Kitobni o'qish: «Будь здоров, человек! Плутание по длинным и извилистым коридорам медицины»

© Чирков Ю.Г., 2021

* * *

Рада и Катя, мои горячо любимые дочери, посвящаю вам эту книгу.

Желаю крепкого-крепкого здоровья!

Автор

Пролог

Статьи и даже книги о болезнях и здоровье очень любят. С удовольствием читают всякие рекомендации: как питаться, сколько и каких упражнений делать. Каждый думает: «Начну!» Или о болезнях: какие признаки? «Нет, у меня еще нет!» Какие лекарства появились… Лучше заграничные и дорогие. Если такая жажда знаний, то, кажется, бери, пропагандируй, и все в порядке! Все будут здоровы! Но, к сожалению, дальше любопытства дело не идет. Точнее, идет только в одну сторону, к болезням. Где не нужно никаких усилий и кое-кому даже приятно: можно пожаловаться, пожалеть себя.

Прочитал много разных книг о болезнях, в том числе и популярных. О здоровье – меньше. Рекомендации: физкультура, диеты, аутотренинг… Для всего предлагаются научные, а подчас и псевдонаучные обоснования, например, что моржевание, бег трусцой или умение расслабиться способны осчастливить человека. Может быть, я чересчур требователен, но мне кажется, что нужен более широкий взгляд на всю проблему. Попытаюсь это сделать.

К сожалению, никак нельзя избежать скучных мест. Но их можно пропустить при чтении, так же, как и отступления от главной темы. На худой конец будут приложены столь любезные сердцу читателя рекомендации.

Вот самые главные идеи, которые я выдам авансом:

1. В большинстве болезней виноваты не природа, не общество, а только сам человек. Чаще всего он болеет от лени и жадности, но иногда и от неразумности.

2. Не надейтесь на медицину. Она неплохо лечит многие болезни, но не может сделать человека здоровым. Пока она даже не может научить человека, как стать здоровым. Более того: бойтесь попасть в плен к врачам! Порой они склонны преувеличивать слабости человека и могущество своей науки, создают у людей мнимые болезни и выдают векселя, которые не могут оплатить.

3. Чтобы стать здоровым, нужны собственные усилия, постоянные и значительные. Заменить их нельзя ничем. К счастью, человек столь совершенен, что вернуть здоровье можно почти всегда. Только необходимые усилия возрастают по мере старости и углубления болезней.

4. Величина любых усилий определяется мотивами, мотивы – значимостью цели, временем и вероятностью ее достижения. И очень жаль, но еще и характером! К сожалению, здоровье, как важная цель, встает перед человеком, когда смерть становится близкой реальностью. Однако слабого человека даже призрак смерти не может надолго напугать: он свыкается с мыслью о ней, сдается и покорно идет к концу. (А может, это и хорошо? «Не трать, кума, силы, иди ко дну!» Конец-то один и тот же: раньше, позже…)

5. Для здоровья одинаково необходимы четыре условия: физические нагрузки, ограничения в питании, закаливание, время и умение отдыхать. И еще пятое – счастливая жизнь! К сожалению, без первых условий она здоровья не обеспечивает. Но если нет счастья в жизни, то, где найти стимулы для усилий, чтобы напрягаться и голодать? Увы!

6. Природа милостива: достаточно 20–30 минут физкультуры в день, но такой, чтобы задохнуться, вспотеть и чтобы пульс участился вдвое. Если это время удвоить, то будет вообще отлично.

7. Нужно ограничивать себя в пище. Поддерживайте вес рост (в см) минус как минимум 100.

8. Уметь расслабляться – наука, но к ней нужен еще и характер. Если бы он был!

9. О счастливой жизни. Говорят, что здоровье – счастье уже само по себе. Это неверно: к здоровью легко привыкнуть и перестать его замечать. Однако оно помогает добиться счастья в семье и в работе. Помогает, но не определяет. Правда, болезнь – она уж точно – несчастье.

Так стоит ли биться за здоровье? Подумайте! Еще одно маленькое добавление – специально для молодых. Разумеется, вы здоровы, и рано вам морочить себе голову мыслями о будущих болезнях. Но… время быстротечно. Не успеете оглянуться, как отпразднуете тридцатилетие, и начнется первая декада, когда нужно думать о будущем… Кроме того – увы! – и сейчас уже не все вы обладаете здоровьем.

Ко мне нередко приходят напуганные юноши и девушки, которые уже держатся за свою левую половину груди, жалуются на сердцебиение и разворачивают свитки электрокардиограмм. К счастью, у большинства из них нет никакой болезни, кроме детренированности. Посмотришь такого на рентгене: сердце у него маленькое – сжалось от бездействия. Ему бы бегать или хотя бы танцевать каждый день, а он сидит за книгами и сигарету не выпускает изо рта. И спит уже с таблетками.

Но и те, кто здоров, не забывайте: движение, свежие фрукты и овощи в рационе, закаливание и полноценный сон – действительно необходимы. А курение и алкоголь – вредны.

Николай Михайлович Амосов «Раздумья о здоровье»

Невольно вспоминается притча о слепцах, которых попросили рассказать, что такое слон. Один потрогал ногу слона и сказал: «Это столб». Другой взялся за хвост и сказал: «Это веревка». Третий ощупал хобот и заметил: «Это труба». Так и в науках о человеке. Психолог скажет о человеке: это душа. Педагог заметит, что человек – это объект воспитания. А многие врачи так до конца жизни и полагают, что человек – это больной.

Наталья Николаевна Седова «Философия для медицинских специальностей»

 
Дано мне тело – что мне делать с ним,
Таким единым и таким моим?
 

Осип Мандельштам

Болезнь – сумеречная сторона жизни, тягостное гражданство. Каждый из родившихся имеет два паспорта – в царстве здоровых и царстве больных. Пусть мы и предпочитаем использовать первый, но рано или поздно каждый из нас, хоть на недолгий срок, вынужден причислить себя к гражданам этой другой страны.

Сьюзен Сонтаг «Болезнь как метафора»

Болезни бывают двух видов: болезни настоящие и болезни придуманные. От придуманных болезней приходится лечиться особенно долго.

Сейед Рахнама «Неизвестная болезнь»

Если пациент хочет жить, то медицина здесь бессильна.

Анекдот

Как нельзя приступить к лечению глаза, не думая о голове, или лечить голову, не думая о всем организме, так же нельзя лечить тело, не леча душу.

Сократ

Эта книга не лечит, поэтому не нужно садиться на нее или прикладывать ее к больному месту. Не поможет. Пора начинать думать о том, как вы создали себе болезнь и зачем она вам нужна. Ведь от ненужных вещей мы обычно избавляемся легко. А раз болезнь не уходит, значит вы ее как-то держите в себе, хотя и не догадываетесь об этом. Эта книга откроет вам путь к здоровью только в том случае, если вы внимательно прочитаете ее и попробуете понять, каким образом вы сами создали себе то здоровье, которое имеете сегодня. Зачем вам нужно болеть, о чем кричит вам ваше тело через заболевание и многое другое. Это непросто, но возможно. Книга основана на идеях методики, которая получила название Разумный путь. Дальше вы узнаете о ней чуть подробнее. Здесь лишь заметим, что базовое положение методики Разумного пути звучит так: все, что имеем в своей жизни, мы создали себе сами. И если нас что-то не устраивает, то нужно понять, каким образом мы создали свою нынешнюю ситуацию, будь то здоровье, личная жизнь или работа. А потом изменить ее так, как нам хочется.

Александр Свияш «Здоровье в голове, а не в аптеке».

Мы живем в такое время, когда медицина постоянно предъявляет нам, восторженным дилетантам, свидетельства своего граничащего с чудом могущества. Но в хоре, прославляющем науку, все громче звучат голоса скептиков. Многие предпочитают доверить свое здоровье не академической медицине, а знахарям и гомеопатам. Поводов для критики у скептиков достаточно: негативные побочные эффекты приема лекарств, изменение симптоматики (когда одни проявления болезни как бы стираются, а другие ведут себя «нетипично»), негуманный подход, дороговизна и многое другое. Интересны не столько аргументы критики, сколько сам факт ее существования, ведь, прежде чем стать конструктивной, она должна была пройти эмоциональный этап, этап возникновения ощущения, что не все в порядке, что проторенный путь, хотя и приближает к заветной цели, никогда не приведет к ней. Подобное непочтительное отношение к медицине объединяет многих, в том числе и некоторых молодых врачей. Одни видят выход в замене химических препаратов натуральными растительными снадобьями, другие – в исследовании излучения Земли на организм человека. Кто-то преклоняется перед гомеопатией. Сторонники акупунктуры требуют при изучении организма отойти от его физического строения и обратиться к энергетическому. Если собрать все нетрадиционные методы и точки зрения, то можно говорить об общем стремлении не терять из виду человека в целом, рассматривая его как телесно-душевное единство. Сейчас уже всем ясно, что академическая медицина не рассматривает самого человека. Философии медицины, как и раньше, уделяется очень мало внимания. Безусловно, медицина должна существовать прежде всего в виде конкретных практических действий, но в любом действии – вольно или невольно – отражается лежащая в его основе философия. Современная медицина терпит фиаско не из-за недостатка действий, а из-за отсутствия общей картины мира и человека в нем, которая помогла бы сделать эти действия осмысленными. Медицинские действия до сих пор были ориентированы только на принцип действенности и эффективности, отсутствие же содержательного аспекта привело к тому, что ее стали критиковать за «бесчеловечность».

Рудигер Дальке, Торвальд Детлефсен «От болезни тела – к исцелению души. Почему мы болеем?»

В современной медицине врач, как узкий специалист, должен обладать огромным количеством чисто технических знаний описательного характера. И чем больше у врача этих знаний, чем более ювелирно он может ими оперировать при лечении пациента, тем выше его профессионализм. И, как результат, из врачебной практики, из врачебной деятельности окончательно и с большой скоростью вымываются оставшиеся там крупинки искусства. Поэтому профессию врача перестали уважать на должном уровне, а в медицинские институты принимаются все желающие. Транснациональные компании создают уже компьютерные базы данных по пациентам, обмениваются ими, обрабатывают и анализируют, создавая программы искусственного интеллекта, которые могут без присутствия врача-терапевта, а в некоторых случаях уже и лучше его поставить диагноз и предложить методики лечения. Как итог, компьютерные методы терапии будут совершенствоваться, а профессия врача станет и дальше терять оставшиеся крупинки «искусства врачевания», и в какой-то момент компьютеры и врачи станут неотличимы. Правда, оказывать квалифицированную врачебную помощь пациентам последние уже не смогут ввиду несовершенства компьютерных методов (а они всегда будут проще бесконечной сложности человеческого тела), с одной стороны, и окончательной деградации человеческого «искусства врачевания» – с другой. Я, как практикующий врач, не вижу в этом прогрессе «больших баз данных» особых перспектив.

Ну и как же нам выйти из сложившегося тупика в развитии медицины, какие действия предпринять? Я думаю, прежде всего здесь очень важно вспомнить первоначальную, «шаманскую» суть искусства врачевания. А именно то, что врачевание есть попытка одного человеческого существа управлять силами природы внутри другого. Ведь к тебе как к врачу пришел на прием не просто человек (пациент, существо, личность), но к тебе явилась стихия природы, у которой в ее сложнейшей организации случились сбои, а ты должен попытаться его внутренними потоками продирижировать, собрать вместе и гармонизировать. Мы должны осознать и принять почти мистическую деятельность врача как человека, который каждый день пытается научиться управлять теми силами природы, которыми по факту являются его пациенты, пытается за счет других, внешних (по отношению к пациенту) сил природы, а также своих личных сил, экстрактов растений и минералов, введённых в дисгармонизированную природу пациента, восстановить исходную гармонию. Да это же чистое колдовство!

Поэтому я ответственно заявляю, что врачевание – это никакое не искусство и уж тем более не ремесло, врачевание есть самая настоящая магия, то есть управление силами природы. В моем понимании и наука является чистой магией. Вспомню свое любимое изречение писателя-фантаста Артура Кларка: «Любая достаточно развитая технология неотличима от магии». Аналогично и искусство врачевания есть магическое действо, просто было бы полезно вернуться к осознанию этого факта, чтобы набраться уважения к врачу, каковое уважение, между прочим, как и вера, есть сильнейший исцеляющий фактор. Ибо только человек лечит человека, а не таблетка и не компьютер.

Александр Юрьевич Шишонин «Медицина здоровья против медицины болезни»

Что есть здоровье человека? Что в целом представляет собой и человеческая болезнь? Вопросы эти очень и очень непростые. Их задают уже многие века и даже тысячелетия. Задают и будут еще долго задавать. Ибо все желают быть в добром здравии и тщательно стараются избегать всяческого даже малейшего нездоровья.

Древние, а потому и страшно мудрые китайцы, рассуждая о здоровье и болезни, выражались просто и одновременно крайне туманно. Цитируем, к примеру, книгу Веры Лебедевой «Препараты “Тяньши” и Цигун». Она пишет:

«Восточная философия исходит из предпосылки, что вся жизнь проявляется в окружении природы. Внутри этой матрицы вещи соединены и взаимно зависят друг от друга. Природа – единая, объединенная система, Дао, с полярными и взаимодополняющими аспектами, Инь и Ян. Природа находится в постоянном движении, следуя цикличным изменениям, которые описывают процесс превращения. Когда элементы природы находятся в равновесии, жизнь процветает в гармонии. Когда баланс полярных сил нарушен, наступает катастрофа».

