Kitobni o'qish: «Шмырлин день рождения»
Шмырлин день рождения
Глава первая. Мы знакомимся со Шмырлей и узнаем о волшебном сундуке
В лесном краю, на берегу тихой, но довольно глубокой речки, есть маленькая деревенька…
– Скучное начало! – скажете вы. – Что интересного может случиться в какой-то маленькой деревне!
Но все-таки, это не так. Ведь даже в самой маленькой деревеньке, в тихой и размеренной жизни обыкновенных людей могут случиться самые необыкновенные события.
Давайте же познакомимся с героем нашей истории. Его зовут Шмырля. Возможно, это имя покажется вам необычным, но оно ему очень подходит.
Шмырля ничем не отличается от самого обычного мальчишки. Он и есть самый обычный мальчик. Его веселую мордашку украшает россыпь веснушек. Зимой их чуть поменьше, а летом – чуть побольше. Но мы знакомимся со Шмырлей летом, поэтому сейчас он выглядит так, как будто только что красил забор коричневой краской.
Шмырля живет вместе с мамой, папой и тетушкой Ровиной в небольшом, но очень уютном доме в самом конце улицы, у лесной опушки. Сейчас этот дом чисто прибран и нарядно украшен в ожидании большого праздника. Ведь завтра у Шмырли день рождения!
Но давайте не будем ждать до завтра, а начнем наш рассказ прямо сейчас.
В ночь накануне своего дня рождения Шмырля долго не мог уснуть. Его тюфячок, набитый мягкой соломкой и всегда такой уютненький, вдруг стал жестким и колючим. Шмырля вертелся, как пескарь на сковородке, снедаемый жгучим любопытством: что же ему подарят? Он не сомневался, что все подарки будут прекрасными, но больше всего он раздумывал о том, что же подарит ему его бабушка. Бабушкины подарки всегда отличались необычностью и даже, можно так выразиться, некоторой непредсказуемостью.
Впрочем, и сама бабушка была особой непредсказуемой. Эта слава закрепилась за ней еще в молодости, когда она, совершенно неожиданно для всей родни, вышла замуж за Кранча, у которого, говорят, в роду были волшебники. Насколько это было правдой, никто точно не знал, но правда то, что сам Кранч любил фокусы и сюрпризы. Он частенько разыгрывал шутки над соседями и друзьями. Поговаривали даже, что у него была волшебная шляпа, из которой он умел доставать самые необычные вещи. Правда и то, что в один прекрасный день Кранч исчез, не прихватив ничего из своего имущества. По одним сведениям он отправился в путешествие на ковре-самолете, по другим – просто сбежал из дома (вторая версия всегда вызывала у бабушки только гневное фыркание). Так ли или иначе было дело, но у бабушки в доме остался его сундук со всякими интересными вещами.
Сундук этот притягивал Шмырлю, как магнит. Но бабушка ни разу не поддалась на шмырлины уговоры открыть его. Сам сундук тоже был с характером и иной раз не поддавался никаким ключам и уговорам открыться.
И что бы вы думали – примерно с неделю назад Шмырля нечаянно услышал, как бабушка говорила его маме:
– А что, Гортильда – маму звали Гортильда, хотя она очень стеснялась такого звучного имени и представлялась при знакомстве просто Горта, – он уже становится взрослым и не так нуждается в детских игрушках. Пожалуй, я попробую подарить ему что-нибудь из Сундука, если, конечно, он захочет открыться!
Вот после этих слов Шмырля и перестал спокойно спать по ночам. Он готов был съесть оставшиеся семь листочков календаря, если бы это помогло хоть на минуту приблизить день его рождения.
И вот неделя ожидания подходила к концу. "Интересно"– подумал Шмырля, в пятнадцатый раз переворачиваясь с правого бока на левый, -"А что, если она подарит мне ковер-самолет! То-то было бы здорово! Тогда бы я мог слетать в Дальний Лес, и наловить там рыбы в озере! Или набрать самых вкусных грибов, которые только там и растут…"
"Нет", – сказал он сам себе, переворачиваясь с левого бока на правый, – «пожалуй уж лучше пусть это будет шапка-невидимка. Вот было бы интересно прийти в ней в школу! Я бы мог здорово позабавиться!» И Шмырля захихикал под одеялом, представив, как будет выглядеть лицо его друга Шмуньки, если он схватит его портфель и подкинет до потолка, оставаясь при этом невидимым. Или нарисует рожицу в тетрадке своей соседки Ратунки, чтобы не хвасталась, какая она аккуратная. Вообще-то, Ратунка Шмырле немножко нравилась, но он никому бы в этом не признался, даже Шмуньке.
Третьего варианта подарка Шмырля придумать не успел, потому что его глаза наконец сомкнулись, и он уснул. И снилось ему, как он летит на ковре-самолете в шапке-невидимке, а следом за ним бежит соседка, тетя Ларина, с криком: "Ковер взбесился, улетает, держите!!!" Следом за ней бегут собаки, заливаясь лаем, и вдруг у собак вырастают крылья и одна из них догоняет ковер и хватает его, Шмырлю, за штанину. В этом месте он проснулся и увидел, что уже давно наступило утро. Оказалось, что это озорник пес Ластик, ворча, тянет его за пижаму и изо всей силы виляет хвостом, будто говорит: "Ну что, соня, залежался? Давно день на дворе!"
И какой это был день! На веранде был накрыт стол для праздничного завтрака. В Шмырлиной деревеньке вообще любили поесть, и особенно по случаю праздников. В дни рождений праздничный завтрак нередко переходил в не менее праздничный обед или даже в очень торжественный ужин. Тем более, что гостей никогда не приглашали на назначенное время – каждый мог прийти, когда ему вздумается и сидеть, сколько ему захочется.
Шмырля залпом выпил свой стакан молока, проглотил кекс и, не обратив внимания даже на именинные маленькие пирожные, которые просто таяли во рту, сремглав понесся в сад.
– Почему же в сад? – наверное, удивились вы. Да потому что в семье Шмырли существовал обычай – не просто дарить имениннику подарки, а прятать их по всему саду в самые укромные уголки и неожиданные места. Иногда имениннику приходилось изрядно потрудиться, чтобы разыскать все свои подарки. Как-то раз папа закопал брошку для мамы под яблоню, но второпях забыл, под какую. Под вечер, когда мама совсем уже валилась с ног, на поиски подарка отправились все гости и домочадцы. Дети долго с восторгом вспоминали, как весело было бегать по саду с фонарями и лопатами, как папа по ошибке выкопал мамин любимый клубничный кустик, а мама с торжествующим воплем вытащила из– под корней яблони кость, которую Ластик закопал там после обеда. Увидев, что за находка у нее в руках, мама почему-то перестала торжествовать, но папа уверил ее, что это – совсем не то, что она думает, то есть вовсе даже не ее подарок. Кость вернули Ластику, который тут же ее перепрятал, а все гости вернулись за праздничный стол, изрядно проголодавшись после беготни по саду. Наутро еще недавно миленький садик выглядел так, как будто ночью там происходило празднество сумасшедших кротов – все грядки перекопаны, деревья подрыты, на грядках холмы и рытвины. А виновница всего этого – маленькая золотая брошка – перекочевала рано утром в гнездо сороки, которая углядела ее острым птичьи глазом в одной из земляных куч.
Но вернемся к Шмырле. Он уже нашел чудесную новую удочку, искусно спрятанную в ветвях вишни, разноцветный зонтик, ручка которого торчала из корзины с огурцами и рубашку в яркую красно-зеленую клеточку, которая свисала, как флаг, с крыши сарая.
"Неужели это все?! – подумал он. – Неужели бабушке не удалось уговорить сундук открыться…"
Безусловно, подарки были прекрасные, он о них давно мечтал, особенно об удочке – Шмырля очень любил рыбачить– но ему так хотелось получить еще что-то волшебное!
И в этот самый момент из дома послышался мамин голос:
– Ну-ка, именинник, иди встречать бабушку!
Глава вторая. Чудесный подарок
Шмырля вихрем пронесся через веранду и помчался к калитке. Бабушка уже входила во двор. В руках у нее была большая коробка, перевязанная бечевкой. Шмырля завороженно уставился на коробку.
– Это мне? – выпалил он. И тут же поправился: -Я хотел сказать, прошу к столу, бабушка, не угоститесь ли пирожными?
– Угощусь. – коротко ответила бабушка и направилась на веранду, по-прежнему крепко держа коробку.
Допив третью чашку чая, бабушка, наконец, повернулась к Шмырле и сказала:
– Похож ты на моего старика. Что бы там ни говорили, а родню издалека видно.
После этого загадочного вступления она развязала бечевку и протянула Шмырле коробку.
Дрожащими от волнения руками Шмырля открыл свой подарок. В коробке лежала шляпа. Самая обыкновенная, потертая, немного испачканная с одного бока и немного дырявая с другого (справедливости ради надо отметить, что дырочка была совсем небольшая).
– Шапка-невидимка! – завопил Шмырля в восторге. Он тут же сунул голову в шляпу и побежал смотреться в зеркало. В зеркале он увидел всего себя, от веснущатой мордашки до стоптанных башмаков. В недоумении он вернулся на веранду.
– Что, милок, – хихикнув, сказала бабушка, – не мешало бы сначала послушать, что старуха-то скажет, а?
– Бабушка, а что это за шляпа? – спросил Шмырля.
– Вот так-то лучше – довольно сказала бабушка. – Так вот, вовсе это не шапка-невидимка. Из этой шляпы ты сможешь достать то, что очень сильно захочешь. Но только что-то одно. И только сегодня, в день твоего рождения.
Шмырля взял свою новую старую шляпу и вышел в сад. Он забрался с ногами на свою любимую "думательную" скамейку, спрятавшуюся под раскидистым кустом жасмина, на которой так хорошо думалось, и… Мысли вертелись у него в голове, сталкиваясь и разлетаясь в стороны.
