Kitobni o'qish: «Зелёный чемодан»

Глава 1. Утро добрым не бывает

Прекрасное субботнее утро было бы ещё прекрасней, если бы человечество никогда не изобретало телефон и начальников. Именно эти два объекта в совокупности способны вершить самое настоящее зло во плоти. В данную секунду наш главный герой Антон хотел досмотреть свой сон с радужным пони и мармеладками, но реальность штука жестокая, и если ты будешь игнорировать звонки от своего начальника, то крики корня мандрагоры могут показаться тебе колыбельной песенкой. А когда твой начальник – мэр города, то тут уж, друг, вообще вариантов нет. Из телефона прямо сейчас Фредди Меркьюри поёт свой хит I Want To Break Free, и ещё не проснувшийся Антон решает всё же ответить на звонок.

– Алло! Алло! Антон, ты что, спишь? – спросил грубый голос. Антону показалось, что глупее вопроса в принципе сейчас в мире не прозвучало. Спрашивать такое в 8 утра. В субботу. В выходной день. Ни совести, ни логики позвонившему, наверное, не занимать.

– Уже нет, Тигран Эдуардович, – как бы бодро он ни старался это сказать, но на деле лишь вышел сиплый и хрипучий ответ. – Я весь во внимании.

ДЗИНЬ! – запищал бы сейчас детектор лжи. Всё дело в том, что вчера Антон сдал на отлично экзамен по языкам программирования. А потом благополучно это дело отметил. В данный момент в голове у Антона боролись между собой две мысли: включиться в разговор и быть послушным мальчиком или бросить трубку, попить воды и уснуть в обнимку со своей девушкой (которая наглым образом спит и даже ухом не повела на трезвонящий телефон). Хоть у кого-то в этой истории есть совесть, и поэтому Антон напряг свои мозги, чтобы впитать всю информацию, которая сейчас польётся из динамика телефона.

– Ну и хорошо, что ты такой же жаворонок, как и я. (Ага, как же.) У меня к тебе нетелефонный разговор, к десяти ты должен быть у меня. В полной боевой готовности, с желанием послужить своей Родине.

– Но, Тигран Эдуардович, мы же договаривались по поводу графика, я вам напомню: три раза в неделю, по будням, после учёбы я буду у вас работать, а сегодня не будний день… – устало простонал Антон.

– Ребрицкий, не сметь! Договор договором, но ты же должен понимать, что за «твои» успешные оценки ты мне ещё должен остался. И за вчерашний экзамен тоже. За своё «отлично» меня отблагодаришь сегодня. Всё! Жду тебя к десяти!

На этих словах он бросил трубку, и Антон с самой печальной печалью в мире пошёл в душ. А пока он смывает с себя остатки вчерашнего празднества и прячет в воде свои скупые мужские слёзы, следует поговорить по поводу работы Антона на мэра и о том, как вообще судьба свела обычного студента-программиста с мэром Величественного Кудайграда. Ознакомившись с их разговором, можно подумать, что мэр любит, когда его «благодарят» молоденькие студенты за какие-то оценки в зачётках, но, читатель, оставь свои грязные мысли при себе. На самом деле Антон подрабатывал в мэрии на должности внештатного сисадмина, который и Windows переустановит, и страничку в Facebook взломает, а также, помимо починки Интернета временами, ведёт аккаунты мэра в некоторых социальных сетях. Так сказать, создаёт благоприятный имидж для главы города.

А свёл их между собой сыночек Тиграна Эдуардовича – Леонид Тигранович. Представитель «золотой молодёжи» и по совместительству однокурсник той самой девушки, что сейчас лежит в кровати у нашего героя.

Контрастный душ, утренняя пробежка с препятствиями (в виде разбросанной одежды) по квартире в поисках кошелька и ключей, две таблетки Алка-Зельтцера в совокупности с завтраком из вчерашнего салата – и вот перед нами стоит красивый молодой парень. Одетый просто, но со вкусом: в дешёвый серый пиджак, белую рубашку и голубые джинсы. Он собрал свои волосы, достигающие плеч, в хвост, чтобы окончательно затеряться в толпе хипстеров.

Ребрицкий подкрался к спящей девушке, чтобы чмокнуть в щёчку, но его обхватили её руки за шею и притянули к себе.

– Куда это ты собрался? У нас ещё целый день впереди. Останься со мной.

– Прости, Алина, душа моя. Но служба зовёт. Надо к Тигру съездить, надеюсь, я не задержусь.

– А как же я? Оставишь меня совсем одну? Променял меня на босса. Предатель, Иуда, ИудАнтон. Я, между прочим, хочу тепла и ласки.

– Всё это ты получишь сегодня с лихвой, но чуть позже. Всё, я пошёл. Люблю тебя.

– Эхх, и я тебя тоже.

Эххх, упускает свой шанс Антоха, но ничего не поделаешь – служба зовёт. Квартиру Антон снимал в спальном районе на 4-м этаже, а вот этажом ниже жила «смотрящая за двором» – Раиса Андреевна. Детвора называла её «Энциклопедией», потому что она собирала местные слухи и знала всё обо всех. Это была женщина того возраста, когда можно стать «ягодкой опять», с короткой стрижкой, рост 165, вес – никому не говорит, но предположительно 100 кг. Волосы русые, но постоянно красила их в рыжий. И, видимо, эта краска могла генетически влиять на её потомство, ибо её сыночек отличался от блондинистого отца именно своей рыжей шевелюрой.

Именно это рыженькое семилетнее чудо генетики чуть не столкнул Антон с лестницы, пока бежал на работу, однако чудом они всё-таки не врезались друг в друга. Далее – пешком до остановки, пока в наушниках успевает сыграть одна песня Киркорова, оттуда – пересадка на метро с песнями «Фабрики», Red Hot Chili Peppers и Басты. Музыкальный вкус – дело личное, но за людьми с подобными перепадами эмоционального настроения нужно следить 24/7, а то фиг знает чего от них ожидать.

Наконец в 9:50 Ребрицкий Антон Константинович стоит прямо перед мэрией города. На вахте его поприветствовал охранник. Даже проводил до лифта, спросил сигаретку и поинтересовался, чего забыл мэр в субботний день на работе.

– Извини, дядя Толя, не курю, – ответил Антон и зашёл в кабину.

В лифте Антон нажал на кнопку 13-го этажа и поехал, периодически приглаживая свои волосы и поправляя пиджак. В приёмной сидела секретарша. Она ни разу не подняла взгляд в сторону Ребрицкого, пока он не подошёл к столу впритык.

– Здравствуй, Антоша.

– Здрасьте, Ольга Ивановна, а Тигран Эдуардович у себя?

– Ну конечно же. Ждёт тебя – не дождётся. Видимо, что-то важное сказать хочет, – ответила Ольга. Это была девушка лет двадцать восьми, придерживающаяся строго делового стиля в одежде, с безупречно чистым лицом и идеально уложенными волосами. – И сколько раз повторять, давай не так официально, окей?

– Угу, – пробурчал Антон и повернулся к кабинету мэра. Он сделал глубокий вдох, поднял руку и постучал в дверь.

Глава 2. Предложение, от которого невозможно отказаться

– Войдите!

– Тигран Эдуардович, здравствуйте, – робко сказал Антон.

– А-а-а, Ребрицкий, проходи, присаживайся, угощайся вот, э-э-э-э-э, водичкой.

И хотя на столе стояли чайничек и вазочка с мармеладками, всё это добродушный и щедрый мэр аккуратно перенёс в сервант, видимо, для гостей поважнее.

– Наверное, ты задаёшься вопросом, почему тебя выдернули из тёплой кровати, вежливо попросили оказать услугу главе города и ничего толком не объяснили?

– Ну как бы да, – честно ответил Антон, – а то там дома курсовая не дописана, всю ночь писал, хотел ещё утром пописать немного.

– Я вот что скажу, – Тигран пропустил оправдания подчинённого мимо ушей, – буду краток, ибо времени мало. Дело у меня к тебе нехитрое, простое. Работка непыльная, с твоими навыками быстро справишься.

– Слушаю.

– В общем, слушай. На носу у нас, в славном городе Кудайграде, скоро пройдут выборы губернатора нашей Великой Тудойской области, и мне ты жизненно необходим, чтобы собрать все мои так называемые ресурсы в одном месте. Всё это необходимо для рекламной кампании, политических акций, митингов в мою поддержку и других расходов.

– Вы желаете баллотироваться в губернаторы?

– А что? Город поднял – и область подниму. Мне ещё 45 лет нет, я ещё так молод и так много должен успеть сделать для города, для области, для страны.

Ага, 45 лет ему нет ещё, всего-то 44. Антон представил, как заиграл гимн и позади столь амбициозного мэра стал развеваться национальный флаг. Он совсем не видел в этом человеке мудрого правителя, скорее спекулянта, эгоиста и профессора кафедры Меркантильности, Алчности и Жаднологии. Ну, зато город поднял. С третьего места на первое в рейтингах коррупции, плохого уровня жизни и бедности. А сколько ленточек-то парадных перерезал, мммм: 12 автобусных остановок, 10 мусорных зон и ремонт в районной поликлинике.

Но сказать, что Тигран Эдуардович совсем ничего не делает для города, тоже было бы неправильно, всё-таки строительство аэропорта и торговые центры столичного уровня закончили строиться в период его правления. И хотя бы цены в торговых центрах не столичные.

– Ребрицкий! Чего замечтался? – кандидат в губернаторы Тудойской области повернул свой ноутбук к Антону. – Вот, смотри. В этом блокноте написаны все мои счета и реквизиты, тебе надо все средства с этих счетов кинуть на один. Вот этот, который в самом низу написан.

От увиденного списка у Антона чуть глаза на лоб не полезли. 33 счёта из 5 банков. Наверняка зарегистрированы на всю родню мэра.

– Задача ясна? Дело вроде несложное, я бы и сам мог, сам и должен был это сделать, но у меня, правда, сейчас совсем нет на это времени. Это необходимо сделать сегодня же, а у меня встреча с коллегами с востока. Через три часа вернусь. Я рассчитываю на тебя. Нет. Страна рассчитывает на тебя.

Тигран собрал свои вещи и вышел из кабинета. Примерно две минуты Антон ещё по инерции тупо сидел перед монитором с пустым взглядом. Потом резко дёрнулся и огляделся по сторонам. Встал, деловито зашагал от угла к углу. Успел даже покрутиться в мэровском кресле. Наконец он взял для вида чашку кофе и подошёл к окну.

– М-да, вид, конечно, шикарный, – донёсся сзади женский голос. Это Ольга зашла, чтобы забрать из кабинета грязные кружки и блюдца. От испуга Антон подпрыгнул и выронил из рук кофе. Кружка, само собой, не ожидала такого предательства и с грохотом разлетелась на куски.

– Бл#, – выругался Антон и начал собирать осколки. Ольга достала тряпку и вытерла с пола остатки кофе. – Ты меня испугала.

– Извини, просто выполняю свою работу и слежу за порядком, – она забрала с собой весь мусор и уже в дверях, обернувшись, добавила: – Во-первых, с тебя новая кружка, во-вторых, я знаю, что у тебя какая-то сложная работа лично от Тиграна Эдуардовича, и поэтому тебя беспокоить не собираюсь, так что чай себе сам нальёшь. И в-третьих, то, что меня не будет в кабинете – не значит, что я не буду видеть тебя. Здесь по всему кабинету камеры спрятаны и микрофоны, так что от меня не скроешься.

С этими словами она вышла из кабинета, но, закрывая дверь, пристально смотрела на Антона и показала ему знак «я слежу за тобой». У Антона засосало под ложечкой. Он понял, что информация про микрофоны – блеф, так как мэр бы не стал при наличии оных обсуждать в этом кабинете дела про свои средства и активы, но вот пара видеокамер старого образца (без записи аудио) висела под потолком. Он занял место на кожаном диване и, пододвинув к себе ноутбук, принялся за работу.

Глава 3. Не лезь, дурак. Она тебя сожрёт

Казалось бы – непыльная работа, сиди и просто переправляй деньги со счёта на счёт, но Антон (умная голова, первое место в школьной олимпиаде по информатике) видел больше, чем мог увидеть обычный программист. И дело даже не в том, что надо было работать с хирургической точностью при наборе номеров счетов, чтоб не допустить ошибок и не лишиться случайно средств. Другая сложность состояла в том, чтоб обойти все ограничения, созданные банками, чтоб средства переводились без комиссий, и обойти условия так, чтоб не вызывало подозрений, откуда на одном счету появилась столь огромная сумма денег.

Насколько она огромна, Антон смог увидеть, когда закончил свою работу. 200 млн рублей. От такого количества нулей Антон замер. В его голове крутились мысли лишь о том, на что можно потратить такое количество денег. Обычный парень из деревни, каким и был Антон, так и не смог придумать, для чего нужна такая сумма человеку, который и так ни в чём не нуждается. Любопытство съедало его изнутри. Он глянул на часы: 12:27. До приезда босса ориентировочно ещё около получаса. Любопытство не просто съедало его изнутри. Оно уже отобедало печенью и принималось за желудок. «Быть или не быть? Стесняться или жить?» – прогонял в голове Антон. Наконец он решил рискнуть.

«Я успею. Я – скорость. Быстрее быстрого, скорее скорого. Я – молния», – прошептал под нос Антон и начал судорожно подключать раздачу WI-FI на своём телефоне, подключение к местной сети он посчитал ненадёжным. Антон пересел с ноутбуком на кресло, чтоб скрыться от видеокамеры.

Спустя минуты три компьютер был полностью в его власти. Антон хотел войти в личный профиль Тиграна Эдуардовича, но его остановил пароль.

Так-с, наверняка он этим ноутбуком пользовался только в этом кабинете, значит, и пароль где-то здесь. Он стал водить взглядом по кабинету: шкаф, бильярдный стол, дверь, стол. Ответ где-то рядом. Было ощущение, что он откуда-то украдкой наблюдает и жаждет быть отгаданным. Антон ввёл несколько вариантов, от простого 12345 до более сложных «Оленька», или «Босс». Ничего. Ещё пятнадцать минут, потраченных зря.

12:44. От бессилия Антон хотел уже вводить названия всех книг из шкафа по порядку, но внимание привлекла бутылка Henessy Paradis 1979 года.

Ребрицкий как будто флешбэк словил: вот стоит он, рядом Тигран Эдуардович, тоже стоит и хвастается. Хвастается своими подарками от влиятельных друзей. Что лучший подарок на свой день рождения получил от губернатора области – тот самый Henessy Paradis 1979 года.

«Эх, если и это не подойдёт, тогда я просто брошу все попытки и буду ждать босса», – подумал Антон. Он ввёл Hennesy1979 и нажал Enter.

Получилось у него или нет, нам в данный момент узнать не получится. А почему? – спросите вы. Отвечаю – cherchez la femme (ищите женщину – фр.).

В этот момент произошло то, что заставило его поднять голову от монитора, даже не увидев результат своей решающей попытки. В кабинет зашла Ольга с кружкой чая.

– Не подумай, что я как-то подкатываю, просто подумала, что ты голоден, давно ведь сидишь. И я всё-таки решила тебе чаёк сделать.

– О, спасибо. Я просто потерял счёт времени. Так увлекательно просто, копаться в циферках, кодах и таком прочем, – улыбнулся Антон натянуто. От волнения пот с его спины стекал литрами, и это просто чудо, что Ольга не потеряла сознание от запаха и напряжения, которым уже пропитался кабинет.

– А что делаешь? И по какой причине вдруг пересел?

– Спина затекла, надеюсь, никто не будет против того, что я тут посижу чуток.

– Ты не ответил на первый вопрос. Чем занимаешься? – Ольга настаивала на своём, всем своим грозным видом она дала понять, что не уйдёт без чёткого ответа. Настоящая бой-баба. Такая сама избы поджигает и коней гоняет ради забавы.

– Да я просто пришёл обновить несколько программ и софт. Кэш почистить. – Антон решил задавить Ольгу терминами, и на удивление этот план сработал. Она закатила глаза вверх и пошла к двери.

– Скука какая, неудивительно, что такой зануда, как ты, одинок.

Антон пропустил её слова мимо ушей. Хотя в любой другой момент завязал бы спор и стал бы доказывать её неправоту, но чем скорее она покинет данное место преступления, тем лучше.

Наконец Ольга вышла, и Антон смог таки обратить свой взгляд на монитор. Там сияла надпись «Добро пожаловать, брат Тигран».

Глава 4. И приоткрылась завеса над страшной тайной

А что дальше-то делать? Над этим Антон ещё не подумал, но решение нашлось само собой. Шедеврально и по-ювелирному точно орудуя пальцами, наш без пяти минут нарушитель закона открыл историю посещений и увидел, что за последние три дня помимо почты и Танков-онлайн ничего не открывалось. Вряд ли свои секреты мэр стал бы прятать в игрушке, поэтому Антон вошел в почтовый ящик. Открывать непрочитанные сообщения было чересчур рискованно, поэтому ему оставалось только войти во вкладку «Прочитанное».

Так-с, пересланные документы от Ольги, рекламные акции от банков, сообщения от Леонида, сына Тиграна Эдуардовича. Оп, интересно, что там? Щелчок мышки. Хотя здесь тоже ничего интересного. Лишь оправдания за опоздание на пару в институте. Ни единого намека на то, куда может понадобиться огромная сумма денег.

«Ну и чёрт с этим всем», – подумал Антон и хотел уже выходить из почты и заметать следы, но руки его не слушались. Ангел с демоном в его голове начали спор: открыть папку с непрочитанными или плюнуть на всё и закрыть этот вопрос.

Часы показывали 12:57.

 
Сдавленный хрип вырывается из глотки,
А сердце пока отбивает чечётку.
Чтоб по итогу не попасть за решётку,
Действуй, братишка, быстро и чётко.
 

Время уходит, а Антон боится. Боится, что оставит следы или что сейчас в кабинет зайдёт Тигран Эдуардович с полицией и его задержат за хакерскую атаку на компьютер должностного лица, боится буквально всего, что может и не может произойти в эту минуту.

Сколько бы он ещё просидел так неподвижно, одному Богу известно, и потому его кто-то должен всколыхнуть. Я, рассказчик данного «произведения», взываю к внутреннему голосу Антона Константиновича Ребрицкого, давай, буди этого недохакера.

Вжух, внутренний голос Антоши проснулся и стал ему припоминать все те случаи, когда Антон чего-либо боялся в своей жизни.

Сказать, что Антон прожил всю жизнь в страхе, было бы враньем. Детство у него было обычное, как у всех. Только будучи подростком, он побоялся, что навсегда останется в своем селе и не сможет проявить себя. Победить страх ему помогла решимость. В одно прекрасное утро Антон просто собрал свои вещи и сбежал из дома. Это был его самый смелый поступок в жизни.

Тогда он решил, что теперь взрослый и самостоятельный, что страх его оставил, но нет, он всегда был рядом. Только форма поменялась. На смену страху ничего не добиться в жизни пришёл страх позвонить домой. Извиниться за то, что заставил родных людей волноваться за тебя. Страх, что его не простили. Страх услышать в трубке голос матери или никогда его больше не услышать.

Страхи вообще бывают разные: от страха наказания, или темноты, или болезни, до страха экзистенционального кризиса. Мы же, люди, постоянно чего-то боимся, чего-то мелкого, как плохая отметка по предмету, покрупнее – гнева родных, или предательства любимого человека, или невыносимо огромного – смерти родного человека в муках. Так может быть, когда-нибудь должен всё-таки наступить тот момент, когда надо сказать самому себе «ХВАТИТ» и шагнуть дальше, чем ты видишь. В неизведанное.

Антон шагнул. (Спасибо, внутренний голос.) Второй из самых смелых поступков в его жизни произошёл прямо сейчас. Сигналом к действиям стал щебет кукушки из часов, отсчитавшей 13 раз. Дурной знак, конечно, эта чёртова дюжина. Но сейчас или никогда: пора действовать.

Войдя в «Непрочитанное» Антон увидел лишь одну вкладку: «ПОСТ ГО». Там высвечивалось два непрочитанных сообщения, щелчок мышкой – и перед его глазами вылезла небольшая переписка:

АА: ты готов поехать в деревню?

ТЭ: конечно, уже вещи собираю.

АА: бабуля говорит, что для заготовки варенья нужно 280 кг сахара.

ТЭ: 280 кг? а бабуля не охренела?

АА: иначе ничего не выйдет, вышли ей по почте 140 кг авансом, и еще 140 по приезду.

ТЭ: я постараюсь.

АА: давай, по сусекам своим проверь и по амбарам тоже.

Хмм, интересный диалог, про сахар и бабулю, совсем не подозрительный даже, а дальше там что?

Второй диалог:

ЛЮ: азиат спрашивает рецепт хорошей настойки для сна.

ТЭ: могу предложить ему Пеньяевские травы, есть на выбор Веточкины или Свечкины сорта. Для крепкого сна бонусом есть Папушкины ягоды.

ЛЮ: заманчиво, думаю, ему понравится.

Антон отпрянул от экрана, и его глаза уставились на стопку плакатов с изображением Тиграна Эдуардовича. До выборов ещё два с половиной месяца, а агитационная кампания уже началась.

Если вам показалось, что переписки скрывают за собой жестокую правду, то поздравляю – вам не показалось, юный Ватсон. На самом деле здесь всё элементарно. Шифр довольно несложный: сахар – деньги, приезд к бабушке в деревню – назначение на пост губернатора, АА – таинственный человек, посредник, который может посадить на желаемый пост. Со второй перепиской оказалось всё сложнее. Азиат, настойки для сна и что-то про Папушкины ягоды… Папушкины.

На долю секунды Антон забыл, как дышать. Село Папушкино – его малая родина, сёстры, мать, всё это было там, так далеко. Не нужно быть даже самым лучшим детективом, чтобы понять, что что-то нечисто.

Антон в нервах встал и подошёл к окну, у тротуара как раз парковался мерседес Тиграна Эдуардовича.

Бл#*. Нет даже времени на то, чтобы стереть следы. Торопись, Антон. Ты же скорость, ты же молния. Антон надеялся на то, что Ольга не смотрит в данный момент за камерами и не успеет среагировать. Он судорожно подскочил к столу, сложил в портфель ноутбук босса и вышел из кабинета.

– Оля, слушай, а что было в чае? Мне что-то приспичило отлучиться носик попудрить.

– А что…?

Не успела Ольга ничего ему крикнуть вслед, как он выбежал в коридор.

Глава 5. Run Boy Run!

Спортивная ходьба, которую он не любил ещё со школьных времён, ему сейчас оказалась очень полезной. Также на руку сыграло то, что в субботу здание мэрии было практически пустым. Антон подошёл к лифту и, подняв палец, остановился. А вдруг он вызовет лифт, на котором приедет Тигран Эдуардович? А часики всё тикают, секунды всё бегут. И Антон побежал к боковой лестнице. По ней редко кто ходит, только чтоб выкурить сигаретку, или если совсем невмоготу. И сейчас она пустовала.

Ходить по лестнице – дело непростое, и неважно, вверх ты идёшь или спускаешься вниз. Тук-тук-тук, стучали ботинки Антона по ступеням. Как плохой спортсмен, он опускался всё ниже и ниже. Тук-тук-тук. Двенадцатый. Одиннадцатый. Десятый. Девятый этаж. Лёгкие отказывались жить такую жизнь. Тук-тук. Тук-тук. Дыхание сбилось. Восьмой. Тук. Тук. Тук. На седьмом этаже Антон решил, что хватит. Нужно постоять полминуты и привести дыхание в норму. Он опёрся об дверь выхода, и именно в этот момент кто-то с обратной стороны захотел её открыть.

Ребрицкий ввалился внутрь и распластался на полу. Портфель откатился чуть в сторону. Антон поднял голову и увидел над собой охранника, который совершал обход территории.