Подобного рода рассуждения и сентенции ныне вряд ли удовлетворят любопытство даже современных китайцев относительно того, что же за звери такие эти таинственные сущности – «здоровье» и «болезнь».

Важная и известная всем особенность человека та, что, обладая здоровьем, он о нем особо и не размышляет. Другое дело болезнь. Она – причина страданий, гаданий и надежд на выздоровление. Так вот в очень стародавние времена мнение о болезнях у людей было абсолютно едино. Никто не сомневался, что болезнь – это кара божья, посланная нам за наши грехи.

Австрийского писателя Стефана Цвейга (1881–1942) очень интересовала медицина. На русском языке существует его книга «Врачевание и психика», в ней он постарался посмотреть на болезнь глазами перволюдей. Вот его любопытные слова:

«Здоровье для человека естественно, болезнь – неестественна. Здоровье приемлется его телом как нечто само собой понятное, также как воздух легкими и свет глазами; не заявляя о себе, живет оно и растет в нем вместе с общим его жизнеощущением. А болезнь – она проникает внезапно, как что-то чуждое, она нечаянно набрасывается на объятую страхом душу и бередит в ней множество вопросов. Ибо если откуда-то со стороны явился он, злой ворог, то кто же наслал его? Останется он или отойдет? Доступен он заклятию, мольбе, преодолению? Жесткими своими когтями извлекает болезнь из сердца противоречивейшие чувства: страх, веру, надежду, обреченность, проклятие, смирение, отчаяние. Она научает больного спрашивать, думать и молиться, поднимать полный испуга взор в пустоту и обретать там существо, коему можно поведать о своем страхе. Только страдание создало в человечестве религиозное чувство, мысль о боге.

Поскольку здоровье от природы присуще человеку, оно необъяснимо и не требует объяснений. Но всякий страждущий ищет в каждом случае смысл своих страданий. Ибо мысли о том, что болезнь нападает на нас без всякого толку, что без всякой нашей вины, бесцельно и бессмысленно, тело охватывается жаром и раздирается, до последних своих глубин, раскаленными лезвиями боли, – этой чудовищной мысли о полной нелепости страданий, мысли, достаточной, чтобы ниспровергнуть всю этику мироздания, человечество еще никогда не решилось довести до конца. Болезнь всякий раз представляется ему кем-то ниспосланной, и тот непостижимый, кто ее посылает, должен, по мнению человечества, иметь все основания для того, чтобы вселить ее именно в это вот тленное тело. Кто-то должен иметь зло на человека, гневаться на него, его ненавидеть. Кто-то хочет его наказать за какую-то вину, за какой-то проступок, за нарушенную заповедь. И это может быть только тот, кто все может, тот самый, кто мечет молнии с неба, кто шлет на поля жар и стужу, кто возжигает звезды и туманит их, ОН, у кого вся власть, всемогущий бог. От начала времен поэтому явление болезни связано с религиозным чувством».

Конечно, от века к веку природа и суть понятий здоровье и болезнь менялись. Дальше об этом будет большой разговор. Но по-прежнему, как, впрочем, и сейчас, желание разобраться с болезнью, понять и объяснить ее всегда стояло на первом месте. И посему эту первую часть нашей книги, озаглавленную нами как БОЛЕЗНЬ, мы посвятим медицинским проблемам, связанным с болезнями.

Часть 1. Болезнь

Почему мы написали эту книгу?

Недавно ушедший от нас профессор Альберт Михайлович Зайчик (1938–2014), размышляя порой о несовершенстве человеческого организма, его погрешимости, технологических дефектах и технических ошибках нашего тела, которые и составляют суть патофизиологии и, шире того – медицины вообще, спрашивал своих учеников: «Подумайте, когда мы ближе к Создателю? Когда здоровы или… когда больны»? Сейчас, когда он ближе к Создателю, чем любой из нас, мы вправе снова задать себе этот вечный вопрос.

И в самом деле: должны ли мы принять, что, создавая нас, Природа или Демиург – халтурили и ошибались, или смириться с тем, что мы планово созданы несовершенными и обреченными на болезни?

Медицина всегда будет стоять перед этим парадоксом – трагической погрешимостью организма. И это всегда будет побуждать медиков к критическому, философскому мышлению.

Но именно такое мышление предполагает охват истории. Врач – этот разумный пессимист – всегда осознает себя соавтором и частью естественной истории болезни, которую медицина пишет для человечества. Он обречен мыслить исторически.

Поэтому главное, к чему стремились авторы, – дать читателю почувствовать, что, не зная истории, невозможно ее делать, нельзя в нее войти.

История всегда поучительна, а история медицины – в особенности, ибо главным назначением этой науки является борьба за человеческую жизнь. Путь ее развития, уходящий в далекое прошлое, был тернист, отмечен как победами, так и поражениями, связан с событиями великими и трагическими, а потому не стоит забывать о людях, творивших эту науку в странах Востока и Запада, в глубокой древности и в наши дни. Мы не всегда помним об их судьбах и свершениях; бывает и так, что гениальные ученые, на десятилетия опередившие время, почти забыты в собственной стране. Воскресить их имена, рассказать читателю о великих российских медиках и их зарубежных коллегах – одна из задач этой книги. Ведь историю и науку делают не государства, партии, организации – а прежде всего живые человеческие личности. В. И. Вернадский говорил, что только живое дыхание мыслящей личности в науке и чувствуется, а если работал коллектив – то личностей и под руководством личности. Другой, существующей отдельно от таких личностей творческой силы в науке, искусстве, истории, – нет. Как-то известный датский писатель-публицист Георг Брандес (1842–1927) сказал: «Идея никогда не рождается в толпе; она зарождается обыкновенно в уме одного человека; если этот человек выделяется из толпы и увлекает ее за собой, то он вскоре находит других людей, которые имеют с ним родственность, и тогда составляется научная школа».

* * *

Как говорил проповедник и поэт преподобный Ральф Уолдо Эмерсон (1803–1882): «По сути, никакой истории нет, есть только биографии». Особенно если речь идет о медицине, которую молодое поколение врачей должно «делать», а «войти» в нее полезно всякому – ведь медицина и деяния ее представителей теснейшим образом связаны с нашей обыденной жизнью. Об этом хорошо сказал классик японской литературы Цунэтомо Ямамото (1659–1719) в своем произведении «Сокрытое в листве»: «Когда тебе рассказывают истории о выдающихся людях, ты должен слушать их очень внимательно, даже если тебе их рассказывают не впервые. Если, слушая что-то в десятый или двадцатый раз, ты неожиданно достигнешь понимания, это будет незабываемое мгновение. В скучных разговорах о людях прошлого сокрыты тайны их великих свершений».

Чурилов Л.П., Строев Ю.И., Ахманов М.С. «Очерки истории медицины. Биографические эссе»

Переменчива и жалка участь человека; мгновение назад был я здоров – но вот я болен. Я дивлюсь внезапности перемены, что обратила всё к худшему, не ведаю, чему ее приписать, как не ведаю имени для нее. Мы ревностно заботимся о нашем здоровье, тщательно обдумываем питание и питье, принимаем во внимание, каким воздухом мы дышим, предаемся упражнениям, что пойдут нам во благо: мы тщательно вытесываем и полируем каждый камень, который ляжет в стену этого здания; наше здоровье – плод долгих и регулярных усилий; но – мгновение ока – и пушечный залп всё обращает в руины, разрушает и сравнивает с землей; болезнь неизбежна, несмотря на всё наше тщание, нашу подозрительность и пытливость; более того, она незаслуженна, и если мы помыслим ее как приход врага, то она разом шлет нам ультиматум, покоряет нас, берет в полон и разрушает до основания. О, жалкая участь человека: не отмеченный печатью Господа нашего, который, будучи Сам бессмертен, вложил в нас искру, отсвет этого бессмертия, дабы могли мы раздуть его в яркое пламя, – а вместо того – погасили, дохнув на него первородным грехом; мы сами обрекли себя нищете, поддавшись обольщениям ложного богатства, обрекли себя безумию, прельстившись обольщениями ложного знания. И вот – мы не просто умираем, мы умираем на дыбе, умираем, мучимые болезнью; мало того, мы страдаем заранее, страдаем чрезмерно, изводя себя подозрениями, опасениями и всяческими мнительными измышлениями, связанными с недугом, – еще до того, как мы найдем ему имя; мы не уверены, что мы больны; вот рука тянется, чтобы замерить пульс, вот наш взор вопрошает нашу урину – здоровы ли мы? О, нищета многократно умноженная! Мы умираем и не можем возрадоваться смерти, ибо умираем в мучениях, причина которых – наш недуг; нас изводит болезнь, но разве можем мы спокойно ждать, покуда подступят муки: нас снедают предчувствия и подозрения, нас гнетут мрачные пророчества, предвещающие страдания, влекущие за собой смерть, – они мучат нас прежде, чем придут сами эти страдания; наш распад предопределен первыми же симптомами: так женщина ощущает во чреве движение плода, так, вынашивая болезнь, мы рождаемся в смерть, и смерть эта возвещает о сроках ее самыми первыми переменами в нашем состоянии. Тем ли возвеличен Человек как Микрокосм, что в нем самом явлены и землетрясения – судороги и конвульсии; и зарниц внезапные вспышки, что застят взор; и громы – приступы внезапного кашля; и затмения – внезапные помрачнения чувств; и огненные кометы – его палящее горячечное дыхание; и реки крови – проступающий кровавый пот? Потому ли только он – целый мир, что вместил многое, способное не только разрушить его и казнить, но также и провидеть саму эту казнь; многое, помогающее недугу, ускоряющее его течение и делающее болезнь неисцелимой, – а разве не такова роль мрачных предчувствий? – Ибо как заставляют пламя взметнутся в неистовстве, плеснув на угли водой, так облачают жгучую лихорадку холодной меланхолией, ибо одна лишь лихорадка, не будь этого вклада, не разрушила бы нас достаточно быстро, не справилась бы со своей работой (которая есть разрушение), не присовокупи мы искусственную болезнь – нашу меланхолию к нашей естественной – о нет, – неестественной – лихорадке. О, ставящий в тупик разлад, о загадочная смута, о жалкая участь человека!

Английский поэт и проповедник, настоятель лондонского собора Святого Павла Джон Донн (1572–1631)

Зачем говорить о болезнях? Но если бы не было болезней, кто бы вообще думал о здоровье? Поэтому приходится идти от противного: показывать, отчего болезни, чтобы наметить пути, как от них спастись. Нет, не лекарствами – активностью.

Понятия болезни и здоровья тесно связаны друг с другом. Казалось бы, они противоположны: крепкое здоровье – мало болезней, и наоборот. Однако все гораздо сложнее. Измерить здоровье и болезнь трудно, границу между ними провести практически невозможно.

Во-первых, болезнь с субъективной и объективной точек зрения не одно и то же. Во-вторых, можно трактовать болезнь в понятиях биохимии, физиологии, психологии, социологии. Все трактовки важны.

Начнем с психологии, с субъективного. Болезнь – это понижение уровня «приятного», УДК, связанное с тягостными физическими ощущениями или со страхом перед болями и смертью. Ощущения здорового сильного тела («мышечная радость», как говорил И. Павлов) у всегда здорового человека редки. Он давно адаптировался и просто не замечает тела. Здоровье само по себе вспоминается как счастье, только когда его уже нет.

Но существует и адаптация к неприятным чувствам, особенно если человек занят увлекательным делом. И наоборот, у мнительного субъекта может быть масса тягостных ощущений, которые принимают форму болезней. Поэтому психологические, субъективные критерии болезни ненадежны. Интенсивность жалоб не соответствует тяжести заболевания, это знают все врачи. Особенно теперь, когда болезни просто культивируются из-за обилия медиков и их неправильной установки считать всех людей потенциально больными.

Ощущения с тела направляются в кору мозга. Если возбудимость ее клеток повышена, и они натренированы постоянным вниманием, то и нормальные импульсы, идущие с тела, воспринимаются как чрезмерные.

Сколько видишь людей, ушедших в болезнь!

Они носят ее как драгоценность, как оправдание всех своих неудач в жизни, как основание требовать у окружающих жалости и снисхождения. Очень неприятные типы! Врачу нельзя пренебрегать жалобами пациента, но не следует только по ним строить гипотезу о болезни. Однако не следует и забывать, что в конечном итоге врачи должны освободить человека именно от психологии болезни. Если нельзя избавить его от телесных страданий, врач обязан пытаться лечить их душевные последствия.

Николай Михайлович Амосов «Раздумья о здоровье»

Человеческое тело от природы смертно. Болезни поэтому неизбежны. Почему, однако, человек обращается к врачу только тогда, когда заболевает, а не когда здоров? Потому что не только болезнь, но и сам врач уже есть зло. Постоянная врачебная опека превратила бы жизнь в мучение, а человеческое тело в объект упражнений для медицинских коллегий.

