Kitobni o'qish: «Я – взмах крыла бабочки. 2»

Название: Я – взмах крыла бабочки. – 2.

Автор(-ы): Вероника Чуркина

Ссылка: https://author.today/work/349982

Глава 1. Космическая одиссея продолжается.

Я продолжала ставить галочки в анкетах. Обычно это быстро проходило, а тут задумалась о чём-то.

– Что ты там такого сложного увидела? Совсем зависла, даже не моргаешь, – полюбопытствовала Душечка, внученька моя разлюбезная. Я медленно выплывала, словно из сумрака из воспоминаний о былом. Поглядела на буквы в тексте, вроде знакомые, да и слова вполне узнаваемые, а общего смысла не могла понять. Смысл вопроса так и не дошёл до моего сознания. Я поставила галочку наугад. Уф!

– Что ты сказала? – Обратила я внимание на странный взгляд Душечки.

– Никки, ты не сосредоточена, второй уже день занимаемся тестированием, а ты всё где-то в сторонке витаешь в облаках. Что происходит?

– Да ничего не происходит. Детство я вспомнила, – призналась я Душечке нехотя.

– Расскажи! Расскажи! – Завопила во весь голос Душечка.

– Да нечего рассказывать, обычное у меня было детство даже ещё советское, – у меня совсем не было никакого желания распространяться о тех далёких годах.

– Никки! Ну, Никки! Расскажи! Расскажи, пожалуйста! Я читала книги, смотрела фильмы, а тут сама история в живую, – Душечка сначала вопила, потом умоляла, просила о снисхождении.

– Я обижусь! – Грозно предупредила и для солидности нахмурила нарочно брови.

– На что ты решила обидеться, бабулечка моя дорогая? – Хныкала упрямая Душечка. – Я же тебя мумией не называю! Ну поболтай со мной о своём босоногом детстве.

– Хорошо, уговорила. Только с одним условием.

– Каким ещё условием?

– Не перебивать, иначе я собьюсь с мысли!

– Принято. Зашью рот нитками наглухо.

– Ну слушай, я родилась очень давно, так давно, что год уже не имеет значения, скажем не столь важен. Родилась я в конце шестидесятых двадцатого века в стране, которая называлась Советским Союзом. Утречком ранней осенью я заорала басом, известив миру о появлении первенца в рабоче-крестьянской семье.

– Что такое рабоче-крестьянская семья? – Тут же задала вопрос Душечка.

– Это когда папа и мама живут и работают в сельской местности.

– Какие сложные ограничения!

– Не перебивай, иначе я собью! Я родилась, а спустя полтора года меня познакомили с пыхтящим кулёчком и сказали:

– Милая, этот пупсик – твоя сестра, люби её и оберегай.

– Не надо тюсика, не хочу тюсика! – Слова захлебнулись в горьком плаче.

– Давай снесём тюсика в лес, – смеялись взрослые.

– Не надо тюсика в лес! – Ещё горче заревела я.

– И ты это всё помнишь? – встряла Душечка.

– Да, я всё это помню! А теперь я сбилась и забыла о чём хотела рассказать! – Рявкнула я на внученьку свою болтливую, за одно сердясь и на себя за свой склероз проклятый.

– Всё молчу, молчу! – Душечка скорчила раскаявшуюся рожицу.

– Продолжаю. Родилась я в тех далёких краях, где еловые леса глухие росли, где деревеньки маленькие строили, и проживали там охотники да лесорубы. Отец был у меня сильный, много работал, курил папироски, а по праздникам мог и рюмашку «хлопнуть».

– Что такое хлопнуть рюмашку? – Не к стати влезла Душечка.

– А то и значит, что выпить немного водки, граммов пятьдесят.

– Ну и выраженьице! Хлопнуть рюмашку!

– Тебе выражения не нравятся? Может, дальше и не рассказывать?

– Рассказывай, рассказывай, мне всё нравится, – нахохлилась как воробышек Надюшечка.

– Тогда помолчи. Теперь о маме. Мама всю свою жизнь трудилась бухгалтером.

– Что такое бухгалтер?

– Ну надо же! И этого не знаешь! Бухгалтер – это человек, подсчитывающий заработную плату. Люди раньше работали за денежные знаки, да и сейчас иногда работают.

– Знаю, знаю! – Душечка от радости захлопала в ладоши.

– И снова про маму. Она считала себя некрасивой. Разве может быть мама и некрасивой? Конечно нет, все мамы по своему хороши. Мамочка, брови вразлёт, прекрасные умные глаза, чувственный рот и всегда стройная фигура. Мама была добрая заботливая и пыталась сама приодеться и меня с сестрицей не обидеть. Она строчила по вечерам на старенькой швейной машинке обновки. Надо сказать, мама не являлась профессиональной портнихой, но мы всегда радовались новеньким юбочкам и простеньким платьицам. В местном деревенском магазинчике тогда изобилия товаров не наблюдалось, продавалось лишь самое необходимое типа чая, хлеба, сахара, муки и масла. За одеждой и обувью катались в город.

– И как вы жили?

– Жили, как могли, не перебивай. Для меня не существовало такого понятия, как «детский сад». Услышав данное словосочетание, я представляла чудную картину – на лесной полянке маленькие детки водят хороводы и песенки поют.

– А разве не так? У нас в садиках дети вольно бегают по отведённой им территории, – встряла снова Душечка.

– Не ходила я в дошкольное заведение, совсем не посещала. Моим воспитанием занималась бабуля, сутулая ворчливая и вечно чем-то недовольная. Если я стану такой, прибей меня чем-нибудь. Моя бабуля втихаря ругала коммунистов, хотя мама являлась членом коммунистической партии.

– Что такое коммунисты и что такое партия? – Тут же встряла внученька моя великовозрастная.

– Ты что историю страны не изучала? – Изумилась я невежеству Душечки. – Это же была правящая партия в советские годы. Тогда вступить в члены коммунистической партии считалось почётной обязанностью.

– Как-то я упустила данный момент, – промямлила Надюшечка и снова затихла на время.

– Повзрослев, я с удивлением обнаружила, что мамуля скрывала своё происхождение. Моя бабка оказалась дочерью священника, служившего в действующей церкви в селе Ярославской области в советские послевоенные годы. В нашем доме иконы тщательно прятались. Молилась ли бабушка втихую по ночам, осталось для меня секретом. Ещё выяснилось, что бабуля была не только поповной, но и бывшей учительницей и поэтому, наверное, выдрессировала меня читать книжки ещё до школы. И вот однажды дождливым сентябрьским утром с огромным букетом традиционных во все времена багровых георгинов я и была препровождена в учебное заведение. Наивная чебурашка не ожидала, что «школьная пора» растянется на бесконечные десять лет. Не думала я тогда малолетка, что и шикарные бантики, фартук и коричневое платьице надоедят за эти годы до зубовного скрежета.

– Ничего особенного, и сейчас в школе учатся десять лет, – пожала плечами Душечка.

– Слушай дальше. Мамина престарелая тётка, двоюродная сестра бабули рассказывала, как она ещё до Великой Октябрьской революции 1917 года обучалась в Смольном институте благородных девиц. Институтки носили длинные форменные платья с белыми воротничками и по цвету соответствующим году обучения: синее, коричневое, зелёное или чёрное. Она даже показывала фотографию класса, где девочки замерли со строгими торжественными лицами и гладкими причёсками.

– Ух-ты! Старина-то какая! – не выдержала Душечка и подала голос.

– В моём детстве неторопливо тянулись серые трудовые будни с выходными днями и редкими советскими праздниками. По выходным мама пекла пироги, а с зарплаты покупала конфеты. Отец, заядлый рыбак притаскивал домой щуки на ушицу. Папашка был чистокровный выходец из настоящей крестьянской семьи, короче говоря, земледелец в седьмом поколении и в области выращивания картофеля ему не было равных. Мать любила в сезон бегать в лес за клюквой и малиной, поэтому в подвале всегда теснились банки с компотами и вареньями, да и соленья там частенько зимовали. Бывало в праздничные дни мы всем семейством присаживались у «голубого экрана» телевизора, где в те знаменательные вечера транслировали фильмы и концерты по заявкам телезрителей. Бывало и в гости к соседям хаживали и в клуб в киношку или на концерт заезжих артистов.

– Фи, как не интересно! Как скучно вы жили! – Снова встряла в мой рассказ Душечка.

– Самым любимым праздником, конечно считался Новый год. Он и сейчас у меня самый любимый, самый волшебный. Отец притаскивал в дом большую ёлку, ставил её посредине комнаты, и мы с мамой её с упоением наряжали стеклянными шарами и лёгкой мишурой. На макушке ёлки как правило красовалась алая звезда. Под ёлкой стоял пластмассовый Дед Мороз со своею Снегурочкой, а иногда дрых любимый кот Васька. На телевидении состоялась премьера комедии «Ирония судьбы, или с лёгким паром!» В саму новогоднюю ночь мы смотрели "Голубой огонёк«и поедали салат оливье и «селёдку под шубой». Вся страна под бой курантов поднимала бокалы с «Советским шампанским» и лимонадом «Буратино» в детском варианте. Мы с сестрёнкой прыгали вокруг ёлки и бесились, как чертенята. Что такое Рождество, я не знала.

– Ну надо же! Не знать ничего про Рождество! – Высказала своё мнение Надюшечка.

– Слушай дальше, если тебе интересно. Вот сбила меня! В те годы взрослая я уже подкопив деньжат, каталась в город за покупками, и вообще легко разъезжала по стране. Тогда также легко и просто могла поменять и место жительства. Ага, вспомнила, что хотела рассказать! Про школу… Мои школьные годы были бурными и интересными, но не всегда безмятежными. Учителя с нами нянькались, как с родными. Я путешествовала по городам и весям, участвовала в различных конкурсах и олимпиадах для школьников, получала грамоты и небольшие призы. На выпускной бал мне в ателье сшили замечательное голубое платье из шёлка и купили босоножки на шпильке. В тот вечер получив на вечное пользование аттестат зрелости, я прослезилась от полноты чувств. Потанцевала на банкете, поела салату, попила лимонаду и для счастья мне больше ничего и не надо было, – я замолчала в задумчивости. Накатило что-то далёкое и горькое, наверное чувство утраты юности, родителей, друзей.

– А дальше? – Душечка смотрела на меня пристально и неумолимо, требуя продолжения.

– А дальше началась взрослая жизнь, о ней я потом расскажу. А сейчас давай займёмся чем-нибудь другим.

Через пару часов Душечку осенило:

– У тебя же, Никки, была сестра. Где она теперь?

– Подумай сама, сколько лет прошло. А ты не помнишь тётю, вообще не общались?

– Что-то я не припомню такую родственницу.

– В лучшем случае, я могу отыскать внуков. Дожила ли она до восстановления, это большой вопрос, – мне стало грустно.

– Как звать сестрёнку? Я с родственниками плохо контактировала и не подозревала о том, что ты была не единственным ребёнком в семье, – Душечка находилась в приподнятом настроении.

– Моя сестрёнка Зинаида была заметной штучкой, бойкой. Зинка – корзинка, мы так её дразнили.

– Почему вы так её дразнили?

– Да просто в рифму, а так она шустрая девица была, везде свой нос совала. На врача потом после школы выучилась и осела в Архангельске. Мы во взрослой жизни с ней почти и не общались.

– Задам поиск по дате и месту рождения. Когда все варианты переберут, пришлют подходящий. Если найдём родичей по данному направлению, будет круто. После нашего путешествия по Солнечной системе, на Марсе устоим бал и всю родню позовём.

– Тебе бы всё попировать да поплясать, – укорила я внученьку.

– Жить надо весело, а ты всё какие-то причины придумываешь для грусти. Печалиться будем потом, когда жить надоест, и звёзды вдаль позовут.

– Тебя звёзды зовут? – Я насторожилась.

– Нет, не торопятся, ну и я не спешу. А вот твоя сестра, если была долгожителем, то вполне могла попасть в экспериментальную группу по программе оздоровления и восстановления. Есть вероятность, что вы ещё встретитесь.

– Что-то я сомневаюсь, – запечалилась я, вспомнив Зинку.

– Она же врач по образованию, должна была вести здоровый образ жизни, много двигаться, знала как увернуться от стресса и не загонять себя «в бутылку». Вот в последнем ты, бабуля, вообще мастерица, любишь загоняться в угол поглубже.

– Да не выдумывай ты! Нормально я из стрессовой ситуации выхожу. А на счёт сестрицы, последний раз я к ней приезжала на свадьбу старшей дочери Лены. Это было ещё в той другой жизни, Лена наверное тоже к звёздам подалась. Лена пошла по стопам матери и тоже на врача выучилась, кажется даже на хирурга. В последнюю встречу в платье невесты она выглядела, как королева, девка видная, высокая блондинка, вся в матушку свою. Я любовалась тогда на жениха и невесту и мечтала, что мой сын тоже сыграет красивую свадьбу. Сестра Зина с мужем прожила много счастливых лет, и я ей даже немного завидовала. У меня не всё сложилось, так хоть у неё всё путём, любовь не переросла в привычку, а превратилась в семейный монолит.

– И что такое семейный монолит? – Спросила девушка, которая побывала замужем аж четыре раза.

– Как это что? Это сплочённый семейный коллектив, проверенный временем и обстоятельствами. Они так привыкли друг к другу, сплотились в любви и согласии, что их союз уже не растащить, не разлучить.

– А почему у меня-то не получилось раз и навсегда? Я любила, меня обожали, а потом всё как-то уходило в никуда, – Надюшечка скорбно поджала губки. Я подумала, что может время другое пришло, и перемены в личную жизнь ворвались вместе с новыми технологиями, но смолчала. Не буди лихо, пока тихо!

К вечеру с нами связалась космическая станция «Поляна тюльпанов». Стена исчезла, там показалась стандартная каюта. Посредине комнаты стояла по стойке смирно, руки по швам молодая стройная женщина. Она была одета в строгий без намёка на кокетство тёмно-зелёный комбинезон. На голове русые волосы подстрижены «под ёжик», глаза ясные серые спокойно разглядывали нас с Душечкой.

– Здравствуйте, я Зинаида. Кто меня разыскивал?

– Я, – голос внезапно осел, я кашлянула. – Я кажется твоя сестра и зовут меня Вероника.

– Точно, Вероника. Помню тебя. Зачем искала? – По военному чётко, коротко и по существу говорила женщина.

– Соскучилась, захотелось узнать, как ты живёшь, чем дышишь, – пролепетала я растерянно.

– Жизнедеятельность в пределах нормы, дышу стандартной смесью кислорода, азота с биодобавками. Извините, я забыла, что такое «соскучилась», но помню тебя сестра Вероника. Хорошо выглядишь для своего возраста. Да поможет тебе активный образ жизни для плодотворного труда на благо общества.

– Ты далеко от Земли находишься? – После непродолжительной паузы я нашла о чём спросить сестрёнку такую далёкую и непонятную. Надо продолжать разговор хотя бы из вежливости.

– Достаточно далеко, чтобы иметь возможность изучать космическое объекты за пределами Солнечной системы, – она так же внезапно умолкла, также как и заговорила. Зинаида бесцеремонно разглядывала меня и не выражала никаких не только родственных, но и вообще эмоций.

– Зиночка, ты счастлива? – Вырвалось из меня спонтанно.

– Счастлива? Я полезна человечеству и горжусь этим. Я востребована, тружусь на благо общества. имею возможность существовать долгие годы в крепком молодом теле. Это ли не счастье? Я вас всех люблю! – Зинаида робко улыбнулась, помахала рукой, и связь прервалась. Мы с Душечкой долго приходили в себя. Первая опомнилась Надюшечка:

– Никки, что это было?

– Это была Зиночка – моя сестрёнка. После восстановления Зиночка очень изменилась. Мне она запомнилась, как эмоциональная яркая натура. Она всегда одевалась эксцентрично совмещая цвета и стили совершенно несочетаемые. Как может измениться человек!

– О, Господи! А что из меня слепить смогут? Я тоже через пару лет буду счастлива в серой робе и почти лысая? Ужас! Лучше я помру! – Душечка гневно сморщила носик, выхватила со стола чашку, а потом и блюдечко и со страшной силой по очереди метнула их в стену. Бах! Бах! Посыпались осколки. Я испугалась, что мы с девицей поранимся, но обошлось, и нас не зацепило. Непонятно откуда, словно из щели в полу выскочил робот-уборщик и вскоре от происшествия не осталось и следа, всё чистенько убрал в мгновении ока. Душечка между тем поуспокоилась:

– Да будь что будет! Зато звёзды увижу, дальний космос понюхаю!

Остальные дни полёта катились не торопливо и вполне однообразно. Только на четвёртые сутки случилось небольшое недоразумение. Я проснулась по корабельным часам предполагаемым прекрасным утром и полусонная сунула голову умыться в нашу крошечную душевую. Что-то где-то чирикало. Робот что ли какой сломался? Не поняла. Спросонок голова ещё работала не в полную меру. Но мы же в открытом космосе и надо что-то делать! С визгом пронеслась в столовую Душечка. Это уже серьёзно! Я тоже туда поспешила и увидела их. Их – это цыплят. С десяток жёлтеньких пушистеньких цыпляточек суматошно бегали по комнате, испуганно чирикали, а гонялся за ними наш любимый кот, чёрный как ночь, Уголёк.

– «Мя а-у! Мя-а-у! Чирик! Чирик! А-а!» – Какофония звуков мешала думать. Да и о чём тут думать? Катастрофа не случилась? Нам не грозит гибель в открытом космосе? И слава Господу Богу! Система обеспечения комфортного существования не вышла из строя? Ещё раз, слава Богу! Я глубоко и медленно выдохнула и окончательно проснулась.

С добрым космическим утречком, Никки! Чёрный наглый котяра, наш космический «заяц», с этим дружком всё понятно, он уже на вторые сутки стал своим в доску, обожаемым мусиком – пусиком. А вот цыплёнки откуда взялись?

– Душечка, ты цыплят на борт взяла?

– Не-а, ни коим образом! Нам ещё на Марсе погрузили яйца с инкубатором для опытов. Их необходимо было доставить учёным на один из спутников Юпитера. И чего ради они досрочно вылупились? Им никто не разрешал! – Душечка тоже была ещё сонная.

– А как они выбрались наружу? – Недоумевала я, едва поняв в чём дело.

– Так замок на инкубаторе сработал автоматически на открытие, и они вылезли и спрятались до поры до времени, а потом их обнаружил Уголёк и, наверное решил поиграть с цыпами. Ерунда, побегают и успокоятся! – Душечка не желала признавать своей вины в случившемся. Ну, забыла девушка предупредить меня про инкубатор, и что из этого? О чём ещё она забыла мне сообщить?

Из-за угла выкатились два робота-уборщика. Всё-таки Душечка не исправима. Мы же договаривались, что в целях экономии ресурсов, будем сами на корабле наводить порядок. Я наблюдала немыслимую картину: один из роботов тянул на верёвочке бантик, и Уголёк сразу среагировал на игрушку, цыплята его уже не занимали. Другой робот вдруг заполочно закудахтал, собрал цыпляток в кучу и куда-то увёл. Внештатная ситуация разрешилась с помощью умного корабля. Всё же хорошо жить в развитой цивилизации!

Больше никаких происшествий не было, да и не надо. Я ждала момента, когда мы пристыкуемся к спутнику, и что там такое интересненькое для туристов припасли. Припасли, припасли! Марс и Венера так хорошо обустроены, что люди уже и астероиды и спутники принялись обживать. А что, зачем добру пропадать, если технологии позволяют? Меня занимали вопросы куда прозаичнее. Как мы будем швартоваться? Как мы будем передвигаться на астероидах? Занятно же! По этому поводу из Душечки не представлялось возможным выжать чего-нибудь путного. Подозреваю, что она сама не в теме. Меня ждало лёгкое разочарование, мы пришвартовались к ближайшему спутнику Юпитера в ночной период по корабельному времени. При чём заботливая «Евфросинья» нас будить не стала. Вот это технологии! Вот это забота о ближнем! Мы пришвартовались, роботы выгрузили отправленную с Марса посылку, и мы полетели дальше. Ни я, ни Душечка даже не проснулись.

И вся последующая неделя прошла у нас тихо, скромно и незаметно. Неторопливые завтраки, обеды и ужины немного скрашивали совсем уже тоскливый досуг. Я много училась, Душечка занималась какой-то научной деятельностью. Конечно, Душечка активно общалась с друзьями, перезванивалась, демонстрировала народу шикарные космические виды. Солнце из космоса выглядит по другому. Со стороны красиво смотрелись и Марс с Венерой. Я участвовала в разговорах с Сёмочкой и с Аллочкой, но без настоящего живого общения, это не то. Я человек со старыми понятиями и не могу до конца привыкнуть к таким простым новшествам. А потом случилось то незабываемое утро.

В семь утра по корабельному таймеру нас разбудила песенка для физкультурной зарядки. Мы поупражнялись, потом водные процедуры, как и принято на любой планете. И только затем в рабочем режиме «Фросечка» выдала ошеломляющую новость:

– Внимание экипажа! Туристическая яхта «Евфросинья» успешно пристыковалась к научной станции на спутнике Юпитера Каллисто. Отправлен запрос на стандартную экскурсию для экипажа корабля в так называемую космическую деревню, что находится под защитным куполом.

– Почему ты нас не разбудила при стыковке? – Негодовала Душечка яростно сверкая очами. И на кого она рассердилась? На космический кораблик для туристов! Ха-ха!

– Для стыковки туристической яхты малогабаритных размеров к космической деревне не требуется участие человека. Вся процедура стыковки осуществляется в автоматическом режиме. Сам экипаж яхты в момент стыковки находился в режиме сна. Не было необходимости тревожить людей.

– Понятно, – Душечка поджала губки. Иногда прогресс всё же мешал весёлой полной приключений жизни. – Да, ладно! Побёгли в космическую деревеньку! Я тоже там ни разу не была.

– Скафандры наденем? – Сразу видно, что я человек тёмный в таких вопросах.

– Не-а, так обойдёмся, шлюзы сбалансированы, выйдем сразу под купол.

– Вся деревня под куполом?

– Ага. Под защитным куполом накачан воздух и гравитация отрегулирована. Живи – не хочу! – Загордилась Душечка современным сервисом.

– Ох, никак не привыкну к удобствам! – Подыграла я внученьке.

Глава 2. Космическая деревня в натуре.

Мы с Душечкой забегали, пытаясь принарядиться и освежить макияж. Также долго перебирали комбинезончики и оделись наконец в голубенькие. Душечка сделала одну из стен зеркальной, и мы полюбовались на наши прекрасные отражения. Фигурки точёные, волосики отливают здоровым блеском, спасибо занятиям фитнесом и сбалансированному питанию, только улыбки неуверенные. Ну, двинули! Мы смело шагнули в шлюз и гулко пошлёпали на выход. Пшикнула последняя дверь, створки неторопливо отъехали в разные стороны, пропуская двух путешественниц в неизведанный мир. Я на негнущихся ногах протопала по трапу и не веря своим глазам свалилась кулём в траву. Тут же набежали слёзы и застили глаза. Трава, зелёная трава! Я сунула лицо в густые длинные травинки и с наслаждением вдыхала их пряный аромат. Конечно, я не на Земле, и это просто модернизированный грунт спутника Юпитера, но за эти туристические дни я так соскучилась по простому счастью живущего человека, что сразу не могла опомниться от холодного космоса за бортом яхточки, который преследовал меня всю неделю. Я и не подозревала, что путешествие в замкнутом пространстве так угнетающе на меня подействует.

Во, бабочка пролетела! Солнце ласково пригрело щёку. Оказывается, ради этих простых вещей стоит жить. Надо было улететь на космическом корабле чёрт-те куда за тридевять земель, чтобы осознать эту очень простую и обыденную истину.

Берёзки шелестели листочками, шептали, что очень любят меня, меня и тебя, и всех, кого знают и даже кого не знают. Или это не берёзки вовсе? Да не, всё нормально, берёзки это молоденькие, наши русские берёзки. Ветер играл кронами деревьев, солнце подмигнуло из-за тучки. Всё пело, всё лучилось любовью, любовью ко мне малюсенькой песчинке во Вселенной, любовью ко всему насущному. Я не одинока! Ура! рядом натужно сопела Надюшечка. Она улеглась на мягкую молодую травку, повернулась на спину и блаженно улыбаясь разглядывала проплывающие мимо облака. Я теперь точно знаю, что я не одинока. По крайней мере, теперь не ощущаю я себя одинокой.

Я отдышалась, огляделась повнимательнее. Весёлая солнечная полянка с берёзками, кустиками, травкой. Венец творения космической афёры – пяток деревянных прехорошеньких домиков с резными ставенками выглядывали из-за деревьев. Мы будем там ночевать? Во истину, космическая деревня во плоти! Душечка лениво потягиваясь перевернулась на животик, потом встала на четвереньки:

– Вау! Какой сюрприз! Настоящий домик в деревне! Я такого ещё не видела. Надеюсь, что мы поживём немного в одном из таких домиков.

– Ты уверена, что это для нас?

– Во, хозяева селения появились. Сейчас разместят, гостеприимство окажут, – Душечка уже стояла во весь рост и намахивала дружески руками. К нам бежали воодушевлённо что-то крича по дороге и смешно взлягивая ногами мужчина и женщина. Человеческие особи подбежали поближе. А что? Мы же на спутнике Юпитера вдали от матушки Земли! Наши встречающие немного отдышались и на чистом английском классическом представились:

– Мистер Иванов.

– Мисс Иванова.

По правилам вежливости мне пришлось подняться с такой мягкой, такой земной травы и встать рядом с Душечкой.

Мы представились чинно, вежливо и благородно. Знакомство завершилось крепким рукопожатием. Ивановы оказались молодожёнами. У Надюшечки болезненно дёрнулась щека, и автоматически поджались губки, но в целом девица держала себя в руках. По правилам космического туризма полагалось совершить два совместных принятия пищи, а потом уже рассказывать о собственной цели визита. Мы постепенно перешли на русский диалект, так было комфортнее общаться. Иванов и Иванова оба ярко выраженные блондины с карими глазами вежливо с нами общались и постоянно переглядывались, улыбались, посверкивая белоснежными зубами. К стати, Иванов и Иванова – это вовсе не фамилия, а вновь выбранные имена. Они официально поженились и совместно решили так себя называть.

– Какие вы счастливые, – высказалась Душечка и не сумела подавить вздох полный горечи утраты.

– Да, да, – закивали дружно светлыми головушками молодожёны. Душечка на это признание скривилась точно уксуса отведала и неожиданно разразилась бурными рыданиями. Иванов и Иванова бросились утешать её, на что утешаемая Душечка взревела ещё горше, ещё громче. Иванова гладила её по голове усеянной крутыми разноцветными кудряшками. Иванов подставил дружеское плечо, и предоставил возможность рыдать девице уютно опираясь на мужское плечо. Парень приобнял Душечку по-отечески одной рукой. Всласть нарыдавшись, она громко высморкалась в предложенный Ивановой платочек и хриплым голосом попросила:

– Помогите!

Молодожён тревожно переглянулись и вытянулись по стойке смирно с готовностью ринуться на помощь.

– Я ищу моего мужа Майкла. Он у вас был? – Душечка щёлкнула браслет-визор, и в воздухе повис небольшой экран, а на нём энергично шагал и ещё энергичнее улыбался достопочтимый Майкл.

– О, да! Да! Этот достойный уважения господин гостил у нас целых три дня, а потом отбыл в Европу, – повествовал Иванов, а Иванова в знак согласия с супругом кивала головой.

– На Землю в Европу? – Более чем удивилась Надюшечка.

– Нет, конечно нет, ваш друг отбыл на соседний спутник Европа.

– Едем, едем в Европу! – Воспряла духом Душечка.

– Прямо сейчас? – Удивилась теперь уже я.

– Сейчас улетать нельзя. Можно только через три дня, – горячо зачастила Иванова и в порыве волнения замахала беспорядочно руками.

– Но почему? – Возмутилась внученька.

– Согласно Уставу космических турпутешествий по Солнечной системе на любом переоборудованном под обитаемый спутнике Юпитера, гостям предлагается отработать на благо общества не менее трёх календарных дней, – перебивая друг друга сумбурно объяснили блондинистые супруги.

– Ага, понятно, – Душечка сразу поуспокоилась, глазки её потухли и показались замершие было слёзы.

– Ну, ну, Душечка, не плачь, – Иванова ласково потрепала Душечку по плечу. – Мы свяжемся с Европой по визору, и ты побеседуешь со своим мужем. Никуда он от тебя не денется.

– А когда мы сможем с ними связаться? – Душечка становилась невыносима в своём эгоизме.

– Да хоть сейчас, но… – Иванова виновато улыбнулась. – Но лучше сделать это после традиционной трапезы гостеприимства. Отведайте, пожалуйста, наши простые без изысков блюда.

– Это неотъемлимая часть программы развития Каллисто, – поддакнул Иванов.

– Кто такая Каллисто? – Отупело заморгала глазами Душечка.

– Вы нас обижаете. Каллисто – это наш обожаемый спутник Юпитера, – возмутился Иванов.

– Мы уже два месяца его облагораживаем, подстраиваем под себя по собственному проекту, – просияла от радости Иванова. – Пойдёмте, мы всё сейчас продемонстрируем.

Делать нечего, такие здесь порядки, непререкаемые правила, да и любопытство проснулось. Мы всей толпой отправились на обозрение территории. И всё нам было в диковинку. Не только я, но и Душечка не бывала на периферии Солнечной системы.

– Наша космическая деревня небольшая и располагается под защитным энергетическим колпаком. Нас охотно посещают гости, в основном молодожёны в медовый месяц. Ну и Майкл гостил недавно, – Иванова тараторила со скоростью пулемёта. Хотя, кто их знает, как трещат эти пулемёты.

– Майкл был у нас дней десять назад, – вклинился в беседу Иванов.

– Он помог нам пасти склифов, – продолжила мысль мужа Иванова. Молодожёны на то и были молодожёны, чтобы понимать друг друга с полуслова, с полувзгляда. – Он жил в соседнем с нами домике. Симпатичный такой джентльмен и очень добрый. Вам повезло с мужем.

Душечка просияла в ответ и живо заинтересовалась данной космической деревней. А посмотреть было на что. Мы бодренько гуськом шагали по тропинке. Лесок быстро кончился, даже не лесок, а небольшой такой сосновый бор, весь пронизанный солнечными лучиками. Открылась полянка с жёлтого цвета домами. Дома с резными ставеньками вблизи оказались небольшими и очень симпатичными и стояли кучкой, как цыплята, что грелись на солнышке. Искусственное солнышко светило среди беленьких облаков. Кроме солнца остальное было вполне настоящее и живое. Сосенки, редкие берёзки и кустики, а также неброские лесные цветочки действовали умиротворяюще. Душечка наконец успокоилась, а я к стыду своему, не смогла сдержать любопытства и во все глаза пялилась на окружающие нас чудеса развитых технологий. Я и про Майкла совсем забыла.

Вдруг по крышам домов пробежалась густая тень. Что-то или кто-то заслонил это малюсенькое искусственное солнышко. Поначалу тень носилась кругами и непонятными зигзагами, а потом вдруг спланировала нам под ноги. Душечка завизжала. Я замерла с открытым ртом. К нашей компании присоединилась и сейчас находилась в опасной близости большая рыжая корова. Она приземлилась с тихим шуршанием на все свои четыре копыта и сложила кожистые крылья. «Му-у!» – Сказала инопланетная корова и как ни в чём ни бывало махая хвостиком принялась пощипывать травку. Слегка подкрепившись и лениво пережёвывая пучок травы, корова подняла голову и принялась разглядывать нас огромными карими глазами с белыми пушистыми ресницами. И кто сейчас на экскурсии, мы или она?

– Склиф! – Заорала Душечка и от восторга захлопала в ладоши. Я смотрела то на внученьку, то на инопланетную летающую корову и ничего не понимала.

– Какая хорошенькая! Можно погладить? – Не дожидаясь ответа Душечка-Надюшечка принялась похлопывать, поглаживать корову. Та всё стерпела, стерпела даже, когда Душечка звонко чмокнула в белый лобик бурёнушку. Между поглаживаниями и похлопываниями она деловито спросила:

– Как зовут склифа?

– Зорька, – хором ответили молодожёны и продолжили улыбаться, сверкая ослепительно белыми зубами.

– Зорюшка, ласточка моя сизокрылая! Я так тебя люблю! – Внученька буквально растеклась на нежности. Зорька тоже казалось млела от оказанногоей внимания. Она улеглась поудобнее и принялась лениво дожёвывать свою бесконечную травяную жвачку. В Надюшечке явно проснулись дремлющие деревенские корни. Летающая корова – это конечно круто, но я бы лично никогда не завела такое животное у себя во дворе. А если она в полёте, как птичка какнет? Я бы врагу не пожелала стоять внизу в этот момент. На мой недоумённый взгляд Душечка возмутилась волне справедливо:

– Это же прекрасный склиф, искусственно выведенный полноценный экземпляр. Единственное место в Солнечной системе, где они водятся данная космическая деревня.

– Да, да, и мы ухаживаем и наблюдаем за животными, – продолжила тараторить Иванова.

– Это так увлекательно, – вторил ей Иванов.

– И так познавательно, – поддакнула супругу Иванова.

– Почему корову с крыльями называют склифом? – Наконец подала голос и я, и наткнулась на три пары негодующих глаз.

– Ты что классическую фантастику не читала? Знаменитая Алиса Селезнёва путешествовала по далёким мирам. Ты помнишь такую? – Глаза Надюшечки были неумолимы. Казалось ещё немного, и та открутит мне голову по резьбе, при чём и резьбу найдёт.

– А-а, уже припоминаю, – я опешила, как от натиска граждан, так и от накала страстей.

– Так вот по роману, Алиса обнаружила летающих склифов на одной из планет далёкой Галактики. Группа учёных-энтузиастов воплотила фантазию в жизнь. Представляешь, скрестили обычную корову-бурёнку с летучей мышью, долго экспериментировали и достигли вполне приличного результата, – у внученьки в момент произнесения данной пламенной речи глаза пылали почти настоящим огнём.

– Только вы голову почаще поднимайте и на небо смотрите. Их тут всего шесть особей обитает. Три склифа самца и три самочки, но мало ли что. Они всей стаей обожают парить над домами и падать к ногам туристов. Таким образом склифы требуют к себе внимания и выпрашивают ласки, – словно извиняясь заговорил Иванов.

– Особенно им нравится, когда их почёсывают за ушком, – хихикнула Иванова. Меж тем молодожёны со странными именами медленно, но верно подвели нас к домику под номером три. Когда мы уже топтались около прелестного крылечка неожиданно молодожёны активно заперемигивались. Иванов кашлянул, а его супруга страстно прошептала внезапно охрипшим голосом:

– Душечка, для тебя за этой дверью находится сюрприз.

– От кого сюрприз?

– От Майкла, твоего супруга. Он подозревал, что ты, дорогая, не усидишь дома и отправишься его разыскивать. Правда он просил не говорить, что подарок от него, но ты так печалилась, так горевала, что мы решили немного слукавить и нарушить свои обещания. Секрет, конечно же, должен быть полнейшим, иначе сюрприз не получится.

Надюшечка тут же ломанулась в двери и исчезла в недрах сказочного жилища. Я её ни капельки не винила, сама обожаю получать подарки. Ещё дарили бы почаще. Я приветствую в подарках всяческие безделушки. Душечка помешана на красивой одежде, а я ещё с недавних пор собираю фигурки и статуэтки в виде собачек. Мне захотелось украсить в светёлке одну из стен полочками с большой коллекцией из пёсиков. Душечка мне в этой затее активно помогала и затаривала полочки фарфоровыми фигурками. Но это всё осталось на Марсе. Что же такого занимательного приготовил Душечке её вечно исчезающий супруг? Душечка будто услышала мои мысли, из недр домика выскочила довольная, как наевшийся до отвала сметаны кот. Она пританцовывала и напевала детскую песенку:

– Пусть всегда будет солнце! Пусть всегда будет небо!

Пусть всегда буду я и песенка моя!

В руках внученька держала алую коробочку с синим огоньком на крышке. Девица широко и вместе с тем загадочно улыбалась, выбрала место поудобнее и поставила на травку коробочку, отбежала шагов на пять в сторонку и с хитрой улыбочкой стала ждать. И не напрасно. Коробочка раскрылась, задымила розовым и оттуда, как джин из лампы выскочили белочки, зайчики, собачки, кошечки и даже ёжики, которым вовсе не обязательно здесь быть. Они быстренько встали в хоровод и взявшись за руки, или уместней будет сказать, за лапки и приплясывая в такт зазвучавшей лёгкой бренькающей музыке, забегали по кругу. Зверюшки бегали высоко закидывая задние лапки, скалили зубки. Я и не поняла как в центре хоровода оказалась Душечка, и зверята дружно запели:

– Майкл любит Надюшечку-Душечку! Майкл обожает Душечку-подушечку! Ля-ля!

Плясали они минут пять, потом раздался хлопок, и сюрприз растаял, коробочка тоже испарилась, осталось только воспоминание да лёгкий приятный запах сладкого дыма.

– И это всё? – Душечка капризно надула губки и тут же гневно топнула ножкой обутой в серебристый башмачок. Что – то другое, более глобальное просила её душа.

– Где мы будем ночевать? – Спросила вдруг внученька.

– Если пожелаете, то в этом же домике номер три. Здесь жил и Майкл.

– Хочу! Хочу жить в этом домике! – Запрыгала на одной ножке Душечка, словно девочка школьного возраста. Ну жаждет девица тут пожить, ну и ладненько, я возражать не буду. Мне-то было всё равно, лишь бы головушку было где положить, да чтоб помягче. А вообще в таком хорошеньком с виду домике должно быть комфортно. Так и оказалось. Стены бревенчатые смотрелись, как в русской избе колоритно. Мебели было минимум – стол, стулья, две кровати, шкафчик платяной. Я обратила внимание на открытое окошко с колышущейся от ветерка занавесочкой. Классический рай для туриста. После беглого осмотра содержимого гостевого домика мы отправились в гости к молодожёнам для совершения так называемой традиционной трапезы. Зорька видя, что мы с Душечкой отвлеклись на другие дела и не собираемся больше ласкать её прекрасное тело, легко взмыла в небо, только хвостиком игриво махнула. Тоже мне, капризная бурёнушка, рыжая головушка. Коричневые кожистые крылья хлопали, как у птицы, или лучше сказать, как у огромной пухлой летучей мыши. Ну и могучий же был размах у этих крылышек! Мама, не горюй! Я проводила Зорьку долгим восхищенным взглядом.

Мы нагрянули к молодожёнам в гости, уселись за стол внутри домика. Всё у них в хозяйстве было простенько, совсем как в деревне моего далёкого дремучего детства. Потчевали нас вкусно сытно и на самом деле довольно простенько, без особых изысков. Мы с аппетитом поедали жареные грибочки, тушёное овощное рагу, пили густой наваристый чай с земляничным вареньем и пареной калиной. Надо сказать, кулинарию здесь ценили как искусство и держали на высоте. Не обошлось и без знаменитого борща с пампушками.

– Кушайте, кушайте, гости дорогие! Всё, что бог послал, нынче выставила на стол, – довольная Иванова сама лично подкладывала в тарелки добавки и нахваливать угощенья. Она же успевала командовать роботом-подавальщиком наряженным по поводу вечеринки в расшитый бисером в славянском стиле сарафан и с шикарным кокошником на серебристой голове. Посуда выделялась особенно от традиционной. Миски и ложки, тарелки и стаканы – всё изготовленное из дерева и покрытое позолотой и росписью с цветочным узором выглядело не сколько оригинально, а даже вычурно. Красиво и вкусно, что ещё гражданам хорошим надобно? Сервис на высоте. Робот-подавальщик не только убирал со стола грязную посуду и подтаскивал новое угощение, но и постоянно делал реверансы. Выглядело всё это в целом очень даже уморительно. Но еда была вкуснее и отвлекала от сарафана и кокошника. Или это я соскучилась по домашней кухне?

– Все овощи мы выращиваем в собственном огороде, – с гордостью пояснила Иванова, когда мы едва переставали жевать одно кушанье и после смены мисочек принимались за новое блюдо.

– Планируем создать небольшое озеро и развести рыбок, – широко улыбаясь дополнил супругу Иванов.

– Рыбки – это хорошо, – сказала Надюшечка с набитым ртом. – А птички у вас водятся? Летают только склифы или ещё кто в небе парит?

– Водятся и ласточки, и вороны, воробьи, пегасы, – продолжил разговор Иванов. Его жена отвлеклась на указания роботу-подавальщику.

– И кто такие пегасы? На Земле да и на Марсе я что-то ничего подобного не встречала, – удивилась Душечка и даже забыла про ложку в руке наполненную овощным рагу.