– Не понял. Это что такое? Ты табличку видел – «Курить запрещено»?

– Извини, дядя Толя, просто чуток подымить захотелось.

– Ты ж не куришь? – тоном обиженного мальчика сказал дядя Толя.

– У Ольги взял, той, что у Тиграна работает. Там, кстати, пакет подозрительный лежит у неё, ты бы проверил. Прямо сейчас. А я, честное слово, сейчас же выйду. Отпусти, пожалуйста, ну…

– Пакет, говоришь, подозрительный. Ладно, Антош. Нравишься ты мне, хороший ты парень, ступай куда шёл, но впредь – ни-ни.

Антон схватил портфель и ринулся к главной лестнице. Полпути пройдено. Шестой этаж. Пятый. Четвертый. В груди уже взрывается ядерный реактор, к ногам прикованы гантели, а стекающий пот можно набирать в бутылку. Третий. Второй. И вот – лестница на первый этаж и путь к выходу. Но вдруг… Только открыв дверь, Антон резко потянул её обратно. Потому что за ту долю секунды, что он успел глянуть в вестибюль, он заметил, что в пятнадцати метрах от него стоит Тигран Эдуардович возле лифта. С охраной.

«Почему вы ещё здесь? Неужели Ольга каким-то образом успела вас предупредить о моём побеге, и вы ждёте, что я выйду из лифта?» – в панике накручивал себя Антон. Он даже не подумал о том, что Тигран Эдуардович мог просто задержаться и просто стоит и ждёт лифт. Он не слышал, о чём они говорили, но вдруг Тигран повернулся и зашагал к двери. Антон считал каждый его шаг. Все эти злополучные пятнадцать метров. Тигран поднял свою руку и потянулся к дверной, как вдруг его охранник крикнул:

– Заработал, можем ехать! – Двери лифта распахнулись, и мэр сразу зашагал к ним.

То, что называется «вздохнул с облегчением», ещё ничто в сравнении с тем, что испытал наш герой. Ещё бы хоть пару секунд, и он бы точно поседел прямо на месте. Но удача в эту секунду была на его стороне, и Антон сразу прикинул, что пока босс доедет до своего этажа, дойдёт до кабинета, перекинется парой слов с Ольгой и войдёт внутрь, а потом только поймёт, что к чему, то минимум минут семь у него есть в запасе. И снова удача на его стороне, потому что Антон не учёл того факта, что слабый на желудок мэр после встречи со своими коллегами с востока будет мечтать не о губернаторском троне, а о белом. А значит, у него в запасе ещё на десять минут больше времени.

За это время Антон вышел из здания мэрии и, сев в дежурившее здесь «на всякий случай» такси, поехал домой.

«Ой-ой-ой, что же я творю? На кой мне всё это надо? Может, вернуться и подложить ноутбук обратно, как будто ничего и не было? А вдруг он ничего и не заметит?» – продолжал трепать себе нервы Антоша, пока ехал в такси. Это можно назвать панической атакой или нервным выгоранием, но ясно, что мыслить здраво он точно не мог. Его психика разрушала сама себя. Вывести его из такого состояния и вернуть в строй, чтобы снова начать мыслить трезво, мог только подходящий триггер, который и поджидал его дома.

На подходе к дому он уже вспоминал, куда положил свой паспорт, где дорожная сумка и что с собой нужно взять в дорогу.

«Дальше с Алиной мигом в аэропорт, купить билеты на ближайший рейс и уже в самолёте определить ход своих дальнейших действий. Обратно в Кудайград он пока вернуться не может. Придётся залечь на дно. Вот только Алине позвонить забыл, чтобы время не теряла и вещи забирала, ну ничего, она быстро одевается, когда надо», – снова загонял свои мысли Антон, да так, что совсем не заметил и снова чуть не сбил с ног рыжего мальчонку, второй раз за день уже. В этот раз его мать шикнула вслед:

– Ну куда прёшь, не видишь, дитё стоит? Нам уступать дорогу надо, я же мать вообще-то.

Антон ошарашенно осмотрел её и, стараясь не ввязываться в конфликт, попятился к подъезду. Левая нога начала подозрительно зудеть, и это сильно раздражало. Тратить время на чесотку совсем не хотелось. Он стоял на лестничном пролёте и думал: «А вдруг они уже там? Может, доехали сюда быстрее, чем такси? Надо как-то разведать обстановку».

Антон спустился на первый этаж к той самой «рыжей» соседке.

– Неужели совесть проснулась, и ты извиниться вернулся? – язвительно сказала она. Она вообще всегда говорила язвительно. Как будто ей все вокруг что-то должны.

– Э-э-э, угу, – промычал в ответ Антон, искренне не понимая, за что он извиняется.

– Чуть не прибил нас только что, носишься как ужаленный. Даже дорогу не додумался уступить, остолоп. Что угукаешь мне тут? Нам, между прочим, уступать положено, Я же мать. – За её спиной виновато стоял парнишка. Наверняка не в первый раз слышит, как его мать обругивает кого-либо.

– Раиса Андреевна, не серчайте, помогите, пожалуйста, скажите, не видели, входил ли кто в наш подъезд лишний? Подозрительный кто-нибудь?

– Нет, – твёрдо сказала она. И добавила: – Никого «падазлительнаго» не было.

Легче от этого Антону не стало, а зуд всё никак не уходил. Он снова поднялся на этаж (вот это кардиотренировка, всё утро по лестницам гуляет туда-сюда) и осторожно вставил ключ в скважину. О-о-о-очень медленно повернул ключ, чтобы щелчок был еле слышен и, открыв дверь, украдкой втиснулся в квартиру. В прихожей стояла неизвестная ему пара обуви, а из комнаты доносился какой-то шорох. Его однозначно ждёт там какой-то незваный гость.

Глава 6. Самолётом, поездом, автомобилем

На цыпочках, как ниндзя в кино, он подошёл к двери комнаты и стал прислушиваться – оттуда доносились шорохи и женский стон. Вариантов было только два: либо Алину пытают, либо она ему делает рога. И ни один из этих вариантов не устраивал Антона, поэтому он решил, что у себя дома может действовать в открытую, тем более что за ним был эффект неожиданности. Он схватил зонтик и ворвался в комнату.

От увиденного он сразу забыл про Тиграна Эдуардовича и его ноутбук. Алина сидела голая на каком-то парне в позе наездницы. Их «акт прелюбодеяния» завершился тем, что она отпрыгнула в дальний конец комнаты с одеялом в руках и в её глазах заблестели слёзы. Она вытаращилась на Антона, а парень, прикрыв своё причинное место покрывалом, лишь губами прошептал «пи**ец». Все замерли, и никто не решался прервать эту минуту молчания.

Триггер сработал для Антона на ура. В голове сразу всё прояснилось. И то, что надо действовать без лишних движений, и что славный город Кудайград ему вообще не нужен, ведь за полчаса он растерял связи со всеми людьми, что для него хоть что-то значили. Да и одному сбежать будет намного легче. Вот только предательства он не ожидал, но об этом ещё будет время подумать.

Он без разговоров подошёл к шкафу и, достав зелёный дорожный чемодан, начал рандомно, невпопад скидывать туда свою одежду. Ни разу не взглянув на Алину, он достал из ящика в столе документы с паспортом и вышел из квартиры. На лестничной клетке его догнала Алина.

– Ну постой, я тебе всё объясню.

– Отцепись от меня. Отстань.

– Ну Антоша, давай поговорим, прости, ну пойми ты меня. Я больше так не буду.

– Я ничего не хочу знать. Ни его имени, ни то, как долго это происходит, ни почему ты так поступила. НИ-ЧЕ-ГО. Ты предала меня. Иуда. ИудАлина.

– Ну Антон, прости, я всё объясню, – не уставала повторять Алина.

Но Антон лишь отдёрнул её руку, сбежал с лестницы, перепрыгивая через две ступенька за раз. На третьем этаже он заметил приоткрытую дверь квартиры Энциклопедии и со всей силы прихлопнул её. На пол тут же упала фаланга указательного пальца, а с той стороны двери послышался противный пронзительный визг. От неожиданных отрубленных конечностей Антон побежал ещё быстрее.

«Паспорт в руках, наличные в кармане, надеюсь, на билет их хватит, лишь бы скорее свалить отсюда, чем дальше, тем лучше, – пока он ехал к аэропорту на метро, его голова была занята мыслями об этом, потому что он всеми силами старался не думать о предательстве Алины, – одному и вправду легче будет где-нибудь затеряться. Я один с тех пор как из дома уехал и ничего – прожил же как-то. И на Алину пофиг. Что было – то было, остальное уже неважно». – Но Антон одновременно с этим понимал, что обманывает сам себя. Ведь если б это было неважно, он бы не возвращался к мыслям о ней постоянно.

Как только Антон вошёл в здание аэропорта, его телефон снова запел хит Quenn. На экране высветилось лишь слово «БОСС». Поздновато он обнаружил пропажу. Добрых минут сорок прошло уже, как они разминулись в фойе мэрии. Брать трубку не стоит, неизвестно, что там, на другом конце, явно не похвала и почести. Раз дозвониться не можем – начинаем СМС-атаку, решили на том конце, и одна за другой начали приходить эсэмэски:

«Антоша, трубку возьми, поговорить надо. Срочно».

«Трубку возьми, Антон».

«БЫСТРО ТРУБКУ ВОЗЬМИ».

Дальше читать Антон не стал, чтобы не трепать себе нервы и не отвлекаться лишний раз. В кассе он взял билет до Самары, до рейса оставалось 38 минут.

* * *

В это же время в квартире Алины огромный лысый бурят проводил жёсткий допрос.

– Девочка, это я тебя пока по-хорошему спрашиваю, куда он мог уехать?

– Я понятия не имею, всё было, как я и сказала, забрал вещи и сбежал, – всхлипывая, сказала Алина.

– Он забрал у моего босса кое-что важное, и я всю землю сожгу, лишь бы найти его.

– Я ничего не знаю об этом. Когда он пришёл, в руках была только сумка от ноутбука и всё.

* * *

Пока ждал посадки, Антон всё же решил проверить телефон:

«Надеюсь ты глупостей не натворил?»

«Где мой ноутбук, гадёныш?»

«Я ж тебя всё равно найду».

«Ты попал, парень, верни ноут и деньги по-хорошему».

«Обещаю не трогать тебя, если всё вернёшь».

«Ну как знаешь, жди».

«ул. Володарского, 12, да?»

и наконец:

«Тебе Алина хочет привет передать».

А вот такого поворота событий он не предвидел. Как они нашли его адрес? Квартира съёмная, в документах нигде не присутствовала, только если кто-то сдал. Там иногда тусовались студенты и друзья Алины, и единственный, кто мог прийти на ум, это Лёня. Лёня – однокурсник Алины и по совместительству сын Тиграна Эдуардовича. Он и был тем, кто когда-то свёл Антона с боссом.

Антон набрал номер Алины, и на его звонок ответил плачущий голос его теперь уже бывшей девушки:

– Антоша, а ты где? Я очень хочу извиниться и объяснить тебе ситуацию, ты простишь меня? Приезжай сюда, или скажи, куда мне подъехать.

– Алина, передай Тиграну Эдуардовичу, что я сам не знаю, что творю, просто считаю, что так будет правильно.

С этими словами он бросил трубку, как он думал, он сделал это вовремя, однако на том конце отчётливо слышали фразу «продолжается регистрация на рейс 222 Кудайград-Лондон».

Антон сидел в зале ожидания, до посадки на рейс оставалось всего 10 минут, как вдруг он заметил, что в здание аэропорта входит группа людей в чёрных костюмах, их лица Антон не мог перепутать ни с кем. Охрана Тиграна, которую он часто видел в его окружении. Надо сматываться, но как? Пока Ребрицкий пересел на безопасное расстояние, они подошли к стойке регистрации. О чём они спрашивают администраторшу, Антон расслышать не мог, но тут даже догадываться не нужно. Сперва она им помахала головой, но как только они показали ксивы, она сразу начала что-то набирать на клавиатуре и позже рукой показала на зал ожидания, где и скрывался Антон.

Сложив дважды два, Антон вскочил и осмотрелся, все мысли были направлены в одну степь: куда бежать?

Около главного входа, вероятно, его уже поджидают, дождаться вылета самолета он не сможет, ибо там его тоже схватят. Решение пришло само собой. Антон взял рядом лежавшую газету и пошёл в туалет. Осмотрев кабинки и убедившись, что он находится в одиночестве, Антон поджёг газету и кинул в мусорное ведро, а сам тем временем вышел оттуда, надвинув на лицо кепку, чтоб не попасться на камеры видеонаблюдения. Спустя минуту начала выть противопожарная сигнализация, и народ с уставшим видом потянулся к выходу.

«Сохраняйте спокойствие, это наверняка ложная тревога!» – кричал дежурный офицер, но его крики приглушались недовольной толпой. Паники не было, люди и так были спокойны, просто всеобщее недовольство ощущалось в воздухе, и каждый думал о том, чтобы из-за этого инцидента не задержали их рейс. Ах, если б они знали, что виновник данной ситуации прямо сейчас стоит среди них.

Он тут же заметил совсем непримечательную пару чёрных гелендвагенов с секьюрити внутри, наверняка ждущих его, и повернул в другую сторону. Сел в первую попавшую машину и сказал: «На ж/д вокзал за 500, пжалуста».

– Э-э-э, брат, думаешь, если я тут стою, то сразу такси, что ли? – ответил водитель.

– Ой, прошу прощения, но мне очень надо, на поезд опаздываю, 700 устроит?

– Ладно-ладно, такси я, такси. Пошутил просто, – и еще раз пошутил: – Дорогу покажешь?

Бомбила оказался что надо, дворами и переулками они доехали до вокзала всего за 15 минут, за это время у Антона на телефон пришло более сотни сообщений от босса и Алины. На вокзале Антон приобрёл в торговом павильоне новую кепку и натянул её почти до глаз. Волосы спрятал под неё. До приезда электрички было немного времени, и Антон порылся в своём багаже, что он успел собрать, пока был дома. Оказалось, что помимо своих вещей он ещё и прихватил несколько вещей из гардероба Алины. Наконец он вытащил из чемодана смятую футболку и прямо на лавке надел её вместо уже пропахшей потом рубашки. Если не на хипстера, то на хиппи из восьмидесятых он теперь стал похож точно. Наконец он зашёл в вагон. Народу было не густо.

Паранойя преследования съедала его изнутри. Антону казалось, что люди Тиграна могут ждать его повсюду. Там сидит мужик в шляпе. Очень подозрительной шляпе. А эти рыбаки? На кого они ловят? Наверное – НА ЖИВЦА? Из всех этих подозрительных личностей Антон увидел наконец одиноко сидящую милую особу и, медленно шагая, пошёл к ней. Выглядела она очень опрятно. В руках держала томик Достоевского. А ведь если к ней подсесть, то, может, люди Тиграна и не заметят? Недолго думая, Антон подошёл к ней.

– Привет, я подсяду?

Особа оторвалась от книги и оценила Антона брезгливым взглядом. Её лицо не выражало ничего хорошего. Только высокомерие с долькой презрения.

– Занято, вообще-то, я подругу жду.

Странное место, конечно, чтобы встречаться с подругой, подумал Антон, но промолчал. Значит, поездка пройдёт в более тихой обстановке, и пошёл дальше.

Он уже решил, куда поедет. Иного выхода он просто не видел. Он возвращается домой. Спустя четыре года отсутствия. Только вот ни капли радости он не чувствовал. Только страх и мандраж. Электричка тронулась, контролёр проверил билет, и Антон закрыл глаза, пытаясь вспомнить свой последний день дома. Воспоминания причиняли ему боль, но Антон понимал, что ему надо всё это прочувствовать от начала и до конца, ведь эту боль он заслужил.

Глава 7. Сон в электричке дальнего следования

Это был конец августа. Ему оставалась лишь пара месяцев до шестнадцатилетия. Как и любой подросток, он спал до обеда, перед этим всю ночь проиграв в компьютерные игры. Разбудили его детские крики. Это Ксюха играет с Пашкой. Ксюха – сестра, младше Антона на три года и совсем другая по характеру. В отличие от спокойного и осторожного на людях Антона, она была взрывной и неумолкающей. Постоянно ввязывалась в нелепые ситуации в школе и училась ниже среднего. Зато какое воображение и актерский талант! Ещё с детства она умела привлекать к себе внимание историями и перформансами. А Пашка – это его племянник, пятилетний сын Валерии, старшей сестры Антона. Пашку Антон помнил пухлым мальчонкой, который предпочитает книгу подвижным играм. Но вот игры с Ксюхой он любил больше, чем даже зачитаться интересной историей.

От поднявшейся детской возни Антон окончательно проснулся. Вопреки советам Бродского, он совершил ошибку и вышел из комнаты.

– Может, хватит орать, люди здесь спят всё-таки, – грубо сказал Антон.

– О, явился-таки. Ты время видел? Уже третий час идёт, мама там одна в огороде грядки полет, завтракай и иди помогай, – ответила ему Валерия.

Валерия была длинноволосой брюнеткой лет двадцати трех. Лицо выражало недовольство, но от этого было по-настоящему красиво. Красотой она пошла в мать, а вот характер унаследовала от отца. В разговоре с людьми она совсем не церемонилась и прямо говорила, что ей нужно и когда. Это не было какой-то грубостью, просто она ценила время и любила конкретику во всём. Пашку она родила, как только ей исполнилось восемнадцать, а вот маленькая Юленька родилась совсем недавно. Ей даже трёх месяцев не исполнилось, и потому кроме Валерии, её мужа Артура и матери к ней никого не подпускали. Пока Артур находился в рабочей поездке, Лера занималась детьми, а домашние дела ложились на плечи Ксюхи и Антона. Когда Антон зашёл в комнату, Валерия как раз пеленала Юлю.

Антон хотел огрызнуться, но встретившись с ней глазами, сразу опустил голову и пошёл умываться. Мать в это время пропалывала грядки, и Антон вскоре присоединился к ней.

– Мам, иди отдохни. Я здесь сам закончу. У тебя руки, наверное, уже болят.

– Ой, щас грядку закончу и всё.

Минут десять они работали молча, слышно было лишь, как летают мошки и рвались сорняки. Антон всё же решил нарушить тишину.

– Мам, у меня есть один разговор к тебе серьёзный, послушаешь?

Он обычно никогда не начинал с ней таких разговоров, и поэтому она даже не знала, как реагировать в данный момент.

– Ну хорошо, о чём? Может, тебе девочка какая понравилась? Или про школу что-то? Насчёт твоих оценок в школе я не волнуюсь, ты у меня молодец. Белая ворона в семье, единственный, кто сносно учится хоть. Я иногда даже думала, мой ли ты сын вообще, хахах, – попыталась она сгладить ситуацию, но лицо Антона не дрогнуло и всё ещё выражало серьёзность.

– Да какие девчонки, мам.

– Ну, надеюсь, не мальчики?

– Мама…

– Ладно, прости, не перебиваю. Продолжай.

– Ну тут и моей успеваемости тема тоже касается, кстати.

Оттягивать столь неприятный для неё разговор уже не представлялось возможным, и в этот момент она напряглась. Где-то внутри она понимала, что это рано или поздно должно было случиться, вот только она думала, что это будет позже, когда ему будет восемнадцать или девяносто лет. Антон же не стал ходить вокруг да около:

– Понимаешь, я вот учусь хорошо, практически по всем предметам успеваемость хорошая, но только проблема в том, что в нашей деревне это не нужно никому. И дальше мне здесь расти некуда. Нет мест, куда я мог бы пойти учиться. На тракториста? Или на бульдозер? Я в город хочу. Там хоть выбор есть.

– Рано ещё, – резко ответила мать.

Он, безусловно, любил её и желал только добра, но иногда переходный возраст все же давал знать о себе, и слова вылетают сами собой:

– Но мам! Я не хочу застревать в этом болоте. Что плохого в том, что у меня могут появиться возможности проявить себя?

– Ты ещё слишком молод, чтобы думать о том, чтобы уехать в город.

– Да когда, если не сейчас? Может, если подождать ещё больше, то у меня вообще отпадёт желание к чему-либо большему. Я не хочу через десять лет сидеть и жалеть себя. Жалеть, что когда-то не сделал первый шаг. – Антон не заметил, как начал повышать голос. – Считай это моим юношеским максимализмом, но я называю это стремлением и амбициями. Я не хочу быть всю жизнь в тени, не хочу быть как эти алкаши у магазинов или как вечно работающие заводчане. Не хочу быть как… как…

– Как мы… – закончила за него мама. Они оба поняли, что разговор перешёл эту тонкую грань, разделяющую отношения на «до» и «после».

Больше она ничего не сказала. Антон не смотрел на неё и не мог утверждать, что она не плакала. Она просто встала и пошла в дом, оставив его одного. Ночью, пока весь дом спал, Антон ушёл.

С того момента прошло уже три года. За спиной Антона стал накапливаться опыт работы грузчиком, автомойщиком, курьером. Скитания по съёмным комнатам, подделка документов для поступления в университет и на многочисленные работы. В погоне за лучшей жизнью от обыденности Антон стал терять свои корни, свою связь с малой родиной. Теперь с родным домом его связывала только тайная связь с Ксюхой, которая деликатно умалчивала о всех невзгодах, которые они проживали теперь без него. И вот когда он наконец решил, что пришло время помириться с матерью, рассказать, что есть жизнь и за пределами Папушкино, было уже слишком поздно.

Глава 8 бабушка и внук

Какой-то шум разбудил Антона. Оказалось, что пока он задремал, рядом подсела странноватая парочка – бабушка с внучком.

– Здрасьте, нигде места нет больше, вот и подсели. Не боися, не потесним.

Антон протёр глаза и оглянулся. Все места были заняты, но он и не был против соседей.

– А где мы стоим?

– Станция 108-й километр, а докуда едешь?

– Папушкино.

– О, рядом. Мы до Внучатово, считай на следующей, сразу за тобой. Вот внучка к себе на лето забираю, к школе его готовить буду. Матвеюшка, поздоровайся.

– Здравствуйте, я Матвей, мне семь лет. Скоро в школу пойду. А вы? – заговорил внучок.

– Антон, еду домой. Мне двадцать. Студент.

– А я Ангелина Сергеевна, деревенский врач, будем знакомы.

К слову, я же совсем забыл описать вам наших новых персонажей, встретившихся на пути героя. Ангелина Сергеевна – женщина лет пятидесяти, с седеющими и аккуратно уложенными волосами. Чтобы представить, как она выглядит, достаточно создать в голове образ школьного врача в повседневной одежде, а если не получается, то подскажу: одета она была в тёмно-синюю блузку и плотную коричневую юбку до самых пят. Матвей – худощавый мальчуган в джинсовых шортах и рубашке в клеточку. Из багажа у них была только кожаная женская сумка и огромных размеров чемодан зелёного цвета. Почти как у Антона, только намного темнее и зеленее.

После знакомства наступила пора неловкого молчания. Они просто наблюдали в окно, на проплывающие деревья. Матвейка уставился в свой планшет, и казалось, что даже забыл, как надо моргать. У Антона глаза снова начали потихоньку закрываться, но не тут-то было. Ангелина Сергеевна всю свою жизнь очень любила провоцировать людей на откровенные разговоры. И своей новой фразой она разбудила Антона:

– Слыхал, в области выборы скоро намечаются.

– Ну да, думаю пропустить их, всё равно кандидатов нет нормальных, а вы? – ответил Антон из уважения.

– Конечно, пойду, из всех кандидатов мне больше всего Борзов импонирует. Нравится и внушает доверие. Прямо всё для людей делает, ни капли себе. Всё для народа.