Немецкий философ Карл Маркс (1818–1883)

У слова «врач» (не нравится оно мне созвучием с «врать») в русском языке несколько близких почти-синонимов: медик, лекарь, доктор, целитель… «Почти» – потому что значение каждого поворачивает немного в свою сторону: доктор – вообще ученый человек, необязательно медик; целитель в последние десятилетия являет какую-то альтернативу врачу в обычном понимании, ближе уже к магу или экстрасенсу; лекарь – звучит пренебрежительно, эдакий затрапезный ремесленничек от медицины, обслужка…

Владимир Львович Леви «Ошибки здоровья. Книга о вкусной и здоровой жизни»

 
Прекрасные родимые болезни
От подлого здоровья защищают
Чтоб не сожрало сразу нас до смерти:
Как ангелы порою навещают
И натирают черным горьким медом
Чтобы здоровью было неповадно
Нас слизывать могучим языком
 

Дмитрий Александрович Пригов (1940-2007)

Болезнь – это драма в двух актах, из которых первый разыгрывается в угрюмой тиши тканей, при погашенных огнях. Когда появляется боль или другие неприятные ощущения, это почти всегда второй акт.

Французский врач Рене Лариш

Боль – вечный, верный, упорный, целесообразный и в то же время всегда нежеланный спутник человека. «Боль – это сторожевой пес здоровья», – говорили древние греки. Она играет положительную роль в жизни живых существ, но лишь до тех пор, пока предохраняет организм от грозящей ему опасности. Как только сигнал отмечен сознанием и опасность устранена, боль становится ненужной.

Перед медицинской наукой стоит важная, полностью еще не решенная задача – научиться управлять болевыми ощущениями. Животное, лишенное болевой чувствительности, обречено на гибель. Для нормального существования и животные, и люди нуждаются в болевой сигнализации. Но в то же время человек должен уметь вовремя освободиться от «сжигающей» его силы и здоровье боли, которая каждую минуту может превратиться из симптома в болезнь.

К сожалению, не всегда эта задача решается с помощью медикаментозных обезболивающих средств: действие их чаще всего начинается не сразу, не всегда бывает достаточно сильным и к тому же может сопровождаться неблагоприятными побочными эффектами. А нельзя ли, подобно йогам, спящим на гвоздях и жующим стекло, управлять болевыми ощущениями, не прибегая к услугам анальгина или морфина?

Николай Александрович Агаджанян, Алексей Юрьевич Катков «Резервы нашего организма»

Пока гром не грянет, мужик не перекрестится.

Старинная поговорка, многократно подтвержденная современной медициной

Одна из главных обязанностей врача – научить людей не принимать лекарства.

Канадский врач, член Лондонского королевского общества (1849–1919) Уильям Ослер

Медицина переживает кризис. Я постоянно на примере своих больных убеждаюсь, что это кризис тяжелый, трагичный. Суть его не столько в недостаточном финансировании медицины, недостатке современных приборов и лекарственных форм в больницах, сколько в самом подходе к здоровью и болезням. Медицина вообще не занимается здоровьем, она занимается болезнями. Отсутствие стройной теории здоровья привело к утрате фундаментальных принципов практической медицины: лечению не следствий, а причины, не болезни, а больного, индивидуального подхода, профилактической направленности.

Коновалов Владимир Васильевич «Совсем другая медицина»

Болезнь – это взрыв, возмущение организма против насилия над ним, невозможность его сопротивления отрицательному воздействию извне или внутри, приводящее к физической или душевной усталости. Значительное снижение или потеря жизненных сил, приводящие к ослаблению иммунитета происходит из-за невозможности или нежелания человека сдерживать напор или давление его страстей, эмоций и чувств, превышающих предельно допустимые возможности человека сохранять нормальное функционирование организма. Балансирование на грани возможного и невозможного приводит к болезни. Чтобы быть здоровым физически и духовно, надо во всем придерживаться чувства меры и находиться в согласии с самим собой. А поскольку физическая деятельность организма подчиняется сознанию, болезни всех органов человека снимаются воздействием на сознание. Повторюсь, сказав, что изменить свою жизнь, а также исправить свое здоровье можно лишь изменив свои мысли. Нарушение связи между душой, умом и сердцем приводит к душевной усталости, а от нее – к заболеваниям. Болезни не возникают случайно и неожиданно, их «трудолюбиво» зарабатывают люди своими конкретными делами. Наблюдения за долгожителями и редко болеющими людьми показывают, что веселые, жизнерадостные, целеустремленные и незлобивые люди дольше живут и гораздо меньше болеют, чем те, кто не обладает этими качествами.

Человек, страдающий каким-либо заболеванием и желающий излечиться, должен сначала разобраться в своей жизни, проследить ее с того момента, когда он стал осознавать окружающий его мир, увидеть и найти тот отрезок жизни, когда он пошел против себя, своей совести и стал разрушителем добра и справедливости вокруг себя или в себе самом. Человеческое сознание очень мало изучено, в нас самих кроется целая вселенная со всеми ее загадками. Воздействуя на свое сознание, мы создаем для себя богов, религии и идеологии, восстанавливаем свой организм и разрушаем его. Подчиняем сознание своей воле или подчиняемся воле других людей, нередко бесчестных и корыстных, изменяющих чужое сознание по своему усмотрению…

Николай Иванович Мазнев «Энциклопедия народной медицины»

Все болезни имеют глубокий смысл. Они передают ценнейшие послания психики. Психолог Торвальд Детлефсен и врач Рудигер Дальке помогают нам понять, о чем свидетельствуют инфекционные заболевания, головные боли, несчастные случаи, сердечные приступы и желудочные колики, а также рак и СПИД. Если вы осознаете картину собственной болезни, то сможете найти новый прямой путь к самому себе. Болезнь не является неприятной помехой на этом пути, ибо она сама – путь. Чем сознательнее мы к ней относимся, тем лучше она выполняет свои задачи. Наша цель – не борьба с болезнью, а ее использование для исцеления души.

Рудигер Дальке, Торвальд Детлефсен «От болезни тела – к исцелению души. Почему мы болеем?»

С развитием науки и применением ее достижений в медицине врач стал терять ореол «волшебника», чувствующего энергии природы и управляющего ими, и искусство врачевания стало потихоньку превращаться в ремесло. Ремесленный характер медицины позволил систематизировать знания и умения, накопленные поколениями врачей, и стало возможным обучение профессии врача почти любого желающего, что было совершенно немыслимо в древности, когда без дара врачевания в целительстве делать было нечего. Дожившее до наших дней выражение «врач от бога», которое раньше использовали, говоря о врачах-универсалах с особой аурой воздействия на пациентов, сегодня уже настолько затаскалось, что им именуют просто хороших, но узкоспециализированных врачей.

Александр Юрьевич Шишонин «Медицина здоровья против медицины болезни»

Болезнь – это сигнал о нарушении равновесия. Нервные окончания дают нам знать о том, что в определенном месте нашего организма что-то происходит не так. Боль – всего лишь здоровая нервная реакция, которая хочет сказать нам: «Эй, дорогой, есть что-то, на что ты должен обратить внимание». И если человек не обращает должного внимания или заглушает боль таблетками, то подсознание человека сделает боль сильнее. Ведь таким образом, с помощью такого сигнала, как боль, подсознание проявляет свою заботу о нас и преследует определенную позитивную цель – сказать нам, что что-то не так.

Поэтому относитесь к своей болезни уважительно. Вообще, прежде чем приступить к исцелению, измените свое отношение к болезни. Ни в коем случае не относитесь к болезни как к чему-то плохому, даже если эта болезнь смертельна. Не забывайте, что эту болезнь создал ваш подсознательный разум, который всегда и везде заботится о вас. Значит, на это были свои веские причины. Не спешите ругать свой организм и свою болезнь. Откажитесь от борьбы с болезнью. А наоборот, поблагодарите Бога, свой подсознательный разум за эту болезнь. Поблагодарите саму болезнь. Даже если это звучит странно – сделайте это.

Современная ортодоксальная медицина не излечивает людей именно потому, что борется с болезнью. То есть она стремится подавить ее или устраняет следствия. А причины остаются глубоко в подсознании и продолжают свое разрушительное действие.

Получается следующая картина: подсознание создает болезнь как сигнал нашему сознательному разуму, то есть пытается сообщить нам определенную информацию на своем языке, а мы идем к врачу и заглушаем этот сигнал таблетками. Выходит, боремся сами с собой, да еще выбираем средства посильнее и подороже для этой борьбы. Абсурд?!

Задача врача – не мешать организму и не подавлять его реакции, а помогать «внутреннему врачу». Думающий врач будет активизировать самоизлечение. Вдумайтесь – самоизлечение. Ваш организм сам стремится к равновесию. Нужно только ему в этом помочь. Так почему бы вам не быть в роли этого помощника. У каждого из нас есть свой «внутренний доктор».

В нашей культуре принято рассматривать болезнь как зло, как нечто от нас не зависящее, искать причины ее возникновения где-то вовне. Это дает возможность занять очень удобную позицию: «Я за свои болезни не отвечаю. Пусть врачи решают проблему».

Ну а если человек не хочет принять на себя ответственность за свои болезни, то они становятся неизлечимыми или переходят одна в другую. И тогда такой человек начинает обвинять обстоятельства, плохую погоду, родственников, людей вообще, работу, врачей. И это вместо того, чтобы обратиться внутрь себя и помочь самому себе.

Валерий Владимирович Синельников «Возлюби болезнь свою»

Глава 1. Западная медицина

Человек живет одновременно в нескольких мирах. Условно можно назвать их так: «мир природы», «мир техники», «мир информации», «мир людей» (их даже несколько – семья, коллектив, страна), «мир идей» (религия, политика) и, наконец, «мир тела».

Как же они неодинаковы – эти миры и связанные с ними потребности! Все зависит от роли человека в обществе, от типа личности, ее «включенности» в мир и особенно от возраста. Для болеющего пенсионера состояние тела – «мир тела» часто неизмеримо важнее, чем все другие миры вместе взятые. А молодой и сильный человек занят, как правило, совсем иным. Он, конечно, тоже может сосредоточиться на потребностях своего организма, но лишь на короткое время острой болезни. А потом снова забудет о теле.

Однако «мир тела» может таить в себе угрозу удовольствиям, ожидаемым от других миров. Поэтому разумно было бы научиться оценивать «мир тела», чтобы, с одной стороны, не обрекать себя на вынужденное отлучение от всех других миров в будущем, а с другой – не портить себе излишней заботой настоящее. Иначе говоря, разумный человек должен уметь оценивать состояние своего тела и прилагать необходимый минимум усилий, чтобы если не улучшить, то хотя бы сохранить то здоровье, которое имеет.

По мере развития самосознания человека он стал наблюдать не только за окружающим миром и собственными чувствами, но и за собственным телом. Именно тогда и возникло представление о болезнях и лечении.

Например, тело подает разуму сигнал – боль. Для животного это только временный ограничитель действий (такой как утомление). Другое дело – человек разумный. Он запоминает и анализирует: что болит, когда, с чем это связано, от чего боль успокаивается. И комплекс этих сведений – уже не боль, а болезнь – становится самостоятельным объектом наблюдения, запоминания, анализа. Так на исторической сцене появляется медицина как практика и как собрание моделей, информации и действий, направленных если не на получение максимума удовольствия от здоровья, то хотя бы на уменьшение неприятностей от болезней. Критерий всегда один и тот же – уменьшение «неприятного» и повышение «приятного».

Можно сказать, что медицина основана на потребности человека в защите и на чувстве страха. Поскольку опасность исходит не извне, а изнутри, страх может приобретать таинственный характер.

Животные обладают инстинктивной способностью защищаться от болезни – они затаиваются. Полный покой и воздержание от еды приносят эффект, поскольку резко уменьшается потребность в энергии. Более того, животные «знают» целебные травы: информация о них, так же как о врагах и пище, заложена в генах.

Кроме того, у стадных животных есть программа помощи пострадавшему. Для примера обычно приводят дельфинов: они собираются около раненого собрата и поддерживают его на плаву.

Так что первобытным людям было откуда начинать медицину. Реакция «затаивания» породила тактику пациента, а заложенная в генах программа сопереживания – врачевание.

Все дальнейшее определил творческий разум человека и разграничение обязанностей в сообществе по мере прогресса цивилизации. В частности, появились врачеватели – знахари и шаманы. Их наблюдения и гипотезы оформились в учения о болезнях. Профилактика возникла много позднее (хотя и на нее обратили внимание еще в глубокой древности) – на нее долго не было спроса у пациентов. Ведь страх рождается болезнью, его не испытывают заблаговременно.

Вот так психология расставила акценты между значимостью лечебной и профилактической медицины и определила чувства и мотивы «действующих лиц» – пациентов и врачей.

Увы! Они, по существу, не изменились и до сих пор.

Николай Михайлович Амосов «Энциклопедия Амосова: медицина на перепутье»

Истоки древнего искусства врачевания скрываются в темной глубине доисторических веков. Уже индуистская мифология давала такой лечебный совет: «Три орудия есть у врача: «Слово, растение и нож». Слово – это магические заклинания, целебные растения служат и современному человеку, нож же – простейшее средство для хирургического вмешательства.

У автора данной книги нет ни сил, ни желания излагать полную историю медицины. Но, начиная разговор о западной, в основном европейской ее ветви, трудно в первую очередь не упомянуть греческого врачебного гения – ГИППОКРАТА. Уже в те далекие годы он ратовал за соединение медицины с философией, писал: «врач-философ подобен богу».

