Kitobni o'qish: «Бэтмен. Без права на счастье»
У человека есть одна страсть – искать то,
что запрятано у него глубоко в груди.
Ч. Диккенс
С рано потемневшего неба небольшими пушистыми хлопьями падал снег. Он ложился на крыши зданий, перилла, асфальт, на котором с каждой минутой оставалось всё меньше и меньше людей. Их свежие тёмные следы быстро белели от многочисленных кристалликов льда, что летел с облаков, находившихся где-то совсем высоко, куда не доставал человеческий, не вооружённый мощной оптикой, глаз.
В окнах жилых домов и офисных зданий мало-помалу загорался свет. Но не обычный. Были в нём самые разные разноцветные примеси, от чего здания начинали сверкать почти всеми цветами радуги. По мере усиления темноты с течением времени всё это сверкающее разноцветие лишь усиливалось, от чего даже человеку, впервые попавшему в Готэм, становилось понятно, что весь город готовится к Рождеству, которое ворвётся своим праздничным настроением в сердца жителей буквально через несколько часов.
Под градом снежинок, продолжавших опускаться на тёмные, почти опустевшие, улицы, семенила среднего роста фигура. Она была облачена в потрёпанную серую куртку, одетую явно не по погоде, такого же цвета спортивные штаны и старенькие зимние сапоги, на которых были видны следы неоднократных ремонтов.
Незнакомец семенил по снегу, прищурившись от летящих снежинок, поджав плечи от холода и стараясь спрятать низ своего лица в небрежно повязанный тёмно-серый шарф. Походка его была неуверенной. Колени подогнуты. Руки в карманах. Спина ссутулена.
Прохожие могли бы подумать, что какой-то рассеянный работяга или студент просто идёт домой. И лишь двое знали, куда движется этот незнакомец. Он сам и тот, кто за ним наблюдал. Впрочем, о втором человеке ему ещё было неизвестно.
Незнакомец прошёл через тёмный грязный переулок.
Выйдя из него, он оказался в готэмских трущобах, что находились на окраине Парковой улицы на северо-восточной стороне города. Здесь располагались старенькие потрёпанные дома, в которых жили беглые или только что освободившиеся преступники, делившие своё пространство с теми, кому не повезло называться даже средним классом.
Он пробирался средь домов, в окнах которых горел тусклый жёлтый свет, то и дело глядя по сторонам, чтобы не упустить нужное здание.
Наконец, его взгляд остановился, а шаги замедлились.
Он начал приближение к объекту своего поиска – старой, заброшенной столовой, в которой кормились рабочие ещё во времена президента Гувера1.
Мрачное зрелище представляла из себя эта небольшая пристройка к старому жилому дому: выбитые окна, осколки разбитых досок, горсти крысиного помёта, трупы различных городских животных.
Он приблизился вплотную к одному из разбитых окон и остановился у него.
Опасливо оглядевшись, незнакомец пошарил по карманам штанов и вытянул небольшой белый свёрток, который аккуратно вложил между стальными балками, составлявшими каркас оконной рамы.
Стоило ему только оторвать руку от своей ноши, как он почувствовал, что земля в буквальном смысле стала уходить из-под его ног…
В следующее мгновение мир поплыл перед его глазами, от чего он потерял ориентацию в пространстве, а заснеженный асфальт, который, вдруг, резко оказался на месте неба, стал стремительно отдаляться. От неожиданности незнакомец закричал. Его лицо перекосил ужас. Шарф слетел с шеи, медленно отправившись вниз, тем самым показывая на какую высоту тянет его хозяина какая-то неведомая сила.
Наконец, полёт вопреки силе гравитации остановился. Перед ипуганным перевёрнутым взглядом предстал чёрный крылатый силуэт, на месте головы которого виднелись какие-то белые огоньки вместо глаз, а над ними – нечто похожее на рога. Казалось, что сам демон из ада схватил незнакомца и держал на вытянутой руке за ногу на высоте десятого этажа.
– Нет! Нет! – чуть ли не визжал схваченный, оказавшийся без шарфа, скрывающего часть его лица, совсем молодым парнем.
Увидев лицо объекта своей слежки, Бэтмен заметно округлил глаза, которые до этого момента были презрительно прищурены.
– Ты всего лишь ребёнок…, – грубым хриплым голосом произнёс крылатый силуэт.
– Отпусти меня! – кричал парень.
– Ты распространяешь наркотики, – наседал Бэтмен, – ты хоть знаешь скольких человек ты можешь убить той дозой, что спрятал в окне?! На кого ты работаешь?
Парень болтался в руке, закованной в броню, глядя то вниз на асфальт, то поднимая голову на того, в чьей руке сейчас была его жизнь. Кричать уже не было сил. Страх сменило отчаяние и банальное животное желание спасти себя.
– А что потом? – дрожащим от холода и испуга голосом спросил парень. – Оставишь меня здесь? Болтаться, как тушу в лавке мясника? Лучше убей меня! Не ты убьёшь, так копы или мой босс! Да ты хоть знаешь, что такое горбатиться на любой грязной работе, чтобы прокормить больную мать?! Чтобы ей на лекарства насобирать?! Ты знаешь, что такое счастье даже от простых пяти долларов?! Да откуда тебе знать, мышь? Ты, ведь, никогда не был счастливым, раз скачешь по крышам по ночам и ловишь таких, как я!
На мгновение белые линзы Бэтмена округлились.
Последние слова парня, как будто ударили в его душу.
Он продолжал держать совсем молодого преступника на вытянутой руке на высоте десятого этажа, а мысли его устремились куда-то в прошлое….
***
– Ты достиг не малых успехов, Брюс! – монотонным, но приятным голосом говорил Ра`с. – Я, право, впечатлён твоим упорством, с которым ты постигаешь мои уроки…
Он медленно расхаживал вокруг сидящего на коленях Брюса, который склонил свою бородатую голову в знак покорности и уважения перед своим учителем, а лицо его не выражало ни малейших эмоций. Лишь брови иногда слегка подрагивали, что, впрочем, было не сильно заметно. Шесть лет, проведённых в разных точках мира, практически, безупречно научили его скрывать свои эмоции. Оставаться невозмутимым в тех ситуациях, когда другой человек уже сошёл бы с ума. И всё же, чувства его не покинули. Он всё ещё был человеком. Потерянным одиноким человеком, что покинул свой родной город шесть лет назад и с тех пор скитался по миру, стараясь научиться… ровным счётом всему… всему тому, что, как он считал, могло бы ему пригодиться в достижении цели. Какой – знал, пожалуй, только сам Брюс.