«И здесь его всё же преследует Тигран Эдуардович. Да дайте мне, наконец, от него передохнуть», – подумал Антон, и, видимо, его мысли отпечатались на лице, потому что Ангелина Сергеевна тут же добавила:

– Да шучу я, шучу. Э, как тебя скуксило. Я вообще аполитична, и все эти политики мне не нравятся. Просто разговор начать хотела. А то чего в тишине сидеть.

Но непреклонный Антон лишь пожал плечами и продолжил свой негласный обет молчания. Однако он недооценил Антонину Сергеевну. За годы работы в школе она приобрела навык заболтать любого.

– Одной моей знакомой, назовём её Фаина, подарили однажды волнистого попугайчика. С целью разбавить её одинокую и холостяцкую жизнь. Птица была вредная и нахальная. Постоянно грызла книги или гадила на стол. Если его вдруг забыли покормить, то он залетал в кухню и пожирал там всё, что сможет найти и достать. А когда Фаина хотела поговорить по телефону или посмотреть свой сериал, то этот гадёныш начинал верещать как бешеный, и перекричать его было невозможно. И вот решила она от него избавиться, но так, чтобы не обидеть тех, кто ей его подарил. Каждый раз, выходя из дома, она намеренно оставляла окна открытыми, надеясь на то, что эта пташка её оставит в покое, вылетев на волю. Однако попугай птица умная. И даже не думал лететь туда, где по ночам холодно, а днём везде поджидает опасность. Так прошло два месяца. Перистый нахал окреп, прибавил в размере и совсем потерял страх. В то время как Фаина схуднула, и сонные мешки под глазами стали неотъемлемой частью её лица. Тогда она не выдержала, улучила момент и поймала паппуга в полотенце. Тот начал вырываться как дикий зверь и своими когтями и клювом разодрала все руки Фаины в кровь. Наверное, битва была по-настоящему не на жизнь, а на смерть, потому что кухню они разнесли вдребезги. От кухонного гарнитура не осталось ни одной целой дверцы, люстра валялась на полу, краны свернуты, набивка от дивана топорщилась через свежие царапины. Она чуть сама от страха не погибла, но дело было сделано. Фаина последним усилием вышвырнула птицу в окно. Тот от неожиданности улетел чёрт знает куда, и Фая подумала, что её жизнь наконец наладилась, но в эту же ночь, ровно в полночь, он со всего размаху влетел в окно, разбив его на мелкие кусочки. Как будто кто-то поймал его и, поняв, что это дьявол в перьях, камнем кинул обратно в дом.

С того случая жизнь Фаины и Чёски, так она назвала эту птицу, круто изменилась. Никаких ссор и конфликтов, спокойный сон и полное взаимоуважение царило в их доме. Как будто бы Чёска зауважал Фаину из-за её победы в том кровавом поединке. А она в ответ полюбила его. И даже чересчур. Она стала ходить с ним по улице, в магазины и прочие места. Усадит его на плечо и шепчет ему всякое. А он охраняет, кусает всех, на кого Фаина косо посмотрит. Так и появилась наша местная легенда – попугаечная дама.

– Извините, а к чему это вы всё говорите?

– Да чёрт его знает. Просто хочется поговорить.

Антон хотел себе отбить лоб от её последних слов. Вот это мастерство смазывать концовки у историй. Но она продолжила:

– Я к чему это всё веду. У тебя лицо не выражает ничего хорошего. Только проблемы и всё. Как будто ничего кроме в этом мире не происходит. А я выполнила роль приставучего попугайчика, который обратил всё внимание на себя, заставив на время забыть о всех якорях, что тянут тебя на дно. Да и вообще, какую роль играет тема для разговора? С хорошим человеком можно поговорить обо всём, даже хоть о червяках. В червяках тоже много чего есть интересного.

– А история про попугая – правда?

– К сожалению – да. В итоге Чёска помер, а Фаина обезумела и носит на плече его макет. И до сих пор с ним разговаривает. От любви до ненависти всего шаг, а между ненавистью и любовью временами вообще нет границ.

На этой ноте диалог временно прекратился, и снова настала пора неловкого молчания. Снова. Сон к Антону не шёл, и он просто устало смотрел в окно, до тех пор, пока Ангелина Сергеевна не начала тихонько похрапывать. Тут, видимо, у Матвеюшки села батарея в планшете, и он стал озираться по сторонам.

– Почему у меня такое ощущение, что ты куда-то опаздываешь?

Неожиданный вопрос малого поставил Антона в ступор, и тот, приофигев от такой наглости от семилетки, даже звука не смог выдавить из себя.

– Да ладно, я же вижу, что ты не «просто домой» едешь. Бабуля говорит, что я эмпат – чувствую других людей. И моё чувство говорит мне, что с тобой всё не так просто.

– Всё со мной просто.

– Не просто.

– Просто.

– Нет.

– Да.

– Ладно! Достал! Чего тебе надо, мелкий?

Дабы не потревожить сладкий сон бабули, весь диалог проходил в состоянии шепота.

– Я, как особенный эмпат, чувствую, что ты сбегаешь от чего-то. И трендишь нам в уши, что это не так.

– В любом случае это мои проблемы. Мне просто надо где-то перекантоваться, собраться с силами и всё. Дальше видно будет.

– Так расскажи, в чём дело? Хуже-то не будет. Мы же не шпионы какие-то, ты не подумай. И тебе легче станет от того, что груз снимешь, и время пролетит быстрее.

– Приставучая ты пиявка, хочешь знать правду? Хочешь знать, от чего я бегу? Я всего лишь узнал то, что знать не следовало. И сделал то, что делать не стоило. Этим самым я разгневал очень влиятельных людей, которые пойдут на всё, чтобы меня найти. И к тому же меня предал очень близкий человек. Поэтому единственное место, куда я могу пойти – это то место, где мне сейчас совсем не рады. – Антон совсем не хотел делиться своими мыслями и чувствами с первым встречным, но слова сами полились из его рта.

– Фух, жёстко. Ничего не понятно, но очень интересно. – Матвей пересел поближе. – А можно поподробнее? Слушай, всё равно ничего уже не теряешь. Расскажи мне всё. Кто предатель? Кто опасный и влиятельный? Кто тебя не ждёт там, куда ты спешишь? Расскажи мне всё. Я информационный маньяк. Жажду узнать всё в этом мире. Считай меня сорокалетним журналистом, запертым в теле семилетнего ребенка. Вот научусь писать полностью, и вот увидишь – я напишу книгу по твоей истории. Ты станешь знаменит, если доживёшь, конечно, до того времени.

Господи, с кем тебя угораздило встретиться, Антон. То, что эта парочка странная – ещё слабо сказано. Вымогатели они, очень жадные до слухов и историй. Такое происходит тогда, когда у самого жизнь состоит из скучных рутинных дней. Однако предпринимательская жилка пацанчика работает как надо. Антон решил, что вкратце может поведать ему свою историю, так что если ты, читатель, вдруг решил пропустить предыдущие главы – то сейчас самое время включаться в сюжет.

– В общем…

– И целом, – поправил Матвей.

– Не перебивай, а то обломаешься со своей историей. В общем и целом, я работал на нашего уважаемого мэра, и сегодня утром он вызвал меня к себе, чтобы я все его деньги собрал в одном месте. Сумма вышла внушительная, и мне стало интересно – куда ему столько финансов нужно. Как оказалось – он хочет продавать лес из нашей области в обмен на губернаторское кресло. Пока он отошёл по делам – я перевёл все деньги на другой счёт и сбежал оттуда с его ноутбуком. А когда вернулся домой – обнаружил незнакомого парня в кровати со своей девушкой. Поэтому я еду домой в Папушкино, чтобы отдышаться и решить, что мне делать дальше. Скорей всего, придётся покинуть страну, но я ещё не знаю, куда деваться. А дома меня ждут сёстры, от которых я сбежал несколько лет назад, испугавшись того, что ничего в жизни не смогу добиться.

– А ты не считаешь, что свои большие проблемы принесёшь в родной дом и подставишь свою семью под удар?

– Когда я сбежал из дома, мне пришлось хитростями и уловками устроиться на учёбу и подработки. Сперва меня не хотели никуда брать, но я подделал копию паспорта, говоря всем, что оригинал потерял. И в конечном итоге это сыграло мне на руку, я поступил на программиста, нашёл через знакомых подработку у мэра. И мои поддельные документы могут притормозить поиски. Поэтому по моим подсчетам меня найдут не сразу.

– Быть не может, чтобы ты не наследил совсем. Твоя «бывшая» может их вывести на след?

Антон замер. А ведь и точно. Она знает, откуда Антон приехал. Ведь «в любви секретов нет», как говорила Алина. Тем временем Матвей продолжил:

– Хотя она наверняка сейчас считает себя виноватой и потому не выдаст тебя.

Фух, правильно, малыш. Успокоил.

– Если, конечно, она не узнает, что ты умыкнул с собой огромные бабки, бабосики, деньжата.

Глава 9. Иудалина

Алина со слезами убиралась в комнате. Прикроватный парниша сбежал при удобном случае. Головорезы Тиграна Эдуардовича молча сидели, когда в комнату зашёл сам Тигран. Бойцы подорвались как по команде и встали по стойке смирно.

– Выйдите все. Оставьте меня с ней наедине. И позовите Айгиза сюда.

Все вышли, и Алина молча присела на угол кровати, не зная, чего ожидать.

– Куколка, ты наверняка уже знаешь, что Антон накосячил, и мы всё вокруг перевернём, чтоб его найти. Так что постарайся вспомнить, куда он мог пойти.

– Но я правда не знаю!

– Э-э-э, нет. Только ты и можешь знать. Иначе быть не может. Слушай, прими просто тот факт, что пока мы не найдём его, мы не потеряем и тебя. Смекаешь?

– Тигран, звал меня? – сказал вошедший бритоголовый бурят примерно одного возраста с Тиграном.

– Алиночка, знакомлю вас официально. Это теперь твоя личная охрана – Айгиз Камоевич. Он с тобой теперь 24/7. Если понадобится, и в одной кровати с тобой спать будет. Всё для того, чтобы Антоша вернулся ко мне и вернул мне всё, что взял. До последнего.

Айгиз снова заговорил:

– Как скажешь, Тигран, нет ничего приятней маленького отпуска с молодой девочкой. Шучу, шучу. Не смотри так испугано, куколка. Я жене не изменяю.

– И ещё, Айгиз, одна просьба. С вами поедет ещё один человек. Он, так уж вышло, учится в одной группе с Алиной и более-менее знаком с Антоном. Но мозгов хватает только на то, чтобы меня на бабки разводить, а в голове ветер гуляет. Возьми моего сына-болвана с собой. Научи уму-разуму, как нас в армии учили. Только не переусердствуй. А так и в дороге не скучно будет, и поможет, если надо. Просто хочу, чтоб что-то толковое выросло из него.

– Да вообще без проблем. Нас троих будет достаточно, маленькая группа мобильней, чем взвод. Пойду снаряжаться в дорогу. Через два часа буду готов. И молодежь тоже пусть приготовится.

Алина, весь разговор сидевшая с отсутствующим видом, наконец подала признаки разумной жизни:

– А уточните мне один вопрос. Вы сказали: «Всё для того, чтобы Антоша вернулся ко мне и вернул мне всё, что взял. До последнего». Если не секрет, то что он взял?

– Деньги. Большие. Почти 280 лямов.

У Алины отвисла челюсть, но она быстро взяла себя в руки. Обида на Антона, на себя и на весь мир съедала её изнутри.

– В таком случае я поеду с вами на добровольной основе. Через два часа. Здесь. Я, кажется, знаю, куда надо ехать.

Глава 10. Провинция моя

Наши путешественники сами не заметили, как задремали в поезде. Даже стойкий Матвей оказался не таким стойким. Разбудил их голос женщины, объявляющий станции: «Двери закрываются, следующая остановка «Папушкино»».

– О, чуть не проспал остановку, вовремя я проснулся.

Антон собрал свои пожитки и попрощался с соседями.

– Антоша, мы, если что, тебя найдём в Папушкино, если окажемся в ваших краях. Я на ближайшие 15 километров – единственный врач в округе, так что по долгу службы путешествую по всей местности. И ты если вдруг будешь рядом – заходи.

– Спасибо, Ангелина Сергеевна. Не забуду доброты вашей. Счастливого пути вам.

Он вышел на станции единственный. Когда электричка уехала – так и вовсе остался один человек на ближайшие пять километров.

– Ну что, Антон. Дорогу осилит идущий. Отступать уже некуда. Раз уж судьба предоставила шанс побывать снова в этих краях, то надо наконец закрыть этот «семейный вопрос».

Майское солнце сегодня разыгралось не на шутку. Видимо, сама природа решила испытать Антона. Градусники показывали +37. Рекордная температура для конца весны. Асфальт плавился на глазах. Но это только первые полкилометра от станции, дольше шла гравийка. Запасы воды иссякли у Антона быстро. Он слишком переоценил свои возможности, а впереди еще четыре тысячи метров по камням в невыносимый зной. Штиль. Ветер спал. Поблизости ни одного дерева, только редкие кустики. Подошва от кроссовок начала потихоньку нагреваться и расшатываться от неровности дороги. Пройдя ещё один километр (и это с чемоданом-то в руках), Антон догадался-таки снять кепку и вместо её навязать на голову рубашку. Пот лился водопадом. Во рту пересохло. А впереди ещё полпути. Антон гнал прочь мысли о привале, вдалеке он уже видел пашню, а значит, недалеко и цивилизация. Весь в поту, грязи и пыли, он прошёл ещё полтора километра. Самые долгие полтора километра в жизни. Ещё тысячу метров. Всего-то тысячу. Блин. ЦЕЛАЯ ТЫСЯЧА МЕТРОВ! Шаг за шагом, натирая мозоли, в обжигающих джинсах. Кроссовки после данного похода точно отправляются на свалку. В организме больше не осталось пота, чтобы хоть как-то остужать тело. Открытые участки кожи загорели так, что любая сметана тут бессильна. Но он это сделал. Последние десять метров до подзаборной водоколонки он уже полз. Но вот она – живительная влага. Спасение. Антон пил ледяную колодезную воду как не в себя. Облился ей весь с головы до пят. Потом сел под забор в тень и стал гладить свои опухшие стопы, когда услышал голос:

– Ан-н-н-тонио, ты ли это? Или я с-с-совсем запился, что мм-м-миражи начинаю видеть.

Илья, отчим. Ну вот, Антон, ты и дома.

Глава 11. Возвращение блудного брата

Илья был не один, а со своим другом-собутыльником Валерой. И когда они втроём пришли к дому, Антон стал свидетелем необычного диалога.

Валера: Хозяйка, открой двери, я вашего мужчину домой привёл.

Лера: Не открою, пусть отоспится там, где нажрался.

Валера: Ну мне правда домой уже нужно, забирай его, ему очень плохо.

Лера: Мне тоже нехорошо.

Валера: Да так не хорошо будет, открой двери.

Лера: Оставь его на коврике возле порога, это его любимое место.

Валерка махнул рукой, оставил Илью на Антона и, шатаясь, побрёл в неизвестном направлении.

Только когда пьяный Илья завопил: «Лера-а-аа-а, Валерия-я-я», она спустилась и в эту же секунду встала как вкопанная прямо посреди двора. Антон держал его за плечи, пока тот очень старался не упасть. На втором этаже мелькнуло чьё-то лицо и резко задернулась занавеска. Наверняка это была Ксюха.

Он перевел взгляд на Леру, которая молча смотрела ему в глаза. Это продолжалось достаточно долго, и напряжение все росло и росло. Илья вяло улыбнулся и тут же рухнул на землю. Уснул. Неизвестно, как долго бы продолжалась тишина, как вдруг из дома выбежала Ксюха. Она была наряжена в древнерусский сарафан до пола. Щёки измазаны свёклой, к чёрным волосам была приколота искусственная коса до пояса. В руках она держала солонку и булку хлеба.

– Ой, люди добры! Барин наш воротился с дороги дальней! Гостинцев нам, смердам, привёз! Снаряжайте коней и голубей почтовых – пущай весть несут по округе! – под конец своего выступления она ударилась коленями об землю и подняла вверх соль с хлебом.

– Может, хватит цирк устраивать, и обнимешь брата своего?

Антон знал Ксюху как облупленную и представлял себе, что их встреча будет необычной, но даже такого полномасштабного представления он не ожидал. Она аккуратно положила хлеб на спящего отца и накинулась на брата.

– Костюм специально для моего приезда готовила?

– Да сдался ты мне, это для выпускного в школе готовимся. Вот заранее бы предупредил о приезде, я бы такой приём тебе организовала, вся область бы знала. Есть у меня пара идей с фейерверком, но так как ты решил нам сюрприз спонтанный устроить, то и пришлось отталкиваться от того, что есть. А ты чего-то без предупреждения приехал. Говорил, что ещё нескоро заскачешь к нам.

– Да я, э-э-э, так, просто. Сюрприз решил сделать.

Когда он отвел глаза от Ксюхи, Валерия уже зашла в дом. Из-за двери выглядывали две детские мордочки, мальчиковая и чуть помладше – девичья.

– Лера ушла, наверняка ещё дуется на тебя за твой побег. И за то, что прощание пропустил, с мамой. – Эти слова Ксения сказала без доли юмора. Даже с дурной головой, она понимала, когда стоит быть серьёзней. – Зато кто это там выглядывает? Шпионы-недоучки, ну вот совсем не палитесь. Вышли бы хоть, дядьку встретили.

– Да они и не помнят меня совсем, Пашке было пять, а Юле и того меньше.

– Полжизни племяш твой прожил, и только дядьку встретил. Прям как в «Жди меня», а Юля так и не знает тебя. Только если она не вундеркинд, который скрывает свои способности и помнит все подробности своей жизни с рождения. Может, её налысо поброем? Будет личный профессор Ксавьер?

– А Пашке ножи к руке приклеим, для полного набора? – поддержал её Антон.

На этих словах малыши захлопнули дверь и закрыли её на два замка. Шторы на окнах тоже были сиюминутно задернуты.

– Прекрасно, теперь будем на улице спать? – спросила Ксюха, но ответом послужил лишь смачный храп Ильи.

Глава 12. Либо стесняться, либо жить

На улице им спать так и не пришлось. Дверь открыли малыши, и Антон вот уже второй день как сидит в своей старой комнате, которую теперь делит с Пашкой. Целыми днями он только и делал, что играл роль доброго дяди и ни разу так и не выглянул на улицу. Стадия «да ладно, у меня есть ещё время спрятаться от головорезов» сменилась стадией «я потерял свой паспорт, и теперь в любой момент меня могут найти». Пропажу удостоверения личности он обнаружил, когда распаковывал чемодан. Он вспомнил, что последний раз видел паспорт в поезде, когда достал его, чтобы предъявить кондуктору. Но он тогда не понадобился и куда делся с тех пор – тайна, покрытая мраком. На фоне такой промашки у Антона начала разыгрываться паранойя. Шторы в комнате были постоянно задёрнуты, ногти все искусаны, сон пропал. Валерия так и не заговорила с ним ещё со времени его приезда, а Антон не мог найти в себе силы подойти первым. Ксюха тоже не могла разрываться в этой холодной молчаливой войне меж двух огней. Поняв, что примирить их она не может, она просто ходила по дому и напевала арию Эльзы из «Холодного сердца»:

 
«Слышу зов твой, но не хочу,
И приключений я не ищу,
Мне забот хватает, я молю о тишине,
Чтобы смолк твой голос, растворился в вышине, а-а-а-а-а…»
 

Но вечерами она всё равно покидала дом, возвращаясь лишь около полуночи. Свое отсутствие она объясняла подготовкой к выпускному, но от Пашки Антон узнал, что его младшая сестра связалась с местными байкерами и своё свободное время тратит на громкую музыку и езду на мотоциклах.

Роль миротворца на себя принял Илья. Который уже второй день как «ни капли в рот», и потому от скуки решил чем-нибудь себя занять.

– А-а-антон, ты б-б-бы вышел п-ппоговорил с Лерой, н-н-нельзя же так, совсем не общаться б-б-брату с сестрой.

– Я хотел, но она и слушать меня не желает. Упёрлась в свою правоту и никого другого не замечает. Достало, если захочет – пусть сама первой обратится.

– Д-да она п-п-просто обиду держит, п-п-подошёл бы, объяснил свой п-п-поступок.

– П-п-поступок. Какой поступок? То, что я решил не гробить своё будущее в деревне? Имел на это полное право. Контакты с домом я обрывать не хотел, с Ксюхой связь поддерживал всё это время. Деньги не просил, сам по возможности отправлял.

– Д-д-давай по душам п-п-поговорим? – он достал из-за пазухи бутылёк и протянул его Антону, но тот отказался, и тогда Илья его опорожнил сам. Спустя пять секунд его речь сказочным образом преобразилась. – Во-первых, насчёт бутылька – Лерке ни слова, хотя, учитывая ваши нынешние отношения, мне ничего не грозит. Во-вторых, Лера не тот человек, который обижался бы на тебя по поводу денег. Даже если б ты скрывал, что владеешь миллионами. В-третьих, я думаю, она сама понимала тебя, когда ты сбежал, потому что ты смог сделать то, что не получилось в своё время у неё самой. Ей пришлось рано повзрослеть, и она могла лучше всех понять чувства Насти, матери вашей, так как сама стала мамой. И её обида заключается в том, что когда Настя заболела и постепенно угасала, ты должен был быть рядом, и со времен похорон ни весточки от тебя не было.

Антону нечего было добавить на это, и он молча опустил глаза в пол. Илья, увидев это, не стал давить дальше, только добавив:

– Ну раз с Леркой напряг, то наверняка у тебя есть с кем повидаться здесь. Чего дома-то сидеть?

Был у Антона такой человек, друг детства Стас, было бы неплохо его повидать, а заодно у него можно и чемодан спрятать. Стас из тех друзей, кому безоговорочно можно не только чемодан, но и жизнь доверить. Не зря говорят, что дружба с детства – она прямо до гробовой доски.

Через десять минут он уже стоял у его дома с чемоданом в руках. С их последней встречи дом Стаса претерпел некоторые изменения. Вместо дощатой тропинки теперь был положен ровный, залитый бетоном тротуар, а справа от лестницы расположился внушительный пандус.

Антон твёрдо постучал в дверь, но ответа не последовало. Он постучал потом снова и снова, до тех пор пока наконец не услышал крик за дверью:

– Да слышу я тебя, задолбал уже дверь мне ломать.

Щёлкнул замок, и в проёме оказался парень двадцати лет на инвалидной коляске. Антон стоял ошарашенный еще секунд десять, и только потом выдавил из себя:

– Э-э-э, здорово, дружище. Я вот подумал встретиться с тобой, соскучился просто.

– Здорово, старина. Я ждал всё, может, уйдёшь, но ты настырный.

– Мне говорили, что ты из дома не выходишь, как сыч. Но я подумал, что ты просто в компе зависаешь всё время. Я же не думал что… э-э-э… в общем, ты понял.

– Понял. Ну заходи, раз пришёл. Мать всё равно на работе, поболтаем хоть, как раньше.

Антон сперва хотел помочь другу развернуться в кухню, но это выглядело очень неуклюже, и к тому же Стас прекрасно умел разбираться со всем самостоятельно.

– Вижу у тебя немой вопрос в глазах. Отвечу – это просто несчастный случай. Подрабатывал на стройке, и балка сорвалась мне на ноги. Кости раздроблены в пыль, шансов на возвращение в строй – ноль. Живём на мамину зарплату и пособие. Денег хватает, так что помощи не надо. У меня всё терпимо. Чёрная полоса прошла, потихоньку выгребаем. Теперь твоя очередь.

– Ну раз такой у нас разговор, то моя чёрная полоса только начинается, видимо. Уволился, с девушкой расстался, с родственниками непонятные отношения. Но я не оставляю попыток построить их заново. В конце концов, могло быть и хуже.