– Пегасы – это пони с крыльями. Маленькие такие лошадки, только у нас они ещё и летают. Мы не хотели, что бы склифы скучали без приятелей, – молодожёны, захлёбываясь от восторга, принялись рассказывать о своих достижениях в генной инженерии. Признаюсь честно, я даже с пятого на десятое не могла понять, как они добились выведения летающих коров, а также лошадей пусть и маленьких. Не дано мне быть такой умной и сообразительной. Я посмотрела на Душечку. Та активно кивала продвинутым учёным, а вот понимала ли она что-либо из их торопливых речей, я не знаю. Если и она ничего не поняла, то всё едино не признается, на то она и Душечка. И тут я уловила на слух что-то вполне доступное.

– У нас и курочки в спецкурятнике живут. А недавно цыплятки вылупились. Хотите посмотреть? – Тараторила новоиспечённая супруга.

– Что за вопрос, конечно, хотим, – решила за нас двоих Душечка. Сколько жрать-то можно? Мы же не будем жевать до потери пульса или пока не лопнем! Тут я была целиком и полностью солидарна с внученькой любезной.

Курятник, место где содержали цыпочек отличался хрустальной чистотой. Да и как могло быть иначе, если весь мусор выгребали роботы, они же и полы намывали и загончики чистили. Труд роботов я оценила, но пожалеть мне их не захотелось. Роботы ведь неживые существа! И этим всё сказано. Цыплятки были смешные и жёлтенькие и чирикали, как воробышки.

– Почему они пищат не своим голосом? – Встряла Душечка в очередную лекцию о о генетике и её стремительном развитии. У меня же закралось сомнение в естественном происхождении данных милых цыпочек.

– О, это наше упущение! Приношу свои извинения. Мы в инкубаторе нечаянно поменяли тональность облучения яичек. Мы с моей ненаглядной жёнушкой только и хотели, что бы цыплятки вылупились поумнее и научились считать до пяти. Но считать они ещё не научились, рановато ещё, они слишком маленькие, а почему-то стали подражать воробьям, – Иванова смотрела виновато.

– А почему они подражают воробьям? – Поинтересовалась Душечка, та пронырливей меня и успела задать вопрос первой.

– Так воробьи рядом с курятником свили гнёздышко и постоянно чирикали все дни напролёт, – теперь уже виновато смотрел на нас и Иванов.

– А мама-курочка куда смотрела? – И снова внученька меня опередила и первой задала вполне справедливый вопрос. И снова я в пролёте, видать старею.

– Да кудахтала курица заполошно поначалу., а потом успокоилась. Чирикают и ладно. Ну не мычат же? – Бойкие учёные пытались выкрутиться из создавшегося неловкого положения.

– У нас тоже в полёте вылупились несколько цыпляток и смешно пищали. Мы их передали по назначению, – сделав умное лицо принялась разглагольствовать Душечка. – С нами путешествует ещё безбилетный пассажир котик Уголёк. Вон там не его хвост торчит?

– Мя-а-у! – Уголёк и вправду пробрался после стыковки вслед за нами в космическую деревню и уже вовсю осваивался. А что? Роботы его пропустили. На его счёт не поступало никаких указаний. Это уже наше упущение.

– Оставьте его у нас, умоляю! Наше семейство кошачьих хорошо примет Уголька. Наша Пусечка очень красивая пушистая киса сейчас страдает без кавалера. Некрасиво так получилось, но её кавалер отбыл недавно на Марс с группой учёных. Пусть Уголёк погостит у нас, – длинная красноречивая речь учёных супругов свидетельствовала о том, что Уголёк им очень понравился.

– Ну раз вы так настаиваете, то конечно, мы оставляем вам кавалера, – Душечка хитро улыбнулась, разом решив судьбу чёрного пройдохи. Думаю, кот не обидится, если мы его тут оставим, тем более, что я не сомневаюсь за ним станут подобающе ухаживать. В этот самый момент киса Пусечка выглянула полюбоваться на незнакомца. Она томно замяукала и распушив хвостик, повела кавалера подальше от зрителей. Уголёк игриво замурлыкал и вальяжной поступью двинулся за кисой, даже не оглянулся. Ну не подлец ли! Мы его несколько дней холили и лелеяли, всю неделю пузико чесали и по головушке гладили, а он мерзавец про нас сразу и забыл. А может. оно и к лучшему?

Глава 3. Где гнездятся склифы?

Солнце по прежнему сияло, тучки изредка порхали рядом. А самое главное, что Душечке полегчало, и она живо заинтересовалась диковинными животными:

– А склифы где живут?

– У них свой сарайчик тёплый и уютный. По понятным причинам свить себе гнездо склифы не в состоянии. Хотя почему нет, по своей природе эти прелестные животные могут из соломы смастерить себе гнёздышко, но нам удобнее за ними в сарае ухаживать, – казалось, что у Иванова не сможет закрыться рот, и он не умолкнет никогда. Похоже про своих любимцев парень способен рассказывать часами.

– Можно посмотреть, как живут склифы? -Тут же заныла Душечка. Пусть себе ноет, главное про Майкла не вспоминает.

– Ну, конечно! Вот здесь за домиками за двумя молоденькими берёзками и проживает наше дружное семейство склифов, – радостно просвещала нас разговорчивая Иванова. – Первоначально мы правда хотели сделать гнездо для склифов, свить так называемо из веток, но потом передумали. На дереве устроить такое гнёздышко не реально, у нас и деревьев таких мощных не выращено. А на поверхности почвы склифам в гнезде было бы не комфортно. Да и склифы совсем не птицы, чтобы утро встречать на ветках могучего дуба. Пещерку для них в стиле норки нам что-то рыть не захотелось. Вот поэтому живут они в приличного размера сарайчике.

– Спят склифы на подстилках из соломы, свернувшись калачиком. Данные животные мычат, как коровы и молока дают по ударному довольно много, – подхватил пламенную речь жены Иванов.

– Молоко подают у нас к столу на завтрак, а кефир на ужин, – завершила речь Иванова. В это самое время мы добрались до большого круглого, как таблетка ангара с выпуклой куполообразной крышей. Двенадцать широких и высоких дверей, даже не дверей, а ворот автоматически открывались, реагируя на движение. Мы дружной толпой ввалились в ближайшие двери и смело шагнули внутрь. По периметру здания тянулся широкий коридор, а в центре огромное лежбище из свежей ароматной соломы. Склифы лежали вповалку, громко сопели и иногда пофыркивали. Маленькие склифики помукивая порхали под самым куполом. Детки резвились от души, взрослые склифы отдыхали от трудов праведных. День клонился к вечеру, и склифы сытые и вдоволь нагулявшиеся готовились ко сну.

– Ух, ты какие хорошенькие! – оживилась Душечка, задрав голову разглядывала летающих склификов. – Я хочу их погладить.

– Сейчас склифы должны успокоиться, не надо их будоражить, – подхватив речь жены продолжил Иванов. парень был очень убедительным. – Придёте завтра утром и потрогаете и погладите любого животного. А сейчас пойдёмте посидим на веранде, квасу попьём.

Мы уютно устроились на веранде в домике молодожёнов, и всё было хорошо. Молодожёны нас дружно развлекали, продемонстрировали свои художественные данные. Они под гитару пели по очереди и дуэтом песни о любви аж на семи языках. Молодожёны слаженно играли на гитарах и пели замечательно и задушевно. Мы с Душечкой даже и не пытались им подпевать, только дружно хлопали в ладоши. Все звучащие песни были авторские. Мне понравилось. Я конечно на семи языках не говорю и не все слова поняла, но красивые мелодии, звонкие голоса заполняли всё пространство и сами вливались в душу. Да и что там понимать, молодожёны, они и есть молодожёны, все песни, конечно же, были про любовь. Мы самую малость пригубили домашнего пива, тягучего и со вкусом малинового варенья и капелькой хмеля. Хмель придавал пенному напитку пикантную нотку горчинки. Я никогда в жизни не пробовала такого пива, разве что некогда в той ещё жизни похожее пиво варила моя свекровь. В те годы женщины славились мастерством в шитье и приготовлении оригинальных блюд на праздники.

Этим прекрасным прохладным вечером мы потягивали лениво пивко и закусывали его великолепным сыром, сваренным Ивановыми собственноручно из знаменитого молока от летающей коровы. Мелкие хрустящие крекеры в меру солёненькие изготовила также молодая жена. Высокие изящные бокалы на тонких ножках создавали настроение праздника. На душе потеплело. Почему-то вспомнилась мама, потом в голове мелькнула та далёкая свадьба с фатой и длинным белым платьем до полу. Это была единственная свадьба в моей жизни, и я тогда испытала сильные непередаваемые чувства. И вдруг всплыло совершенно неожиданно свеженькое – вальс с капитаном. Теперь это называется – я больна вами, я вами одержима. В новом прекрасном веке стали выражаться намного изысканнее, но если выражаться по старинке, то я влюбилась. Я влюбилась впервые за многие годы. Это так волнительно, так прекрасно, меня посетило большое изысканное чувство. Это чувство меня переполняло, распирало изнутри. Я чувствовала себя воздушным шариком, заполненной искрящейся газовой субстанцией. Весеннее обострение одним словом, хотя я потеряла счёт времени и чувство сезона и теперь уже не весна, а скорей всего расправило крылья лето. Вечерело, и солнце совсем по земному закатывалось за горизонт. Где бы ни был человек, он обустраивает своё жилище под себя под привычные стандарты. Близился плановый сеанс связи с матушкой-Землёй. Молодожёны в обязательном порядке пообщались с научным центром о состоянии популяции склифов и космической деревни на Каллисто в целом. Потом они побеседовали с родителями. Душечка благополучно отчиталась перед турагентством о наших успехах:

– Капитан корабля межпланетной линии «Евфросинья» Душечка рапортует об успешной передаче десятка цыплят от курочки-несушки на борт космического поселения на астероиде. После прибытия в космическую деревню Каллисто мы передали безбилетного кота Уголька в местную популяцию кошачьих. Кот остался доволен. Датчики настроения показывают о всплеске положительных эмоций у местных кисок. Наш Уголёк очень понравился местной пушистой Пусечке. Экипаж корабля «Евфросинья» переходит к изучению популяции склифов. Доклад закончен.

Душечке что-то ещё отвечала, видеозаписи приняли. Потом она с кем-то ещё из подружек долго общалась, вероятно делилась впечатлениями. Я не вслушивалась, возможно это были её дети или внуки. Мне вдруг страшно захотелось поговорить с мамой, с давно умершей мамой. Что это? Я схожу с ума, или просто до сих пор жутко по ней скучаю? Мне её не хватает все эти годы. Она была для меня подругой, очень доброй справедливой подругой. После её смерти никто не смог занять это место. Не нашлось такого человека, которому я бы так беззаветно доверяла. Да она дожила до преклонных лет, но мне бы хотелось, что бы она жила и дальше, бесконечно долго жила. Когда-то мне достаточно было просто с матерью поговорить, что бы не впадать в жуткую депрессию от бытовых проблем. С ней было так легко, как ни с кем другим. Может, потому что у нас были схожие характеры, или потому что она являлась моей близкой роднёй? Да какая теперь разница? Человека уже давно нет, только память о ней и витает где-то высоко в облаках.

Спать мы с Душечкой отправились в соседний домик номер три, как и ранее договаривались. Молодожёны проживали в домике -штабе номер один. Всего в космической деревне наблюдалось стандартное количество домов, а именно пять. Мы сделали стандартную спальню на двоих с двумя деревянными кроватями, хотя можно было щёлкнуть тумблером и каждая бы отдыхала в отдельной светёлке с окошечком с весёленькими занавесочками.

Мы не закрыли на ночь окошка, и утром нас разбудил ровный гул мотоцикла, что раздавался с улицы. Я спросонок не понимающе хлопала глазами. Откуда здесь взялся мотоцикл? И кто на нём катается? Мы с Душечкой душераздирающе зевая, быстренько закрыли окно наглухо, задёрнули занавеску и продолжили дрыхнуть. Вставать с рассветом – это вообще не наша тема. Хотя склифы уже похоже пробудились. Когда я задёргивала занавесочку, то заметила краем глаза парочку склифов парящих в облаках тем более, что до нас доносились едва слышные глухие хлопки крыльев. Шумоизоляция здесь на высоте.

Ну уж нет! Пусть нас здесь считают неженками и рафинированными барышнями, мы поднимаем головы с подушек чуток позже, часиков так на пяток. Разлепив глаза в положенное время, выпив большую кружку местного мятного кваса, вкусив лепёшек из кукурузной муки, мы ринулись к обязанностям волонтёров. Молодожёны уже вовсю работали и над нашим сонным видом только похихикали и-то чуток. Иванов куда-то отошёл, а его молодая жена осталась болтать с нами.

– Склифы являются животными млекопитающими. Их изначально таковыми задумали и сразу отставили в сторонку программу кладки яиц, процесс высиживания и вылупления. Учёным справедливо показалось маловероятным, что склифы должны нести яйца, как птицы. Они же по строению тела больше похожи на земных коров, – со знанием дела нас просвещала Иванова. Она сегодня нарядилась в свободный до полу очень красивый сарафан.

– Сегодня у нас солнечная жаркая погода, я на всю неделю такую поставила, – продолжила лекцию молодая жёнушка. – А в среду ночью будет дождь. Одевайтесь, как вам вздумается, у нас в деревне дрескод не соблюдается. Недаром всё утро жабы пели. Слышали гул и рокот? Это они, наши неутомимые жабочки-певуньи, они немного громкими получились, но это даже забавно.

Из-за горизонта вынырнула маленькая фигурка с крыльями. Она стремительно росла, и вот уже с небес падал большой чёрный рогатый склиф. Фу! Мне будет трудно привыкнуть к летающим коровам, пардон, и к быкам тоже. Я жила в мире, где паслись в полях стада обычных рогатых, мычали, мирно щипали травку. А здесь какое-то недоразумение. Такая туша и вдруг летит в небе! Кошмар! Это каких поганок ядовитых надо наесться, что бы такое придумать?

Неожиданно для меня склиф мягко приземлился, и с его спины соскользнул Иванов и широко улыбаясь произнёс:

– С добрым летним утром! Хотите приласкать Мишаню?

Конечно, мы хотели погладить наглую харю Мишани и заглянуть в его добрые карие глазищи. Мишаня был совсем рядышком и задумчиво рвал губами сочную травку. Бык был огромен и могуч, но совершенно не опасен, добрый такой бычок. Его так запрограммировали. А как же иначе? Казалось, Мишаня прислушивался к нашему разговору. Что ему хотелось? Может, полетать со всадником на спине? Как он относится к людям? Как к хозяевам, или как к друзьям? А не всё ли равно?

– Можно мне покататься на Мишане? – Услышала я голосок внученьки, Душечка едва выдохнула от восторга. – Я в шортиках и кедах, и не выпаду из седла. Можно?

– Можно. Садись, и кресло подстроится под тебя. Не бойся, Мишаня смирный, а в кресло вмонтирована система защиты от падения.

Мишаня лёг на травку, и Душечка тут же забралась быку на спину, и они шумно взлетели. Кожистые крылья подняли воздушный вихрь, а когда тот успокоился, летающий бык с моей внученькой в седле парили где-то очень высоко. Молодожёны пытались и меня покатать. Я наотрез отказалась садиться на подбежавшую белую Розочку. Розочка была молоденькая и очень миленькая, но я всё равно не пожелала на ней прокатиться. На минутку мне показалось, что Розочка страшно обиделась на меня за то, что я побоялась с ней полетать. Розочка полностью разочарованная ушла пастись на полянку, я осталась ждать возвращения Душечки. Душечка пребывала в радужном настроении. Полёт добавил ей недостающего адреналина. Только на третий день я набралась храбрости и залезла на медлительную Мусьеночку с томными глазками. Мы плавно взмыли в небеса. Я глянула на убегающую куда-то вниз траву со скромными полевыми цветочками, домики с верандами и с перепугу крепко-накрепко зажмурила глаза. Кресло мне показалось не достаточно безопасным для использования, а корова слишком маленькой, чтобы выдержать мой вес. Желудок мой почему-то застрял в горле. Я с трудом дышала. Казалось, у меня от ужаса разорвётся на кусочки сердце. Не поняла как, но я снова оказалась на полянке. Меня из кресла со всеми предосторожностями извлекли молодожёны, под руки притащили на веранду и напоили тёплым чаем с мёдом. Говорят, что такой напиток успокаивает нервы, не знаю, не заметила. Меня ещё долго колотило, как в ознобе.

– Ну нельзя же так бояться, – укоряла меня Иванова заботливо кутая моё непослушное тело в плед. У меня совершенно не гнулись конечности, руки и ноги словно онемели. – Система безопасности тут же среагировала и заорала, как бешеная. Если так боишься высоты, то лучше будет, если будешь наблюдать за беременными самочками склифов. Они тебя уже успели полюбить. А Душечка подрессирует ещё парочку склифов.

– А так можно? – Прошамкала я онемевшими губами.

– Конечно, можно, тем более, что сюда скоро прибудут четыре пары молодожёнов на медовый месяц и при том большие любители полётов на склифах.

На западе зашумело. При чём гул нарастал, я заёрзала, не хотелось испытать ещё одно потрясение. Снова катались на мотоцикле, но кто? Иванова глянула на меня и рассмеялась мелодичным смехом, словно кто-то неловкий уронил и рассыпал связку серебряных колокольчиков.

– Это наши жабы запели. Мы здесь нечаянно вывели популяцию очень кусачих комаров. Как вы уже успели заметить, мы с мужем сторонники естественных методов, и поэтому из-за комаров у нас поселилось ещё и семейство голубых жаб. У них по всему телу находятся прикольные бородавочки. Специально для жаб на западе от деревни организовали небольшое болотце. Поют они замечательно перед солнечной погодой ранним утром и иногда по вечерам, когда туман опускается на болото.

– Кажется вы немножко перестарались в своём стремлении приблизиться к естеству, – я попыталась робко на правах гостя возразить против мотоциклетных арий в ночи.

– Ни капельки мы не перестарались. Наши жабы так душевно поют! Ах, вы только прислушайтесь, – Иванова закатила глаза в экстазе. К нам подошёл её супруг:– Этот размеренный гул напоминает мне шум прибоя и навевает романтический настрой. Сейчас они поют немного не вовремя потому, что у жаб начался брачный период, – Иванов скупо улыбнулся.

– А ля натурэль, – пропела бархатным голосом Иванова. Ну что ж, о вкусах не спорят. Я в мотоциклетном стрёкоте не слышу никаких ноток романтики, он меня скорее пугает.

А я уже вернулась, – вторила ей напевом прилетевшая с задания Душечка. Она, как рыба в воде, уверенно чувствовала себя в космической деревне. Внученька летала на Мишане, своём любимце по всей освоенной территории и выполняла различные поручения Ивановых. По мне так она активно, порой даже слишком активно наблюдала за популяцией склифов, и не только наблюдала, а пыталась их дрессировать. Обалдеть! Внученька едва успевала менять футболки и шортики, на ходу перекусить бутербродиком, как тут же неслась к пастбищу к своему обожаемому Мишане. То Майкл, то Мишаня, ну и вкусы у девоньки!

Склифы её стали узнавать издалека, мыкали при её появлении, дружелюбно помахивали хвостами. Мне же крупно повезло, мне достались для работы в космическом мирке те самые музыкальные жабы. О-о-о! Меня посадили на лавочку у окраины болота и там я наслаждалась мерным гулом, издаваемым жабьими глотками. Иногда вырывались из общей какофонии особенно крупные особи и орали на повышенных тонах. Видать, такая моя доля. Душечка ещё и поиздевалась надо мной:

– Царевна ты наша лягушка! Жабий принц тебя поцелует и превратишься в земноводную красавицу и проживёшь долгую и счастливую жизнь в космическом болоте.

– Спасибо, я как-нибудь обойдусь без королевских почестей. Потом поквакаю, а пока посуществую в виде человеческой особи, за одно красивые платья поношу, – отшутилась я от нападок внученьки.

Вечером Душечка пытала вопросами молодожёнов. Она жаждала на сеансе связи поговорить с другими спутниками Юпитера и выяснить всю правду о Майкле. Я надеялась, что девонька немного отвлеклась от своего непоседливого муженька, а оно вона как. Ей правда отказали. По правилам туризма необходимо посетить каждую космическую деревню и пообщаться в живую и принять непосредственное участие в научных экспериментах.

– Отлично получается, заодно и развлечёмся, – попыталась я в очередной раз утешить Душечку. Если честно, то она не очень-то и расстроилась на этот раз, а я тем более.

– Следующая деревня называется Европа, потому что находится на спутнике под одноимённым названием. Ну что? Вперёд на подвиги! – От Душечкиной депрессии не осталось и следа. Похоже склифы подняли настроение ей, а значит и мне, не смотря на неудавшийся полёт. Надо признаться, если на них не летать, то склифики очень даже миленькие, особенно малыши.

Вечером мы устроили для молодожёнов прощальный праздничный ужин при свечах. Мы с Душечкой напекли пирогов, собственноручно наварили киселя. Соблюдая традиции встретили гостей хлебом-солью. Душечка спела тягучую очень мелодичную песню на итальянском языке. Песня кажется была про любовь, а в прочем, не знаю, не могла добиться от внученьки точного перевода. Про деревню там пелось, это точно. Я первый раз в жизни заварила чай из лепестков розы. После чаепития мы пригубили немного терпкого вина из голубики. Никогда раньше не пробовала вино из голубики, да и чай из лепестков розы тоже не пила. Чай оказался ароматным и в меру сладким, а вот вино с насыщенным тёмно-фиолетовым цветом мне понравилось намного больше. От бокала с вином пахло ароматом молодой сосенки, а сам напиток славился ярким вкусом терпких лесных ягод. Сразу вспомнилось детство. Вино ослабило хватку разума, я перестала себя держать под полным жёстким контролем, и перед глазами чётко всплыла картинка из полянки с яркими жёлтыми одуванчиками. Я с девчонками собирала в букет крупные одуванчики и потом плела себе на голову веночек. Солнечный день, солнечные одуванчики, солнечная популярная в те годы детская песенка: «пусть всегда будет солнце!"И мне тогда хорошо уютно жилось, и я не знала, что-то был край Солнечной системы, и даже не только нашей системы, а ещё и край Галактики. Фантасты пугали нас звёздными войнами, страшными эпидемиями, нашествиями жутких инопланетных тварей, а получилось всё по-другому. Получилось всё намного лучше. Теперь я вижу, что вся наша Солнечная система для человечества стала домом. Я могу об этом долго рассуждать и замечательно.

А мы отправились на Европу. Поиски Майкла продолжались. Хорошо бы там увидеть неуловимого супруга внученьки. После длительных прощальных обнимашек и горестных всхлипов расставания с Ивановыми, мы забрались в свою прекрасную «Фросечку» и отчалили. Душечка задала курс, она пребывала в хорошем настроении.

Всего-то сутки в космосе, и мы уже на подлёте к другой космической деревне. И снова под колпаком целый мир, мир непонятный и странный, дюже странный. Трава серебристо-зелёная. Где-то высоко-высоко шумят качаясь на ветру пальмы. Под пальмами тёмным зеркалом с мелкой-мелкой рябью красуется небольшое правильной овальной формы озеро. В озере плавали грациозные белые лебеди. Вдоль озера разместились шесть кирпичных домов. Белые нарядные дома вблизи оказались двухэтажными. У домиков крылечки с козырьками, балкончиками, но без веранд. Тоже не плохо. Нас снова встречали с улыбками и шуточками. И снова семья, и не молодожёны на этот раз, а со стажем супруги. Дарья и Ипполит были давно и прочно женаты. С ними обитал в космической деревне их маленький сын Роберт. Волнуясь, учёные заговорили с нами на английском языке. Ну так принято здесь, в космосе. Я сообразила, что мои труды не прошли даром, и я довольно свободно понимаю семейную пару. Одно дело тупо учить язык, другое дело, привыкнуть к тому, что это основной язык для общения. К чести внученьки, Душечка даже и не заметила перехода на другой язык. Взапале она и со мной продолжала болтать по английски.

Маленького Роберта здесь приучали к самостоятельности. Его всюду сопровождал смешной робот, которого называли Гектор. Я не поняла, сколько годиков стукнуло малышу. Неудобно было как-то спрашивать, про возраст в этом мире вообще не принято много разговаривать. Хотя что в этом оскорбительного? Да и Роберт выглядел, как обычный малыш с кудряшками на голове, с румяными щёчками и пухлыми губками. На вид ему было года три, не больше. Роберту сложно было выговаривать полностью имя робота Гектор, и поэтому он называл няньку просто «Ге». Мистер Ге водил Роберта за ручку смотреть птичек. Они кормили лебедей кусочками булки. Я не знаю, чем в наше время кормили лебедей, вблизи с моим поселением не гнездились эти царские птицы. Я видала только издали стаи лебединые пролетающие весной с южных краёв к нам на север дикий.

Роберт бросал кусочки булки птицам и заливался счастливым смехом, когда лебеди склёвывали угощение. Мистер Ге стоял рядышком и для поддержания весёлого настроения хлопал в ладоши. Не знаю, кому из родителей показалось уместным обрядить робота в нарядный передник. Меня сей факт позабавил.

Наверное, так и должно быть. Наверное, это правильно, когда ребёнок находится рядом с родителями, но не мешает им работать, а играет под бдительным оком надсмотрщика или няни, пусть даже в этой роли выступает и робот.

Глава 4. Европа Европе – рознь.

Дарья и Ипполит много работали и работали с удовольствием. В этом далёком светлом будущем мне нравится всё больше и больше. Особенно приятно видеть, как люди сознательно трудятся и не за хлебушек и зрелища, а за саму идею воплощения всех своих самых смелых фантазий. Их ребёнок Роберт очень внимательно следил за действиями родителей. Он что-то рассказывал на своём детском языке, премило булькал, как я думала, и при этом кивал мне и улыбался. Как потом оказалось, паренёк свободно разговаривал на корейском языке и немного знал китайский. А по виду и не скажешь! Кто же тогда его родители? Уму непостижимо!

Его родители Дарья и Ипполит пренебрегли всеми законами гостеприимства и с ходу притащили нас в свою лабораторию. Не знаю, была ли это лаборатория, я бы данный кусочек сада назвала раем. Да и как по-другому можно назвать мир состоящий из пальм, опутанных цветущими лианами. Цветки большие и ярко-красные источали аромат ванили. Нас окружали настоящие тропики, истошно орали разбуженные нашим появлением птицы в пёстрых опереньях. Попугаи, что ли? Я крутила головой во все стороны, как ветряная мельница. Ничего не хотелось упустить из виду, даже самую малость. Было заметно, что супруги увлечены своим делом.

– Мы занимаемся выведением новых сортов растений. На любой планете человечества требуется красивый и самостелющийся газон, яркие вечно цветущие кустарники, а также никогда не вянущие даже в сорванном виде цветки, – Ипполит весело рассказывал о своих достижениях.

– Мы вывели сорт малины высотой в три метра. Это красиво, но не очень удобно собирать урожай. Малина сорта Гулливер сейчас проходит полевые испытания, – поддакивала мужу Дарья.

– Зато представляете, какие огромные у данной малины ягодки? Ягодки размером с яблоко! Во! – Гордился собой супруг, да и жёнушка не отставала:

– У нас появился совсем недавно сорт земляники безусой, что плодоносит четыре раза в год, в хороших условиях, конечно. Ягодки у неё сочного фиолетового цвета. Это Роберт так попросил, он у нас большой оригинал, – тараторила без устали Дарья. Душечка и здесь не пожелала оставаться в сторонке:

– Фиолетовая земляника, ах какая прелесть! А можно её попробовать?

– Душечка, ты такая современная девушка! У тебя широкие взгляды на жизнь, ты даже агрономией интересуешься! – Дарья тут же подружилась с моей взбалмошной внученькой. Быстро же две дамы нашли общий язык! Я так не умею. И вот мы уже щиплем прямо с кустиков спелую сочную садовую землянику.

– Какая прелесть! И пахнет мандаринами! – Не переставала восторгаться Душечка.

– Это тоже Роберт придумал, он у нас вообще большой выдумщик и умница! – Нахваливал Роберта теперь уже и Ипполит. Ничего себе малыш! Я всегда считала детей умными, даже одно время начала подозревать, что дети – это племя такое со своими устоями, манерами общения и языком. Это потом племя детей превращается в племя людей и немного тупеет.

Непонятно как мы оказались в огромной почти бесконечной теплице, где повсюду расположено много-много горшочков на полу в стройных рядах, а так же на полочках.

– В горшочках мы выращиваем рассаду цветов и декоративных травок. Когда рассада подрастёт и окрепнет, мы высаживаем её на постоянное место в саду, – с горящими от восторга глазами Дарья нас водила по своей растительной сокровищнице. Признаюсь, она нашла в нашем с Душечкой лице благодарных слушателей. Душечка повсюду совала свой носик:

– А вот это что за травка? А можно её понюхать?

– Конечно, можно и понюхать, и потрогать. Эта травка светится в тёмное время суток мягким оранжевым светом. Этот оттенок свечения тоже выбрал Роберт.

– Какой у вас одарённый ребёнок! – За нас двоих беседовала Душечка. Я только кивала головой в знак полного согласия с оратором. Понимать я всё уже прекрасно понимала, но вот с произношением у меня ещё возникали некоторые трудности. Я стеснялась того, как коверкаю английский язык. В который уже раз благодарю Господа за то, что он мне ниспослал весьма разговорчивую внучку.

– Ой, а это что такое? Какая лапушка! – Душечка пальчиком показывала на горшочек с зеленью украшенной ажурными голубыми узорами по всем листочкам. В ответ Дарья что-то произнесла длинно и на латыни. Название звучало красиво, но мне ни в жизнь не запомнить. Ну её эту латынь!

Я разглядывала бесконечные ряды горшочков и откровенно заскучала. Теплица, цветочки, росточки – всё это было бы уместней на Земле, но здесь на маленьком кусочке чужого грунта и так далеко от колыбели человечества, эта теплица мне кажется лишней. Ну зачем люди любой клочок космоса превращают, а цветущий рай? Ждут прилёта инопланетян и хотят показать себя во всей красе? Или такая истерия в память о тех днях, когда планета балансировала на грани глобальной катастрофы?

Когда-то давным-давно, когда я ещё жила в своём времени, когда просыпалась и, каждое утро меня постигало горькое разочарование потому, что все телеканалы по-прежнему пророчили близкий конец света. Тогда всё человечество возмущалось несправедливостью в сложившейся ситуации. Политики пророчили мировую ядерную войну. И никто не знал, как всё это предотвратить. Я просыпалась, включала ставший уже другом телевизор, этот глупый ящик и надеялась, что вот именно сегодня в мире наступили перемены и, конечно же, в лучшую сторону. Тогда я молча про себя молилась, молилась о спасении всего человечества, о мирном небе, о цветущих садах, о весёлых детях. Потом по истечении дня, я ложилась спать с неугасающей надеждой, теплящейся в самом сердце, что следующий день настанет, и он будет лучше, чем настоящий. Какой только конец света не обещали: и таяние снегов на полюсах с затоплением всей суши, и подрыв с резким извержением всех вулканов разом, пожары по всей суше. Предвещали и внезапное обледенение всей планеты с резким понижением мировой температуры до минус ста градусов. Такое обледенение могло наступить и в результате ядерной войны. Самые отчаянные головы предполагали прибытие инопланетян с целью изменить климатические условия нашей планеты и благополучно поселиться на ней вместо нас, людей.

Вот в таком беспокойном мире я тогда существовала, выживала как могла. В таком страшном мире я каждое утро замирала перед тем, как включить телевизор. Я боялась новостей, что услышу, опасалась что стало ещё хуже и появились первые признаки гибели всего нашего человечества. Живя здесь уже довольно долго, я так и не смогла понять, каким волшебным образом всё наладилось. Кто помог предотвратить кризис? Моё сердце больше не обрывается от мысли о гибели всего рода людского, а так же животного и растительного мира. Моё сердце отдыхает от переживаний и некогда привычной нервотрёпки.

Иногда меня посещает вовсе уж крамольная мысль, что ничего и не наладилось. Вдруг планета давно погибла, взорвалась, не выдержала пакостей этих мелких капризных людишек? Ведь может так быть, что меня закинуло не только в будущее, но и в параллельный мир? Существование параллельных миро, при чём бесконечного множества параллельных миров, признают даже учёные, то есть признавали, когда я проживала в ветхом домишке в загаженном людьми мирке. Даже воздух там не был таким упоительным, таким до предела насыщенным кислородом. Там, в том мире у меня всё было по-другому, там я прозябала в нищете, и ожидание непреодолимого надвигающегося неумолимо горя угнетало.

Теперь же я в растерянности и вместо того, чтобы радоваться новой жизни, наслаждаться благами продвинутой цивилизации, я занимаюсь самоедством. Я копаюсь в собственных ощущениях и удивляюсь, чем я заслужила такую участь. Как я оказалась избранной? Чем я отличаюсь от других людей? Чем я лучше остальных? И наконец, как я смогла перескочить из одной точки Вселенной в другую точку и на такое огромное расстояние в пространстве и во времени? Я ничего не понимаю, и не могу найти того, кто сможет мне всё популярно изложить с подробнейшими объяснениями. Кто я и зачем на земле этой грешной живу?

Вот и сейчас я любуюсь этим живописным прудом, природа хоть и рукотворная, притягивала к себе взор. Лебеди всё так же грациозно плескались в пруду. Я подошла поближе и присмотрелась. Ба! Да и лебеди здесь необычные, намного крупнее оригинала земного. Что ж я раньше-то этого не заметила?

Ребятёнку надоело кормить лебедей, он где-то достал водные коньки, и вот уже рассекал вполне уверенно по водной глади пруда. Про водные лыжи я слыхала, но вот коньки! Водные коньки – это уже нонсенс! Это уже новшество пришедшего века, того самого, что я сейчас изучаю в теории и на практике. Ребёнок катался по воде на коньках ладненько так, быстренько. Коньки выглядели какими-то смешными нашлёпками, но вместе с тем двигаться не мешали. Признаться я не ожидала от Роберта такой прыти. Так не бывает! Вернее, так не было сто лет назад.

Совсем недавно мне Душечка читала лекцию:

– Дети – это цветы жизни! Каждый ребёнок необычайно талантлив, надо только помочь ему раскрыться. И вообще, все дети вундеркинды.

– Как это, все дети вундеркинды? Да не может быть! – Запротестовала я было, но не вышло.

– Бабуля, не надо кипятиться попусту! – Строго на меня глянула моя учительница по детскому вопросу, и я тут же поутихла.

– У меня просто в голове такая информация не укладывается, – мрачно пробубнила я.

– Ну и зачем мне врать? Почти все детишки в нашем веке рождаются гениями.

– А откуда тогда берутся идиоты? – Обалдела я.

– Нет никаких идиотов, последнего переформатировали, – хохотнула Душечка.

– Как это переформатировали? – Мои мозги не хотели включаться.

– Гены обновили, обычная процедура, – показательно фыркнула девонька.

– И так теперь умеют? – Я ошалело завертела головой.

– Угу! Всяко умеют, но главное всё-таки теперь за детишками приглядывают сразу после зачатия и плотненько. Дети… Слушай дальше, пока я не передумала и добренькая, я всё расскажу. Дети по-прежнему ходят в детские сады и школы. Какой анархаизм! Детей воспитывают и учат люди, и помогают им в этом сложном процессе роботы и аппараты новой технологии. Кстати, обучение детей и даже питание бесплатное.

– Ну вы даёте! Коммунизм шагает по планете! – Засмеялась я предчувствуя сердитые взгляды внученьки. Так оно и случилось.

– Слушай дальше, что бы потом не спрашивать. Уроки у нас в большей части индивидуальные и игровые по форме, а также в группах по пять ребятёнков. Уроки занимательные, и ребятам нравятся.

– Так-таки и уроки нравятся, и в школу детки бегут вприпрыжку? – Встряла я не вовремя.

– И вопреки прогнозам фантастов детей не стало больше или меньше, люди не перенаселили планету. Дети появлялись, то есть приходили в белый свет естественным путём, – поучала меня Надюшечка состроив личико бывалой училки.

– Прогресс прогрессом, а рождение детей – это святое. Это неизменно, – согласилась я с девицей.

– Ты мне мешаешь просвещать тебя! – Заорала Душечка. – Я ещё хотела сказать тебе, что давно уже рождение ребёнка планируется заранее и каждый малец появляется на свет желанным. Повышенное внимание к юному поколению никогда ещё не портило детишек.

Эту лекцию я прослушала ещё на борту «Фросечки» в самом начале полёта. А вундеркинда во плоти я встретила впервые. Как-то не доводилось раньше близко подходить к юному поколению.

Лебеди плескались в пруду. Я зачарованно смотрела на их гордо поднятые головы. Я не могла заставить себя отойти от водной глади, гордых лебедей и веселящегося мальчонки. Ребятёнок подхихикивая подъезжал к лебедю, ловко запрыгивал ему на спину и катался на прекрасной птице.

– Иго-го! – Горлопанил пацанчик и хохотал от всей души. А родители не беспокоились. Робот по кличке Гектор неусыпно наблюдал за шалостями ребёнка и мог в любую минуту вмешаться и исправить ситуацию. Теперь я знаю, что роботов умеют классно программировать для игр, а главное защиты детей. Хотя от чего их тут можно было защищать?

А вечером пошёл дождь. Сначала упали первые тяжёлые капли, а потом хлынул шумными и как будут упругими струями. Запахло пылью прогретой солнцем. Это был обычный запланированный дождик, поэтому мы ничуть не промокли. Мы всей честной компанией уютненько устроились в безопасном и очень миленьком местечке, мы сидели в креслах на плоской крыше дома. Хозяева домика устроили замечательную гостиную на крыше. Может это и старо, как мир, но зато так воодушевляет. Мы поедали салаты из местных трав и запивали это пряное ни с чем не сравнимое блюдо шипучим лимонадом. Мелкий человечек генералом восседал за детским столиком на премиленьком детском стулике. Роберт самостоятельно ложкой поглощал кашу и запивал её из стаканчика зелёненькой водичкой. Взрослые же неспешно вели беседу о достижениях в выращивании пряных и декоративных растений. Ну как вели беседу, Ипполит шумно разглагольствовал о каких-то там невысоких травушках-муравушках, которые дают урожай круглый год по четыре раза. Душечка потягивала через трубочку из высокого стакана фруктовый сок и монотонно кивала в такт пламенной речи хозяина фазенды. Дарья с открытым ртом и с обожанием в глазах смотрела на мужа. Я спрятала очередной зевок покашливанием. Ещё раз закашляюсь, и Душечка решит, что простудилась. С этой уловкой надо быть поосторожней. Залечит моя бойкая внученька меня от всяческих инфекций, ещё и профилактику проведёт, ой не хочу. Душечка также может подключить к лечению умную «Фросечку». Вот тогда мне вообще хана придёт. Один Роберт улыбался как ни в чём не бывало.И вот когда мне совсем стало не в моготу, налетели тучки, и пошёл запланированный дождик. Всё развлечение! Мигом над зданием раскрылся прозрачный защитный купол. Дождинки искрились и нитями спадали на землю. Я наблюдала, как крупные капли скатывались с купола. Дождь был коротким и уже подходил к концу, а жаль. От дождя веяло прохладой, он убаюкивал, шум дождя меня всегда успокаивал. Веки стали смыкаться, я поняла, что смотрю на окружающих осоловелыми глазами. Вдруг почувствовала ощутимый тычок в бок.

– Ты совсем обнаглела? – Шипела мне в ухо Душечка. – Спишь на ходу!

Я взбодрилась, но не надолго. Нет надолго меня сегодня не хватит. Не в обиду будет сказано про хозяев фазенды, но я далеко не агроном и не так сильно увлечена возделыванием плодородного слоя почвы пусть даже и на далёком спутнике Юпитера. Я простой смертный человек и смертельно устала от потрясений и просто хочу выспаться. Мои желания сбылись. Те несколько минут, что мы с Душечкой пробирались на «Фросечку» я тупо выслушивала её негодования.

– Это же надо! Ты умудрилась заснуть на самом интересном месте!

– Неправда, у меня были открыты глаза, – вяло пробубнила я.

– Значит, ты дрыхла с открытыми глазами! – Констатировала факт внученька. Возразить было нечего да и поздно, мы уже пришли. У меня даже не осталось сил спросить Душечку, почему мы залезли во «Фросечку», а не отправились байкать в каком-либо миленьком домике на спутнике. Я кулём свалилась на постель и едва раздевшись заснула. Сквозь дрёму я успела подумать, что три дня с Ипполитом, с этим оголделым любителем светящейся травки я не выдержу. И ещё мне подумалось, что эти травки в лимонаде были не простые, и меня попытались одурманить.