"Ковер-самолет"– подумал он, представляя, как летит на нем в школу, на зависть всем ребятам. "Нет, пожалуй, лучше сапоги-скороходы – тогда я смогу бегать, куда захочу…"
Но в этот момент Шмырлю позвала мама, посоветоваться, какие подарки дарить гостям, и он побежал в дом, крепко держа обеими руками свой драгоценный подарок.
В доме уже начиналась праздничная кутерьма. Самые ранние гости сидели за столом и завтракали, мама и тетушка Ровина бегали с веранды на кухню и обратно, Ластик путался у всех под ногами, а из кухни доносились такие чудесные ароматы, что с ними можно было бы съесть и ножку от стула.
В доме Шмырлю уже поджидал его лучший друг Шмунька. Больше всего Шмунька был похож на маленького шмеля – крепенький, с копной взъерошенных рыжих волос на круглой голове. К тому же он был страшным непоседой и болтуном, а если добавить, что он очень любил надевать полосатые рубашки, то станет понятно, почему его так и прозвали -"Шмель".
– С днем рождения, где ты ходишь, а что это у тебя? – завопил он радостно, увидев Шмырлю.
– Шляпа. – коротко ответил Шмырля. – Бабушка подарила.
– А зачем? – удивился Шмунька.
– Она волшебная. Из нее можно что-то достать, только я пока еще не знаю, что…
– Ух ты! – выдохнул Шмунька. Вправду волшебная? Это что, из Того Сундука, да? Дедушкина, да? Дашь посмотреть?
– Шмунька пощупал шляпу.
– Смотри-ка ты, дырявая… И второго дна нет. А что из нее можно достать?
– Понятия не имею, – признался Шмырля. Бабушка говорит, что все, что захочу. Только я не знаю, чего хочу. То есть, знаю, но не совсем…
– Ну и дела! – восторженно присвистнул Шмунька. – Слушай, а ты меня позовешь, когда будешь…ну это… вытаскивать. Ладно?
Шмунька повертел шляпу в руках и с сожалением вернул другу.
– А еще что тебе подарили?
– Больше ничего волшебного, – ответил Шмырля и показал Шмуньке подарки, найденные в саду. При виде удочки Шмунька снова оживился.
– Ого, новая удочка! Вот здорово! – Шмунька взмахнул удилищем, чуть не зацепив вазочку, стоящую на комоде.
– А давай пойдем завтра на рыбалку в Дальний Лес! – вдруг загорелся он.
– Так нас же одних не пустят – вздохнул Шмырля.
– А мы вовсе даже и не одни пойдем! К нам мой дядя приехал, ты что, забыл? Он меня уже вчера на рыбалку брал и еще обещал!
– Здорово, когда есть дядя! – позавидовал Шмырля Шмуньке.
Вообще-то у Шмырли тоже был дядя, брат его мамы. Но он был так далеко, что с тем же успехом мог бы не существовать вообще. Последний раз Шмырля видел его, когда был совсем маленьким, так что даже и не помнил, как тот выглядит. Дядя любил путешествовать, но все как-то у него не получалось припутешествовать домой. Раньше иногда он присылал письма из каких-то дальних стран, которых Шмырля и на карте-то найти не мог, но и этих писем уже давно не было. По последним слухам дядя поселился в какой-то стране далеко за морем, и был занят там чем-то очень важным. Таким важным, что никак не мог найти время, чтобы приехать в гости к сестре. Каждый год Шмырля надеялся, что дядя вспомнит о его дне рождения и все же приедет, или хотя бы пришлет письмо, но этого все не случалось.
"А как бы было здорово,– подумал Шмырля, -"поехать куда-то с дядей, или пойти на рыбалку, или послушать рассказы о дальних странствиях… Папа все время работает да работает, а вот уж с дядей-то мы бы обязательно пошли на озеро в Дальний Лес. Там рыба клюет так, что только успевай вытаскивать – не то, что в нашей речке!»
И Шмырля так живо представил, как он идет по улице с новой удочкой, крепко держа Своего Дядю за руку, и говорит всем встречным: "Мы с дядей идем на рыбалку!" Ему вдруг так захотелось, чтобы это было на самом деле! И тогда, совершенно неожиданно для себя, Шмырля заглянул в подаренную ему шляпу, зажмурил глаза и прошептал: "Хочу…Хочу дядю!"
Глава третья. Дядя Аргонзий
Шмырля открыл глаза. Совершенно ничего не произошло. Никого и ничего нового в комнате не появилось. Шмунька уже побежал на веранду заправляться пирожными, и Шмырля, со вздохом положив шляпу на комод, чтобы Ластик не утащил, повернулся, чтобы пойти за ним вслед. Тут ему показалось, что он слышит какой-то шорох.
Шмырля обернулся. Шорох слышался со стороны шляпы. Она перевернулась вверх ногами (впрочем, поскольку у шляпы нет ног, то, пожалуй, вернее было бы сказать "вниз дном") и из нее показалось что-то круглое. Это была голова. На голове была шляпа, очень похожая на ту, из которой она появилась – такая же потертая и немного испачканная. Чуть пониже шляпы сверкали два маленьких черных глаза, между которыми висел нос, похожий на большую картофелину и, наконец, появились огромные черные усы.
Шмырля протер глаза. Все происходящее было настолько необычным, что на мгновение ему показалось, что он спит, и все это ему снится.
С комода раздался скрипучий голос:
– Куда это вы меня затолкали? Что за безобразие! Иду в ресторан, и вдруг поднялся этот дурацкий ветер, меня куда-то заталкивают, весь костюм помяли! Где это я?
– А ты кто такой? – маленькие глазки с подозрением уставились на Шмырлю. -Это твои штучки? Да не стой столбом, помоги мне слезть с этого комода!
– Добрый день! – вежливо поздоровался Шмырля, подставляя стул к комоду. – Меня зовут Шмырля. А вы, наверное, мой дядя!
Вообще-то он немного растерялся, так как не очень-то верил, что его дядя действительно появится здесь. К тому же он представлял его высоким, молодым и веселым. Из шляпы же вылез маленький человечек со скрипучим голосом и недовольным лицом.
– Ну где же ты, сынок? – позвала мама с веранды. – Иди встречать еще гостей!
Шмырля ничего не ответил. В коридоре раздались быстрые шаги, дверь распахнулась, и в комнату вошла мама.
– Что ты тут… – начала говорить она, но тут взгляд ее упал на комод, с которого, кряхтя, слезал незнакомец из шляпы.
– Аргонзий…– прошептала мама. – Как, откуда, когда…
И, когда она бросилась обнимать маленького человечка, Шмырля понял, что это действительно, его дядя.
Да, этот день рождения запомнится всем надолго! По всей округе пронесся слух, что приехал Шмырлин дядя, поэтому гостей было еще больше, чем обычно. Дядя сидел на почетном месте за праздничным столом, уминая пироги и беспрестанно накладывая себе на тарелку пирожные. О своем появлении из шляпы он умалчивал, говоря всем, что приехал из дальней страны к племяннику на день рождения.
Единственное, что омрачало Шмырлину радость – ему казалось, что дядя Арго не слишком-то рад своему неожиданному визиту к родственникам.
"Ну ничего,"– утешал себя Шмырля. -"Это, наверное, из-за того, что ему пришлось вылезать из шляпы и еще сидеть на комоде. Вот завтра он отдохнет, прийдет в себя, и мы сможем пойти на рыбалку".
Но весь следующий день дядя ворчал. С утра он жаловался, что кровать была твердая, а одеяло слишком тонкое, что сверчок ночью мешал ему спать, что его разбудили слишком рано (хотя на самом деле никто его вовсе не будил), что завтрак подали слишком поздно и что не было его любимого сорта кофе.
После завтрака дядя Арго прошествовал в гостиную и уселся на диван.
– А где у вас телевизор? – недоуменно огляделся он по сторонам.
– У нас его нет, – ответил Шмырля.
– То есть как это -нет?!! – поразился дядя. – Что же вы тогда делаете по вечерам и в выходные, если не смотрите телевизор?
– По вечерам мы любуемся на закат, вон из того окна! А потом смотрим на огонь в камине и рассказываем разные истории. А вы, дядя, расскажете нам что-нибудь интересное о своих путешествиях? Пожалуйста! – воскликнул Шмырля.
– Посмотрим, проворчал дядя в усы. – Ну а куда у вас тут можно пойти поразвлечься? На деревенскую ярмарку, что ли?
– Ну, будет тебе, Арго, – сказала мама, входя в гостиную с большим кувшином. -Ты ведь помнишь, как все здесь было. Со времени твоего отъезда почти ничего не изменилось. Может быть, вы со Шмырлей сходите за водой? Старый колодец засыпали, Шмырля покажет тебе новый.
Дядя недовольно фыркнул, но кувшин взял.
Шмырля шел по улице со Своим Дядей, совсем так, как он представлял себе в своих мечтах, но все было совсем не так.
Вечером Шмырля сидел со Шмунькой в саду на скамейке. Конечно же, он рассказал другу все о том, как он загадал желание и как дядя появился из шляпы.
– Но, ты знаешь, по-моему, дяде Арго здесь не очень-то нравится…– со вздохом сказал он. Да и я тоже думал, что он не такой. А теперь вот что делать?
– Может, затолкать его обратно в шляпу? – предложил Шмунька.
– Ты соображаешь, что говоришь? – возмутился Шмырля. – Как это я, по-твоему, должен его туда заталкивать? Или предложишь его туда сыром заманивать, как мышь в мышеловку? И вообще, он в нее не влезет!
– Ну тогда надо его занять чем-нибудь, чтобы ему некогда было ворчать.