– Ну, например, ты мог быть инвалидом.

Стас улыбнулся по-доброму, своей тёплой дружеской улыбкой, и Антону стало легче на сердце. Его друг и вправду справляется, раз может иронизировать на эту тему.

– Старик, не парься. Я после того случая много времени проводил с Ксюхой, она меня и вывела из депрессии. Они с Лерой навещали меня, пока я не вернулся домой. И временами ещё заглядывают в гости. Я же всё-таки друг вашей семьи. Ксюха умеет смеяться над всем в мире. И надо мной она тоже смеялась, не со зла, конечно. Я хоть стал понимать, что моя жизнь ещё не закончена и что можно и дальше ИДТИ вперёд.

– Я рад, что ты держишься, старина. Ведь даже не предполагал, что с тобой случилось подобное.

– Ну, в конце концов, мы довольно-таки долго не общались.

– Много лет прошло, это да.

– Говоришь, с девушкой расстался. Наверное, их там в городе много, красавиц.

– Аха-ха, ну да, этого не отнять. Ну, там некрасиво вышло. Э-э-эм, я ей изменил просто, а она узнала.

– Ох-ох, герой-любовник. А ты, оказывается, сволочь ещё та. Надеюсь, что наш союз ты не нарушил.

– Не-е, пацан пацана ни на что не променяет.

– Раз уж мы тут заговорили про девчонок. Смотри – познакомился в сети.

Стас достал телефон и открыл на нём фотографию милой девушки.

– Общаемся уже год, учится в городе на медсестру.

– Симпатичная на личико. А она знает про коляску?

– М-м-м-м, пока нет. Подвожу её к этой теме тихонько. Но если и взаправду любит, то это не станет помехой.

– А на каком уровне общения вы?

– Пока просто кидаем друг другу мемы и иногда обсуждаем книги и фильмы. Но изредка наступают моменты, когда мы можем общаться и на совершенно разные темы часами. И мне кажется, что я нашёл свою родную душу. Мы думаем одинаково, нам нравятся одни и те же книги, и она поддерживает меня, когда у меня нет настроения.

– И как долго ты будешь тянуть?

– Ну-у-у, вот как только, так сразу.

– Знаешь, меня после приезда сюда не покидает одна мысль: то, что я когда-то тоже боялся что-то сказать и сделать, и теперь последствия этих действий начинают встраиваться в мою жизнь. Так что мой тебе совет: действуй.

– Либо стесняться, либо жить. Да?

– В точку, приятель.

– Хорошо, сегодня же напишу ей.

– У меня есть ещё просьба к тебе. Я могу на время у тебя свой чемодан схоронить, дома места нету?

– Да без проблем. Если он тебе сильно дорог, то убери на самый высокий шкаф. Я его там точно не достану, а мать туда никогда не смотрит.

Парни ещё час говорили о всякой ерунде, вспоминали прошлое и просто болтали. Антону очень не хватало так эмоционально разгрузиться и хоть на некоторое время снова сбежать от всех проблем. Он попрощался со Стасом и дошёл до дома в приподнятом настроении.

Он только вошёл в дом и даже не успел разуться, как мимо на улицу выбежал Илья. Антон оглянулся во двор, и его глазам предстала следующая картина: по двору, шатаясь, шла Ксения. Губа разбита, волосы растрёпаны, вся одежда в пыли. В руке она держала зелёную бутылку пива. В ворота она вошла эффектно и шумно: открыв калитку с ноги и выкрикивая: «Я свободен! Словно птица в небесах. Я свободен! Я забыл, что значит страх» из песни Кипелова. Антон прыжками сбежал по лестнице и очутился на улице. Там уже стояли Илья с Валерией, а Пашка и Юля прятались за их спинами. Ксения дождалась, когда все домашние покажутся перед ней, и начала свою речь:

– Я вижу у вас на лицах немые вопросы: «Одни ли мы во Вселенной» и «Есть ли жизнь на Марсе», но…! Ик! Ответы вы всё равно узнать не сможете, ибо человечество развивается недостаточно быстро, чтобы осваивать космос. Так что ко мне никаких вопросов, я спать.

Она попыталась пройти в дом, но Валерия её оттолкнула от двери и гневно сказала:

– Объяснись! По стопам отца хочешь пойти? Генетика играет? Или что?

Илья, потупив взгляд, смотрел на свои ботинки.

– Я не могу объяснить прои-прои-ик-произошедшее. Если вопрос касается моей алкогольной генетики – то я в завязке, но с завтрашнего дня. Как батька мой говорит всегда. Хмм, и ведь ему верят, кстати. А если он касается моего внешнего вида, то вспомните первое правило бойцовского клуба. Ик!

Возразить ей никто не успел, так как тут же послышался рёв мотоциклов, и спустя миг во дворе уже стояла половина местной банды «Бурые медведи». С самого крутого байка слез высокий накачанный парень, чуть старше Антона.

– Филя, я надеюсь, ты здесь для того, чтобы нам всё объяснить? Иначе я долго разговаривать с ней не буду. Сам знаешь.

– Лер, успокойся. Ничего страшного пока твоя сестра натворить не успела. Просто поскандалила чуток, но я уже всё урегулировал. Приехали узнать, как она дошла до дома.

– Намально я дошла, чё те надо-то, рыцарь мой недоделанный.

Илья взял Ксюху под руку и повёл её в дом. Все молча смотрели им в спины, пока дверь не захлопнулась. Банда уже села на свои байки и начала отъезжать, но Лера успела дёрнуть за рукав их главного.

– Фил, я дважды повторять не буду, или ты пояснишь мне, почему она в таком состоянии, или я тебе колёса проткну.

– Ну мы стояли, пили пиво. Ксюше даже не предлагали, она только сок пила, честно тебе говорю. Учил её на байке кататься, а пьяную бы не подпустил к нему. Рядом тусовались какие-то чмыри, и один из них перебрал слишком и стал на наших девок заглядываться. Мы ребята мирные, сами на рожон не лезем и никого не провоцируем. Пока я отлить отошёл, этот, который перебрал, подошёл к Ксюхе и стал приставать. Потом схватил её за руку и крикнул что-то про мать. Тут я и вернулся, но было поздно. Ксюха ему об голову бутылку разбила. Тот упал, кровь из башки полилась сразу. От шока, наверное, Ксюха и побежала сразу прочь оттуда, и правильно сделала, кстати. Но с собой пиво прихватила, и пока мы его откачивали, скорую ждали и его компашку сдерживали, она, видать, эту бутылку и выдула всю.

– Что он про мать сказал? – спросил сразу Антон. Несмотря на деятельность, которой их мать занималась, Антон всё равно готов был отстаивать её честь до последнего.

Фил посмотрел на Антона, будто до этого и не замечал его. Потом его глаза сузились, и он, будто наконец вспомнив его, сказал:

– А это кто? Неужели малыш Антошка вернулся? Думаю, ты и сам догадываешься, что эта пьянь могла сказать про вашу мать. Кстати, он жив остался, в районную больницу отвезли. Но если он как-то вспомнит, кто его по башке огрел, то я бы на вашем месте Ксюшу пока из дома не выпускал. Со своей стороны я постараюсь тоже этот вопрос сгладить. Ну всё, раз она дома – я спокоен, мне ехать надо. Лер, до встречи. Антоша. Не хворай, увидимся ещё, – и с ухмылкой он сел на байк и умчался, оставив за собой взъерошенный ком пыли.

Антон хотел предложить Лере поговорить, но когда обернулся, та уже ушла в дом, захлопнув за собой дверь.

Глава 13. Поисковый отряд

Алина, Лёня и Айгиз Камоевич рады бы были отправиться в путь, да вот только знать бы, куда ехать. В области более полусотни населённых пунктов. Из них десяток городов, дюжина сёл, а остальные – мелкие деревеньки и дачные поселки.

Алина клянётся, что не помнит название деревни Антона. «Что-то с роднёй связано», говорит. По карте круг сузился до 14 деревень. Куда ехать – непонятно. Решили действовать по алфавиту. Первой на очереди была Б – Бабушкино. Айгиз Камоевич загрузил карту в навигатор и, перекрестившись, выехал на автостраду.

На третий день пути молодёжь ему уже успела осточертеть. Он думал, что путешествие пройдёт легче, однако Лёня и Алина – одногруппники, и на фоне сложившейся ситуации не теряли возможности поязвить и саркастически передразнивать друг друга. Еще в первый день путешествия они сами решили, что будут обзывать друг друга каждый день словами, начинающимися с одной буквы. Сегодня у Лёни – буква Д, и потому Алина сегодня Дрянь и Дурочка. А Алине выпала буква М, потому её визави – Мудак и Мажорчик.

И хотя бак был ещё наполовину полон, но Айгизу требовалось передохнуть от этих двоих, и потому он заехал на заправку. Камоевич выбежал из машины и даже дверь не закрыл. Молодое поколение буквально выело ему мозг своими пререканиями.

– Мда, мажор, это всё ты виноват, вывел Айгизчика из себя. Вот молчал бы, тогда б давно уже доехали.

– Дебилка, ты виновата вообще. Во всём. Нахрен тебя взяли с собой. Всё равно пользы нет никакой от тебя. Балласт просто.

– Ой, я вспомню название, только память освежить надо. Помню, что название деревни его такое родное, родственное. То ли Внучкино, то ли Мамушкино. В таком духе. Но пока мы знаем куда ехать, то что мы делать-то будем? Вот приедем в деревню, а дальше? У прохожих спрашивать, не видел ли кто хакера патлатого, что приехал сюда недавно?

– Айгиз сказал, что решит этот вопрос. Он и не в таких ситуациях людей находил. Раз сказал, что из-под земли достанет, то достанет. Они с отцом служили вместе, так что я вообще не парюсь по этому поводу. Только не пойму, почему батя меня тоже в путь отправил. Чего он хочет-то?

– Хочет из тебя мужика вырастить. – Ребята даже не видели, как Айгиз подошёл к машине и как долго он тут стоял. – Он попросил меня научить тебя уму-разуму, потому что расстраиваешь его временами. И так как сам занят пока, я теперь твой лучший друг, брат и товарищ. На главенство над тобой я дарственную грамоту получил от батеньки твоего. Посему я постановляю: сегодня дама наша спит в машине, а мы с тобой, как мужики – под открытым небом ночевать будем. Мешки спальные в багажнике, мазь от комаров купил. Ночки тут тёплые, так что не дрейфь.

Лёня скуксился в лице от поступившего приказа. Этот тепличный росточек всегда избегал таких радостей. Привык всю жизнь прожигать в стиле ЛАКШЕРИ, а тут на тебе: из-за типа, который доставил проблем папочке, приходится спать на улице.

– Однако я считаю, что мы все не ожидали, что путешествие чуток затянется, и нам всем можно немного отвлечься. Мне тем более. Вот что я нашел, – и, достав из кармана сложенный плакат, он развернул его и показал афишу цирковых артистов, что показывают представление сегодня, как раз в этой округе. Далее он пропел, уже садясь в машину: – Мы бродячие артисты, мы в дороге день за днём, и фургончик в поле чистом – это наш родимый дом.

– О, может, хоть акробатку какую себе найду, чтоб было где поспать нормально, – воодушевился Лёня, но ответ Алины не заставил себя долго ждать:

– Ага, знаешь, тебе, наверно, лучше кого другого себе там найти, ну там клоунессу какую-нибудь, а лучше бородатую женщину.

Айгиз включил магнитолу, и оттуда послышался невнятный мамбл-рэп. Ему не оставалось ничего другого, кроме как злобно выругаться, посетовать на современную музыку и с остервенением выключить её. В полной тишине они поехали искать то место, где циркачи уже возводили свой шатёр.

Глава 14. Редизайн

Похмелье – это состояние, которое трудно передать словами, и пока ты его сам не ощутишь на себе, тебе не понять, что это такое. Но пока ты молод душой и телом, то есть высокая вероятность того, что даже употребляя алкоголь литрами, эта напасть может обойти тебя стороной. Вот и Ксения Ильинична, та, что вчера устроила пьяный дебош и натворила делов, сегодня утром чувствует себя прекрасно. И голова не болит, и тело не ломит. Выспавшись как следует и тихонько позавтракав (пока Лера не видит), Ксюшка пошла в комнату к брату, так как больше ей заняться было нечем. Несмотря на раннее утро, Антон тоже не спал. Он сидел в кровати и смотрел в окно, выходящее во двор. Выглядел он ужасно, бледный, испуганный, невыспавшийся.

– Твой дозор окончен, боец, можешь ложиться спать, басурмане сегодня решили не нападать на наше княжество. Говорят, что испугались какого-то гремлина, который красными глазами во двор смотрит. Ты не встречал тут такого?

– Как самочувствие, алкоголичка? Голова не болит?

– Не-а, – растягивая слова, ответила Ксюша, – знаешь, батькины гены меня спасли от похмелья и сушняка. Ты скажи лучше, куда глядишь? Это какой-то челлендж новый? «Смотри в окно – пока глаза не будут, как у крысы».

– Да нет, блин, слушай. Ты обязана мне помочь.

– Э-э-э? С чего это?

– Ты должна уговорить Леру меня подстричь. Избавиться от этой шевелюры.

– А чё просить-то, и так знаю, что откажет. Скажет керосином башку пролить, а потом сама и спичку поднесёт горящую. Она и на меня теперь губы дует, не только за вчерашнее, но и за то, что мы списывались с тобой временами. Считает, что её все предали.

– Я ей тоже, между прочим, писал все эти годы. Она всё проигнорировала.

– Так она пароль просто от почты забыла, а восстанавливать не захотела. Говорит, что и так времени на дела не хватает. «Он нам на КУЙ ну нужон, Ентернет ваш». А если тебе имидж сменить надо, то и я помогу. Постригу как СиДжея.

– Раз так, то помоги мне преобразиться так, чтоб затеряться среди местных. Чтоб никто не догадался, что я – это я.

– Однако я работаю не бесплатно. Взамен расскажешь сказку про Ивана-дурачка, что вернулся в родной дом и думал, что там всё по-прежнему.

Антон не думал кому-либо, кроме того пацана в поезде, рассказывать о своём истинном приезде, но паранойя внесла свои коррективы в его план. Антон решился рассказать ей всё, что накипело с тех самых пор, как он застал предательство Алины. Рассказал и про мэра, и про украденные деньги. Про измену любимой девушки, встречу в поезде бабушки и внука, и про то, что уже третьи сутки спит всего по три часа. Нервы на пределе, стресс пожирает мозг. А что делать дальше – не придумал. Паспорт тоже куда-то пропал, и Лера как назло не идёт на контакт.

Ксюша не могла просто молча слушать его. Периодически она вставляла свои комментарии и пыталась сгладить серьёзность ситуации шутками. Наконец Антон закончил рассказ, Ксюха как раз закончила с волосами, приобняла его и похлопала по плечу.

– А дальше что планируешь? Опять бежать?

– Да если бы. Я паспорт потерял где-то, и без него бежать куда-то будет совсем непросто.

– А если он найдётся, сбежишь?

– Скорей всего. Извини, но у меня нет другого выхода, я не хочу вас подставлять.

– Не бойся, брат, мы всё преодолеем. Возьми мою краску для волос, если покраситься сам сможешь, то и мэра победишь. Сейчас покрасишься и поспи чуток. Попробуй выспаться, потому что сегодня вечером ты со мной пойдёшь выпустить пар. Соседи свадьбу играют, тебе полезно проветриться, думаю, что мэр сегодня тебя точно не достанет, – но выходя из комнаты, всё же добавила: – Ах да, братец мой ДОРОГОЙ, с тебя косарь за стрижку.

* * *

После рваного и неспокойного дневного сна Антон собрался, чтобы пойти снова к Стасу, он единственный человек, у которого может случайно оказаться приличный костюм для похода на свадьбу. Ксюха навязалась идти с ним.

– Здорово, старина, слушай, есть какой-нибудь старый костюм, у меня с собой только повседневная одежда, а у Ильи один костюм, и он его сам оденет.

– Наденет. Правильно говорить «наденет». И да, у меня есть костюм. Заходите.

Стас был не в духе. Глаза красные, а на лице отражались печаль и злость одновременно. Антон переглянулся с Ксюшей, но та лишь пожала плечами.

Парни прошли в комнату, оставив Ксению в кухне. Антон открыл шкаф, глянул, что его чемодан ещё на месте, и стал искать костюм.

– Так тебе правда нужен костюм?

– Ну да, я же сразу сказал.

– Прости, я думал, ты просто хотел проверить свой чемодан.

– Не, Ксюша пригласила меня развеяться и позвала на местную свадьбу.

– Денис и Катя? Передай им от меня соболезнования.

– Почему?

– Так ты не в курсе? Ну тогда я не стану портить сюрприз. Сам всё увидишь вечером.

Антон нашёл костюм, примерил его на глаз и утвердительно кивнул головой, типа «сойдёт». Друзья вошли в кухню, где Ксения по-хозяйски уже налила себе чай и рылась в холодильнике. Антон поразился наглости сестры, а Стаса такое поведение совсем не удивило.

– Ну, колись, калека, чё хмурый ХОДИШЬ? – спросила Ксюха.

– Всё нормально, ничего не произошло.

– Ксюх, вообще-то парни не обсуждают свои проблемы. Они просто говорят, что «всё норм», и переваривают всё внутри себя.

– Ну да, сухари и есть сухари. Только учти, я с места не сдвинусь, пока профессор Ксавье мне не объяснит ничего.

– Да не заставляй ничего его делать, ну скажи же ей, Стасян.

– На самом деле мне хочется выговориться кому-нибудь. И вы, как мои друзья, неслучайно, видимо, оказались рядом.

– Оу, ну хорошо, дружище, рассказывай.

– В общем, я написал той своей подруге из интернета, что она мне очень нравится.

– И?

– И получил отказ, естественно, – вмешалась Ксюха.

– Как ты догадалась?

– Ну так сразу понятно было. Она же пиявка, как вампир. Ты мне когда-то показывал вашу переписку, мне казалось, ты сам всё видишь.

– Что я должен был увидеть? Я думал, всё у нас идёт хорошо.

– Не ИДЁТ, и ИДИОТ. Прости за прямоту. Но ты проанализируй ваше общение её глазами. Она же просто кидала тебе мемы и обсуждала книги. Всё остальное ты всегда начинал сам. Каждый раз разговор начинал ты, свой негатив она тоже сливала тебе, надеясь на поддержку, твоим настроением она интересовалась всего пару раз за год, и то, наверное, из вежливости. Ни разу тебя первая не поздравляла с праздниками, не спрашивала про личную жизнь. Мне продолжать?

– Нет, я всё понял. Ей просто нужен был мешок для сваливания туда информации.

Стас замолчал и грустно смотрел в окно. Какие мысли крутились в его голове, неизвестно, он всего лишь повернулся к ребятам и сказал:

– Спасибо вам. Мне, конечно, ещё многое нужно обдумать, но я этим хочу заняться в одиночестве. К тому же мама сейчас с работы вернётся, а Ксюху она не очень любит. Желаю вам повеселиться на свадьбе. Ну, если получится, конечно.

Антон снова недоуменно посмотрел на них, но ответа не получил. Да что же не так с этой свадьбой? Ксюша лишь ответила Стасу:

– Сенкью. Я тебе принесу тортик оттуда, не кисни.

И, оставив его наедине с собой, брат и сестра пошли готовиться к торжеству.

Глава 15. Бродячие артисты

Наступил по-настоящему первый душный вечер в году. И Папушкино, и Бабушкино отдыхали. В одной деревне – свадьба, в другой – представление бродячих артистов.

Сумерки уже час как наступили, и Алина под предлогом сходить по нужде оставила своих доблестных рыцарей смотреть выступления клоунов. Сама же она пошла просто прогуляться по округе. Всюду гулял местный деревенский люд, сверкали фонарики и играла музыка. Прогуливаясь между фургончиков артистов, она почувствовала резкий запах забористой шмали. На пороге фургона гадалки сидела цыганка и курила трубку. Алина осторожно подошла к ней. Она хотела всего лишь задать ей пару вопросов, получить ответ насчёт суженого-ряженого и сулит ли ей грядущее богатство, но ответов от этой недогадалки было не получить. Полуопущенные веки, заторможенные движения и запутанное бормотание, ясно – гадалка словила приход. Не иначе. Набравшись смелости, Алина всё же подошла ближе.

– Те предсказание али чо? Так позолоти ручку, девица, – промямлила цыганка и отключилась.

В этот момент у неё в голове пронеслась безумная идея. Алина осмотрелась по сторонам и, убедившись, что рядом никого нет, прошмыгнула внутрь фургона. Где именно искать то, что ей нужно, Алина не знала. Пошарила по шкафчикам, под матрасом лежанки, в ящике стола – нигде не было того, что она рассчитывала получить, в коробке из-под обуви она нашла тайничок с деньгами, но положила его на место. Воровать деньги у кочевых ей не позволила совесть. Это ведь не парню изменять, а много хуже. К тому же цыганку-гадалку на деньги обманывать – примета, наверное, скверная. Отчаявшись найти вожделенное, Алина уже собралась на выход, но вдруг обнаружила у порога, где сидит эта спящая, свёрток. Алина подползла к ней на коленях, стараясь не производить ни писка, как мышка, и дрожащей рукой пододвинула свёрток к себе, раскрыв его, она обнаружила то, что нужно. Опиум. Или что-то в этом роде. Запрещённая смесь. То, что так раскумарило хозяйку. То, что поможет Алине сбежать от неудобных ей попутчиков, как только она улучит подходящий момент.

Алина запихала свёрток обратно, пока гадалка лишь тихонько посапывала в такт играющей музыке. В декольте своего платья она лишь спрятала маленький бутылёк. Потом перешагнула через спящее тело и пошла прочь к самому большому шатру, где её уже наверняка ждут не дождутся Айгиз и Мажор. Она решила срезать путь, пройдя в тёмном переулке между фургонами, как вдруг, не дойдя и до половины пути, увидела, как путь ей преградила чья-то тень. Девушка резко повернула назад, но там, в двух шагах от неё, уже стоял кто-то второй. От него пахло перегаром, и сам он стоял на ногах неуверенно, но опасностью от него веяло больше, чем алкоголем.

– Девчуля, а куда это мы идём? А ты нам ничего рассказать не хочешь?

– Да нет, мальчики, я просто с туалета шла, заблудилась немного, еле дорогу обратно нашла, можно я пройду уже, – испуганно ответила девушка.

– Заблудилась, значит, лярва. А в фургоне у гадалки ты тоже заблудилась?

Значит, уйти незамеченной не вышло. Возможно, они уже давно следят за ней. Алина сглотнула. На глаза навернулись слёзы. Тело начало трясти. Гопники медленно, как гиены, подходили ближе. Один из них достал нож.

– Бабло от гадалки сюда гони. Быстро. Иначе мигом почикаем тебя.

– У меня нет денег, ребят, правда. Я не нашла ничего, она, видимо, сама без гроша в кармане, клянусь, ребят.

– А ну, сумку сюда, – Алина кинула сумочку на землю, гопник открыл лезвие ножа, – и платье задирай своё.

– Да ладно, ребят, забирайте сумку, всё забирайте, только меня оставьте, – плача и всхлипывая, сказала Алина.

– Пупок свой быстро открывай, не стесняйся. Серый, помоги ей со шмотками, я пока на стрёме постою.

Но вдруг – БУМ! И тело Серого с грохотом упало на землю. За ним стоял Лёня с палкой и ошарашенными глазами. Гопник хотел уже с ножом напрыгнуть на Лёню, как вдруг опять – БУМ! И он тоже, правда, уже не с грохотом, а обмяк, как мешок картошки на землю.