Я проснулась совершенно отдохнувшая и готовая на все подвиги, ну не на все, а на большую их часть это точно. Только я побаивалась встречи с Душечкой. Вчера она меня ругала за чёрствость и невнимательность по отношению к тем учёным с растениями. А Роберт классный мальчонка. Вырастет и будет таким же странным, как его родители – агрономы? Какой ужас! Я содрогнулась всем телом.

Зря я волновалась, Душечка даже и не вспомнила о том, что я вчера заснула с открытыми глазами за столом, хорошо ещё не с ложкой в руках.

– Пойдём, зайка моя, прогуляемся, заодно посмотрим, куда нас занесло, – почти пропела Душечка после нашего молчаливого завтрака. Ну как молчаливого, это я молчала как рыбина, а внученька трещала без умолку. О чём болтала Душечка? Да всё о том же, о Майкле её замечательном:

– Вот мы встретимся с Майклом, и он поймёт наконец, что нельзя такую потрясающую жёнушку оставлять дома одну у кастрюлек.

– Ты же не дома у кастрюлек, а мы разыскиваем твоего мужа, – попыталась я вразумить девоньку, но куда там.

– Всё равно Майкл должен понять, что я очаровательная и обаятельная девушка и за мной нужен глаз да глаз.

– А если он не поймёт, то что ты сделаешь?

– Понятия не имею! – Раздражённо бросила Душечка и надула губки, правда не надолго. Прошла пара минут, и она уже безмятежно щебетала:

– Как ты думаешь, Никки, что мне подарит Майкл в знак примирения? Может, шубку из страусиных перьев? А что, нынче на Марсе все модницы мечтают о такой. Или нет, он для любимой жены построит дворец где-нибудь в Сибири. Э нет, только не в Сибири, там комаров много. Мой обожаемый, мой желанный Майкл такой выдумщик, и он придумает для любимой жёнушки нечто экстраординарное.

Словом, весь завтрак Надюшечка болтала без умолку и едва не подавилась пирогом с капустой, что нам вчера преподнесла в качестве подарка Дарья. Прокашлявшись и проглотив последний кусочек, внученька вскочила со стула, нервно отряхнулась от незримых крошек и произнесла загадочное:

– Погнали!

Мы сошли с трапа, и в первый момент я не сообразила, что мы уже не в гостях у Дарьи с Ипполитом. Мы находились где-то в другом месте, определённо в другом месте. И это точно было не райское место.

– Душечка, мы где?

– Да хрен знает, где! – Душечка растерянно заозиралась.

– Как это не знаешь, где мы? – Я в ужасе уставилась на Душечку. Чего такого Душечка вчера накушалась? А может выпила не то? Какого такого странного сока внученька хлебнула, что мы пальмы обменяли на ёлки? Или я это чего-то там напилась и мне видятся не те деревья?

– Я вечером перед сном набрала курс на новый спутник. Мы благополучно отчалили, – внученька сбегала снова на корабль и тут же вернулась. – Ура! Мы прибыли на спутник под названием Ганимед!

– Так мы не остались три дня работать в Европе?

– Как видишь не остались, я сумела договориться. Мы в другом месте отработаем часо-дни на пользу человечеству.

– А что делать будем?

– В настоящее время я разыскиваю своего мужа, а потом как пойдёт.

– Я с тобой, – я заглянула в самую глубину глаз внучки, в самую её сущность и увидала там отчаяние.

– Конечно, ты со мной, как же иначе, – Душечка смущённо отвела свой взгляд. Я облегчённо выдохнула и принялась изучать обстановку. Нас плотно окружал лес из высоченных дремучих елей. Этот еловый лес не шумел под напором порывистого ветра, я вообще не ощущала движения воздуха. Приятная тишина окутывала нас. И всё же тишина была не полной, где-то вдали негромко пели птахи, где-то высоко в запутанных кронах деревьев. Невероятно, но когда я запрокинула голову и засмотрелась на вершины ёлок, то увидела лишь краешек невзрачного неба с носящимися беспорядочно тёмными рваными тучами.

За этой полянкой за кустами ивняка проглядывала ещё одна полянка, мы туда и двинулись. И вот на ней-то на этой небольшой полянке мы и увидели шесть домиков, точнее избушек и даже не простых избушек, а на курьих ножках. Самое замечательное было то, что избушки не стояли ровно в ряд на одном месте, а находились так сказать, в движении. И ещё в каком движении! Избушки пинали своими куриными ногами, или правильнее сказать лапами, мяч, обычный футбольный мяч только покрупнее. Избушки играли в футбол! Ну дела! Вот уж не думала, что на Ганимеде, а так называли этот мирок, что вдруг расцвёл посреди космоса, я увижу футбольный матч. Я увидела изумлённое лицо Душечки. Такую Душечку я ещё не знала.

– Что это такое? Что это такое? – Повторяла Душечка будто заезженная пластинка допотопного патефона. И было чему изумляться. Избушки дымили печными трубами, слегка попыхивая дымом на бегу. Снежная крупа небольшими порциями сыпала на стылую землю. Ещё больше мы обалдели, когда совсем близко у наших ног припарковался самый настоящий Змей Горыныч, и с него по-молодецки спрыгнул мужчина, чей возраст вообще определить не представлялось возможным. Это что, добрый молодец прискакал на коне?

– Я староста данной деревни. Зовут меня Валентин, – мужик бойко представился, раскланялся, а потом принялся мило беседовать с Надюшечкой. – Надеюсь, дорога к нам не показалась вам длинной и утомительной?

– О нет, что вы! Всё было замечательно! – Тут же отозвалась вежливая Душечка. – Мы рады посетить ваш удивительный и неповторимый мир.

Я только кивнула и не нашлась, что сказать. Наверное, у меня не такое классическое воспитание, как у внучки, я грубее и не способна лебезить и мило беседовать с парнем прилетевшим на огромном ящере. Я тупо его испугалась, его и ящера. Пока я разглядывала крылатое чудовище, пара разговорилась и уже щебетала так, словно всю жизнь общались раньше. О чём они разговаривали, я не поняла ни слова. Нет, слова произносились даже не на английском основном космическом, а на русском языке и вполне внятно, но вот смысл я не уловила. Эти два увлечённых наукой человека обсуждали какой-то эксперимент. Душечка что-то быстро и возбуждённо рассказывала Валентину, а тот её сосредоточенно слушал и время от времени кивал головой. У меня всё же сложилось общее впечатление о том, что эта научная парочка вполне могла свободно общается на китайском или корейском, эффект был бы тот же. Да здорово же я отстала от жизни! И как это всё наверстать, не имею представления.

Я в задумчивости кинула свой светлый взор на небеса в данном случае не очень обетованные и что-то заметила. А там чуть пониже рваных тёмных тучек едва не цепляя верхушки столетних, ну на вид, конечно, елей летела в самой настоящей ступе самая настоящая-пренастоящая Баба-Яга. Чур меня!

Заигрались мы что-то в мире будущего, где всё можно и буквально всё-всё возможно. Это мир странный или я такая странная? Не исключено, что и оба варианта. Отсюда из Ганимеда мы свалили быстро, в этой бегающей деревне явно было не до нас. Да и Майкла здесь, по словам Валентина, не видали уже давненько, а точнее, месяца три, наверное.

Глава 5. Они сбываются, все мои мечты сбываются.

Мы с Душечкой отправились на следующий спутник Юпитера. Я решила, что буду наблюдать за всем происходящим на борту яхты. Не хочу, что бы получилось, как в прошлый раз по прибытии на Ганимед. Тогда на меня так сильно подействовали угощения, что я всё-всё пропустила. Какие-такие травки меня так успокоили, что я дрыхла, как убитая? Этого я уже никогда не узнаю, да и знать не хочу. Я видимо совсем в ту ночь превратилась в слепо-глухо немую деревяшку потому, как не почувствовала ни старта нашей «Фросечки», ни самого полёта, ни стыковки с этим странным спутником Юпитера. Вся ночь для меня пролетела, как одна минута. Лучше поздно, чем никогда, но стыковку со следующим обитаемым мирком в холодном безликом космосе я не пропущу. Я вся извелась в ожидании нового мира. Летели мы в этот раз дольше, и настроение у меня было не столь радужным, как до Ганимеда.

Предчувствие меня не обмануло. Мы осторожно, вертя головами, вышли на твердыню очередного спутника. Вокруг было сумрачно. «Фросечка» опустилась на огромное простирающееся вплодь до самого горизонта унылое заснеженное поле. Над полем металась лёгкая позёмка, а по небу величественно проплывали грозные свинцовые тучи. Фива, а это был очередной спутник Юпитера, очень суровый спутник и совершенно не пригодный для проживания человека даже и очень неприхотливого в удобствах, а также гордого и упёртого в идею завоевания космоса. Так думала я, но реальность оказалась оригинальней и цветистей первого впечатления.

К нам одиноким и несчастным в этом сумрачном мирке двум хрупким девушкам подлетел беспилотный аппарат, схожий с вертолётом. Открылась дверца, мы загрузились внутрь и полетели. Я с ужасом смотрела вниз. Не то, чтобы я считала себя законченной трусихой, но высоты я всегда опасалась, а здесь ещё и пол прозрачный. У нас под ногами плавно и бесшумно удалялся огромный холодный мир. Он стремительно убегал из-под моих подрагивающих от избытка адреналина ног. И зачем создали мир холодный нежилой и призывающий депрессию? Пороху не хватило на тёплый комфортный мирок, и учёные умы слепили из того, что было? Получилось не очень. Получилась белая суровая пустыня. Мы поднялись ещё выше. Вот и уровень снеговых туч мы благополучно пересекли. Поднялись ещё выше. Да куда мы летим? И тут нам открылось чудо, чудо ради которого стоило лететь так далеко. Мы увидели космическую деревню, расположенную прямо на облаках.

Мы спрыгнули на одну из тучек, куда нас доставили около небольшого стильного домика.

Тучи не были туманными, они оказались достаточно материальными и очень даже прочными, достаточно прочными для строительства на них жилых зданий и сооружений.

– Я ещё никогда не бегала по тучкам, – сказала Душечка и принялась прыгать на месте. – Во, и не проваливаюсь!

– И я тоже не проваливаюсь! – Восхитилась я и тоже попрыгала немного. Гений инженерного разума поместил деревню на мощные и как я уже сказала, плотные тучи. Стандартные шесть домиков оранжевого цвета служили пристанищем для местных учёных. При ближайшем ознакомлении оказалось, что дома расположены на небольших платформах. Вокруг каждого дома белым заборчиком отгорожен палисадник с клумбами и стоянка для парочки летательных аппаратов. Дюшечка со знанием дела осмотрела лжевертолёты и заявила:

– Да это же флаеры!

– Конечно, флаеры. В данной местности они являются самым удобным транспортом, – встретил нас староста деревни. – Позвольте представиться, я Ричард!

Галантный мужчина церемонно поклонился и поцеловал нам с Душечкой кончики пальцев. Мои пальчики дрогнули, я не привыкла к таким почестям.

– Прошу извинить нас, увлечённых наукой и творческими идеями людей за слишком скромное жилище. У нас как-то так само собой получилось, что мы живём в настоящих спартанских условиях.

Спартанские условия у них или нет, а по мне так очень даже премиленькие и удобные домики. Нас пригласили вовнутрь. Пока Душечка обсуждала научные достижения с работниками заснеженного королевства, я осматривала убранство домика. Ходила по жилищу научных фанатов и довольно хмыкала. Работники ножа и топора, то есть колбы и мозговых извилин, люди непритязательные и требовали для себя лишь минимум удобств. Здесь наверху было довольно тепло, в клумбах цвели тюльпаны и нарциссы. Внизу обдуваемые ледяным ветром и посыпанные снегом, мы тоже не мёрзли, но это надо благодарить создателей универсальных костюмов для путешественников, таких как мы с Душечкой неженок. Я заценила потуги научных работников. Неплохо, совсем неплохо для глубоко космоса. Да и в каждом домике присутствовали стандартные душевая кабинка, туалет с удобствами, химчистка для одежды и обуви.

Майкл и тут не появлялся. Ну, отрицательный вариант, тоже вариант. Душечку стал раздражать такой расклад, она заторопилась и на отрез отказалась отобедать с учёными мужами пельменями со сметаной и свеженьким только с грядки укропом. Лично я бы осталась для дальнейшего общения с этими прекрасными, но слишком увлечёнными работой людьми, но спорить с Душечкой не хотелось. Ну как она не поймёт, что мир не крутится вокруг Майкла?

Мы чинно отбыли на «Евфросинью» и с опережением графика отправились дальше по своему маршруту на Амальтею. Вот и узнаем, что это за зверь такой. Моя внученька вдруг стала неразговорчивой, хмурой, что для её поведения считалось вовсе недопустимо. Да влюбилась она в Майкла не на шутку! Сутки прошли уныло и однообразно. А потом мы уже опустились на Амальтею и вышли погулять по территории.

Амальтея даже по меркам космоса оказалась совсем крошечным мирком. Вся поверхность данного спутника представляла собой огромным полем усеянным ромашками. Да, да всю поверхность спутника занимало огромное ромашковое поле, при чём ромашки цвели. Просто рай для романтика! Как жаль, что я не романтик. В довершении ко всему в данном ромашковом раю стояло пять голубых палаток. Аборигены, что обитали здесь точно были отъявленными романтиками на всю голову. Только отчаянные фантазёры могли проживать в этих голубых похожих на туристические палатках. Эти люди высыпали наружу, как горох из стручка и дружно поздоровались со мной и с Душечкой. Учёный люд выглядел помято, они все щурились на яркое голубое небо и на крошечное как маленький бриллиант солнышко. Это наше солнце? Да ни за что не поверю! Это как надо впахивать на благо человечества, чтобы так заработаться! У аборигенов нездорово блестели глаза, слезились и были изрядно покрасневшими. Учёные прихватили с собой кувшин с оранжевым пузырящимся напитком и поднос с хрустальными бокалами. Тост произнёс самый бородатый и самый замученный учёный муж Амальтеи:

– Выпьем за любовь!

– За любовь! За любовь! – Подхватили собравшиеся. К стати здесь обитало несколько мужчин и несколько девушек.Раздался перезвон хрусталя, я глотнула напиток. Божественно! О, если бы я каждый день пила такое вино, то наверное умерла бы через неделю от избытка гормонов счастья. В мой желудок опустилась искра счастья и наслаждения. Горячая волна растеклась по всему телу и захлестнула меня. Я словно надела так называемые «розовые очки».

Я разглядывала всё, как зачарованная. Как прекрасен этот мир! Каким он являлся однако неповторимым, даже сравнить не с чем. Простенькие палатки и целое море ромашек, что может быть лучше? Я вдыхала этот упоительный воздух и словно воздушный шарик наполнялась романтикой. У меня на щеках покатились слёзы умиления. Я попыталась их скрыть и неловким движением смахнула, но слёзы снова покатились.

Чем же таким здесь занимались учёные люди? Почему это я так расчувствовалась? Я попыталась сосредоточиться и поискала глазами внученьку, поискала и не обнаружила рядом. Да что со мной? Я тут же забыла зачем искала Душечку, забыла, что собиралась удрать из этого рая. Забыла, что испугалась этой волны чувственности.

Учёный народ всегда и повсюду был странноватый, а это рукотворный созданный великими умами ромашково-цветочный мирок и вовсе казался сказочным. Меня захлёстывали эмоциями. Я уже давно забыла, что когда-то трепетала о мысли о близости с любимым желанным мужчиной. Когда-то в юности я мечтала о долгом страстном поцелуе с суженым. И вот теперь всё это проснулось во мне, вылезло наружу и заявило о своём существовании. Неожиданно и как же не во время я снова захотела жить с мужчиной, просыпаться по утрам рядом с любимым и, что немаловажно, любящим меня человеком. Мне остро захотелось оказаться в объятиях страстного любовника. Остатки рассудка цеплялись за ускользающую мысль, что меня опоили каким-то зельем. О-о-у! Лёд и пламень, пламя страсти разгоралось у меня внизу животика. Я оттаивала от вечной мерзлоты и становилась обычным человеком. Ко мне подошёл мужчина, зачаровал взглядом, и вот он уже целует меня в щёку, потом в шею, и вот он целует меня прямо в губы. Не знаю почему, не знаю как, но парень вдруг поднял меня на руки и понёс куда-то. Я попыталась возразить, но не получилось. Объятый страстью мужчина впился в мои губы осторожным нежным поцелуем. Я упала в нирвану. Что было дальше, всё что было всё покрыто густым сладострастным туманом. В какой-то момент мужчина нацеловывавший меня превратился в капитана в белом кителе. И тут я перестала сопротивляться. Как я могла отказать такому мужчине, мужчине моей мечты? Время перестало для меня существовать. Мой капитан обнимал меня, мой капитан ласкал меня! Я чувствовала всеми своими фибрами души, что мужчина любит меня, он сейчас составляет единое целое со мной. Я и не подозревала, что он стал для меня так дорог. Влюбиться в незнакомца! Я разрешила себе наслаждаться моментом бытия.

Время перестало для меня существовать. Я перестала соображать где я, с кем я и чем занимаюсь. Но мне было хорошо. Всё окружающее было неважно. Опустошённая уставшая я на четвереньках выползла наружу. Оказалось, что я забавлялась в голубой палатке. Кряхтя я встала с четверенек и запрокинув голову, уставилась на сияющее голубизной небо, поискала взглядом крохотное блистающее солнышко. Я щурилась также, как до этого щурились местные учёные. Стоп! А где же мой капитан? Или это было наваждение? Мне сразу грустинка кольнула сердце. Оказывается, я по нему скучаю, как по очень близкому мне человеку. Я в него влюбилась? И только недавно пережитая страсть не дала мне разрыдаться. Я пожалела о случившемся, но не о самом действии, действо было прекрасным, а о том, что не с тем человеком это случилось. Я огляделась вокруг. Среди учёных мужей толкался и парень, с кем я только что нацеловывалась, но я его не смогла узнать. Дела…

Откуда-то выползла измотанная терзаниями души Надюшечка. Она долго щурилась на небо, ошалело трясла головой. Только сейчас я заметила, что мы с Душечкой были совершенно нагие, а учёный люд как и при встрече с нами вяло толкался облачённый в широкие балахоны. На нашу наготу никто не обращал внимания. Притащили кувшин с пузырящимся напитком.

– Ну, ещё по одной и на сегодня довольно впечатлений! Ура! – Предводитель научной банды поднял руку с бокалом в знак провозглашённого тоста. Остальные потянулись за бокалами. Я безвольно подчиняясь стадному чувству направилась к подносу с напитком. Рядом оказалась Душечка. Ну и шустра же у меня внученька! Девица схватила меня за плечо, проникновенно глянула мне в очи, фыркнула как старая лошадь и поволокла моё безвольное тело к «Фросечке».

– Одежда? – То ли спросила, то ли прошептала я.

– Какая нафик одежда! – Заорала внучка. – Марш домой на «Фроську»!

Внутри меня всё сжалось. Душечка гневалась не на шутку. Надюшечка в бешенстве скинула меня на кровать и умчалась. По лёгкой вибрации я поняла, что мы стартовали, и тут же отключилась.

Я проснулась часов через десять прекрасно отдохнувшая и чувствовала себя свеженьким огурчиком. Я вышла в пижамке, которую только что нацепила на нагое тело и почтила своим присутствием рубку, где мы по традиции уже привыкли поедать пищу, а так же обсуждать текущие дела. Нечаянно я вышла босиком, да и шут с ним. Главное, я вовремя заметила про наготу тела и нарядилась в пижамку. Я на цыпочках прошлась танцующей походкой вполне себе довольного житьём человека. Силы потраченные на научный эксперимент в голубой палатке восстановились во время продолжительного глубокого сна. Да ещё мне сон приснился, будто мы с моим капитаном целовались взасос. Я проснулась и пожалела, что это был только сон.

– Хорошо-то как! – С чувством произнесла я и наткнулась на гневный взгляд внученьки. Я тихонечко бочком опустилась в кресло.

– Как фигово всё! Я изменила Майклу! Обалдеть! – Душечка в отчаянии бегала из угла в угол, постоянно натыкаясь на стол и кресла. Она тоже была в пижамке, и тоже была босая. У меня в памяти стали всплывать отдельные куски вчерашних приключений. Меня носил на руках мужчина! Меня обнимали крепкие мужские руки и трогали за все места! Ой-ой! Боженьки-боженьки! Во мне проснулся запоздалый стыд.

– И ты тоже? Ты тоже забралась в голубую палатку? – Смысл сказанного в запале Душечкой принялся обретать очертания. Как же так? Я бросилась на шею первому-встречному?

– Я не собиралась изменять Майклу! Временно для меня другие мужчины не существуют! С момента обручения, став его супругой, я поклялась не заглядываться на других парней! Я же зарок дала! – Душечка бушевала, как ураган. На мою внученьку было страшно смотреть, так она переживала нарушение своего обещания. Тут она остановилась и с неприязнью уставилась на меня: – А ты! Ты тоже хороша! Вместо того, что бы остановить меня, сама принялась нацеловывать незнакомого мужика!

От неожиданности я икнула:

– Я, ик, я была под воздействием любовного эликсира. Кстати, ты тоже была под его воздействием, – попыталась я утихомирить внученьку.

– Мне, мне понравилось, как тот парень обнимал меня, тискал и сорвал одним движением с меня комбинезон, – горько всхлипнула пострадавшая.

– Мы никому не скажем про то, что ты была с другим парнем, – попыталась я утешить подругу по несчастью.

– Я сама первая мужу всё и расскажу! – Душечка принялась себя терзать морально. Из её глаз показались непрошенные слёзы, и уже давясь ими она прошептала:

– Как я с этим буду жить? Как я ему в глаза-то погляжу?

– Наденька, Надюшечка, ты же ни в чём не виновата! – Горячо возразила я, чувствуя свою вину перед девушкой. Она горевала, а я же находилась в полнейшей эйфории. Перед глазами у меня всё ещё маячило лицо космического капитана, душою я стремилась к нему. В кои -то веки мужчина посетил моё лоно! Я не помнила партнёра и отождествляла его с моим прекрасным капитаном. Встречусь ли я с тем очаровательным капитаном ещё раз когда-нибудь, и предложит ли он мне уединение и свободу чувств? Как здорово, что в этом мире будущего все люди равны перед бушующей страстью. Даже в самых смелых мечтах я не надеялась на такой восторг, на такое блаженство. Да я и старенькой себя уже не чувствую. Я не роптала, я попыталась надеяться на встречу с бравым капитаном и на ответные чувства с его стороны.

– Я не могу так! – Выла сквозь рыдания Душечка.

– Не казни себя так, девонька! Учёные умы проводили эксперимент, и мы с тобой попали под раздачу, – я гладила рыдающую внучку по вздрагивающим плечам. Душечка утёрла слёзы, высморкалась:

– Я так люблю мужа, что и не представляю, как попалась на уловку учёных.

– Да ничего и не случилось страшного. Ты же не помнишь лицо того парня?

– Нет, не помню, у меня перед глазами всё время всплывал образ Майкла. Я думала, что его целую, – начала успокаиваться жертва научного эксперимента.

– Может, и Майкл некогда посещал эти голубые палатки, – сказала я не подумав и осеклась. Глаза Душечки вспыхнули огнём ненависти:

– Я сама убью всех девок в Амальтее! Клянусь, я их всех убью, если узнаю, что мой муж спал с ними! – Душечка и так разозлилась не на шутку, а здесь ещё была примешана ревность. Внученька грозно глянула на меня: – Я еле утащила тебя оттуда! Если бы не я, ты бы так там жить и осталась!

– А что я? Я ничего, – проблеяла я овечкой. Ох, и зря я упомянула про эксперимент с участием Майкла. Украдкой я погляделась в зеркало, там мои глаза сияли как две лампочки. Я попыталась приглушить восторг моей души, но не вышло. Ясно дело, что Душечке не внушает доверия моя довольная харя, и все доводы что я выскажу сейчас, не достигнут никакого результата. Я вскочила с места, залезла в невзрачный шкафчик и достала тайком пронесённую бутылочку виноградного вина:

– Выпьем с горя, сердцу будет веселей! – И не давая опомниться горюющей девице, налила драгоценный нектар в стаканы. Медленно растягивая удовольствие, я мелкими глотками попивала превосходное выдержанное вино. Душечка же залпом осушила свою порцию и тут же налила по новой, хлопнула ещё бокальчик. В большой тоске находилась девица, если уж так потянулась к винищу.

– Мне так стыдно! На Амальтее я тоже испытала наслаждение, почти такое же, как в последнюю ночь с Майклом. Господи, кого я обманываю! Я думала, что нашла Майкла! Я думала, что муженёк соскучился по мне, и это его горячие руки ласкают моё тело, – Душечка снова залилась горькими слезами. Ну, хоть немного перестала себя казнить! После стыда, может и ревность поутихнет, хотя вряд ли.

– Пришло по связи подтверждение, что мы успешно выполнили миссию на Амальтее, – глухим незнакомым голосом отрапортовала внучка.

– Ну выполнили и выполнили, давай теперь забудем, всё что там происходило и никогда больше не станем разговаривать на данную тему, – с этими словами я подлила себе в стакан вина, поднесла руку к Душечкиному стакану и «бэмс» чокнулась со стаканом внучки. Мы дружно выпили, выдохнули синхронно и почувствовали себя готовыми к следующим подвигам. Жизнь-то не закончилась! Я взбодрилась:

– Ну и что там у нас дальше по списку?

– Гималея.

– Пусть будет Гималея, – а про себя я добавила, что если повториться ситуация, как в прошлый раз, то я грудью прикрою Душечку и, клянусь, не позволю ей участвовать в подобных экспериментах. Мне же никакой научный эксперимент не может повредить, я человек из прошлого.

Пока мы летели на новый космический островок преобразованный под нужды и чаяния человека, я отпустила Душечку отдыхать, а сама занялась исследования. Нечаянно с помощью «Фросечки» я обнаружила, что мы пробыли на Амальтее восемь часов. Что? Восемь часов? Мне показалось, что не больше часа. Теперь понятно, почему я так долго спала в ту ночь. После такой экспедиции очень не хотелось участвовать в чём-то ещё секретном.

На Гималею мы опустились на пустырь и вышли с большим опасением. Что нас тут может ожидать? Гималея встретила нас неприветливо. Вид жилища смотрелся шикарнейше, но войти туда было боязно.

На самой вершине скалы, которая была окружена вековой дубравой, высился прекрасный замок. К сожалению, в замке вряд ли томилась юная принцесса в ожидании нашего появления. Но я всё равно оглядела все окна, что были видны с нашей стороны. Это что ещё один эксперимент? Что-то не очень хочу туда идти и знакомиться с этой юной принцессой, если она существует. Грозно свисали свинцовые тучи, где-то неподалёку скорее всего за стенами замка с другой стороны от нас, высадившихся на подготовленную площадку, бились о скалы морские волны. Шум моря был далеко слышен, но самой воды с этого места мы не увидали.

Дождь лил как из ведра. Мы пошустрее заскочили в холл замка, как только миновали большие кованные ворота. Замок, как замок. Хотя много ли я замков встречала на своём пути? Всё когда-то случается в первый раз. Вот и я первый раз сподобилась изучить настоящий замок. Душечка только фыркнула и тут же потребовала у встречающих проводить нас в надлежащие апартаменты. Я очень удивилась. Мы что здесь жить будем? Нет, мы так не договаривались! Я уже готова было сбежать, как Душечка грозно шикнула на меня, и мой пыл угас.

– Мы ищем моего мужа и не забывай об этом, – шепнула внученька мне на ухо. Не знаю, чего я боялась больше, внучку или мрачного пыльного замка. Один из встречающих научных умов одетый, как и все здесь присутствующие в наряды средневековья. заговорил со мной негромко:

– Вы у нас впервые? – И когда я кивнула в ответ, продолжил: – У нас принято участвовать в комплексной программе аттракционов и игр, и этот период продолжается не менее тридцати часов. На этом обязательная программа посещения считается завершённой. При желании можно продлить время проживания в нашем замке.

– Целых тридцать часов? – В тот момент мне казалось это долгим почти бесконечным сроком.

– Да вы не волнуйтесь так, обычно туристам нравится играть в знатных дам и кавалеров и днём и ночью не забывать о том, что они гостят в самом настоящем замке на вершине скалы.

Я сразу повеселела. Побегать в шикарных платьях с кринолинами я бы не отказалась. И пусть длинный шлейф тянется за мной и волочится по полу. Я тоже хочу почувствовать себя знатной и богатой дамочкой. В театре не так интересно, .здесь игра приближена максимально к действительности. Я на всё согласна разве, что не готова играть служанку при богатой Душечке. На последнее я точно не подписывалась.

Глава 6 . Праздник каждый день.

По сценарию я оказалась сестрой Душечки, уже хорошо. Меня постигло разочарование – платья в этот раз без кринолинов, зато длинные, как и ожидалось и со шлейфами. У платьев всё же был один недостаток – длиннющие до полу широченные рукава.

– Всё по фэншую, – рассмеялась Душечка, придирчиво разглядывая себя в зеркало в новом наряде. На ней и на мне платья были, конечно, стильные, но абсолютно непригодные для длительных прогулок на природе и так же каких-либо других физических упражнений. Да в дремучие века знатные дамы не только пили, ели, в туалет ходили, но и все телодвижения производили только с помощью прислуги. А нам выделили каждой по две служанки. Замечательно! Девушки оказались из местного персонала. Это что-то новенькое. Девицы прислуживали охотно, то и дело приседая в реверансе. Я принялась тщательным образом обследовать апартаменты, что мне выделили, а они оказались по истине великолепными. Маленькая уютная гостиная открывала путь в спальню с роскошной под балдахином кроватью. За кроватью располагалась гардеробная с большим во всю стену зеркалом. Любуйся собой – не хочу. Разумеется всё это было в старинном стиле с факелами, зажжёнными свечками и настоящим пылающим камином. Пахло древностью. А может быть, пылью? Ну какая здесь может быть пыль, если повсюду сновали неутомимые роботы-пылесосы, искусно замаскированные под крупных пауков.

– Можете посетить уборную, – с поклоном уведомила служанка в простеньком синем платьице. – Она стандартная с душем, туалетом и даже ванная присутствует.

Мне стало любопытно, я сунула нос в уборную комнатку и больше всего меня поразила громоздкая чугунная ванна. Ох и отведу я душеньку вечером, когда поваляюсь в горячей водичке с душистыми маслами! У меня вдруг возродилось и так ярко, давно забытое желание. Это давным-давно в детстве я любила купаться в тёплой водичке в наполненной ванне среди плавающих уточек целлулоидных, весёленьких ярких пластмассовых корабликов. Я тогда ещё в полголоса напевала песенки.

Душечка заскочила в мои шикарные покои, обошла всё вдумчиво, а потом выпалила на одном дыхании:

– А у меня круче! У меня ещё и бассейн имеется! А-ха! Я принцесса, а ты моя подружка, то есть фрейлина. Всё по честному, всё по справедливости.

– Да ладно, я согласна. Душечка, ты же знаешь, что мы не на соревновании. Я не борюсь за место самой знатной и богатой дамы.

– А чего так? Я бы с тобой повоевала, это так прикольно, – встрепенулась Душечка.

– Мы выполним миссию в этом замке и полетим дальше искать Майкла. Он был здесь?

– Мимо данного заведения никто не пролетает просто так, – загадочно провозгласила внученька и ничего больше не стала объяснять. Для меня стало бы большой проблемой, если бы в этом театре для туристов мне отвели роль принцессы. Я бы всё равно не смогла изобразить особу царских кровей, коей я не являлась никогда. В своей прежней жизни я вела скромный образ существования, не бомжевала, не нищенствовала, вообще держалась на плаву, но с трудом. Я вкалывала, как проклятая, порой и на двух работах, чтобы выжить в суматохе экономической революции. Никогда не считала себя идеальной женой и образцовой матерью. Постоянно чувствовала себя виновной перед мужем и сыном за то, что не могла уделить им должного внимания. Мне бы тогда отдохнуть немножко, отоспаться и с хорошим настроением провести выходные дни с семьёй, побаловать своих мужиков наваристым борщом и сытными пирогами с вкусной начинкой, но я вынуждена была топать на работу.

И внучку я хотела бы катать в коляске, прочувствовать до глубины души ответственность любящей бабушки, а не разглядывать шебутную бабёнку бальзаковского возраста. Всё хорошо в своё время. Сейчас поняв всю комичность данной ситуации, я горько сожалею о потерянной возможности быть настоящей заботливой бабулечкой. Да и поверни судьба по-другому, я бы относилась к своим лучше, я бы чаще целовала и баловала сына, миловалась бы и вкусно кормила мужа. Я была бы совсем другим человеком, я была бы мягче, я была бы хотя бы не красивее, но ухоженнее. Я бы тогда тщательней следила за своим внешним видом: макияж, причёска, нарядное платье. Как горько теперь осознавать упущенную возможность создать крепкую благополучную во всех отношениях семью. Без обид, Надюшечка, конечно, замечательная компаньонка, но как внучку , я её не ощущаю. На коленочках уже такую барышню не подержать, не потетешкать, и конфеткой не угостить. Ну что ж, что вышло, то и вышло!

Я подошла к камину и протянула руки к огню, приятное тепло коснулось моей нежной кожи. У меня никогда не было камина в моём жилище. Да и откуда он мог взяться? Такую крутую вещь я видела вживую впервые. И дымом совсем не пахло. Что, всё это подделка? Я схватила тяжёлый, вероятно бронзовый подсвечник и поднесла его к другой руке так, что бы огонь от свечки лизнул мой пальчик. Мизинчик на левой руке только пригрело. И я не обожглась! Точно подделка! Стало немного грустно, но только на секундочку, всё-таки круто разгуливать по мрачному замку в дорогом шикарном платье расшитом серебром, золотом, а также блестящими каменьями. Ой, только не говорите мне, что бриллианты и драгоценные металлы тоже фальшивка! Ну камин, свечки в целях безопасности не стали делать подлинными, а вот всё остальное подлинное. Не поверю в фальшивые украшения, уж очень платье тяжёленькое, с непривычки даже плечи ломит. Ну не совсем ломит, а так немножко тянет к земле-матушке, так сказать гравитация местная работает как надо, но ради красоты можно и потерпеть немного. А я очень хочу в этом мире быть красивой.

душечка прыгала перед зеркалом, вертелась так и эдак.

– И такая красотка досталась Майклу. Фи, он не заслуживает меня! Я больше не хочу его искать, – Душечка принялась активно репетировать самые изящные реверансы на свете. А как же иначе? Она давно мечтала поиграть в принцессу, и вот предоставилась возможность. Душечка репетировала и величественную царскую поступь. Мне тоже захотелось почувствовать себя богатой и красивой. Вдруг остро захотелось всего того, что недополучила в своём собственном мире в своём времени.

– Сегодня вечером мы будем блистать в светском обществе! Ура! – Совсем расшалилась неугомонная внученька.

– Ты думаешь, мы станем блистать?

– А как же иначе! Мы же по сценарию самые прелестные леди в этом замке, – сказала Надюшечка нараспев не переставая вертеться перед зеркалом.

– Откуда ты знаешь? -Не поняла я.

– Я попросила, – недоумённо хлопала ресницами моя хлопотунья.

– Когда ты успела? – Поразилась я новости.

– Вот успела, ещё во время регистрации до посадки.

– А меня почему не предупредила? – Наконец я придумала, что можно спросить у Душечки и получить адекватный ответ. Душечка замешкалась с ответом. Снова замышляла какой-то сюрприз?

Задумка Душечки мне тоже понравилась. Такая вылазка в свет только добавит мне уверенности в себе, или не добавит. Добавит, конечно, добавит вне всякого сомнения в таком-то роскошном одеянии! Вдруг прибежали служанки, разогнали нас по апартаментам и переодели в ещё более красивые платья, нацепили странные в виде колпаков головные уборы. Я повертелась перед зеркалом. Так величественно я ещё никогда не выглядела. Те прошлые наряды были для театров и маскарадов и явно проигрывали в достоверности к эпохе. Тогда мы лишь в шутку одевались "светскими львицами".

Сейчас мы с Надюшечкой, что снова ввалилась в мои покои, своих апартаментов ей было явно мало, выглядели совсем, как настоящие средневековые леди. Что с людьми делает одежда! Я – дворняжка, работник физического труда с минимальной оплатой, сейчас в грации и манерах пожалуй не уступила бы и королевишне. Душечка пребывала в своём репертуаре и тут перед зеркалом попыталась поскакать молодым козликом. Она корчила рожицы своему бравому отражению, надувала губки, нарочито хмурила бровки домиком, делала округлые удивлённые глаза. И это без малого вековая бабка!

Душечка и раньше не унывала, но здесь и вовсе распоясалась, тормоза отказали, и эмоции били через край. Когда девонька чуток поутихомирилась, мы с ней вдвоём без служанок отправились заценивать бассейн в её номер. Там Душечка тоже отличилась. Она умудрилась оступиться, демонстрируя мне походку важной вельможи вдоль водной глади, и рухнула во всей своей парадной форме в воду. Когда с моей помощью, а так же с помощью двух вовремя подоспевших прислужниц в форменных платьях, мы выудили из бассейна утопленницу, то спешно принялись переодевать её в новое вечернее платье. Надюшечка злилась, кричала в запале непонятные мне выражения:

– Ёжики мохнатые! Клубника в пупырышках! Шёл бы ты лесом, заяц безрогий!

Прислужницы морщились с каждым новым высказыванием, при этом они ещё и краснели, стыдливо глазки отводили. Это что теперь, ругательства такие? Если судить по реакции девушек, что работали служанками, то моя внученька сейчас ругалась как сапожник самыми последними выражениями гнева. Ой, беда!

Конечно, мы опоздали на светский раут. Званый ужин начался без нас. Это не так страшно, только мы вошли в обеденный зал, где все уже сидели за столами. Рыцари тут же вскочили на ноги, за ними поднялись и леди. Я словно попала в театр абсурда. Всех присутствующих дам и кавалеров представил дворецкий. Снова все уселись. В зале по традициям средневековья был накрыт один стол зато очень длинный. За столом уместились все дамы и кавалеры. Возглавлял пиршество сам король, а рядом с ним восседала на очень высоком стуле очаровательная юная королева. Интересно, это на самом деле жена короля, или они только на людях изображают счастливую супружескую пару?

– Дамы и господа! Леди и рыцари! Сегодняшний ужин мы с моей дражайшей королевой Мариэт посвящаем нашим двум очаровательным гостям леди Никки и леди Душечке!

С этими словами наши слуги нас проводили к двум пустующим стульям возле самой королевы. Какой почёт! Какое внимание и уважение! Внученька больше не изволила гневаться. Душечка была в восторге, в её широко распахнутых глазах метались искорки гордости. Ладно, простим ей эту слабость. На то она и Душечка. Мы низко склонились в реверансе пред ясными очами короля и королевы и попытались грациозно и непринуждённо присесть на кожаные сидушки. Душечка была опытнее меня в таких делах и умудрилась вполне пристойно приземлиться пятой точкой на сиденье. Я же немного оступилась запутавшись в одежде и кулём свалилась и хорошо ещё прямо на стул, а не мимо. Ещё чуть-чуть, и я бы валялась у внученьки под ногами. Вот это был бы конфуз! Вот это я бы опозорилась перед всем честным народом! Или не опозорилась бы? Откуда мне знать нравы этих странных потомков?

Но я всё же немного оконфузилась, только чуть позже, когда не смогла выудить свои собственные руки из этих вычурных длиннющих рукавов. Я украдкой подглядела за окружающими, все спокойно владели конечностями, как нижними так и верхними и с наслаждением поедали вилками салат и свиное рагу с ярких в орнаментах мисочек. И чем я хуже других? Вон даже Душечка умудрилась вытащить рученьки из облачения и весело размахивала серебряной вилочкой с подцепленным на ней кусочком мяса. Я напряглась, пошарила пальцами вдоль рукава и нашла-таки прорезь, облегчающую жизнь истинной леди. Надо сказать, еда мне понравилась, и было бы намного хуже принимай я пищу с вилки, которую бы мне подносила ко рту прислуга. Я же девушка далеко не королевских кровей и совсем не приучена изображать из себя госпожу. Я ела с наслаждением. Я была голодна. Мне показались вкусными и рыба, и мясо, и пирожки с овощами, десерт с вишней. Фруктовая тарелка тоже была хороша. Я не кочевряжилась, мне всё здесь без исключения понравилось. Ох, не зря на огонёк заглянули!