– Чем бы его занять… – призадумался Шмырля. – вот ведь теперь новая забота…
– А зачем ты его вообще вытаскивал? Надо было подумать сначала. Говорил же тебе, меня позови. Я бы тебе шапку-невидимку посоветовал или ковер-самолет.
– Я про ковер и сам думал, – признался Шмырля. – Ну да ладно, теперь уже ничего не переделаешь. Я вообще-то хотел, чтобы дядя с нами в Дальний лес пошел на рыбалку…
– Ну так давай позовем его! – предложил Шмунька. – Надо же твою новую удочку испытать. Мой дядя завтра никак не может, а одних нас в Дальний Лес не пустят. Вот нам твой и пригодится!
– Давай! – согласился Шмырля. Он надеялся, что попав в лес, дядя и думать забудет о ворчании и ему там очень понравится. Они договорились встретиться со Шмунькой завтра утром на рассвете.
С вечера Шмырля приготовил две удочки – для себя и для дяди, баночку с наживкой и самое главное – ведерко для улова. Он сложил в корзинку пирожки, оставшиеся от ужина и большую бутылку с вишневым компотом. Теперь все было готово к завтрашней рыбалке!
Когда Шмырля вошел в гостиную, дядя как раз ворчал, что ему совершенно нечем заняться "в этой дыре".
– Дядя, а вы когда-нибудь ловили рыбу? – спросил Шмырля. -Если не умеете, то я могу вас научить. Знаете, как это здорово?!
Дядя подскочил на диванчике и хлопнул по нему рукой так сильно, что цветочки на ситцевой обивке съежились и сложили лепесточки.
– Это я-то не умею ловить рыбу? Да знаешь ли ты, каких огромных рыбин ловил я на острове Каркаса? Одна такая рыба может потопить целую лодку, полную людей, а вот я вылавливал ее сам, без всяких помощников! Я знаю все об удочках и наживках, а лодкой управляю так, что мне завидуют даже опытные капитаны! А однажды я даже попал на небитаемый остров и поймал там рыбу в сети, кторые сделал из своей одежды!
– Вот здорово! – восхитился Шмырля. А я как раз хотел попросить вас пойти с нами завтра на рыбалку в Дальний Лес. Там есть одно озеро, в котором водятся большие рыбы, а мне вчера подарили новую удочку! Пойдемте, дядя, пожалуйста!
– Ну ладно…– согласился дядя. Так уж и быть, пойду с тобой, научу, как правильно рыбачить.
Глава четвертая. На рыбалку!
Дяде Арго снилось, что он едет в трамвае без билета. Трамвай сильно трясло, дядя изо всех сил держался за поручень, чтобы не упасть, и к тому же к нему неумолимо приближался контролер.
– Ваш билет, пожалуйста! – раздался грозный рык контролера и тяжелая рука опустилась на дядино плечо.
– Я оплачу, оплачу! – закричал дядя, пытаясь вырваться их железной хватки контролера, но тот тряс его все сильнее и сильнее, трамвай накренился на повороте, дядя зажмурил глаза и… проснулся!
В комнате было почти темно, лишь в окне виднелась розовеющая полоска предрассветного неба. Возле кровати стоял уже совершенно одетый Шмырля и прыгал Ластик, который все еще немного порыкивал на дядины усы. Он считал, что это какие-то маленькие живые существа, которые нарочно прицепились к дядиному лицу, чтобы Ластик не мог их поймать , а дядино громкое храпение он принял за рычание этих зверюшек и теперь отвечал им тем же, желая показать, кто в этом доме хозяин.
– Вставайте, дядя Арго, на рыбалку пора, уже рассветает! – Шмырля подпрыгивал от утреннего холодка и от нетерпения.
– На рыбалку? – постепенно вчерашний разговор всплыл в дядиной памяти. Вчера он как-то не подумал, что прийдется так рано вставать, но со сна не придумал никакой отговорки и, кряхтя, принялся одеваться. Он даже забыл поворчать по поводу того, что никто не приготовил ему кофе с булочками. Через несколько минут они со Шмырлей уже выходили из дома. Ластика они с собой не взяли, потому что пес имел скверную привычку бросаться в воду каждый раз, как Шмырля закидывал удочку. Он быстро плыл к поплавку, хватал его зубами и приносил Шмырле, виляя хвостом и ожидая благодарности. Разумеется, делал он это из лучших побуждений, желая услужить хозяину, но при этом распугивал рыбу в доброй половине озера.
Шмунька топтался у ворот, с удочкой в одной руке и ведерком в другой.
– Ну наконец-то! – закричал он. – Что вы так долго, я тут замерз уже!
Три путника двигались по дороге в сторону Дальнего Леса. Над ними плыли облака цвета клубничного коктейля – такие же пенистые и нежно-розовые. Серовато-зеленая в утреннем свете трава поблескивала россыпью росы, похожей на камешки на маминой брошке, только камешки эти прямо на глазах становились все мельче и мельче. День обещал быть жарким.
В ветвях придорожных деревьев уже начинали посвистывать первые птицы, вдали темной полоской поднимался лес, и все было так хорошо, что Шмырле захотелось запеть во все горло какую-нибудь веселую песенку.
Дальний Лес встретил путников приятной тенью и прохладой, но, кроме этого, несметными полчищами комаров, которые там водились в изобилии. Шмырля всегда удивлялся, кого же едят эти комары, когда нет никаких путников. Несмотря на то, что в Дальний Лес люди ходили нечасто, комары были очень упитанные, но от этого не менее злые. Они налетели серой звенящей тучей, не дав даже опомниться.
– Не беспокойтесь, вы ведь со мной! – закричал дядя Арго, приплясывая на месте и размахивая во все стороны руками. – Сейчас я отгоню комаров! Я знаю туземное заклинание, от которого все комары попадают замертво!
– Касалабра-кутурамбра! – грозно вскричал он, подпрыгивая и хлопая в ладоши. Но комары, похоже, не заметили его стараний.
– Аркатам – сункратам! – вскричал он еще более грозно, вращая глазами и топорща усы, как кот перед собакой. Как только отзвучало последнее слово, дядя грохнулся на землю и, извиваясь, как червяк, попытался встать, но, видимо, ноги его не держали.
– По-моему, замертво упали не комары, а твой дядя– тихонько прошептал Шмырле Шмунька, наклоняясь, чтобы сорвать несколько листиков травы Акнабаха. Эти листики славились тем, что их сок очень хорошо отгонял комаров и заодно лечил комариные укусы. Друзья натерли целебным соком себя и дядю, поставили его на ноги и потихоньку двинулись вперед по тропинке.
– Странные у вас тут комары! – ворчал дядя. Вот в лесах Таранбайя, где мне приходилось бывать, это заклинание действовало безотказно!
– Наверное, они не понимают иностранный язык – предположил Шмырля, желая утешить дядю.
Вскоре лес впереди начал редеть и в просветах между деревьями показалось Пескаревое озеро. Оно было довольно большое и примерно на середине его возвышался самый настоящий небольшой островок. В кристально чистой воде отражалось голубое небо и плывущие по нему белые облачка. Время от времени по воде расходились круги от какой-нибудь рыбы, и тогда эти, озерные, облачка дрожали и подмигивали своим верхним братьям, словно желая им счастливого пути в неизведанную даль.
Ходили слухи, что островок на Пескаревом озере заколдован, да и по берегам, мол, всякие странности случаются, поэтому мало кто ходил туда рыбачить, но те, кто приходил, никогда не оставался без богатого улова. Рыбы в озере было полным-полно.
Глава пятая. На озере появляется необычная лодка
Солнышко уже перевалило за полдень. В ведерках у Шмырли и Шмуньки плескалось по десятку крупных пескарей – как раз достаточно для хорошего улова, и еще не слишком тяжело, чтобы нести домой через лес. Дяде удалось вытащить пока только одного, самого маленького. Он объяснял это тем, что ему самому рыбачить по-настоящему было некогда – он был занят тем, что все время учил Шмырлю и Шмуньку, как правильно насаживать наживку на крючок, как закидывать удочку, как дергать…
– Надо быстро, одним ловким движением, насадить червяка, – говорил он, роняя четвертого червяка себе в ботинок,
– Потом закинуть удочку, как можно дальше… – после этих слов Шмырле пришлось, подвернув штаны, вылавливать дядину удочку из озера.
– Дергать надо, не спеша, – поучал дядя Арго, вытаскивая леску с пустым крючком и объеденной наживкой,
– И вообще, рыба у вас тут так себе, и ловится она неправильно, и еще костлявая, небось. Вот то ли дело у нас, в Арлингсе, – там и крупная, и вкусная, принес домой – и ешь сразу.
– Что, даже готовить ее не надо? – удивлялись мальчишки.
– Да, не надо – гордо отвечал дядя. – Разве что соусом полить!
При этом, он, правда, не пояснил только одну подробность: что Арлингс – так назывался большой продуктовый магазин возле его дома, где он имел обыкновение покупать готовые обеды, которые нужно было только разогреть.
Итак, рыба была поймана, пирожки съедены, вишневый компот выпит, и пора было собираться домой. Шмырля начал было сматывать леску на удочке, но в этот самый момент произошло событие, которое сначала оказалось незамеченным, но потом привело к совершенно невероятным последствиям.
Собственно говоря, сперва ничего особо необычного не произошло. Просто на озере появилась лодка. Она, не спеша, выплыла из-за островка и, слегка покачиваясь, неторопливо заскользила по тихой воде к берегу. К тому самому месту, где стояли наши рыболовы.
Заметив, наконец, эту лодку, Шмунька разинул рот, но оттуда не вылетело ни слова. Дядины усы изогнулись, как два вопросительных знака. Шмырля протер глаза, но картина не изменилась: лодка, плывущая к ним, была совершенно пуста. В ней не было ровным счетом ничего – ни весел, ни мотора, ни людей. Тем не менее, она ловко объехала корягу, торчащую на ее пути, и мягко ткнулась носом в берег.