– Я уж подумал, что ты сбежать от нас решила, – сказал Айгиз, убирая за пазуху пистолет, – не зря мы искать тебя пошли.

В ответ Алина не смогла ничего сказать. Она даже пошевелиться не могла, просто стояла и плакала. Айгиз снял пиджак, повесил его на плечи Алине и велел Леониду отвести её к речке, что была неподалёку. Сам он связал неудавшихся бандюков, подобрал её сумочку и вскоре присоединился к ним. Как раз когда Айгиз подошёл к ним, он заметил, как чуть дальше по берегу причалила лодка и оттуда вылезли два парня и две девушки. Они пообщались ещё несколько минут и разошлись в разные стороны. А наша троица ещё долго стояла на берегу реки и смотрела, как на той стороне сверкал салют. Просто там кто-то в этот момент справлял свадьбу.

Глава 16. А свадьба пела и плясала

За пару часов до момента, как группа поиска Антона в лице Алины, Лёни и Айгиза села смотреть на салют, Антон и Ксюша ходили среди гостей на деревенской свадьбе. Играла праздничная музыка, но всё было подозрительно тихо и спокойно. Без рваных баянов, без драк и пьяных выступлений. На огороженной площадке, ака «Танцпол», лениво шевелили телами подвыпившие гости. Остальные же либо жевали салаты за столом, либо разговаривали между собой на разные темы, не связанные со свадьбой.

Новобрачные сидели во главе стола и разглядывали гостей. Взглядов друг друга они оба старались избегать.

– Ксюш, а что произошло? Может, ты что-то перепутала и мы на поминки пришли?

– Согласна, тухловато тут. Можно подумать, что эту свадьбу уже не спасти. Но именно поэтому мы с тобой здесь и присутствуем. Надо сделать так, чтобы гости не умерли от скуки. Это угроза уровня Мстителей. Вкратце объясняю: тамада из соседнего села не приехал, и невеста слёзно попросила меня оживить это мероприятие. А я подумала, что ты мне в этом поможешь.

– Когда она тебя попросила? Ты когда меня утром звала, уже знала, что тамады не будет и здесь будет вяло? И о чём намекал Стас? Что вообще происходит?

– Знала, конечно. Я больше скажу – все гости знали, что так и будет.

– Почему?

– Посмотри внимательно на молодых и скажи, что ты видишь?

– Вижу, что им скучно, что они будто не хотят тут быть.

– И да, и нет. Прав ты в обоих случаях, но во втором больше. Присмотрись лучше: между ними нет любви, вообще никакой. Денис и Катя. Они не пара. Не влюблённые, точнее влюблённые, но не друг в друга.

– Тогда в чём суть этой свадьбы?

– Договор. Соглашение. Контракт. Между родителями новобрачных. Это всё отцы жениха и невесты решили. Несколько лет они были конкурентами, а когда их детки выросли, то решили, что если их поженить, то так бизнес лучше пойдёт. И в чём-то они, может, и правы, кстати говоря. Только они деток спросить забыли, по традициям их народов они вообще детей ни о чём не спрашивают. А дети пока росли, уже возлюбленными обзавелись, но разве это кого-то волнует? Вон видишь, парень стоит возле сцены? Пожирает глазами невесту. Это Рустам, который любит Катю. А подруга невесты – Лена, любит Дениса.

– Мда, как всё сложно. Прямо сериальная драма. Но мы тут что будем делать?

– Меня позвали развлечь народ. Моя слава заводилы идёт впереди меня семимильными шагами. А ты пока развлекайся. Покушай на халяву. И заодно подумай, как ребятам помочь. Заодно отвлечёшься от своих головняков. Удачи.

Пока Ксюха пошла общаться с невестой, Антон снова осмотрелся по сторонам. В голове тем временем начался диалог ангела с бесом:

«Спасти праздник и новобрачных? Да зачем оно мне надо, по большому счёту мне вообще пофиг. Я прямо сейчас могу домой пойти».

«Опять уйти. Сбежать снова хочешь? Ну давай, уходи. Как всегда. Мы же уже знаем – ты это умеешь».

«Ой, на слабо меня взять решил. Ладно, так и быть. Помогу я этим неудачникам. Но один я не справлюсь. Надо найти того, кто поможет».

– Рустам? Привет, я Антон. Со стороны жениха.

– Ага, здорово. Чего тебе, парень?

– Да так, ничего, просто гуляю. Я спрошу так, чисто ради интереса, Катю спасти хочешь?

– Что-то ты мне не нравишься, парень. Не лез бы ты не в своё дело. Иначе без драки эта свадьба точно не обойдётся.

– Понимаю. Ухожу. Но если что, то я почти придумал, как тебе стащить Катю. Но если тебе это неинтересно, то удачи, пойду винегрет поем.

Антон даже успел отойти на пару шагов, но услышал, как тот его окликнул:

– Стой! Ты правда можешь помочь?

– Допустим, могу. Есть у меня идейка одна. Простая, но чуток потрудиться стоит. Ты Катю любишь? На всё готов ради неё пойти?

– Спрашиваешь ещё. Говори, что делать.

– Для начала я пойду сделаю приготовления, а ты пока поговори с подружкой невесты. Если ей нужен Денис, то она должна нам помочь. И я прошу, не распространяйся. Чем меньше людей в курсе, тем лучше.

Свадьба продолжала медленно тянуться. Однако с тех пор как Ксюха взяла в руки микрофон, стало значительно поживее. Народ потихоньку подтягивался к сцене, где Ксюша показывала стендап про садоводов. Толпа всё чаще взрывалась смехом, наконец она закончила, и во время музыкальной паузы к ней подошёл Антон.

– Ну как дела, герой-спасатель? Ковальски, какие есть варианты? – проскандировала Ксения.

– Приготовления почти закончены. У меня есть план, но не хватает пары мелочей. Рустам и Лена в деле. Больше никто ничего не знает. Мне нужно лишь время. Ты должна отвлечь гостей. А в частности, отцов Дениса и Кати. И отвлечь их необходимо надолго. Нужно, чтоб шумиха стояла на всю округу.

– Интригуешь, что ты задумал?

– Да так, просто небольшое похищение…

Глава 17. Похищение молодых

Ксения Ильинична вышла на помост с микрофоном в руках и начала свою речь:

– Дамы и господа! Прошу обратить на меня внимание, сейчас начинаем конкурс на звание лучшего кавалера вечера. И потому я прошу выйти всех мужчин, которые есть на нашем мероприятии, к сцене. И вы, жених, тоже. И родители молодых обязательно. Куда же мы без вас (а сама подумала: «весь конкурс только ради вас и сделан»). Прошу. Итак, у нас тут солидная компания, 10–15… нет, 22 мужчины. Турнир на вылет, и первый конкурс: попади яблоком в ведро!

Несмотря на то, что Ксюша выполняла свою работу на отлично, отцам молодых всё же было не до игр. Они оба, не сговариваясь, хотели провалить свои попытки попасть в ведро, но и тут Ксюха вывернулась, разрешив им сделать по три попытки. Промазав все свои шансы, отцы поспешили удалиться на свои места, но те минуты, что «тамада» выиграла для Антона, сделали своё дело. Когда отцы вернулись за стол, Кати уже там не было. Её отец настороженно оглянулся по сторонам:

– А где Катерина моя? Отошла, што ль, куда-то?

– Да носик пудрит, наверное.

– Или разговаривает с кем-нибудь…

– Или подарки смотрит да деньги считает, – начали в унисон отвечать ему местные бабки.

Однако время шло, а Кати не было и следа. Денис тем временем, не без помощи тамады, которая всячески подыгрывала ему, дошёл до последнего конкурса вместе с Русланом. Денис понимал, что, мягко говоря, не нравится ему, потому что женится на его любимой, и обычно от Руслана веяло холодом и тихой ненавистью, но сейчас он выглядел иначе, и это жениху казалось необычайно странным. Он вглядывался в его лицо и пытался прочитать хоть какую-либо эмоцию, как вдруг услышал окрики из толпы:

– Эдак, её украли наверное.

– Как украли? Я же приказывал, на этой свадьбе без этих дурацких традиций.

– Да ладно, Георгиевич, успокойтесь. Надо выкуп готовить. Ну, за сколько выкупишь невесту?

– Какой выкуп, полоумная? Катю сюда ведите. Живо, я сказал.

Денис с удивлением смотрел на всё со сцены и уже хотел спуститься, но Руслан его поймал за руку и, притянув к себе, сказал:

– За мной, быстрей давай.

– Э, никуда я с тобой не пойду.

– Нет времени объяснять. Лена в деле тоже, мы вас похищаем, так что без разговоров. Прыгай с помоста и давай за мной. Не отставай.

В толпе шум нарастал. С негодованием отца множилось количество людей, вовлечённых в дискуссию. Народ думал, что затевается драка, и не хотел пропустить самое интересное. Когда отец невесты, Георгиевич, всё же отступил и сказал, что платить выкуп дело жениха, то все посмотрели на сцену. Но никакого жениха там уже и в помине не было.

Пока во всём мире медленно тянулись секунды, в Папушкино за 60 секунд стремительно пробегала одна минута. И с каждой такой минутой отцы жениха и невесты становились всё краснее и краснее. Народ уже стал обыскивать округу. Когда уточнили, что вместе с новобрачными пропали ещё и Руслан с Леной, а также и тамада, то отцы забили тревогу. С момента обнаружения пропажи прошло не более получаса. В обычном мире, за пределами Папушкино, часы отчеканили всего около 1800 секунд.

В доме у жениха их не нашли. Как не нашли и его личные вещи, документы и подаренные родственниками деньги. В квартире, где жила невеста, была та же картина. Ни вещей, ни денег, ни документов. Только наспех написанная записка: «Простите нас. Надеемся, что вы нас поймёте».

– Так, Георгиевич, кажется, нас захотели надуть. Это что происходит? Они что, сбежали, что ли?

– Отставить панику. Они не могли так быстро смыться от нас. Машины все на месте, значит, и они тоже где-то недалеко. Всем разойтись по округе. Искать молодожёнов и Лену с Русланом.

Георгиевич раздал всем направления поиска, а сам с Сергеем (отцом жениха) пошёл проверять гавань, где стояла одна-единственная лодка в селе. Но она там уже не стояла. Она уже причаливала к другой стороне реки, и отцам оставалось только смотреть вслед силуэтам, что вылезали из неё. На берегу, между тем, сидели два тела. В костюме жениха и в платье невесты.

Сергей решительным шагом подбежал к ним, но невеста резко сорвалась с места и побежала вдоль берега. Жених тут же неуклюже побежал в противоположную сторону. На какое-то время этот маневр поставил отцов в ступор. Они растерялись и не знали, куда им стоит бежать в первую очередь. Наконец Георгиевич рванул за невестой, которая на удивление бежала чересчур быстро для девушки. Через полсотни метров невеста таки запуталась в подоле своего платья и свалилась на землю. К ней подбежал запыхавшийся Георгиевич, и постепенно стали приближаться прочие гости и свидетели данной сцены. Георгиевич поднял фату у невесты и увидел там лишь Антона. Уже подходившая к ним Ксюха, которую держал за локоть Сергей, в костюме жениха тут же подскочила и начала его успокаивать:

– Воу, папаша, полегче. Всё хорошо и спокойно же? Прошу вас: УЗБАГОЙТЕСЬ!

– Что тут произошло? Где Катя и почему ты в её платье? – закричал, брызжа слюной, Георгиевич.

– А почему ты в костюме жениха? – этот вопрос был уже адресован Ксюше.

Антон перебил их расспросы:

– Ну здорово, отцы. Я прошу минуту, я всё объясню. Во-первых, то, что мы в их нарядах, просто небольшая путаница со временем. Я рассчитывал, что переоденусь в костюм жениха, но там чуток задержались с побегом Дениса, и пришлось действовать по ситуации. Однако всё равно всё получилось. Уважаемые отцы! Родители! Денис и Екатерина просили вам передать, что они не любят друг друга и плевали они на ваши желания и хотелки их поженить. У них у обоих уже есть любящие их люди. Вы должны понять, что не имеете права решать за них их судьбу и выбирать, на ком жениться.

– Тебя вообще кто спрашивал? Чего ты лезешь, куда не следует?

– Да они счастья хотят. А вы, родители, только о своих делах и думаете. Пока я был здесь с Катей, она рассказала, какое у неё было детство. И вы думаете, наверное, что там были любовь и родительская забота?

– Я её воспитывал как надо!

Чуть поодаль на берегу начались первые хлопки фейерверка. Меж тем на берегу стал собираться народ со свадьбы. Ксюха отвернулась от разгневанных отцов и завороженно смотрела на взрывающиеся искры в небе. Ни Георгиевич, ни Антон сами не заметили, как перешли на крик.

– Да хрена лысого! Она каждый день ждала, что отец поговорит с ней о чём-то людском. Сериал обсудит или рецепты. Да хотя бы даже о червяках. А у вас одни темы для разговора: хорошо учись, чтобы хорошо работать и получать хорошие деньги. Вы же в ней ничего кроме инвестиции не видели.

– Я её любил как родную дочь!

– Почему КАК? Она и так ваша родная дочь. Но как же так, что она не видела от вас этой любви? Вместо того чтобы эту любовь просто отдать безвозмездно, вы пытались её купить. Подарками, гаджетами, игрушками, ювелиркой. Деньги, деньги, деньги кругом. Даже без признания Кати я вижу вас обоих насквозь: вы просто ходячие банкоматы. Которые думают только о том, как бы вместить в себя ещё больше купюр.

– Да как ты смеешь, малец? Кто ты такой, чтобы учить меня чему-либо?

– В том-то и дело, что никто. Просто человек-растение, который проходил мимо. Но я более чем уверен, что для Кати и Дениса я только что дал шанс на новую жизнь. И они его используют. Если они захотят, то вернутся. Захотят – выйдут с вами на связь. Теперь они сами могут за себя решать своё будущее.

Время пафосных речей закончилось смачным хуком Георгиевича прямо в правый глаз Антона. Не успел он очухаться, как ему прилетел второй кулак от Сергея в левый глаз. Антон отключился ещё до того, как упал на песок.

Глава 18. Откровения леры

– Где я? Что произошло?

Антон проснулся, но глаза почему-то открыть не мог. Сколько он проспал – тоже неизвестно. Голова раскалывалась, а лицо жгло от боли. Издалека послышался голос Ксюхи:

– Эй, наконец-то ты очнулся. Ну ты, конечно, выдал вчера, герой Справедливости. Глаза скоро откроются, Лера постаралась, чтобы ты быстро пошёл на поправку. Так бы, может, и не отключился, но когда грохнулся, то попал на камень. Долго откачать не могли. Оказалось, что просто ушиб. Отцы испугались, что могли пришибить тебя, и суетились всячески. Даже подарками хотели откупиться, но Лера их сразу отшила.

– А Лера что, тоже всё знает?

– Хах, покажи мне того, кто не знает. Ты ж на пляже разорался как раз перед глазами у главных сплетников на Руси. А Лера от тебя полночи не отходила. Боялась, что ты от нас в иной мир отойдёшь. Она хоть и сердится, но в обиду не даст. Думаю, это как раз повод, чтобы вам пообщаться. Время пришло.

Дальше она запела: «Твоё время пришло!

Твоё время пришло!

Стоит захотеть – и весь мир у твоих ног.

Добро непобедимо, мы все одна семья.

Выбьется на свет даже крохотный росток.

Любые испытания случаются не зря!»

Антон с трудом поднялся с кровати. Глаза открылись, но голова раскалывалась, а в ушах стоял тихий писк. Видимо, пока он был без сознания, его ещё пару раз случайно уронили. Пришлось немного походить кругами по комнате и сделать дыхательные упражнения. Вскоре ему стало немного легче, и он решился спуститься на кухню, где и застал Леру за чтением какого-то детектива. Когда он вошёл, Лера удостоила его лишь краем глаза и, закрыв книгу, собралась выйти, но Антон успел схватить её локоть.

– Стой. Давай поговорим.

– О чём? – вызывающе ответила сестра.

– Сама знаешь.

– Если ты про вчерашнее, то я ругать не буду. Хоть тебя и принесли без сознания, но я знаю, что ты и капли в рот не брал.

– Я не о вчерашнем. О более раннем. Знаю, тебе тяжело простить меня. И понять меня ты тоже не хочешь. Просто я прошу хотя бы попытаться. Просто попробуй встать на моё место и почувствовать то, что чувствовал я. Что я чувствовал в ту ночь, когда сбежал, в тот день, когда хотел приехать и не смог. В тот день, когда мамы не стало. Если у меня был бы хоть единый шанс вернуться в прошлое и остаться дома, поставив на кон свою карьеру и всю жизнь в одиночестве от вас, я бы остался дома. Не раздумывая. Я ведь был молод и глуп. Амбиции ударили в голову, и я хотел реализовать себя. Хотел добиться чего-то в этой жизни, а не пропустить всё в этом мире – здесь.

– Как я?

– Ну да. Пусть это будет грубо. Но видя перед глазами, что меня ждёт такое будущее, тот я, молодой и неопытный, хотел попытать удачу.

– Думаешь, ты один такой? – Лера начала переходить в атаку. – Наверное, из всех, кто живёт в этом доме, я понимаю тебя больше всех. Больше, чем Ксюша даже. Может даже больше, чем ты сам понимаешь себя. Я до своей первой беременности думала о побеге чаще, чем ты. Но не сделала это, потому что видела, на какие жертвы приходится идти маме, чтобы нас прокормить. Она же пошла на эту проклятую работу не от хорошей жизни. А потому что другого пути просто не было. После смерти моего отца она была совсем одна в этом мире с маленькой девочкой на попечении. Со мной. Пыталась выйти замуж второй раз. За Константина Юрьевича.

Антон задумчиво уставился в точку на ковре.

– Мама не скрывала того, что он мой отец. Но никаких чувств я к нему не испытываю. Да и не особо он проявлял себя хоть как-нибудь. Говорить мне с ним не о чем.

– А может, стоило бы? Узнаешь его версию тех событий. Я лишь знаю, что он тогда даже не думал в 20 лет жениться на вдове с 4-летней девочкой. Только оставил ей дитя. Тебя. Сказать, что было тяжело – ничего не сказать. Мне пришлось рано повзрослеть. Пока мама работала на заводе, я нянчилась с тобой. Денег и так не хватало, а когда завод закрылся, так хоть в петлю лезь. Даже не знаю, как мы выживали тогда. И матери ничего не оставалось, кроме как пойти на трассу. Дома стала появляться ещё реже. Ночами, как правило, она уходила к постоянникам. Возвращалась пьяная под утро. Зато хоть деньги в дом несла. Днем отсыпалась, а под вечер снова на работу.

Мне было десять лет, когда она забеременела снова. Ксюшей. Тебе было всего три. Илья был постоянным клиентом, тот ещё пьянчуга. Но хотя б порядочный. Когда мама родила Ксюху, он переехал к нам. И хотя ты его иногда папкой называл, но он не родной твой отец. Да ты и сам это знаешь. По паспорту ты всё-таки Константинович.

Мать стала меньше работать. Тогда появились первые симптомы её болезни. Да и помощь Ильи по дому пригодилась. Но мои детские травмы давали о себе знать. Я её презирала. За то, что бросала нас, за пристрастие к бутылке, за толпы незнакомых мужиков у нас дома. За ту славу, что разносится о нашей семье по всей округе. Всерьёз думала сбежать, но вовремя познакомилась с Артуром. Я рассказала ему о своей мечте вырваться из этих оков. Как сейчас помню: вот сидит он на лавке, слушает, как я мать родную поношу всеми известными матами. А потом, выслушав всё до конца, добавляет: «Дура ты, Лера. Глупая и будто слепая. Потому что ты видишь только то, что хочешь видеть. А всей картины в упор не замечаешь. Твоя мать – самая лучшая мать в мире. Которая свою жизнь положила на то, чтобы умереть ради своих детей. Она же в курсе всей своей «славы» в деревне, и всё равно продолжает это делать, рискуя своим здоровьем, чтобы тебе было что покушать на обед».

Больше я не хотела сбежать.

Я сошлась с Артуром и родила ему Павлика. А после и Юльку. Но упустила совсем из виду, что рядом растут ещё два ребенка. И не указав тебе вовремя правильный путь, я всё это время винила себя в том, что ты поссорился с мамой. Я думала, что ты сбежал из-за стыда от её работы и «славы».

– Я уже сказал. Я ушёл только потому, что беспокоился о своём будущем.

– Если это так, то у меня нет причин обижаться на тебя. В конце концов, обида прошла уже давным-давно. А потом я просто начала в любом твоём поступке искать минусы и недостатки, чтобы было за что на тебя держать обиду. Просто я настолько привыкла жить в таком состоянии, что выйти из него – это как глотнуть свежего воздуха, после того как год пробыл в подлодке.

– А что было в ту ночь?

– Уверен, что хочешь знать?

– Определённо. Раз уж начала, то договаривай.

– Когда ты ушёл, я оставила Ксюшу с детьми, а сама пошла к маме в комнату. Она сидела на кровати. В руке теребила платок. Губы дрожат, а по щекам текут слёзы. И взгляд такой пустой, направленный в никуда. Я его точно никогда не смогу забыть, как бы ни хотела. До сих пор боюсь представить, какие мысли были у неё в голове. Скорей всего, она винила себя в том, что создала для нас такие условия. Когда денег не хватает даже на бутылку масла, а по деревне ходит слава о распутной матери трёх детей. Тогда у меня не получилось и слова вымолвить. Но если бы я могла, я бы сказала ей, что никто из нас не считает её ни в чём виноватой. Что мы ей гордимся и любим больше всего на свете. Сказать такое – много труда не надо, если говорить от сердца. Но намного тяжелее тогда, когда ты понимаешь что уже слишком поздно это говорить.

Илья отъехал по делам в тот вечер, и я пошла менять Ксюшу и укладывать детей спать. Но той ночью мы так и не уснули. Там… Мама… и Ксюша… прямо на дороге…

Из-за слёз невозможно было разобрать, что пытается сказать Лера. Да и сам он тоже готов был расплакаться. Он не стал настаивать на продолжении рассказа, видя, как ей тяжело переживать весь этот кошмар заново. Антон погладил её по плечу и сказал:

– Хочу сходить к ней на могилу. Покажешь, где это?

Лера глубоко вздохнула, вытерла щёки и, пряча взгляд, отвернулась. Выходя из кухни, она тихо добавила:

– Павлик отведёт тебя. Я пойду делами домашними заниматься.

Антон остался в кухне один в глубокой задумчивости. С диким рёвом к дому подъехала орава байкеров.

Глава 19. Ты в танцах!

Входные двери были не заперты, и потому спустя минуту после поднятого шума в кухню вошли трое: Филипп и два его друга – братья-близнецы Алексей и Александр.

– Ребят, вы адресом не ошиблись? Гей-клуб чуть дальше по улице должен быть.

– Смешно, чудик. Лёха, спокойно, он нам нужен ещё.

Настроения общаться с ними сейчас не было, поэтому Антон направился к выходу и добавил:

– Вы если к Ксюше, то уверен, она сейчас спустится.

– Я разве говорил что-то про Ксюшу? Мы здесь по делу не к ней, а к тебе.

Он настороженно посмотрел на гостей.

– И чем это я нужен вашей гоп-компании?

– Всё просто. Про твой подвиг на свадьбе вся деревня знает, но вот только нам конкретно ты оказал небольшую медвежью услугу. Когда ты помог Денису сбежать, мы, конечно, ничего против не имели, но тем самым ты лишил нашу сборную команду полузащитника. Мы тут посовещались и решили, что занять его место в предстоящей игре должен ты.

– Эм-м, что? Я что-то не понимаю.

– Для дебилов повторяю: у нас сегодня полуфинал по дворовому футболу, ты лишил нас игрока и по правилам чести и совести должен занять его место.