А потом ещё и танцы начались. Под тягучую музыку кавалеры чинно вывели дам в центр зала и с поклоном пригласили танцевать. Мне тоже один красавчик достался безусый и шустренький. В углу помещения оркестр в живую извлекал из чудного вида непривычных мне инструментов мелодичные красивые звуки. Я мельком разглядела у музыкантов громоздкую арфу, скрипки, дудочки всяких видов и было ещё что-то совсем уж непонятное, да я и не музыкант вовсе, много чего не знаю. Я не умела танцевать этот старинный медлительный танец. Украдкой подсматривала движения у соседних пар и пыталась им подражать. Выходило не очень, как мне казалось. В целом танец оказался из разряда тех, что проще некуда, и даже я его разучила. Партнёр мне попался опытный и ответственный, и усиленно подсказывал притопы и прихлопы. Так получилось, что я даже ни разу не наступила партнёру на ноги. Прогресс! Ну почти не наступила, он научился уворачиваться. На этот раз я уселась за стол намного элегантнее первой попытки. Потом я выпила немного вина со вкусом малины, закусила ломтиком арбуза, и жизнь вообще засверкала яркими красками. Потом меня снова пригласили, и я протанцевала ещё один такой же медлительный унылый танец. А потом был танец поинтенсивнее в движениях. Партнёры менялись, но все они были галантными и улыбчивыми и что меня удивляло, немногословными. Болтать попусту в данном сообществе было не принято. Душечка также протанцевала весь вечер. Пир закончился незадолго до полуночи. Единственное, что меня напрягало так это слуги-девушки, они постоянно находились где-то неподалёку и меняли тарелки, приборы, наливали напитки и наполняли тарелки кушаньями. Признаться, я стеснялась своего положения и не желала унизить этих молчаливых исполнительниц ролей прислуги. Не по наслышке знаю, как больно ранит даже не слово, а один единственный полный гордыни взгляд. Я им сочувствовала, что бы ни заставило девушек исполнять эти роли.

Мы с Душечкой весёленькие и довольные собой и обществом отправились в свои апартаменты в сопровождении хорошенькой служанки в в серо-розовом платье и в передничке с кружавчиками. Мы шлёпали за девушкой по плохо освещённым коридорам похожим на лабиринт. Они что, электричество решили поэкономить? Совсем не во время. Вот тебе и светлое будущее! Девушка, как и полагалось в старинном замке, шла впереди и освещала нам путь высоко поднятым горящим факелом. От факела метались резкие тени по серым каменным стенам. Мне как-то стало неприятно. Нет, я не испугалась, я только притихла в предчувствии чего-то нехорошего. Факел для достоверности даже слегка дымил, а вот тусклые светильники на стенах, расставленные по всем бесконечным коридорам замка, совсем не чадили и горели ровно, но толку от них было чуть. Светильники со стен освещали малую площадь, и было видно только небольшую часть коридора. Кажется на пир мы добирались быстрее, да и освещение было поярче.

Вдруг из-за ближайшего поворота выскочило нам навстречу какое-то существо и громко заухало. Служанка завизжала, в ужасе бросила на пол факел и куда-то удалилась. Мы некоторое время слышали её громкий гулкий топот по коридорам. Я машинально подняла факел, не сидеть же нам без света! Свет от факела падал на непонятное существо. На меня пялились два огромных жёлтых глаза полных ненависти и злобы. Мама дорогая! Я замерла в ступоре от ужаса. Из головы мигом вылетело всё послевкусие от великолепного вина, что мы потягивали из фужеров ещё недавно. Это ещё кто? Ко мне потянулись две длинные не то руки, не то лапы, они тянулись и тянулись. Я не могла ни моргнуть, ни сглотнуть, ни шелохнуться. Жуткие глаза казалось гипнотизировали меня. Я пребывала в состоянии зачарованности и по-прежнему смотрела монстру в глаза, глаза в глаза. На меня надвигалось это чудовище плавно и бесшумно, только глухо ухая словно филин. И где я таких филинов видела? Чудовище придвинулось вплотную, я моргнула, а оно прошло через меня , словно лёгкий туман и совсем не задело. Задеть не задело, а вот трусики придётся переодеть…

Я резко развернулась и только тут вспомнила про Душечку. А что Душечка? А Душечка-подушечка нашла тем временем нишу в коридоре с выступом, присела там и нечаянно притомлённая сытным весёлым ужином задремала. Короче, дрыхла Душечка там, куда смогла прислониться. Вот счастливый человек, ничего-то её не берёт!

А где чудище? А чудища мохнатого, чудища лохматого и след простыл. Чо, привиделось, что ли? Я бесцеремонно растолкала внученьку, не фик спать где ни попадя, и мы с Душечкой самостоятельно добрались, вернее доплелись до наших комнат. Мы и были уже не подалёку. Душечка висла на моём несгибаемом плече и сонно хлопала глазами. У самых дверей девонька с помощью отпечатка пальца разблокировала двери в номер, втолкнула меня туда, запихалась следом:

– Желаю продолжения банкета!

Душечка закрыла за нами дубовую дверь и тут же откуда-то из складок своего шикарного эксклюзивного платья достала бутылочку великолепного красного вина. Мы шмякнулись в кресла около журнального столика, собственноручно разлили вино по двум изумительно изящным хрустальным бокалам. Бокалы Душечка достала из какого-то верхнего шкафчика. Хозяйничает, как будто век тут жила! И когда это она просекла, где нужно искать бокалы? С королевского стола спёрла вино? Совсем девка портится! Мы выпили, и мне полегчало. Перестали трястись, как в ознобе руки. Душечка заметила моё лязганье зубов, вальяжно доковыляла до камина, ткнула пальчиком в еле заметную кнопочку среди завитушек на каминной полке, и от камина тут же повеяло заметным теплом, а в топке полыхнули ярким огнём поленья похожие на берёзовые. После второго бокала да ещё и под негромкий треск камина стало ещё лучше. Мы допивали бутылку, и моё душевное равновесие медленно, но верно приходило в норму. Как вдруг из камина бесшумно вылезло что-то белое и лохматое что ли, что-то похожее на привидение, каким его рисуют в мультиках для детей. Меня снова парализовал страх. Я открыла рот, и вместо того, чтобы заорать, просипела нечто невнятное. Душечка взвизгнула и запустила в чудовище тем, что под руку попало, пустой бутылкой. Дзынь! Туда ей и дорога! Бутылка беспрепятственно просвистела сквозь голову неведовомого существа и звонко бахнула о стенку камина. Стекло брызнуло осколками и рассыпалось по камину, камин как горел, так ему ничего и не сделалось. Подделка.

– Ура! Попала, попала! Так тебе, Каспер, недоделанный! – В крови Душечки бушевал адреналин. Привидение глухо фыркнуло, потом ухнуло и бочком облетев всю комнату влетело в противоположную от камина стену и бесследно растаяло.

– А где наша девушка? Пусть с нами посидит и пообщается на равных. – гундосила Душечка.

– Нет нашей девушки, сбежала она от нас, привидений испугалась.

– Это чудовище напугало нашу милую служанку? – Отупевшая Душечка туго соображала, я кивнула. Вдруг девонька вспомнила про своего муженька Майкла. Сразу нахмурилась Душечка, икнула и принялась горько плакать:

– Пропал Майкл. А нашу девку напугало привидение. Девчонка в розовом могла нам помочь, но мы остались одни, совсем одни, – слова внученьке давались с трудом, язык еле ворочался. Душечка всхлипнула, встала с кресла, побродила по комнате, полазила по шкафчикам и вот в её руке уже торчало горлышко ещё одной бутылки. Сок, не сок, напиток какой-то желтоватый.

– Выпьем с горя! Сердцу будет веселей! – Пропела звонко внученька, снова плюхнулась в кресло, плеснула нам в бокалы напитка, опрокинула залпом свой, и без сил захрапела. Ну вот и всё. Я тоже отправилась спать только не к себе, а тут же на диванчик. Адреналина на сегодня я уже получила, пора и отдохнуть.

А утром голова болела от неудобной позы на диванчике, и голове было наплевать, что я в будущем, что даже уже и не на Земле, что ночью по комнатам летало противное и злое привидение. Голова болела так, что казалось из глаз вот-вот посыплются искры. Что тут подмешивают в напитки для достоверности? Из кресла стонала Душечка. Надо будет спросить у внученьки откуда такой сногсшибательный эффект от лёгких напитков? Потом спрошу. Я открыла глаза, комната приняла чёткое очертание, только медленно вращалась вокруг своей оси. Душечка пыталась размять свои затёкшие конечности. В комнату вплыла девушка-служанка в голубом форменном платье и в кружевном передничке. Девица после глубокого реверанса с вежливой улыбкой поднесла нам по стакану алой жидкости на подносе:

– Извольте отпить нектара для излечения.

– Изволю, – прохрипела из последних сил внученька и потянулась к стакану. Я медленно, как космонавт в скафандре приняла вертикальное положение и протянув руку негнущимися пальцами схватила стакан, я его держала для надёжности двумя руками. Отхлебнула – вкусно, и не просто вкусно, будто отпила живительной влаги. Сама не заметила, как осушила весь стакан.

– Можно ещё? – Попросила, ставя стакан обратно на поднос.

– И мне тоже, – тусклым безликим голосом отозвалась Душечка.

– Извините меня, великодушно, но добавки нельзя, будет передозировка, а значит угроза вашему драгоценному здоровью.

– Что мы такое выпили? – Всполошилась Душечка.

– Обычный эликсир молодости, – с этими словами девица удалилась из покоев и предоставила нас самим себе.

– Что такое эликсир молодости? – Я уже была способна заинтересоваться новым термином тем более, что полегчало, боль стихала и даже жить захотелось.

– Я почём знаю, – грубо ответила внученька начиная приходить в себя.

Глава 7. На фондовой бирже любви.

Тяжёлое после пира утро отступало, предоставляя возможность проявить себя прекрасному новому дню. Набежали наши прислужницы, утащили меня в мои комнаты и принялись купать, облачили моё измученное тело в мягкий пушистый халат и положили на кровать под балдахин. После сытного завтрака я задремала. Как следует отдохнуть мне не получилось, в мои покои ворвалась внученька:

– Хочу продолжения банкета! Знатные дамы не должны скучать.

– А я и не скучала, я отдыхала от вчерашних потрясений. Ты почему не предупредила, что на данном спутнике водятся сущности?

– Какие ещё сущности? А, привидения! Так я и сама не знала! Это сюрприз для туристов, такое бывает.

– Для повышения интереса к космическому туризму привлекают к участию невербальных сущностей, – подтвердила служанка кивая и делая очередной глубокий реверанс. Вот оно как!

– Что-то я никого не наблюдаю, – Душечка завертела головой во все стороны.

– С вашего разрешения. Вы никого сейчас и не увидите, сущности появляются только после полуночи, – служанка в смирении низко поклонилась.

– Зачем же они появляются? – заинтересовалась темой слегка посвежевшая Душечка.

– В целях рекламы и для поддержания популяции невербальных сущностей. Они подпитываются эмоциями людей, – заученно бубнила прислужница.

– Ага, им хорошо, и нам хорошо, – сделала вывод внученька. Значится, За нами гоняются привидения в белых саванах ровно для того, что бы не заскучать. В далёком светлом будущем люди озабочены повышением вкуса к жизни. Как это по-человечески! И что дальше? В безвоздушное пространство нырнём без скафандров? Очень смешно. Меня начинает раздражать эта паническая боязнь заскучать. Ну похандрю я пару дней, и что? Мелькнёт какая-нибудь ерунда перед глазами и, снова мир заиграет яркими красками. Белая полоса жизни сменит тёмную нудную полосу. Так бывает.

После вялотекущего завтрака, состоящего из парочки сырных бутербродов с крепким травяным чаем с лимоном, после небольших переговоров с организаторами шоу, нам разрешили запрыгнуть на нашу милую «Фросечку» и отбыть дальше по навигатору.

– Как время летит! Мы прожили здесь тридцать часов? Что-то я и не заметила, – завязала я милую беседу.

– Не волнуйся, тебе не показалось. Нас попросили покинуть сей остров гостеприимства и рыцарства. Мне недвусмысленно намекнули, что мы здесь не очень подходим. Наши манеры желают лучшего, – сварливо выплёвывала слова Душечка.

– В чём же мы провинились? Чем не соответствуем высокому званию гостя? – Крайне удивилась я. Мы, кажется, не поломали ничего, не разбили, не подрались ни с кем? В камин Душечка что-то швырнула, и всё.

– Не знаю, я в чём мы провинились. Это ты во всём виновата! Ты у нас из прошлого века и манерам не обучена.

– Да я вроде вела себя, как паинька и даже привидений не очень испугалась, – нагло врала я.

– Не испугалась? Вот поэтому нас и выгнали. Ну и фик с ним!

– Чего фик?

– Ничего, полетели, милка моя, дальше, Вселенная она большая, и жизни не хватит всё обследовать, облазить, – задатки философа у Душечки были в крови.

Третьи сутки по мировому земному стандарту мы пребывали в необъятных просторах космоса. Наша «Фросечка» или «Евфросинья», как правильнее, яхта стала для меня уже как родная, как второй дом. Чувствую, как я постепенно привыкаю к космическим путешествиям. К хорошему быстро привыкаешь, и я не исключение, но как и все, я люблю беззаветно матушку-Землю. Пока не покаталась в звездолёте я и не подозревала, что наша планета так прекрасна, прекрасна сейчас в светлом будущем и так же восхитительна была и сто лет назад.

Прощай, Гималея! Мне служанка по секрету на ушко шепнула, что по пятницам по замку бродят призраки в цепях, громко стонут и гремят этими цепями, как настоящим тяжёлым железом. Ну и хорошо, что мы посещали их не в пятницу. Ещё раз прощай, Гималея!

И да здравствует Матида! Надеюсь, что нас там не встретят саблезубые тигры, хотя я в этом не уверена. Вероятно, я вхожу в раж и становлюсь настоящим космическим туристом. Пошли третьи сутки необременительного туристического существования. Я практически ничего не делала, только просвещалась в виде чтения книг, просмотра кинофильмов, ну и необременительные ежедневные уроки английского языка, конечно присутствовали. Я и рада небольшой передышке. Приключения – это хорошо, но их надо принимать дозировано, психику надо беречь, нервы тоже. Оказывается, я ещё не такая старушка, что бы опускать руки и перестать заботится о своём внешнем виде. Здесь так не принято, ходить неухоженной, не наряженной означает дурной тон. И чем меня таким опоили, что я потихоньку становлюсь моложе и бодрее? Во мне пробудились неведомые силы, появилось любопытство, неутомимое желание познавать окружающий мир, знакомиться с людьми, общаться с различными типажами характеров. Мне даже захотелось похвастаться перед кем-нибудь своими достижениями, показать себя во всей красе. Вот я такая вся готовая на подвиги, а красоваться не перед кем. Надеюсь, на Матиде найдутся настоящие мужчины и станут покорно восхищаться прелестной дамой, то есть мной? То-то же!

На Матиде нас встретили с оркестром. Я была польщена. Мужчины во фраках классического покроя с белоснежными рубашками грянули бодрым маршем, едва мы с Душечкой ступили на трап. Было приятно, очень приятно, хотя мои ушки и не привыкли к такой громкой симфонической музыке, особенно к бряцанью этих металлических музыкальных тарелок. Ну не понимают мои замечательные ушки, даже не воспринимают некоторые звуки музыки. Боженьки-боженьки, какая же я ущербная! Я не только некрасивая, но и ещё глухая, не совсем глухая, но немножко всё же глуховата. Вай-вай, какая же я несчастная!

Стоп! Разве я несчастная? Разве я чувствую себя несчастной? Не-а, я совсем не чувствую себя несчастной. С каждым новым исследованным космическим объектом мне всё больше нравится болтаться в просторах Солнечной системы на «Фросечке», причаливать к всяким странным объектам, астероидам, что ли. Сквозь шум и овации пробились приветственные слова:

– Дорогие товарищи! Прелестные дамы! Группа учёных Матиды выражает вам огромную благодарность за то, что вы изволили посетить наш богом забытый уголок Солнечной системы! Население нашего научного объекта весьма озабочено встречей таких прелестных барышень. Спасибо вам огромное за то, что вы уделили внимание нашему огромному мужскому коллективу и завезли нам с Марса необходимое оборудование, а так же долгожданный сюрприз от руководства!

Эту пламенную речь толкнул один из встречающих, весьма импозантный мужчина. Я бы с ним замутила, не будь он заучкой. Фоном для речи послужила тихо подвывающая скрипка. Это что для романтики? Тогда зря. Кое-кто из толпы встречающих судорожно полез в карман и достал носовой платочек. Мужики неподдельно умилялись и по-настоящему утирали платочками навернувшиеся слёзы. Ну и ну!

Я мрачно разглядывала аборигенов. То туристы, то учёные, а простых смертных людей в будущем уже не существует? Расстреляли их всех, что ли? Я не учёный, но и не турист. Так кто же я? Вопрос завис в воздухе, остался без ответа.

Мы с Душечкой ступили, так сказать, на землю обетованную и тут же попали в мужские дружественные объятия. Нас тискали, обнимали, смачно целовали в щёчку или лоб и наконец подняли вверх над толпой и потащили на вытянутых руках. И куда потащили? Как оказалось напрямую в местную обитель учёности! Принесли, бережно поставили. Хорошо, что мы были в специальных костюмах-полускафандрах, а не-то было бы несколько неудобно. Платье например непременно бы задралось и оголило ноги и трусики, а я не люблю такого форсмажора. Мне было бы в таком случае очень некомфортно, хотя на мне вполне приличные трусики, да и попа упругая омолодившаяся. Как мне нравится эта новая попа! Я в восторге! Хотя и раньше она была очень даже неплохая, но чуток великовата, самую малость. Хорошего человека должно быть много, но в какой-то период жизни меня вдруг стало слишком много, а моя попа едва вмещалась в сиденье среднестатистического стула. О-ля-ля! Попа на любителя крупных размеров! А любителя вдруг не оказалось рядом. Зато теперь их хоть отбавляй, всего и делов-то, что похудела на десяток килограммов!

Нас с Душечкой дотащили до домика общего сбора и аккуратно поставили на землю перед крылечком. Коттеджи в учёной деревеньке были похожи друг на друга, как однояйцевые близнецы. Все домики небольшие с мансардами, аккуратненькие беленькие, а общая изба для сбора отличалась снаружи лишь флагом, развевающемся на крыше. Символика флага была мне не знакома. И флаг занятный, на нём изображалось солнце, величественный лев и неожиданно мордочка «зелёного» человечка, то есть инопланетянина. Мне не дали долго любоваться развевающимся на ветру флагом. Нас настоятельно попросили пройти внутрь домика. А внутри всё, как у всех, только тут нас встречали сразу в банкетном зале. Стены в зале были искустно расписаны алыми тюльпанами и жёлтыми мимозами, при чём картинки были весьма подвижные и натуральные. Из углов ненавязчиво сыпались фонтанчики из пёстрых искр и складывались в единое послание " С Днём 8 Марта!"Обалдеть, какое марта? Вроде по летописи уже близко к лету и месяц тоже далеко не март? Здесь, что свой отдельный календарь? И мы сегодня попали на празднование даже теперь после стольких лет знаменитого женского дня? Круто! Душечка на всё реагировала проще:

– Есть повод выпить! Наливай!

И нам налили, хорошо налили. Я глотнула, и мне понравилось, а вот Душечка распереживалась:

– Вы чего мне газировку подсовываете? Она, конечно, вкусная, но я люблю что-нибудь поинтереснее.

– По вполне понятным причинам наше научное сообщество празднует все даты исключительно сильногазированными напитками. Причины я объясню позже, – командовал шайкой учёных умов высокий с виду среднего возраста мужчина. Мы выпивали, плясали, принимали поздравления, а так же сувениры и подарки. Мужчины все по очереди представлялись, дарили букет цветов, сувенир, а потом целовали в щёчку. Это было неожиданно и приятно. Мужской коллектив пел нам под гитару любовные песенки. Читали нам стихи и даже пели тягучие бесконечные английские баллады. Веселье продолжалось до полуночи, мы очень устали от всеобщего внимания. Кто бы знал, что мужское обществ может быть крайне утомительным, а количество цветов слишком большим. Отсыпались мы на втором этаже в небольших гостевых комнатах полностью заваленных цветами и подарками. Как сейчас помню, что рядом с окном стояли стройными рядами вазы с букетами из тюльпанов, мимоз, нарциссов и ландышей. Для сувениров и подарков были предусмотрены прозрачные коробки, что ставились компактно друг на друга. Признаться, я ошалела от обилия презентов.

А на утро в моей комнате подарков не оказалось. Роботы-прибирашки постарались? Цветов в вазах тоже не наблюдалось. Эти-то куда подевались? Позёвывая я пошагала вниз на кофе с бутерами. Следом за мной спустилась сонная Душечка.

– У нас что в номерах прибирались? – Промямлила внученька старательно прикрывая ладошкой зевок. Чашку кофе ей подал робот-официант одновременно выставляя тарелочку с разнообразными бутербродами. Сырная тарелка, а так же миска с сырниками уже красовались рядом с моей чашкой. Пастельного цвета стены были расписаны растрёпанными ромашками, по одной из них медленно ползла божья коровка. Я мысленно пожелала, чтобы она взлетела, и она взлетела и направилась в другой конец зала. Я проводила её грустным взглядом и отвлеклась на происходящее в зале.

– Не знаю, не видела никого в своём номере, – вяло отозвалась я. Говорить не хотелось, вообще ни о чём не хотелось. А вместо этого страстно захотелось оказаться на «Фросечке» и улететь куда подальше от этого странного места. Мы долго завтракали, приходили в себя. И только посвежели, как поднялись и отправились на улицу поглядеть, куда же нас нелёгкая занесла. Надо же было наконец узнать, какое задание нынче ждёт. Первой на крылечко ступила Душечка, следом осторожно вышла я. Почему осторожно? Сработал инстинкт самосохранения. Интуиция годами проверенная ещё в тяжёлые времена меня не подвела.

Грянул громкий слаженный оркестр и толпа мужиков по новой принялась с пристрастием поздравлять нас с женским днём 8 марта. Обалдеть! И что это на них нашло? На солнце что ли сегодня пятна? Мужская делегация после традиционной поздравительной речи снова завернула в банкетный зал. И снова банкетный зал был расписан яркими алыми тюльпанами и нарциссами. И снова стол ломился от напитков и закусок. Я вас умоляю! Ко мне подошёл мужчина во фраке весь такой при параде, пожал руку, потом её поцеловал, потом подарил букет роз и коробочку с каким-то сувениром. Ой, всё по новой? Растерянная Душечка стояла рядом и принимала подарки, но уже без прежнего воодушевления. По залу прыгали фейерверки и рассыпались неизменным «С Днём 8 Марта!» Что день сурка и к нам прилепился? Теперь пришёл наш черёд выяснять, каким образом из него выбираться? Так я не сильна в данных вопросах.

– Повторение женского дня? Прикольно, – Душечку казалось не удивило данное обстоятельство. Может, дева красная что-то знала, знала такое о чём мне не положено было упоминать? Душечка живо присела за стол и принялась заглатывать тягучий сливовый квас и время от времени закидывала в рот крупные розовые виноградины. Процесс поглощения еды ей явно приносил удовольствие. Вдруг Надюшечка спохватилась, что мы выглядим не очень празднично для такого шикарного события, и она вскочила, согнала с удобного стулика и меня, и мы помчались наверх переодеваться в нарядные платья и туфельки. Как показала мне внученька, наряды прятались в гостевых комнатах во встроенных шкафах.

– Так на всякий случай, – пояснила мне весьма туманно Душечка между делом. Куда я попала? И всё-то у этих ребят было предусмотрено, всё организовано!

Когда нам с Душечкой уже надоело петь, плясать и веселиться, и мы уже засобирались покинуть хлебосольное общество к нам подошёл весь взъерошенный мужчина в мятом костюме и с наличием усталых красных глаз. Он принялся по очереди нацеловывать нам руки и приложившись в очередной раз к моей руке, которую я не успела убрать за спину, заныл со слезами в голосе:

– Ох, чувствую я, что что-то в нашем научном мире пошло не так. Мне кажется, что я вчера поздравлял вас с 8 Марта.

– Не кажется, а совершенно точно, вчера нас тоже заваливали подарками. У вас что на Матиде месячник празднования женского дня? – Не выдержала я накала страстей.

– А вчера вы меня в губки целовали, – Душечка состроила шаловливые глазки. Что тут началось! Мужчине стало плохо. Его затрясло буквально в истерике:

– Сбоит наша программа, ой сбоит! У нас всё март и март и такой длинный нынче, что сил нет его пережить.

– Какой март? Сейчас во всём мировом пространстве уже май шагает по планетам, – вставила своё веское слово Душечка.

– Ой ты, Господи! У нас ведь не только март на дворе, у нас и 8 марта уже не первый раз наступает. И как же всё это надоело! До жены моей разлюбезной дозвониться не могу. И что она подумает, моя рыбонька, моя звёздочка, моё солнышко?

– Жена Мария уже всё подумала и попросила нас навестить пропавших учёных, – поддакнула Душечка. И снова она в курсе всех событий и проблем. Ну даёт девка!

– Да и нам уже тяжело стало так жить-поживать. Какой-то странный вечный праздник получился. Леди, умоляю, вызовите нам, пожалуйста, ремонтников и спасательную службу заодно.

– Мы устали праздновать, хотим работать, – заныл сидевший от меня с другого боку мужчина в приметном серебристом костюмчике с малиновой бабочкой вместо галстука.

– Почему сами не вызвали, раз начали сомневаться в правильности проведения эксперимента? – Со сталью в голосе спросила Надюшечка.

– Мы пробовали несколько раз, не получилось, – сосед сидевший за столом напротив меня почти рыдал от отчаяния.

– Сигнал не проходит, – всхлипывал серебристый пиджак, тот что с бабочкой вместо галстука. Осознав тяжёлое положение учёных мужей, мы с Душечкой выбрали подходящий момент между тостами за здравие всех женщин на Земле-матушке на Марсе, Венере, а также во всей нашей прекрасной Солнечной системе и танцами под зажигательную музыку и сбежали. Мы даже не попрощались, удалились чисто по-английски молча и незаметно. Растворились в ночи, как призраки. Мы очень резво добежали до нашей обожаемой «Фросечки», толкаясь пролезли через шлюз при этом не раз споткнулись и норовили упасть ниц носом, потому как стартовали на высоких каблуках и вдобавок мы ещё и путались в подолах длинных вечерних платьев. Мы дружно плюхнулись в рубке в кресла командира корабля и его помощника. Я видела, как Душечка нажала на взлёт и настройку автопилота. Уф! Прощай, неизведанная непонятая Матида! И тут глаза мои слиплись, словно их залили сиропом. Короче говоря, я зевнула и мгновенно заснула сном праведника. Очнулась я и сразу же кинулась искать Душечку, та в импровизированной кают-компании сопоставляла какие-то данные с наружных мониторов и одновременно через соломинку потягивала из большого высокого стакана изумрудного цвета напиток. Я такого ещё не пробовала! Но-но, не отвлекаться! Я спросила сразу, что бы не запамятовать, зачем искала внученьку:

– Милая Душечка, ты вызвала ремонтную бригаду на Матиду?

– Они уже в пути. Завтракать будешь?

– А ты для них вызвала бригаду спасателей? – Меня в этот момент занимало только одно – состояние научных работников обитавших на Матиде.

– Зачем им спасатели? – Душечка выплюнула изо рта соломинку.

– Ну как зачем, ты же видела в каком психическом состоянии находятся мужчины? Как они перенесут такой стресс? – Завозмущалась я. Мужиков надо беречь, холить и лелеять, не-то иначе они попросту вымрут. Во всяком случае, так считалось в наше непростое и беспокойное время.

– Да ничего с ними не случится! У ремонтников аптечка имеется, окажут первую помощь, – с пренебрежением махнула рукой собеседница. Она уже умудрилась заказать для меня стандартный английский завтрак. И вот робот успел сервировать перед моим креслицем на стол тарелочку с овсянкой и традиционные тосты с джемом. Рядом с тарелкой исходила ароматом чашечка травяного чая. Обалдеть! Сервис даже в космосе на высоте!

Я согласна с учёными умами, нельзя пребывать в состоянии постоянного праздника, это крайне вредно для желудка даже в будущей весьма развитой цивилизации. И что там у нас по списку далее? На мониторе выскочила надпись – Лисицея. Да здравствует, Лисицея! До Лисицеи мы добирались полным ходом две недели и успели устать от путешествия. Мне срочно захотелось потоптать ногами твёрдый грунт. Последние дни Душечка пребывала в мрачном состоянии.

Уже на орбите космического тела Лисицея, нас встретило и забрало на борт малое космическое судно. Мужичок с бородкой самого интеллигентного вида усадил нас в удобные мягкие кресла, и мы полетели в очередную космическую деревню.

– Без меня вам не приземлиться, вы заблудитесь, – пояснил свои действия не-то учёный муж, не-то таксист. А если учёный, то непременно академик, так в наше время величали самых умных и продвинутых. Конечно он представился и назвал своё имя, но оно оказалось таким витиеватым, что тут же вылетело из моей головы дырявой. Позже мы поняли, что гражданин хороший, кто бы он ни был, не бравировал. Мы действительно сами никогда бы не смогли опуститься на Лисицею. Опускались долго и какими-то странными рывками, как в речном водном шлюзе. За огромными окнами ничего было не разглядеть – сплошной густой туман. Жаль, очень жаль, я бы полюбовалась пейзажами Лисицеи. После двух недель дрейфования в безвоздушном пространстве это было бы не лишним. Душечке надоело пялиться в пустые окна, ей зазевалось, а через несколько минут и вовсе задремалось. Меня же разобрало любопытство:

– Скажите, пожалуйста, не сочтите за труд, это очередной эксперимент?

– Конечно, это эксперимент. Наука не стоит на месте, и мы с нашей лабораторией решили тоже внести весомый вклад в развитие пока туризма, а потом уж и космических микропутешествий.

Признаться я ничего не поняла из пылкой речи мужика и попыталась зайти с другой стороны:

– И чего ж вы такое чудесное открыли? – Не смогла я удержать в узде своё любопытство.

– Мне трудно на словах объяснить суть эксперимента, там сплошные научные термины. Потерпите чуть-чуть и сами всё увидите своими очаровательными глазками. Мы уже подлетаем. Сейчас пройдём последний этап опознавания объекта, – тут он на полуслове замолк, углубился в изучение показаний приборов на панели летательного аппарата.

И мы подлетели к неизвестному объекту и так сказать приземлились. Куда приземлились, мы сообразили, когда вылезли из летательного аппарата и осмотрелись. Душечка моргала сонными глазёнками. Я вертела головой и тоже ничего не понимала.

Глава 8. Не смешите мои тапочки!

Я позабавилась увиденным. Оказывается мы приземлились на большую плоскую крышу дома. Над головами вяло покачивалось ослепительно белое облако отсюда снизу напоминающее раскрытый зонтик. Я ничего не поняла, для меня всё было ещё в диковинку, абсолютно всё. Хотя небо в виде зонтика уже не кажется дичью. А между тем нас торжественно препроводили в сам дом через встроенный лифт. Ох ничего себе! Стеклянная кабинка меня тоже позабавила. Мне определённо пришлась по вкусу жизнь премиум класса. В конце концов, я всегда где-то в подсознании чувствовала, что достойна лучшего.

Там сто лет назад, я задыхалась от нищеты. Тогда что бы я ни делала, чем бы ни занималась, всё равно никак не могла выкарабкаться из тотальной всё поглощающей беспросветной бедности. Почему так получилось? Да меня изначально после глобальных экономических перемен поставили в невыгодные условия. Кто поставил? Наверное, экономисты те, что просчитали дальнейшее развитие страны. Как оказалось, что я лишилась в одночасье всего имущества? Почему такой человек, как я с достаточно хорошим образованием, с опытом работы в своей сфере деятельности, с неплохими рекомендациями, оказался не у дел? Наверное, это всё же роковое стечение обстоятельств, и никак иначе. Я была тогда ещё достаточно молода, что бы поучиться, обновить знания и вкалывать по полной программе. Всё это я и пыталась сделать по мере своих сил, но увы, результат не оправдал ожиданий. Стремительный рост безработицы и повсеместное сокращение штатов оптимизма не добавляли. Всё было не просто. Я мечтала открыть своё дело, но кроме образования и базы знаний требовались ещё и обыкновенные работяги-специалисты, транспорт для передвижения и более или менее профессиональное оборудование. Взять кредит? Проблематично, но решаемо. Взяла в руки ручку и калькулятор и бегло просчитала риски. Обалдела от результата – неминуемое банкротство! Руки безвольно упали вдоль тела. Собралась и перепроверила расчёты оборота денежных средств – ошибок нет. В чём дело? В системе развития экономики государства уже заложен процент банкротства таких деятелей, как я. Бизнес таких малых предприятий изначально невыгоден, так как очень трудоёмки и высоки затраты на производство. И чем мы провинились? Чем мы тогда не приглянулись господам чиновникам?

Сейчас я нахожусь в государстве, даже империи вполне благополучной и экономически состоявшейся. И как они это сделали, как обновили экономику страны, всего мира? Я понимаю, что сто лет прошло, но всё равно, как?

На меня стал озабоченно поглядывать наш сопровождающий и наконец спросил:

– Барышня, с вами всё в порядке?

Я кивнула и попыталась вынырнуть из воспоминаний. Пока мы две минуты спускались с крыши вниз в общий зал сбора учёных мужей, на меня вдруг нахлынули эти грустные воспоминания. Лифт был настолько комфортен, насколько и красив и бесшумен, само совершенство, и я подумала невольно о том, в каких убогих условиях проживала ещё совсем недавно в той жизни. Это хорошо, что я сейчас в будущем. Я надеюсь, что меня не выкинет парадоксом, как это описывали в фантастических романах, героев обычно выкидывало из будущего обратно в настоящее. Я вовсе не желаю оказаться снова в моей убогой лачуге и жить на копейки, разглядывая голодными глазами витрины магазинов. Только одно обстоятельство не даёт мне покоя, не даёт усыпить бдительность моей совести. Одна мысль сводит меня с ума. Как там мои родные, мои друзья? Не проклинал ли меня сын в трудные минуты, что я бросила его, оставила без поддержки хотя бы моральной? Хотя какая от меня поддержка? Я старая больная женщина была и останусь ею навсегда. Стоп! Не раскисать! Мы ещё повоюем!

Тем временем мы вошли в зал научных достижений. Я успела побывать во многих и различных непонятных сооружениях, но то, что мне открылось было нечто невообразимое. Зал был до верху напичкан всяческими приборами, прозрачными мониторами, диаграммами и разнообразными структурными моделями. Я с восторгом крутила головой, пытаясь посмотреть на всё вокруг или образно говоря, объять необъятное. Впрочем на Душечку это зрелище не произвело должного впечатления.

– А это что такое? – Ткнула она невзначай куда-то своим шаловливым пальчиком. И конечно, нам тут же запретили совать свои рученьки куда ни попадя.

– Здесь разрешается только визуальное наблюдение! Дамы, ничего руками трогать нельзя! – Мужчина с бородкой подвёл нас к огромному панорамному экрану, которое я ошибочно посчитала за монитор. Там в глубинах роилась и перемещалась вверх серебристая субстанция.

– Вот это окно подлинное. То что вы наблюдаете сейчас, происходит за стенами лаборатории, – наш экскурсовод говорил скупо и по существу. Его слова не только не успокоили меня, но и заставили сильнее биться от волнения сердце. Да что это такое? Где мы? Мы переместились в будущее или в прошлое? Что ещё возможно в этом мире? Возможно ли перемещение в чистом виде разума в иные очень далёкие миры? Может, и я результат такого эксперимента? И словно услышав мои мысли Душечка громко ахнула и выпалила:

– Нас проглотит это серебристое облако?

– Не пугайтесь, дамы! Это всего лишь движение воздуха, дуновение ветерка, так сказать. Видите ли мы сейчас уменьшены до неприлично маленьких размеров, и все мы дружно летим на пушинке одуванчика, – экскурсовод был очень убедителен и неподражаем, как и все учёные умы. Не знаю, как Душечке, но мне стало зябко и неуютно. Сразу же в голову прокралась крамольная мысль о том, что вдруг нас не смогут вернуть в нормальное состояние? Вдруг я застряну в этом напичканном аппаратурой домике на одуванчике на долгие-долгие годы? А ещё я бы хотела повидаться с сыном. А что? Вдруг возможно? Каким стал этот негодник Андрюшка? Добился ли он в своей жизни всего, к чему стремился? Я неожиданно шумно вздохнула. Уже и не помню за всеми этими перепитиями судьбы, о чём в детстве мечтал мой мальчик. Может, он хотел стать космонавтом? Или лётчиком? Мне отчаянно захотелось тут же его увидеть, обнять. Я вдруг так разволновалась, что голова пошла кругом.

– Ой, мне дурно, – слабым голосом пожаловалась Душечка. Она закачалась и медленно опустилась в прозрачное по виду пластиковое кресло, которое заботливо подставили учёные. Меня тоже усадили в кресло, ноги уже начали подгибаться. Что с нами? Мы подхватили какую-то инфекцию?

– Что и следовало ожидать! – Непререкаемым тоном школьного учителя объявил наш экскурсовод. Остальные учёные мужи не отвлекались на наше появление, так были увлечены своей деятельностью. – Ваша реакция вполне предсказуема. Наблюдается сначала острый момент, потом спад в течение суток и наконец, адаптация и акклиматизация, что полностью завершится к концу второй недели.

– Мы здесь будем мучиться две недели? – В срывающемся от волнения голосе внученьки слышались неподдельные нотки ужаса.

– Нет, милая леди, нет, вам слишком нездоровится, да и толку от вас здесь будет мало. Мы вас сегодня же вернём на искомую точку. Ваши показатели биометрии уже все зафиксированы и дальнейшее ваше пребывание на научной станции нецелесообразно. Нет никакой необходимости вас мучить дальше. Вот выпейте, пожалуйста, и вам полегчает.

Я успела проглотить два глотка какой-то подозрительной, но довольно приятной на вкус даже с кислинкой жидкости прежде, чем свет померк в моих очах.

Очнулась я уже на «Фросечке» в собственной постельке. Слава Богу! Я в блаженстве прикрыла глаза, поворочалась устраиваясь поудобнее и вдруг замерла поняв, что больше не хочу спать. Я села и посмотрела с сожалением на нежные с красивым замысловатым узором из голубых цветков похожих на незабудки, простыни. Всё, выспалась! Резко встала и направилась в нашу импровизированную кухню-столовую. Чайку что ли хлебнуть? Ой! Моя разлюбезная Душечка прыгала молодым козликом возле работающей на всю мощность компьютерной стены и то и дело постукивала слегка пальчиком по двигающимся линиям и разноцветным различных размеров кубиками. Тут она заметила меня и не прервав своё занятие бросила через плечо реплику:

– Привет сонным тетерям!

– Душечка, ты давно поднялась? И как ты себя чувствуешь? – Озаботилась я здоровьем родственницы.

– Ой, не отвлекай меня! Всё со мной хорошо!

– Но что ты такое делаешь? – Не поняла. Мне трудно было представить, чем занята внученька. Куча разноцветных линий мне лично ни о чём не говорила.

– Не мешай мне! Я строю дом! – Душечка сердито сдвинула бровки в кучку и выпятила вперёд нижнюю губу.

– Где строишь дом? – Снова не поняла я, оглядела наше не очень-то и просторное помещение. Макет строит? Мы по прежнему обитали на «Фросечке» и даже куда-то летели. Я слабо надеялась, что мы двигались в сторону Земли либо в крайнем случае Марса. «Надейся, надейся», – смеялось моё подсознание.

– На Марсе участочек выпросила у властей. Хочу там дом поставить.

– Мы же на Марсе жили с тобой в домике.

– Домик славный, но общественный и построен по стандартной программе для переселенцев, а мне хочется построить свой и по собственным эскизам. Я хорошенько подумала и решила взять в длительную аренду необжитой пустырь лет так на сотню и построю там хибарку на свой вкус.

– И кто там будет жить? – Растерянно протянула, совершенно сбитая с толку этим заявлением.

– Да мы с тобой и будем жить, если у тебя других планов не намечается. А теперь не мешай работать, я только в раж вошла. Я отсюда самолично руковожу строительными работами. Ещё ткну пальчиком не туда, некрасиво получится, переделывать придётся.

– Ты же в дальний космос собиралась?

– А-а! Когда это ещё будет! А потом буду к тебе в отпуск на отдых прилетать. Пустишь? Ты ведь поживёшь в этом домике, пока я в космосе вкалываю? – Спросила внученька, но с такой надеждой в голосе, что я тут же быстро закивала.

– Да не вопрос. Садик, огородик будет где разместить?

– Конечно, всё будет: и садик, и огородик, и даже клумбочки с цветочками, – заверила меня внученька.

– Ты уже строишь? И это не макет здания?

– Конечно, строю, и это очень просто делать. Дала заявку в Стройкомфорт Марса и теперь подтверждаю чертежи и виртуальные макеты здания. Вот, всё подтвердила и теперь можно приступать к самой разметке пустыря.