– Вот это да! – наконец выдохнул Шмунька.
– Угу…– пробормотал Шмырля, с любопытством и некоторой опаской разглядывая лодку.
– И что же это значит? – спросил дядя. Впрочем, он явно не надеялся услышать вразумительный ответ.
Друзья переглянулись. Лодка покачивалась на воде, словно приглашая прокатиться. Островок на середине озера уже давно манил мальчишек, но плыть туда было далековато, а своей лодки у них не было. А тут такой соблазн!
– А что, если… – начал Шмунька.
– Да, что, если мы немного прокатимся, а, дядя Арго? – подхватил Шмырля. – Когда еще такой случай будет, а?
Дядины усы в задумчивости опустились. Было ясно видно, что он не в восторге от идеи катания на неизвестно чьей лодке, да еще неизвестно куда. Но мальчишки так умоляюще смотрели на него! И кроме того, меньше всего на свете дяде хотелось признаться, что он побаивается.
– Ну ладно, так уж и быть, – сказал он. – Но недолго! Не забудьте, что нас ждут к ужину с рыбой!
Мальчишки тут же уселись в лодку, которая, казалось, наклонила немного один борт, чтобы им было удобнее залезать в нее. Дядя немного замешкался. На самом деле он катался на лодке всего один раз, да и то в качестве пассажира, и твердая земля под ногами нравилась ему гораздо больше, чем вода. Лодка, словно почувствовав дядино замешательство, придвинулась ближе к берегу. Произошло это в тот самый момент, когда дядя уже занес было одну ногу, чтобы шагнуть в нее. Лодка легонько поддала ему под коленки, дядя рухнул вверх ногами в самую ее середину и они тут же отплыли от берега, без весел, но с дядиными торчащими ногами вместо мачт.
Глава шестая. Таинственный остров
Островок на середине озера быстро приближался. Теперь было понятно, что лодка направляется именно к нему. Лодка причалила в небольшой уютной бухточке, выехав носом прямо на желтый песок пляжа. Шмырля со Шмунькой выскочили на берег и замерли в восхищении! Вблизи островок оказался совсем не таким, каким он виделся с того места, где они рыбачили. Первое, что привлекло их внимание, были огромные цветы самой необычной раскраски. Некоторые их них походили на огромных полосатых бабочек, другие – на круглые мячи в горошек и в полоску. Были среди них и большие круглые блюдечки – беленькие, с голубой каемочкой как в мамином буфете, и пестренькие чашки, словно наполненные какао. Над цветами пролетел такой же огромный шмель, и Шмуньке послышалось, что он прожужжал что-то очень похожее на "Привет!"
Шмырля проследил взглядом за шмелем и увидел нечто такое, от чего сразу забыл про цветы. Ближе к середине острова возвышалась гора. Ее склоны густо поросли лесом, а чуть повыше леса белел самый настоящий снег, искрящийся на солнце. Своей снежной вершиной гора уходила высоко в синее небо
Шмырля протер глаза. Гора не исчезла. Он толкнул Шмуньку в бок:
– Смотри! Ты тоже видишь?
– Угу… – Шмунька растерял все слова. Оба друга могли поклясться, что никакой горы на острове никогда не было, да и просто не могло быть! Ведь они столько раз видели этот островок с берега озера!
Тем временем дядя Арго выбрался из лодки, наклонился, чтобы отряхнуть свои брюки и уронил шляпу с головы. Шляпа откатилась в сторону, подхваченная легким порывом ветра и остановилась, зацепившись за кустик лиловой травы. Дядя сделал было уже один шаг, чтобы поднять ее, но тут произошло нечто совершенно неожиданное: шляпа аккуратно перевернулась и быстро заскользила в его сторону. От неожиданности дядя отпрыгнул назад и снова угодил в лодку вверх ногами.
Для одного дня это было уже слишком! Дядя вылез на берег, фыркая, как рассерженный морж. Шмырля и Шмунька обернулись на шум и тоже увидели движущуюся шляпу. Она подъехала к дяде, остановилась, и в тишине прозвучал тоненький голосок:
– Вот ваша шляпа, пожалуйста....
– Спасибо! – свирепо ответил дядя, не рискуя, однако, наклониться и взять ее в руки.
Шмырля и Шмунька, не сговариваясь, бросились к шляпе, едва не стукнувшись лбами. Вдруг Шмырля споткнулся обо что-то мягкое и угодил Шмуньке головой в живот.
– Ах, ты толкаться будешь? – возмущенно завопил Шмунька. Но тут ему стало не до ссоры, потому что он почувствовал, как что-то мягкое и шелковистое проскользнуло у его ног, и от неожиданности тоже чуть не свалился. Больше всего на свете Шмунька боялся щекотки, только он никому в этом не признавался.
– Извините, что я вас напугал, – произнес тоненький голосок откуда-то из-под ног. – Я – невидимый, и я вам сейчас все объясню. Добро пожаловать на остров мафтуков!
Глава седьмая. Мафтуки
Сейчас я постараюсь сделать так, чтобы вы меня хоть немного увидели, – сказал голосок. – Дело в том, что хоть я сам и невидимый, но вы можете увидеть мое отражение в озере.
И, ко всеобщему изумлению, на песке вдруг появилась цепочка следов, которые продвигались в сторону озера. Потом раздался плеск и по воде прошла рябь. Дядя, уже надевший свою шляпу и оба друга подошли поближе к воде.
Около того места, где цепочка следов обрывалась в озеро, они увидели в воде переливающееся в волнах отражение маленького существа не больше метра ростом. У существа была лохматая голова с большими треугольными ушами, которые заканчивались кисточками (кисточки были перевязаны бледными, когда-то разноцветными ленточками). Глаза у него были голубые и очень-очень грустные. Одето оно было в серую одежду – во что-то типа коротких штанишек и длинной рубашки со множеством карманов.
– Теперь вы меня видите, и нам будет легче разговаривать – сказало серенькое существо в озере. – Мы так рады, что вы откликнулись на наше приглашение и приплыли, чтобы спасти нас! Да, позвольте мне представиться! Я – верховный мафтук и меня зовут Тукки. Я расскажу вам нашу печальную историю…
При этих словах из огромных голубых глаз полились слезы. Крупные капли забарабанили по воде, почти размыв изображение мафтука. Потом раздалось громкое шмыгание носом и в продолжение рассказа наши друзья узнали, кто же такие мафтуки и что с ними стряслось.
– Когда-то наши предки жили в очень далекой стране, далеко за морем,– рассказывал Тукки. – Некоторые люди называли нас лесовиками, некоторые – эльфами, а одно время нам дали даже такое прозвище – лепреканы. На самом деле лепреканы – это наши родственники, которые живут на далеком северном острове. Так вот, постепенно в той стране, где мы жили, появилось очень много людей. Почему-то они не захотели с нами дружить, а наоборот, даже ставили на нас ловушки и пойманных мафтуков заставляли жить у них в доме на забаву детям. Все это нам очень не нравилось, и вот однажды наши предки отправились в далекое путешествие.
Мафтуки умеют очень хорошо строить лодки. Они построили много крепких лодок, взяли запасы еды и поплыли через большое море. Когда они приплыли сюда, в эту страну, здесь им сразу очень понравилось. Они попали в этот чудесный лес, в котором люди бывают очень редко и нашли прекрасное чистое озеро.
К тому же на озере оказался остров, на который не так легко попасть. Мафтуки обосновались на этом острове. Чтобы не так скучать по своей покинутой стране, они с помощью волшебного талисмана сделали его похожим на те места, где они жили когда-то. Они сделали гору, покрытую снегом, с которой можно съезжать, надев на ноги корзины. Мафтуки каждый год плетут новые зимние корзины и соревнуются, кто съедет с горы быстрее и ловчее всех.
Они посадили такие же цветы, какие были у них дома когда-то. Мафтуки очень любят выводить новые сорта цветов и соревноваться, кто придумает самые необычные формы и цвета.
С помощью того же волшебства мафтуки сделали так, чтобы с берега озера их остров выглядел самым обычным, к которому все привыкли, а среди людей постепенно разошелся слух, что в Дальнем Лесу скрывается что-то таинственное и колдовское, поэтому люди туда заглядывали нечасто.
– Словом, много лет все было у нас хорошо, – рассказывал Тукки,– до тех пор, пока на острове не появилось злое существо по имени Карум.
При этих словах отражение Тукки вздрогнуло и треугольные уши пугливо прижались к лохматой голове.
– Кто такой Карум? – в один голос спросили Шмырля и Шмунька.
– Я точно не знаю, кто он и откуда, – грустно произнес голосок Тикки. – Знаю только, что он серый и покрыт чешуей, и у него есть большие когти. Он поселился в болоте, здесь на острове. Сначала он вырыл себе яму и жил в ней. Потом он поймал нескольких мафтуков и заставил их построить ему дом на болоте. Мафтуки хотели убежать от него, но он пригрозил сделать их невидимыми, так что никто никогда не найдет их. Потом мы все же спасли своих друзей, но нескольких и в самом деле не смогли найти. Карум хотел, чтобы мы все служили ему и объявил себя нашим повелителем.
Но на наше счастье, наш могущественный талисман смог защитить нас от этого зла…
– И что же это за талисман? – спросил дядя Арго, тут же смутившись своего интереса к рассказу какого-то невидимого мафтука.
– Это Золотая Пуговица, – ответил Тукки. – Ее привезли с собой наши предки. Пока у нас была наша Золотая Пуговица, никто не мог сделать нам ничего плохого. Более того, когда через несколько дней потерявшиеся мафтуки-невидимки добрались до деревни и посидели на этой Золотой Пуговице, они снова стали видимыми.
– Так, значит, Карум вам не страшен? – спросил Шмунька.
– Увы…– произнес дрожащий голосок, и отражение Тукки снова покрылось расходящейся кругами рябью.