– Да я сроду в футбол не играл. Проще валенок на поле выкинуть, и то пользы больше будет от него.

– Да не очкуй. Всё под контролем. Ты просто постоишь в защите, наши парни тебя подстрахуют. Братан, мы тебя не спрашивать разрешения приехали. Мы тебя предупредить приехали, что сегодня игра в семь на стадионе. Спрашивать с тебя мы по-другому будем, если сегодня не стадион не явишься. Усёк, малёк?

На этом разговор закончился, так как послышался топот Ксюшиных ног. Она забежала в кухню и оглядела всех присутствующих.

– Ну чё встали, Филя, едем? Или вам особое приглашение нужно? Филя! У нас труп, возможно криминал! По коням!

– Да мы тут Тоху уговариваем в футбол с нами поиграть.

– Мне плевать. Поехали. Я и так на репетицию опаздываю. Считай, что его уже уговорили, он всё равно не знает, чем занять себя. Поздравляю, Антош, ты в танцах! Всё, поехали, ребят!

– Э-э, а меня вообще кто-нибудь спросить хочет? Может, я занят сегодня?

Но его слов никто не слышал, и Антон остался снова один.

Глава 20. Полумуж

Антон пришел к зданию своей бывшей школы. Лето только начиналось, и с отсутствием уроков здесь толпились только старшеклассники, готовящиеся к выпускному. Среди стоявших неподалёку учителей Антон нашёл свою жертву. Высокий, статный мужчина с глобусообразным пузом – Константин Юрьевич.

– Константин Юрьевич, а можно вас на два слова?

Антон намеренно, по-театральному громко позвал его по имени. Педагоги обернулись и, прищурив глаза, пытались вспомнить знакомое лицо.

– Константин Юрьевич…

Все переключили взгляд на физрука и ждали ответной реакции. А тот, поняв, что все ждут его действий, сразу притворился, что только сейчас заметил Антона.

– Эм, ну да, да. Щас подойду, минутку. Ирина Петровна, давайте потом обсудим всё, я сейчас вернусь.

Физрук торопливо подошёл к Антону и, взяв его под локоть, вывел его за угол, подальше от любопытных глаз.

– Э-э-э-э, Антон? Ох, возмужал-то как, я-то тебя ещё школьником помню. Решил навестить родные края, посмотреть, как сестренка школу заканчивает?

– Да так, соскучился по родине. По РОДСТВЕННИКАМ своим.

У физрука тут же забегали глаза. Видимо, он догадался, что Антон не зря акцентировал слово «родственники». Но он растерялся лишь на миг, а потом перешёл в атаку:

– Ну как прогулялся? По родственникам. Свалил отсюда внезапно. Вернулся внезапно. Тут родня переживает, а он и не думает об этом.

– Ой, ты будто больше всех переживал. Радовался, небось, что на одну обузу меньше стало. Хоть глаза тебе не мозолил. И тебе не пришлось глаза прятать каждый раз, когда встречаешь меня.

От наглости Антона Константин Юрьевич опешил. У него не получилось своей атакой подавить собеседника и невольно пришлось обороняться от его выпада.

– Цыц! Не тыкай мне! Ишь, вымахал дылдой, решил, что тыкать может теперь. Мать переживала, нервы все сожгла на тебя. Когда я встречал её на улице, так сердце кровью обливалось.

– А когда одну с двумя детьми оставил, не переживал?

Константин Юрьевич замешкался от неожиданной дерзости. Он шевелил губами, как рыба, пытаясь найти подходящие слова. Но понял, что Антон уже знает правду, и даже не пробовал от неё отмазываться.

– Цыц! Много ты понимаешь. Тогда время совсем другое было. Мы были молодые. Встретились – разошлись. Никто и не предполагал, что она тобой забеременеет. А-а-а-а, чёрт с тобой, всё равно не поймёшь ничего.

– Так ты попытайся объяснить. Я тут пока в отпуске, много нового узнаю, и кажется, что меня уже ничем не удивить. Так что хуже не будет от той истории, что ты мне поведаешь.

– Да не нужно тебе знать такое, Антон. Хорошего точно ничего не выйдет. Ступай. Удачи тебе, Антон.

Константин уже обернулся и почти ушёл, как вдруг услышал за спиной будто совсем другого Антона. Как будто на смену наглости и дерзости пришла покорность:

– Бать, ну расскажи. Другого шанса всё равно может не быть. Какой ты знал её? Я не уйду, пока не услышу хоть что-то.

– Эх-х-х-х-х, – Константин шумно выдохнул и сел на ступеньки. Он достал пачку сигарет, но так и не закурил, – ну тогда стоит начать издалека. Я молодой был ещё, примерно как ты. Глупый, наивный, в голове только ветер. И думал-то не той головой, что надо. Да что говорить, хреном думал. Физруком работать пошёл, чтоб девчонок кадрить. И получалось иногда. А потом по деревне слух прошёл про Настю. Мол, мужа похоронила, дочь прокормить нечем и потому торговать собой начала. Я, недолго думая, деньжат накопил и к ней. Выпили, закусили, переспали. Всё что было – всё ей отдал. Сам овощами с огорода питался, а ей этих денег на месяц должно было хватить. Потом чаще заглядывать стал. Не только деньгами, мясом платил, продуктами. Игрушки Лерке приносил.

И что-то запала она в душу мне. Простая такая баба, но красивая, этого у ней не отнять. Даже когда в огороде картошку сажала – красота прям пёрла от неё. Думал, может, сойтись с ней, вроде ж неглупая, хозяйственная. Ну оступилась разок, но не ставить же крест на человеке после этого. А потом раз – и залетела. От меня. Говорит, «Костя, а чё делать-то будем? Одну Лерку еле тяну, а тут ещё один на подходе». А я повёл себя как последняя тварь. Я сбежал. Сдрейфил, потому что не хотелось молодому в брак залезать. Любовь моя проверку не прошла. И ночью когда из дома уходил, думал, что она спит. А она просто сказала: «Ключ оставь. Дверь сама закрою». И всё.

Я на два года в город переехал, опыт нарабатывал в гимназии. А когда вернулся, то мимо двора вашего проходил и увидел, как Лерка с пацаном нянчится, а Настя себе колени йодом обрабатывает. Даже голову в мою сторону не подняла. Может, она меня и винила в том, что ушёл. И правильно делала. Всё б иначе было, если бы я мужиком был, а не тряпкой ссыкливой.

Взгляд Константина посерел и глаза вяло смотрели на землю. За этот разговор он будто заново прожил все эти годы. Антон ничего не стал говорить. Просто повернулся и пошел.

– Стой. Я не жду прощения. Но я надеюсь, что ты не в меня характером вышел, и надеюсь, что однажды ты меня поймёшь.

Глава 21. Предательница снова предаёт

Тем же утром, когда Антон проснулся с фингалами под глазами, в машине, близ циркового шатра, проснулась и Алина. На передних сиденьях, скрючившись, спали Лёня и Айгиз. Алина старалась вести себя максимально тихо и искала глазами бутылку с водой. Протянув руку к подставке, она начала аккуратно вытягивать минералку к себе. Но, видимо, чутьё охранника никогда не спит, потому что на водительском сиденье дёрнулся Айгиз и сразу схватился за кобуру.

– Да успокойтесь вы, я за водичкой тянулась. Доброе утро, кстати.

– Ага, доброе, – пробурчал ей в ответ бурят.

Пару минут он просто молчал и сильно моргал, пытаясь прийти в себя. Потом нажал в центр руля на сигнал и сильно толкнул Леонида в плечо с криком:

– Ну и чё ты тут дрыхнешь? Храпишь на весь салон. Битый час тебя разбудить не можем.

Айгиз вышел из машины и, размахивая руками, пошёл к речке. Лёня с трудом открыл дверь.

– Ужасный способ будить людей, я не хочу терпеть к себе такое скотское отношение.

– На зарядку становись, размазня. Будем из тебя мужика делать. Ноги на ширине плеч, руки врозь.

– Да за что? Что я сделал-то?

Пока мужчины были заняты спором и спортом, Алина сделала максимально глубокий глоток воды и в остатки минералки влила содержимое из бутылька цыганки. Тряхнула бутылкой, чтоб всё смешалось, и поставила её снова в подставку.

Лёня даже не предполагал, что десять минут утренней зарядки – это не все его мучения на сегодняшний день. Сразу после разминки Айгиз погнал его окунуться в речку, на что Лёня ответил ещё более истеричными возгласами. В это же время Алина пыталась улучить момент, чтоб мужчины одновременно выпили из злополучной бутылки, иначе её план пойдет коту под хвост. Но как она ни старалась уговорить бурята промочить горло, воинская выдержка и стойкость не позволяли ему разрешить себе минутную слабость.

Внезапно со стороны речки начали доноситься крики, это у Лёни в холодной воде защемило нерв, и он, потеряв ориентацию, стал тонуть. Айгиз сиганул за ним в воду и спустя три минуты вытащил уже посиневшего от холода горе-пловца.

– Быстро, искусственное дыхание, давай, делай!

– Но я не умею, вы же были в армии, вас должны были этому научить.

– Без пререканий. Каждая секунда на счету. Давай!

Закрыв глаза, Алина потянулась губами к Лёне и начала всасывать из него воздух. Но, очевидно, она что-то делала неправильно, потому что никаких результатов это не принесло. Тогда Айгиз приказал ей принести питьевой воды и сам стал спасать Лёньку. У него это получилось намного лучше, так как уже через несколько секунд тот выхаркал из себя речную воду и, повернувшись на бок, застонал. Айгиз встал неподалёку и стал яростно вытирать губы и язык, постоянно сплёвывая на землю. Алина поднесла ему злополучную бутылку, но вместо того чтоб глотнуть, Айгиз стал полоскать рот и сплёвывать всё на землю. Видя, что воды осталось совсем немного, Алина пошла на героический шаг. Дождавшись момента, когда Айгиз снова станет наливать воду в ротовую полость, Алина резко нажала на бутылку и кулаком попала Айгизу в челюсть. Тот от неожиданности сглотнул остатки воды и в шоке посмотрел на девушку.

– Ты что сделала, марамойка? Да я тебя за такие шутки сейчас же придушу. Я не позволю над собой таких вещей творить.

Но сделав всего два шага навстречу Алине, он зашатался. Взгляд помутнел, и он опустился на колени. Здоровый мужик старался держаться изо всех сил. Алина своими глазами наблюдала будто схватку медведя со снотворным. И хотя итог был уже предрешён, просто так он не собирался сдаваться. Бросив попытки схватить Алину, он пополз к машине. «Пистолет», – мелькнула мысль в голове у девушки. Она подбежала к вытянутой руке Айгиза и наступила на неё ногой. Тот вскрикнул от боли и, наконец, сдался. Снотворное одержало верх над зверем.

– Э-э-э, Алин, ты его поборола, помоги мне подняться и свалим отсюда, – прохрипел Лёня.

– Извини, Лёнь, ты не входишь в мои планы. Я надеялась, что вы оба глотнёте из бутылки, но всё вышло как вышло. Не беспокойся, этот боров выживет, только проспится хорошо, и голова, возможно, болеть будет, да и ты скоро поправишься. Удачи в поисках Антоши. Или лучше так: удачно тебе не попасться на глаза папочки, а то он тебе это точно не простит.

Оставив позади двух лежащих без сознания мужчин, Алина села в машину и поехала прочь.

Глава 22. Антонио Футболетти

Антон подумал о том, что было бы неплохо сейчас прилечь на кровать и вздремнуть, но его планы – это вещь несбыточная, потому что в кухне его ждала компания спортсменов во главе с Филиппом.

– Э-э, ребят, думаю, что собрание фанатов «Ласкового мая» проводится чуть дальше по улице…

– Опять твои тупые шуточки, тем более повторяешься. Помнится, ты обещал сходить мячик попинать с нами.

– Я ничего не обещал, это Ксюха обещала за меня. Я, честно, не игрок, только обузой буду.

– Хорош ломаться, как девочка, нам для количества человека не хватает, просто в защите побегаешь и всё.

Спорить с толпой спортсменов оказалось делом бесполезным, и вот двадцать минут спустя наш Антонио Футболетти в старой спортивной форме уже стоит на футбольном поле и ждёт начала матча.

Арбитр дядя Моня свистит в свисток, и игра началась. Братья-близнецы Алексей и Александр передают друг другу пасы и уверенно себя чувствуют на поле. Филипп открывается на поле противника и, получив мяч, отправляет его в ворота. «Байкеры» открывают счёт.

Чем же ответят гости – «Дальнобои»?

Их капитан – Леха Ключ – тоже не пальцем деланый, футболист с внушительным стажем. Он уверенно владеет мячом и без труда обходит импровизированную защиту близнецов.

Половина поля пройдена, и он вступает на территорию соперника. На его пути стоит новичок – неизвестный пока миру игрок – Антонио Футболетти. Преимущество Футболетти в том, что Ключ совсем не знает, как себя поведёт соперник и чего от него можно ожидать. Поэтому он начинает проверять его навыки по ходу дела.

Ловко манипулируя мячом, Лёха делает обманный проход, заставляя любого опытного соперника кинуться вправо, но перед нами Футболетти – человек с тёмным прошлым, и он почему-то кидается влево.

(Антон намеренно кинулся влево, надеясь пропустить Леху, чтоб просто постоять в стороне дальше, пока остальные потеют, однако со стороны это выглядит, будто он понял замысел Лёхи и намеренно кинулся в сторону мяча, будто раскрыв замысел атакующего).

Охх, хороший мог бы быть маневр от капитана «Дальнобоев», но Антонио парень – не промах. Разгадав движения соперника, он за доли секунды принял единственное правильное решение и смог завладеть ситуацией. Инициатива снова в руках «Байкеров», и Антонио отправляет пас Александру. Или Алексею, этих близнецов всё равно не отличить.

Но недолго музыка играла, ибо ошибка близнеца в нападении стоила им потерянного мяча, и «Дальнобои» снова атакуют.

На этот раз Лёха учёл свой небольшой промах и прямо перед Футболетти передаёт пас сокоманднику, который отправляет мяч в голкипера, ГО-О-ОЛ! «Дальнобоям» удалось сравнять счёт.

После ещё нескольких передач и перебежек от одного края поля до другого арбитр дядя Моня свистит окончание первого тайма. Команды отправляются на небольшой перекур.

Команды расходятся по своим раздевалкам, на самом деле просто курят около противоположных скамеек.

Перерыв окончен, и команды, обменявшись воротами, возвращаются на поле. Игра идёт вяленько, небольшие перебежки и редкие пасы. У игроков будто пропал энтузиазм и воля к победе. Либо они просто решили взять соперников измором. Капитан «Байкеров» первый решил прекратить эти «ясельки» и пошёл в наступление. Зачем-то машет руками близнецам и Футболетти, видимо, он выработал тактику и обнаружил слабое место оппонентов. На левом фланге капитан и близнец 1, но правом фланге – близнец 2 и Футболетти. Остальные семь человек в защите. Вопреки всем известным тактикам игры, капитан решил изобрести велосипед и прямо на наших глазах сейчас творится история. Возможно, что после этой игры прежний футбол навсегда канет в небытие, ибо кроме как «революционным», этот маневр, 4 на 11, назвать больше никак не получается.

Капитан кричит клич «Эпомбей!», и вся команда ему вторит. Как по щелчку, близнецы и капитан сиганули со всей силы вперёд, и тут же на поле соперника побежала вся остальная команда. Пользуясь неразберихой и суматохой, вызванной столь резкой атакой, близнец 1 продвигается с мячом к воротам. Творится что-то нереальное, «Байкеры» будто делают живой коридор, не подпуская соперника к близнецу 1. Однако Ключ не так прост. Он сможет доставить проблем «Байкерам», и вот он уже обошёл свой живой щит и направился к ведущему мяч игроку. Завязалась отчаянная схватка за право владения круглым чёрно-белым предметом. Кажется, что кроссовки этих яростных львов сейчас сотрутся в пыль, но тут близнец 1 краем глаза замечает единственного открытого игрока на поле, и кто бы это мог быть? Ну конечно же, это наш серый кардинал – Антонио Футболетти, который стоит прямо возле ворот соперника. (На деле же Футболетти всего лишь нашёл место на поле, где может просто сделать вид, что ему не всё равно на этот движ.)

Близнец 1 со всей силы запускает мяч в Футболетти и кричит ему: «Давай!!!» Но Антонио не успевает среагировать, и мяч, попав ему точно в нос, сбивает его с ног. Тем не менее, пока все наблюдают за струйками крови, что катятся по лицу горе-футболиста, Капитан смело направляет мяч прямиком в ворота соперника. ГО-О-О-О-ОЛ!!!

Глава 23. Боль

Перед глазами только смутные силуэты. Всё кружится вокруг. Все цвета радуги переливаются, как новогодние гирлянды. Но потом начинает преобладать кроваво-красный, а чуть позже он сменяется на ослепительно белый. И наконец – чёрная, непроглядная тьма.

Сколько именно прошло времени после матча, Антон не знал. Он только пришёл в себя. Вместо холодной травы – тёплый мягкий матрас. Вместо орущей толпы – оглушающая тишина. Вместо любой суеты – покой. Который постепенно приводит к нестерпимой боли. Всё лицо горит так, что хочется кричать. Но не получается из-за бинтов, связывающих лицо вдоль и поперёк. Наверняка нос переломан. И, возможно, сотрясение мозга. Антон никогда не ломал нос и не получал сотрясения, но по ощущениям так болезненно они и проходят.

Он с трудом поднял руки и начал ощупывать лицо. Бинты, всюду бинты. Попытался встать, но головокружение раз за разом возвращало его на койку. Так прошли его первые минут пять после подъёма, по ощущениям длившиеся добрые двадцать минут. Тут за дверью послышались шум и суматоха. Антон смог разобрать лишь несколько слов, но сразу узнал этот голос.

– Да хорош уже, просто пришей его обратно и усё.

В ответ неразборчивый тихий голосок явно уговаривал его отдыхать.

– Да сам я справлюсь, и не надо меня постоянно контролировать.

К голоску прибавились еще несколько таких же уговорщиков. В сравнении с буйным пациентом, все остальные голоса были раза в три тише. Дверь открылась, и Антону пришлось притвориться спящим, чтобы никто не смог нарушить его покоя и оставить его наедине со своими мыслями. В комнату вошла Ксюха, Илья с перебинтованной рукой, из которой проглядывали крапинки крови и пожилая женщина лет 50, с седеющими и аккуратно уложенными волосами. Выглядящая прямо как школьный врач, и Антон даже подумал, что уже видел её когда-то, совсем недавно. В коридоре слышался шорох от еще не менее двух-трех людей.

Первой заговорила Ксюха:

– Чё, этот Диего Арманда Марадона ещё дрыхнет?

– Пусть отдыхает, удар был неслабый, но как смогла я его подлечила. Дальше дело за ним самим, – ответила Ангелина Сергеевна, школьный врач из поезда.

– А может, его ещё к кровати пришить, вот он офигеет, когда проснётся.

– Цыц, ты и так у меня все бинты попортила, ему и обычной заплатки хватало, теперь с тебя бинтов две пачки новых, чтоб завтра же принесла.

– Ладно-ладно, просто посмотрите, какое искусство вышло, ну вылитый Джером из «Готэма».

– Ну а что будем с этим делать?

– Батька? Ну-у-у-у, а можно он отоспится у вас тут до утра? Просто дома ещё кровь за ним оттирать, и куда я вообще его в таком состоянии доведу?

Ангелина Сергеевна не успела ответить, потому что резкий храп Ильи её перебил. Видимо, у неё просто не оставалось иного выбора, и вскоре они обе вышли в коридор, закрыв дверь. Вскоре шум в коридоре утих, и Антоха не спеша приподнялся на кровати и начал отматывать километры бинтов, наложенных Ксюхой шутки ради. Потихоньку стала отступать и головная боль. Когда с бинтами было покончено и кожа лица наконец снова могла дышать, в сумеречной темноте Антон, на цыпочках, дабы не разбудить новоиспечённого соседа, стал продвигаться к двери. Не дойдя два шага до выхода, Антон нутром почуял неладное. Что-то стало чересчур тихо. Храп прекратился. Обернувшись, Антон увидел тёмный силуэт, сидящий на его кровати.

Силуэт ритмично раскачивался в стороны. Антон молча затаился и ждал. Вдруг силуэт заговорил голосом Ильи:

– Антон, ты далеко это собрался? Я много лет уже хотел поговорить с тобой. Рассказать тебе то, чего ты ещё не знаешь… Что ж, видимо, этот день настал…

Антон насторожился, и совсем, наверное, не от того, что Илья нагнетал обстановку, а от того, что эти слова он говорил чисто и совсем без заикания. Он присел на прикроватный стул и попытался в темноте разглядеть лицо Ильи. Но свет из окна таинственным образом освещал лишь его забинтованную кисть.

– Разговор этот будет, естественно, об одной чудесной женщине, моей почившей супруге, матери моей непослушной дочери и по совместительству – твоей матери тоже.

На этом моменте Антон насторожился по-настоящему. Он ещё не успел отойти от разговора со своим биологическим отцом Константином, а тут ещё один предстоящий разговор с ещё одним любовником мамы. В тот момент ему показалось странным, что знакомые ему люди предстают перед ним в неожиданном свете и считают своим долгом выговориться перед ним. При том все они (Константин, Валерия, Илья) затрагивают тему, которая для Антона как нож по сердцу. Очевидно, каждый из них считает, что именно он хранит самую важную информацию, но по сути, никто не владеет полной картиной. И только Антон – тот избранный, кто может собрать воедино частички этого пазла и разобраться, каким всё же человеком была его мать в свои последние годы. Тем временем Илья продолжил свой односторонний диалог:

– Я уверяю, что даже Лерка не знает об этом. Случилось это незадолго до гибели твоей мамы, примерно дня за три до этого. Она тогда совсем поплохела. Тело её не слушалось, а глаза выдавали, что она испытывает невыносимую боль. Сколько бы не могла она обманывать своих детей, пытаясь казаться сильной. Меня она все же любила поменьше, чем вас, и потому не считала важным быть сильной и при мне. Я видел её такой, какой не видел никто. НЕВЫНОСИМАЯ БОЛЬ. Это самое точное определение, что подходит такому состоянию. И, видимо, она предчувствовала свою смерть, потому что за два дня до смерти она захотела приехать повидаться с тобой.

Антон тяжело сглотнул. Скулы на лице напряглись.

– Как сейчас помню. Раннее утро, она лежит на кровати, собирая всё своё мужество на то, чтобы весь день играть роль человека, идущего на поправку. Я завариваю травяной чай у окна. Она тихо, как мышка, подходит, обнимает со спины и шепчет:

– Увези меня, Илья, хочу Антошу увидеть, чувствую, что если не сейчас, то никогда больше не смогу.

– Да как хочешь, Настён, сейчас только крикну Лерке и Ксюхе, чтоб вещи собирали.

– Нет. Внутренняя обида Леры, что сжирает её изнутри, стоит только заговорить о нём, может всё испортить. А Ксюха и так с ним связь поддерживает. Позволь мне просто сына напоследок повидать.

– Да я б с радостью, но без девчонок я, боюсь, не справлюсь, родная. Не выйдет у нас ничего без них. Хоть они и не знают всё про твою боль, но догадываются наверняка. Если тебе станет хуже в дороге, то я даже помочь не смогу. Погибнешь в пути, и я виноват буду перед ними, что не сберёг.

Помню, она тогда долго молчала, я подумал, что обиду затаила на меня, но как оказалось, она весь день план свой выдумывала.

