Hajm 544 sahifa
1915 yil
Опавшие листья
Kitob haqida
Розанов утверждает новый вид литературы – спонтанной, обрывочной, интимной, практически домашней, где истончается граница между автором и читателем. Но, пытаясь преодолеть традиционную литературу, писатель ощущает, как литература преодолевает его самого.
Janrlar va teglar
Несмотря на то, что Розанов считается философом, особой философии тут и нет.
"Листья" - это потому что это мысли, записанные по ходу жизни на листочки бумаги, которые потом были собраны вместе и опубликованы.
Местами мысли интересные, местами странные, путанные, дикие, самоуглублённые, "верноподаннические" (много рассуждений о том, что только царь спасает Россию от полного краха...), религиозные, политические, личные, истеричные, откровенно надуманные и на грани галлюцинирования...
Многое сегодня уже не очень актуально, но в целом читается неплохо - сам стиль, шаблон мышления оставляет приятное послевкусие.
В отличие от "Уединённого" и "Смертного" эта книга понравилась сильно меньше - те книги при всей своей шизоидности (зачёркнуто) рефлексивности и самоуглублённости были своеобразными, но милыми. А тут слишком много откровенно странного, путанного и дикого.
Нужно хорошо «вязать чулок своей жизни», и – не помышлять об остальном. Остальное – в «Судьбе»: и все равно там мы ничего не сделаем, а свое («чулок») испортим (через отвлечение внимания).
благородных людей и благородную жизнь. И жизнь очень бедна, и люди бедны. Но никакой тоски, черни, даже жалоб не было. Было что-то «благословенное» в самом доме, в деревянных его стенах, в окошечке в сенях на «За-Сосну» (часть города). В глупой толстой Марье (прислуге), которую терпели
Боль мира победила радость мира – вот христианство. И мечтается вернуться к радости. Вот тревоги язычества.
Папироска после купанья, малина с молоком, малосольный огурец в конце июня, да чтоб сбоку прилипла ниточка укропа (не надо снимать) – вот мое «17-е октября». В этом смысле я «октябрист».
Государство ломает кости тому, кто перед ним не сгибается или не встречает его с любовью, как невеста жениха.
Sharhlar, 2 sharhlar2