– Карум сумел украсть у нас наш талисман. Когда мы набрались храбрости и пошли к его болоту потребовать нашу Пуговицу обратно, он только насмеялся над нами и обрызгал нас заколдованной водой из своей ямы. С тех пор мы стали постепенно бледнеть. Наши яркие одежды стали серыми, дома – прозрачными, и через несколько дней мы превратились в невидимок. Мы растеряли друг друга и не можем найти свои дома…
На счастье, один из мафтуков по имени Фукки – наш Хранитель Историй – заметил, что пока еще видны наши отражения в воде озера. Дукки, наш церемонимейстер, по утрам стучит в свой бубен и собирает нас на этом берегу. Видели бы вы на какие замечательные празднества он когда-то нас созывал! А теперь только так мы можем найти друг друга и поговорить о том, что же нам делать с нашей бедой…
И вот сегодня мы увидели вас на другом берегу и решили, что это Великий Волшебник со своими учениками пришел на рыбалку, и уж он-то обязательно сумеет нам помочь! Мы послали за вами лодку, и вот вы здесь! – с надеждой в голосе закончил свой рассказ Тукки.
– Чертовщина какая-то! – воскликнул дядя Арго. – Никогда не верил во всяких там домовых, леших и прочую ерунду. А тут – на тебе – мафтуки… Да еще невидимые…
– Но никто из нас не волшебник, – с сожалением сказал Шмырля.
– Как же нет, – задрожал тоненький голосок Тукки. А как же господин в шляпе и с черными усами? Мы не могли его ни с кем спутать!
– Я?!! – поразился дядя Арго. – То есть как это – я?
– Но ведь именно ваш портрет был вышит на подушке, на которой лежала Золотая Пуговица! А футляр, в котором она хранилась, выглядел точно так же, как ваша волшебная шляпа!
– Мой портрет? Откуда он у вас мог оказаться? И при чем тут моя шляпа? Не знаю никаких подушек с моими портретами!
Дядя посильнее нахлобучил шляпу на уши, словно опасаясь, что она опять куда-то убежит.
– И вы не сможете нам помочь?
В тоненьком голоске Тукки прозвучало столько отчаяния, что дядя, уже открыв рот, чтобы сказать "нет", вдруг, совершенно неожиданно для себя сказал:
– Ну почему же не сможем? Мы ведь еще и не пробовали!
Сказав это, он сам испугался. Что же теперь делать с этими невидимками?..
Но его сомнения потонули в буре восторженных криков. Шмырля и Шмунька бросились обнимать дядю.
– Ура! – кричали они.
– Долой Карума!
– Мы ему покажем!
– Подождите, подождите, – остановил их восторги дядя. – Чтобы ему что-то показать, надо его сначала найти.
– Я объясню вам, где он живет, – сказал Тукки. – Нужно идти прямо в сторону горы, а когда вы увидите большое раздвоенное дерево, свернуть направо. Там будет овраг, который приведет вас вниз, к болоту. Только постарайтесь, чтобы на вас не попала волшебная вода, а то вы тоже станете невидимками!
Глава восьмая. В поход!
Если бы еще сегодня утром кто-нибудь сказал дяде Арго, что он будет идти по волшебному острову мафтуков, направляясь в сторону снежной горы и собираясь отнимать у какого-то Карума золотую пуговицу, он бы счел это бредом и чушью. До сих пор он считал, что такие вещи бывают только в сказках, а последний раз он читал сказки давным-давно, да и тогда не очень-то в них верил. Теперь же он был уже почтенным банковским служащим (дядя работал простым клерком в банке, но держался так, словно он был его директором), и всегда считал, что если что-то нельзя потрогать или пересчитать, то этого и вовсе на свете нет.
Но в последние несколько дней с ним произошло столько всяких странностей, начиная с появления его самого из шляпы и кончая волшебной лодкой и отражением Тукки, что он уже с трудом понимал, что же происходит на самом деле, и только этим и мог объяснить свое совершенно неожиданное обещание попробовать помочь мафтукам. Как именно это сделать, он не имел ни малейшего понятия.
И что это еще говорил этот Тукки насчет его шляпы? Волшебная? Шляпу свою дядя Арго купил уже довольно давно в магазине подержанных вещей. Надо сказать, что дядя никогда не был особо богат, а одно время жил совсем бедновато. Вот тогда и подвернулась ему эта шляпа. Она была удобной, хоть и немного потертой, и за несколько лет дядя так привык к ней, что без нее его собственная голова казалась ему чужой.
Шмырля со Шмунькой вприпрыжку бежали по тропинке. Они были в восторге от такого приключения!
– Вот так дядя у тебя! – с завистью сказал Шмунька своему другу. А я со своим только недавно ходил на рыбалку, и ничего такого не было… Только пескарей наловили…
У Шмырли голова тоже шла кругом от сегодняшних событий. Он и раньше слышал разговоры о том, что Пескаревое озеро, мол, заколдовано, но с берега оно всегда выглядело самым обыкновенным.
Теперь же впреди возвышалась снежная гора. Тропинка шла среди лугов, густо поросших цветами. Но если на берегу озера цветы были похожи на шарики и блюдечки, то здесь они больше напоминали обувные ряды на базаре. На больших кустах росло что-то, очень похожее на красные сапожки. На темно-зеленых кустиках поменьше виднелись малюсенькие желтые галоши, розовые шлепанцы и малиновые сапоги с широкими отворотами. Возле цветов деловито суетились пчелы, как покупатели на рынке. Они ныряли в цветы и выныривали обратно, собираясь в небольшие стайки, словно обсуждая фасоны и размеры. Постепенно «обувные ряды» сменились полянками, покрытыми россыпью маленьких голубых звездочек, среди которых время от времени вспыхивали золотые и серебрянные. Эти голубые цветочки были очень похожи на рисунок маминого покрывала.
Вспомнив о маме, Шмырля подумал : "Если мы не вернемся обратно до вечера, дома, наверное, будут беспокоиться". Но тут же отогнал эту мысль: «Зато не каждый раз удается попасть на волшебный остров!» А через секунду он уже и вовсе забыл о доме, потому что увидел то, о чем говорил Тукки – раздвоенное дерево. Угольно-черное, оно четко виднелось на фоне белой снежной горы.
Остальные тоже заметили дерево и невольно замедлили шаг. Теперь осталось повернуть направо и по оврагу спуститься в болото.
– Давайте-ка передохнем чуть-чуть, – пропыхтел дядя Арго, обмахиваясь шляпой. День был жаркий, а воды они с собой не взяли. Усевшись в тени раскидистого куста неподалеку от дерева, они стали держать совет.
"Как перед настоящей битвой!" – с восторгом подумал Шмырля.
Шмунька беспрестанно сыпал всякими идеями:
– А что, если выкопать канаву, чтобы вода из болота вытекла и мы могли найти Пуговицу в жилище Карума?
– Так он тебе и будет стоять и ждать, пока мы ее выкопаем – возразил Шмырля. – И чем копать? Лучше напасть на него неожиданно!
– Ну тогда мы выманим его из дома, чтобы он за нами погнался и запутаем ему ноги леской! Поставим на него ловушку, а?
– Это все хорошо – заметил дядя Арго, – но мы даже не знаем, где он прячет Пуговицу. Сначала надо произвести разведку.
При этих словах мальчишки с уважением поглядели на дядю. И в самом деле! Как же они сами не догадались?!
В овраге было тенисто и прохладно. Высоко над головой зеленые кроны деревьев переплетались причудливым узором. Дневной свет почти не достигал дна оврага. Только кое-где виднелась россыпь солнечных пятен, словно кто-то обронил горсть золотых монет на темно-зеленый ковер мха.
Неожиданно овраг кончился. Мох под ногами сменился липким серо-зеленым илом, местами поросшим ржаво-коричневой травой. Впереди тускло поблескивала полоска воды. Путники остановились.
– Похоже, мы уже на болоте, – прошептал Шмырля. В этом месте почему-то не хотелось говорить громко.
– Ну что, кто пойдет на разведку? – спросил Шмунька, держась поближе к Шмырле и дяде Арго.
Дядя подергал себя за ус, огляделся по сторонам и сказал:
– Пойдемте уж, пожалуй, все вместе.
Такое решение всех обрадовало. Никому не хотелось идти на болото в одиночку.
– Смотрите, вон тропинка!-воскликнул Шмырля.
И верно – чуть в стороне можно было увидеть узенькую, едва приметную тропинку, которая вела в сторону болота.
Мальчики и дядя Арго сделали было уже несколько шагов по этой тропинке, как вдруг дядя, шедший впереди, остановился, как вкопанный. Шмырля со Шмунькой чуть не свалились, налетев на дядю, но он этого, казалось, даже не заметил.
– Смотрите! – указал он рукой на что-то у себя под ногами. Шмырля и Шмунька посмотрели вниз и разинули рты. На тропинке виднелся след. Это был отпечаток большой когтистой лапы.
– Значит, здесь ходит Карум,– сказал Шмунька. – И мы можем выкопать западню на тропинке и заманить его сюда!
– Надо бы все же сначала выследить его, – возразил Шмырля. -Правда, дядя Арго?
– Пожалуй, да – согласился дядя. Глядя на размер следа, думал, что у Карума будет нелегко что-либо отнять. Но пути назад уже не было.
Глава девятая. Битва с Карумом
Мальчики и дядя шли по тропинке, все дальше удаляясь от оврага. То справа, то слева виднелись лужи мутной воды, кое-где затянутой зеленой ряской. От болота неприятно пахло сыростью и застоявшейся водой. Кроме чавкающих шагов путников не было слышно ничего – ни кваканья лягушек, ни щебета птиц, ни даже жужжания комаров или стрекоз. Тропинка поднялась на небольшой, относительно сухой холмик и оттуда можно было увидеть какое-то строение, стоящее на середине небольшого озерца. Оно было похоже на полуразвалившийся сарай на деревянных ножках. Крыша этого сарая была покрыта пучками ярко-зеленой травы, а двери нигде не было видно.