Целый день тогда я пытался дозвониться до тебя, но всё безуспешно. Ты так и не взял трубку. А потом поздней ночью я проснулся, а её рядом нет. Страшно испугался, перевернул весь дом, но её нигде не было. Как и Ксюхи. Мы с Лерой выбежали на улицу в панике. В метрах двухстах от дома мы их и нашли. Ксюха сидит на дороге и гладит голову своей уже умершей матери. Там она и покинула нас, лёжа в пыли на ночной дороге. Даже представить боюсь, через что Ксюша прошла в эту ночь. Порой тот, кто светит ярче всех, скрывает за собой самое тёмное, что есть в этом мире.

* * *

Дальше Антон уже не захотел мучить себя и стремглав выбежал из палаты. Он пробежал всю улицу, пересёк автотрассу и через десять минут был уже на кладбище. После ночной пробежки он запыхался и ещё долго приходил в себя. Наконец он сделал контрольный вздох и побрёл среди могил.

Внезапно гробовую тишину нарушило чьё-то шуршание. Антон сперва грешил на полевую мышь, и очень удивился, когда она заговорила в кустах человечьим языком. «Ой, блин». Антон подобрал с земли камень и запулил его в говорящий куст. Камень ударился обо что-то мягкое и упал на землю. Из куста послышался сдавленный стон. Но Антон не остановился на одном камне и, подняв с земли горсть камней, начал обстреливать незваного гостя.

– Да стой ты уже, – послышался знакомый мальчишечий голос.

Из куста вышел весь грязный и помятый мальчишка семи лет.

– Э-э-э, Матвей? Так ведь? Ты что тут делаешь?

– Шпионю за тобой. Хотел прийти к тебе в палату, а туда пьянчугу подселили, вот я и ждал, когда ты выйдешь. Так и уснул там на своем посту, проснулся, только когда ты дверь открыл и ушел. Я ж даже подумать не мог, что ты из сатанистов, что по ночам на кладбище ходят.

– Что? Какой я тебе сатанист?

– Не, я не осуждаю. Это личный выбор каждого, кто-то в Бога верит, кто-то в Летающего Макаронного Монстра, кто-то, вроде тебя, дьявола ночью на кладбище призывает.

– Я здесь не за тем, чтоб дьявола вызывать, я на могилу к матери прийти хотел!

– Оу, ну тогда приношу свои извинения.

– То-то же.

– Но я всё равно здесь по делу к тебе. В тот раз, когда мы первый раз повстречались в вагоне, ты так резво вскочил с места и умчался, что выронил свой паспорт из кармана. Я его нашёл и хотел лично приехать и вернуть, но бабуля меня одного никуда не пустила. Твердила постоянно, что я слишком маленький для путешествия из Внучатово в Папушкино. Потому собрала вещи, и мы сами к тебе приехали. Не успели расположиться нормально, как тебя самого к нам привезли. Чуток побитого и помятого, но это сути дела не меняет. Так что вот, держи. А теперь проводи меня обратно, а то жутковато здесь.

Антон взял свой документ, и в его голове начал зарождаться план побега. Ведь никак нельзя забывать, что зло не дремлет. И это лишь вопрос времени, когда Тигран сможет найти следы Антона, ведущие именно сюда.

Глава 24. Зацепка

В ту самую ночь, когда Антон устроил себе прогулку по кладбищу и кидание камнями в говорящий куст, Айгиз и Лёня пытались оправиться после предательства и побега Алины.

– Чёрт, я эту шкуру поймаю и башку откручу. Как она посмела? Бросила меня здесь умирать, с этим старпёром неотёсанным, ну что за дерьмовая неделя началась?

– Открутишь башку, только если тебе что-нибудь от неё останется. Если эта малолетка мне попадётся раньше, то я её своими руками придушу. Обставила нас, как котят, – Айгиз продолжал злобно сплёвывать на землю, в горле ещё стоял слабый привкус чудо-водички.

– Да-да, эта бабская натура такая, чуть что, сразу предаст. Никакой тёлке верить нельзя.

– Ну про всех ты зря так, мои жена и дочка совсем другого типа. Но вот ваше поколение потерянное, конечно, эт да…

После непродолжительной паузы Лёня всё же нашёл силы прервать молчание и спросил:

– Так а что мы папе скажем? Тёлка сбежала, этого урода с компьютером тоже не нашли, что делать будем, Айгиз Камоевич?

– В другой ситуации я бы сказал тебе набраться мужества и лично позвонить отцу и во всём сознаться, чтоб доказать, что у тебя есть яйца. Потому что настоящий мужик не должен бояться сознаться в своём косяке. Однако в данной ситуации я тоже крупно налажал. И потому приму весь огонь на себя.

Он достал старенький кнопочный телефон и, стоя возле машины, стал его гипнотизировать. Однако, всё ж набравшись смелости, он набрал номер босса и поднёс аппарат к уху. Мучительные длинные гудки, и наконец ему ответил грозный голос Тиграна:

– Алё! Алё! Айгиз! Вы чё там, совсем оборзели? Где вас носит? Второй день уже на связь не выходите! Я ситуацию мониторить не успеваю без ваших докладов. Где вы сейчас?

– Тигран Эдуардович, тут просто накладка небольшая вышла…

– Какая накладка? Я дозвониться пытался до вас бесконечное количество раз. Слушай меня внимательно, мои люди, те, которых ты хомячками комнатными называешь, сделали за столами больше работы, чем вы. Твоя сучка малолетняя вспомнила название деревни этого хитрожопого Ребрицкого?

– Э-э-э-э, нет, тут просто ситуация такая сложилась, что…

– Какая ситуация? Нет времени на ситуации отвлекаться. В общем, мои люди нарыли информацию, что Антон родом из деревни Папушкино, это где-то в том районе, куда вы поехали. Каким-то образом он подчистил за собой всю информацию, чтоб мы его не смогли отыскать, но в спешке всё ж наследил. Мои люди нашли его досье, там в Папушкино есть его сёстры, мы сразу не смогли его найти, так как они все с разными отчествами. Но это сейчас роли не играет. Собирай Лёню, девку эту и езжай туда, есть шанс, что найдёте там его след.

– Э-э-э-эм, есть езжать туда. Приказ понял, исполняю.

– А что за ситуация? Разрешимая?

– Да, не стоит беспокоиться. Через пять минут выезжаем. По возможности, выслали бы вы ещё подмогу нам, а то неизвестно, что нас там ждёт.

– Хорошо, отправлю две машины людей. Отчитаешься по приезду.

Глава 25. Сумасшедшая бывшая

Антон вернулся домой под утро и, стараясь никого не разбудить, сразу пошёл в свою комнату. Но закрыть за собой дверь ему не удалось. Быстро, как дикая кошка, к нему подбежала Ксюха и толкнула по-дружески в бок.

– А чё не в лазарете? Ты как из палаты сбежал, уважаемый?

– Да чё сбежал-то сразу? Просто дома отдыхается легче, вот и всё.

– Отставить отдых. Покой нам только снится. Сегодня важный день.

– Почему это? Что на этот раз? Снова свадьба? Или вместо футбола уже в теннис сыграть надо? Или что-то новое – на похороны сходить надо? Баян прихватить?

– Ты чего взъелся? Не выспался, что ли? Если не хочешь никуда идти, то тогда сиди дома. Всё, извини, что потревожила, – улыбка постепенно сошла с её рта, и лицо теперь выражало едва уловимую печаль.

– Ладно, ладно, это ты извини, что накинулся. Просто, видимо, чересчур много впечатлений за последнюю неделю. Куда ты меня опять вытащить хочешь?

– Да никуда уже, лежи спокойно, отдыхай сегодня.

Она увидела, что на столе лежит паспорт, и снова переменилась в лице.

– Нашёл паспорт? А домой за вещами вернулся?

– Это не то, что ты думаешь.

– А что я думаю? Ты сам говорил, что сбежишь при первой возможности.

– Да, говорил. И также говорил, что это ради вашего же блага.

– Ну да, ну да. А знаешь что, я тебе не указ. Делай, как тебе нужно.

Ксюха в тихой обиде смущённо вышла из комнаты, и Антону осталось лишь корить себя за то, что без причины сорвался на неё.

Он с досадой лёг головой на подушку и сам не заметил, как провалился в сон. Антона разбудила шумиха и суета в кухне, он вышел из комнаты, и первое, что ему попалось на глаза – Павлик, расхаживающий в парадном костюме.

– Паша, время не подскажешь?

– Почти пять. Ксюша сказала, что ты будешь дом охранять и никуда не пойдёшь, поэтому тебя не будили.

– А куда все собираются?

– Ну как же. Сегодня выпускной у Ксюши. Она тебе не сказала?

– Блин, – с глубокой досадой сказал Антон. – Да как же так-то. Единственное не внезапное, а запланированное событие за последние дни, и то про него забыл. Надо пойти извиниться перед Ксюшей.

– Опоздал, Филя её забрал ещё утром. У неё генеральная репетиция в школе, вот она раньше и уехала. Мы тоже сейчас выходим, так что встретимся на месте.

Антон вернулся в комнату и пока выбирал более-менее приличный наряд, дверь хлопнула и резко наступила тишина. Антон остался дома один и потому мог позволить себе щеголять по этажу в поисках утюга в одних трусах. Он даже не услышал, как дверь снова открылась и в дом проник незваный гость. Гость, стараясь не шуметь, поднялся на второй этаж и приближался к комнате Антона. Шаг, еще один, последний. Рука гостя толкнула дверь, и Антон от неожиданности завизжал:

– А-А-А-А-А-А! Твою мать! Алина! Ты что тут делаешь?

– Тихо, тихо, Антоша, всё хорошо. Чего раскричался, милый?

– Да в смысле? Ты как здесь очутилась? Может, это всё мне кажется? Галлюцинации от сильного удара головой?

– Ой, а кто тебя так побил, бедненького? Малыш мой, иди ко мне, я тебя пожалею.

– Пошла вон, я не забыл нашу последнюю встречу. Ты предала меня. Изменила. И сколько ещё ты мне изменяла до этого? Я видеть тебя не хочу.

– Антош, я ошиблась, оступилась разок. Но я клянусь всем, чем захочешь, я от тебя ни на шаг больше не отступлю, прости меня, любимый, богом молю, прости.

Алина театрально упала на колени и слёзно завыла. Антон еле-еле отцепился от неё и, схватив в охапку одежду, ломанулся к двери.

– Стой!

На секунду Антон остановился в проёме.

– Я должна признаться. Я беременна. От тебя. Поздравляю, мы станем родителями. Но для тебя есть ещё один вариант. Ты можешь прямо сейчас выплатить мне все алименты на наше дитятко. Ты же не хочешь, чтоб твой ребёнок рос в нищете. Я знаю, что у тебя есть деньги, дай хотя бы половину.

Его чуть Кондратий не схватил от шока. Антон опешил, и первое, что ему пришло в голову сказать, так это:

– Нет, ты врёшь! Не знаю, откуда ты знаешь про деньги, но я не верю в твою беременность.

– Ладно, я не беременна, но всё ещё можно исправить. Возьми меня, здесь и сейчас. Или поехали во Францию или Монако. Там нас никто не найдёт.

– Что? Так это был всё же блеф? Иди ты нафиг, Алина.

Антон выбежал в коридор и успел добежать до лестницы, как вдруг ему на спину прыгнула Алина, и они кубарем покатились вниз.

Спустя где-то секунд десять Антон, тяжело кряхтя, стал подниматься и двигаться к двери. Он торопился и боялся новой атаки от своей бешеной бывшей, но атаки не последовало. Антон обернулся и увидел, что Алина лежит на боку. Её тело не подавало никаких признаков жизни. Осторожно, стараясь не нарушить нависшую опасную тишину, Антон подполз к Алине. Он перевернул её на спину, на лбу красовалась большая шишка. Антон приложил голову к груди и проверил дыхание. Фух, пронесло. Слабо, но было слышно, как бьётся сердце. Как будто камень с души упал. Антон оделся, взял Алину на руки, но понял, что далеко её так донести не сможет, поэтому поместил её на тачку для дров и прикрыл одеялом.

Если и не вся, то большая часть жителей сейчас находились на празднике в школе, но всё же, чтобы не встретить случайного прохожего, Антон закоулками покатил тачку к лазарету. По дороге ему чудом никто не встретился, а в самом лазарете дежурил Матвей, который очень удивился что Антон, вместо того чтобы сейчас бежать вон из деревни, мало того что всё ещё находится здесь, так и привозит в больницу новых пациентов.

– Матвей, будь другом, давай сейчас без лишних вопросов. Просто проследи за этой девушкой сейчас, задержи её как можно дольше по возможности.

– А что вообще случилось то? И кто она?

– Это Алина, моя бывшая. Она случайно упала с лестницы. Когда очнётся, не отпускай одну даже в туалет. Испугай её постельным режимом или можешь даже вколоть ей снотворного. А лучше вообще привяжи к кровати.

– Окей, но ты ведь понимаешь, что если она тебя нашла, то и другие тоже скоро могут быть здесь.

– Знаю, поэтому и спешу. Только первым делом мне надо закрыть один свой гештальт, раз и навсегда.

Глава 26. Прощание

Антон решил первым делом собрать все свои вещи, и осталось только самое важное – чемодан. Он снова стоял напротив двери Стаса, но в этот раз не долбился, а терпеливо ждал, пока друг откроет дверь. Стас выглядел уже намного лучше, чем в их последнюю встречу. Как будто и не было депрессивных мыслей из-за неудавшейся любви.

– Здорово, старина, как сам?

– Знаешь, намного лучше, чем ты. Ксюха таки принесла мне тортика тогда, после свадьбы, ну и рассказала, как ты получил по морде от родителей молодожёнов. Но то, что сейчас с твоим лицом, это, конечно, не сравнится с её рассказом.

– Это последствия футбольного матча и нападения бывшей.

– Оу, она тебе мстила за измену?

– Я тебе тогда сказал не всю правду. Это она мне на самом деле изменила, я просто не хотел выглядеть рогоносцем в глазах друга.

– Вот гад. Я ведь реально поверил, что ты в городе покоряешь дамские сердца. А ты и одну возле себя удержать не смог.

– Там всё сложнее, чем кажется на первый взгляд. Но в целом ты прав. Я вообще пришёл за чемоданом и попрощаться заодно.

Антон открыл шкаф, но чемодана там не обнаружил. Он недоуменно посмотрел на друга.

– А, да не парься. Мама в этот шкаф сто лет не заглядывала, а тут внезапно решила там прибраться, ну и увидела твой чемодан. Но я выкрутился и перепрятал его.

Стас достал чемодан из-под кровати, но не сразу вернул его Антону.

– Раз уж про девушку наврал, то, наверное, и про чемодан свой тоже?

– Да. Я его украл. У своего бывшего босса. Но я считаю, что поступил правильно, и уже не могу повернуть назад. Ничего хорошего бы не вышло, если бы я позволил его планам случиться.

– Красавчик. За это тебя уважаю. Я просто проверил тебя. Я заглядывал в твой ноут. Сначала ничего не понял, но теперь мне всё ясно. Забирай свой чемодан.

– Я совсем забыл спросить, как ты сам, после той ситуации с девчонкой из сети?

– Я много думал об этом. И пусть меня никто не поймёт, но я снова стал с ней общаться. Как итог – мы решили остаться друзьями.

– Ты уверен, что это то, что тебе нужно?

– В конце концов, я был счастлив, когда общался с ней. Условия, конечно, поменялись. Но я чувствую, что нам необходима была та ситуация. Чтобы окончательно расставить все точки и понять, какие между нами отношения.

– Ты парень взрослый, и я надеюсь, знаешь что делаешь.

– А сам знаешь что делаешь?

– Кхем-кхем. 1:1.

– Да ладно, старина. Справимся со всем. Удачи нам обоим.

Антон сердечно пожал ему руку и поспешил дальше собираться.

На улице вечерело. Антон понимал, что Матвей прав, если Алина нашла его, то и люди Тиграна скоро прибудут. Но уйти не попрощавшись он не мог. Однажды он уже сбежал отсюда в тот момент, когда родные люди таят на него обиду. Больше такой ошибки он допустить не мог. Потому что следующего раза попросить прощения может просто не представиться.

По знакомой еще с детства тропе Антон добежал до здания школы. В дверях ему встретился Константин Юрьевич, но Антон лишь пробурчал: «Не до тебя щас» и вбежал в актовый зал. Награждение уже прошло, и выпускники, разделившись на небольшие группы, устраивали фотосессии. Кто-то просто общался, вспоминая школьные приколы, некоторые обнимались с учителями и клялись приезжать сюда каждый год. Антон быстро нашел и своих. Лера поправляла Ксюше прическу. Павлик и Юля просто скучали рядом.

– О, я успел.

– Ну почти. Официальная часть уже закончилась, сейчас пойдём все в столовую праздновать.

– Лер, ну ты посмотри на него, весь взъерошенный, запыхался, откуда бежал-то, спартанец?

– Неважно откуда, важно куда и зачем, – ответил на нападки Антон.

– Ещё и ерунду мелет, ну точно дикарь какой-то.

– Ксения Ильинична, я официально приношу тебе свои извинения за то, что сорвался на тебя утром, за то, что не смотрел все те фильмы и сериалы, которые ты мне рекомендовала, и за то, что у тебя есть такой вот бестолковый брат.

– Принимается. А за то, что свалить пытался?

– Насчёт этого другой разговор. Нутро подсказывает мне, что чем раньше я отправлюсь в путь, тем лучше. Надеюсь, что вы-то меня понять сможете. Всю ситуацию мою вы уже знаете. Опасные люди висят у меня на хвосте, и я не хочу, чтобы вы попали под удар.

– Вечно ты убегать всё равно не сможешь. У любой истории же должен быть конец. Ты подумал о том, что будет дальше?

– Я в процессе. Сейчас я генерирую идеи.

– Ты говорил, что те деньги, что ты украл, ему нужны были для получения должности?

– Ну и?

– То есть ты ему должен либо вернуть деньги и извиниться, что будет крайне странно, ибо тогда возникнет вопрос: «А для чего тогда всё это было?», либо сдать его полиции, но тогда тебя тоже могут привлечь к ответственности за хищение крупной суммы денег, либо вариант № 3.

– Какой?

– Сделка. Борзову нужно место губернатора. Пускай он уже его получит, обеспечь ему это.

– Но тогда он продолжит своё дело и распродаст всю область хрен знает кому.

– Ну и? Тебя лично это как-то задевает? Это игра не твоего уровня. Можешь его, конечно, запугать шантажом, но он всё равно найдёт как нажиться на чём-нибудь другом. Таких людей не исправить. Любой маленький человечишка вроде тебя ничего не может сделать в борьбе против власть имущих.

– Рассуждаешь ты, конечно, здорово, но последние несколько дней дали мне ясно понять один факт: нужно делать что-то, пока не станет слишком поздно. Я очень долго хотел помириться с мамой, но сделать этого не успел. Наконец прошлое догнало меня, и я осознал один факт: без действий ничего не исправить.

– Либо стесняться, либо жить?

– Что-то типа этого.

– Тогда до встречи, братишка. Будь на связи и не теряйся.

– Я помчал за вещами домой. Отсижусь где-нибудь недельку, придумаю, как победить Тиграна и вернусь.

Глава 27. Action

И снова вечер, и снова Антон бежит темной дорогой. Но в этот раз домой. И в этот раз на душе уже нет тяжелого груза. Родные его поняли и отпустили. Осталось только продумать ход битвы винтика против системы.

Антон открывает дверь дома, заходит внутрь и – БАЦ! Глухой удар тупым предметом по затылку мигом вырубает его, и он падает на пол, как мешок картошки.

– Попался наконец, голубчик. – Айгиз светит фонариком от телефона в его лицо и отбрасывает в сторону деревянную скалку. – Так, я его свяжу, а ты пока найди ноутбук и прочие его вещи. Через десять минут парни как раз должны подъехать. Загрузим его в машину и свалим. И помни, его исчезновение не должно выглядеть как что-то криминальное. Пусть все думают, что он сбежал сам, так что сильно беспорядок не наводи. И пальчиков не оставляй.

Лёня поднялся наверх и стал шарить по комнатам в поисках вещей Антона. Он довольно быстро нашел и его комнату, и паспорт, и чемодан с ноутбуком. Через десять минут они уже стояли на улице со всеми вещами. Тело Антона лежало возле забора.

– Что-то подмоги-то нет, может, уже к нам в машину его загрузим?

– Тащить далеко. Она через две улицы отсюда. Я специально светить её не стал тут, мало ли. Парни сейчас подъехать обещали, просто заблудились чуток.

– Как то нелогично, всё равно же какая-то машина «светится» и…

– Цыц! Слышал?

– Что?

– Да ничего. Наверное, кошка в кустах шевелилась.

Да вот если б это была кошка, то у Антона бы точно не было шансов на спасение. Благо что в этой истории есть мальчик, у которого уже есть опыт прятаться в кустах. И сейчас он уже бежит во весь дух к школе, чтобы рассказать страшные новости.

В это время скучающая Валерия погрузилась в свои мысли, её дети вяло поедают праздничные салаты, а Илья пытается совладать с вилкой своей порубленной рукой. Ксюша делает вид, что залипает в телефоне, но на её экране просто горит меню.

– Задумалась, систер?

– Да так, мандраж небольшой.

– Понимаю, у меня тоже. Всё-таки кажется, что без нашего присмотра он где-нибудь накосячит.

– Да, стопудово.

– Но с другой стороны, это его возможность проявить себя. И наша возможность поверить в него. А вдруг и правда выгорит.

– Может и выгорит. Знаешь, у меня постоянно голова полна разных идей, придумываю всякие штуки на ходу за раз-два, а тут просто голяк.

Тут к их столу подбегает запыхавшийся Матвей и, хватая из рук Ксюши стакан сока, выпивает его залпом.

– Э-э-эм, пожалуйста, пей на здоровья. Сегодня что, марафон какой-то, а то пацаны мимо всё пробегают?

– Там ЧП, вашего Антона только что два мужика из дома вынесли. Я просто прогуляться вышел, смотрю, в ваш дом два типа странных заходят. Думал, грабители, стал ждать, что дальше будет, чтобы, когда они выйдут, я приметы запомнить мог. А они даже не вышли, как через пять минут Антон в дом забегает. Я его даже предупредить не успел. А потом и вовсе они его вынесли. И говорят, что к ним подмога подойти должна.

Ксюха с Лерой сразу вскочили со своих мест.

– Лера, надо срочно туда мчать.

– Давай. Илья, следи за детьми. – Лера стала озираться по сторонам в поисках Филиппа. – Где Филлип?

– Покурить с друзьями вышел.

– Нам срочно надо ехать за ними. Байки здесь же?

– А дальше? Мы не справимся, неизвестно, сколько их там, – Ксюша нервно смотрела по сторонам, её сердце качало кровь по венам быстрее, чем пуля летит из ствола. – ТАК! НАРОД! Я прошу вашей помощи! Моего брата только что похитили неизвестные! Помогите, пожалуйста!

Но в ответ из зала лишь послышались недовольные голоса:

– Ксюх, опять ты со своими шутками, то на школу нападают, то министр приезжает. Сейчас вот брата похитили. Да твой брат только ушёл отсюда, полчаса не прошло. Хорош заливать уже.

Поняв что на помощь ей никто не придёт и не желая попусту тратить драгоценное время, Лера и Ксюша выбежали из зала на улицу.

– Филипп! Заводи байк срочно и вызывай свою банду.

– Что за кипеж, Ксю? Куда спешим, праздник в самом разгаре.

– У меня брата похитили, твоя помощь мне нужна как никогда!

– Понял, прыгай сзади. Лера, тебе тогда в люльку. Щас вызову пацанов.

– Стой, вот это прихватим, – Ксюша схватила стоявшую возле дверей коробку с фейерверком, – устроим этим ублюдкам ад.