– А землю под застройку как получила?

– Дала заявку на просмотр пустующих участков, заценила их и выбрала небольшое, но уютное местечко. Я думаю, три этажа вполне достаточно, – мечтательно закатив к потолку глазки протянула моя девонька.

– Сколько же тебе надо комнат? – Удивилась я грандиозности проекта.

– Ой, много надо! Ко мне на вечеринки обычно одних только родственников больше десятка приезжает. Все люди достойные, требовательные, в смысле требуют к себе внимания и уважения. Полагается в собственных хоромах каждому гостю выделять отдельную комнатку. А как же иначе? Иначе ж, это прямое проявление неуважения к людям. Считаем дальше, тебе пара комнат в обязательном порядке, мне апартаменты, кухня на всякий случай и, самое главное, банкетный зал для культурного время провождения, питания, а так же занятия всяческими играми и танцами.

– Нехилую дачку ты хочешь построить! – Присвистнула я не сдержавшись.

– Да не хочу я одна жить, как в пустыне! Я человек востребованный в обществе, медийный. Ты теперь попривыкла, обжилась в новом времени, то есть в нашем мире. Мы с тобой теперь поживём на Марсе. Будем закатывать по четвергам званые ужины, тематические танцульки и даже пиры. Согласна со мной, бабулечка моя?

– Конечно, я не против, только вот без этой, без бабулечки.

– Так точно, без бабулечки!

– То-то же!

– Ну и как же ты собираешься строить этот, с позволения сказать, уютный домик?

– Да проще пареной репы! Завтра бригада роботов по моим разработкам приступит к закладке фундамента, а там глядишь, и стены расти начнут. Приедем с тура по Солнечной системе уже на новый адрес. Красота!

– Действительно красота, – поддакнула я и вдруг прочувствовала всеми своими фибрами души, что теперь живу на Марсе, и это на долгие годы. На пмж на Марсе, то есть на постоянном месте жительства. Хорошо это? Да слишком хорошо, чтобы быть правдой! И в чём же тут подвох? Додумать эту интересную мыслишку мне не дала Душечка:

– Помнится, бабулечка, ты сад хотела побольше и огород с теплицами?

– Ага, не мешало бы. Постой, ты меня дразнишь, что ли?

– Ни боже мой! Это нечаянно вырвалось.

– Извинения приняты, и тогда я ещё хочу беседку для чаепития, если местечко найдётся для таковой.

– Места на всё хватит, можно всё разместить на нашем участке. Бассейн делать будем? Или может замахнёмся сразу на небольшое, малюсенькое такое озеро? – Душечка смотрела на меня серьёзно и без малейшего намёка на издёвку. И не прикалывается ведь!

– А надо? Я как-то не привыкла к домашним бассейнам, да и с бассейном возни много. А озеро у дома я вообще не представляю.

– Ну озеро, конечно нагляднее и красивее, чем бассейн, а так разница только в размерах. И потом, какая такая возня? Да брось волноваться по пустякам. Воду очищать и подогревать будут роботы, а нам останется только загорать у кромки воды да купаться. Надо же нам отдохнуть и насладиться бытиём после такой тяжёлой миссии. Недаром знающие люди говорят, что наступил золотой век для человека.

– Значит, мне несказанно повезло, я нечаянно угодила в золотой век.

– Готовься, счастливица, подлетаем к спутнику Ио. Запрашиваю координаты на место посадки.

– Вот эта точка на мониторе и есть искомый объект Ио?

– Он самый родимый. Ио – смешное название для космического объекта. Чем там они интересно занимаются? После некорректных учёных с Лисицеи хочется тепла и ласки. Разве я не права?

– Права, конечно, во всём ты, Душечка, права! Давай организуй нам мягкую посадку. Мне что-то захотелось пообщаться с живыми обычными людьми. Только не с такими нелюдимыми, как в прошлый раз.

– Странно, что-то не дают разрешения на посадку, – Душечка озадаченно наморщила лоб. Я перестала бесцельно болтаться по рубке корабля и присела в кресло второго пилота. Вдруг включилась обратная связь с объектом:

– Уважаемые туристы, посещение нашего космического объекта класса А под названием спутник Ио временно приостановлено. В ваших интересах следовать дальнейшим намеченным курсом, – скороговоркой приветствовал нас дядька с взъерошенной давно нечёсанной головой и напряжённо бегающими глазками. Немного слева за спиной у данного бледного вида мужчинки располагалось окно, в котором что-то или кто-то нечётко маячил. Я с любопытством дружу, и лишку свой носик никуда не засовываю, но тут что-то творилось экстраординарное, и поэтому внимательней пригляделась к окну. Матерь божья! Что это такое? Неужели мелькнула голова дракона? Дракон открыл пасть, и оттуда изверглось не мощное, но довольно яркое пламя сопровождаемое серым облаком дыма. Дымом тут же заволокло всю картинку за окошком. Душечка завизжала от восторга и захлопала в ладоши:

– У вас драконы! У вас настоящие огнедышащие драконы! Можно их поглядеть поближе? Можно драконов погладить?

Мужик только замычал в ответ, он побледнел, дёрнулся в испуге, и тут видеосвязь пропала. Экран рябил помехами. Как ни старалась Душечка, больше не смогла связаться с Ио.

– И что теперь мы будем делать? – Я начинала всерьёз беспокоиться за здоровье и жизнь учёных данной космической деревни.

– Ничего мы делать не будем. Я вызвала спасательную службу, прибудут в течение часа крейсером. А нас отправляют обратно на Марс.

– Ты уверена, что учёные продержатся час в обществе огнедышащих драконов? – У меня кошки скребли на душе из-за переживаний о незнакомых мне людях.

– Это их драконы, разберутся – не маленькие дети. Там в дрессировщицах Мальвина, она дама опытная.

– А как же Майкл?

– А Майкл свяжется со мной на Марсе.

– Откуда ты всё это знаешь?

– От Охранной службы Солнечной системы.

– Что и такая служба существует?

– А как же иначе? Мы же должны свой дом защищать от всяческих напастей, комет, инопланетян с другой Галактики, да мало ли ещё от чего или кого.

– Вот оно как. А я думала в светлом будущем и катастроф не случается и войн не бывает.

– Катастрофы редко, но случаются, а войны тоже бывают, но нас это мало касается. Мы же сидим сейчас в глубоком тылу, как и большинство представителей человеческого вида.

Душечка отправилась снимать стресс в ванную наполненную ароматной водой с лепестками роз. Я осталась одна в рубке и глубоко задумалась о злободневном. На меня в очередной раз накатило дурное настроение. Отчего-то мне показалось странным моё появление в этом раю. Случайно ли я угодила в будущее? Признаюсь, со мной и раньше много чего странного случалось. Я предпочитаю не знать, как это происходит, иначе становится по настоящему страшно. Во-первых, сбываются все мои мечты. И это не метафора. Впрочем, это явление в детстве почти не ощущалось, тогда родители работали в качестве волшебников, а по совместительству и Дедом Морозом. А потом я стала самостоятельнее, прихоти менялись, они и взрослели со мной вместе. И всё равно, когда я попала нечаянно под раздачу экономической революции, то докатилась до глубокой нищеты. Путём беспросветного тяжёлого труда приподняла голову и огляделась. Огляделась и пришла в ужас. Так жить нельзя!

Я и потом много работала и старалась не думать о плохом. В зрелом возрасте перешагнув порог пятидесятилетия, этой по истине значимой даты, я поняла, что едва о чём-то подумаю, как тут же всё сбывается. Ну не всё буквально, но в общих чертах сбывалось. Вот и думай после этого, что мысли не материальные! Мечты сбываются, но существует какая-то градация материальной жизни, распределение ценностей, как в компьютерной игре. В моей той старой жизни я находилась на первом низшем уровне. И всё у меня никак не получалось перейти на второй уровень, не получалось и баста. По этой причине мои желания сбывались не так, как виделось, не так как должно исполняться. Например, захотела я красивое платье, а денег на эту покупку нет и не предвидится в ближайшем будущем. Мне вдруг совершенно неожиданно знакомые люди жертвуют неплохое платье, но конечно уже не новое. Тогда пожелала я страстно пламенную любовь, захотела, пожить с мужчиной. Как и все нормальные адекватные женщины я желала в спутники жизни работягу, с собственным автомобилем, солидными сбережениями в банке и с активным желанием оберегать меня от неприятностей, заботиться обо мне. Ну и что? На низшем этапе этот искомый мужчина выглядит, как пьянчужка, который вдруг возжелал остепениться, понежиться в руках надёжной хлопотуньи.

Я тогда находилась на самой низшей ступени, поэтому и выглядела тоже не презентабельно. В возрасте за полтинник вообще выглядеть бодренько трудно. Я устала отпихивать от себя престарелых мачо с такой же, как у меня копеечной зарплатой и с острым желанием использовать меня в своих целях. Каждый мужик мнит себя героем, а на деле оказывается геройство лишь на словах. Говорят в народе, что по себе надо дерево рубить, а я так и не разобралась, кто мне по судьбе подходит. Я и в молодости не выглядела сногсшибательной красоткой да и не очень стремилась к этому. Интересно, в этом потрясном мире, в мире будущего мой рейтинг приподнялся или на том же уровне остался? И возникнут ли у меня к кому-нибудь подлинные глубокие чувства?

Из транса и самобичевания меня конечно вывела Душечка. А кто же ещё мог так сделать? Да ещё и в глубоком космосе?

– Хотела предупредить тебя, Никки, что мы летим не домой, – Душечка выглядела необыкновенно собранно и деловито.

– Не на Землю? – Удивилась я.

– И не на Землю и не на Марс. Я много думала, чем мы займёмся дальше и ничего не придумала.

– Будем отдыхать от приключений, тоже хорошо, – утешила я подругу по странствиям.

– Но это ещё не всё. Меня друзья попросили поучаствовать ещё в одном научном эксперименте. Ты имеешь право отказаться и отдыхать без меня.

– Если для тебя так важна эта работа, то я тоже в деле! – Заявила я с пафосом. Своих не бросаем.

– Ну вот и ладненько. Мы сейчас недельку поживём на Марсе, ну не совсем на Марсе. Нас поселят во временной инкубатор.

– Временной инкубатор. Господи, и такое ещё бывает?

– Привыкай, девушка, мы живём в век больших возможностей. А ещё помощь в развитии науки ускорит строительство нашего дома.

– Всё понятно, тебе денег пообещали, – подитожила я.

– Нет, не денег пообещали, а предоставить неограниченное количество энергии, при чём за короткий период времени.

– Это как?

– Это мы быстро-быстро построим свой домик! – Заскакала Душечка от прилива радости на одной ножке, как маленькая.

И вот я смотрю совершенно ошалевшая новостной канал и с удивлением выясняю, что наступил по Московскому времени снова май месяц.

Ой, бядя, бяда, в огороде лебеда,

черёмуха белая, что любовь наделала!

Если верить диктору, сегодня 13 мая, зацвела черёмуха, зацвела разом и буйно. В воздухе поплыл сладкий аромат. Соловьи распелись не на шутку. Одним словом, лето на пороге, и я пьяная от солнца, от изобилия молоденькой зелени и пахнущей свежими огурчиками, от ярких голубых и фиолетовых цветков, разглядываю наш маленький садик за окном. Молю бога, что бы противостояние весны и лета тянулось подольше.

Глава 9. Да случится чудо!

Я люблю май, как месяц, и наслаждаюсь наступившими денёчками. Ещё прохладно днём, но солнце уже очень яркое, а небо прозрачно голубое. Таких белых пушистых облаков больше нигде не увидеть, только в мае. Я загляделась в окошко, задумалась о превратностях судьбы. Я сейчас гощу в домике своей мечты. Створки окошка открыты. Колышутся лениво от тёплого лёгкого ветерка прозрачные капроновые занавески. А за окном ромашка, или цветок похожий на ромашку. Огромная белая ромашка медленно-медленно даже не взлетает, взмывает вверх. И всё это чистой воды обман зрения. Цветок – вовсе не ромашка, а один из большой кисти черёмухи, и не взмывает плавно вверх, а наш уютный домик – мотылёк планирует с невероятной высоты на твёрдую незыблемую почву. Под натиском обаяния Душечки, я была вынуждена согласиться на участие во временном эксперименте. Побочным эффектом сего смелого действия стало наше глобальное уменьшение в сотню раз. Приходится терпеть и это. Вот уже неделю мы с моей дражайшей внученькой планируем, сидя в уютном домике и сколько ещё лететь будем приближаясь к посадке на твёрдый грунт, не известно никому. На то он и эксперимент.

Какой высоты это дерево черёмухи трудно предположить с учётом сложившихся обстоятельств, трудно и вычислить. Здесь мы с Душечкой частенько прогуливаемся на свежем воздухе. Мы неторопливо ходим под ручку по дорожке вокруг дома. Даже в мягких туфельках ступням приятно чувствовать материал дорожки. Бывает, мы шлёпаем и босиком для поднятия тонуса организма и исключительно в научных целях. Ступни касаются шершавой тёплой поверхности, и я получаю заряд энергии. Сегодня мы просто прошлись немного, провели время в неторопливой беседе о модных тенденциях в сфере одежды.

Мы остановились на конце площадки. Мне стало немного страшно, но отсюда открывался замечательный вид. Если поднять голову кверху, то где-то там высоко-высоко в дымке всё белое и зелёное. Черёмуха нынче цветёт пышно, а мы гуляем по листку, маленькому такому черёмуховому листку. Наш домик – «мотылёк». Романтичное название «мотылёк» взято из архитектурного плана. Наш дом пришвартовался к одному из листиков. Мы пользуясь случаем выбрались наружу погулять, в надежде размять на свежем воздухе косточки и шлёпали босым ножками. Внизу, как и наверху простиралось необъятное море из белых цветочных кистей и зелёных пластин листьев. Горизонт уходил вдаль в манящую неизвестностью дымку. Огромные цветки ближе к горизонту превращались в кисти цветущей черёмухи, а огромные пластины серо-зелёного цвета вдалеке походили на нежные листики весенних побегов. В голове моей не к стати закрутился некогда популярный шлягер:"вода, вода, кругом одна вода». Здесь же вокруг одна черёмуха. Мы уже неделю плаваем в черёмуховом аромате, и Душечка решила покапризничать:

– Фи, надоело!

– Покатайся на комарике, – неудачно пошутила я. – Всё заделье. Ну не поймаешь комара, так отвлечёшься.

– А это мысль, повелась Душечка. – Из чего уздечку сделаем для крылатой лошадки?

– Я же пошутила!

– Я тоже пошутила, – заверещала обиженная внученька. Ей показалось мало недельного фланирования по ветру в крошечном домике на зелёном листике черёмушки. Душечка вошла в азарт и записала нас ещё на один и при том очень рискованный эксперимент. Со временем мы с моей наставницей становимся неразлучной парой. Нас только-только сняли с листка, как не дав передохнуть нас снова закинули в какие-то сказочные хоромы.

В этот раз мы проживаем вдвоём на какой-то огромной тарелке под прозрачным колпаком – крышей, я даже подумала, что под крышкой от кастрюли. А вокруг нас простирается вода и ничего кроме воды не наблюдается ни островка, ни лодочки вдали. Суша где-то далеко. Хотелось бы сказать, что кроме воды ничего рядом больше нет, но это не так. Из-за прозрачной крыши на нас что-то пялится, какие-то твари пучеглазые пытаются познакомиться с нами поближе. Я кожей ощущаю, как за нами наблюдают многочисленные жадные глаза. Странные животные с большим количеством глаз, а так же ручек и ножек, ну и лап тоже облепили нашу крышу. Нас забыли предупредить, что данные твари относятся к разряду хищников. Поначалу было очень жутко, а сейчас мы уже немного попривыкли к страстным голодным глазам. Первые два дня и две ночи мы жили с оглядкой, затравленно следили за передвижением тварей. Кругом были понатыканы камеры, и всё увиденное автоматически записывалось, запечатлилось на века. У меня возникло такое чувство, будто эти жуткие твари тоже за мной приглядывают. А вдруг они тоже нас людей изучают?

– Один, два, три, … восемь, – вслух считает внученька. Ух-ты, восьмиглазка! И какого яркого цвета, она же пронзительно голубая.

– Вот к ней плывёт ещё такая же, и ещё одна, – подключилась я к исследовательской работе.

– Да их тут целая стая! Сейчас одна из них врежется в наш прозрачный купол, будет больно, – скривилась Душечка. Она недавно позанималась с психотерапевтом по космосвязи и теперь сопереживает любому живому организму, даже такому далёкому по нашим понятиям от совершенства. Я отказалась от данной процедуры. А между тем голубая многоножка двигалась с большим ускорением и неминуемо ударилась о наше прозрачное силовое поле. Тварь слегка сплющилась и отлетела по инерции в обратную сторону. Та ещё забава.

– Во волосатенькие серенькие подплывают. Утю-тю, мои любименькие, – в восторге от стаи огромных шариков со щупальцами и присосками Душечка подпрыгивала и и размахивала беспорядочно руками. – Сюда! Сюда! Плывите к нам на огонёк!

И они нас заметили и решили обследовать дёргающихся букашек поближе. По такому случаю голубые твари уплыли по своим неотложным делам освобождая территорию для других сородичей. Шарообразные существа резко сменили маршрут и кучно прилепились к защитному куполу. По мне, так они ещё страшнее прежних существ.

– Наша крыша, не подведи нас! Наша крышечка, спаси нас, молю тебя! – Запела звонким от возбуждения голосом внученька. – Глаз – алмаз, ватерпас! Ла-ла-ла! Ой, а это их детки!

Детки были поменьше и не так жутко выглядели, но тоже ничего, страшилки. Маленькие и шустрые, они как торпеды сновали везде и всюду. Детки были небольшого размера, все лишь с городской автобус. Когда детки надоедали родителям, доставали их по полной программе, один из особей вытягивал щупальце и цеплял самого буйного и непоседливого ребятёнка, подтягивал к себе и прилеплял к светлому очень внушительных размеров пузику. Нам всё это действо было замечательно видно со своего наблюдательного пункта. И ничего удивительного в этом не было, ведь огромные животные прилепились к нашей тарелочке со всех сторон и дрейфовали вместе с нами по просторам великого необъятного океана. Душечка уже не пугалась до одури при появлении вблизи с нашим убежищем каждой новой твари и не сбегала и не запиралась надолго в туалете. Туалет – это почти единственное место, наша спасительная интимная комнатка, где за нами не следили тысячи холодных равнодушных глаз.

Я тоже очень пугалась поначалу затаившихся в воде чудовищ. Я даже передвигалась по дому перебежками, активно прячась за мебелью. Стыдно вспоминать, но первые рабочие сутки в данном подводном царстве в доме с чудовищами, я провела под столом, там и питалась чем бог послал. Да, было дело. В этом более, чем странном водном мире даже более чужом, чем тот, к которому привыкла за свою длинную жизнь Душечка, бог не баловал нас изысками, а кормил почему-то блюдами из рыбы. Скажу сразу, я не любительница рыбы и всяких там морепродуктов, не приучена была с детства. Но здесь вся еда отдавала рыбным запахом, даже хлеб. Душечке жилось немного легче, она обожала покушать рыбку.

Вот и сейчас она красиво выкладывала на изящную фарфоровую тарелочку какие-то весьма неприглядные жареные кусочки, добавила травки, а может и водорослей и смаковала этот кулинарный шедевр, как настоящий гурман.

– Это превосходно! Восхитительно! – То и дело восклицала внученька едва отщипывая вилочкой от кусочка с тарелки. – М-м-м, пол жизни!

Я заказала репликатору блинов и даже те на вкус отдавали красной икрой. Кошмар! Да что блины, здесь даже чай имел едва уловимый аромат мойвы! Но я же не жаба и не русалка! Хотя через две недели такой диеты и хвост рыбий может отрасти. Как мы оказались в такой глубокой засаде? Да очень просто, по доброте душевной. Мы попросили слёзно местных учёных поискать Майкла по просторам космоса, а в обмен договорились оказать им небольшую услугу – посуществовать некоторое время в экспериментальном жилище. Последний месяц мы с Душечкой только этим и занимались. А почему бы и нет? Одним экспериментом больше, одним меньше, нам с внученькой уже было всё едино. Хотя лучше бы меньше…

Живность, то есть местные обитатели, оказались очень бойкие, растения вокруг почему-то были коричневого цвета, и всё это существовало где-то глубоко во мраке свинцового цвета вод неизвестного моря. Изначально должны были поработать местные молодожёны с Марса по давней традиции в медовый месяц и в приятном уединении. В самый последний момент невеста закапризничала, и молодые отказались, выбрали другой уединённый уголок Вселенной. Эта глубоководная обитель показалась новоиспечённым молодожёнам слишком мрачной, и я их не осуждаю. К этим бесстрастным холодным рыбьим глазам привыкнуть практически невозможно. Никакой климат-контроль с комнатной температурой +20 градусов по Цельсию не смягчит колючие взгляды безжалостных глазищ водяных монстров.

В то утро Душечка проснулась первая. Она сладко потянулась, сделала лёгкую зарядку для тела и только тогда взглянула на прозрачные стены. А там о купол защиты бились воздушные шарики среднего размера, по местным глубоководным меркам разумеется. Шарики стремились удрать куда-то вверх, их вытесняло водной массой ближе к поверхности. Вот эти чудовища и старались как можно быстрее обогнуть невесть откуда взявшуюся преграду – наше жилище. Душечка бесцеремонно растолкала меня, и мы уже вдвоём любовались незабываемым зрелищем в виде покачивания огромных существ ещё с пол-часа. Шары, как резиновые, скакали снизу вверх отливая по цвету густым серебром. Круто, что ни говори. Даже Душечка привыкшая к ко всевозможным празднествам пялилась на мячики с детским восторгом:

– Праздник! Праздник!

– Они живые или не живые? – Впала в задумчивость Душечка.

– А учёные, что говорят?

– Сейчас глянем, – Душечка замерла втягиваясь в неиссякаемый поток информации. – Ведётся научная деятельность, дебаты.Не доказано, что пузыри, их ещё называют лодырями, за их ленивый неторопливый образ жизни, животные. Один американский учёный очень продвинутый вообще их относит к классу растений. Ну и ну!

– Что такое?

– Никто не смог выяснить откуда эти шары берутся и чем питаются. Мы прославимся на всю округу, если выясним это.

– Чтобы выяснить, что едят эти глупые ленивые шары, нас посадили в тарелочку с голубой каёмочкой? – Задала я риторический вопрос.

– Да, наверное. Мы нужны учёным мужам для сбора данных непосредственно на месте обитания шаров, – на риторический вопрос я получила риторический ответ.

– Но эту работу могут выполнить и роботы! – Почему-то на меня накатила волна неоправданного гнева.

– Конечно, могут. А мы-то разумные существа и наши чувства, наше отношение к лодырям-шарам также засчитываются. Вот что ты сейчас ощущаешь к тому детёнышу? Правда миленький? – Душечка просительно заглядывала в мои сердитые глаза.

– Я не желаю из видеть. и детёнышей в том числе!

– Ну, Никки, успокойся! Многоглазок мы с тобой явно опасаемся, а этими шариками даже умиляемся. Вот! – Душечка развеселилась, разулыбалась без явной причины.

Я сердилась потихоньку. Вот мы такие умненькие разумненькие сидим в этом странно водоёме. Что за водоём? Да нет там никакого водоёма! Нас с Душечкой тайно закинули на планету под названием Юпитер, и мы просуществовали здесь целых 28 земных суток. Признаюсь честно, больше я бы не выдержала даже ради науки и даже ради счастья и процветания внученьки. Просидеть в заточении в ограниченном пространстве целых 28 суток – это нечто. Душечка по визору общалась с друзьями, родственниками, часами зависала в общей столовой комнате, болтала со всеми о чём-то, что-то обсуждала, спорила. Я же получала многочисленные приветы от моих знакомых и неизвестных поклонников и фанатов. В ответ я махала в экран руками и отчаянно улыбалась. Я всё старательно делала, как того требовал этикет. Как-то раз с внученькой даже связался заблудший муж Майкл. О чём они говорили, я не знаю, не имею такой привычки подслушивать. Душечка после знаменательного разговора два дня дула губки и кажется потихоньку плакала в подушку, но не призналась. А не призналась, значит не было. И только на третий день маяты и душевного разброда внученька возжелала поделиться своим горем:

– Майкл решил на время прервать наши отношения в одностороннем порядке, – с горьким вздохом оповестила внученька. Я пыталась утешить родственницу и по совместительству подругу:

– Ну, Душечка, вы так скоропалительно поженились, вы даже сейчас совсем друг друга не знаете.

– Так мы и поженились для того, чтобы общаться, чтобы познакомиться поближе.

– У тебя и без Майкла интересная полная событий жизнь, – вякнула я обречённо.

– Но, Никки, Майкл такой классный! Я раньше не встречала таких интересных мужчин.

– Вот те раз! Только в последнее время мы повстречали кучу учёных мужей, преданных науке и достойных любви самой предвзятой женщин.

– Достойны-то они, конечно достойны, но моему обожаемому Майклу в подмётки не годятся!

– Откуда тебе всё это знать?

– Я вижу внутренним оком, я чувствую душу Майкла! Моё сердце целиком и полностью предано Майклу. Любовь к партнёру, к спутнику – самое главное чувство в жизни.

– А как же твои дети?

– Так они все взрослые, – удивилась Душечка.

– А внуки? – Я окончательно была сбита с толку.

– Ну я же не отказываюсь от внуков, я же с ними общаюсь. Не нянькаться же с ними! На это есть роботы, развивающие игрушки, да и профессионалы воспитатели.

– Вот значит, как вы занимаетесь воспитанием детей!

– А ты, как думала? Мы современные люди и органично сосуществуем с природой планет. Мы самодостаточные гуманоиды и достигли высокого развития культуры. Ты с чем-то не согласна, зайка моя?

– Полностью с тобой согласна, – и я не кривила душой. Я была очарована созданным миром, его гармонией и доступностью. Для меня по прежнему это был мир будущего, я в него не вписывалась. Конечно, я наслаждалась этим миром не совсем понятным для меня, но очень прекрасным, возможно даже совершенным. Меня осенило:

– Теперь наступила эра науки. Люди долго и с наслаждением учатся, многие достигают уровня профессионала и даже профессора в некоторой области.

– Ну-да у меня тоже имеется звание профессора.

– У тебя звание профессора? И в какой области ты являешься профессором? – Обалдела я.

– Профессор красоты, конечно. Я руковожу нано-роботами при проведении самых точных и естественных изменений в исправлении косметических недостатков и форм, например, носа, губ, формы лица.

– Обалдеть! – Я даже присвистнула от удивления.

– Ну не зря же я на свете столько лет прожила! Есть чем гордиться!

В паре с профессором красоты я провела в данной безумной тарелке на поверхности планеты Юпитер ещё неделю, и это была очень долгая тяжёлая неделя.

Нам обеим надоели эти страшные существа, да и начало сказываться парное проживание в замкнутом пространстве. В один из непомерно скучных вечеров той недели Душечка вдруг просияла и мурлыкая какую-то весёленькую мелодию нараспев произнесла:

– Наш дом построен! Мы въедем в него сразу после эксперимента. Ура!

– Ура! – Вторила я растерянно. Я была поражена скоростью продвижения работ. Поэтому наверное и спросила не впопад:

– И часто люди участвуют в научных экспериментах?

– Да постоянно. Люди тянутся к знаниям, это стремление заложено в их сущности, впитано с молоком матери, – высокопарно выразилась внученька.

– Я вроде не такая, – я засомневалась было.

– Тебе разве позволили в своём времени заниматься наукой? То-то же! Ты только и делала, что вкалывала на постылой работе, что бы не голодать, как-то выживать в том безумном-безумном мире.

– Ты совершенно права, Душечка, и я больше не хочу вспоминать о тех тяжёлых временах.

– Не будем вспоминать, так не будем. А сейчас нам просто скучновато. Мы потерпим ещё пару денёчков, и нас благополучно доставят домой на Марс. Или ты на Земле пожить хотела?

Я отрицательно замотала головой, на Землю-матушку я уже не хотела. Наша планета так радикально изменилась, что мне теперь комфортней обитать на Марсе.

– На Марс! Летим на Марс.

– Домик получился просто идеальным, игрушечка да и только. Есть чем хвастаться перед подругами, – разглагольствовала внученька. – Твоя комната на втором этаже и не просто комната, а очаровательные покои с большим балконом и целых две стены у тебя будут информационными с красивыми меняющимися обоями.

Я ждала с нетерпением, когда увижу свои апартаменты, когда войду в них и брошусь на большую широкую кровать под бордовым балдахином. Ох, дался же мне этот бордовый балдахин! Во сне что ли я его видела или в фильме каком старом? Я еле дождалась общественного крейсера, и подгоняемая жгучим нетерпением погрузилась в его недра.

Сам полёт прошёл вполне буднично, не считая того, что я чуть не грохнулась в обморок, когда узнала, что полёт проходит в автоматическом режиме без участия людей. К такому я ещё не была готова. Душечка надо мной только похихикала. Ну какие могут быть волнения? Внученька перестала капризничать, проводила много времени в спортзале, видимо решила подкачать мускулатуру. Благо на крейсере размещался хорошо оборудованный спортзал, она и меня всё время таскала в спортзал. Я даже успела укрепить пресс живота, и мне это очень понравилось. Питались мы в этот момент какими-то оздоровительными коктейлями. Душечка увещевала меня, что сие напитки улучшают цвет лица. Не то, что бы я ощущала голод, нет, но твёрдой пищи пожевать хотелось.

Я как никогда почувствовала себя женщиной, и не просто женщиной, а красивой ухоженной женщиной. Я как-то забыла про свой возраст, забыла что прожила большую часть плодотворной сознательной жизни. Я совершено забыла, что дальше по старым меркам меня ждала пенсия, унылые вечера под телевизор, редкие встречи с друзьями и даже привычная нехватка денег. Хотя здесь в этом заманчивом и нелогичном мире я могу ещё поучиться и даже чего-то достичь. Может, мне терапевтом поработать или психологом? С моим-то опытом, подучиться чуток и готовый специалист!

И вот наконец, мы прибыли на Марс, в нетерпении запрыгнули в воздушное такси и увидели наш дом воочию.

– Получилось, получилось! Это то, что я и хотела! – Душечка почти бегом направилась в холл, едва рассмотрев фасад здания. Дом был огромным. Не знаю из чего теперь строят, но имитация была в виде грубо обтёсанного камня, и это смотрелось прекрасно. Вокруг дома цвели шикарные розовые кусты. За домом насколько я помню по плану должен располагаться сад с теплицами и небольшой пруд с беседкой. Озеро я забраковала, а банальный бассейн у себя строить внученька категорически отказалась. Наверное так оно и было, как задумано у всезнающей и всеумеющей Душечки, ведь сама внученька следила неусыпным глазом за выполнением работ строго по чертежам и планам. Дом получился внушительным как снаружи, так и изнутри. И конечно Душечка начинила наше жилище полным фаршем технологичных прибабахов. Дом был в тренде, как подитожила Душечка. Я должна была быть в восторге от трёхэтажной усадьбы в старинном стиле, но увы не получилось. Чуть-чуть чего-то не хватило до полного кайфа. И холл большой светлый, готовый принять гостей, увлечь их танцами под зажигательную музыку, накормить деликатесами из блюд мировой кухни. И лестница, что вела на другие этажи, лаконично украшенная и очень даже функциональная была выше всех похвал. И моя замечательная комната с удобной кроватью, с балконом, зависшим над яблоньками – всё было выше всяческих похвал. И никакого бордового балдахина, что мне мерещился, над кроватью не нависало. Всё было на высоте, но не хватало ощущения собственничества. Не наблюдалось того замечательного чувства, когда приходишь в дом, падаешь куда придётся и в душе радуешься, что идти никуда не надо, ты уже дома. Я снова в гостях.

Конечно, Душечка при создании макета да и в последствии при правке неточностей советовалась со мной из-за мебели, из-за светильников, по поводу цветовой гаммы и расстановки той самой мебели. На этом этапе я принимала активное участие в создании интерьера. Но мне не хватало того состояния души, что возникает, когда ты сама собственными рученьками малюешь потолок, оклеиваешь тиснёными обоями стены своей будущей светёлки. А потом на следующий день приходишь и с замиранием сердца оцениваешь свою прошлую работу. Не отвалились ли обои? Как ровно получился окрашен потолок? Не было того волнения, что бывает при виде качественно выполненной работы своими руками. Здесь мне не получилось наблюдать удовлетворения от собственного труда. Я обескуражена.

А с другой стороны, да и наплевать! Зато за долгую свою и беспросветную жизнь, за прожитые полные тягот долгие годы я никогда ещё не имела такую роскошную комнату. Спасибо Душечке! Она постаралась на славу.

Глава 10 . Звуки музыки и не только.

Восторги ещё не угасли, а Душечка уже стояла на пороге моих покоев и вещала:

– Когда новоселье устроим? Сегодня мы подустали, да и будет рановато, может завтра?

– А может послезавтра? Не уверена, что к завтрашнему вечеру запомню хотя бы общее расположение комнат. Не хочу опозориться и заблудиться в собственном доме.

– Справедливое утверждение, но давай хоть завтра куда-нибудь сходим развеемся, в театр что ли, повеселимся.

– Давай завтра сходим в театр. Что там дают?

– Сейчас гляну. Во, опера «Вино из одуванчиков» по Рею Брэдбери. Давай сходим в оперу!

– Давай сходим, правда я не любительница оперы. У меня полностью отсутствует музыкальный слух. Прости, я боялась тебе признаться.

– Какая ерунда! Ты же сама не будешь петь со сцены. А так, приобщайся к культуре, дорогая! Кроме музыки и арий там ещё будут классные декорации и оригинальные костюмы.

Ну как тут родне откажешь? На том и порешили. А утром за кофе в чайной комнате, у нас теперь имелась и такая, Душечка меня огорошила новостью:

– Сегодня выборы мэра Марса, как планеты.

Ну выборы и выборы, ничего особенного я поначалу не заметила. Штатное мероприятие проходит так, как тому и полагается. Я как-то и не озаботилась выборами мэра пусть даже и всей планеты Марса.

– Предвыборные гонки начались. Смотри рейтинг! – Душечка ткнула пальчиком в панель визора. – Ты возглавляешь список кандидатов.

– Я что делаю? – Поперхнулась я глотком ароматного натурального кофе.

– Ты возглавляешь рейтинг гонки за кресло мэра Марса! – Душечка явно гордилась произведённым эффектом. А эффект был, как у разорвавшейся рядом с нами бомбы, не иначе.

– Как так-то, я же даже заявку не подавала! Может, ты за меня что-то где-то подала? Признавайся!

– Не-не я ничего нигде не подавала и тебя нигде не регистрировала.

– Ну тогда как я попала в список кандидатов в мэры?

– Не тупи, каждый гражданин Марса, проживающий на сей планете, имеет право выдвинуть на должность мэра любого другого жителя планеты Марс. Тебе оказали высокое доверие и за тебя уже голосуют.

– Я не хочу быть мэром Марса! – Буквально запаниковала я.

– Да и не надо! У тебя оппоненты вон какие серьёзные, живо обгонят! Сейчас только утро, проснутся граждане хорошие, вспомнят о своей гражданской позиции и живенько все проголосуют. Среди кандидатов в мэры наблюдается куча достойного народа: бывший капитан звездолёта «Ярость», практикующий дизайнер по озеленению планеты, научный руководитель климатологов, лунный археолог, архитектор специализирующийся по строительству театров и музеев.

– Ну, слава Богу, меня не выберут!

– Ну как сказать, если бы ты почаще мелькала на экранах визора в новостях и сплетнях, то вполне могла бы на пару годиков осесть в мэрии.

– Это не про меня, – категорично отрезала я, прекращая пустой разговор.

– Жаль, конечно, иметь в родственниках мэра планеты не только прикольно, но ещё и престижно. Я бы с твоей популярностью и сама немного прославилась. Капелька значительности ещё никому не вредила.

– Тебя вроде итак каждый второй житель Марса в лицо знает.

– Ну и что? Хочу быть такой же известной и крутой, как капитан звездолёта или крейсера на крайний случай.

– Зачем тебе это? Ты же не такая…

– Такая, такая! – Перебила меня внученька. – Я жажду мести. Пусть Майкл увидит, что я такая вся замечательная и пожалеет, что бросил меня.

– Он же не бросил тебя, а отбыл в длительную командировку, – я пыталась защитить почти незнакомого мне мужика.

– Для меня это одно и тоже! Не нервируй меня, – закапризничала Душечка. Ну конечно, мы затронули самую больную тему для Душечки.

– Я тебя совсем не нервирую, я тебе напоминаю, что вечером мы идём в театр. Ты же заказала вчера билеты, и мы даже смотрели схему рассадки зрителей. Мы сегодня сидим в партере. Можно одеться попроще.

– Но-но попроще! Мы с тобой всегда должны быть на высоте, сегодня мы имеем все права стать законодательницами моды. Я и ты, так долго занимались научным туризмом, что теперь вправе принимать хвалебные речи и восхищённые взоры. Я хочу сполна наслаждаться вниманием мужчин!

С этими словами Душечка удалилась в свои необъятные покои и занялась разборкой нарядов, как я предполагала. Я же вышла погулять в наш сад. Дорожки из песка и гравия порадовали меня. Я скинула свои удобные кеды и пошлёпала босыми ступнями по нагретой солнцем центральной дорожке. Дорожка, по которой я шла ветвилась в центре сада и лучиками разбегалась во все уголки садика. Я добралась до пруда, на берегу которого стояла беседка в романтическом стиле вся увешанная тюлевыми занавесками. Я заглянула в саму беседку, а там всё, как я люблю. Мебель в беседке была удобная и лаконичная. В такой обстановке хорошо и чаёвничать и медленно потягивать вино из хрустального бокала. Ну бокал может быть и не из хрусталя, а чем там хрусталь заменили. В пруду я пополоскала в задумчивости ноги. Кроме меня в пруду ещё плескались разноцветные рыбки. Ну это уже роскошь! От небольшого тёплого ветерка пробегала по воде рябь, а ветки слегка покачивались у близ растущих фруктовых деревьев. Где-то высоко в кронах пели невидимые птички. Как и полагалось, кроны деревьев шелестели листвой, а густой коротко стриженный газон нет-нет да и прерывался небольшой яркой клумбочкой.

Я прошлась вдоль берега пруда по ответвлению центральной дорожки и в задумчивости добрела до забора. Невысокий ажурный беленький заборчик вызывал лишь улыбку. Такое хрупкое сооружение не смогло бы защитить нас от серьёзного нападения. Хотя что нам здесь на Марсе может угрожать? Понятия не имею. Я машинально потрогала завитушки на заборе, махнула рукой и нечаянно наткнулась на что-то упругое и непреодолимое. Ба, да наш райский уголок был явно очерчен каким-то силовым полем! Это только такой, как я несведущий человек в охране мог обмануться и подумать, что участок огорожен хлибким заборчиком. Я отправилась гулять дальше и дошла до качельки. Присела на удобную качель в виде диванчика, лениво покачалась, а потом прилегла, засмотрелась на яркое небо с необычными облаками и не заметила, как уснула.

От дрёмы я очнулась как раз к обеду. Ещё в блаженном полусонном состоянии я забрела в столовую, где бойко накрывали на стол. Запыхавшись вбежала довольная Душечка:

– Я выбрала себе достойный наряд, а заодно и тебе роскошное платье!

– Успокойся, дорогая, у меня в комнате находится неплохая встроенная гардеробная, и она доверху забита качественной одеждой. Я и сама способна найти там что-нибудь подходящее для вечера.

– Но мне хотелось сделать тебе приятное! – Надулась внученька. Душечка в своём репертуаре!

– Мы идём вечером в театр, что ещё может быть приятнее?

– Приятнее может быть только участие в спектакле, но извини, сегодня не получилось.

– Да брось! Мы до того в экспериментах дотусовались, что пора маленько и отдохнуть, побыть в качестве зрителей.

– Ты устала от такой малости? – Искренне изумилась Душечка.

– Я до сих пор не привыкла жить в таком бешеном темпе. У меня раньше дома да и на работе всё было куда спокойнее и прозаичнее.

– Ну да ты же из поколения медлительных.

– Каких ещё медлительных?

– Ну ты родилась в такие бородатые годы, когда путешествовали на небольшие расстояния и не очень быстро, скоростной режим не впечатлял.

– Тут ты совершенно права, хотя по году рождения нас разделяет всего каких-то жалких полсотни лет.

– Даже за пятьдесят лет многое может случиться. Наука не стоит на месте, тем более сейчас, когда любой гражданин Солнечной системы имеет право на образование и самореализацию.

– Я могу заниматься наукой?

– Да ты уже занимаешься, ты на Юпитере совсем недавно исследовала местную живность.