– Смотрите! – прошептал Шмырля, указывая на серый силуэт, мелькнувший между ножек сарая и с громким всплеском плюхнувшийся в воду. Все трое, не сговариваясь, присели и укрылись по другую сторону холмика.
Буруны на воде указывали, куда направлялся некто, плывущий под водой. Сначала этот след шел прямо в сторону мальчиков и дяди Арго, но потом он слегка повернул, и неподалеку от холмика, за которым укрылись наши путники, Карум вылез на берег. В том, что это – именно Карум, не было никаких сомнений.
С первого взгляда он показался похожим на водяного дракона. Но при этом его морда была, скорее, человеческим лицом, и это делало его гораздо страшнее, чем если это был бы просто дракон. Когда Карум вылез из воды и отряхнулся, он показался даже больше похожим на человека, чем вначале. Больше всего Шмырлю удивило то, что это существо не было таким огромным, как он ожидал. По следу, виденному ими на тропинке, он представлял себе огромное страшилище, но Карум был почти такого же роста, как они со Шмунькой. «Видимо, мафтуки не смогли его победить потому что они сами совсем маленькие» – подумал Шмырля. –«Но уж мы-то заставим его отдать Золотую Пуговицу!»
Из одежды на Каруме были только шаровары, перехваченные в поясе широким ремнем, с которого свисали всякие мелкие предметы.
"Интересно, зачем они ему нужны?" – подумал Шмырля. Он разглядел пустую консервную банку, несколько рыболовных поплавков, моток спутанной лески, и почему-то одну варежку, которая была ему явно мала.
Босые чешуйчатые лапы Карума заканчивались острыми когтями. Лапы были явно велики для такого роста, словно Карум сунул ноги в чужие тапочки.
Но самое главное – на шее у Карума, как олимпийская медаль на голубой ленточке, болталась крупная желтая пуговица.
– Она, это она, смотрите! – подпрыгивая от возбуждения, зашептал Шмунька. -Значит, все, что говорил Тукки – правда! Дядя Арго, что нам теперь делать?!
И мальчишки с надеждой и ожиданием посмотрели на дядю.
Дядя подергал себя за правый ус. Потом за левый. Хорошо было рассказывать о своих приключениях, сидя в уютной гостиной у камина. Но тут, в болоте, все было уж слишком по-настоящему. И самое неожиданное было во всех этих невероятных событиях то, что, похоже, они начинали ему нравиться. Дядя даже сам испугался такой мысли. Как, пристало ли ему, почтенному банковскому служащему, сидеть в мокром болоте и собираться сражаться с непонятно откуда взявшимся существом?
Дядины раздумья прервал новый всплеск воды и звук тяжелых шагов, приближавшихся к их укрытию.
Пока наши герои раздумывали, что им делать, Карум учуял незнакомый запах и решил посмотреть, откуда же он идет.
Увидев, что Карум приближается к их холмику, Шмырля и Шмунька одновременно решили, что лучшая защита – это нападение. Они вскочили на ноги и с отчаянным криком: "Отдай пуговицу!" бросились навстречу чудовищу. Ошеломленный таким внезапным нападением, Карум поскользнулся и плюхнулся обратно в озеро.
– Ура!!! – закричали мальчишки, обрадованные тем, как легко они обратили противника в бегство.
Но не тут-то было! Первый испуг Карума прошел и он увидел, что перед ним только два мальчика и один взрослый человек.
– Ну и что же вам от меня нужно? – грозно прорычал Карум. Однако, он не спешил снова вылезать на берег.
– Нам нужна пуговица! – храбро ответил Шмырля.
– Да, – подхватил Шмунька, – отдай пуговицу, которую ты отнял у мафтуков!
– Ага, вот оно что…– протянул Карум, щуря свои маленькие желтые глазки. -Так вы, значит, слуги этих маленьких проныр, и они послали вас за своей драгоценностью? Что же они сами боятся сюда прийти, а?
– Никакие мы не слуги, – возмутился Шмырля.
– Верни мафтукам пуговицу, чтобы они опять стали видимыми – потребовал Шмунька.
– Ишь, чего захотели! – Карум уселся на коряге, торчащей из воды, заложив ногу за ногу. – Ничего я вам не отдам!
– Тогда мы будем драться! – сказал Шмырля. -Правда, дядя Арго?
Похоже, что мысль о драке сразу с тремя противниками не очень понравилась Каруму. Он еще помнил, как плюхнулся в озеро, когда они неожиданно выскочили ему навстречу.
– Ну раз так, – сказал Карум, – тогда давайте соревноваться. Устроим соревнование по рыбалке. Кто первый поймает рыбу в этом озере, тому и достанется пуговица!
– Давайте! – тут же согласился Шмырля. Он не сомневался, что сумеет поймать рыбу раньше Карума. Что-что, а рыбалка – его любимое дело!
Вот, правда, новая удочка осталась не берегу – там, где они повстречались с Тикки. Но у Шмырли и его друга всегда в карманах можно было найти пару катушек лески и коробочку с крючками.
И точно – в одном из многочисленных карманов Шмунькиных "рыбацких" штанов нашлась катушка превосходной зеленой лески, очень крепкой, но в то же время тонкой. Шмунька выиграл ее как-то на деревенской ярмарке, стреляя из лука по палочкам, которые держали призы. Он сразу положил глаз на эту леску и очень старался, чтобы все выстрелы попали в цель. И, как видно, не зря!
Шмырля достал коробочку с крючками, выбрал подходящий – не слишком большой и не слишком маленький. Через пару минут удочка была готова. Вот только не было видно никакой подходящей наживки.
– Эх, было бы у нас что-нибудь блестящее! – вздохнул Шмырля. – Можно было бы сделать блесну!
При этих словах дядя вдруг решительно расстегнул пиджак и схватился за металлическую пуговицу на своей жилетке. Дернул раз, другой, послышался треск, и …
– Вот вам блесна! – торжественно заявил дядя Арго, протягивая мальчикам пуговицу. – Сейчас мы ее начистим песком и она заблестит, как золото! Через минуту дядина пуговица и впрямь заблестела и стала похожа на маленькую яркую мушку.
– Ей бы еще крылышки! – воскликнул Шмунька. Но, порывшись в карманах, он не обнаружил ничего подходящего. В задумчивости мальчишки огляделись вокруг.
Дядя покрутил свой ус:
– Хм, не знаю, что и посоветовать....
И вдруг Шмырля и Шмунька, не сговариваясь, воскликнули:
– Усы!
– Что? – не понял сразу дядя. – О нет, только не это! – вскричал он, прикрывая усы ладонью, словно кто-то собирался их у него отнять.
– Но ведь надо всего несколько волосков! – принялся уговаривать его Шмырля.
– Нет! – решительно ответил дядя.
– А впрочем…– пробормотал он уже менее решительно…
Видимо, этот день был предназначен для того, чтобы дядя Арго совершал самые необычные и неожиданные для него поступки. Он уже не пытался понять, почему он это делает.
– Ладно! – вздохнул он и достал из кармана маленькие походные ножницы, с которыми никогда не расставался. Они служили ему для подравнивания усов, которыми дядя очень гордился. Шмырля аккуратно отрезал небольшую прядку от левого уса, а потом еще от правого.
– Чтобы было одинаково, – пояснил он. Через пару минут у ребят в руках была самая настоящая мушка в черными крылышками.
Карум тем временем размотал спутанный комок лески, висевший у него на поясе, привязал к ней крючок и ловко поймал водяного жука для наживки. Все было готово.
– С берего плохо клюет, – сказал Карум. – Надо залезть вон на ту корягу. – И он показал на торчащий из воды ствол сухого дерева с одной толстой веткой в некотором отдалении от берега.
Шмырля и Шмунька, подвернув штаны, захлюпали по воде к дереву. Карум скользнул за ними. Дядя остался на пригорке.
– Раз, два, три! – скомандовал Карум и они одновременно со Шмырлей закинули удочки. Прошла минута, другая, третья… Поплавки, казалось, уснули на воде. Шмырля уже начал было сомневаться, водится ли вообще рыба в этом озерце, как вдруг его поплавок дрогнул и нерешительно двинулся в сторону. Шмырля схватился за удочку. Руки у него вспотели.
– Давай, подсекай! – тихонько шепнул Шмунька. Шмырля резко дернул удочку вверх, и над водой блеснул серебристый силуэт рыбы.
– Ура!-закричал дядя и захлопал в ладоши.
Внезапно Карум сделал нечто такое, чего никто не ожидал: он выхватил из кармана небольшую бутылочку, выдернул из нее пробку и обрызгал стоящих рядом с ним мальчиков. Дядя Арго с недоумением, а потом с ужасом наблюдал за тем, как Шмырля и Шмунька становились все прозрачнее, словно таяли на глазах, и вот уже на коряге остался один Карум, хохочущий во все горло.
– С кем вздумали тягаться – со мной? Ха-ха, эти глупцы думали, что за какую-то рыбу я отдам им волшебную пуговицу! Как бы не так!
–А ты, человечишка, – Карум повернулся к дяде, – иди-ка отсюда, пока цел, а не то тоже превратишься в невидимку!
Дядя Арго почувствовал, как в нем закипает ярость. Это мерзкое чешуйчатое чудище чересчур много себе позволяет! Мало того, что оно вело нечестную игру, так теперь еще и превратило его племянника в невидимку!
– Ну уж нет! – закричал дядя. Я этого так не оставлю!
Он грозно двинулся в сторону Карума. Дядины усы трепетали на ветру, как два полковых знамени.
К сожалению, под ним не было коня, а в руках – сабли. Дядя огляделся по сторонам, но вокруг не было видно даже подходящей палки.