– И тем не менее, – продолжал Ра`c, – чтобы понять насколько хорошо ты впитал ту мудрость, которую я тебе давал, тебе предстоит пройти твоё последнее испытание. Оно очистит твой страх. Раскроет твои силы. Покажет то, какой ты воин.
Брюс оставался невозмутим, чувствуя спиной на себе несколько десятков взглядов исподлобья, среди которых угадывался один – особенный – способный пленить его, прорвать толстую оболочку силы воли, прошедшей сквозь страдания, потерявшего всё, человека…
– Приступим! – резко сказал Ра`с и три раза хлопнул в ладоши, после чего удалился в глубь зала, в котором сидел его иностранный ученик и пара десятков профессиональных убийц, готовых уже сейчас разорвать в клочья этого новобранца.
Брюс поднялся с колен и развернулся к своим противникам.
Испытание началось.
Ему предстояло голыми руками одолеть это небольшое войско ниндзя, годами живших в этом храме, постоянно практикуясь и выполняя задания на незаметные убийства по всему миру.
Впрочем… он был не совсем безоружен, ибо в его поясе находилось несколько полезных «инструментов», которыми пользовались сами же ниндзя. Это оружие было точным, тихим и, что самое главное, – абсолютно надёжным.
Единственной разницей между ним и войском ниндзя, за исключением наличия у последних масок, было отсутствие у Брюса катаны или иного какого клинка. Однако это ему и не было нужно. Ра`c это понимал и верил в своего чужестранного ученика, который, на удивление, показывал весьма неплохие результаты, с учётом того, что учился в их храме чуть больше двух месяцев.
Раздался ещё один хлопок наставника.
Все ниндзя почти синхронно вынули из ножен свои клинки и принялись обступать Брюса.
Он знал, что все они относились к нему с презрением. Он знал, что большинство из них в тайне его боится…
Послышались звуки рассекаемого клинками воздуха. И первые крики, сопровождавшиеся хрустом костей.
Ниндзя напрыгивали на иностранца по двое, трое и даже по пятеро человек. Каждый старался любым способом зацепить его своим орудием. Однако Брюс всё время закрывался латами из железного дерева, что находились на его предплечьях и, когда чувствовал, что все клинки воткнулись в них, начинал действовать. Он разводил руки в стороны, тем самым ломая катаны и раскидывая своих врагов. Его замысел был в том, чтобы разоружить большинство воинов, дабы заставить их биться на тех же условиях, что и он сам.
Вскоре латы уже были сплошь утыканы обломками клинков, и практически все ниндзя остались безоружны. Или почти…
В любом случае, Брюсу было спокойнее. Настало время драться в полную силу.
Быстрым взглядом окинув комнату, он оценил обстановку: двадцать противников, пятеро успели достать кинжалы. Брюс пытался отыскать взглядом одного знакомого человека. Однако лица всех врагов закрывали маски, оставляя видимыми только глаза. Трудно было кого-то опознать. Оставалось только действовать…
Брюс перекатился вперёд, одним махом оказавшись подле одного из ниндзя, и нанёс ему сильный удар кулаком в горло. Он полагался на свою мускулатуру, что развилась за годы его скитаний и бесконечных уличных драк до пика человеческих возможностей. Как и ожидалось, этот удар сразу вырубил воина. Его тело потеряло опору и начало падать. «А вот и оружие», – смекнул Брюс и, не теряя ни секунды, схватил падающего убийцу и со всего размаху швырнул его в бегущих на него троих ниндзя. Импровизированный восьмидесятикилограммовый «таран» даже на такой скорости способен нанести серьёзные повреждения бегущим. Это Брюс рассчитал за те три секунды, что взваливал вырубленного врага на себя. И не ошибся. Трое его врагов рухнули на спины, даже не успев ничего предпринять.
Шестнадцать человек…
Брюс резким, отработанным движением вынул из пояса десять сюрикенов и, мгновенно определив цели и рассчитав траектории, метнул их в воинов. Трое увернулись. Остальные, получив довольно сильный удар промеж глаз, свалились на пол, держась за лица, спрятанные под масками.
Тут же, Брюс метнул в, оставшуюся на ногах, толпу дымовые бомбы, которые сразу же взорвались, наполняя пространство едким белым туманом. Иностранец замедлил дыхание и прищурился. Глаза начинали привыкать к обстановке и постепенно угадывали очертания силуэтов. Брюс прыжками перемещался от одного воина к другому, нанося по одному-два сильных удара то по рёбрам, то по ещё каким болевым точкам. Он уже давно научился рассчитывать силу своих атак и пользоваться мускулами. Ему не хватало одного – умения вселять страх во врагов одним только видом. Брюс это понимал.
Семеро воинов лежали на полу с поломанными костями, когда дым почти рассеялся, и зрение практически полностью вернулось к сражающимся.
Девять человек…
Вскочили даже те, кому сюрикеном попало.
Брюс подлетел к одному из ниндзя, надеясь сбить его с ног мощным ударом в грудь. Но не успел он и полностью приземлиться на стопы, как почувствовал острую боль в плече. Противник успел воткнуть нож. Брюс сдержал крик и на мгновение взглянул в глаза воину.
– Талия…, – пробормотал он сдавленно, однако, не успел что-либо предпринять, как получил пинок в солнечное сплетение и отлетел на несколько метров с ножом в плече. Ситуация складывалась не лучшим образом…
Брюс приземлился, что называется, «лягушкой», постарался восстановить дыхание, попутно вынимая из плеча нож. В глазах темнело и расплывалось. Он позволил себе проявить слабость – это была ошибка. Почти фатальная. Впрочем, шансы на победу ещё есть.
Брюс метнул нож в одного из бегущих на него ниндзя. Рукоять врезалась в глаз, вызвав истошный крик боли и, как следствие, падение врага на пол, который, валясь с ног, невзначай махнул рукой, перенаправив падающий нож лететь остриём в ногу своему собрату. Расчёт Брюса оказался верным. Клинок угодил в сухожилие.