1.1. Гиппократ

Настоящий, чуткий, душевный и внимательный врач, если он истинный целитель от Бога, какой бы специальности он ни был, в своей практической деятельности должен руководствоваться пятью заповедями Гиппократа:

Врач лечит – Природа исцеляет.

Нужда заставляет людей искать врачеванья и найти его.

Для медицины, так же, как и для других искусств, позорно не сделать ничего полезного после многой болтовни и хвастовства.

При лечении болезней надо всегда иметь в виду принести пользу или, по крайней мере, не навредить.

Можно сказать пациенту, что он выздоровел благодаря молитвам, а те снадобья, которые ему давались, лишь в малой степени помогли выздоровлению. Пациент поверит, потому что древние греки привыкли верить жрецам. Но как быть, если пациенту нужна операция? То есть как скрыть от пациента факт хирургического вмешательства, действия тайного, о котором никому из посторонних знать не нужно?

Все делалось очень просто, причем так, что одним камнем убивалось сразу две птицы – сохранялась тайна и укреплялся божественный авторитет.

Любой больной человек, обратившийся к жрецам-асклепиадам за помощью, вне зависимости от его диагноза и состояния, должен был провести в храме ночь. Считалось, что сны, которые ему снились в эту ночь, насылаются богами. Сны толковались жрецами, и на основе этих толкований назначалось лечение.

Каждый пациент получал от жрецов некое питье, которое должно было помочь установить контакт с богами, а на деле являлось усыпляющим. Если жрецы видели, что пациенту нужна операция, они давали ему особое питье, которое не просто усыпляло, а вводило в бесчувственное состояние наркоза. В таком состоянии пациенту проводили операцию. Наутро, когда пробудившийся пациент с удивлением смотрел на послеоперационный шов, ему объясняли, что это дело рук бога, Асклепия или кого-то еще. Мол, ночью, пока пациент спал, бог просунул руку в его живот, и извлек оттуда опухоль (или, к примеру, удалил пораженную язвой часть желудка), а затем зашил рану… Одураченный пациент рассказывал всем о чуде, которое с ним произошло, восхвалял исцелившего его бога, рекламировал храм… Число пациентов возрастало, соответственно, увеличивались и прибыли. Бедняки, которых жрецы лечили бесплатно, составляли малую часть пациентов. Большинство платили за лечение и вдобавок делали храму подарки.

Иногда снадобье не отключало сознание полностью, и пациент помнил какие-то обстоятельства операции, например, как его крепко связывали или же как тело его резали ножом. Жрецы объясняли., что пациенту посчастливилось увидеть самого Асклепия… Желая сохранить память о таком чуде (мало кому доводилось видеть богов собственными глазами) на века, счастливчик записывал рассказ о случившемся на глиняной табличке и приносил ее в храм вместе с какими-нибудь дарами. Табличку размещали на видном месте для того, чтобы любой зашедший в храм мог бы ее прочесть. Несколько таких табличек дошло до нас.

В храмах Асклепия существовал запрет на оказание помощи умирающим. Лечение умирающего приравнивалось к попытке воскрешения, а это уже было святотатством, вмешательством в божественный промысел. И потом, раз уж боги решили, что дни человека сочтены, как можно просить их помочь ему? Примечательно, что, согласно легенде, сам Асклепий был наказан Зевсом-громовержцем за то, что дерзал воскрешать умерших. Наказание было истинно олимпийским, полностью соответствовавшим вспыльчивому характеру владыки Олимпа. В порыве гнева Зевс убил Асклепия молнией, а когда успокоился – оживил его. Асклепий усвоил урок и больше воскрешениями не баловался. Согласно одной из версий происхождения Асклепия, которая рассматривает его не как сына Аполлона, воспитанного кентавром Хироном, а как обычного человека, именно после воскрешения Зевс сделал Асклепия богом врачевателей.

Запрет на помощь умирающим был очень выгоден жрецам, потому что позволял им отказываться от лечения тех, в чьем исцелении они не были уверены. Заодно сохранялась незапятнанной репутация Асклепия и прочих богов, якобы откликавшихся на просьбы жрецов о помощи. Получалось, что если уж жрецы асклепиады оставили человека переночевать в храме, то он может быть уверен в своем исцелении. Гарантия была практически стопроцентной. Светские же врачи помогали всем, кто был в состоянии им заплатить, и далеко не все их пациенты выздоравливали. Вдобавок светские врачи лечили пациентов открыто, не скрывая того, что они делали. Иначе и быть не могло, ведь платили им за сделанную работу. Чудеса всегда выглядят привлекательнее и ценятся дороже, а стопроцентные гарантии невероятно нравятся клиентам, поэтому репутация жрецов-асклепиад была гораздо выше репутации светских врачей. Однако все знаменитые врачи Древней Греции были именно светскими врачами. Жрецы ничем не обогатили медицинскую науку.

Андрей Сазонов «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках»

Клянусь Аполлоном-целителем. Асклепием и Гигиеей… В какой бы дом я ни вошел, я войду для пользы страждущего. Я буду далек от всего неправедного, я не вручу никому ядовитого средства, и что бы я ни увидел в жизни людей из того, что не следует разглашать, я умолчу о сем, считая подобные вещи тайной.

Клятва Гиппократа

Два с половиной тысячелетия прошло с того времени, когда эллинские врачи, члены косского (Кос – остров у берегов Малой Азии) братства Асклепиадов, впервые произнесли слова этой профессиональной клятвы – первого дошедшего до нас кодекса медицинской морали.

Много воды утекло с тех пор, но и сейчас врачи верны все той же этике, сформулированной еще на заре цивилизации. А сама медицина? Ее взгляды, приемы лечения? Они непрерывно обновляются, и во многих происходящих в медицине переменах повинен также и стресс.

ГИППОКРАТ (460–377 до новой эры), «отец медицины», древнегреческий врач, родился в городе Меропис на острове Кос в семье врачей (врачевали и дед его, и прадед, и многочисленные родственники; считается, что Гиппократ относился к 17-му поколению врачебной семьи).

Медицине Гиппократа обучали его отец – Гераклид и мать (она была повитухой) – Фенарета. Гиппократ много путешествовал по разным городам Эллады, Фессалии, Малой Азии, посетил берега Черного моря, был у скифов, знакомясь с медициной разных стран и народов. Ведя жизнь странствующего врача (периодевта), он обязан был, в частности, бесплатно лечить бедняков.

Богатейшая врачебная практика помогала ему накопить огромный опыт, который он затем обобщил в своих трудах: «О ветрах», «О воздухе, воде и местности», «Прогностика», «Диета при острых болезнях» и так далее. В них, однако, полезные наблюдения перемежались с простительными для тех времен нелепостями. Так, Гиппократ учил, что компоненты человеческого тела связаны между собой огнем – жаром. Жар этот находится в сердце и отсюда по сосудам растекается по всему телу, регулируя взаимоотношения всех его частей. Например, пищу переваривает «желудочный жар», а старики отличаются от молодых тем, что имеют меньше прирожденной теплоты…

Гиппократ – родоначальник медицины научной, он освободил ее (став реформатором античной медицины) от влияния жреческой храмовой медицины. Он полагал, что болезни людям посылают не боги, они возникают по разным, причем вполне естественным причинам. Гиппократу приписывают текст так называемой врачебной клятвы («Клятва Гиппократа»), которая сжато формулирует нормы поведения врача (хотя, полагают, что первоначальный вариант клятвы существовал еще в Древнем Египте).

То, какой была медицина во времена Гиппократа, нам представить непросто. Замечательный знаток греческой древности российский филолог, историк античной литературы, переводчик Михаил Леонович Гаспаров (1935–2005) в книге «Занимательная Греция. Рассказы о древнегреческой культуре» объясняет, о чем тогда спорили врачи. Он, в частности, отмечает:

«Вскрытый труп – это новость для греческой науки. Вскрывать трупы грекам казалось нечестивым, и о строении человека они судили только по вскрытым животным да по изувеченным телам на войне и по наблюдениям за здоровыми – на гимнастических площадках».

«Что люди знали о своем живом теле до сих пор? – продолжает Гаспаров. – Оно теплое (а мертвое становится холодным). Оно дышит (а мертвое не дышит). Оно принимает в себя пищу, а выделяет по большей части разные жидкости: слюну, слезы, пот, мочу, гной… Если разрезать руку – пойдет кровь, если разрезать живот – потекут еще какие-то жидкости. Главные части тела – голова и сердце; если их проколоть – человек умирает. Как все это объяснить?»

Еще тонкое замечание Гаспарова о Гиппократе, современнике Сократа и Платона. «Он – человек эпохи маленьких городов-государств, и на больных своих смотрит как на маленькие, но самостоятельные государства: у каждого – свой склад, свой закон здоровья, его нужно разгадать и поддерживать, а вмешиваться и перелаживать его – нехорошо. Любопытно, что даже заразой при болезнях Гиппократ интересовался мало (а заразу знали отлично – одна афинская чума чего стоила!) – настолько привык он, что каждый больной – сам по себе и непохож на других».

Известны многочисленные переиздания «Афоризмов Гиппократа», их и сегодня интересно читать. Древний грек предстает тут не только великолепным знатоком природы человека. Об этом, к примеру, свидетельствуют его афоризмы: «Беспричинная усталость указывает на болезнь»; «Осмотр тела – целое дело: он требует знания, слуха, обоняния, осязания, языка, рассуждения». Но Гиппократ одновременно был еще и большим философом. Он смотрел на медицину и философию как на две неразрывные науки. Здесь стоит привести еще один афоризм этого великого человека. Вот он: «Жизнь коротка, путь искусства долог, удобный случай скоропреходящ, опыт обманчив, суждение трудно. Поэтому не только сам врач должен делать все, что необходимо, но и больной, и окружающие, и все внешние обстоятельства должны способствовать врачу в его деятельности».

Гиппократ учил: состояние организма определяется соотношением в нем четырех основных жидкостей: крови (по-гречески «сангвис»), лимфы, или слизи («флегма»), желтой и черной желчи (по-гречески «холе» и «мелайна холе»); что они вырабатываются соответственно в сердце, мозгу, печени и селезенке. Нормальное смешение четырех жидкостей, равновесие между ними определяет собой здоровье организма, полагал Гиппократ; если же это равновесие нарушается (по Гиппократу, насморк есть результат переполнения мозга слизью), возникает болезнь.

Теорию «четырех соков» дополняет регулирующая их особая сила. Гиппократ называл эту силу «тепло» (Аристотель переименовал ее в «дыхание»). «Дух», по-гречески «пневма», в ней-то и живет душа. И надо было отыскать для нее место в теле. Тут и возникали споры: последователи Гиппократа отводили для пневмы мозг, последователи Аристотеля – сердце.

Отдельные симптомы болезни были для Гиппократа проявлением стремления природы освободиться от хвори. Он верил в целебные силы организма, а потому и придерживался тактики выжидательной. Если и применялись какие-то средства (слабительные, мочегонные, рвотные, банки, кровопускания), то это только для того, чтобы помочь организму самому избавиться от вредных соков.

Воззрения примитивны? Верно. Но в них было немало и ценного. Они отражали целостный взгляд на человеческий организм. Учили тому, что в организме все взаимосвязано и взаимообусловлено. Показывали, что болезнь – процесс всеохватывающий, не оставляющий в покое ни одну часть организма.

Гиппократ считал, что врач должен лечить не болезнь, а больного, принимая во внимание индивидуальные особенности организма и все факторы окружающей среды: климат (Гиппократа также чтут как родоначальника медицинской географии), состояние ветров, погоды, почвы, воды; рельеф местности; образ жизни людей, их привычки; законы страны, даже формы государственного устройства и т. д. – все это с точки зрения их влияния на человека.

Идеальный врач, по Гиппократу, терпелив и мудр («Должно… переносить мудрость – философию – в медицину, а медицину в мудрость», – писал Гиппократ), он не спешит вмешиваться в дела природы.

«Nil nocere!» («Не навреди!») – таким был главный лозунг медицины Гиппократа.

Конечно, приемы лечения болезней, используемые Гиппократом, были крайне примитивны. Вот что об этом в книге «Медицина в зеркале истории» пишет ее автор – Светлана Марковна Марчукова:

«Согласно учению Гиппократа, самые тяжелые болезни вызываются смешением холодной слизи и горячей желчи. Для лечения острых болезней часто применялся ячменный отвар, в качестве целебных напитков – вода с медом, уксусом или вином. Рекомендовалось периодическое очищение организма с помощью рвотных и слабительных средств. В соответствии с гуморальной теорией, причиной многих болезней был избыток крови в организме человека, а потому распространенным средством их лечения и профилактики было кровопускание. Считалось, что лечение хронических болезней весьма полезно сочетать с бегом, занятиями музыкой и пением. Здоровый образ жизни, умеренность во всем – вот непременные условия сохранения здоровья. Известны крылатые выражения греческих философов и врачей: “Все в меру”, “Ничего сверх меры”. Гиппократ писал в «Эпидемиях»: «Работа, пища, сон, любовь – все должно быть умеренным».

Да, методы лечения были сомнительны, но представлять организм человека подобным некоей очень искусно сконструированной машине, искать в ней испорченные «детали» Гиппократ не решался. Но это стали делать его далекие потомки на Западе. Они постепенно, роясь в мельчайших деталях организма человека, стали утрачивать ощущение целостности системы.