Карум соскользнул с коряги и двинулся в сторону своего жилища.
"Уйдет!" – отчаянно подумал дядя Арго. Он схватил первое, что попалось ему под руку – а это оказалась его шляпа, и с криком “Не уйдешь!'' – запустил ею в чудище. Шляпа закружилась в воздухе, как летающая тарелка, и опустилась точнехонько на голову Карума.
И вдруг дядя с изумлением увидел, как шляпа начала наползать все глубже и глубже на глаза Карума. Чудище попыталось сорвать ее, но не тут -то было! Вот уже вся голова скрылась под черными полями, вот уже узкие плечи втянулись вслед за головой… Казалось, что шляпа поглощает его, но сама при этом не становится больше. Большие чешуйчатые лапы мелькнули в воздухе и… шляпа аккуратно опустилась на воду, тихонько покачиваясь, как большая водяная лилия.
Дядя вдруг заметил, что он так и стоит по колено в воде с открытым ртом. Закрыв рот, он огляделся по сторонам, снова открыл его и принялся звать:
– Шмырля, Шмунька, где вы? Отзовитесь!"
– Мы здесь, дядя! – услышал он. Возле коряги раздалось два всплеска и две цепочки небольших волн направились в сторону берега.
– А что, здорово! – раздался голос Шмырли. – Я всегда хотел побыть невидимкой!
– Я тоже – ответил Шмунька.
– Это все, конечно, хорошо – сказал дядя, – но как я вас теперь поведу домой? Ведь я вас не вижу! И что скажут ваши мамы?
– Да, – чуть погодя раздался дрожащий Шмунькин голос. – Мы об этом не подумали… Бедные наши мамы.... Да мы и сами друг друга не видим....
– Дядя, а как ты это сделал? – вдруг спросил Шмырля.
– Что? – не понял дядя.
– Ну, этот фокус со шляпой! Как ты затолкал туда Карума? И куда он вообще девался?
– Никого я никуда не заталкивал! – ответил дядя. – Он сам туда залез. То есть, не то, чтобы сам… По-моему, он не хотел, но шляпа сама это сделала.
– Так значит, ваша шляпа на самом деле волшебная! – хором вскричали мальчишки.
– Сам ничего не понимаю… – пробормотал дядя.
Он прошлепал по воде к тому месту, где тихонько покачивалась его старая шляпа, осторожно протянул руку, словно опасаясь, что оттуда выскочит Карум, и потрогал ее. Ничего не произошло. Тогда дядя сделал еще один шаг, наклонился и заглянул в шляпу.
Внезапно он замер, уставившись на шляпу, словно не веря своим глазам.
– Дядя, ну что же там? – в два голоса нетерпеливо закричали мальчишки.
– Там… Там… Там она! – ответил дядя.
– Да кто же она?-завопили Шмырля и Шмунька и два бурунчика на воде быстро двинулись в сторону шляпы.
– Вот, смотрите сами, – позвал дядя, оглядываясь по сторонам – он еще не привык разговаривать с невидимками.
…Над озерком прокатился восторженный вопль.
В старой черной шляпе, немного потертой с одной стороны и немного испачканной с другой, блестела, хитро подмигивая, как звездочка на черном небе, та самая золотая пуговица, которую они видели висящей на шее у Карума.
Дядя быстро схватил шляпу словно опасаясь, что она уплывет вместе со своим драгоценным содержимым, и вылез на берег. Вот она – та пуговица, из-за которой они попали на остров мафтуков!
– Ну что же, пожалуй, больше нам на этом болоте делать нечего…-задумчиво сказал дядя. – Вот только как же быть с вами?
– У меня идея!-вдруг закричал Шмунька. – Помните, что нам рассказывал Тикки? Он сказал, что те мафтуки, которых Карум превратил в невидимок, посидели на Золотой Пуговице и снова стали видимыми!
– Точно! – радостно подхватил Шмырля. Давай скорее попробуем!
Дядя расстелил на траве свой носовой платок, положил на него пуговицу и отошел в сторону. Послышалась возня, пыхтение, и вдруг в воздухе над пуговицей появилась Шмырлина голова. Вслед за головой постепенно проявилась клетчатая рубашка, зеленые штаны и босые ноги.
– Ура! – запрыгал Шмырля, с удовольствием разглядывая свои руки и ноги.
Он соскочил с пуговицы и через минуту на этом же самом месте из ничего появился Шмунька, еще более взъерошенный, чем обычно.
– Эх, – тут же воскликнул Шмунька, – вот жалко, что Карум исчез вместе со своей волшебной водой! Мы могли бы превращаться в невидимок и обратно, когда только захотим!
– Ну уж нет, – сказал дядя. – Все хорошо, что хорошо кончается.
Шмырля и Шмунька подобрали свои ботинки а дядя аккуратно завернул пуговицу в платок и спрятал в карман пиджака.
Глава десятая. Возвращение талисмана
Обратный путь к берегу большого озера показался совсем недолгим. Мальчишки бежали вприпрыжку, вспоминая подробности короткого сражения с Карумом.
Лодка, на которой они приплыли, ждала их все там же, на песчаной отмели у цветочного берега.
– Тукки! Тукки! – хором закричали Шмырля и Шмунька.
– Я здесь! – ответил тихий голосок.
– Тукки, мы раздобыли ее! Мы победили Карума! Вот ваша пуговица! – наперебой закричали мальчики. Теперь ты можешь снова стать видимым!
Дядя достал из кармана пуговицу и снова положил ее на свой платок.
– Садись же, Тукки! – позвал он.
Послышался быстрый топот маленьких ножек, и через несколько мгновений ребята и дядя увидели большие серые уши с кисточками, перевязанными цветными ленточками, круглые голубые глаза, лохматую голову, толстую золотую цепочку с зеленым камнем, висящим на ней, длинную голубую рубашку со множеством карманов и маленькие ножки в сандалиях, сплетенных из травы.
– Тукки, к вашим услугам, – церемонно раскланялось маленькое существо. -Вы спасли весь наш народ и навсегда останетесь нашими героями! – торжественно провозгласил он.
– А где же остальные мафтуки? – спросил Шмырля.
– Сейчас все будут здесь! – Тукки достал из кармана маленький бубен и ловко выбил на нем дробь своими кулачками. Бубен загрохотал так, как будто был размером с бочку.
– Тум-тум-тум! Там-там-там! – раздавалось над озером. По траве прокатился шелест и на прибрежном песке стали появляться отпечатки малеьких ножек.
– Мафтуки! – закричал Тукки. – Мы спасены! – и он высоко поднял пуговицу над головой.
– Сейчас я положу нашу Золотую Пуговицу на платок и вы по очереди будете подходить и садиться на нее.
Тукки положил пуговицу на платок и отступил в сторонку. Тут же послышалась возня, писк и барахтание и над платком начали по очереди появляться головы, разноцветные рубашки со множеством карманов, синие и зеленые глаза и великое множество лохматых ушей, украшенных разноцветными ленточками.
Через несколько минут на берегу собралась большая и шумная толпа. Здесь были мафтуки – папы в рубашках с набитыми битком карманами, из которых торчали веревочки, деревянные ручки каких-то инструментов и пакетики с завтраками, которые каждый уважающий себя мафтук всегда имеет с собой на всякий случай; мафтуки-мамы с разноцветными бусами и обручами на шеях, мафтуки – детишки, совсем маленькие и побольше… И все они суетились, кричали, обнимались и целовались от радости.
Наконец, видимо, все уже обрели свой прежний вид, потому что Тукки поднял пуговицу и бережно убрал ее в плетеную сумочку, которая впридачу ко всем карманам болталась у него на поясе. Он снова достал бубен, стукнул в него несколько раз и на берегу воцарилась тишина.
– Мафтуки! – торжественно произнес Тукки. – Давайте поблагодарим наших спасителей! – он указал на дядю и мальчиков. – Они победили злодея Карума и вернули нам наш талисман.
При этих словах все поклонились – словно волна прошла по морю лохматых ушей и цветных ленточек.
Из толпы вперед важно выступил мафтук в голубой рубашке, расшитой ракушками. Из плетеной сумочки, висящей на поясе он достал маленький бубен, такой же, как у Тукки, и стукнул в него три раза. Ребята поняли, что это Дукки – церемонимейстер.
– Слушайте все! – закричал он. – Я объявляю начало праздника в честь наших спасителей! Мы устроим такое торжество, которого у нас еще не было!
– Ура, праздник! – восторженно запищали детишки-мафтуки.
Глава одиннадцатая. Праздник в деревне мафтуков
Прошу вас, будьте нашими гостями! – обратился Тукки к дяде и мальчикам, и вся процессия двинулась вглубь острова. Через несколько десятков шагов узкая тропинка расширилась и превратилась в небольшую дорогу, украшенную по краям фонариками, висевшими на разноцветных шестах. Вдоль дороги росли цветы, тоже похожие на маленькие китайские фонарики.
Через несколько минут мальчики и дядя Арго оказались на самой необычной полянке из тех, которые им приходилось видеть.
Посередине полянки протекал узенький ручеек с кристально чистой водой, а по обоим берегам ручейка стояли маленькие хижины. Они были одинаковой формы, но выглядели совершенно разными, потому что каждая была украшена по-своему. С крыш свисали гирлянды из разных засушенных цветов, из разноцветных птичьих перьев, а одна гирлянда была даже сделана из рыбьих костей, на которые были нанизаны сушеные ягоды. Возле хижин были воткнуты шесты с разноцветными ленточками и колокольчиками, которые мелодично позвякивали, покачиваясь на легком ветерке.
Не успели гости оглядеться, как в центре деревни, у ручья уже запылали костры, хозяйки притащили блестящие медные котлы и сковородки, и аромат вкусной готовящейся еды поднялся, наверное, до самой вершины снежной горы.