Пока раздавались крики, а остальные воины пытались хотя бы что-то осознать из произошедшего, Брюс подскочил к Талии. Он запомнил, где она стояла, а потому намеревался взять реванш за своё «поражение». Резко схватив её за запястье, Брюс перебросил девушку-ниндзя через себя, намереваясь впечатать в пол, однако, она успела отпружинить и захватила голову иностранца ногами, потянув за собой. Он выставил вперёд руки, перекатываясь и, резко развернувшись, метнул в своего врага болас2, которые обмотались вокруг её ног, прочно затянувшись на щиколотках.
Дело оставалось за малым.
Брюс метнул шар с шипами в троих воинов. Небольшой взрыв. Десятки маленьких шипастых шариков вонзились в тела ниндзя. Вновь по залу разлетелись крики.
Между тем, иностранец драгоценных секунд не терял и уже подскочил к одному из противников, что остался при целой катане. Тот было замахнулся, намереваясь этим ударом срубить оппоненту голову. Однако проклятый американец резким движением ушёл вниз, после чего ниндзя почувствовал тупую боль в туловище и заорал. Серия из нескольких мощных ударов «железными» костяшками прошлась по его телу, разбивая рёбра и часть грудной клетки. Не успел этот воин рухнуть, как его тело оказалось в воздухе и полетело в двух его напарников, что стояли на ногах и сумели уберечься от шипов. Попутно Брюс успел отобрать катану, что должна была снести его голову и метнул её в плечо одному из троих оставшихся воинов. Клинок пробил дельтовидную мышцу насквозь. Снова истошный крик. Струйки крови орошают пол.
Оставшиеся двое попрощались со своим сознанием, после того, как в их голенях раздался довольно громкий хруст, вызванный подсечкой.
Казалось, что все враги повержены, но Брюс не спешил расслабляться. Он знал, что Талия сможет перерезать трос на болас, ибо на её лодыжке всегда был дополнительный нож, способный рубить хоть сталь.
Он не ошибся.
Талия уже летела на иностранца с двух ног. Однако ступни не достигли своей цели. Сильные руки обхватили голенище одного из сапог и, после небольшой раскрутки, отправили их обладательницу лететь головой в стену. Девушка не успела сгруппироваться и больно врезалась в препятствие. Только она поднялась на ноги с глазами, в которых сияло бешенство, как снова раздался монотонный, но громкий голос наставника:
– Довольно!
Ра`с хлопнул. Брюс с Талией прекратили сражение. Вышли из своих боевых стоек и тут же приклонили колени перед наставником.
– Я впечатлён, иностранец, – говорил он, вновь начиная расхаживать вокруг своего ученика, который снова принял невозмутимое выражение лица, хотя это и было трудно, ибо кровь продолжала капать из пробитого плеча. – Ты совершил грубейшую ошибку.
На этой фразе Ра`c сделал особенно резкий акцент и даже, как показалось Брюсу, несколько замедлил шаг.
– Позволил своим эмоциям взять верх над твоим сознанием. Ты ещё не научился их контролировать, американец. В следующий раз это может тебя сгубить.
Брюс знал о чём он говорит. И сам это заметил для себя.
– Однако ты смог быстро вернуть ситуацию под свой контроль. Одержать верх над твоими врагами. Ты – сильный человек, Брюс. Но на тебя не трудно воздействовать эмоционально. Через близких тебе людей. У настоящего воина нет эмоций. Нет деления на близких и далёких. Есть только друг или враг. Сегодняшний друг завтра может стать твоим врагом, а ты будешь продолжать жить эмоциями, пробуждающими в тебе воспоминания о нём. Впрочем, я вижу, что ты быстро усвоил этот урок.
Ра`c перевёл взгляд на Талию, которая также сидела на коленях.
– Дочь, – обратился он к ней, – сделай перевязку иностранцу. Ему ещё предстоит приготовить чай для нас всех.
Талия послушно кивнула, сняла с себя маску, раскидав по плечам золотистые волосы, и поднялась с колен.
– Твоё испытание завершено, американец! Я впечатлён твоим упорством и волей к победе! А я впечатляюсь весьма редко…
Ра`с жестом приказал своему ученику встать, и тот тут же поднялся с залитого кровью пола, усыпанного обломками клинков, шипами и выбитыми зубами. Они поклонились друг другу, и когда наставник ушёл в свои покои, Брюс последовал за Талией, которая уже успела уйти в другую комнату.
Когда он вошёл, девушка заканчивала наносить лечебное снадобье на бинты и не оглядывалась на вошедшего.
Брюс молча снял куртку, оголив могучее туловище, покрытое следами от рубцов разной давности. Сел на циновку.
Через несколько мгновений Талия повернулась к нему с уже готовым бинтом, от которого пахло различными горными травами, подошла вплотную и села, словно на коня, на колени иностранцу. Со стороны это могло показать романтично и даже эротично. Брюс знал, что Талия испытывает к нему чувства, да и сам дышал к ней не ровно. Однако, как бы ему ни хотелось, – они не могли быть вместе…
Девушка принялась перевязывать плечо американца.
Снадобье обжигало плоть, но Брюс молча терпел, не издавая ни звука. Сегодня он уже проявил слабость. Больше нельзя. И всё-таки, какая-то небольшая часть эмоций взяла над неопытным воином верх.
– Прости…, – пробормотал он, опустив взгляд.
Талия усмехнулась.
– Видно, отец неправ. Не усвоил ты урока, который тебе пришлось познать в бою.
– Но, ведь, мы же не враги…
– Иногда приходится сражаться и с теми, кого ещё вчера ты безгранично любил.
Она посмотрела в глаза иностранцу.
– И этими людьми можем стать мы с тобой, Брюс. Я люблю тебя. И ты это знаешь…
При этих словах его сердце невольно участило биение.
– …но я убью тебя без всякой жалости, если ты перейдёшь дорогу моим братьям. Ты всё ещё не хочешь остаться?
Брюс тяжело вздохнул.
– Ты же знаешь, я не могу этого сделать, Талия.
Девушка окончила перевязку, затянув бинты на раненом плече.
– Почему, Брюс? Это наш с тобой шанс быть вместе. Вдвоём строить новый мир. Бок о бок спасать его. Мой отец стар – его время уходит, а наше – только начинается. Он видит тебя главой Лиги, так прими же его предложение!
– Я буду бороться за мир в моём городе, но не методами Лиги Теней. Преступники должны быть наказаны по закону.
– Что есть закон, когда вся система, на которой он держится умирает? Справедливость заключается в равновесии. Если человек убил другого, то и сам должен быть убит.
– Нет ни одного человека, который родился бы преступником. И очень мало таких преступников, которых нельзя исправить.