– А как же образование или его отсутствие?

– Посмотри на досуге подборку видеофильмов, знаний о природе точно добавится, – Душечка утратила ко мне интерес и удалилась.

– Я так и сделаю, – я включила в своих хоромах серию документальных фильмов о Юпитере и тут же наткнулась на видеозаписи о нашем с Душечкой пребывании на той большой и страшной планете. Подредактировано, конечно, с комментариями доходчиво объясняющими разворачивающиеся события. Пейзажи были особенно незабываемы, пронзительно хороши. Нет, на данном материале я не желаю обучаться, слишком свежо в памяти. Историю старушки Луны что ли поизучать? Ага, запустился учебный фильм;

– Луна издревле считалась спутником Земли. Никто так и не выяснил, когда и откуда она появилась. Существует несколько предположений…

И только я вникла в научные изыскания, как в мою светёлку без стука, но с воплями влетела взбудораженная Душечка:

– Никки! Ты на втором месте! Ура!

– Чего ура? На каком ещё месте?

– Как на каком месте? На должность мэра ты уступаешь только капитану звездолёта! Ура!

– Так меня же не выбрали! – Изумилась я вполне искренне и без капли сожаления.

– Ну и что, что не выбрали, зато как возросла популярность роликов о Юпитере! Я же там тоже везде фигурирую! Мне подружки отзвонились все разом, все нахваливают фильмы о чудовищах. Самый популярный ролик, где ты под столом сидишь.

– Это я-то сидела под столом? А ты где была в это время? – Обиделась я конкретно и всерьёз.

– Я? Я выглядывала из платяного шкафа.

– Что ты в шкафу-то делала?

– Не поверишь, платье искала покрасивее и обязательно с блёстками.

– Ты от чудищ пряталась в шкафу?

– А ты сидела под столом! Ха-ха! – Не дала себя в обиду Душечка.

– И всё это недоразумение видели твои друзья и знакомые? И все наши родственники тоже наблюдали?

– Конечно, все видели и восхищаются нами, а тебе теперь отдают свои голоса на выборах. Ты у нас взлетела на пик популярности этого года.

– Но мэром я не стану? – Я недоверчиво оглядела Душечку с ног до головы.

– Нет мэром ты не станешь, и очень жаль. Капитан звездолёта, что недавно вернулся с путешествия по краю Галактики по популярности затмевает все твои достижения. Он с группой учёных там воочию встречался с командой Охраны Галактики из нашего сектора. раньше общение проходило зашифрованными видео и аудио посланиями. И вот встреча! Представляешь, как это отразилось на мировой культуре и экономике? – Просвещала меня тёмную Надюшечка.

– Не-а, не представляю. А как они дышали, как разговаривали, кто переводил диалоги? – Из меня как горох посыпались вопросы.

– Ну это уже области технологий! Ты всё равно не поймёшь, да и имеются понятия, которые строго засекречены.

– Кем засекречены? – Не сдавалась я.

– Службой охраны Солнечной системы. У нас с тобой туда нет кода доступа.

– Какие там могут быть тайны? Доступ ограничен, боятся, что среди людей есть шпионы из других Галактик?

– Нет, конечно, нет никаких шпионов, это слишком сложно технологически.

– А ты откуда знаешь? – Подковырнула я внученьку.

– Знаю, большая часть информации у людей находится в свободном доступе, и вот эту инфу могут скачать и использовать инопланетяне.

– Так инопланетяне существуют? Мы с ними сотрудничаем?

– Технически не инопланетяне, а гуманоиды, и они проживают на подходящих по климату планетах во всей Галактике. Гуманоиды далеко, да и с ними трудно общаться, менталитет разный. Люди совсем недавно сформировали свободное общество для сосуществования в Солнечной системе. Мы ещё пока не вошли в сообщество Галактики, с нами только-только познакомились, – вещала Душечка ровным голосом.

– Может, твой Майкл работает в данном направлении? – Озарила меня светлая мысль.

– Может, и Майкл, может и твой сын и мой отец по совместительству тоже там где-то в космосе куют международные межпланетные отношения. Если захотят, они сами могут связаться с нами, а вот нам проблематично это сделать.

– Да, если захотят, – загрустила я, вспомнив о сыне.

– Или, если смогут, – уточнила внученька.

Обедали мы в полной тишине и задумчивости, что случалось крайне редко. Мне вспомнились годы, когда сын был подростком ершистым, капризным потому, как пытался самоутверждаться. Я тогда боялась мечтать, не знала, что из него получится, каким он вырастет, чем станет зарабатывать на жизнь. Тогда я очень боялась, что «мелкий» пойдёт по «кривой дорожке» и станет каким-нибудь бандюганом, но к счастью опасения не оправдались. В моём времени сын стал обычным трудягой-работягой. Мы все тогда такими были. Неужели мой сынок, моя кровинушка трудится теперь в необъятном холодном космосе?

Душечка в тот день тоже была необычно молчалива, что-то мычала себе под нос, время от времени замирала в неподвижности, словно что-то заметила необычное в глубине тарелки. В полной прострации Душечка дала распоряжения роботу-официанту на блюда на ужин, а также на количество едоков. Медленно, но верно подходило время развлечений, время театра. Ура! Впервые я без беспокойства ожидала похода в оперу. Сегодня я буду обычным зрителем и смогу расслабленная смотреть весь сюжет и свободно пялиться на сцену. Как здорово! Наверное, я не настолько продвинулась, чтобы купаться в лучах славы. Не каждому это дано. Я простой смертный человек и ничего более. А простой ли я человек?

В театр хотелось, как никогда. Платье я выбрала сама, не пожелала облачаться в то вычурное парчовое, что для меня отложила Душечка. Я выбрала спокойное голубое струящееся до полу вполне миленькое платьице. Его мы с внученькой в каком-то бесплатном магазинчике хапнули, а заботливые ручки или лапки роботов выгладили и повесили на плечики в мой гардероб. А может, и не гладили вовсе, может ткань такая. Интересно, теперь хоть кто-нибудь отглаживает вещи? Я знаю, что шмотки, особенно дорогие и качественные, всё ещё стирают. Много одежды выпускается под заказ и обычно одноразовой, а со стиркой не заморачиваются. Хотя и стирают теперь не так. В шкафы вмонтированы какие-то автоматы сухой очистки основанные на колебании ультразвуковых волн. В моё время что-то такое уже разрабатывалось. Стоп! То было моё время, а сейчас чьё?

Сейчас я наслаждаюсь обалденными технологиями и вполне счастлива. Это в моё время я боялась нищей старости, то есть быстро одряхлеть и выбирать, что купить, кефира бутылку или буханку хлеба, на то и то обычно денег не хватало.

А сейчас этим вечером, этим тёплым вечером с ветром, что пах пряными травами, я иду с моей взрослой внучкой в оперу. Всё-таки после обеда я успела немного посмотреть научно-популярных роликов про освоение космоса за последние двадцать лет.

Душечка не зашла ко мне и не продемонстрировала свой супермодный наряд, а просто крикнула мне в приоткрытую дверь, что скоро выходить, и я шустренько принарядилась и вышла в холл уже в полном боевом облачении в облаке лёгких духов. Я ждала её ещё с полчаса, прогуливаясь у входа и разглядывая цветочки. Душечка торопилась не спеша. Она выплыла из дома в своём золотистом парчовом платье словно королевишна. Тут же на лужайку опустился двухместный флаер. Мы залезли в транспорт, вернее я пыхтя втащилась в прозрачную стильную кабинку в виде пузыря, а Душечка вскочила, как молодая козочка, только каблуки туфелек стукнули. И вот мы уже в небе и на бреющем полёте кружимся над ухоженными садиками, яркими своебразными домами на два или три этажа с балкончиками и террасами. Повсюду виднелись бассейны, качели, фонтаны, беседки. Люди любят проживать в комфорте и запросы на бытовые условия у них схожи даже на Марсе.

Театр оказался недалеко и был построен в стиле восемнадцатого века разумеется Земли. На входе в зал нам выдали бинокли и программки, совсем как в былые времена. Вокруг неспешно по залу в поисках своих мест двигались нарядные с празднично настроенные люди. Дамы увешанные бусами обмахивались симпатичными веерами. На большинство мужчин были надеты смокинги и галстуки-бабочки. По залу бесшумно огибая аккуратненько зрителей ездили замаскированные роботы-уборщики, сдувая вернее собирая все пылинки и соринки. Мне было смешно наблюдать за плавно двигающимся по паркетному полу имитаторами жестяного ведёрка со вставленным в него шваброй. Здорово они замаскировались! Только вот в моё время вёдра сами по себе без участия уборщицы не бегали.

Театр обычно начинается с вешалки, а сегдня театр начинался в честь премьеры с фуршета. Нам предложили на выбор по бокалу шипучего лимонада жёлтого цвета или лёгкого вина. Это было символично, ведь сегодня играли оперу по некогда очень популярному рассказу великого фантаста Рэя Бредбери «Вино из одуванчиков». Подаваемое вино в высоком узком бокале отсвечивало янтарным блеском и было сладким немного терпким и пахло летним солнечным днём. Или это мне всё только показалось? Это я такая впечатлительная?

Я улыбалась встреченным людям, они мне в ответ тоже улыбались. Все вели себя, как давние знакомые. Душечка так вообще со многими раскланивалась и обнималась, как с приятелями. И когда она всё успевает? Когда она успевает поддерживать со всеми этими людьми дружеские отношения? Глядя на внученьку я понимаю, что люди изменились, стали шустрее, смелее и проделывают такие штуки и с такой невообразимой скоростью, что моё поколение иначе, как медлительным и задумчивым и назвать-то трудно.

Мы с Душечкой выпили по бокалу вина, закусили миниатюрными бутербродиками с какими-то морскими гадами или не гадами. В вазах были и фрукты, но всё незнакомые мне. Наконец мы направились на свои места и расселись в удобные большие и довольно мягкие кресла. Когда все расселись, мягко приглушили свет, заиграл живой оркестр, подняли по старинке занавес, и началось само действо. Шикарные декорации, мощные живые голоса – всё впечатляло.

Девочки, мальчики, одуванчики-одуванчики!

Вино из одуванчиков для вечных девочек и мальчиков.

Арии и мелодии звучали слаженно, музыка лилась рекой. Я думала, что не понимаю и не люблю музыку и заскучаю в опере, но этого не случилось. Вопреки моим опасениям оказалось, что хорошая добротная музыка мне вполне пришлась по душе. В антракте мы с Душечкой традиционно направились в буфет. Там мы выпили п бокалу того самого замечательного вина из одуванчиков, того самого великолепного напитка богов.

– Ох. хорошо! – Крякнула никого не стыдясь Душечка. – Настоящее! Вина не доверяют изготавливать леприкаторам. Оно не получается таким вкусным, да и голову не дурит, искусственное вино не хмелит, так что тут всё по честному. Я попробовала непонятные фрукты, тоже неплохо, проглотила малюсенький бутерброд с сыром. От любопытства, а так же от нечего делать, я рассматривала огромную под потолком хрустальную люстру со множеством подвесков. Даже если она не являлась винтажной, всё равно могла по праву считаться образцом искусства и была по истине великолепна. Душечка уже успела где-то надыбать ажурный веер из белого материала и величаво им обмахивала свои открытые плечи, чем ещё больше привлекала внимания. Из-за веера внученька бросала томные взгляды на проходящих мимо одиноких мужчин. Заметив мои поджатые губы и явное осуждение, Душечка произнесла скрывая нервный смешок:

– И в чём проблема? Я же сменила свой статус на «совершенно свободна»! Я что некрасивая? Или быть может я не заслуживаю личного счастья? – Душечка явно сердилась на меня, усиленно замахала белым веером. У меня не было желания спорить, особенно в такой чудный вечер:

– Душечка, ты очаровательна! Ты блистаешь в этом шикарном платье. Мужики на тебя так и пялятся, только что шеи не посворачивали.

– Пялятся, но не зовут на танцульки, на свиданки, на гляделки! – Душечка гневно топнула ногой. Мужчина, что пытался ей призывно улыбнуться в страхе отскочил в сторону. – Со мной даже не пытаются заговаривать!

– Успокойся, дорогая, может ты слишком популярная, и кавалеры воздерживаются, боясь отказа? – Я попыталась смягчить норов внученьки.

– Не знаю, – растерялась всегда неунывающая подруга и с пристрастием принялась вглядываться в огромное в пол зеркало в фойе. Потом моя взбалмошная родственница призывно улыбнулась своему отражению, придирчиво заценила собственный наряд и удовлетворённая увиденным, повела меня обратно в зал. И вовремя, прозвучал первый звонок, пора поторопиться. И снова приглушили свет после третьего звонка, медленно погасли огромные величественные люстры, благородные шуршащие шумы в зале стихли, умолкли тихие переговоры, действие продолжалось. Я как зачарованная боялась даже стронуться с места, боялась пропустить хоть один звук, одно движение актёров.

Душечке тоже спектакль понравился. Не понравилось только, что её никто не окавалерил, то есть никто из присутствующих в зале одиноких мужчин, не позвал девушку на свидание, хоть и проявляли кавалеры внимание, но всё не то. Ну и меня тоже никуда не позвали, что не удивило и не возмутило. Я не стремилась к брачным играм. Моё мнение в данном продвинутом сообществе уважали и по пустякам не приставали, не навязывались со знакомствами. Я принимала участие только в экспериментах да и-то научных и-то благодаря неугомонной Душечке. Вот найду сынульку, пообщаюсь с ним и тогда займусь личной жизнью. Может, тряхну стариной, да ещё и замуж выскочу! Не такая я уж и старая по современным меркам, не такая уж и страшная. Сейчас приветствуется индивидуальность, а с этим у меня всё в порядке. Мой неповторимый внутренний мир вполне может заинтересовать какого-нибудь мужчинку моего же возраста, или даже не моего. Потом проверю.

Словом, у меня от посещения театра осталась лёгкая грусть по невозвратно ушедшим годам юности.

Глава 11. Мне приснился космос.

В моём далёком предалёком детстве я тоже иногда посещала театр, когда приезжала в гости к родне в большой город. Тогда я тоже любовалась величественными хрустальными люстрами, коллекционировала программки, буклеты. Я не стала рьяным театралом, не довелось. Мало, до обидного мало повидала я тогда спектаклей. Не было возможности бегать на постановки, всю свою жизнь я провела в сельской местности и в город редко выбиралась и по случаю. А какие вкуснющие эклеры я покупала в антракте! Пальчики оближешь! Я и облизывалась. Мечтала, что выучусь, сделаю карьеру и буду вполне обеспеченной дамой, готовой к в свободное от работы время к просмотру лицедейских представлений. Не долго музыка играла, грянул экономический кризис, и я признала себя банкротом и начала свою жизнь с нуля. Ой, даже и не хочу всего этого вспоминать! Пусть будет праздник сегодня и всегда!

Душечка с лёгким раздражением выпрыгнула из летательного аппарата и плюхнулась на диванчик. На низком журнальном столике возле дивана стояла заботливо приготовленная бутылочка вина и два бокала рядом с фруктовой вазой. И не удивительно. В этот раз мы высадились на крышу здания, нашего небольшого трёхэтажного коттеджика. И тут ещё на крыше, а не внутри самого дома оказалось много занимательных вещей. У Душечки здесь была тоже обустроена импровизированная беседка, а точнее уютное милое местечко для отдыха. Сверху с крыши, как и с флаера виднелись кроны деревьев и цветники с кустами да беседка с прудом. Солнце уже село, и зажглись везде понатыканные в беспорядке светильники большие и маленькие. Послевкусие после вишнёвого вина было лёгким и приятным и фрукты на закуску очень подходили. На небе загорались звёзды. Мы под приятную расслабляющую музыку и любовный романтический фильм, у внученьки по всем углам понатыканы визоры, как и светильники, мы ожидали полночи. В полночь, по словам Душечки, должны были огласить результаты выборов мэра. Мы подождали немного, до полуночи немного и оставалось и из первых уст узнали, что предположения внученьки о победе капитана космического корабля дальнего следования оказались пророческими. Мы вежливо поздравили избранника и с чувством выполненного долга отправились почивать каждая в свои покои.

Я уснула мгновенно. Мне приснился космос. Я находилась внутри скафандра и болталась в бездонном холодном космосе среди огромного количества звёзд, что смотрели на меня и даже не мигали. Что удивительно, я не паниковала, мне даже не было страшно, хотя рядом со мной не наблюдалось никаких звездолётов ни больших, ни маленьких. А где-то в сторонке, куда мне надо было повернуть голову в шлеме, я заметила Землю в голубой дымке, именно такую, какой я её видела по визору. При виде этого небольших размеров голубенького шарика моё сердце учащённо забилось. Я что, так сильно соскучилась по матушке-Земле? С этим вопросом в голове я и проснулась. С этим непростым для меня в данных обстоятельствах вопросом я решила разобраться позже и пока ничего не докладывать моей верной компаньонке.

Завтракали мы на крыше под ласковыми лучами солнца. Солнце здесь казалось чуть-чуть меньше, чем на Земле. А может и просто показалось. Пели птицы, хлебосольный август дарил нам последние денёчки лета. Душечка вяло озвучивала программу наших действий на неделю:

– Всё никаких больше научных экспериментов! Хочу заняться личной жизнью. Желаю посетить салоны красоты, испробовать на себе углублённый массаж шеи и овала лица. Мне да и тебе тоже не помешает. По вечерам традиционно вокзал, театр и танцы в клубе.

– В каком ещё клубе танцы? – Как-то так получилось, что я сосредоточилась на последней фразе. Остальное услышанное пролетело мимо ушей.

– Как в каком клубе? В клубе железнодорожников, – Душечка усердно жевала свеженький салат.

– На Марсе есть железная дорога? – Ложка выпала у меня из рук.

– Нет, конечно, но клуб имеется. В лучших традициях развития цивилизации были созданы клубы по интересам. Я сама записалась в клуб железнодорожников и тебя записала тоже.

– А что мы там будем делать? – Я уже роняла вторую ложку за сегодняшнее утро. Не иначе, старею. Клуб железнодорожников никак не укладывался в моей голове.

– В выходные дни будем петь, плясать и веселиться. Я бы ещё попробовала устраивать вечеринки, благо есть место для них. А в будни мы будем просто читать книги про железную дорогу и ходить друг к другу в гости на посиделки.

– И много таких книг имеется?

– Не боись, наковыряем, Земля-матушка многонациональная, как и много функциональная. К стати, завтра мы впервые идём в клуб на чтение первой главы популярной американской писательницы.

– И всё про железнодорожников?

– Не-а, любовная история с участием работников железной дороги. Форма одежды парадная.

– У железнодорожников форма одежды парадная? – Поразилась я и в третий раз уронила, но уже вилочку.

– Нет, не у железнодорожников, а у нас у гостей форма одежды парадная, – Душечку стала раздражать моя недалёкость.

– А-а, теперь понятно, – насторожилась я, не совсем понимая при чём тут работники железной дороги, которой так и не построили на Марсе.

– Вообще, Никки, ты сегодня какая-то несобранная. Робот-официант только и делает, что тебе столовые приборы подтаскивает, – Душечка сделала мне замечание.

– Я постараюсь сосредоточиться. Что и танцы будут?

– Нет, завтра танцев точно не будет. Мне по секрету сказали, что будем играть в шарады, словно барышни девятнадцатого века. Будем сидеть в нарядных платьях соответствующих той эпохи и чинно попивать чаёк с выпечкой и вареньем.

– И в чём же прикол?

– Беседа будет вестись на французском языке того времени, – Душечку так и распирало от гордости за своих приятельниц, придумавших такую интригующую фишку вечера.

– Как на французском? Я же его не знаю! А я?

– А тебе мы приколем в ухо вместо серьги универсальный переводчик земных наречий. И ты без труда поймёшь всё, да и заговоришь бегло, как рафинированная барышня девятнадцатого века.

– Обалдеть! А разве так можно?

– Да никто не запрещал!

– Зачем же я по два часа каждый божий день упорно трачу на обучение разговорного и классического английского языка?

– Мода, девонька, на естественное обучение с выкладкой в сеть твоих потугов делает тебя популярной. Так что терпи, дорогая, ты сама возжелала стать современной девушкой. Так что, тянись к знаниям.

Душечка заказала универсальный переводчик, и через час мы его уже получили. Маленькую коробочку на крышу доставил дрон. Откуда доставили, забыла спросить. Видимо из какого-то специализированного магазина. Потом мы с Душечкой здесь же на крыше в мини-спортзале занимались оздоровительной гимнастикой и каким-то особенным гидромассажем специально для увядающей кожи. Признаюсь, я изрядно устала от этих процедур омоложения. Душечка с воодушевлением разыскивала в паутине новостей по всему миру всё новые способы оздоровления и омоложения человеческого организма. Данная тема всегда была популярной во все времена, а на данный момент и вовсе пребывала на пике востребованности. По визору в прямом эфире транслировалось множество обучающих передач. Внученька озаботилась всерьёз собственным внешним видом и поэтому поводу развила бурную деятельность. Я тоже немного озадачилась времяпровождением и полезным хобби:

– Давай, милочка, следующей весной одну из полянок в саду займём под огород, а не цветочками.

– И что ты хочешь там посадить? – Насторожилась Душечка. – Я для тебя в подвале соорудила огород на гидропонике.

– Ну кабачки, например, или тыквы, они очень декоративны. Давай посадим?

– А ты умеешь? Я только помидоры да арбузы на гидропонике выращивала.

– А я всё выращивала. Посеять могу весной и морковку, свёклу и капусту. А из высокорослого гороха можно даже арки создавать, – обрадовалась я, что хоть в чём-то опытней моей вездесущей родни.

– Ага на Марсе возрождается земледелие. На Земле сейчас модно создавать по зонам островки среди пустыни из хвойных, смешанных и тропических лесов, а также создавать высокотехнологичные подводные деревни.

– Подводные деревни? – Я вдруг захотела посетить планету-родоначальницу.

– Ну, нам ещё с тобой год надо на Марсе прожить и поработать в местных организациях. На научный эксперимент в подводную деревню нам с тобой сейчас не попасть, а простыми туристами у нас денег не хватит посетить этот рай морской. Все деньги ушли на постройку дома.

– А сейчас почему мы не работаем?

– Я тебе разве не сказала? Мы же в отпуске на две недели, – ну вот и поговорили.

Итак у нас сегодня вечером намечалось продвинутое новоселье в современном стиле, а на завтра запланирован выход в свет во французском стиле. Душечка усердно забивала в умный дом программу сегодняшнего вечера и подготовку к завтрашнему светскому рауту. Мне пришлось основательно готовиться к светскому вечеру в железнодорожном клубе по разгадыванию шарад на французском языке даже больше, чем для новоселья. Всё получилось замечательно, но по другому. Вечером в саду гости пировали под фруктовыми деревьями. Мне так очень понравилось сидеть за прозрачным столиком в компании Сёмочки и Аллочки, детей Душечки. Мы болтали в непринуждённой обстановке, не обращая внимания на снующих роботов-официантов. Мелодия плыла над кронами деревьев, утопающими под разноцветными лампочками-искрами. Желающие танцевали здесь же в саду, но поближе к фонтану, где у Надюшечки была организована специальная площадка. Я на равне с Душечкой принимала поздравления, и было за что.Такой шикарный дом пришёлся бы по вкусу любой хозяйке. Хозяйкой я, конечно, не успела себя почувствовать, но хоромы придуманные и воплощённые в жизнь моей внученькой безумно мне нравились.

– Дом потрясающий! – В который уже раз нахваливал наше жилище Сёмочка, в очередной раз поднимая бокал с чем-то шипучим. Я только кивала и радостно ему улыбалась. Аллочка посидела с нами немного и умчалась по делам к своим многочисленным подругам. Я уже привыкла танцевать на балах. Многие девушки демонстрировали свои вокальные возможности и напевали песни и баллады. Душечка всех удивила сыграв в середине празднества на арфе. Она и это умеет? Весьма многогранная личность.

Все были веселы и счастливы, но тут появился он… Кто он? Душечкин пропавший супруг! Он как ни в чём не бывало вдруг нарисовался на пороге нашего дома. Как ближайший официальный родственник Майкл без проблем проник через все ограды и запоры. Он же не был внесён в чёрный список! Так или иначе пропускная система радушно распахнула двери для проходимца и мерзавца Майкла и его неизменного букета алых роз.

Уже по традиции Душечка никого не стесняясь из присутствующих истово хлестала супруга длинными шипастыми стеблями пока головки цветков не отвалились, а сам букет не превратился в обычный веник для подметания пола. Вокруг все замерли в изумлении, но не вмешивались. Я наблюдала душераздирающую сцену избиения блудного мужа совершенно беспристрастно. Чего только в семье не бывает? Привыкаю, наверное. У обоих супругов темперамент зашкаливал и вполне возможно, что они вместе будут много лет, и им для совместного существования просто необходимо устраивать время от времени бурные сцены для разрядки обстановки. В любом случае, милые бранятся – только тешатся.

Я смотрела на эту странную парочку и втайне завидовала. Мне давно уже не с кем ругаться, не от кого принимать букеты цветов ни из роз, ни из чего другого. И не по кому вздыхать. Хотя я лукавлю, вздыхать тайно мне есть по кому. Для тайного воздыхания в моей головушке где-то глубоко-глубоко запрятаны секретные мыслишки о том космокапитане, о том бравом и таинственном красавце, что одарил меня мимолётным вниманием. Куда ж он потом делся? Тогда в самом начале моей новой замечательной жизни, полной невероятных приключений, Душечка равнодушным ровным голосом произнесла страшные для меня слова:

– Не бери в голову! Он из команды одного из тех звездолётов, что могут в ближайшее время отправиться в экспедицию в соседнюю Галактику. Исследователи по давней традиции всегда отрываются перед многолетним дальним походом на балах и вечеринках. Жаль, что ты с мужиком не познакомилась поближе и не стала его официальной подружкой.

– Зачем ему в космосе подружка?

– Как зачем? Чтобы ждала, – совершенно серьёзно заявила тогда Душечка.

– А мне он зачем? – Совсем тихо спросила я, а моё сердце оборвалось, как лопнула сильно натянутая струна. Пэнкс!

– А ты бы смогла похвастаться своим новым ухажёром. Твой статус бы сразу поднялся до высшего уровня, – рассуждала вполне серьёзно дама двадцать второго века. В этом направлении мир остался прежним.

Никакого статуса мне ни тогда ни теперь не надо было, существующее положение вещей меня и так устраивает. А вот не влюбиться в такого мужчину было не возможно и боюсь, я всё-таки в него влюбилась.

А между тем, семейная сцена с привкусом новоселья, набирала обороты. После звонкой пощёчины и истового обмолачивания букета о спину суженого, Душечка приступила к третьему и, надеюсь, финальному этапу ссоры. Я видела, как яростно блеснули её глаза. Внученька упёрлась в глухой ярости кулачками в широкую грудь супружника, попыталась стучать по ней костяшками пальцев, а потом окончательно обессилев, зарыдала в голос. Сам Майкл остался довольным – гроза миновала. Уже не молодожёны, но и не супруги со стажем, влюблённые ещё не насытившиеся обществом друг друга. Душечка не посчиталась с мнением госте, их интересами, утащила Майкла в свои покои. Я подозреваю, что надолго удалились. Все гости сразу же обратили внимание на меня. А что? Это и моё новоселье тоже. Этот огромный дом тоже мой. И я плясала и вела светскую беседу весь оставшийся вечер. Положение обязывает. В полночь все разъехались. Я попыталась уснуть, но долго ворочалась на своей ортопедической постели, не спалось. Счастлива ли я в этом мире? Не знаю да и думать об этом не хотелось. Я решила почитать книжку. А что? Читать книги стало снова модно. Нескучный роман про любовь поднял мне настроение. Я успокоилась и наконец заснула.

Утром меня ждал одинокий завтрак среди чётко работающих по программе роботов. Вспомнила, что сегодня у нас намечался книжный клуб, или не книжный, но всё же клуб. Ехать без Душечки в какой-нибудь клуб не хотелось. Вряд ли я стану счастливее, если проведу вечер в обществе незнакомых женщин даже и на французском языке. Я, конечно, дама общительная и не чураюсь зрелищ, но без постоянной моей напарницы мне всё это вдруг стало не интересно. А моей милой Душечке я не понадоблюсь, наверное, ещё с недельку, а-то и две. Внученька поглощена общением с мужем. Она сейчас напоминает мне марсианина, ну того злобного марсианина, какими представлял инопланетян когда-то давно Рэй Бредбери. Согласно романам этого писателя марсиане нещадно истребляли людей. Не только у этого фантаста, но и у многих других писателей марсиане желали завоевать Землю.

Так вот из моей Душечки получилась истинная марсианка. И этой беспокойной ночью мне приснилась Душечка. Она улыбалась во весь рот грозно скаля острые, как у акулы зубы, а потом и вовсе вдруг странно дёрнула головой и превратилась в страшное чудовище с клыками и щупальцами:

– Ты мерзкая человеческая особь женского пола! – Взревело чудовище. – Ты мешаешь мне жить достойно, я тебя убью! Нет, не убью, лучше съем!

И она меня заглотила всю целиком с одеждой и тапочками. Я канула в необъятную тьму. Тут я и проснулась в холодном поту. После непродолжительного и не очень обильного завтрака я бесцельно бродила по дому, заодно изучая обстановку. Ни Майкл, ни Душечка не показывались из своих комнат. Мне было скучно. Ночной кошмар давно рассеялся, но осадочек где-то в глубине души остался. Смешно, это же только сон! А что, если Душечка и в самом деле какой-нибудь агент? Да ну, не может быть! А что, ели она приставлена для слежки за мной? Бред какой-то лезет мне в голову. А с другой стороны, вдруг она мне вовсе и не внучка? Как я это могу проверить?

Этот мир настолько странен и необычен, что я начинаю подозревать, что такие глобальные изменения вряд ли смогли случиться. Мой мир был намного проще. Когда в моей квартирке ломался насос, я ходила на колодец за водой, а когда отключали подачу электроэнергии из-за аварии на подстанции, я зажигала свечи. Знают ли здесь на Марсе, что такое колодец и что такое свечи? Сколько надо чтобы прошло лет, чтобы заселить чужую планету? А правда ли я сейчас на Марсе? Не лежу ли я где-нибудь в больничке в глубокой-глубокой коме? Не привиделось ли мне всё это? Пойду-ка я на крышу, подышу свежим воздухом, подремлю на кожаном диванчике среди подушек, попью свеженького лимонадику, и всё сразу станет хорошо. Солнце светило, ветерок гонял лёгкие облака, в воздухе витали ароматы уходящего лета.

Уныние и грусть – великая сила, и в головушку буйную полезла всякая чушь. Пойду-ка я на крышу, подышу свежим воздухом, подремлю на кожаном диванчике среди подушек, попью свеженького лимонадику, и всё сразу станет хорошо. Солнце светило, ветерок гонял облака, в воздухе витали ароматы уходящего лета. Я дома и не Земле. Чудно! Хочу ли я снова попасть на Землю? На ту самую Землю, которая сейчас представляет собой колыбель человечества и рассылает космические корабли в другие Галактики? Нет, не хочу.

На этой Земле бегают толпы роботов, совершено обленились люди, и мечты их и запросы стали совершенно дикие. Всю Солнечную систему под себя люди переделали и заселились на другие планеты. Это хорошо или плохо? Мне на Марсе очень понравилось и даже больше, чем на современной Земле, здесь условностей поменьше. Под тихую ласковую музыку я расслабилась и предалась философским размышлениям.

Так я нежилась в утренних лучах солнца, пока не услышала лёгкий стрёкот флаера, который приземлился на площадке на крыше. Из флаера выпрыгнули два человека в чёрных одеждах. Два мужчины неопределённого возраста направились в мою сторону минуя вход в лифт дома. Значит, ко мне, а не к Душечке. Они лёгким упругим шагом быстро приближались ко мне, нежившейся на диванчике в укромном местечке. Знают, куда идут. Защитная система молчала, и это обнадёживало – свои. Мужчины были в совершенно чёрных костюмах, чёрных ботинках, чёрных шляпах и при чёрных галстуках. В довершении ко всему, оба были в чёрных солнечных очках. На Марсе мало кто пользовался солнечными очками, это было неоправданно, свет здесь тусклее. Не иначе люди в чёрном! Я думала, их не бывает. Я пялилась на мужиков, не могла оторвать взгляда, и тут заметила на пиджаках чёрные же погоны, где на каждом погоне поблёскивали по одной серебристой восьмиконечной звёздочке. Да кто они такие? И тут джентльмены представились:

– Доброе утро, мы патрульные космического корабля Стражей Галактики, а точнее агенты Специальной службы безопасности Солнечной системы. Пройдёмте, пожалуйста, с нами!

– Куда пройдёмте? – От испуга я даже стала заикаться, чем никогда не грешила в своей жизни. Какая ещё служба безопасности? Я, что арестована? Но за что?

– Вы Мариновская Вероника Викторовна?

– Да, – закивала я головой и смотрела напряжённо то на одного человека, то на другого.

– Хотите повидать сына Мариновского Андрея Николаевича?

– Да, конечно, – снова закивала я. Напряжение не спадало, казалось, оно сосредотачивалось вокруг меня и густело с каждой минутой.

– Тогда пройдёмте с нами. Мы вам устроим свидание, – мужчины говорили по очереди, совершенно не мешая друг другу.

Я растерялась. Меня в этом мире не обманывали, но никто и не обещал свидание с Андрюшенькой, говорили только, что он где-то на задании в глубинах Галактики. Не верить этим двум господам агентам не имело смысла. А если всё же не поверить? Что мне делать?

И тут из лифта на крышу выскочили мои родственнички:

– Никки, Никки, я забыл тебе сказать, что договорился о твоём свидании с сыном Мариновским Андреем Николаевичем? Я правильно исходные данные ввёл? – Основательно взъерошенный Майкл произносил это по русски и без акцента. Ну ничего себе встряхи! Душечка и Майкл стояли в обнимочку в голубых махровых халатах. Майкл смотрел на меня с тоской в глазах, как провинившийся котёнок. Внученька не сводила с него влюблённых глаз, ей было не до меня с моим сомнениями, да и не до отца работающего где-то в глубинах космоса.

– Да всё правильно, и я согласна съездить к сыну, где бы он ни был. Куда и когда едем? – Я хотела выглядеть деловитой, а выглядела скорей всего напуганной, слыша как дрожит мой голос.

– Немедленно, у нас нет времени, – сказал строго один из агентов в чёрном.

– Что можно взять с собой? – Я решила прихватить с собой набор из самого необходимого.

– На сборы нет времени. Мы вас сами всем обеспечим, – последовал чёткий и обоснованный ответ. Душечка подскочила ко мне, обняла и чмокнула в щёку.

– Удачи! – Одними губами прошептала внученька пряча бесстыдно счастливые глаза. Её муженёк бросил дежурное:

– До свидания!

Меня благополучно запихали назад в четырёхместный флаер. Агенты лихо впрыгнули на переднее сиденье, двери закрылись и автоматически заблокировались. Никто не изволил сказать, куда же я направляюсь. Майкл с Надюшечкой всё так же весело улыбались и махали мне руками. Мы бесшумно тронулись, и земля плавно поплыла куда-то вниз. Я кажется уже должна была попривыкнуть к быстрым решениям, быстрым перемещениям в пространстве, но сердце предательски оборвалось и ухнула вниз в левую пятку.

Глава 12. Человек натуральный восстановленный.

Никак не могу привыкнуть к этим марсианским штучкам. В флаере прозрачный пол меня лично напрягал. Я сидела в кресле и видела, как крыша моего марсианского дома разом ухнула вниз и помчалась куда-то вдаль. Ну конечно, это мы взлетели, но я всегда пугалась данного момента. Марсианская бесшабашность доводила меня до отчаяния. Никогда, никогда я не стану настоящей марсианской дивой! Ну хотя бы потому, что у меня более рассудительный вполне земной характер, тот характер, что помог мне выжить.

Очевидно, что я боюсь летать и никогда не перестану бояться, такие уж у меня природные данные. Летели долго. Внизу сплошным потоком мелькала зелень вперемешку с домами и непонятными сооружениями. Я немного успокоилась, отмерла, старалась не смотреть сразу под ноги. Голова начинала кружиться от мельтешения, я устремила свой взор вдаль и стало полегче. Ещё не хватало опозориться и выложить на дно кабинки весь завтрак.

Я повертела головой, чтобы отвлечь себя от неприятного и не мандражировать. Мои спутники молчали. Они выполнили свой долг по отношению к моей персоне и теперь не принуждали себя развлекать барышню. А в голове у транспортируемой барышни роилась куча вопросов. Уместно ли спрашивать о чём-то агентов? Агенты Службы безопасности Солнечной системы вряд ли что-либо расскажут о своём коллеге. Андрюшка, как я полагаю, занимается в космосе чем-то подобным.

Наконец, когда я совсем извелась и хотела уже спросить моё сопровождение рассказать мне хоть что-нибудь, даже самую малую толику о сыночке, как мы пошли на снижение высоты и явно делали попытку приземления. И точно, мы плавно приземлились на крышу какого-то здания, агенты оказались столь любезны, что помогли мне выбраться из кабинки летательного аппарата и препроводили во внутрь. И все действа проходили в полной тишине. Люди в чёрном отмалчивались, молчала и я. Здание выглядело нежилым, скорее административным. Меня долго водили по длинным коридорам и наконец направили в комнату очень напоминающую рабочий кабинет.

– Присаживайтесь, мадам. Вот прочтите договор о возможном свидании, условия выполнения обязательств сторон, а также памятку о глобальном обновлении организма.

Стол запестрел текстами, я принялась их внимательно читать, большинство было напечатано на классическом английском языке. Вот тут я мысленно поаплодировала настойчивости Душечки. Как упорно она заставляла меня учить языки! Я старалась вникать в подробности изложенного. Конечно, я совсем не к стати разволновалась, чтение документов продвигалось медленно. И, конечно, никакой бумаги не было, весь стол представлял собой огромный планшет с кучей информации. На самом деле в договоре не было ничего особенного, кроме пунктов о неразглашении самого назначения, результатах свидания, а также о транспорте, доставляющем мою персону к месту встречи. Я обнаружила пункт и о том, что я имею право остаться с сыном наедине, но не более, чем на три часа. Да они издеваются! О месте нахождения моего сына ничего не было написано. Странная приписка гласила, если я услышу название планеты, или даже транспортного корабля, я должна буду сохранять данную информацию втайне всю жизнь. Ничего себе!

Отдельно мне подали памятку об обновлении человека, достигшего столетнего возраста. Перед глазами крутилась размытая картинка бесполого голого индивидуума. Напечатанный ниже текст напоминал страничку из фантастического романа.

Человек натуральный восстановленный, улучшенный. Варианты дополнительных функций прилагаются:

– Увеличенная мышечная масса на 70%.

– Увеличена скорость передвижения на 100%.

– Правка под эталон красоты и совершенства, приближение телосложения к золотому сечению на 80%.

– Работоспособность с повышением КПД до 85%.

– Скорость мышления и быстрота реакции увеличена на 65%.

И это ещё не всё! У меня перед глазами затуманилось, буквы стали расползаться в разные стороны. Ба, да они после первой сотни лет становятся почти супергероями! И мой сынуля такой же? Андрейка совершенный!

Куда ни глянь, сплошные плюсы от нововведений. Я подтвердила электронную подпись голосовым согласием, а также уникальным узором сетчатки глаза и процентом задействованной части мозга. После всей этой довольно продолжительной процедуры меня повели в другое место. Сопровождающие поменялись, но внешне они очень походили на тех, что доставили меня сюда. Мои спутники были одного роста, одеты в одинаковые чёрные костюмы. Ну никакой фантазии! А может, они тоже восстановленные? Эти люди в чёрном были вежливы, корректны, но очень немногословны. Я вспомнила о минусах той прекрасной процедуры. Один из главного минуса был выделен жирным шрифтом, если это можно назвать отрицательным фактором в поведении восстановленных особей. Новые люди были почти начисто лишены эмоций. И как это в натуре? Не чувствуют они ничего, что ли? Физическую боль чувствуют, а душевную совсем не понимают? Узнает ли вообще меня мой единокровный отпрыск, поймёт ли, что я его родная мать? И вообще, что ждать от встречи с ребёнком чудесныи образом перевоплощённым в совершенное тело? Как он выглядит, о чём думает?

Неделю назад мне вообще приснился сон, что мой Дюшенька стал роботом из металла и пластика. Или это был биоробот? Как могли научиться делать людей бессмертными? Как говорится, за всё надо платить. Вот и за дополнительные долгие плодотворные годы тоже чем-то предстоит расплачиваться. И я такой же буду? А может отказаться? Я не желаю потом пусть и через много лет стать бесчувственной болванкой. Если я соглашусь на восстановление, то не смогу смеяться над милыми пустячками и не смогу плакать вместе с осенним унылым дождиком о скоротечности жизни, о потере детства и юности, об утрате родных и близких. Не слишком ли многим придётся пожертвовать ради почти бесконечного существования? Сердце кольнуло, как от дурного предчувствия. Ну и пусть! Пусть это будет другая жизнь, особенная жизнь, но всё-таки жизнь.