1.2. Гален

Апогеем развития древнеримской медицины и вообще всей древней европейской медицины в целом стал трактат «О назначении частей человеческого тела», написанный выдающимся врачом и, как полагается, философом Галеном. Впоследствии, уже в эпоху Возрождения, Галена назвали Клавдием, превратно истолковав буквы «Cl», стоявшие перед его именем. На самом же деле эти буквы являются сокращением от «Clarissimus» – «Достославный муж». Так назывался высший сенаторский титул в Древнем Риме, который носил Гален, грек, ставший самым знаменитым врачом за всю историю древнеримской цивилизации. Впрочем, нет, не самым знаменитым врачом за всю историю, а самым известным в наше время. Между этими двумя понятиями есть существенная разница.

Андрей Сазонов «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках»

В работах Галена получает развитие телеология (от греч. «telos» – цель и «logos» – учение) – учение о целесообразности устройства живых организмов, получившее обоснование в трудах Аристотеля. Смысл этого понятия состоит в том, что образ жизни и строение живого организма соответствуют друг другу и имеют целью наилучшую организацию их жизни. Аристотель писал о том, что «не случайность, но целесообразность присутствует во всех произведениях природы и притом в наивысшей степени, а ради какой цели они существуют и возникли – относится к области прекрасного…»

В своем знаменитом анатомическом сочинении «О назначении частей человеческого тела» Гален описывает как целесообразные устройства руки, ноги, внутренние органы, рот, нос, зубы. Он сравнивает их с частями тела животных, детально разбирает сходство и различие между желудком и процессом пищеварения обезьяны, медведя, лошади, барана. Он подробно описывает строение кровеносных сосудов, глаза. По анатомическим атласам «божественного Галена» врачи обучались более полутора тысяч лет. Идеей целесообразности живых организмов проникнуты его рассуждения о движении костей и мускулов. Исследования Галена отличали самостоятельность суждений, желание все проверить экспериментально. Он писал: «Необходимо точно знать функции и прежде всего строение каждой части, исследуя факты, открываемые анатомированием и лично наблюдаемые; теперь книги тех, которые называют себя анатомами, изобилуют тысячами ошибок».

Светлана Марковна Марчукова «Медицина в зеркале истории»

Медицинскую эстафетную палочку от Гиппократа подхватил уже во времена существования Римской империи хирург и философ греческий врач Гален (129–216). Он был сыном богатого архитектора, получил прекрасное образование, много путешествовал, собирая обширные сведения о медицине. Поселившись наконец в Риме, врачевал римскую знать, став со временем личным врачом нескольких Римских императоров.

Гален родился в Малой Азии Восточной римской Империи (ныне это территория Турции) в городе Пергам. Любопытно, что слово «пергамент» происходит от названия этого города. Когда в Египте запретили продавать папирус, для письма стали использовать материал из тонкой кожи овец, коз и телят. На пергаменте можно было писать с двух сторон. Этот долговечный материал позволил сохранить многие рукописи до наших дней.

Отец Галена, Никон, был архитектором и строителе, богатым человеком с широкими интересами. Увлекался философией, математикой, логикой, астрономией, сельским хозяйством и литературой. Никон привил Галену тягу к знаниям. И уже в возрасте 14 лет он представил сына пергамским философам. Никон видел будущее сына в философии или политике, но, считается, однажды ему приснился сон, в котором сам бог медицины Асклепий предрекал Галену стать великим врачом.

Поясним смысл малознакомого древнегреческого слова Асклепий. Это бог медицины, его другое наименование (латынь) – Эскулап. Культ Асклепия был популярным уже в Древней Элладе. Храмы этого – Асклепионы – стали своего рода больницами. Жрецы в них вначале выполняли магические ритуальные службы, но постепенно стали применять и другие методы лечения. Именно в те далекие годы возникли водолечение, диеты, гимнастические упражнения, лечение травами и даже хирургические вмешательства.

В 16 лет Гален попал в Асклепион, где изучал медицину четыре года. Никон вскоре скончался, оставив ему свое состояние. Началось семилетнее путешествие Галена по городам Греции, Египта, Палестины и Малой Азии с целью изучения медицины. Вернувшись в Пергам, в возрасте 28 лет, Гален стал врачом гладиаторов. Тут он на «живых» примерах изучал анатомию, лечение переломов и тяжелых травм, называя травмы «окнами тела». За время его четырехлетней деятельности скончались всего 5 гладиаторов, до Галена счет покойных шел на многие десятки. Если гладиатор умирал, Гален вскрывал его тело и изучал внутренние органы. Ему удалось описать 300 человеческих мышц, 7 пар черепных нервов, доказать, что по артериям течет кровь, а не мифическая пневма.

В 33 года Гален перебрался в Рим, но его методы лечения пришлись не по вкусу местным медикам. Стали возникать конфликты. Опасаясь быть подло убитым или отравленным, он покинул город, но вскоре был призван обратно самим императоров Марком Аврелием для борьбы с чумой. Затем практически до конца жизни он лечил от хворей римскую знать. Слава его, как врача, была столь велика, что в Риме были отчеканены монеты с изображением Галена.

До нас дошли 20 тысяч страниц рукописей Галена. Он судил о строении человека по строению обезьяны. Это было вызвано запрещением вскрывать трупы и даже иметь в качестве пособия скелет человека. На лекциях Галена по анатомии производились вскрытия собак, свиней, медведей, обезьян и других животных. Заслуги Галена в медицине велики. До него считалось, что мозг у человека создан всего навсего для охлаждения крови, текущей к сердцу и желудку. Гален прямыми экспериментами на животных опроверг эту нелепицу. Став «отцом неврологии» он доказал, что головной и спинной мозг управляет всем организмом человека.

Итожа медицинские заслуги Галена, Светлана Марковна Марчукова в своей книге «Медицина в зеркале истории» пишет:

«Заслугой Галена, которого традиционно считают основателем экспериментальной физиологии, является создание законченной системы медицинских знаний о строении и функциях организма. Им были написаны фундаментальные труды по анатомии и физиологии – науке о процессах, протекающих в органах и тканях организма. В книгах Галена содержится полная энциклопедия медицинских знаний его времени. Его анатомические труды в течение четырнадцати столетий служили руководством для врачей. Сохранилось около 120 подлинных сочинений Галена, а по названиям известно более 350. Большинство из них было посвящено медицине. Кроме того, Галену принадлежат философские и драматические произведения, а также – комментарии к сочинениям Платона и Аристотеля. Сочинения Галена завершают историю медицины Древнего мира».

1.3. Парацельс

Первый, кто повел борьбу против бездушия, против срывания покровов с чудес врачевания, был Парацельс. Вооружась булавою мужицкой своей грубости, ополчился он на «докторов» и предъявил книжной их, бумажной учености обвинение в том, что они хотят разложить человеческий микрокосм, как часовой механизм, на части и потом опять склеить. Он борется с высокомерием, с догматической авторитарностью науки, утратившей всякую связь с высокой магией natura naturans, не замечающей и не признающей стихийных сил и не чующей излучений как отдельных душ, так и мировой души в целом. И как ни сомнительны, на взгляд современности, его собственные рецепты, духовное влияние этого человека растет, как бы под покровом времени, и в начале девятнадцатого века проявляется наружу в так называемой «романтической» медицине, которая, являясь ответвлением философски-поэтического течения, стремится, в свою очередь, к высшей форме телесно-душевного единства. С безусловною верою во вселенскую одухотворенность природы она отстаивает мысль, что сама природа – наиболее мудрая целительница и нуждается в человеке в лучшем случае лишь как в пособнике.

Стефан Цвейг «Врачевание и психика»

Вы, которые изучали Гиппократа, Галена, Авиценну, думаете, будто все знаете, а на самом деле вы ничего не знаете! Вы прописываете лекарства, но не имеете представления о том, как их приготовляют! Только химия способна решить задачи физиологии, патологии и терапии, а без химии вы обречены на блуждание в потемках. Вы, врачи всего мира, итальянцы, французы, греки, сарматы, арабы, евреи – это все вы должны следовать за мной, а не я должен следовать за вами. Если вы с полной искренностью не присоединитесь ко мне, то не будете достойны даже того, чтобы на вас испражнялись собаки.

Парацельс

Парацельс считал, что живые организмы состоят из химических элементов, которые в здоровом организме находятся в равновесии. В больном же организме это равновесие нарушается. Парацельс первым начал использовать для лечения химические вещества, а не какие-то сложносоставные снадобья. Испытывая действие разных химических элементов на организм, Парацельс заложил основу современной фармацевтики. Образно говоря, Парацельс поставил медицину на химический фундамент, что дало ей возможность развиваться в правильном направлении. Поставил на фундамент, обратите внимание! Парацельс не просто отверг давно устаревшее учение о четырех соках человеческого тела, но и предложил ему замену, правильную замену.

Андрей Сазонов «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках»

Если теперь нам мысленно перенестись в Средние века, века алхимии, то тут нас прежде всего будет интересовать фигура Филиппа, Ауреола Теофраста Бомбаста из Гогенгейма, больше известного под именем Парацельса. Франц Гартман в книге «Жизнь Парацельса и сущность его учения» утверждает, что Парацельс был знатоком медицины, космологии, антропологии, пневматологии, магии, колдовства, алхимии, астрологии, философии и теософии. Вот как!

И все же главным для него интересом была медицина. Вот его завет будущим поколениям: «Явления жизнедеятельности организма, как больного, так и здорового, можно понять, лишь рассматривая и оценивая происходящие в нем химические процессы, а излечения можно достигнуть с помощью химических средств». По его мнению, природной силой, поддерживающей жизнь и борющейся с болезнями, является особый дух, которого Парацельс именовал Археем и который, словно некое живое существо, находится в каждом организме. Если этот «хозяин» организма ослабевает, то, полагал Парацельс, возникает болезнь.

Однако тот же Парацельс возвестил и о наступлении совершенно новой эры в медицине – эры конкретных, так сказать, поименных заболеваний.

ПАРАЦЕЛЬС (1493–1541), выдающийся врач и химик эпохи Возрождения, принявший античное академическое имя (в вольном переводе Парацельс означает «сверхблагородный»), родился в Швейцарии (швейцарский немец) в семье ученого-врача. Образование получил в Ферраре (Италия), и в тридцатилетнем возрасте уже приобрел репутацию замечательного врача и автора многих сочинений по медицине и фармацевтике.

Парацельс был забиякой, задиристым и неуживчивым человеком. Он принял участие в освободительной крестьянской войне в Германии (1527 год). Став профессором Базельского университета, начал читать (новация!) лекции на общепонятном немецком языке, вместо латинского. Курсу своих лекций он предпослал особую программу, где прямо заявил, что не собирается комментировать древних, а намерен разъяснять природу, воспитывать не велеречивых докторов, а врачей, умеющих лечить (легко можно представить себе, как ко всем этим декларациям отнеслись его профессора-коллеги!).

Получив пост городского врача Базеля, тут же начал борьбу против злоупотреблений и стяжательства аптекарей и связанных с ними врачей и городских заправил Базеля. Спасаясь от преследований, вынужден был бежать из Базеля (1528 год). Так начались его долгие скитания по городам и странам и непрерывная борьба за право преподавания и возможность публикации своих трудов. За непримиримость по отношению к существующей медицинской практике и стойкую волю к переменам и реформам Парацельса прозвали «Лютером медиков».

Где он только не побывал и чему только не учился. Он писал: «Я долгие годы посещал высшую школу у немцев, итальянцев, французов. И я не только познал там науку и прочел многие книги, но пустился в дальнейшие путешествия: в Гренаду, Лиссабон, через Испанию, через Англию, через Марку, через Пруссию, через Литву, через Польшу, Венгрию, Валахию, Семиградье (Трансильванию), Хорватию, а также через другие страны. И во всех этих краях и местах я прилежно и старательно выспрашивал и исследовал верное и настоящее искусство врачевания не только у докторов, но также у цирюльников, банщиков, ученых врачей, знахарок, чернокнижников, как они ухаживают за больными, у алхимиков, в монастырях, у благородных и простых, у разумных и глупых».

Добрался он-таки и до России. Его суждения о нашей стране удивительны. О Московской Руси он позже писал: «Есть один народ, который Геродот называет гипербореями. Нынешнее название этого народа – Московия. Нельзя доверять их страшному упадку, который будет длиться много веков. Гипербореи познают и сильный упадок, и огромный расцвет. В этой самой стране гипербореев, о которой никто никогда не думал как о стране, в которой может случиться что-то великое, над униженными и отринутыми воссияет Великий Крест…, воссияет Божественный Свет с горы гипербореев, и его увидят все жители Земли».

Уже в годы учения Парацельс заинтересовался химией. Он не только делал опыты, но и работал на рудниках и горных заводах. Некоторое время служил в армии датского короля Христиана, участвовал в его походах, работал фельдшером в нидерландском войске. Армейская практика дала ему богатейший материал. Парацельс был удивительным, загадочным, сложным и противоречивым человеком. Его считали пьяницей и буяном, женоненавистником, боялись его ясного ума и острого языка, обвиняли в ереси, молились на него, поклонялись как магу и чудотворцу. Он был истинным сыном эпохи Возрождения.