Талия обняла Брюса, обвив руки вокруг его шеи и положив голову ему на целое плечо.
– Зачем тебе всё это? Ради чего? – полушёпотом спросила она.
– Потому что я всё потерял, – в полголоса ответил он. – И хотел бы всё вернуть. Хоть и понимаю, что не смогу… Но, быть может, мне удастся помочь кому-то в этом мире сохранить то, что у него есть. Чтобы он не сделался таким же пропащим как я… через трупы других людей этого не достичь…
Брюсу показалось, что спина Талии слегка приподнялась, как будто от тихого плача.
– Значит… нам не суждено быть вместе?.. – произнесла она.
– Похоже…, – ответил он.
– Ты будешь помнить меня?
– Всегда. Обещаю.
Он привлёк девушку за талию и поцеловал в солёные от слёз губы. Она быстро ответила на поцелуй, слезла с его колен и убежала куда-то в глубины храма…
Брюс покинул убежище Лиги Теней через три дня.
Уходя, он то и дело оглядывался на храм, надеясь увидеть там знакомый силуэт, что взглядом провожает его. Но Талия так и не появилась….
***
Бэтмен разжал руку, в которой держал молодого преступника за ногу.
Парень с визгом полетел с высоты десятого этажа навстречу заснеженному асфальту, а перед его глазами начала проноситься вся короткая восемнадцатилетняя жизнь.
И вдруг, полёт остановился.
Парень разжал веки, которые закрыл от ужаса и залепляющего их снега, что летел навстречу. Он завис вниз головой. До асфальта оставался метр. Едва до него дошло осознание того, что он жив, как его падение ненадолго продолжилось, но лишь для того, чтобы, наконец, достичь холодной земли.
Парень приземлился на грудь, однако, как можно скорее вскочил и, не ощущая холода от снега, что прилип к открытым участкам его тела, в том числе лицу, бросился на утёк, не оборачиваясь. Меньше всего ему хотелось думать, что крылатая тварь сейчас гонится за ним, осознав, что не убила.
Бэтмен, в свою очередь, и не собирался преследовать парня. Он специально задержал падение, прицепленным к ноге преступника тросом, а затем дал возможность безопасно приземлиться и уйти. «Он молод, – рассуждал тёмный рыцарь, – у него вся жизнь впереди. Зато бояться не перестанет. Он, должно быть, попросту не знал во что ввязался…». С этими мыслями Бэтмен взглянул на старенький смартфон, что успел вытащить из кармана штанов парня, пока держал того вниз головой. Отсюда он намеревался всё разузнать.
Вот уже несколько недель по всему городу находили закладки с наркотиками. Объёмы всегда были довольно большими, однако, выйти на след поставщика никак не удавалось. Закладчики не знали, что оставляли за собой очевидные следы, потому полиция выходила на них быстро. Впрочем, это не помогало, ибо всех находили мёртвыми. Как правило с ножевыми ранами и без телефонов. Похоже, что это был ключ…
Бэтмен попробовал включить смартфон, однако, тот оказался закодирован. Тёмный рыцарь лишь ухмыльнулся и вытащил сим-карту из телефона, переставив её в небольшое отделение в своей перчатке. Панель на ней загорелась зелёным, а затем появилась голубая голограмма в виде всех последних вызовов и сообщений, что были зафиксированы на этом номере.
Недолго покопавшись, Бэтмен нашёл некую переписку.
Этот номер не был подписан, однако, текст сообщений оказался весьма интересным. Похоже, это и был поставщик.
Стандартные диалоги с предложением работы, на которые парень с лёгкостью согласился, а затем его вызвали по одному адресу, что находился недалеко от района Ковентри, где, видимо, и выдали свёрток, повелев спрятать здесь.
Адрес…
Бэтмен ещё раз прочитал сообщение, где было указано место явки.
Он знал это место.
Ночной клуб «Алиби».
Подозреваемый, буквально мгновенно, нарисовался в его голове.
Но сначала нужно было закончить здесь…
Бэтмен спрыгнул с крыши, раскрыв плащ почти перед самой землёй, чтоб замедлить полёт, как на парашюте. Медленно подошёл к заброшенной столовой, к тому самому окну, в раме которого был спрятан свёрток. Аккуратно вынул его и нанёс на него взрывчатый гель. Смесь сделала своё дело без детонации. Белая ткань вместе с смертельным содержимым сгорела на глазах, медленно разлетевшись по ветру небольшой кучкой серого пепла…
Бэтмен поднял с земли шарф парня, что упал с него и сложил в один из карманов в поясе, что служил для хранения мелких улик. Затем он выстрелил крюком в крышу и полетел ввысь.
Настало время нанести визит поставщику…
***
В одном из окон на крыше образовалось довольно большое круглое отверстие, сделанное с ювелирной чёткостью.
В него просунулась голова, обтянутая чем-то чёрным, поверх которой торчали небольшие ушки, напоминающие кошачьи.
Это продолжалось всего пару секунд, после которых в мгновение ока сквозь это отверстие пролезло и всё тело, в котором угадывалась женщина.
Воровка мягко приземлилась на пол и быстро осмотрелась.
Никого.
Темно.
Пусто.
И только свет от луны, местами попадавший в зал, освещал витрины, в которых сияли алмазы, прочие драгоценные камни и, конечно же, золото.
Любой вор-новичок, оказавшись в таком месте ночью, наверное, сошёл бы с ума от эйфории и начал бы всё сметать, рассчитывая на большой куш. Но только не она. Одно неверное движение – включится сигнализация. Копы себя долго ждать не заставят. Или кое-кто ещё. При мысли о последнем на лице воровки невольно появилась улыбка. В каком-то смысле она ждала встречи с ним…
Женщина почти ползком пробралась к одной из витрин, где лежало бриллиантовое колье. Классика для любого вора. Она прижала ладонь к стеклу и, чуть сжав пальцы, резко разжала их, выпустив маленькие, но острые когти. Настоящая кошка. Острия вонзились в поверхность. Она провернула руку на сто восемьдесят градусов в одну сторону. Затем в другую. В витрине образовалось круглое отверстие. Достаточное для того, чтобы в него прошла небольшая женская рука…
Воровка ещё раз огляделась.
Вокруг было тихо и темно.
Камеры не работали, ведь она отключила систему наблюдения десять минут назад, а охранники, следившие за этим, спали как сурки, усыплённые транквилизатором.
