, свинцово-серая гладь Байкала. Но сейчас эта картинка казалась Маше неестественно правильной, как декорация.

У офиса администратора она остановилась, глубоко вдохнула, чтобы голос не дрожал, и толкнула дверь.

Внутри было тихо, пахло кофе и лаком для дерева. За стойкой стоял тот самый мужчина из телефонного разговора — Игорь, администратор. На нём была тёмно-зелёная рубашка с закатанными рукавами, а на столе перед ним лежал раскрытый журнал регистрации.

— Здравствуйте, — голос у Маши всё-таки чуть дрогнул. — Я приехала… насчёт Лены.

Игорь поднял глаза, и на секунду в них мелькнуло что-то, похожее на раздражение, но тут же сменилось сочувственной маской.

— А, подруга. Да, конечно. Мы уже сообщили в полицию, они осмотрели территорию, опросили персонал. Пока никаких следов.

— Я хочу сама всё посмотреть, — твёрдо сказала Маша. — Где она жила? Где гуляла?

— Понимаю ваши чувства, — спокойно кивнул Игорь. — Но территория большая, и у нас тут дикие тропы, камни осыпаются… Будет безопаснее, если я покажу вам основные места.

«Безопаснее для кого?» — пронеслось в голове у Маши, но вслух она только кивнула:

— Хорошо. Покажите.

Пока Игорь надевал куртку и запирал офис, Маша скользнула взглядом по журналу на стойке. Страницы были развёрнуты на текущей неделе. Напротив имени «Лена Соколова» стояла аккуратная пометка: маленький крестик в правом углу. Рядом с другими именами таких крестиков не было.

— Готова? — Игорь уже стоял у двери, придерживая её для Маши.

— Да, — она быстро отвела взгляд от журнала. — Готова.

Они пошли по тропинке к берегу. Ветер здесь был сильнее, он срывал слова, будто не хотел, чтобы они вообще разговаривали. Игорь рассказывал заученными фразами: «Тут у нас смотровая площадка… отсюда открывается лучший вид… дальше тропа закрыта, там опасно…»

— А где она пропала? — перебила его Маша. — Точно где?

— Утром вышла из домика, — спокойно ответил Игорь. — Мы нашли её чашку на крыльце, куртку не взяла. Пошла к воде, наверное. Дальше следов нет.

— Совсем нет? — Маша прищурилась, вглядываясь в песок у кромки воды. Следов действительно почти не было — только рябь от ветра и редкие отпечатки птичьих лап.

— Байкал всё смывает, — тихо сказал Игорь, будто читая её мысли. — Волны, течение. Тут не бывает следов надолго.

Маша не поверила. Не бывает так, чтобы человек просто стёрся.

Когда они вернулись к домикам, к ним подошла невысокая женщина в тёплом платке, с корзинкой в руках.

— Вы про Лену спрашиваете? — спросила она, глядя на Машу с сочувствием. — Я Тамара, я тут за цветами и травами смотрю. Если хотите, расскажу, что люди говорят.