Парацельс писал, что «настоящая цель химии заключается не в изготовлении золота, а в приготовлении лекарств». Врач должен набираться опыта в химической лаборатории, настаивал Парацельс (о себе и о своих учениках он с гордостью заявлял, что они «подобны закопченным кузнецам и угольщикам»).

Парацельс заимствовал из алхимии учение о том, что существуют три основных начала материи (следовательно, и живых организмов): ртуть, сера и соль. И все болезни объясняются нарушением пропорций этих начал в органах животных и человека (лихорадка и чума, полагал Парацельс, происходят от избытка в организме серы, при избытке ртути наступают параличи, избыток соли может вызвать расстройство желудка и водянку и тому подобное и так далее).

Парацельс был видным химиком и в то же время сыном своего времени. Верил в превращения металлов друг в друга с помощью философского камня. Язык его сочинений очень сложен, здесь много фантастических и мистических образов, так что истолковать текст часто совершенно невозможно. И все же этот великий ученый дал могучий толчок как для развития химии, так и для всей новейшей медицины.

Оригинальные взгляды и идеи Парацельса нажили ему несметное число врагов, скончался он в австрийском городе Зальцбурге. К тому времени был напечатан его труд «Большая хирургия». Об авторе заговорили как о выдающемся медике. Его принимали в лучших домах, к нему обращались вельможи. Он имел право заниматься врачебной практикой и писать труды. У него был свой маленький домик на окраине, свой кабинет, своя лаборатория. Было все, кроме одного – здоровья. Вскоре его настигла смертельная болезнь.

На его мраморном надгробии, говорят, была высечена надпись: «Здесь похоронен Филипп Теофраст, знаменитый доктор медицины, который лечил раны, проказу, подагру, водянку и другие неизлечимые болезни тела, обладал волшебным знанием и раздавал добро бедным. В год 1541 на 24 день сентября он сменил жизнь на смерть».

В историю науки Парацельс вошел как основатель ятрохимии («иатрохимии»; по-гречески «иатрос» значит «врач»). «Я иатрохимик, – говорил он, – поскольку знаю и химию, и медицину».

В отличие от Гиппократа Парацельс уже знал химию и пытался сблизить ее с медициной. Но, главное, он считал, что искусство врача в основном сводится к тому, чтобы отличить одну болезнь от другой. Что для каждого заболевания (болезни, точно хищные птицы, свивают гнездо в организме, причем каждая – свое) должен существовать особый ярлычок в общей кассе болезней. И что от каждого недуга есть свое средство, так же как для каждого замка имеется свой ключ.

Врач, настаивал Парацельс, должен быть непримирим к болезням, обязан активно (Гиппократ все предоставлял действию природных сил) сражаться с ней. Его оружие – лекарства, которые изобретает химия.

На дошедших до нас портретах этот реформатор медицины изображен с огромным мечом. Молва утверждала, что в его рукоятке Парацельс прятал изготовленные им тайные зелья. Он требовал от врачей качеств борца и воина, и сам подавал тут пример: был непримирим и крут к своим идейным противникам.

27 июня 1527 года в городе Базеле профессор местного университета вышел на площадь в сопровождении своих учеников. Они несли за ним толстые фолианты сочинений Гиппократа, Галена, Авиценны. На глазах у толпы книги эти были сожжены. Парацельс заявил, что даже завязки его башмаков знают больше, чем эти древние мокротники. Так публично было объявлено о совершенном в медицине перевороте.

Общая суть нововведений сводилась к тому, что отныне необходимо было рассматривать любую болезнь как самостоятельный росток, выросший из особого семени. И лечить ее значило срубить, «как дровосек рубит дерево».

1.4. Джироламо Фракасторо

В болотистых местах часто зарождаются чрезвычайно мелкие организмы, настолько мелкие, что они совсем не могут быть видимы нами; они обитают в воздухе и проникают в тело человека через рот и нос при дыхании; их присутствие в нашем теле является причиной различных болезней.

Римский поэт и ученый Марк Теренций Варрон, I век до нашей эры

Еще полтора века назад считалось, что болезни возникают от «дурного запаха». Теперь мы знаем, что болезни вызывают мельчайшие организмы: микробы и вирусы. Микробы, в свою очередь, делятся на простейших – раньше их называли одноклеточными животными и растениями, и бактерий, которые мельче и устроены проще. А вирусы устроены так просто, что даже непонятно, считать ли их живыми. Фактически вирус – это молекула, которая заставляет наш организм делать миллионы своих копий.

Плэтт Ричард «Самая чумовая книга. Холера, оспа, чума и другая зараза»

Болезни всегда казались людям тайной. Что происходит при недугах? Откуда они берутся? Почему поражают одних и обходят стороной других? Почему существуют разные виды болезней? И самое главное: как сделать так, чтобы болезнь прошла? Множество важнейших вопросов. В зависимости от эпохи и отвечающего, даже если ограничиться исключительно европейским обществом и не обращать внимания на остальной мир, мы получим целый ряд разных ответов на каждый вопрос. Причиной болезни считали волю Бога (богов) и/или неуравновешенность четырех соков (гуморов) тела: последней гипотезы придерживались и древнегреческий Гиппократ, и древнеримский Гален, да и вообще она дожила до середины XIX века. Зачастую подозревали демоническое влияние на недуги. Зловонные ядовитые испарения в воздухе (миазмы, буквально – «дурной воздух») повсеместно считались повинными в заболеваниях: они якобы просачивались в тело и вызывали его гниение. Медики, ученые и мыслители Античности, Средневековья, Возрождения, раннего и позднего Нового времени пытались как-то осмыслить все это и придумать эффективные средства лечения для своих пациентов.

Современные врачи и исследователи тоже этим занимаются, только в наши дни речь идет о генетических факторах, о воздействии окружающей среды, о пациентах с ослабленным иммунитетом и тому подобном. Впрочем, можно с уверенностью сказать, что на этом фронте достигнуто зримое продвижение. Мы знаем, как распространяются инфекционные заболевания, знаем механизмы инфицирования. Мы знаем о микробах, поскольку можем видеть их в микроскоп. А вот Фракасторо догадался об их существовании, просто думая о них.

Айдан Бен-Барак «Почему мы до сих пор живы?»

Веронец Джироламо Фракасторо выделялся среди научных гениев редкой бесконфликтностью. Если медицинская теория входила в противоречие с его политической выгодой или интересами его покровителей, этот прославленный врач эпохи Возрождения всегда умел убедительно защитить ее, причем гекзаметром и на латыни. Практикующий врач по необходимости, поэт и ученый по призванию, он по праву гордился своим поэтическим трактатом Syphilis sivemor bus gallicus, то есть «Сифилис, или французская болезнь», опубликованном в 1530 году и получившим широкое признание.

Джессика Снайдер Сакс «Микробы хорошие и плохие»

Издревле лекари наблюдали и знали, что чаще всего люди заболевают, если их жизнь проходит вблизи болот, выгребных ям, грязи, навоза… Всего того, что неприятно пахнет. Какая тут связь с болезнями? Лекари наивно предполагали, что от этих зловонных мест исходят вредоносные газы – «миазмы».

Концепция «ядовитого воздуха» была принята. И, скажем, к жаркому лету 1665 года, когда Лондон поразила Черная Смерть, бубонная чума, чтобы предотвратить распространение опасных миазмов, лондонцы усердно заколачивали гвоздями двери домов, где были люди, пораженные чумой. И, проходя мимо, чтобы отогнать ядовитые пары, прижимали к носу букетики ароматных цветов.

Да и сами крайне напуганные лекари проявляли крайнюю осторожность. Чтобы уберечься от инфекции, они приближались к больным, надев маску с длинным клювом, а к самим заболевшим прикасались лишь длинной тростью.

Ну а теперь о том, как врачи лечили в далекие-далекие времена. Тут, конечно, нельзя сразу же не вспомнить «отца медицины», древнегреческого врача Гиппократа.

Богатейшая врачебная практика помогала Гиппократу накопить огромный опыт, который он затем обобщал в своих трудах: «О ветрах», «О воздухе, воде и местности», «Прогностика», «Диета при острых болезнях» и т. д. В них, однако, полезные наблюдения перемежались с простительными для тех времен нелепостями.

Так, Гиппократ учил, что компоненты человеческого тела связаны между собой огнем – жаром. Жар этот находится в сердце и отсюда по сосудам растекается по всему телу, регулируя взаимоотношения всех частей. Например, пищу переваривает «желудочный жар», а старики отличаются от молодых тем, что имеют меньше прирожденной теплоты…

И все же Гиппократ недаром считается родоначальником медицины научной, он освободил ее (став реформатором античной медицины) от влияния жреческой храмовой медицины. Он полагал, что болезни людям посылают не боги, они возникают по разным, причем вполне естественным причинам. Однако и Гиппократ видел причины эпидемий среди людей в миазмах. Миазмами, по его мнению, являлись болезнетворные испарения, проникающие в организм при вдохе.

Миазматическая теория Гиппократа господствовала во врачебной науке много веков, пока не пришла в столкновение с жизнью и очевидными фактами. Слишком уж заметным стало значение контакта людей больных и здоровых в распространении заразных болезней. Эпидемии оспы, чумы и других болезней давали этому бесчисленные доказательства.

Итак, в эпидемиях, видимо, главную роль играет заражение здоровых больными. Но как это происходит? Какие и как болезнетворные вещества передаются? Ответы на эти крайне сложные вопросы дал живший в XV веке венецианский врач, писатель и ученый-исследователь в области медицины, географии, математики и астрономии Джироламо Фракасторо.

Фракасторо (1478–1553) родился в итальянском городе Верона, образование получил в Падуе. Здесь среди его товарищей и ближайшего окружения были известные впоследствии деятели итальянского Возрождения – историки и писатели Наваджеро и Бембо, географ и историк Рамузио и поляк астроном Николай Коперник.

Джироламо был одним из образованнейших людей своего времени. По установленному в те времена порядку он в Падуанском университете сначала изучал гуманитарные науки – грамматику, диалектику, риторику, затем философию и математику и, наконец, специальные дисциплины – астрономию и медицину.

В свои двадцать лет Фракасторо уже преподавал в родном университете логику. Некоторое время был врачом-консультантом папы Павла III, имел обширную медицинскую практику. Обобщив взгляды предшественников, начиная с авторов античности до современных ему врачей, он впервые сделал попытку дать общую теорию эпидемических болезней и описание целого ряда заразных недугов: оспы, кори, чумы, чахотки, бешенства, проказы и т. д. В 1546 году он ввел в медицину термин «инфекция».

После смерти Фракасторо его прах был перевезен в родной город, Верону, где в 1555 году ему был установлен памятник. В 1935 году Международный астрономический союз присвоил имя Фракасторо одному из кратеров на видимой стороне Луны.

В Италии, да и в остальной Европе, Фракасторо прославился, написав поэму «Сифилис, или французская болезнь». Она до сего дня считается самой знаменитой медицинской поэмой на свете. Слова в названии поэмы – «французская болезнь» – нуждаются в пояснении.

В.М. Жданов, Г.В. Выгодчиков, Ф.И. Ершов, А.А. Ежов, Н.Г. Коростылев в книге «Занимательная микробиология» пишут:

«Кстати сказать, есть предположение, что сифилис был завезен в Европу из Америки, а уж потом из Европы в другие страны. Это предположение располагает рядом серьезных доказательств: болезнь распространилась в Европе вскоре после путешествия Колумба с той же быстротой, как корь и оспа среди индейцев, и протекала скоротечно и тяжело. Любопытно и то, что у всех народов Европы того времени сифилис считался болезнью западного соседа; итальянцы называли его – «испанской болезнью», французы – «итальянской», в Германии – «французской», в Польше – «немецкой», в России – «польской». Однако есть данные и в пользу того, что эта болезнь была известна еще древнейшему населению Европы и Азии, и ее быстрое распространение в XV веке вызвано социальными причинами».

Громкая слава поэмы «Сифилис», известность и надежное покровительство позволили Фракасторо бросить политиканство и медицинскую практику. И в 1546 году он издает прославившую его в веках книгу. Ее название – «О заразе, заразных болезнях и лечении».

Ныне Фракасторо почитается одним из основоположников эпидемиологии. Он подытожил все достижения медицины прошлого (Гиппократ и Аристотель, Лукреций Кар, Плиний Старший и другие медицинские светила древности) и дал стройную теорию о существовании «живого контагия» – живой причины заразных болезней.

В уже цитируемой нами выше «Занимательной микробиологии» о научном подвиге Франкасторо говорится следующее:

«Положения этой теории вкратце сводятся к следующим тезисам.

Наряду с существами, видимыми простым глазом, есть бесчисленное количество живых “мельчайших и недоступных нашим чувствам частиц”, или семян. Эти семена обладают способностью порождать и распространять подобных себе. Невидимые частицы могут поселяться в гнилой воде, в остающейся после наводнения на суше мертвой рыбе, в падали, могут проникать и в человеческое тело. Поселяясь в нем, они вызывают болезнь. Пути их проникновения весьма разнообразны. Фракасторо различал три вида заражения: через соприкосновение с больным, через соприкосновение с предметами, бывшими в употреблении больного, и, наконец, на расстоянии – через воздух. При этом каждому виду заражения соответствовал свой, особый контагий. Лечение болезни должно быть направлено как на облегчение страданий больного, так и на уничтожение размножающихся частиц контагия».