Удостоверившись, что всё в порядке, она просунула руку внутрь и аккуратно взяла колье тремя пальцами. Оно оказалось тяжелее, чем ей думалось, но так было даже лучше. Тяжелее – значит дороже!
Воровка медленно, бесшумно вытащила колье из витрины и взглянула на него. До чего ж оно было прекрасным! Хоть сама бы носила!..
Но не успела она ещё хоть что-то сделать, как в зале, вдруг, резко включился свет. Это ослепило её. Чтобы не потерять ориентацию в пространстве, воровка быстрым движением сдвинула на глаза тёмно-красные очки, что всё это время находились на её лбу.
– Теряешь хватку, – раздался из-за спины грубый хриплый мужской голос, который был до боли знакомым.
Воровка резко обернулась, и её лицо снова озарилось улыбкой. За её спиной стояла высокая чёрная рогатая фигура, завёрнутая в плащ. Белые линзы на страшной маске были презрительно сужены.
– Не сказала бы, – кокетливо ответила Кошка. – Эта безделушка стоит, как три твоих пояса…
При этих словах она кивнула на гостя, жалея, что он стоит завёрнутый в плащ, так как не может провести пальчиком по его арсеналу.
Бэтмен на шутку не реагировал. Он прекрасно знал Кошку. Он знал её и в миру. Селина – умная женщина. Она никогда не лезла за словом в карман. Её прямота и кокетливость в сочетании с недоступностью очаровывали многих мужчин. Сама же она, впрочем, была очарована только одним. И этим избранным был Бэтмен.
Впрочем, тёмный рыцарь не обольщался своим «статусом». Кошка считалась серьёзным противником. И всё же, он никогда не спешил вступать с ней в бой. Ему трудно было сказать какие чувства к ней в нём пылали, однако, в нём всегда было желание попросту отговорить её от преступления. Иногда это даже удавалось…
– Для кого? – коротко спросил Бэтмен, не сводя глаз с воровки.
Кошка тяжело вздохнула, покачав головой и закатив глаза.
– Для самой себя! – недовольно произнесла она. – Что непонятного?
– Зачем тебе это?
– Ты слишком банален…
– Ты можешь спокойно уйти. Просто отдай это мне.
Кошка понимала, что, говоря подобное, Бэтмен не блефует. Ему и в самом деле было намного проще отпустить её, чем драться. Ей это льстило, но, в то же время, хотелось экстрима…
– Извини, красавчик, но…
Однако договорить она не успела. В этот момент раздался треск стекла с крыши, с которой в зал полетело три фигуры в чёрном. «Наёмники мафии, – сообразил Бэтмен. – Совсем докатились.»
Налётчики приземлились и застыли. Перед ними был их противник. И их конкурент, что уже держал в руках колье, за которым они пришли.
– У тебя есть шанс, киса, – произнёс один из наёмников. – Помогаешь разобраться с мышью, отдаёшь нам побрекуху и расходимся мирно.
Кошка гневно посмотрела на них.
– Заманчивое предложение, – кокетливо произнесла она, – но я предпочту поступить по-плохому…
– Даю вам последний шанс сдаться, – сказал Бэтмен, заранее понимая, что его предложение будет отвергнуто.
– Ты слишком банален! – снова воскликнула Кошка и, выпустив когти, отбросила колье в сторону, а сама полетела на одного из наёмников.
– Нет! – крикнул Бэтмен, ибо успел заметить, как враг достаёт из набедренного кармана электродубинку.
Но было поздно.
Показалась синяя вспышка. Кошка не успела среагировать – удар оказался быстрым и профессиональным. Она отлетела на несколько метров, зацепив своим телом пару витрин, которые с громким звоном разлетелись. Зазвенела сигнализация.
– Чёрт! – воскликнул наёмник. – Тут скоро будут копы! Хватаем колье и валим!
– Через мой труп! – произнёс откуда-то Бэтмен, едва только воры начали двигаться.
Они подняли головы на потолок, откуда шёл звук. На них летела чёрная крылатая фигура с белыми глазами. На сей раз, уже наёмник не успел среагировать. Бэтмен влетел в него с двух ног, выбивая мощным ударом дубинку из его рук и заставляя отлететь на пару метров.
Двое других попытались атаковать ненавистного врага сзади.
Однако Бэтмен успел просчитать их действия за те несколько секунд, пока летел на них с потолка.
Он быстро перекатился в бок и резкой подсечкой сбил с ног наёмника, удачным ударом сломав ему обе голени. Хруст, заглушенный визгом сирены. Крик боли. Враг рухнул на пол.
Второй не успел ещё ничего понять, как вдруг, почувствовал острую боль в колене. Из него торчал бумеранг в форме летучей мыши, а на лезвии появилась кровь. Он поднял взгляд, но последнее, что увидел – стальные костяшки бронированной перчатки, которые соприкасались с его лицом, ломая нос и разбивая бровь.
Наёмник, что свалился после летящего удара Бэтмена, уже было поднялся на ноги и хотел броситься на тёмного рыцаря. Вдруг, его шею обхватил кнут, и вор резко полетел вперёд, увлекаемый силой руки обозлённой женщины. Когда он уже готовился к тому, чтобы встретиться лицом с землёй, а кнут перестал сдавливать его шею, то Кошка подскочила к нему и влепила жесточайший удар коленом в лицо. Наёмник перевернулся в воздухе, попутно выплёвывая в сторону потолка фонтанчик крови и несколько зубов, и с грохотом рухнул на пол.
Бэтмен посмотрел на Кошку. Её глаза сияли бешенством, а чёрный комбинезон был прожжён электродубинкой на левой груди, где зияла небольшая дырка сверху.
– Как ты? – спросил тёмный рыцарь, подходя к воровке, вновь завернувшись в плащ.
– Бывало и хуже, – несколько усталым голосом ответила девушка, сворачивая кнут, чтобы повесить на бедро. – А мы с тобой неплохо справились.
При этих словах она кокетливо улыбнулась.
– И почему мы ещё не вместе?
– Из-за закона, – не задумываясь, ответил Бэтмен и кивнул на колье, что слегка выглядывало из заднего кармана комбинезона воровки. Она виновато посмотрела на тёмного рыцаря и вынула украшение.
– Ты знаешь, чем это может кончиться, – продолжал Бэтмен. – Не надо. Просто оставь его здесь.
– Всего один раз! – чуть ли ни взмолилась Кошка.