Благодаря сплоченности байкерского движения, знанию местности и быстрым байкам, уже через пятнадцать минут орава ревущих мотоциклистов мчалась по шоссе за двумя чёрными машинами. 110. 120. 130 километров в час. Сколько бы братья Алексей и Александр ни сигналили водителю чёрного мерседеса остановиться – тот оставался непреклонен. Маневр зажима в тиски не сработал, за рулём там тоже сидел не пальцем деланый водила. Наконец Ксюха решила пойти на крайние меры. Она взяла в руки ствол фейерверка и направила пороховой снаряд в автомобиль. От неожиданного взрыва водитель свернул прямиком на поле. Байкеры дружно загудели и стали перебрасывать друг другу взрывные палочки из коробки Ксюхи.

Вскоре оба мерседеса уже мчались вместо шоссе по полю, освистываемые мотоциклистами и обстрелянные их салютами. Одно точное попадание в колесо первого мерседеса заставило его остановиться, и уже спустя пять секунд дверь открылась и оттуда вывалился Лёня. Через него перелез Антон и сиганул сразу как спринтер прочь от машины.

Последним из машины вывалился Айгиз и почти догнал Антона, но как только он протянул свою руку, сзади послышался крик: «АВАДА КЕДАВРА, УБЛЮДОК!», и ему в затылок прилетел залп. Айгиз тут же свалился на землю. Лёня в это время вернулся в машину, по неизвестной причине он испугался байкеров, которые стреляют вокруг фейерверки.

– Ксю, тебе не кажется, что мы немного перегибаем? – спросил Филя.

– Нет, мне кажется, что сегодня лучшая ночь, такого драйва я давно не испытывала. Ю-ху, погнали наши городских!

Лера слезла с люльки и подбежала к прятавшемуся за кустом Антону.

– Ну и чего ты расселся тут? Всё веселье пропустишь.

– Да не, знаешь, мне и тут всё видно прекрасно. Кажется, я погорячился, когда сказал, что надо всегда действовать.

– Слышь, иди и действуй. Прямо сейчас набей морду тому сопляку, что тебя похитил. Иначе я его сперва отмудохаю, а потом и тебя, тряпка.

– А знаешь, ты права. Я пошёл.

Антон встал и поднял вверх руки. Байкеры временно перестали стрелять салюты, но продолжили кругами кататься вокруг мерседесов.

– Эй, ты, Лёня! Выходи! Ты же за мной приехал! Давай! Докажи своему отцу, что достоин меня вернуть! Ссыкло!

– Вот уж ссыклом меня называть не смей. Я хоть и «мажор», но ссыклом не был никогда, и раз ты сам просишь, то щас я тебе за всё отвечу. И за то, что отца обокрал, и за то, что я в эти дебри за тобой приехал, и за всё прочее.

В красном углу ринга: Антон, в синем – Леонид. Легенды бокса Мухаммед Али и Майк Тайсон даже не мечтали о такой напряжённой схватке. Антон начал с удара по корпусу, но в ответ получил хук слева. Лёня пытался использовать тот факт, что Антон ходил с синяками на пол-лица ещё со времён свадьбы и футбола, и поэтому целился в голову. Но Антон тоже не отставал, несколькими резкими ударами ему удалось отбить сопернику почку. Остаётся загадкой, откуда столько силы в руках у папиного сынка и рядового программиста. Сериями тяжёлых кулачных ударов противники старались вывести друг друга из строя. Но вопреки усталости, их ярость увеличивалась пропорционально боли. Оба бойца уже стали подкреплять свои удары выкриками. Чуть позже они стали кричать уже просто на автомате.

– Сука! Да падай ты уже! – крикнул Антон и поразил соперника в челюсть. У Лёни подкосились ноги, и он свалился на землю.

Антон опустился на колени. Тело ноет, лицо горит, костяшки на руках сбиты в кровь. Тяжело дыша, он закрыл глаза и провалился в небытие.

Глава 28. Договор о взаимопомощи

Антон очнулся, но не стал сразу открывать глаза. Сколько он спал, неизвестно, но лицо всё ещё горело. Он почувствовал знакомый запах. Снова очнулся на той же кровати, на которой уже просыпался после футбола. А это означает не только то, что он снова в больнице, но и то, что рядом с ним лежит на соседней койке девушка, которую он случайно чуть не убил, падая с лестницы.

Антон собрался с силами и чуть приподнялся. Вокруг никого, только Алина лежит и смотрит в потолок пустыми глазами. Что-то подсказывало Антону, что она давно уже не спит. И сколько разных мыслей прошло через её мозг с пробуждения.

– Алин?

– М?

– Ты как?

– Нормально.

Антон не знал, как продолжить и без того натянутый диалог. Но понимал, что с Алиной всё совсем не в порядке и оставлять её одну неблагоразумно.

– Слушай, я сразу хочу сказать, что денег у меня больше нет, когда меня похитили, то чемодан забрали.

– Похер.

– С тобой точно всё нормально?

Она промолчала. Только отвернулась от Антона в другую сторону. Антон понял, что ответа не дождётся, и лёг терпеливо ждать от неё действий.

– Знаешь, Антон. Я тут много думала обо всём. Кем я была, кем буду дальше. Вот буквально ещё две недели назад я была настоящей сучкой, – её голос надломился, и она шумно вздохнула, перед тем как продолжить. – Из тех, кто живёт по принципу эгоизма и карьеризма. Людей в грош не ставила. Изменила своему парню, повелась на большие деньги и отправилась в дорогу, рассчитывая обхитрить всех и вся. Обокрала спящую циркачку, хотела обмануть и обокрасть тебя. А потом – БАЦ! Падение с лестницы. Я ведь и помереть могла. Серьёзно. Врачиха местная сказала, что ещё бы чуть-чуть, и я шею сломала бы. Или голову пробила бы. Но как видишь, я пока здесь. Считай, получила второй шанс. И я больше не хочу быть старой Алиной. Стервой и сучкой. Пора что-то менять, но я пока не решила, с чего начать. Ты скажи: как стать другой?

Подобное откровение стало для Антона неожиданностью, и он призадумался.

– Да если б я знал. Я верю, что люди способны меняться. Но это не происходит просто так. Нужен толчок. Триггер, заставляющий кувырком перевернуть весь внутренний мир. Для тебя это было падение с лестницы. И если ты уверена в том, что готова к переменам, то всё у тебя получится.

– Антон?

– Что?

Алина повернулась к нему. По её лицу стекали слёзы.

– Помоги мне. Прошу. Мне страшно. Ты почти смог спрятаться от Тиграна, я нажила себе врага в виде его охраны. Без тебя мне конец. Никто мне не поможет так, как ты. Мы ведь были близки раньше. До всей этой канители.

Антон поверил ей. И не стал отгонять от себя. Как бы она с ним не поступала прежде, он решил, что может дать ей ещё один шанс.

– Эхх, давай тогда заключим негласный контракт на сотрудничество. Если ты сейчас тоже в бегах от людей Тиграна, то будем с тобой присматривать друг за другом. Это не значит, что мы снова вместе как пара. Останемся друзьями, и главной нашей целью будет довериться друг другу и придумать, как нам победить. Ну и разобраться с нашими внутряками. Ну, понимаешь, в голове.

– Сойдёт.

– Сойдёт.

Глава 29. Журналист из «Правды»

Спустя пару дней Антон уже мог спокойно ночевать дома. И хотя пока «зло» отступило, тихим временам наступал конец. Антон собрал вещи и пошёл опять прощаться с семьёй. Лера в это время гладила белье.

– Тук-тук. Ну что ж, настал мой час, отправляюсь я в путь-дорогу.

– Собрались уже. Ты с этой Алиной мило смотришься вместе.

– Мы не вместе. В смысле не пара. Ну то есть были когда-то, но сейчас не. Просто друзья.

– Окей, я не вмешиваюсь. Я хотела тебе кое-что передать перед отъездом.

Лера отложила утюг и вытащила из шкафа ноутбук Тиграна Эдуардовича.

– Что? Но как? Я думал, что чемодан забрали охранники.

– Ну понимаешь, там был кипеж, салют везде, и пока вы устроили гладиаторские бои, а охранники утаскивали тело амбала, я поняла, что на меня-то никто внимания не обращает, и стащила ноут. Как скоро они обнаружили пропажу, я не знаю, но дело уже сделано, и на этот вопрос у меня точно ответа нет.

– Блин, ты лучшая. С этим ноутом у нас есть шанс на победу. С выпускного прошло три дня, за это время они уже успели вернуться в город, в пути они, наверное, не проверяли сумку, так как занимались ранеными Лёней и Айгизом. Где-то сутки ушли на дорогу до города, плюс пока Тигран решит свои дела и поймёт, что ноут остался у меня. Остальное время он думал контрмеры, и ещё день, чтоб приехать сюда. Наверное, сегодня-завтра он будет неподалеку от нашей деревни. Так. Устраиваем мозговой штурм! Пора тщательно продумать план наступления.

Уже утром следующего дня на центральной площади было не протолкнуться. Вчера пронесся слух о том, что Борзов Тигран Эдуардович, кандидат в губернаторы области, объезжает все сёла и деревни, чтобы лично пообщаться с избирателями. И по странному стечению обстоятельств начать он решил именно с Папушкино.

Вот Борзов выходит на сцену. Приветствие, традиционные лозунги, обещания. Вокруг лениво ходят местные журналисты и операторы, спрашивая мнения старушек о власти. Начинается стандартная рубрика: диалог с населением. Бабушки спрашивают о ценах на крупы, мужики просят починить дороги. Внезапно прямо рядом со сценой ввысь устремляется рука молодого парня. Толпа замолкает. Борзов вглядывается в лицо парня под кепкой, и его пробивает пот.

– Слушаю вас, молодой человек.

– Тигран Эдуардович, я из местной, никому не известной газетенки «ПРАВДА», но мы работаем тщательно и нашли про вас кое-какую информацию, которая может значительно изменить баланс сил в этой предвыборной гонке.

– Кхе-кхе, ну знаете, многое что можно нарыть в плане информации про каждого, даже в этой толпе. Представься, пожалуйста, юноша.

– Ах, извиняюсь, что так некультурно. Моё имя Антон. Если я озвучу эту информацию, то лишь богу известно, как отреагирует народ. И какое мнение у них сложится о вашей личности.

– Вы что же, пугаете меня, молодой человек, надеюсь, там не информация, что я по малолетке из дома сбежал или документы подделывал. Или кем мать моя работала.

– Не-е, интереснее. Согласно нашим данным, вы вчера вечером бескорыстно проспонсировали фонды «Солдатские матери», «Пенсионеры России» и «Юное поколение». Причём всё это из личных средств. Также указано, что вы не собираетесь останавливаться на достигнутом и обещали выделить средства на защиту окружающей среды и построить обувную фабрику для обеспечения района рабочими местами.

– Э-э-э, что? Молодой человек, вы о чём?

– Ну вот же, у меня с собой ноутбук всегда есть, вот смотрите: от вашего имени совершены переводы в перечисленные организации. Или, извините меня сердечно, вы хотели остаться анонимом?

– Эээ, кхе-кхе, ну да. Что тут уже скрывать. Я не стал афишировать свои благие деяния. Ибо не хотел пиариться на этом. Я периодически делаю добрые дела, а если стану губернатором, то смогу поднять свой народ с колен!

На этих словах толпа взревела овациями, а когда Тигран снова посмотрел на место, где стоял Антон, то не смог его найти. Только ноутбук остался лежать на сцене. Тигран поклонился, схватил ноутбук и ушёл за кулисы.

«Вот засранец, мало того, что деньги мои раздал этим немощным, так и каким-то образом снова сбежал от меня».

Тиграна распирало от злости, и он хотел крушить всё вокруг. Под раздачу попал стул, который просто подпирал иногда дверь. Из ноутбука Тигран достал записку:

«Тигран Эдуардович, приношу свои извинения за доставленные неудобства. Надеюсь, что вы сейчас не сильно нервничаете, ибо последнее время у вас довольно напряженное. Я уже сотню раз пожалел о том, что сбежал с вашей вещью, но каждый раз, когда я вспоминаю, что вы хотите сделать с моей деревней, то понимаю, что всё, что я делал, было не зря. Я попытался обеспечить вам место губернатора более честным путем, нежели тем, который избрали вы. Вам же это было нужно – должность. Я рассчитываю на то, что если вы получите место губернатора, то вопрос с деньгами можете считать решённым. В конце концов, вы эти деньги тоже хотели отдать кому-то за место, я так и сделал. Просто отдал их в другие руки. Этот шаг обеспечит вам любовь и доверие избирателей, а значит, и их голоса.

Рука у меня не поднялась своровать у вас хоть копейку. Себе я только перечислил честно заработанную месячную зарплату. На вашем счету ещё остались два миллиона. Обкрадывать вас полностью до нуля я тоже не смог.

Надеюсь, что эти слабые доводы сыграют хоть какую-то роль и вы оставите в покое меня, мою семью и моих друзей.

Ну а если и это не аргумент, то тогда поймите, что я не глупый мальчик и уже скопировал на вас столько компромата, что на две жизни хватит. И он пойдёт в ход, если что-то с нами случится.

Я советую вам забыть об этой ситуации. Займитесь лучше предвыборной кампанией. А дальше вам ещё регион на ноги поднимать нужно.

С наилучшими пожеланиями, А. Р.»

Глава 30. Конец – это новое начало

Лето подходило к концу. Дети начинали готовиться к школе. Ксения мучается перед выбором, куда пойти учиться, на журналиста или на режиссёра. Лера так же следит за хозяйством. Илья так же спит пьяный на диване. Антон и Алина вместе переехали в столицу. Живут вдвоём, но как друзья. Антон как раз в это время просматривал почту Борзова. Издалека он всё же продолжал следить за своим бывшим боссом, чтобы знать, можно ли его опасаться или нет.

Он хмурил брови, и на лице читалось напряжение и недовольство. Звонок. Он взял трубку, ожидая услышать угрозы, но услышал лишь:

– Чува-а-ак!

– Ай, Ксюха, чё ты орёшь-то в трубку? Я чуть не оглох. Сам хотел позвонить буквально минут пять назад.

– Соскучилась. И вообще не ной. Я была бы не я, если бы так не сделала. Ты вообще помнишь, какой сегодня день?

– Какой? Самый обычный. И совсем нет никакого дня рождения у самой приставучей сестры в мире.

– Ага-ага. Жду поздравлений. Официальных!

– Поздравляю вас, Ксения Ильинична, с днём вашего совершеннолетия. Ещё вчера ты делала свои первые шаги, а сегодня из тебя уже сыпется песок.

– Закончим на этой неприятной ноте. Жаль, что лично не присутствуешь, так бы точно в лоб за такое получил бы. И так как ты далеко, твоим подарком будет совет для меня. Я хочу спросить: куда поступать пойти? Мы тут провели голосование, и наши мнения поделились. Папа, Артур и Юля голосуют за журналистику, а Лера, Филя и Павлик советуют режиссуру. Твой голос решающий.

– А твой?

– Если бы я сама могла определиться, я бы у вас не спрашивала. Душа лежит к обоим направлениям, но я в большой растерянности. И поэтому я решила, что вы и предопределите мою судьбу.

– На твоём месте я б на режиссёра пошёл. У тебя с фантазией точно проблем нет, авось прославишься ещё.

– Ну, значит, решено. Жди меня, Голливуд. Устрою им новую культурную революцию. Слушай, что-то голос мне твой не нравится, всё у вас хорошо?

– Да, мы в порядке. Я просто сейчас просматривал почту Борзова.

– И? Наш губернатор что-то затевает?

– Не, кажется, план работает и там всё тихо. Чуток хитрить начинает на посту, власть почуял и уже ищет, где можно заработать больше, чем ему нужно, но это не критично.

– Его сынок?

– Тоже нет, тот в армию вещи собирает.

– А что тогда?

– Охранник. Айгиз. Которому ты в спину фейерверк пальнула. Он, видимо, принял унижение близко к сердцу и до сих пор простить не может.

– Поподробнее.

– Из последних новостей про него известно только, что он не принял приказ Борзова оставить нас в покое и ушёл со службы. Так что пока будь настороже.

– Мне нечего бояться. Он не знает, что снаряд был мой, а остальные свидетели помнят лишь хаос и неразбериху. Так что настороже нужно быть вам.

– Ну, может быть. Леру предупреди на всякий случай.

– А, кстати. Насчёт Леры. Во-первых, она снова злится на меня.

– Из-за чего на этот раз?

– Ну, я дала Павлику прочитать «Гарри Поттера» и потом написала специально для него письмо, типа из Хогвартса.

– И всего-то? Было б из-за чего злиться.

– Это ещё не всё. Он на полном ходу с тележкой барахла вмазался в стену на вокзале. Теперь у него шишак на лбу, и его называют Камикадзе. Хочу ему дать почитать «Перси Джексона». Чтоб увидеть, как он с лужей общаться будет. Или «Хроники Нарнии», чтобы по шкафам лазил.

– Пожалей малого чуток. А то воспитание хуже, чем в Спарте. А что там во-вторых?

– А, ну так, мелочи. Просто ты снова скоро станешь дядей.

– О как?

– Да, Лера снова беременна, узнала позавчера. Недавно только первые симптомы появились, рискнула перепроверить – и на тебе, пожалуйста. Получите и распишитесь. Сейчас ходит, кряхтит, как старуха. Думает, что делать. А Артур светится от счастья. Решил работу ближе к дому поискать. А к Стасу в гости приехала особа из интернета. Мне она пока не особо нравится, но он счастлив. Пока притираются друг к другу. В общем, у нас обычные бытовые дела. Ничего интересного.

– Я правда рад за вас. У меня тут звонок в дверь, Алина из магазина вернулась. Так что счастливо вам, удачи. И ещё раз с днём рождения. Расти большой, не будь лапшой.

– Спасибо большое. Давай, братишка. Мы любим тебя.

Антон положил трубку и побежал открывать дверь. Но только на пороге стояла не Алина. БАХ! БАХ! БАХ! Три выстрела, и Антон медленно скатился по стене.

От автора
Минутка самолюбования

Первым делом встаёт вопрос: А могу ли я называть себя автором? Ну наверное, в узком смысле, я позиционирую себя АВТОРОМ ЭТОЙ ИСТОРИИ, а вот являюсь ли я автором по жизни? Наверное, ещё нет. Я только делаю первые шаги в этой сфере. Знакомлюсь со своим внутренним творцом и пытаюсь выяснить, на что он способен? Какие у него есть сильные и слабые стороны? Когда наступит тот период, когда я полноправно могу назвать себя ПИСАТЕЛЕМ, АВТОРОМ, ТВОРЦОМ? И чтобы это звучало гордо. Наверное, если бы не определённые события, произошедшие в моей жизни, то момент, когда я пишу эти строки не произошёл бы никогда. Но! Я здесь, сижу и пишу, и горд тем, что закончил свою первую историю. А значит, что впереди меня ждут ещё достаточно приятных и не очень событий, пройдя через которые я (надеюсь) смогу достичь звания ТВОРЦА.

Теоретически, любой может стать творцом. Самое главное – начать действовать. Я мог бы ещё долго жить своими мечтами и проживать другую жизнь. Ту, в которой я не ленивый домосед, а человек-действия. Важно – вовремя понять, чего ты хочешь. И сделать первый шаг. Чуда с неба ждать не стоит. Вселенная ответит только тем, кто ради своей мечты сможет одолеть своих демонов.

Говоря о тех событиях, через которые мне уже посчастливилось пройти, я не могу не поблагодарить тех женщин, что были рядом со мной.

Самая первая и главная благодарность отходит моей супруге – Жене. Именно после того разговора, когда я открыл ей свою маленькую мечту стать писателем, я нашел в себе силы сесть за стол и напечатать первую главу. Она постоянно меня мотивирует на активные действия и пинает мою пятую точку, дабы жизнь не превратилась в болото. И пятая точка то уже подустала немного, но оглядываясь назад, я понимаю, что практически всё, о чём я в жизни не жалею произошло благодаря ей.

Вторая благодарность – лучшему другу Галине, которая во всех социальных сетях у меня в первых рядах. Тот человек, которому можно довериться. И который виноват в том, что у меня такое странное чувство юмора.

Третья – Софье, талантливейшей девушке. Которая обещала нарисовать другую обложку на книгу. К тому же у неё прекрасно развито критическое мышление, и если я захочу услышать правду о чём угодно, то могу спросить у неё.

И наконец – Наталье. Вот он – ЧЕЛОВЕК-ТВОРЕЦ. Читая её творчество, меня не раз посещали мысли: «Если она это спокойно делает, то почему я не могу?». Из тех, кто мотивирует, сам того не осознавая. Первый человек, которому я отправил ознакомительную часть для прочтения. Очень жаль, что она в последнее время перестала творить, но жду её возвращения.

На этом благодарности заканчиваются, и читатель может выдохнуть: «Уфф, наконец я перестал читать про абсолютно незнакомых мне людей», но эти люди важны для меня и поэтому я решил, что будет честно, если я смогу увековечить их имена.

Переходим непосредственно к книге.

Главный вопрос: почему я решил «убить» Антона?

Потому что я никогда и не видел для него счастливого финала. Маленький винтик может быть и способен разрушить целую систему, но не в этот раз. Его смерть ни в коем случае не была напрасной. Она послужит катализатором для тех персонажей, за которыми в будущем я хотел бы наблюдать. Ксюха, Алина, Стас, и может кто-нибудь ещё определённо должны вернуться и отомстить за Антона. Их история только начинается. Я не хочу делать затянутую эпопею на двенадцать томов. Просто каждый должен пройти свой путь.

Срисовывал ли я личности персонажей со своим реальных знакомых?

Отчасти. Они все собирательные образы. Нет такого человека в моём кругу, кто бы стопроцентно был образцом для персонажа. Ксюха на 70 % состоит из моей младшей сестры, подруги и меня, оставшиеся 30 % в ней – это просто солянка из гиков, стендаперов и анекдотов. Лера собрана из моей старшей сестры и жены.

Сколько времени ушло на написание?

14 месяцев. Это долгий срок для относительно небольшой истории. Основные события в ней проходят за неделю (плюс-минус два дня), без учёта флешбеков и таймскипа в финале. Но я переоценил свои способности и лень-матушка одолевала меня. Погоня за новыми сериалами и желание быть всегда «в теме» популярных фильмов на деле оказывается просто убийством времени. Оглядываясь назад, замечаю сколько времени потрачено впустую. А ведь я ставил себе цель дописать книгу за полгода! Я очень надеюсь, что это меня смотивирует писать чаще и стараться быть всё-таки больше творцом, нежели потребителем.

Почему такое название?

Я надеюсь, что я не один такой человек в мире, которого забавные и необычные идеи могут застать врасплох. Случайный прохожий, наблюдение за животными, строчка из песни – всего маленький толчок и вот она – идея. Рождается на свет, не спросив разрешения. Бывает просто вслушался в одну строку, задумался над ней и вот, через минуту цепочка случайных мыслей и совпадений уже придумывает в твоей изощренной голове новую историю. Уникальную историю. Которой еще свет не видел. В большинстве случаев эти идеи исчезают и забываются также внезапно, как и появляются. Но есть особые занозы, которые будто преследуют тебя на каждом шагу. Так было и со мной. Я шёл поздним вечером с работы домой. Главная улица города была украшена новогодними гирляндами, а в моих наушниках заиграли песни Макса Коржа: «Разнесём» и «Зелёный чемодан». Я поставил их на повтор, и уже через несколько минут представлял себе как в поле молодёжь катается на байках и стреляет фейерверки.

Думаю на этом пока всё. Если при прочтении у читателя внезапно возникнут новые вопросы, он может связаться со мной лично:

zem.suman@yandex.ru

vanyash.zem@yandex.ru

Успехов по жизни.