Смелость обобщений Фракасторо была очень велика. Ученому пришлось бороться с множеством предрассудков, предвзятых мнений; он не посчитался с авторитетом отца медицины – Гиппократа, что уже само по себе для того времени было неслыханной дерзостью. Любопытно, что теория Фракасторо была лучше принята народом, чем коллегами-медиками: такова была сила более чем двухтысячелетнего авторитета Гиппократа!

Фракасторо думал не только о базовых постулатах медицины, но и о практике в борьбе с эпидемиями. Читаем «Занимательную микробиологию» дальше:

«Фракасторо не только дал общую теорию живого “контагия”. Он разработал систему предохранительных мероприятий. Чтобы не допустить распространения контагия, больных рекомендовалось изолировать; ухаживали за ними люди в специальной одежде – длинных балахонах и масках с прорезями для глаз. На улицах и дворах жгли костры, часто из пород дерева, дающего едкий дым, например, можжевельника. С пораженным эпидемией городом прерывалось свободное сообщение. Торговля производилась на специальных заставах; деньги опускали в уксус, товары окуривали дымом. Письма из конвертов вынимали щипчиками.

Все это, особенно карантины, препятствовало распространению заразных болезней. В какой-то степени эти меры применяются и по сей день. Кто не знает о дезинфекции, которую производят в доме заболевшего дифтерией, о строгом режиме инфекционных больниц».

* * *

До сих пор мы лихо промчались галопом по, так сказать, медицинским «векам» истории. Начали с Гиппократа, остановились на более к нам близком по времени Джироламо Фракасторо. Страницы истории, конечно, хотелось бы листать все дальше и дальше. Тут достойны внимания многие события. Но так не терпится доскакать до нашего не менее изумительного времени!

Значимых эпизодов истории медицины дальше в этой книге мы еще не раз будем касаться. Теперь же сделаем простительный перерыв. Погрузимся в наши кажущиеся порой фантастическими медицинские будни.

1.5. Экспертные медицинские системы

Создание искусственного разума – вопрос только времени. Первое: люди овладели качеством сложность, научились создавать искусственные системы по сложности приближающиеся к естественным. Следует надеяться, что они превзойдут этот уровень. Второе условие: ученые поняли, что выделение и переработка информации – модели и действия с ними – процесс объективный. Его можно воспроизвести отдельно от человека, в системах из неживых элементов, при условии их большой сложности. Этого достаточно. Естественный разум – только моделирующая установка из биологических элементов, обеспечивающая выделение и переработку информации. То же возможно воспроизвести искусственно.

Николай Михайлович Амосов «Искусственный разум»

Этап 4 (80-е годы). Четвертый этап ИИ (сокращение слов «искусственный интеллект») стал прорывным. С появлением экспертных систем в мире начался принципиально новый этап развития интеллектуальных технологий – эра интеллектуальных систем – консультантов, которые предлагали варианты решений, обосновывали их, способны были к обучению и, следовательно, к развитию, общались с человеком на привычном для него, хотя и ограниченном, естественном языке. Знание стало товаром. Носителей систем знаний называли экспертами. Человечество получило возможность сохранять и накапливать базы знаний отдельных специалистов (или групп специалистов) в определенной области. Знания стало возможным собирать, тиражировать, проектировать, сделать доступными для всех заинтересованных в нем людей. Появилась новая профессия – «инженер по знаниям» или «инженер-когнитолог».

Владимир Николаевич Ручкин, Владимир Андреевич Фулин «Универсальный искусственный интеллект и экспертные системы»

В феврале 2011 года суперкомпьютер Watson компании IBM выиграл у двух предыдущих чемпионов в американской телевикторине Jeopardy! Watson анализировал вопросы на естественном языке быстрее любого человека. Исследователи из компании IBM предварительно загрузили в память компьютера сотни миллионов страниц данных, а также вооружили его алгоритмами поиска и «чтения» текста – отделения подлежащих, сказуемых и дополнений. Но это было нечто большее, чем просто сверхмощный поиск Google. В Watson использовались передовые алгоритмы, позволяющие «рассуждать», какой из его миллионов гипотетических ответов, скорее всего, правда. За пределами телестудии компьютер представляла целая комната серверов, сравнивающих результаты за доли секунды, пока компьютер не вычислял статистически правильный ответ. Технологии Watson уже рассматриваются в качестве интеллекта роботизированного помощника врача в медицине.

РОБОТЫ большая энциклопедия, 2017 год

Термин «искусственный интеллект» (ИИ, AI – artificial intelligence) возник в 1956 году в США во время летней научной конференции в Дартмутском колледже, финансирование которого осуществлял Фонд Рокфеллера. Автором термина на одном из семинаров стал организатор конференции, молодой математик Джон Маккарти (1927–2011).

Семинар был посвящен разработке решения логических, а не вычислительных задач. И стоит отметить, что в английском языке словосочетание «artificial intelligence» не имеет той антропоморфной окраски, которое оно приобрело в не совсем удачном русском переводе. Ведь слово «intelligence» означает «умение рассуждать разумно», а вовсе не «интеллект», для которого в английском языке имеется аналог «intellect».

Но так или иначе рассуждения об ИИ обычно быстро сворачиваются на прямое или косвенное сопоставление интеллекта машины с интеллектом человека. Сопоставление опасное, ибо трудно точно определить, что собой представляет этот самый «интеллект человека».

В книге «Искусственный интеллект и робототехника» ее авторы Борис Васильевич Костров, Владимир Николаевич Ручкин, Владимир Андреевич Фулин сообщают вот что:

«В настоящее время существует 3 концепции создания искусственного интеллекта: 1. Часть ученых полагает, что интеллект – это умение решать сложные задачи. 2. Другие считают, что интеллект – способность систем к обучению. 3. Третьи уверены, что интеллект – это возможность взаимодействовать с внешним миром путем общения – восприятия и осознания воспринятого».

Конечно, очень было бы желательно, чтобы машина умела бы делать хотя бы что-то из только что перечисленного. И неважно при этом можно ли будет считать машину разумной или нет. И тут на ум приходит такой яркий пример.

Компьютер Deep Blue, детище американской компании IBM, обыграл-таки чемпиона мира по шахматам Гарри Каспарова. И компьютер выиграл не потому, что был умнее своего соперника, просто скорость его реакций в миллионы раз была выше, чем у человека. Компьютер играл в шахматы, ничего в них не смысля, подобно тому, как он выполняет сложные математические действия, совсем не зная математики.

С появлением компьютеров волны жгучего интереса к проблеме ИИ порой сменялись периодами глубокого разочарования. Так, к примеру, в 1973 году возник так называемый «Доклад Лайтхилла», который был подготовлен в Великобритании по заказу Британского совета научных исследований.

Тогда обзор состояния дел в области ИИ был подготовлен известным математиком Лайтхиллом, никак с ИИ профессионально не связанным. В докладе были признаны некоторые достижения в разработке ИИ, однако общий уровень определялся как разочаровывающий. А с позиций практической значимости оценка была и вовсе отрицательной. Этот отчет, полагают, отбросил европейских исследователей ИИ примерно на 5 лет назад, ибо финансирование ИИ тогда существенно снизилось.

Но как это обычно и происходит, движение вниз вскоре сменилось достаточно крутым подъемом. В книге Т.А. Гаврилова, В.Ф. Хорошевского «Базы знаний интеллектуальных систем» эта пора описана так:

«Примерно в это же время существенный прорыв в развитии практических приложений искусственного интеллекта произошел в США, когда к середине 1970-х на смену поисков универсального алгоритма мышления пришла идея моделировать конкретные знания специалистов-экспертов. В США появились первые коммерческие системы, основанные на знаниях, или экспертные системы (ЭС). Стал применяться новый подход к решению задач искусственного интеллекта – представление знаний. Созданы MYCIN и DENDRAL (1976 и 1978 годы), ставшие уже классическими, две первые экспертные системы для медицины и химии…»

Дальше возникло еще большое множество других экспертных систем: PROSPECTOR, область ее деятельности – геологические ископаемые и их разведка, ONCOIN – диагностика раковых заболеваний. Были сооружены ЭС по военному делу, инженерному, информатике, космической технике, математике, метеорологии, промышленности, сельскому хозяйству, управлению, юриспруденции, электронике, физике и т. д. Широкому распространению их мешает лишь то, что дело это очень сложное и дорогое.

Экспертные системы дают советы, проводят анализ, дают консультации и ставят диагноз. Они ориентированы на решение задач, требующих проведения экспертизы человеком-специалистом. Главное достоинство ЭС, этих «колодцев» знания, – возможность накапливать знания, сохранять их длительное время, обновлять их.

Необходимость создания ЭС вызвана острой нехваткой специалистов-экспертов, которые смогли бы в любой момент квалифицированно отвечать на многие вопросы в своей области знаний. Ясно, что хороший эксперт всегда малодоступен, а очень хороший – тем более. Важно и то, что взыскующие ответов от ЭС могут вовсе не знать, как устроен компьютер и как надо писать компьютерные программы для работы с ним. Надо лишь быть специалистом в своей области, который озабочен решением важной конкретной задачи.

Скажем, врач во время работы – будь то прием пациента, выписка рецепта, проведения операции – с помощью ЭС может проверить собственные диагностические предположения, сделанные на основании фактов, полученных из наблюдений, ответов пациента на вопросы, лабораторных анализов, измерения давления, пульса, температуры и других показателей. Для облегчения врачебного вердикта и создаются компьютерные экспертные медицинские системы. Они выполняют свою роль интеллектуального справочника, предлагающего к тому же варианты вопросов к пациенту, основываясь на полученной до этого информации.

Конечно, всякое полезное нововведение должно иметь и некоторые недостатки. Плюсы работы ЭС (их можно долго перечислять): ЭС ничего не забывают в отличие от человека-эксперта. Можно иметь любое количество копий ЭС, а обучение новых экспертов отнимает много времени и средств. Еще удается увеличить производительность и уменьшить затраты на персонал…

Но есть и минусы у ЭС. В дополнение к широкому знанию человек-эксперт имеет и здравый смысл. А пока неизвестно, как заложить здравый смысл в экспертные системы. Вообще человек-эксперт может реагировать на необычные ситуации творчески, экспертные системы не могут. Человек-эксперт располагает широким диапазоном сенсорного опыта, экспертные системы в настоящее время основаны на выводе символов…

Ну а если помечтать о будущем, то рисуется такая радостная картина. Вам что-то нездоровится. Вы хотите получить совет от доктора. Пожалуйста, нажмите на кнопку. И на, допустим, настенном экране возникнет нечто подобное эксперту-медику. Вы расскажете ему о себе и своих симптомах. А он живо проведет поиск по базам данных многих медицинских центров с мировым именем и даст профессиональный медицинский совет с гарантированной точностью, приближающейся к 100 %. Это избавит вас от лишних визитов к врачу, развеет многие сомнения и тревоги. И подобного же рода акцию можно будет затем повторять много-много раз.

1.6. Интернет вещей

К словечку интернет давно привыкли – тут никаких удивлений не возникает. Сидя в Москве, с помощью нескольких ударов по клавишам можно узнать, что в данное время творится в США или, скажем, Аргентине. То есть, по свету гуляет самая разная подчас диковинная информация, и ее удается легко изловить.

Однако с интернетом связаны и другие фокусы. С почти недавних пор возникло еще и понятие «интернет вещей». Это система предметов, объединенных между собой в сеть. Пример? Вы по своему смартфону отправляете сигнал о своем возвращении домой. Сигнал этот получают домашние кофеварка, телевизор и микроволновка. Кофеварка готовит кофе, микроволновка разогревает ужин, телевизор включает вашу любимую передачу.

Фантастика? Нет, это наши ближайшие будни. Любопытно, что их еще в 1926 году предсказал сербский изобретатель, долгие годы работающий во Франции и США, Никола Тесла (1856–1943). Он верил, что радио вырастет в «большой мозг», который объединит вещи в одно большое целое. Причем утверждал, что все это станет возможным благодаря очень компактным инструментам, способным разместиться в кармане твоего пиджака.

Еще раз, интернет вещей – это сеть, объединяющая множество объектов вокруг нас. Частично мы к этому уже привыкли. Имеется сеть компьютеров, смартфонов и даже телевизоров. Но сеть, в которую включены тостеры, кофе-машины, холодильники, зубные щетки, водопровод, электросеть, датчики артериального давления? И всем этим арсеналом вы в состоянии управлять, повинуясь свои прихотям?

Мы привыкаем ко многим сокращениям, например, ИИ – это искусственный интеллект. Вскоре нам придется познать и смысл сокращения IoT. Эта аббревиатура будет все чаще мелькать в СМИ и на просторах мировой сети. IoT – сокращение английских слов Internet of Things (интернет вещей).

Понятие «интернет вещей» ново. Возникло примерно в 2008–2009 года. Именно тогда, считается, как бы произошел официальный переход от интернета людей к интернету вещей. Примерно в эти годы в интернете стало больше предметов, чем людей. А что сейчас? Полагают, что к интернету сегодня подключены десятки миллиардов самых разных устройств: от станков до смартфонов.