Тёмный рыцарь прищурился, давая понять этим белым взглядом, что этот самый «один раз» уже был. И явно не один раз…
– И как ты с этим живёшь? – буркнула она, опуская руки.
– Потому что так должно быть, – ответил он. В его голосе чувствовалась тоска, и воровка её уловила.
– Ты ничего не должен этим людям, милый, – произнесла она, подходя к рыцарю почти вплотную.
– Должен. Пока ещё должен.
– Мы сможем быть вместе, когда это закончится?
– Возможно.
На этот раз в его голосе звучала надежда, и она также не скрылась от острых ушей Кошки. Она подошла к нему совсем вплотную и поцеловала в щёку.
– Жду-не дождусь, – прошептала она, едва оторвав свои губы от его кожи, так что он почувствовал её тёплое дыхание и едва ощутимый запах дорогой помады.
Снаружи послышались полицейские сирены.
– Теперь уходи, – произнёс Бэтмен и вытянул руку. – Без глупостей.
Кошка слегка потупила взгляд.
– Хам! – вдруг воскликнула она и, резко вложив в протянутую руку колье, второй рукой ударила по символу летучей мыши на груди тёмного рыцаря, оставив в левом его крыле свой коготь.
Бэтмен немного отшатнулся. Он знал, что боя не будет. Так и вышло. Кошка, цепляясь когтями за стены, быстро запрыгнула на потолок, а оттуда вылезла через разбитую крышу.
Бэтмен стоял посреди зала. На полу лежали осколки от разбитых витрин, избитые наёмники, несколько выбитых зубов и капли крови. В его руке было то самое бриллиантовое колье… без одного небольшого бриллианта… Он с ухмылкой посмотрел наверх, куда сбежала воровка, но не стал гнаться за ней. Перевёл взгляд на свой костюм и вытащил из символа летучей мыши коготь, про себя отметив, что Кошка попала им точно в то место, где у человека находится сердце….
***
«Алиби» находился в небольшом подвальчике одного из старых домов, который и населяли, в основном, работники этого самого клуба: стриптизёрши, проститутки, официанты, бандиты. Иными словами, люди с большой дороги, как их называли в старые времена.
Когда в этом районе появлялась тень летучей мыши, то многие его жители старались спрятаться как можно глубже, ибо большинство из них до сих пор обладали незаживающей памятью на теле о встрече с крылатым стражем. Впрочем, ночной гость появлялся здесь нечасто. И то не с целью поколотить первого попавшегося «работягу». В основном, он просто искал кого-то…
Так было и сейчас.
Бэтмен плавно приземлился перед обшарпанными дверьми с круглыми голубыми стёклами, напоминавшими иллюминаторы, которые вели внутрь клуба. Он знал, что через вентиляцию на крыше туда попасть нельзя, из-за того, что шахта заканчивается аккурат на первом этаже здания, когда само заведение находилось на нулевом. Именно поэтому приходилось входить, как это делали посетители – напрямую.
Он попробовал открыть дверь. Заперто. Изнутри послышался грубый бас вышибалы:
– Пароль!
Бэтмен слегка ухмыльнулся и со всего размаху засадил по одной из дверей сапогом, так что она тут же сорвалась с петель, обрушившись на верзилу, что стоял за ней. Мужик пытался прийти в себя, стоная от боли и пытаясь поднять тяжёлую дверь. Бэтмен наступил на неё, придавливая вышибалу и ответил:
– Взломан ваш пароль. Давайте новый.
– Эй, Боб! – послышался приближающийся мужской голос из коридора, что вёл в основной зал клуба. – Что тут за шум?
– Это я, – ответил ему грубый хриплый голос, и едва мозг громилы успел понять, что что-то не так, как на него из-за угла выскочила чёрная крылатая фигура с рогами. Это было последнее, что он видел, пока не потерял сознание от мощного удара по лицу, который заставил его отлететь, сорвав с петель ещё одну двустворчатую дверь, что вела в зал.
Посетители тут же оторвались от своих занятий, увидев, как в помещение сначала влетает побитый мужик, за ним падают двери, а в проёме появляется страшная, но такая знакомая всем высокая чёрная фигура, завёрнутая в плащ и с сужающимися белыми глазами.
– Даю всем шанс спокойно уйти, – сказал Бэтмен, входя в зал. – Мне нужен Птица.
Он уже успел отыскать подозреваемого глазами. Тот сидел на одном из диванов, покуривая кальян и наблюдая за танцами одной из чернокожих стриптизёрш. Бандит особо не изменился: лысую голову украшали татуировки в виде крыльев и перьев птиц, а на правой щеке была набита цифра «19»; сквозь толщу одежды всё так же угадывалось тренированное тело, а из набедренного кармана торчала рукоять кукри3. При виде старого врага, Птица оторвался от своего созерцания и поднялся с места.
– Наглости тебе не занимать, мышь! – произнёс он спокойным тоном, в котором чувствовались нотки презрения. – Притащился к нам в самое логово ещё и перед праздником.
Посетители медленно стали брать в руки бильярдные кии и кухонные ножи. Послышался звон разбиваемой бутылки, чтобы сделать «розочку». Незваного гостя стали окружать, рассчитывая на своё численное превосходство.
Бэтмен ухмыльнулся.
– Как пожелаете! – произнёс он и, раскрыв плащ, метнул несколько дымовых гранат.
Едкий белый дым очень быстро заполнил замкнутое помещение, сделав видимость практически нулевой.
Тут же послышался кашель, раздались женские крики страха и мужские вопли ужаса и боли, сопровождающиеся звуками ударов и ломаемых костей.
Посетители не могли сориентироваться в пространстве и просто вертелись на месте, ожидая своей участи.
Проститутки, стриптизёрши и некоторые официанты старались либо спрятаться за чем-то, либо на ощупь найти выход и сбежать.
Бэтмен же чувствовал себя хозяином положения. Оно и не удивительно. Летучие мыши по своей природе – существа слепые. В данном случае выходило полное соответствие этой биологической особенности. Ну или почти…
Включив детективное зрение, он ясно видел всех своих противников и быстро перемещался от одного к другому, нанося по одному-два точных и мощных удара, чтобы отправить в нокаут очередного громилу, который не мог понять откуда ждать атаки.
Вскоре дым начал постепенно рассеиваться, позволив желающим сбежать осуществить задуманное. Остальные же либо валялись избитые на окровавленном полу среди груды осколков стекла, обломков киёв и выбитых зубов, либо висели вниз головой, подвешенные к потолку.