А между тем меня снова вели по каким-то коридорам, заводили в кабинки лифта, выводили и снова куда-то вели. Спрашивать о чём-либо моих провожатых я посчитала бесполезным. Что им приказано, то они и выполняют, ни больше и ни меньше. Вокруг всё было ярко освещено, к тому же стены, потолки и даже полы преобладали пастельных тонов. Мебель наблюдалась, как и во всех офисах в минимальных количествах. Шли долго, неоправданно долго. А технологии-то куда все подевались? Наконец, когда я очень устала и думала уже попросить о передышке, меня завели в очередной не слишком большой зал, где я снова по всем существующим у них понятиям подтвердила своё согласие на перемещение моего тела к месту встречи с родственниками. Меня клятвенно заверили, что это обычная рядовая процедура. Ничего себе рядовая процедура! Усадили в кресло и дали попить, но не просто так, а жидкость без вкуса, цвета и запаха из большого красивого хрустального бокала. Я под пристальным взглядом провожатых сделала глоток, потом второй, и свет померк в моих глазах. Испугаться я не успела, так быстро это случилось.

Для меня прошло чуть больше мгновения, и снова забрезжил свет в очах, тем не менее я очнулась в другом месте. Во-первых, я находилась в горизонтальном положении и перед глазами маячил белоснежный потолок. Во-вторых, сфокусировать взгляд я не могла, потолок медленно, но верно крутился по часовой стрелке. Я скосила глаза влево и вправо и отметила, что лежу в какой-то прозрачной коробке. Надеюсь, что не в гробу. Стенки у коробки были лостаточно высокие, и я надеялась, что даже если начну ворочаться, то не выпаду. Вот падать мне не хотелось. Я лежала в этой странной прозрачной коробке укрытая до подбородка белой тряпицей. Надо мной склонился человек в чёрном. Их что клонируют? Он в приветствии приподнял свою чёрную шляпу, потом что-то сделал, и коробка растворилась, попросту исчезла. Я попыталась сесть и откинуть покрывало, но вовремя остановилась заметив, что под покрывалом я нагая. Я беспомощно взглянула на мужчину, тот всё понял, кивнул и положив мне в ноги пачку одежды, удалился. Я присела на импровизированную кушетку, голова легонько так закружилась. Я подышала глубоко, чтобы успокоиться. Я встала, ноги совсем чуть-чуть подкосились, но выдержали нагрузку. Наконец, я решилась встать с кушетки и облачиться в предложенное одеяние. Пока я натягивала на себя лёгкую почти невесомую голубую одежду из невероятно мягкой ткани. костюм подстраивался под мои параметры. Вау! Казалось, одежда живая и обладает разумом. Чушь конечно, быть такого не может, вещь не может быть живой. А если может? Не у нас же на Земле, и не на невообразимом Марсе, а где-то в другой далёкой Галактике? Не хотелось об этом даже думать, голову ломать. Вошёл совершенно бесшумно джентльмен в чёрном:

– Вы готовы? – Я вздрогнула при его появлении и кивнула, язык присох к нёбу и не хотел отлипать. Мы снова куда-то отправились пешком. Я неуверенно передвигалась. Эти коридоры и лифты мало чем отличались от прошлых коридоров и лифтов, только сопровождал меня один господин в котелке. Он заметил, что я еле передвигаю ногами и вызвал что-то типа самодвижущегося кресла. Мы в него уселись и помчали. Я вздохнула с облегчением. Но всё же я заметила, что здание было другим. Воздух чем-то чуть-чуть, но отличался, возможно и планета была другая. Где и какая это была планета меня на данный момент не интересовало.

Я вдруг испугалась того, что натворила. Этого ли я хотела? Хотела ли я оказаться на краю Галактики среди чуждых мне людей, да и людей ли? Без поддержки, без любезной Душечки, без многочисленных хоть и малознакомых родственников я чувствовала себя неуютно. Бойтесь желаний своих! Да я мечтала о встрече с сыном, но не слишком ли высока цена?

«Делай вид, что всё хорошо», – шептала я себе одними губами. «Делай вид, что тебе привычно и даже обыденно видеться с сыном», – шептала я словно заклинание. Вдруг поможет? Я старалась думать позитивно. Я и раньше видела сына довольно редко, а сейчас, вот незадача, не могу сообразить, рада я этой встрече, или не очень рада. Конечно, раньше я бы и не сомневалась и не раздумывала долго. Тогда лишний раз поглядеть на сынишку – уже большая удача. Раньше я бы уже повизгивала от радости, а теперь вот волнуюсь. Теперь сынулику, моей кровиночке больше ста лет! Теперь его дочка и моя внученька давно уже многодетная мамаша, а выглядит просто обалденно молодо, прожив долгие сумбурные годы. В своём преклонном возрасте внученька ведёт себя со мной на равных как подруженька, как ровесница. Теперь в свете последних событий я начинаю бояться собственного ребёнка.

Я вдруг отчётливо поняла. что боюсь того, что сын безвозвратно изменился, стал совершенно другим. И это, как вариант. Узнаю ли я своего Андрюшку? Господи, о чём я думаю? Да человек ли он вообще? Что может продлить человеческую жизнь на долгие-долгие годы? Может, тело человека накачивают чем-то синтетическим? Существует и другая сторона медали. Как вариант, учёные могли и изобрести эликсир молодости, и человеческое тело с его помощью словно по щелчку обновляется полностью путём ускоренной регенерации. В этом случае всё в порядке, и тело остаётся вполне человеческим, но вот мозги. Могут ли мозги выдержать такую нагрузку временем? Сохранит ли такой человек разум? Да кто ж это может знать? Не зря же местные долгожители лишены эмоций.

Я сама не долгожитель, но иные канувшие в лету события не в состоянии всколыхнуть мои нервишки. Я довольно вяло реагирую на многие вещи, а тут как-то уж совсем разволновалась. Совсем, как в молодости, в груди дыханье спёрло, а моё бедное многострадальное сердечко снова, как при взлёте ухнуло куда-то вниз, поближе к пяткам что ли. Совсем струсила. Вот сейчас я его увижу…

И вот я его увидела. Увидела и обомлела от нахлынувших разом чувств. Этот казалось бы чужой мужчина до того был похож на своего отца, моего мужа, что я не сдержала в узде эмоции и с ходу не помня себя кинулась ему на шею. Нежданным водопадом по щекам покатились слёзы, тихие слёзы. Я изо всех сил сдерживала рыдания. Сын не утешал, стоял истуканом, позволил выплакаться.

Внезапно слёзы закончились, я тщательно высморкалась. Эмоции уступили место здравому смыслу. Я немного отстранилась от этого человека, смутившись своему порыву. Передо мной стоял всё тот же Андрюшка только чуток постаревший, нет уместнее сказать. повзрослевший, как-то даже заматеревший. Он и не он. Пугали его глаза. В этот знаменательный самый чувственный для меня момент, глаза Андрюшки оставались холодными, и не просто холодными, а расчётливыми и излишне сосредоточенными. Ни один мускул на лице сына не дрогнул при виде меня, он мне не улыбнулся даже уголками плотно сжатого рта. А с первого взгляда он показался моим Андрюшкой, моим Дюшенькой, совсем моим сынулькой.

На Андрюшке была одежда тоже вся чёрная и какая-то слишком изящная, слишком правильная что ли. Он тоже принадлежал к таинственным джентльменам в чёрных строгих костюмах? Мне вдруг показалось, что это классическая в данных краях военная униформа. Почему я так решила? Присутствовали лычки на рукаве и даже погоны там, где им было положено. Это всё немного отвлекало от самого главного.

Я приподнялась на цыпочки и попыталась заглянуть в широко распахнутые глаза Андрюшки. В этих таких родных глазах плескалось напряжение, а не радость от встречи с матерью. Я пригорюнилась. Мне захотелось выть, выть до севшего совершенно осипшего голоса. Не такого приёма я ожидала. Я знала, что этот мужчина встретит меня довольно сдержанно, но я не ожидала такого провала. Мечталось, что хотя бы мелькнёт искра радости, хоть какой-то отголосок чувств. Ан нет, не срослось.

– Мать! Как ты сюда добралась? – Вполне буднично произнёс Андрюшка-негодник, так буднично, что я вздрогнула. Его волнует только этот вопрос? Мне бы его заботы! И потом, это строгое «мать» резануло слух, а где родное домашнее «мама»?

– Добрые люди помогли, – проговорила я медленно в тон ребёнку старательным ровным голосом, и мой голос почти не дрожал. Сын сделал шаг назад, осторожно отступив от меня. Создавалось впечатление, что беседуют два человека, которые расстались всего несколько часов назад. Что происходит? В голове, как вспышка мелькнула мысль о том, что Душечка станет такой же суровой через пару лет. Не хотелось бы. И ей тоже не очень со мной будет разговаривать? И даже Майкл ей не будет нужен? Господи, о чём я? Конечно же, не будет нужен! Сколько там этих мужей у неё было за долгую активную жизнь? Хорошо, что мне пока эти преобразования не грозят. Я ещё довольно долго останусь собой, если маразм старческий не посетит меня. Я непроизвольно хихикнула. Тихо так хихикнула, но видимо отчётливо, сын услышал и ещё внимательнее посмотрел на меня. Я сделала честные глаза. Что бы ни случилось, я постараюсь счастливо и интересно прожить оставшиеся годы до восстановления. А как же иначе? Иначе и жить незачем.

Мерзкий мальчик наблюдал за мной тяжёлым взглядом. Я даже поёжилась. Он что меня за шпиона принял?

– Пойдём, приведёшь себя в порядок, – сын взял меня как несмышлёного ребёнка за руку и повёл в угол какой-то полупустой комнаты. Ба, да тут что-то подобие умывальника! Я протянула руки над этой, с позволенья сказать, раковиной, и невесть откуда брызнула непонятная жидкость. Я умылась и машинально посмотрелась в матовую стену, где обычно у людей висит зеркало, и оно там проявилось. Я ничуть не удивилась такому явлению. Да, выглядела я не очень свежо: впалые бледные щёки, синяки под глазами, да и сами глаза казались воспалёнными от пролитых многочисленных слёз. Внезапно над правым ухом раздался тихий голос сынули:

– Прекрасно выглядишь для человека, который провёл два года в анабиозе.

– Два года? Какие два года, в каком анабиозе? – Всполошилась я, словно курочка-наседка закудахтала. Я была не просто удивлена, я была поражена, я пребывала в смятении чувств.

– Ты не знала? Ты же подписывала документы на разрешение вывоза твоего тела за пределами Солнечной системы, – будничным ровным тоном произнёс Андрюшка, словно говорил о покупке хлеба в магазине.

– Я читала и подписывала транспортную накладную на вывоз необходимых предметов одушевлённых и неодушевлённых за пределы Солнечной системы. Я думала, что это бумага на мои вещи, одежду, – я совершенно растерялась. Зачем я здесь? Что этим людям было нужно от меня, этим людям в чёрном?

– Читать надо было внимательнее, – назидательно произнёс сыночек.

– Написано было на английском языке, – почему-то я попыталась оправдаться, а потом спохватилась и решила разведать обстановку. – Я что участвую в научном эксперименте?

– Можно и так сказать. Ты участвуешь в межвидовой Галактической программе.

– Что это значит? Почему я? Во что ещё я вляпалась? – Снова закудахтала я как курочка.

– Мать, научись наконец внимательно читать, а ещё лучше изучать документы и не ставь, пожалуйста, подписи налево и направо, – сынок чеканя проговаривал чётко и внятно слова. Я опустила голову:

– Что сделано, то сделано. Куда мне теперь?

– Как куда? Знакомиться с Межгалактической стражей.

– Какой ещё стражей? С инопланетянами, что ли?

– Не с инопланетянами, а с гуманоидами, – в словах Андрюшки не было слышно даже и намёка на укоризну. Поправил и поправил неправильное произношение. Что тут такого?

– Я увижу зелёных человечков? – Заорала я в полный голос забывшись, где нахожусь.

– Конечно, увидишь и познакомишься и даже поработаешь немного вместе, но только они не зелёные и не человечки, – снова поправил меня сынулька и снова без намёка на улыбку. – Тише, пожалуйста, потише. Наука не любит громких звуков и не терпит суеты.

Да обработали моё чадо эти люди в чёрном. Раньше парнишка не обладал таким хладнокровием, как теперь. В смысле эмоций «мелкий» сейчас напоминал ледяной айсберг. Боже мой! И это мой милый мальчик, мой шалун, крикун и вообще очень темпераментный человек! Я пребывала в шоковом состоянии. Внезапно я чихнула и из-под лобья поглядела на сынишку.

– Я вижу ты уже приходишь в себя и вполне готова. Пойдём! – Голос этого странного мужчины очень похожего на моего сыночка, звучал, как приказ. Не обращая внимания на мою реакцию, парень повернулся ко мне спиной и бодренько зашагал куда-то по коридору. Я постаралась не сильно отставать.

– Куда мы идём? – Я уже запыхалась хотя и быстро перебирала ногами. Андрюшка делал шаг, мне же приходилось делать два шага. «Я так быстро ходить не умею!» – Промелькнула в голове отчаянная мысль.

– Идём знакомиться с окружающим миром, не отставай, – сын едва притормозив на повороте, двинулся дальше по необозримому коридору. Я старалась поспевать за его широкими и чёткими размеренными шагами. Куда там! Постепенно я стала безнадёжно отставать от провожатого.

– Андрюшенька, подожди меня! – Я едва могла говорить от быстрой и продолжительной ходьбы. Я прокричала его имя ещё раз в сторону широкой мужской спины, прежде чем он немного притормозил. Никакая зарядка, ни пробежки с Душечкой, ничего не помогло мне на данном этапе жизни. Я безнадёжно отстала от детинушки. Наконец, ему надоело слушать мои мольбы и стенания, он остановился, повернулся ко мне лицом и молча ждал, когда я догоню. Я подбежала и прислонившись к стене, попыталась побыстрее отдышаться. А у Андрюшеньки негодника даже дыхание не сбилось. Ну совсем, как робот! Я подошла к нему вплотную и осторожно погладила по щеке, кожа упругая тёплая человеческая. Одним движением я сорвала с него шляпу, для этого мне пришлось приподняться на цыпочки, но оно того стоило. Под шляпой маячила лысая головушка, ни единого волоска. Да жаль, конечно, ту тёмно-русую густую шевелюру, что украшала молоденького парнишечку Андрюшечку. Во чо превратился мой сыночек? В лысого тупого биоробота!

Мужик схожий с биороботом дождался, когда моё дыхание выровнялось, и я перестала смотреть на него щенячьими несчастными глазками и заспешил дальше. Делать нечего, я понеслась вслед за ним собрав в кучу все свои силёнки и не обращала ни на что внимания, следила только за широкой спиной сынульки. Я неслась, как лань, как антилопа, пока не уткнулась носом в ничем не пахнущий безупречно отглаженный чёрный костюм.

«Мелкий» шагнул вперёд и в сторону. Передо мной открылся потрясающий вид. Мы как-то неожиданно оказались в городе и сейчас стояли на тротуаре тихой уютной и на первый взгляд ничем не приметной улочки. Нас окружали неповторяющиеся по цвету и строению невысокие дома с башенками, с висячими садами на крышах. Что это за город? Этого я знать не могла. И это явно была другая планета, хотя бы потому, что по голубому небу плыли зеленоватые облака, а светило аж целых два солнца, причём одно было ярко оранжевым, а второе белёсое. Рядом с ярким белёсое солнышко казалось невзрачным, и я его не сразу даже разглядела. Может, это второе и не солнце вовсе, а спутник? Разберёмся…

Глава 13. И на небе радуга проснётся.

В этом новом мире, где сияло яркое оранжевое солнце в паре с бледным белёсым почти незаметным солнышком мне понравилось. Меня окружал светлый мир, в котором трава и большинство деревьев и кустиков приглушённо багрового цвета. Может быть осень? Вокруг тепло и солнечно, но не жарко. Мы с сыном стояли на обочине дороги. Я любовалась новым миром, сынулька терпеливо ждал меня и слушал мои восторги и нелепые восклицания. По улице иногда проезжали мимо нас машины очень похожие на первый взгляд на привычные для меня автомобили. По тротуарам не спеша прогуливались редкие пешеходы. На нас никто не обращал внимание.

Мне сразу показалось, что мы находимся в гуще обычного провинциального города. На первый взгляд так оно и было, но только на первый, а если чуток приглядеться, то всплывает множество отличий. Например, походка людей для меня казалась нелепой даже смешной. Гуманоиды здесь были неимоверно рослыми для землян. Моего ростика здесь явно было маловато, я им всем буквально в пуп дышала. На странную манеру одеваться я не обратила даже внимания. На Земле тоже все наряжались по обстоятельствам, кто во что горазд. Сын тайком посматривал на меня, пока я оглядывала новые владения:

– Нравится?

– А что? неплохо! И что дальше?

– Поживёшь у них немного, пообвыкнешь и снова домой на Землю.

– А почему я? Что других добровольцев не нашлось?

– Ну ты же сама рвалась попутешествовать, вот и привлекли к делу, – равнодушно глалолил сынок. Я рвалась попутешествовать? Я тебя дурака желала увидеть! Я тебя обнять хотела, новости от тебя послушать, как ты живёшь-поживаешь. Вспоминаешь ли обо мне? Ну хоть капельку соскучился? А получилось вон чего. Всё как-то через одно место получилось, боком пролетело. Я так и не поняла, человек ли мой сын теперь или во что-то другое превратился. Да оно наверное теперь и неважно. Этот мужчина не чувствует себя моим сыном, а это главное. Он теперь сам по себе, и я теперь сама по себе. Хотя нет, где-то там далеко у меня есть Надюшечка и на неё я ещё надеюсь.

Так я осела в чужом доме, в чужом городе, на чужой планете и даже в какой-то чужой и очень далёкой Галактике. Я спала в красивой кровати, ходила отовариваться в местные магазины, даже платья нарядные пошила у местной модистки. И всё это было вроде неплохо.

Как только я вдоволь налюбовалась внешним видом городка, мой возмужавший сынуля запихал меня снова в то административное здание, из которого мы высунулись. Зачем? Это только внешне обитатели данной планеты похожи на людей, а на самом деле очень даже другие. Меня подвергли глобальной генетической обработке, после которой я долгое время боялась приближаться к зеркалам. То что теперь смотрело на меня из-за зеркалья не было больше мной и вообще не походило на человека. То что хлопало глазами и подёргивало длинным уродливым носом по факту уже не только не выглядело человеком, а им и не являлось. То был гуманоид. Ладно хоть мозги мои остались, только вставили куда-то за ухо чип с универсальным переводчиком. Так на всякий случай. Про цвет лица я вообще молчу, да и не лицо это уже вовсе. Я с ужасом смотрела на безобразную харю. Не хочу быть такой! К счастью, я и не на совсем такая.

«Воспринимай это, как игру», – твердила я себе по утрам, когда перед зеркалом умывалась и чистила зубы. Боже, как трудно было накладывать реснички, подкрашивать фиолетовым губки и наносить румяна на впалые щёки. Иначе нельзя, я здесь играю роль дамы в возрасте и всё равно по легенде нахожусь ещё в игривом настроении. Ищу спутника жизни, если по другому. Формально на работу я не ходила, работала на дому. Здесь я числилась писателем. Я писала любовные романы. Чушь какая! Кто придумал эту глупую легенду? Я не нищенствовала, через соответствующее агентство снимала небольшую квартирку. Ну и всё, на этом схожесть миров заканчивалась. Я одела широкую балахонистую накидку, шляпку и вышла на улицу. Такая же тихая спокойная улочка, как и та, в которой я оказалась здесь впервые с сыном. В местных запахах я ещё не разбиралась и от того интереснее ложились на бумагу мои слова о данном мире. Я начала писать роман о том, как нечаянно обратила внимание на случайного прохожего, на его походку. Он шёл быстро о чём-то задумавшись. Был вечер, и вероятно мужчина, а это был именно мужчина, торопился домой со службы. Мне показалось забавным наблюдать за отдельным индивидуумом. Походка его мне также показалась красивой даже грациозной. Но он же не был юношей! Как может быть красивой и правильной его ходьба? Я же говорю, что показалось. Он ушёл, а я осталась и долго-долго размышляла о бренности бытия. Потом я снова встретила его на своей улице. Он шагал своей ровной размеренной поступью, и я снова залюбовалась его движениями. Так повторялось раз за разом, пока я не нашла предлог заговорить с ним и познакомиться. И это всё описывала я в своём романе. Роман пришлось писать на самом деле и на самом деле я заинтересовалась одним из пешеходов. Поначалу он мне вообще показался каким-то агентом, настолько мужчина органично чеканил шаг. А может, он был выходцем из бывших военных, здесь и такое случалось.

– Ривьера, вы опять гуляете на сон грядущий? – Соседка не-то спрашивала, не-то подтверждала свои соображения.

– Привычка – вторая натура, Юмаре, – поклонилась я чопорно, как и полагается почтенной даме приподняв края шляпки. Мой райончик, где я сейчас проживаю не являлся местом для богатеньких индивидуумов, но для зажиточных особей в самый раз. Мы пошли рядышком, рука об руку.

– Никак новый роман замышляете, – соседка пристально посмотрела в мои глаза. И что ей было от меня надо?

– Да я замышляю новый роман. Когда опубликуют, подарю вам лично один из экземпляров.

– О чём будет роман? Снова о любви?

– Да снова о любви. Мне захотелось вложить в произведение свою душу, запечатлеть свои воспоминания, свои переживания. Наверное, я тороплюсь жить, – пояснила я сдержанно.

– Если бы я умела так красиво излагать свои мысли, я бы тоже писала романы, – грустно сказала собеседница.

– Попробуйте написать и уверяю вас, у вас получится ничем не хуже, – вдруг вырвалось у меня непроизвольно. Я же начала писать романы совсем недавно, только на этой планете. Мой первый роман я робко принесла в местную редакцию и с волнением ждала ответа. Я боялась, что роман вернут, как непригодный для чтения, но нет опубликовали. Тогда я написала про свою несбывшуюся любовь к капитану. И всё-таки это оказалась любовь. Я не могла забыть тех чарующих глаз. Мне надоело мучиться и страдать, я записала на листки бумаги, ну на что-то подобное и отобразила там все свои переживания, мучения и страхи. Мне стал полегче, я словно выплеснула из себя накопившиеся эмоции. На радостях, когда мне выдали несколько полагающихся экземпляров книги на руки, я подарила одну книжицу соседке Юмаре. Мы уже тогда с ней начинали дружить. Поначалу Юмаре встретила меня немного отчуждённо, она полагала, что я шпионка. Правильно полагала, но ей об этом знать не надобно. Как не надобно знать и о том, как долго я привыкала к новому имени. Ривьера! Не имя, а какая-то кличка собаки. Хотя здесь согласно статистическим данным это имя считается одним из самых красивых в округе. Ну надо же!

– Я боюсь, что совершенно не умею излагать мысли с помощью печатных знаков, – горестно вздохнула приятельница и легонько пнула туфелькой камушек. Боже, какие у них придуманы по форме изящные, почти совершенные туфли! Надо попытаться запомнить и дома повторить с помощью робота-закройщика. Решено, по возвращении, я стану модельером дамских туфелек!

– Вы уже пробовали писать? Совсем-совсем не получилось? – Я попыталась придать своему хрипловатому и чуток скрипучему голосу немного участия к рядом находящейся персоне.

– Совсем не получилось, я пять раз принималась писать роман о любви, и ничего не вышло, – казалось в её словах застряли слёзы. Или это у неё такая манера грустить? Я плохо разбираюсь в тонкостях общения между двух барышень и сейчас просто боюсь показаться грубой и бесчувственной.

– Моя дорогая, попробуйте начать писать с зарисовок, с миниатюр, с небольших повествований о любви. Это немного проще, чем пытаться сразу сочинить полновесный роман.

– Я так и поступлю, милая, – собеседница недовольно поджала губки. Я что обидела её своим замечанием? Ну надо же! на домашний телефон

Я на самом деле не понимала соседку. Мне б её заботы! Я домой хочу в свой новый совершенный мир, а этот степенный неторопливый какой-то заторможенный мирок мне не пришёлся по вкусу. И манера общения даже между близкими людьми мне показалась слишком надуманной со сложными ненужными движениями и условностями. Например, что бы прогуляться с Юмаре по тихой безлюдной улочке мне пришлось позвонить ей на домашний телефон и напроситься на встречу около калитки её дома в определённый час, заявив, что мы погуляем около получаса перед ужином. Кошмар! Иначе меня бы здесь не поняли, не поняли и осудили бы. И не прогуляться с ней хотя бы пару раз в неделю я не имею права, потому как по статусу являюсь приятельницей соседки. Здесь считалось не вежливым не общаться с соседями. Почему являюсь приятельницей? Потому как рядом проживаю и обязана приглядывать за соседкой, вдруг ей нездровиться, или небходима какая-то помощь. Ох, уж эти условности! Моя Надюшечка здесь бы уже кого-нибудь убила, определённо какого-нибудь мужика или бабёнку прикончила за занудство, и сидеть бы ей в данном мире до кончины своей в тюрьме. Наверное, поэтому меня сюда и закинули.

Я пришла домой, осторожно открыла дверь и всё равно поймала всхлип. Ну у них так принято, и все делают вид. что им это нравится. В дверной косяк встраивается определённый механизм, и он автоматически запускается в момент открывания двери. Я едва ступаю в дом, как меня обволакивает облако голубого дыма с ароматом похожим на ландыши и закидывает лепестками голубых цветков. Скажу честно, быстро надоедает. Обработка газом делается для обеззараживания входящего от бактерий и вирусов, ну а лепестки цветов подаются для красоты и торжественности момента. У Мюрель, ещё одной соседки меня закидало розовыми лепестками, во всяком случае мне так показалось, а у Забриэллы буквально завалило белыми снежинками правда приятными наощупь. Этот атрибут с лепесткам, что с тихим шорохом окидывают всяк входящего с головы до пяток, потом тают в течении пяти минут и без всякого вреда для одежды и обуви, ни пятнышка не остаётся. Красивый такой обряд, красивый и довольно дорогой в исполнении. Простолюдимы могут позволить себе только лёгкий сизый дым. Мне не позволили участвовать в эксперименте в качестве простолюдимки, сказали что мало разведаю. Нашли разведчицу!

Я научилась кланяться при входе в общественное место. Я долго училась правильно это делать. Надо при этом ещё и нос книзу опускать и подёргивать им под определённый ритм. Этому меня уже учила соседка-хохотушка Ундина. С ней у меня как-то сразу сложились дружеские отношения. Я честно сказала Ундине, что у нас там где я проживала нет такого обычая. Та долго хохотала над тем, что я не могу освоить элементарной вещи, а потом детально принялась меня обучать местным обычаям.

– Зачем ты вообще приехала сюда, Ривьера? Зачем менять место жительства в таком почтенном возрасте? Шансов снова выйти замуж у тебя крайне мало.

– Так я мужа похоронила. Мне всё в том доме, в том городе напоминало о нём.

– Ну и что, жила бы воспоминаниями, молилась бы почаще, и все дела, – рассуждала соседка не отрывая от меня своих внимательных глаз. Но почему они так цепляются за условности?

– Мне было жутко жить воспоминаниями.

– Ты же сожгла тело? Ты же совершила все полагающиеся обряды?

– Все обряды совершила, – тихо согласилась я вспоминая, как рыдала у гроба и не могла остановиться. Вспомнила, как я глядела на лицо будто высеченное из камня и не могла оторвать взгляда. Помнила и прощальный поцелуй, что потряс меня больше, чем наш тот первый. Я едва коснулась губами каменного лба мужа, как меня пронзил вековой холод исходящий от остывшего тела. Душа покинула то место и находилась в странствиях, а мы были вынуждены позаботиться о ненужном ей уже теле. Тело пришло в негодность и требовало утилизации. И здесь обряд похорон мало чем отличался от нашего.

– Он тебе снился? Приходил по ночам? – Мягко, но настойчиво что-то выпытывала Ундина. Я не понимала, что ей надо от меня.

– Нет, не приходил он ко мне по ночам. Мне просто было страшно спать в нашей комнате, в нашей спальне. Я боялась увидеть его рядом со мной в кровати.

– Ну-да, ну-да! – Кивала озадаченная соседка. У них что, так не бывает?

– Я заснуть не могу, то есть не могла, вот и переехала. Теперь я хотя бы сплю по ночам, – я замолчала не зная, что ещё нужно ей сказать. Что рассказывают в таких случаях?

– И пепел как положено всем семейством под звон колоколов развеяли?

– И пепел развеяли, – не буду я шокировать приятельницу подробностями нашего ритуала похорон. Тем более, что я и сама не очень в нём разбираюсь. Что все соблюдают, то и я стараюсь выполнить.

– И вся родня сидела в кругу и молитву за упокой три дня и три ночи читали беспрерывно? – Ундина прицепилась ко мне как банный лист. Не давал ей мой переезд покоя. Я активно закивала, не хотелось врать напропалую, но видимо судьба у меня такая.

– Вся родня спит спокойно, а я не смогла глаз сомкнуть, пока не переехала, – твердила я как попугай заученную легенду и прятала виноватые глаза.

– Тогда ты всё правильно сделала, правильно что переехала. Ты его так сильно любила?

– Да, любила, – я совсем не лукавила. Я сильно любила моего первого мужа, во всяком случае пыталась его любить долгие годы. А он меня бросил на старости лет, он умер. Для меня слово «умер» означало, что перестал бороться с трудностями, перестал цепляться за жизнь, за родных и близких и сдался. Я проклинала его за то, что он сдался почти без боя и не дожил со мной вместе до глубокой старости. Не сбылись мои мечты. Не прогуливались мы с ним вдвоём под ручку в солнечные осенние денёчки и не щурились под ярким весенним солнышком, не трещали над нашими головами по ночам майские шумные соловьи. Много чего не случилось. Мой муженёк лишил меня тихой уютной осени жизни. Мы не состарились вдвоём, не одряхлели вместе медленно, но верно. Это всё мне досталось хлебать полной ложкой и при том в гордом одиночестве. А одной стареть тоскливо. Одной стареть страшно. Одной и платье красивое на праздник одевать не хочется, не для кого. Вдвоём всё делать веселее. И на пикник вдвоём даже в огород сходить приятно. А что? Это тоже своего рода пикник. Из задумчивости меня вывела Ундина:

– Молись, девка, молись и, да придёт к тебе покой!

Покоя мне, конечно, не хватало, но одними молитвами тут явно не обойтись, я же ещё и на службе у стражей сейчас нахожусь. На сон грядущий я выпивала глоток бальзама из изящного флакона чёрного непроницаемого стекла для улучшения пищеварения, ну и для того, что бы желудок не болел от местной пищи. Овощи здесь были потрясающе вкусными, но только в отварном виде. Я даже от скуки и для общего развития включала местный телевизор и смотрела телепередачи. Музыкальные отметались сразу, я с трудом переносила эти звуки. Песни тоже не нравились, а вот что-нибудь документальное, ну и детективчики вяло-текущие мне приходились по нраву. Взрослею или старею, но капризнее становлюсь, это точно. И здесь на чужой планете среди гуманоидов всё мне казалось обыденным, всё как у всех.

Гуманоиды жили семьями. В городе имелись детские сады и школы, техникумы и институты, да и работали «зелёные человечки» на фабриках и заводах. Я знала, но сама не видела, что где-то за городом возделывались поля, сажались огромные сады с разнообразными фруктовыми деревьями. К стати, человечки были вовсе не зелёные, а кожа их была ярко-лимонного цвета, глаза как чёрные дырки, большие уши, длинные острые носы и полное отсутствие волос на голове, зато волосы в изобилии росли на плечах. Местные девушки-гуманоиды ко мне относились с прохладцей из-за моего низкого роста. А ещё я брила волосы на плечах, а большинство девиц их холило и лелеяло и заплетало в косы. Да, каждому своё. Я морально не могла гордиться такими волосами, ну не в таком месте они росли. Местные модницы очень искусно прикрывали свои голые как коленки головушки платками расписными да шляпками, украшенными деревянными бусами. Мой блёклый цвет лица также вызывал недоумение у искушённых матрон. Они за глаза шептались про меня, что я больная и убогая. Вот тогда тоскуя по родине, я принялась сочинять романы. Видимо в них я вложила всю свою тоску о несбывшейся до конца любви, о не совсем счастливой прежней жизни, о мечтах и надеждах, и меня стали читать. Если откинуть наши физиологические особенности, то мы не так уж и сильно отличались друг от друга по духу и настроению. Однако, я не прижилась, мне было несказанно одиноко даже в обществе Ундины. Я очень скучала по Душечке.

Мне приказано было постоянно носить украшение на голове, где в середине лба лягалась прозрачная и с виду дорогая подвеска в виде голубенького цветочка из четырёх лепестков. А ещё я вела дневник и не простую тетрадочку, но красивый блокнот в виде книжицы в ярком кожаном переплёте. Я записывала обычной ручкой по виду шариковой все свои действия и реакции на окружающую действительность. От нечего делать я всё записывала, даже то, что я ела на завтрак, в какой магазин ходила за свежими лепёшками, какая была погода в тот день. Я одурела от дневника, от написания собственных романов. Я заскучала от однообразия. Меня стали раздражать витиеватые металлические украшения пусть даже и прекрасной работы, что было принято вешать на себя со всех сторон. Я неожиданно стала нервной, раздражительной. По любому пустяку могла заплакать, даже увидев в окне косые струи осеннего дождя. Я определённо начала сходить с ума в этом и без того странном мире, не моём мире. Я стала на самом деле плохо спать по ночам.

К тому же эта дикая местная достопримечательность, которой так гордились все горожане, с каждым днём всё больше меня бесила. Здесь считалось замечательной привычкой просыпаться всему городу в один час, и поэтому рано утром били в колокола общую побудку. Звон плыл на всю округу, вливался в уши и от него никуда было не деться. Что за глупость! Дышат они тоже в унисон? И ведь после этой побудки все жители, кроме младенцев и очень больных деятелей дружно выходят на плоские крыши и начинают делать зарядку. Я тоже вынуждена каждый божий день переться на крышу своего временного, я надеюсь, жилища и прыгать, приседать и в конце самого действа петь гимн города. Уф!

Признаюсь. садик на моей крыше был шикарненький, и я не без удовольствия за ним ухаживала точно так, как мне показали соседи. Вот и сегодня едва заслышав звон побудки, я поспешила на крышу. Я взбежала наверх на крышу с улыбкой на устах. Там уже радовалась новому дню вся улица. Крыши домов были соединены дорожками. Понизу расположено много ажурных арок и колонн. А наверху меня всегда поражала эта яркость кустов и вьющихся растений. Садик всегда радовал мои глаза.

– Правда, у нас так красиво? – Завопила ещё одна соседка, кажется её звали Уманда.

– Здесь настоящие джунгли, рай для птичек, – восхитилась я.

– Ну это не для птичек так густо насажено, а для инопланетян.

– Для инопланетян? У вас они водятся? – У меня непроизвольно округлились глаза.

– Это для того, чтобы сверху инопланетяне не заметили наш город и не совершили посадку. Зачем гуманоидам джунгли? Ну не зачем.

Не люблю зарядку и вообще не люблю физические упражнения. Например, бег на месте терпеть не могу. Идти куда-нибудь, я понимаю – необходимость движения, а шагать на одном месте считаю по настоящему тупым занятием. Со стороны толпа шагающих индивидуумов смотрелась жутко. Все от мала и до велика в едином ритме под музыку, что разливается над городом, дружно шагают на месте и сияют от радости единства, единого порыва души и тела. Потом десяток приседаний, потом ещё притопы и прихлопы. Детский сад какой-то! Мах ногами. Как же мне всё это не нравится!

– Я прямо бодростью зарядилась, – смеётся Ундина. Здесь во время зарядки можно спокойно подойти к кому угодно и заговорить. Я ей вежливо улыбаюсь, с трудом перенесла сегодняшнюю экзекуцию здоровым образом жизни. У меня сегодня болит спина, вчера присела неудачно и чуть не упала. За очередной улыбкой я скрываю зевок. Для меня это ранний час, и я бы с удовольствием ещё поспала. Одна радость, сейчас после зарядки я иду додрёмывать. Вообще-то здесь не принято додрёмывать, а необходимо поспать сразу после обеда. И это святое. Ага всем городом укладываются в повалку и дрыхнуть пару часов. На работе спят в комнатах отдыха на диванчиках и больших креслах.

А я в это время никак не могу заснуть. Нет у меня этой привычки, нет потребности.

Глава 14. Винтажная девушка снова на рынке любви.

В эти два часа послеобеденного сна весь город замирает. А я работаю в эти благостные часы, пишу теперь уже очередной роман. Что интересно, вдохновение приходит, как по заказу.

Со мной общаются только женщины. Для мужчин я не интересна, слишком старая и не смогу выносить потомство. Да и ладно, я тоже не очень восхищаюсь местными аборигенами. Проживи я тут и тысячу лет, я бы всё равно не смогла влюбиться в местного кавалера. Не моё! Не мой типаж, скажем. Не впечатляют меня эти широкие плечи и длинные голенастые ноги. Взрослые дети здесь тоже живут отдельно, отдельно и нечасто общаются с родителями. Знакомо. Снова вспомнилась суетливая Душечка. Как там у неё дела в нашей многострадальной Солнечной системе?

При поцелуе здесь сплетаются носами. Господи! И как они при этом не задыхаются? Даже пробовать не желаю. И сексом как-то занимаются, у них для этого специальные комнатки отведены, маленькие такие как кладовочки. Взрослые особи вдруг отправляются в это помещение обитое фиолетовой тканью, наглухо там закрываются и чем-то таким занимаются. Какая там у них происходит прелюдия, я так и не поняла. У них так же в фильмах не принято демонстрировать что-то дальше лёгкого поцелуя в нос. Если поцелуй смотрится ещё вполне эстетично, то может у них и всё остальное вполне приемлимо. У них ещё и хвосты имеются! Разумеется и мне соорудили небольшой такой необременительный хвостик. Назначение данных отростков я так и не поняла. Я пыталась им управлять, помахивать при ходьбе, но не получилось. Может, тренировалась мало?

О, как же у меня сегодня ноет этот отросток! И чего ему надо б, но гаду? Я как-то насмелилась и спросила Ундину, та решила, что я прикалываюсь. Ундина от хохота с дивана свалилась и там на полу ещё долго хохотала держась за пузико.

– Ну ты даёшь, подруга! – Просмеявшись и отплакавшись тявкнула коротко Ундина. Я так ничего и не поняла, а спрашивать поконкретнее испугалась, заподозрит ещё чего. Я всё-таки агент!

У меня в квартире также имеется пресловутая фиолетовая комнатка, и я в неё заходила, всю её осматривала, всё что там было в поле зрения обтрогала, и всё равно не поняла её назначения. А по четвергам ко мне приходит женщина и намывает всю квартиру. Её присылают из мэрии, но платить ей определённую сумму в последний день месяца обязана я сама. Отказаться от данной услуги невозможно.

Хорошая из меня разведчица получилась, ничего не скажешь! Я только и смогла, что доковыряться, что в каждую квартиру были встроены какие-то особенные детские комнаты типа инкубаторы. Офонареть! Гуманоиды размножаются с помощью кладки яичек? Они что не живородящие? Серьёзно? И они несут, как курочки яйца? Я обнаружила эту шокирующую новость только после двух недель счастливого проживания в новом мире.

«В жизни надо всё попробовать», – как-то сказал один из моих знакомых ещё из той далёкой прежней жизни. Я с ним совсем не согласилась ещё тогда и уж подавно теперь. Некоторые вещи я бы никогда не хотела попробовать. А ведь довелось…

Моя соседка надрывала животик, так хохотала, и что-то там ей казалось глупым, а мне непонятным. Она забыла меня предупредить, что иногда здесь людей, то есть аборигенов похищают. Ей и в голову не пришло, что мою персону могли выкрасть и поработить. Ундину развлекало только моё неведение в некоторых интимных вопросах. А меня на самом деле похитили. Я оказалась для какого-то богатенького преуспевающего господина ценным товаром. Поначалу я вообще думала, что меня украли с целью выманить солидный выкуп. В местном банке на моё имя недавно была положена кругленькая сумма в местной же валюте. Ну на денежки позарились, ясное дело. Я ошиблась, моя судьба оказалась печальнее и много драматичнее. Меня аккуратненько выкрали из дома, чтобы сделать очередной женой, любимой третьей женой без права на единокровное потомство. Как всё запущено!