Шмырля сглотнул слюнки. Он только сейчас вспомнил, что последний раз они ели уже очень давно, еще когда ловили рыбу и не подозревали о тайне, скрывающейся на островке.
Вскоре все уже было готово. На берегу ручья расстелили длинные белые скатерти. Ребятишки-мафтуки прибежали со стопками тарелок на головах и ловко накрыли стол. Тукки, Фукки и Дукки усадили Шмырлю, Шмуньку и дядю во главе стола (точнее, скатерти), за которой быстренько расселись все остальные.
Дукки стукнкл в бубен три раза и за столом воцарилась тишина.
– Как вы все уже знаете, – сказал он, – мы устроили этот пир в честь наших спасителей.
По толпе прокатился восторженный вопль.
– Скажите же нам ваши имена, – обратился он к нашим героям, – чтобы мы знали, кого же нам благодарить за чудесное исцеление от невидимости!
– Давайте, дядя – шепнул Шмырля и вдруг с удивлением заметил, что дядя, похоже, немного покраснел.
– Как же вас зовут, о великий волшебник? – снова почтительно спросил Дукки.
– Меня зовут Аргонзий – ответил дядя и добавил:
– Только я не волшебник, а с Карумом мы сражались все вместе.
– Это мой племянник Шмырля – продолжил дядя. Шмырля тоже немного покраснел и поклонился, – а это Шмунька.
– Да здравствуют Аргонзий, Шмырля и Шмунька! – вскричал Дукки и все мафтуки подхватили его крик.
И пир начался. Оказалось, что мафтуки тоже понимали толк во вкусной еде! Пожалуй, многие блюда были еще вкуснее, чем те, что подавались у Шмырли на день рождения.
Когда все уже наелись, Тукки попросил дядю и мальчиков рассказать о том, как же им удалось победить Карума и получить обратно пуговицу.
Во время рассказа на поляне стояла тишина. Даже детишки-мафтуки перестали мазать друг друга кремом с тортов и кидать друг другу за шиворот огрызки от яблок. Когда дядя дошел до того момента, где Карум превратил Шмырлю и Шмуньку в невидимок, по поляне пронесся вздох и в круглых глазах некоторых особо чувствительных мафтуков появились крупные слезы. А когда мафтуки услышали о том, как дядя запустил в Карума шляпой и тот исчез, оставив пуговицу, все захлопали в ладоши и закричали: "Волшебник, волшебник! Слава волшебнику!"
– Да нет же, я сам не знаю, как это вышло, – отнекивался дядя.
– Но ведь я же вам сразу сказал, – заметил Тукки, – что мы вас узнали, поэтому и позвали на помошь.
– Но я никогда не думал, что моя шляпа чем-то необыкновенна, – сказал дядя.
– Не надо скромничать, наш дорогой друг, – сказал Тукки. Дукки и Фукки согласно закивали головами.
– А теперь давайте танцевать! – закричал Дукки и объявил первый танец – сюрприз в честь гостей. Этот танец заключался в том, что все от мала до велика выстроились цепочкой, окружив дядю и мальчиков, и, под веселый перестук бубнов и перезвон колокольчиков закружились хороводом вокруг них.
– Раз, два, три! – командовал Дукки, – Раз, два, три!
И каждый раз на счет "три" в Шмырлю, Шмуньку и дядю Арго летели букеты цветов, которые мафтуки прятали в своих необъятных карманах. Через несколько минут дядя и мальчики оказались засыпанными цветами по самые шеи.
К счастью, в это время Дукки стукнул в бубен и танец кончился.
Шмырля, Шмунька и дядя Арго выбрались из-под цветов.
Музыканты заиграли другую мелодию, Тукки подхватил под руку дядю, Дукки – Шмырлю, а Микки – Шмуньку, остальные мафтуки выстроились парами им вслед, и начался веселый танец скакуляк.
– Раз. два, скок! – командовал Дукки. На слово "скок" какой-то из музыкальных инструментов издавал звук, похожий на что-то среднее между лопнувшим шариком и кваканием лягушки и все старались подпрыгнуть как можно выше. Пары кружились в этом танце между хижин длинной змейкой, которая время от времени завязывалась в узел – это происходило тогда, когда кто-то подпрыгивал слишком высоко и падал, не удержавшись на ногах. Следующая пара валилась сверху и получалась куча-мала. Но никто ни на кого не обижался. Куча расползалась, мафтуки находили своих партнеров и продолжали танцевать, потирая ушибленные лбы. Что там какая-то шишка по сравнению с общим весельем!
Когда солнышко скрылось за горой и на деревню опустились сумерки, вокруг хижин и вдоль дорожки зажглись маленькие фонарики.
– Пожалуй, нам пора домой, – обеспокоенно сказал дядя Арго. – Ваши мамы, наверное, давно уже волнуются. Ведь мы ушли рано утром!
Да, как ни весело было на этом чудесном празднике, пора было собираться домой…
Глава двенадцатая. Возвращение
Шмырлю, Шмуньку и дядю торжественно провожала вся деревня. Мафтуки– ребятишки бежали с фонариками впереди по тропинке, как стайка маленьких светлячков. Дукки и Фукки сами придержали лодку, чтобы она не качалась, когда дядя залезал в нее.
– Да, вот ваша рыба! – воскликнул Тукки, подавая ребятам ведерко с их добычей, которая до этого плавала в сачке, опущенном в воду.
– Приезжайте к нам почаще! – сказал он. – Как только мы увидим вас на том берегу, мы сразу пришлем за вами лодку. Вы всегда будете нашими самыми желанными и дорогими гостями!
– А можно нам будет попробовать покататься со снежной горы? – спросил Шмырля.
– Ну конечно! – тут же закричали ребятишки-мафтуки. Мы вас научим!
– До свидания, дорогие друзья! – произнес Тукки и лодка отчалила от берега.
– Подождите! – вдруг закричал дядя Арго. Он снял с головы шляпу и протянул ее Тукки.
– Вот вам, оставьте ее у себя. Вдруг зачем-нибудь пригодится…
– Это нам? – растерянно переспросил Тукки. – В самом деле нам?
– Ну да, конечно, – проворчал дядя, опять немного покраснев. – На всякий случай…
На берегу раздался восторженный вопль мафтуков:" Слава Волшебнику Аргонзию!". В воздухе захлопали крыльями спугнутые криком птицы. И под крики "Слава Шмырле! Слава Шмуньке! Слава Великому Волшебнику!" лодка, наконец, отплыла от берега и двинулась к темнеющему впереди лесу.
Обратный путь прошел, на удивление, спокойно. Даже злющие обычно лесные комары словно поубавили свою прыть и не так набрасывались на путников.
Вскоре друзья вышли из леса. На темно-синем бархатном небе постепенно проступала целая россыпь разноцветных звезд. Внизу, под ногами, то тут, то там вспыхивали зеленые искорки светлячков. Вечер был удивительно теплым и очень уютным.
Тишину разорвал резкий крик ночной птицы, но он не казался зловещим. Наоборот, он словно приветствовал усталых путников, вернувшихся из далекого путешествия. Шмырле и Шмуньке казалось, что с тех пор, как они утром ушли на рыбалку, прошла целая вечность, словно они не были дома, по крайней мере, год. Еще бы – столько всего удивительного произошло за этот долгий и необычный день!
– А о чем думал дядя Арго? – спросите вы. Вы, наверное, удивитесь, но дядя думал о том же самом. О том, что после долгого-долгого путешествия он тоже вернулся домой. А еще о том, что надо бы купить новую шляпу…
Когда Шмырля, Шмунька и дядя Арго, наконец, добрались до своей калитки, их приветствовал громкий лай Ластика. На шум тут же выскочили мама, тетушка Ровина и папа, который недавно вернулся с работы и пил на кухне успокаивающий чай по бабушкиному рецепту. Чай этот , видно, действовал очень хорошо, потому что папа только легонько похлопал Шмырлю по плечу и спросил:
– Ну, как улов? Хорошо клевало?
Такое папино спокойствие легко объяснялось тем, что он выпил уже весь запас успокаивающего чая, который был в доме, и маме с тетушкой Ровиной осталась одна чашка на двоих. Этого им явно не хватило, потому что они бросились обнимать и целовать Шмырлю, дядю Арго и Шмуньку одновременно, так что получилась куча-мала не хуже, чем во время танцев на пиру у мафтуков.
– Мама, папа, вы не поверите, где мы были!– возбужденно начал рассказывать Шмырля, выбравшись, наконец, из кучи и вытащив из-за пазухи рыбу, которая попала туда из перевернутого в суматохе ведра.
Но он заметил, что мама смотрит не на него, а на дядю.
– Аргонзий, что это у тебя? – спросила мама.
– Что? Где?
И тут все заметили, что у дяди на шее до сих пор висит венок из диковиных цветов – тот, что Тукки подарил ему на празднике.
– Мне кажется, Арго, что ты не такой, как был вчера вечером, – сказала мама.
– Пожалуй, я действительно, немножко другой, – улыбнулся дядя. – Я бы и сам не поверил… Но пойдемте же в дом, уже совсем поздно. Да и рыбу надо, наконец, почистить....
В эту ночь на кухне в Шмырлином доме очень долго горел свет. На плите кипели два больших пузатых чайника, булочки и пироги сами собой появлялись на столе, а мама, папа, тетушка Ровина и Шмунькины родители слушали такой необычный рассказ, который еще никогда не звучал в этих стенах.
– Подумать только, а ведь все началось с той самой старой шляпы, которую бабушка подарила Шмырле, – сказала мама.
– Да, это – самая чудесная в мире шляпа! – согласился Шмырля и уснул прямо за столом…
Пришла пора и нам прощаться с героями этой удивительной истории. Но мы не будем говорить:"Прощайте!", потому что когда-нибудь мы обязательно с ними снова встретимся. Ведь и у них, и у нас впереди столько всего интересного!