На ногах остались двое: Бэтмен и Птица, стоявший с ножом наготове.
Бандит бросился на своего крылатого врага, что испортил ему весь вечер, намереваясь одним точным и быстрым ударом перерезать тому горло, однако, Бэтмен молниеносно ушёл с линии удара, схватил Птицу за руку, сжимавшую оружие и вломил по локтю ребром своей ладони. Послышался довольно громкий хруст кости. Сустав бандита выгнулся в противоположную сторону. От острой боли он закричал и выронил нож.
– Теперь ты мне всё расскажешь, – заговорил с ним Бэтмен, прижимая его голову подошвой сапога к полу. – Это ты посылал детей закладывать твои наркотики, а потом убивал, забирая телефоны.
Птица нервно рассмеялся.
– Это эффективно, – хриплым голосом отозвался он. – Никто на меня не мог выйти. Копы думали, что это обычные нарколыги, которых просто кто-то прирезал. Мои ребята работали чисто. И сейчас сработают…
– Что?..
– Хех! Думаешь я не догадываюсь, как ты на меня вышел? Тот парень, которого я послал несколько часов назад на Парковую… он должен был выйти на связь сразу же, как заложил… но прошло слишком многом времени… скоро мои ребята его найдут… вместе с больной мамашей…
Птица снова засмеялся, и Бэтмен зарядил ему коленом по голове с высоты своего роста, вырубая злодея.
Нужно было торопиться!
Тёмный рыцарь снова открыл на панели перчатки голограмму телефона парня. Просканировав сим-карту, он установил номер, имя владельца и его точный адрес.
Его линзы тут же округлились. До места жительства отсюда было всего двадцать минут ходьбы! Значит, убийцы от Птицы уже там!
Бэтмен побежал к выходу из клуба, попутно нажав на панель на перчатке, вызывая бэтмобиль….
***
На заснеженную ночную улицу из кинотеатра выходила семья.
Отец застёгивал верхние пуговицы своего пальто.
Мать заканчивала завязывать шарф.
А маленький сын лишь мечтательно смотрел на тёмное небо, доедая остатки попкорна из картонного ведра. Он всё ещё был под впечатлением от фильма.
– Ну как, Брюс, понравился фильм? – спросил отец.
– Да, папа! – весело отозвался детский голос. – Я бы ещё раз сходил!
Мама улыбнулась, с любовью глядя на своего довольного ребёнка.
Отец лишь усмехнулся.
– Не верю, что тебе настолько нравится этот фильм, Брюс! Нужно же разнообразие!
Мама покачала головой.
– Не будь так категоричен, Том. Раз ему нравится – пусть смотрит. В конце концов, у нас тоже есть любимое кино, которое мы готовы хоть сто раз смотреть.
– Бесспорно!
Отец присел на корточки к сыну.
– Извини ещё раз, что подарил вчера не то, что ты хотел. Я просто думал, что такой… семейный подарок на Рождество тебя порадует…
Брюс улыбнулся.
– Да ладно, пап, это ты меня прости, что я кричал вчера и разбил того солдатика. Это ж подарок, всё-таки.
– Ты вырастешь сильным человеком, – похвалил отец, поднимаясь.
– Правда? – удивлённо спросил мальчик.
– Да. Только сильные люди умеют признавать свои ошибки и просить за них прощения.
– Мы с тобой, получается, сильные люди?
– Ещё как! – усмехнулся отец и подмигнул сыну. – Да, Марта?
Мама лишь мило улыбнулась, радуясь, что её мужчины помирились.
Семья отошла от кинотеатра и свернула в небольшой тёмный переулок.
Через минуту оттуда раздался выстрел…
Женский крик.
Детский плач.
Второй выстрел.
Остался только тихий плач осиротевшего ребёнка….
***
Парень возвращался домой. Уставший, замёрзший, голодный, испуганный и без заработка. Ему не хотелось отправляться в клуб к Птице, ибо он понимал, что там ему, скорее всего, попросту свернут шею, если расскажет всё как было. А так… быть может, о нём и забудут…
Теша себя этими мыслями и предвкушая тарелку горячих макарон, он поднимался на свой этаж. Это было, пожалуй, единственным хорошим в этом дне. Телефон потерял… видимо, выронил, когда его поймал Бэтмен. Шарф забыл подобрать, теперь, наверное, простудится. И маме на Рождество, что наступит через несколько часов тоже подарить нечего. Хотя бы жив – вот, что хорошо…
Добравшись по тёмным грязным лестницам до своего этажа, он было вынул ключи из внутреннего кармана куртки и подошёл к двери квартиры, когда услышал за ней приглушённый испуганный голос матери и незнакомый мужской говор…
Вставил ключ в замок. Не провернулся. Дверь уже была открыта.
Его сердце невольно сжалось от страха за мать – единственного родного человека для него на всём свете…
Он резко открыл входную дверь, но не успев ничего толком увидеть или понять, тут же получил прикладом дробовика по лицу. Отлететь назад в подъезд ему не дала чья-то сильная рука, схватившая его за воротник куртки и втащившая внутрь квартиры, попутно закрывая дверь.
Перед глазами всё плыло от сильного удара, но парень смог более-менее оценить обстановку. В его квартире находилось двое людей в чёрных куртках. Он узнал их – это были люди Птицы. Его личные телохранители. Один из них приставил дуло пистолета к подбородку его мамы, стоявшей на коленях в прихожей, и с ухмылкой смотрел то на вошедшего, то на женщину, лицо которой было белоснежно бледным от страха и болезни. Второй же держал на прицеле дробовика самого парня.
– Ну, что, сынок? – заговорил первый. – Решил кинуть нашего босса, да? Ты же знаешь, он не любит, когда его обманывают…
При этих словах он противно хихикнул.
– Я… я не кидал…, – сбивчиво говорил парень, всё ещё приходящий в себя после удара по голове.
– О, ну, что ты? – продолжал всё тот же. – Чего греха таить? Тем более-то перед таким светлым праздником! Не так ли, мамаша?
Он злобно посмотрел на неё. Женщина лишь испуганно всхлипнула не в силах что-либо сказать от страха.
Парень попробовал было резко вскочить, чтобы попытаться ударить того, что держал его на прицеле, однако, получил подошвой тяжёлого армейского ботинка в грудь.