И вот я в огромном пустынном зале стою на коленях под алым покрывалом и повторяю за пастырем слова клятвы. Мой голос дрожит, я заикаюсь, но вынуждена повторять вслед за властным мужчиной слова верности неизвестному господину.

– О, мой господин! Господин тела моего, дома моего и моего имущества! Я умоляю тебя стать господином моей души и моих помыслов. Я сама ни на что не претендую, ни на финансовые доходы господина, ни на ласки господина, ни на поцелуи господина. Пусть господин мой сам установит график посещения моих покоев. Я не прошу от господина дополнительных ласк, не прошу и отдельного дома с обслугой и храмом для божества. Я согласна на минимум. Я готова стать верной третьей женой господина. Я готова стать старательной прислужницей господина и питаться крохами, что упадут с его стола. Я готова с тоской и печалью в глазах переносить разлуку с любимым господином, пока он проводит время в домах старших по званию жён. Я согласна четыре раза в год в дни великих празднеств получать от мужа и господина моего единовременный акт любви и ласки. Аминуто! Аминуто!

Согласна, что всё это больше похоже на бред, но мне на ушко между делом, когда я ещё сидела в мешке и меня только выгребали из кабины транспорта, что в случае отказа меня сошлют на рудники пожизненно. Бежать? Куда бежать? «Свои агентов не бросают», – жужжала и билась о стекло как надоедливая муха, упрямая спасительная мыслишка. А найдут? С нашими-то технологиями! Я тебя умоляю, не стоит переживать. Так я утешала себя и плевать мне было на эти клятвы, а также местные брачные законы. Украдкой я успела немного рассмотреть помещение, вокруг на матовом чёрном полу располагались пушистые мягкие-премягкие ковры. Я бы к себе домой хотела такой, только не сюда, а в Душечкин шикарный особняк.

Я повторяла эту страшную клятву верности вслед за пастырем, согнувшись в поклоне. Мне было неудобно и неприятно стоять на коленях перед алтарём. Кто был моим суженым, я не разглядела, не было возможности, да и какая разница? Меня отсюда всё равно вытащат рано или поздно. Не оставит же меня родной сын на растерзание местным самодурам. Или всё же оставит? Так или иначе, я повторила эту дебильную клятву верности, и с меня сняли наручники. Я перестала себя чувствовать рабыней. Может, всё не так уж и плохо? И наручники мои были мягкие и пушистые, но всё же наручники. Ещё раз просчитала мысленно варианты побега и решительно отказалась. Нет никакой надежды, что смогу сбежать, да и бежать большого смысла нет, дольше меня свои проищут. Когда мои работодатели сообразят, что меня не наблюдается в обозреваемой местности то надеюсь, что бросятся на поиски и хоть из-под земли достанут. Ну а что будет дальше, меня особенно не волнует. Буду проситься на Землю. Меня и вправду быстро вытащили из местной системы, побоялись, что я выдам стражей Галактики. Они даже не рассматривали тот вариант, что мне вряд ли кто поверит. Вот такие дела.

Злодеи выкрали меня аккуратно со знанием дела, почти классически. Я имела, как теперь понимаю, глупую и безрассудную привычку прогуливаться перед сном по тихой улочке около дома. Могла и на крышу заглянуть полюбоваться закатом яркого оранжевого светила. Закат белёсого почти потухшего солнышка меня не волновал, он был таким же смазаным и тусклым, как само светило. Когда я уже повернула обратно домой, то есть к временному моему жилищу, меня тихо окликнули. Я завертела головой, потеряла бдительность и стала лёгкой добычей. Меня как куль с картошкой одним махом затолкали в автомобиль и куда-то умчали. Я даже заорать не сумела, во рту лягался кляп из тряпки, а руки уже были крепко связаны. Моё тело потряхивало на мягких рессорах, а сама я словно оцепенела от ужаса. Доигрались! Спина нещадно заныла от неудобной позы. Я хотела заплакать, но решила, что будет ещё хуже, ведь заложит нос, да и сопли размажутся по лицу. Я стиснула зубы и подвывала, словно пищал комар. Не передать словами, как мне было плохо. Ехали долго, я устала скулить и стонать, всё равно никто не отзывался, или не слышал, или не обращал внимания. Наконец, автомобиль сбавил ход, сделал крутой поворот и остановился. Уф! Я рано радовалась, перед тем как меня вытащить из машины, мне на голову накинули мешок. К счастью, мешок был не пыльным и не вонючим, я даже не чихнула. Ну это уже перебор. Я всё равно, не узнала бы по внутреннему дворику здания, куда меня доставили, да и моих похитителей я бы тоже не смогла распознать. Я плохо запоминаю местные физиономии, особенность у меня такая. Я же с другой планеты, в конце концов! Местных я могу различать только по походке, ну и конечно же по одежде.

Меня выгрузили, развязали, сняли с головы мешок и спешно удалились. Я открыла глаза и попыталась оглядеться. Определённо это был дамский будуар и при этом очень даже состоятельной дамы. В отдалённом углу стояла на массивных ножках большая ванна, рядом располагался столик с зеркалом и кучей всяческой косметики. Пока я на всё это пялилась непонимающими глазами, вошли три девушки с лицами прикрытыми серебристыми полумасками. Высокие и грацизные девушки приветствовали меня поклоном. Я им слабо кивнула в ответ. А что ещё?

– Мадам, мы к вашим услугам, – покорный тон прислужниц, их поклоны перед брошенным на пол телом пленницы мне показались поначалу, как издёвка. Каким ещё услугам? Меня подхватили под руки, быстренько раздели до гола, запихали в приятную тёплую воду, что была залита в ванну. Моё тело намылили чем-то ароматным и пенящимся, ополоснули, обсушили и нарядили в просторные одежды пурпурного оттенка, так здесь одевают невест. Меня что замуж выдают? И без моего на то согласия?

Все действа проходили быстро, ловко и без всяких лишних звуков. Мои попытки что-либо разузнать тут же пресекались мягко, но настойчиво. Напоследок мне на голову накинули плотное покрывало с прорезями для глаз и куда-то повели. В конце концов мы оказались в большом зале явно богато убранного дома и зал этот был точно украшен для свадебной церемонии. А я что невеста? Может, всё же подружка невесты? Нет вряд ли, никогда не слыхала, что бы воровали подружек невесты. С большими почестями с соблюдением какого-то ритуала сняли с меня верхнее плотное покрывало и заменили лёгким ажурным.

И вот я уже стою у алтаря коленопреклонённая и повторяю за священнослужителем или как там его называют, клятву невесты из книги судеб. О горе-горюшко на мою бедную головушку! А где жених? Что-то я его не наблюдаю, как ни скосила глаза в сторону, всё равно никого похожего на жениха не увидела. И отказаться от церемонии бракосочетания не получилось. Когда девицы одели меня и повели в зал для важнейшей церемонии, мне ещё раз напомнили, что я не хозяйка своим поступкам. В каком-то коридоре мы приостановились, и меня за горло кто-то жестко схватил сзади сильной мужской рукой и прошептал прямо в ухо обдавая горячей волной:

– Ты выходишь замуж за знатного господина, а в противном случае обвиняешься в убийстве и отбываешь наказание в рудниках!

– Но я никого не убивала! – Прохрипела я сдавленно. Говорить было неудобно и больно.

– Это к делу не относится! От тебя только и требуется, что сочетаться законным браком с уважаемым человеком. Ты выходишь замуж по доверенности.

И это не обсуждалось. Без вариантов. Ну и что мне было делать? Я не в силах была не только отказаться, но и вымолвить хоть слово отрицания. Перспектива поработать на рудниках меня тоже не прельщала. Я конечно не знала, что там и как там производят, но явно я бы не выжила.

Так меня выдали замуж, и сама не знаю за кого. Само собой я старалась сохранять спокойствие во время церемонии, старательно глубоко вдыхала пряный от благовоний воздух и медленно так же выдыхала. Не хватало ещё невесте от избытка чувств грохнуться в обморок в самом разгаре событий. Уже потом, когда меня под руки привели в маленькую уютную комнатку и усадили на ложе, оставили в полном одиночестве, я обмякла. Вот тут я и дала волю чувствам. Слёзы, так долго и с таким трудом сдерживаемые, слёзы хлынули водопадом. Слёзы обиды и горечи, слёзы полные разочарования в этом новом и поначалу вполне терпимом мире, слёзы безнадёжно уставшего от проблем человека лились сплошным потоком, и их источник не пожелал иссякнуть. Мне ещё было обидно, что сняли с меня то красивое украшение, что являлось как мне тогда казалось единственной ниточкой связывающей меня с тем прежним миром, с земным миром моим и миром будущего. И ведь не вернули гады даме фамильного украшения!

А потом я вдруг ясно вспомнила, что у меня за ухом имеется чип. Ура! Я не одинока и меня вытащат, обязательно отсюда вытащат! У меня сразу потеплело на душе. Я прилегла на кровать и умиротворённая опустошённая заснула сном праведника.

А на утро начался кошмар. Меня грубым окриком, как рядовую служанку подняла с постели высокая дородная домоправительница или правильнее, управительница дома, имеется такая должность в богатых домах. Определённо она здесь считалась красивой девушкой, что совершенно не совпадало с моим мнением. Её голос зычный командирский действовал на меня, как удар хлыста, впрочем и скорей всего, не только на меня. Эта дама не отправила меня на крышу делать вместе со всеми зарядку, нет. А может, я уже нахожусь в другом городе? Может, здесь немного другие обычаи? Да всё, что угодно может быть! Я умылась, машинально почистила зубы, оделась в то, что висело в шкафу. Так на мне оказался какой-то халат очень мягкий на ощупь, пушистый и габаритный. Потом на пороге моей комнатки снова появилась эта злая тётка и повела меня куда-то.

– Работать будешь, нечего даром хлеб есть! – Рявкнула бабища.

– Но у меня имеются сбережения, – заблеяла я робкой овечкой заблудившейся в лесу.

– Забудь про свои жалкие копейки тем более, что они изъяты из банка в качестве твоего приданого.

– Как вы так можете! – Я пыталась отстоять свои права на имущество.

– Ты, девушка, сама подписала брачный договор. Ты его видела, читала своими глазками и не можешь не знать, что ты теперь поступаешь в распоряжение своего почитаемого всеми мужа, а значит и в моё распоряжение тоже, – толкнула бабища назидательную речь. Да плохи мои дела. Брачный договор я и в руках не держала, меня заставили его подписать.

– Сейчас намоешь детскую, – домоправительница втолкнула меня в комнату большую, но не ухоженную. – Господин изволит ожидать поступление потомства.

– Я теперь, как служанка везде полы буду намывать?

– Не пори чушь! Ты не служанка и никогда ею не будешь, а за детской следить входит в твои обязанности. Тебе же яйца высиживать!

– Как это яйца высиживать?

– Ты не умеешь? Научим, ничего страшного.

Так получилось, что я намывала эту просторную комнату с полным набором удобств в виде ванны, туалета, камина и ещё чего-то непонятного, но видимо здесь необходимого. Я намывала все эти удобства и старалась думать позитивно. Я очень надеялась, что меня разыщут и вытащат отсюда мои соратники. Ну наняли же меня для агентуры, пусть теперь спасают!

Я испытывала настоящий животный страх. Я совсем не хотела работать у богатенького мужика запасной женой. Но мои агентурные боссы видимо решили иначе. Им тоже интересно стало, что такое делают неглавные жёны и зачем они вообще нужны.

Сегодня меня скудно покормили, а потом вывели во внутренний дворик. От нечего делать я поднялась на покрытую растительностью крышу. Красиво, что тут ещё можно сказать. Я любовалась бы и любовалась открывшимся потрясающим видом, но настроение не располагало к праздному созерцанию. Теперь, как замужняя женщина, я должна прикрывать личико вуалью. Рядом прогуливалась управительница домом.

– И долго мне быть затворницей? – В отчаянии я решилась спросить её.

– Пока не вылупятся из яиц маленькие господинчики, – вполне вежливо ответила домоправительница.

– И когда это произойдёт?

– Разве можно о таком спрашивать? Первые жёны нашего господина ещё не снесли яичек. Жди терпеливо, моя милая Ривьера.

– А меня господин посетит? Я его увижу?

– Зови меня Ледой. Обязательно увидишь, даже не сомневайся. Появится господин как-нибудь и в твоих невестиных покоях. Не волнуйся, он заранее сообщит, и девочки приведут тебя в порядок. Не боись!

– Я и не боюсь, – ответила, а сама слышала, что голос мой предательски дрожал. Какой-то гоблин может возжелать меня! Кошмар!

– Наш господин любвеобильный мужчина. Он и меня как-то порадовал целой ночью любви, – Леда явно гордилась вниманием господина. Ну с ней всё понятно, видная женщина приглянулась великому человек. А я? Я-то ему зачем? Для коллекции? Такого унижения и полной беспомощности я не испытывала никогда раньше.

Ещё час назад я намывала комнату, которая по большому счёту ничем особенным не отличалась от обычных, разве что большой круглой кроватью. Ну ладно, и где там яйца, которые надо высиживать? Ах да, их ещё не снесли те две другие жены господина! У меня явно начиналась истерика. Я собой почти не владела, мелко затряслись руки. А тут ещё ко мне живенько подскочила молоденькая девушка стройная и хрупкая, как наша русская берёзка и с поклоном пропищала:

– Наш господин желает вас видеть.

– Что? Прямо сейчас?

Две девушки подхватили меня под руки, увели в невестины покои, переодели во что-то невообразимое и вывели в шикарные апартаменты. Меня облили духами и оставили посреди комнаты.

– Пройдись немедленно по кругу и подними руки вверх! – Командовал откуда-то голос домоправительницы. У неё был зычный властный голос. Я не прекословя, сделала всё как она велела и мелкими шажками почапала вдоль стенки с высоко поднятыми руками. Я ощущала себя преступницей, хотя нет, скорее заложницей. Я – заложница любви! Нет, я заложница чьей-то страсти. Но почему я? В этом таком непростом кастовом мире меня вообще никто не знает! Или уже рассекретили? Да не может быть! Я выполняла все предписания и распоряжения по пунктам и ничего не совершала помимо того.

– А господин красивый? – Я спросила домоправительницу Леду, когда та подошла ко мне и опустила мои руки вниз.

– Самый красивый мужчина на свете! Ты не будешь разочарована. А уж какой он искусный любовник! Ах!

После этих её слов мне стало ещё хуже. Я не могу без любви строить отношения с мужчиной.

– Но я его никогда не видела! Я его не люблю! – В моих словах сквозило отчаяние.

– Так увидишь его и влюбишься. В него невозможно не влюбиться, – заверила меня Леда, и голос её при этом показался мне мечтательным. Похоже, она сама была влюблена в этого пресловутого господина.

– Я не хочу быть женой чужого мужика, – вздохнула я тогда.

– Поздно, деточка, тебя сегодня сводят к господину на свидание и если повезёт, то на два часа.

– А если не повезёт?

– А если не повезёт, то господин удалится из зала свиданий через пятнадцать минут, – Леда схватила меня за руку и вывела из большого зала. Сегодня, если мне повезёт, то меня будет лапать какой-то инопланетянин, которому я теперь по факту принадлежу. Мне захотелось срочно упасть в обморок.

Свидание состоялось при бликующем свете разожжённого камина, что располагался в углу красиво убранного дамского будуара. Поленья, как и на Земле, весело потрескивали, искры разлетались веером, защитный экран из чего-то похожего на стекло не позволял огню поджечь весь дом. Я бы часами смотрела, как горят в камине дрова. Что это? Магия огня или какой-то инстинкт оставшийся от далёких и не очень разумных предков? Когда-то давным-давно едва сформировавшиеся как особи люди кучковались около костров и грелись в небольших, но непродуваемых ветрами пещерах. Меня притягивают и манят к приключениям всполохи ярких языков пламени. Глаз не оторвать от пляшущего огня. Поленья горели ровно и давали достаточно жару, чтобы в комнате было комфортно находиться. Меня остановили посреди комнаты, предварительно меня девицы быстро раздели. Леда самолично поставила меня на колени и совершенно нагую накрыла сверху большим ажурным покрывалом алого цвета, обошла меня со всех сторон, ткнула лицом в пол и неспешно удалилась. Я стояла на коленях, а в голове билась, как испуганная птица о стекло, шальная мысль: «Бежать, бежать!» Куда бежать? Как бежать? Каким образом осуществить данное заветное желание? Я представила себя бегущей по улицам города нагой и с развевающимся вокруг меня прозрачным покрывалом и нервно хохотнула.

Тут дверь отворилась и вошёл мужчина. Его размеренные уверенные шаги, его твёрдая поступь говорили о том, что зашёл именно хозяин дома и никто другой. Этот гуманоид теперь и мой хозяин. И мне снова захотелось упасть в обморок. Но я же должна хотя бы увидеть его! Я не смела шелохнуться, едва дышала от волнения. Он подошёл. Покрывало заскользило с моей головы. Властная рука уверенно снимала с меня единственный ничего и так не скрывающий покров. И вот уже оголились мои плечи, спина. И тут покрывало совсем соскользнуло на пол.

Глава 15. Сказка не бывает бесконечной.

Мой новоиспечённый муж одним лёгким и непринуждённым движением руки поставил меня в неловкое положение. Теперь я стояла на коленях в позе "ниц" совершенно обнажённая и беззащитная. Он деловито потрогал мои плечи, словно проверял на прочность, погладил нежно по спине, интенсивно всю обнюхал с ног до головы. Потом вообще случилось невероятное, он потёрся своим мускулистым животом о мою вздрагивающую как при ознобе спину и сильно напряжённую от двусмысленного положения. Так я пленница или нет?

Будь это мой любимый человек, я бы уже трепетала от предвкушения порции нежности. Мужской живот перестал об меня тереться, я легонько выдохнула, но тут же вздрогнула от поцелуя в шею и кажется ещё больше напряглась. Сильные руки подержались за мою попу. Он испуга мой бесполезный отросток, мой куций хвостик встал дыбом. Это я почувствовала, как чувствуют свои руки или ноги. Гуманоид вдруг расчихался, потом зафыркал, вскочил на ноги и ушёл. Слава Богу! Надо ли говорить, что тискающая меня особь мужского пола также была обнажена? У меня затекли руки и ноги, а шея просто отваливалась. Я уже думала, что сейчас упаду от усталости и растянусь в изнеможении на жестком полу. И тут зашли две девицы, подняли меня с колен, буквально сволокли до моих скромных покоев, бросили на кровать. Перед тем, как покинуть помещение, одна из прислужниц сжалилась ко мне и накрыла моё безвольное тельце каким-то покрывалом, ибо меня колотило в ознобе, и всё тело моментально покрылось мурашками. Едва я начала согреваться, как в комнату ворвалась Леда.

– Поздравляю тебя, дорогая! Ты прошла предварительный отбор и назначаешься третьей любимой женой, – басила домоправительница. Она напоила меня горячим чаем. Мои зубы громко стучали о край чашки. Я всё никак не могла согреться, не иначе нервное.

– Что я должна делать? – Просипела я.

– Да ничего. Лежи и отдыхай. Господин отправился развлекаться к первым жёнам. Ему нужен наследник.

– А я тут при чём? – Кажется, после встречи с господином я ещё больше отупела.

– Так ты, дорогая, и будешь высиживать наследника господину, – ворковала как с ребёнком Леда.

– А зачем он меня трогал?

– Как зачем? Ритуал соблюдал да и выяснял температуру твоего тела, достаточная ли для выведения наследника господина.

– Кошмар! – Выдавила я из себя.

– Успокойся, девушка, ты же с ним не прыгала и не кудахтала в фиолетовой будуаре, – благодушное настроение домоправительницы меня даже слегка озадачило. И вдруг она расхохоталась весьма заливисто. А мне что-то совсем не хотелось смеяться. В создавшейся ситуации я не видела ничего забавного. Я вдруг поняла, что мечтаю лишь об одном мужчине, о нём и только о нём. Я хочу, чтобы только руки того прекрасного неотразимого капитана касались меня, и никто другой ни под каким соусом мне не был нужен.

Зачем я пытаюсь обмануть себя? Мне было по настоящему противно ощущать своим беззащитным телом прикосновение живота господина, а его смачный поцелуй в шею меня потряс до глубины души. Как я его ненавижу! Я его никогда не видела, но он мне противен потому, как он не капитан, не мой любимый обожаемый капитан. Я мёрзла тогда не от волнения, мне было так мерзко, что это не мой мужчина, не мой возлюбленный, что я разрыдалась. Девушки уже покинули этот будуар с камином, Леда тоже убежала довольная собой по делам. Никто не видел моих горьких слёз. Не желаю участвовать больше ни в каких экспериментах! Не желаю быть вещью в чьих-то цепких рученьках! Я успокоилась, свернулась калачиком и принялась обдумывать план побега. И тут снова ко мне заглянула Леда:

– Лежишь? Ну лежи, отдыхай и готовься стать наседкой. Мой тебе совет, влюбляйся потихоньку в великого мужа, готовься к посещениям господина. Придёт и твой звёздный час, заведёт господин и тебя в фиолетовый будуар.

С этим и ушла Леда тихо притворив дверь. Только сейчас я поняла, как же я была счастлива в обществе взбалмошной и неутомимой на веселье Душечки, и как же мне сейчас плохо. Всю ночь я металась в постели, то засыпая беспокойным коротким сном, то вскакивала как в горячке. На утро я проснулась поздно и совершенно разбитая, зато полная решимости совершить побег. Куда бежать? Ещё придумаю, куда. Когда бежать? Как буду готова. Готова? Надо собрать узелок еды, питья и немного одежды. Всё, я не могу тут больше оставаться. Мои нервы на пределе. Я не вынесу больше этих голых тисканий с господином или ещё что-то такое подобное.

Завтрак на подносе мне принесла девушка. Есть совершенно не хотелось, но нужно копить силы для побега, и я всю еду заставила себя затолкать в рот и проглотить. Одежду я поискала во встроенном шкафу и там обнаружила прелестное платьишко просторного кроя с широкими рукавами. Вот то, что доктор прописал! Я быстро нарядилась в обнову и собралась уже выйти во дворик погулять. На самом деле я решила разведать обстановку. Надо как-то исхитриться и тихонечко разведать в каком я городе проживаю сейчас и далеко ли до ближайшего пункта агентуры стражей Галактики. Вот только последнее мне точно не выяснить.

И только я так серьёзно пригорюнилась, как совсем по земному обычаю постучали в дверь. Здесь в комнаты не входят со стуком. Здесь не принято чужим вообще ходить по личным комнатам. Обслуга ходит бесшумно и в определённое время уборки помещений, домоправительница появляется также в определённые часы и бродит везде бес спросу. Такие как я могли входить только в определённые апартаменты, да и то по приглашениям.

Ещё разок постучали коротко и достаточно требовательно, чтобы понять, что это не шуточки. Дверь медленно отворилась. Я стояла замерев по стойке смирно посреди комнаты и ждала чего угодно только не того, что случилось дальше. На пороге стоял мой сын Андрей. Андрей, Андрюшка, Дюшка, восстановленная особь мужского пола, – как ни назови, всё равно родной мой человечек.

– Андрюшка, дорогой мой! – Я бросилась ему на шею и так в него вцепилась, что тот не смог отстраниться.

– Мама, собирайся, ты едешь домой, – голос сынульки по прежнему был беспристрастным. Мой вопль радости на полпути запнулся:

– Когда я еду домой?

– Прямо сейчас и едешь домой! Собирайся, – сынулька стоял в чужих покоях истуканом и ждал меня.

– Так я готова!

– Пошли домой, мама, – сказал сын буднично и вывел меня из опостылевшей комнаты. Только тут я опомнилась и ослабила хватку. Я перестала виснуть на могучем плече сыночка моего блудного и схватила его за руку, совсем как раньше в его детстве:

– Веди меня! – И он повёл меня. Всё происходило, как раньше, только тогда в его детстве это я вела его за руку домой, а теперь он меня повёл.

– Как ты меня нашёл? – Прозвучал вопрос, едва мы покинули шикарный дом господина и моего несостоявшегося мужа.

– На тебе же чип. Забыла?

– Они так просто отпустили меня? Что ты сделал?

– Я выкупил тебя, мама. Деньги в этом мире имеют большую власть.

– И господин был не против? – Удивилась я.

– Господин был только рад отпустить тебя на все четыре стороны. Только не тебя, а Ривьеру. За тебя как Ривьеру он получил гораздо больше даже, чем ожидал.

Мы уселись в автомобиль и покатили прочь от страшного дома с его странными и непонятными обычаями и обитателями. Мне так не терпелось оказаться под защитой стражей Галактики, что дорога показалась бесконечной, автомобиль неудобным, а его скорость крайне маленькой. Я вся извелась, издёргалась. Наконец, сын притормозил у какого-то здания и со словами:– Приехали, выходи! – Открыл мне дверцу. Я буквально выскочила из машины и в пять секунд оказалась у дверей здания. Я и сама не ожидала от себя такой прыти. Конечно, я потом устала, когда мы долго и нудно штурмовали коридоры, но это была усталость счастливого человека, усталость человека освободившегося из плена. Сын терпеливо водил меня по всем инстанциям. А я всем чиновникам и не чиновникам широко-широко улыбалась. В тот зал, где меня должны были заморозить, а тело моё отправить домой в Солнечную систему, я вошла как королева и пребывала в совершенно блаженном состоянии. Здесь меня ждала уже подготовленная к заморозке криокамера. Утютю, моя родименькая! Мне хотелось её обнять и расцеловать, как живую. И тут я опомнилась и повернулась лицом к Андрюшке:

– Ты знал, что меня закинуло в это время?

– Мне доложили.

– Ты меня искал?

– Зачем? Ты сама меня нашла.

– Андрюшенька, ты знаешь, по какой причине меня закинуло далеко в будущее?

– Мы испытывали новое оружие, прости, – последнее слово прозвучало совсем тихо.

– Ну что ты, милый, путешествие на сто лет вперёд – это самое лучшее, что случилось со мной, не считая твоего рождения, дорогой! – Я послала ему воздушный поцелуй и напевая: " пусть всегда будет солнце", – полезла в криокамеру. Я была совершенно уверена, что не увижу больше моего сыночка. Да у него и так всё в порядке, я ему не нужна, надо отпустить взрослого ребёнка. Я с улыбкой смежила веки и упала в кромешную тьму.

Мне показалось, что я тут же и очнулась. Моё возвращение домой отменили? Мне помог выбраться из капсулы один из агентов в чёрном. Сына нигде рядом не наблюдалось. Я недоумённо повертела головой и спросила:

– Где я?

– На Марсе, – люди в чёрном всегда отличались лаконичностью и этот тоже не являлся исключением. В этот раз я много хуже перенесла транспортировку. Меня нещадно знобило, волнами накатывалась дурнота. Я боялась, что опозорюсь и тут же опустошу свой многострадальный желудок. Видя моё странное состояние два человека в чёрном сначала напоили меня каким-то тёплым отваром, а потом доставили в дом Душечки. Мы спланировали на крышу рядом с лифтом. Всю дорогу я сидела с закрытыми глазами, боролась с дурнотой. Мой организм очень медленно приспосабливался к нормальной жизни. Мне помогли выбраться из летательного аппарата. Агенты со мной вежливо распрощались и удалились на флаере восвояси. Я в изнеможении присела на диван, что располагался рядом. Никто меня не встретил, дом казался пустым и безжизненным, но не заброшенным. Кругом было чистенько и прибрано. Дом был готов к приёму гостей. Я достала из тумбочки плед и закуталась в него. Захотелось пить, горло саднило как при ангине. Что-то я совсем расхворалась. Я щёлкнула пальцами, подскочил откуда ни возьмись робот-официант, предложил открыть бутылочку виноградного сока. Я согласно кивнула. Тут же организовался маленький журнальный столик с бутербродиками, вазой фруктов и двумя бокалами для сока. В один бокал официант налил виноградный сок, а во второй гранатовый. Технологии и те с причудами. Я махнула рукой отпустив робота и принялась смаковать напитки. А что ещё мне оставалось делать? Голова уже так не ныла. Я потихоньку приходила в себя. А, вспомнила, почему мне так худо! Я же была видоизменена на той чужой планете, а тут меня привели в свой образ и незамедлительно заморозили. Так организм реагирует на всяческие мутации. Боже, я чувствую себя лопнувшим воздушным шариком. Никогда больше не соглашусь на генные изменения.

Я мысленно напряглась, включился визор. Ну и что там новенького напридумывали за моё отсутствие? Новенького оказалось много, и новенькое оказалось ошеломительное. Как много новых миров изучили и при чём дальних миров! Как много интересных проектов воплотили в жизнь! Внутри меня зашевелился червь сомнения. Не скакнула ли я снова лет так на пятьдесят вперёд, и не подойдёт ли ко мне внучка Душечки и не начнёт со мной знакомство? Мне стало дурно. Виски заломило, Мир принялся вращаться вокруг дивана, на котором я полулежала. Я бездумно пялилась в визор и ничего не понимала. Хотя у меня мозгов хватило сообразить, что дважды снаряд в одну воронку не падает. Я не могла снова резко скакануть в будущее, да меня бы и встретили стражники. Понятно, что Душечка не могла меня встретить, так как где-то вдали бороздит космос. Моя внученька уже давно покинула Солнечную систему и служит отечеству где-нибудь на краю Галактики. Увижу ли я её когда-либо? И без моей Душечки мир Марса стал пустым и неинтересным. Семён и Аллочка тоже видно где-то далеко.

Я сидела на крыше, потягивала сок и грустила. Сколько же лет прошло с того момента, как я надумала навестить Андрюшку? Видимо много потому, как по визору на все лады обсуждали возвращение нашего звездолёта с далёкой Веги. Название у звездолёта было такое же красивое, как и сама звезда "Альбатрос". Тут продемонстрировали краткое интервью с капитаном корабля Александром. Я решила проникнуться моментом и посмотреть повнимательнее, как же выглядят капитаны таких огромных и значимых кораблей. И кого же я там увидела? Не поверите! Моего замечательного космокапитана! Его милая улыбка маячила во весь экран. Его прекрасные зелёные глаза смотрели на меня и казалось проникали в саму душу. На остальную команду я даже и не поглядела, не могла оторвать своего взора от прекрасного мужчины. Кажется он стал ещё красивее, ещё обаятельнее. Или мне только показалось? Именно сегодня команду освобождают от обязательного карантина, что длился месяц. Врачи подтвердили готовность команды к общению с народом. Я машинально мысленно запросила текущую дату и ещё раз поразилась сложившимся обстоятельствам. Сегодня значилось 24 июля 2135 года согласно летоисчислению Солнечной системы. Не может быть! Я болталась в космосе целых десять лет! То-то мне сад показался зрелым. И все эти годы заботливые руки или лапки присматривали за нашим домиком, вели так называемое хозяйство, обрезали кусты, формировали фруктовые деревья, приводили в порядок садовые дорожки, чистили пруд с нашими рыбками, следили за чистотой пола в комнатах, за влажностью и температурой в помещениях. Да мало ли чего ещё надо было делать в большой красивой усадьбе! Моя бесбашенная Душечка всё предусмотрела и правильно на долгие годы запрограммировала все действия "умного дома". Теперь эта усадьба служит гостевым домом для родни и друзей, а значит и для меня тоже. Моя взбалмошная и вместе с тем верная внученька давно уже перешагнула своё пресловутое столетие и покинула Солнечную систему. Я бегло вспомнила памятку о человеке восстановленном и совершенно натуральном.

Памятка.

После процедуры восстановления у человека испытуемого притупляются эмоции. Индивид после прохождения процедуры считается завершённым и практически совершенным. Восстановление организма проходит на клеточном уровне. После процедуры человек приобретает способность регенерации. Полученный "человек разумный" более приспособлен для аналитической деятельности и для освоения глубокого космоса.

Страшно представить такой мою искромётную всегда позитивную внученьку. Мне помимо своей воли стало грустно. Я крепко задумалась о своём житье-бытье, даже пригорюнилась. Сынулька так занят, что ему не до меня, да оно и понятно, Галактику нашу охраняет. От кого? От этих лимонных, у которых я немного погостила? А может есть кто и похуже, повоинственнее? С этим восстановленным всё понятно, всё по взрослому. Внуки разбежались в пространстве и времени как тараканы. Семья оставила меня. Придётся как-то дальше жить, заводить подруг, а это в моём почтенном возрасте, ой как непросто. Рука потянулась в мини-бару, что у Душечки располагался под цветочным горшком с геранями. Сейчас накачу креплёного сливового и успокоюсь. Машинально достала два чистых бокала. А, пусть будет! Стало лень убирать в шкафчик лишнюю посуду. На всё вдруг стало наплевать.

Я потихоньку смаковала сладенькое вино. На столике красовалась полупустая пузатая стеклянная бутылка настоящего вина и два хрустальных бокала, когда на крышу присел флаер. Очередные Душечкины приятели? Вполне возможно.

Я подняла затуманенные глаза на летательный аппарат и решила, что сплю, и всё это мне привиделось. Из флаера одним махом выскочил и с военной выправкой зашагал ко мне мой любимый, мой ненаглядный, мой космический капитан. В руках он держал огромный букет алых роз. Мужик подошёл и сходу протянул мне цветы, приложился к ручке, то есть по старинному поцеловал кончики пальцев. Я чуть приподнялась и тут же бухнулась обратно в подушки. Ноги не держали меня. Я в ступоре смотрела в его ясные добрые глаз и не верила себе. Явь это или выдумка? Космокапитан в своём белом мундире с золотистыми эполетами бодренько преклонил передо мной колено и протянул заветную коробочку:

– Ты станешь моей женой? О нет, не так… Дорогая, Никки! Моя обожаемая женщина из прошлого века! Вы – мой талисман, вы – мой свет в окошке, вы – моя верная дорога домой. Вы изволите стать моей спутницей жизни? Только скажите "да", и мы больше никогда не расстанемся. Ваш образ, как бальзам на мою израненную одинокую душу. Всю прошлую экспедицию я мечтал о встрече с вами. Да мы крайне мало знаем друг друга, но для того и заключаются браки, чтобы сблизиться. Вы согласны стать моей супругой?

Я испугалась, что парень устанет стоять в такой неудобной и хоть и символичной, но крайне напряжённой позе. Я побоялась, что капитан не сможет подняться. Но всё случилось как надо.– Да, – сипло вырвалось из меня. Конечно, воспитанная девушка должна была взять паузу на раздумье, но я видимо не достаточно хорошо воспитана. Или очень замуж хочу. Я приодетая в голубой костюм гостя планеты, только что из карантина, сидела и не могла пошевельнуться от осознания важности момента. Я вцепилась в этот букет алых роз и только и могла, что блаженно улыбаться. Жених отобрал у меня из рук букет, сунул веник роботу и аккуратно окольцевал, мягко поцеловал в губы и умчался восвояси.

Не знаю, сколько времени я так просидела на кожаном диванчике на крыше дома своего, наверное достаточно долго. Шумел ветер, запутавшийся в кронах зреющих яблонь и вишен. Стрекотали кузнечики, а по саду разливался одуряющий запах цветущих флоксов. Что и на Земле такие же бешеные кузнечики? И флоксы также ярко пахнут? Я пребывала в странном состоянии. Если это был сон, то откуда рядом со мной в переливающейся матовой вазе стоял на столике огромный букет роз? На мой безымянный пальчик было явно что-то надето, и это что-то оказалось скромненьким сияющим внутренним светом голубеньким колечком. Я что, правда теперь невеста этого шикарного гражданина?

В ощущении полного блаженства я полистала визор, он по моему мысленному приказу послушно завис над столиком и выдавал чёткие объёмные картинки. Визор ненавязчиво мурлыкал светские новости. Я вдруг услышала нечто знакомое и встрепенулась:

– Великий очаровательный космокапитан наконец выбрал себе подругу жизни. Увы, он теперь помолвлен и хранит имя своей избранницы в тайне. Так что, девочки, одним шикарным и очень завидным женихом стало меньше. Ищите невесту, что хвастается колечком, которое является единственным во всей нашей Галактике, эксклюзив так сказать. Колечко выковано из редчайшего металла прозрачного голубого цвета.

Во весь экран засияло моё кольцо! Я перевела взгляд с визора на свою правую руку и принялась разглядывать небольшое и кажется ничем не примечательное колечко. Вроде ничего в нём не было особенного. Кто бы мог подумать, что оно такое редкое, а значит и очень дорогое! И как мне теперь себя вести? Меня же мигом рассекретят и завалят приглашениями на званые обеды и ужины! Я ломала голову над таким пустяком, а между тем…

Не прилетел флаер, не позвонил никто в калитку, не завыла сирена охраны здания, словом ничего и не произошло. А около лифта стояли инопланетяне, или как их здесь называют, гуманоиды. Я только моргнула глазом, а они вдруг появились. С чего я взяла, что это не люди? Кожа у них была бледно-голубого цвета и немного излучала свечение. Они дружно и неторопливо двинулись в мою сторону. Ко мне медленно и неотвратимо приближались существа в белых прозрачных одеяниях, которые красиво развевались на ветру и были такие длинные, что шлейфами скользили по покрытию крыши. Шагов не было слышно вовсе. Всего их было пятеро гуманоидов с суровыми непроницаемыми лицами, одетых в белые до пят балахоны чем-то схожие с нашими земными халатами. Инопланетяне приближались ко мне, как что-то страшное и неотвратимое. Я поняла, что мне пришёл конец, и это час расплаты.

Один из пятерых выдвинулся вперёд, наверное, он был главным в команде и произнёс тихо, но так, что у меня по спине побежали мурашки:

– Мы от лица всей нашей расы приносим извинения за причинённые неудобства. Видите ли наши необдуманные действия повлекли за собой ваше перемещение во времени. Мы намерены устранить возникшую аномалию в пространстве и времени и считаем себя обязанными вернуть вас на исходную точку в ваш исторический момент.

И тут я осознав всё происходящее, рванула со всех ног к запасному лифту. И зачем я побежала? Мозгами я понимала, что от таких дяденек не убежать, бесполезно, ведь ломанулась же. Я рванула с ходу в карьер повинуясь своему внезапно проснувшемуся звериному чутью. Звериное чутьё меня не обмануло, это были далеко не люди. Я даже не знаю, кто это мог быть. Инопланетяне? Мутанты? Или быть может наши, в смысле землян, потомки далёкие и очень продвинутые во всех смыслах. Они похоже могли с лёгкостью управлять не только пространством, но и временем.

Я замерла в прыжке. Моё сердце стукнуло в последний раз и перестало биться. В следующий миг я уже сидела на лавочке и пыталась выравнять дыхание. Морозный воздух врывался в лёгкие. Падал пушистый снег. Мороз казался небольшим, но я сразу основательно продрогла. Я тяжело поднялась с лавки. Все годы, все мои прежние болячки навалились на меня скопом. Городская ёлка сияла лампочками, в их свете поблёскивали разномастные игрушки. Минут пять я любовалась этим праздничным зрелищем, потом вздохнула тяжко и отправилась домой, то есть в свою унылую халупу.

Не дали мне в роскоши на старость лет понежиться. Я топала в своих разболтанных и очень удобных сапогах на грубом искусственном меху, в своей смешной удлинённой курточке и вязаной шапочке. Всё правильно, так и должно быть. Решила, что завтра позвоню сыну. И вдруг телефон истошно завопил, я ответила:

– С Новым годом, мама! С новым годом и Рождеством! Прости, что не заходили в гости. Привет от Иры и хватит дуться! Не дуйся на неё. Она тебе привет передаёт и в гости зовёт.

Слёзы застили глаза.

– Что молчишь, не рада?

– Рада я, рада! – Сипела я в телефон. – С Новым годом! С Рождествм! С новым счастьем!

Завтра же сама к ним в гости сбегаю и непременно с тортиком. Так всё и случилось . Я пришла к ним с тортиком, и мы помирились. Я так и не вспомнила из-за чего же мы тогда поругались. Ну да, бог с ним! Так я и жила дальше ни хорошо, ни плохо в своём времени, в своей обыденности.

Прошёл месяц. Я варила суп, и из рук выпала нечаянно крышка от кастрюльки, она тихо звякнула при падении. Я тут же наклонилась и подняла её с пола, надо сполоснуть.

Передо мной стояла Надюшечка под руку с небесизвестным Майклом. Выглядели они оба так, словно только что расстались со мной. Они держались как дети за руки и казались вполне собой довольными. Оба одеты с иголочки. За последний месяц я уже стала забывать, как можно шикарно одеваться, местные мои знакомые являлись обыкновенными пролетариями. Оба супруга широко улыбались, забавляясь моей реакцией. Говорила Душечка от себя и от лица мужа:

– Пойдём к нам! Без тебя не так весело. Кстати, мы развелись официально.

– Зачем развелись?

– Чтобы снова пожениться. – в словах Душечки как всегда не было логики.