– Не рыпайся, малыш, – сказал ему бандит с дробовиком. – Не сам откинешься, так твоя мамаша от твоих подвигов…
– Пожалуйста…, – всё так же сбивчиво говорил парень от боли и страха, – только не её…
– Понимаю тебя. Мы сами не хотим оставлять без лица такую милую женщину. Но ты нам должен, дружок. И вопрос только в том… как ты будешь возвращать свой должок?..
Едва бандит успел договорить, как вдруг, в квартире раздался звон стекла. Тут же оружие вылетело из рук бандитов, а в стену вонзилось два серебристых бумеранга в форме летучей мыши. Головорезы подняли взгляды в сторону звука. Через разбитое окно на кухне в квартиру влетела чёрная крылатая фигура с рогами и с прищуренными белыми глазами.
– Это он! – крикнул один из бандитов, когда в его одежду вцепился трос с несколькими крюками и увлёк за собой. Раздался звук удара и едва слышный хруст черепа.
Второй головорез попытался было поднять дробовик. Однако Бэтмен уже нёсся на противника и с двух ног влетел в него. Мощный удар подошв сапог в незащищённую спину. Вскрик боли. Хруст сломанных костей. Всё закончилось за десять секунд.
Бэтмен по обыкновению завернулся в свой плащ и посмотрел на парня. Тот за время драки успел подбежать к своей маме, что всё ещё стояла на коленях в прихожей. Он сидел рядом с ней, обняв за плечи и прижимая её голову к своей груди. Она лишь бесшумно плакала.
Бэтмен не стал ничего говорить. Он пошёл к разбитому окну, через которое сюда попал и, остановившись у кухонного стола, положил на него аккуратно сложенный шарф парня, что подобрал у того самого здания.
Уже когда он сделал шаг на подоконник, то спиной почувствовал на себе взгляд. Обернулся. Парень всё также сидел на полу, обнимая маму, но его глаза смотрели на Бэтмена.
– Спасибо! – произнёс он.
Тёмный рыцарь улыбнулся уголками рта и выпорхнул из окна в снежную ночную мглу….
***
Бэтмобиль заезжал в пещеру, когда на часах было без двух минут полночь. Он подъезжал к центру платформы, на которой обычно стоял.
Альфред поспешил спустится туда, оставив поднос с рождественским ужином у бэткомпьютера.
Стекло открылось.
Из машины вышел хозяин, на ходу снимая маску, превращаясь из рыцаря ночи в Брюса Уэйна, каким все его привыкли знать и видеть. Он был слегка бледен, чёрные волосы растрёпаны, а глаза начали краснеть от усталости.
– С возвращением, сэр! – приветствовал своего господина дворецкий.
Брюс лишь молча кивнул и направился к своему креслу, попутно подавая Альфреду свои перчатки и маску с плащом, в котором красовалось несколько небольших дыр…
Дворецкий аккуратно сложил всё это на один из ящиков рядом с капсулой для костюма и подошёл к хозяину, который уже успел сесть и задумчиво уставиться в одну точку.
– Что-то случилось, сэр?
Брюс не отвечал. В его голове прокручивались события прошедшего вечера. Особенно сверлила сердце фраза того парня, когда он держал его вниз головой на крыше того дома: «Ты знаешь, что такое счастье даже от простых пяти долларов?! Да откуда тебе знать, мышь? Ты, ведь, никогда не был счастливым, раз скачешь по крышам по ночам и ловишь таких, как я!». Память снова воспроизводила перед ним воспоминания о Талии, Кошке, о той ночи после Рождества, когда он потерял родителей… да было ли вообще в его жизни счастье? Определённо было! Только… ненадолго…
– Сэр? – уже с волнением спросил дворецкий и слегка нагнулся, чтобы заглянуть в лицо своему господину.
– Альфред, – наконец, заговорил он устало, – я – счастливый человек?
При этих словах Брюс оторвал взгляд от какой-то точки и посмотрел в глаза старичку.
– Сложно сказать, сэр. Полагаю, только вы знаете ответ на этот вопрос.
Брюс тяжело вздохнул.
– У меня было счастье. И всегда я его упускал.
– Наверное, чтобы были счастливы другие, мастер Брюс.
При этих словах Альфред улыбнулся.
– В этом и смысл Бэтмена. Он всегда выдержит то, чего другие бы не выдержали. Выберет то, чего другие не выберут. И вы сами избрали для себя этот путь. Вы однажды всё потеряли и теперь не даёте другим честным и не очень честным людям оказаться на вашем месте. И эти люди, чаще всего, остаются счастливыми. С вашей помощью, разумеется.
– Но разве это моё счастье?
– В этом счастье Бэтмена, сэр. А ваше счастье в том, что вы, наконец, впервые за все годы существования тёмного рыцаря смогли встретить Рождество дома!
При этих словах Альфред кивнул на часы, которые в эту секунду переключились с 11:59 PM на 12:00 PM.
– С Рождеством, мастер Брюс!
Дворецкий поднял серебряный клош, под которым на таком же подносе дымился рождественский яблочный пирог. Другой рукой он вынул из-за пазухи фрака небольшую красную коробочку, обвязанную зелёной шёлковой лентой. Брюс развязал её и открыл подарок. Внутри лежал тот самый синенький солдатик, который подарил ему на то последнее Рождество его папа. Он был как новенький. Починенный. Никаких следов от того, что его разбивали много лет назад не осталось. На его ножке красовалась небольшая привязанная бумажка с надписью, написанной почерком дворецкого: «Величайший в мире детектив».
– И тебя с Рождеством, Альфред! – грустно улыбнулся Брюс.
***
После нескольких кусков пирога Брюс взял с ящика перчатку от костюма Бэтмена и, нажав на панель на ней, вывел данные с телефона того парня на экран бэткомпьютера.
– Кто это? – поинтересовался Альфред, доедая свой кусок.
– Один заблудившийся паренёк. Надо будет отправить его данные Люциусу, чтобы его приняли на работу в «Уэйн Энтерпрайсес», – ответил Брюс.
– Но кем?
– Да хотя бы охранником. У него храброе сердце. Он добрый человек. Просто потерялся. Я его понимаю.
– Будет исполнено, мастер Брюс.
– И пусть ему принесут новый телефон. И отремонтируют окно в квартире. Всё за мой счёт.
Альфред улыбнулся.
– Полагаю, теперь и Бэтмен счастлив?
– Думаю, да, – задумчиво ответил Брюс, усмехаясь. – Если он вообще знает, что это такое…