Появление «умных» вещей не удивляет. Это один из житейских законов: подчас прогрессом двигает элементарная лень. Изобретение колеса, рычага, появление пультов дистанционного управления – человек придумал все это, чтобы свалить свою работу на различные механизмы.

Конечно, создание интернета вещей – дело непростое. Во-первых, надо подключить вещи к интернету. Сделать ее толику умной, способной осуществлять прием и передачу информации. Создать «умные часы», «умную колонку», «умный дом», «умный офис», «умный автомобиль».

Вторая трудность – умные вещи требуют энергии для своего функционирования. Необходимо осуществить бесперебойное питание приборов, без этого они выпадут из сети, все связи с ними нарушатся. Понятно, иметь для замены миллиарды батареек для миллиарда умных устройств – слишком большая и просто невыполнимая задача. Выход их этой сложной ситуации один – интернет-вещи должны добывать энергию сами – от солнечного света, воздушных потоков, вибраций…

Тема нашей книги – болезни и здоровье, вообще медицина. Что тут сулит нам грядущее половодье новинок интернета вещей?

Много выиграет система здравоохранения и профилактики здоровья. Массу информации дают уже созданные браслеты для занятий спортом. Они подключены к различным приложениям и способны создавать целую экосистему товаров и услуг при занятиях фитнесом – от типов выполняемых упражнений до питания.

Теперь не нужно вручную считать калории и искать информацию о питательных свойствах потребляемых продуктов. Подобные устройства фиксируют физическую активность с помощью акселерометров и дают полную информацию о калорийности, питании и упражнениях. При этом данные пользователь получает в виде графиков, таблиц и рисунков по Сети или через приложение на смартфоне.

Возьмем теперь, скажем, сон. Системы сна заботливо регистрируют данные окружающей среды (уровень шума, комнатную температуру, освещенность), и, в сочетании с информацией, получаемых от датчика, укрепленного под матрасом, дают подробные данные о режиме и фазах сна человека в течение ночи. Эти системы сопрягаются с программами для смартфонов, что дает возможность разрабатывать персональные программы для засыпания и пробуждения.

Существуют и системы для определения и корректировки осанки, устройства, измеряющие мускульное напряжение и расход кислорода во время тренировки, есть и небольшие устройства для физических упражнений с изометрической мышечной нагрузкой. Они мгновенно передают данные через приложение для смартфонов.

До сих пор речь шла о контроле физического здоровья. Кроме этого, становятся все более популярными и разнообразные медицинские приборы, которые раньше стоили сотни и тысячи долларов. Это тонометры, глюкометры, домашние дозаторы лекарств, которые отмеряют не только дозу препарата, но и напоминают о времени его приема, а также уведомляющие обслуживающих больного лиц, если что-то пошло не так.

Уже совсем скоро доктора станут вживлять в наши тела микродатчики и нанороботов. Подобные устройства отслеживают состояние органов и тканей организма и определяют, когда необходимо принять лекарство и какова должна быть оптимальная дозировка. Попутно они будут отправлять информацию лечащим врачам.

Нет сомнений, что в медицине интернет вещей произведет революцию. Вместо привычного раз в год посещения врача для беглого осмотра, можно будет иметь данные непрерывного мониторинга своего здоровья все 365 дней в году.

В истории человечества было три революционных момента. Сначала, миллионы лет назад в южных районах Африки появились первые люди и образовались человеческие сообщества. В ходе второй революции, где-то 5000 лет назад, состоялся период возникновения цивилизаций. Пару веков назад совершилась промышленная революция. В настоящее время мы переживаем четвертую великую революцию.

Мы уже входим в эпоху интернета четвертого поколения, интернета вещей. По-настоящему он вступит в свои права в третьем десятилетии XXI века. В любое устройство можно будет вставить микрочип, и оно станет «умным». Умные дороги, умные здания, умные города, люди со встроенной памятью…

Сознаем ли мы это или нет, но похоже, что сейчас мы инициировали создание умной планеты, на которой все и вся будут соединены друг с другом и могут постоянно обмениваться информацией. Ведутся оценки, сколько вещей будет связано. В частности, предполагается, что к 2025 году обмениваться информацией будет сотня миллиардов умных вещей.

1.7. Запад есть Запад, Восток есть Восток

На Западе философия науки основана на допущении, что человек существует отдельно от природы, что его, как машину, можно разобрать и свести к составным частям. Действительность помещается в ощутимой структуре материи, которую можно измерить, выразить количественно и проанализировать. События происходят по неизменным законам. Такое научное представление уходит корнями в почву Аристотелева «эмпирического материализма», к которому вновь обратились в эпоху Возрождения. У Аристотеля действительностью считается лишь то, что подтверждается материально. Материя понимается как нечто постоянное и неизменное и потому реальное.

В рамках данного мировоззрения природа и люди – суть машины, управляемые законами механики: одновременно системы, выполняющие работу, и орудия производства. Соответственно, западная медицина занимается исследованием работы человеческой машины. Когда люди уподоблены машинам, врачи превращаются в механиков. Механик время от времени совершает действия по уходу за машиной, но обычно занимается ею в случаях острой необходимости, когда надо срочно произвести ремонт. Он копается в ее деталях, заменяя отказавшие, и возвращает машину в рабочее состояние. Отсюда следует, что европейский врач, как механик, чинит сломанное тело-машину.

Механику удобнее, если все детали машины стандартизированы и унифицированы. Тогда детали можно легко заменить, поскольку они взаимозаменяемы, а их поломка становится предсказуемой: на основании изучения одного тела можно судить о другом. Стандартные заболевания развиваются по известным причинам, поэтому можно разработать общие методики лечения. Такой подход целиком ориентирован на сходство всех людей и упускает из виду то, что делает их разными и неповторимыми. Когда группе людей ставится одинаковый диагноз, они получают одинаковое лечение. Наука и промышленность позволили медицине действовать на массовых началах. Та же механистическая философия, которая вдохновила массовое производство в промышленности, вызвала к жизни массовые медицину и здравоохранение.

Вера Лебедева «Препараты “Тяньши” и Цигун»

Эти неизбежные в процессе врачевания деловитость и специализация должны были в девятнадцатом веке усилиться сверх меры, ибо между пользуемым и пользующим возникло еще третье, полностью бездушное существо: аппарат. Все более ненужным становится для диагноза проницательный и творчески сочетающий симптомы взор прирожденного врача: микроскоп открывает для него зародыш бактерии, измерительный прибор отмечает за него давление и ритм крови, рентгеновский снимок устраняет необходимость в интуитивном прозрении. Все больше и больше лаборатория принимает на себя в диагностике то, что требовало от врача личного проникновения, а для пользования больного химическая фабрика дает ему в готовом виде, дозированным и упакованным, то лекарство, которое средневековый медик должен был собственноручно, от случая к случаю, перемешивать, отвешивать и рассчитывать. Засилье техники, проникшее в медицину хотя и позже, чем повсюду, но столь же победоносно, сообщает процессу врачевания деловитость некоей великолепным образом разработанной по деталям и по рубрикам схемы; понемногу болезнь – некогда вторжение необычного в сферу личности становится противоположностью тому, чем была она на заре человечества: она превращается, большею частью, в «обычный», «типический» случай, с заранее рассчитанной длительностью и механизированным течением, делается задачею, доступной разрешению методами рассудка. К этой рационализации на путях внутренних присоединяется, в качестве мощного пополнения, рационализация извне, организационная; в клиниках, этих гигантских вместилищах горя человеческого, болезни распределяются точно так же, как в деловых универсалах, по специальным отделениям, с собственными подъемниками, и так же распределяются врачи, конвейером проносящиеся от постели к постели, исследующие отдельные «случаи» – всегда только больной орган – и большей частью не имеющие времени заглянуть в лицо человека, прорастающего страданием. Исполинские организации больничных касс и амбулаторий привносят свою долю в этот обездушивающий и обезличивающий процесс; возникает перенапряженное массовое производство, где не зажечься ни одной искре внутреннего контакта между врачом и пациентом, где, при всем желании, становится все более и более невозможным малейшее проявление таинственного магнетического взаимодействия душ. И тут же, в качестве ископаемого, допотопного экземпляра, вымирает домашний врач, тот единственный, кто в больном знал и человека, знал не только его физическое состояние, его конституцию и ее изменения, но и семью его, а с нею и некоторые биологические предпосылки, – он, последний, в ком оставалось еще нечто от прежней двойственности жреца и врачевателя. Время сбрасывает его с колесницы. Он являет собою противоречие закону специализации и систематизации, так же как извозчичья лошадь по отношению к автомобилю. Будучи слишком человечным, он не подходит больше к ушедшей вперед механике медицины.

Стефан Цвейг «Врачевание и психика»

Родившийся в Индии, в Бомбее, англичанин Джозеф Редъярд Киплинг (1865–1936), писатель и поэт, долгие годы в качестве корреспондента газет проведший вне Англии в странах Востока – Бирма, Китай, Япония – стал автором известного поэтического заявления: «Запад есть Запад, Восток есть Восток – им не сойтись никогда».

Наша книга о медицине. И тут фразу Киплинга можно легко расчленить на три части. Сначала утверждаются уникальность, неповторимость как медицины Запада, так и медицины Востока. Затем следует гадание о возможности в будущем или их взаимного единения, или еще большего отторжения друг от друга.

Пока же мы собираемся толковать об особенностях становления и возмужания лишь западной медицины. О ее становлении, характере и особенностях известный австрийский писатель, драматург и журналист Стефан Цвейг (1881–1942) кратко и талантливо высказался в своей книге «Врачевание и психика» (вышла в 1931 году).

Прежде всего, в тьме давно ушедших тысячелетий Цвейг видит трактовку болезни лишь как наказанье божье, как заслуженное, так и нет. Пишет в книге «Врачевание и психика»:

«Таким образом, в доисторическую пору человечества борьба за здоровье означает не борьбу с отдельною болезнью, а борьбу за бога. Всяческая медицина на земле начинается как теология, как магия, культ, ритуал. Как напряженность души человека против посланного богом испытания. Телесному страданию противопоставляется не технический, а религиозный акт. Не ищут причин недуга, а ищут бога. Не борются с болевыми явлениями, а пытаются замолить болезнь, искупить ее, откупиться от бога при помощи обетов, жертв и церемоний, ибо только тем путем, каким пришла она, – путем сверхъестественным – может она и отступиться».

Вот так вначале медицина и богословие составляли поначалу одно тело и одну душу. Однако постепенно наука излечения отринула божественное происхождение болезни, стала самостоятельной. И тут возникли не только плюсы, но и минусы.

Врач перестал быть союзником и утешителем, превратился в исключительного носителя специализированных знаний и героическим борцом с недугами. Пациента стали приучать к мысли, что только врач может разобраться в причинах болезни и даровать выздоровление. Врачи, став узкими специалистами, утратили знание своих пациентов как реальных людей.

Теперь единое душевное явление «болезнь» распадается на бесчисленные, точно обозначенные болезни. Теряется духовная связь врача с пациентом-человеком. И постепенно «врачебное» искусство превращается в «искусство ремесленное».

Стефан Цвейг пишет:

«Научная медицина рассматривает больного с его болезнью как объект и отводит ему, почти презрительно, абсолютно пассивную роль; ему не о чем спрашивать и не о чем говорить; все, что он должен делать, – послушно и даже без единой мысли следовать предписаниям врача и по возможности выключить себя самого из процесса пользования. В этом слове «пользование» – ключ ко всему. Ибо в то время, как в научной медицине больного «пользуют» в качестве объекта, метод душевного врачевания требует от больного прежде всего, чтобы он сам пользовался душою, чтобы он, как субъект, как носитель и главный исполнитель врачевания, проявил максимум возможной для него активности в борьбе с болезнью. В этом призыве к больному – воспрянуть душою, собрать воедино свою волю и целостность своего существа противопоставить целостности болезни – и состоит существеннейшее и единственное врачебное средство всех психических методов, и пособничество их представителей ограничивается по большей части не чем-либо иным, как такого рода словесным обращением. Но того, кто знает, какие чудеса может совершать Логос, творческое слово, это чародейное сотрясение уст в пустоте, создавшее бесчисленные миры и бесчисленные миры разрушившее, того не поразит, что в науке врачевания, как и во всех других областях, несчетное число раз совершались при посредстве единого слова истинные чудеса, что только через словесное обращение и взгляд – этих посланцев от личности к личности – во многих случаях могло быть восстановлено, исключительно воздействием на дух, здоровье в организмах совершенно расшатанных. В полной мере чудесные, исцеления эти не являются ни чудом, ни исключительным явлением; они лишь смутно отражают все еще неясный для нас закон взаимодействия высшего порядка между телом и душою, который полнее, может быть, исследуют будущие поколения; для нас же довольно и того, что возможность врачевания путем чисто психическим уже не отрицается и что по отношению к явлениям, необъяснимым с точки зрения чистой науки, установилось известного рода смутное признание».

А дальше между врачом и пациентом возникает частокол технических средств исследования. Медик смотрит на мир через микроскоп, тем самым ограничивая свое поле зрения, он утрачивает ощущение цельности представшей перед ним системы. Антагонизм между врачами и пациентами возрастает. Для постановки диагноза теперь все реже нужен проницательный и способный к синтезу глаз прирожденного врача.

И вот на этом безрадостном фоне Стефана Цвейга поражают успехи в лечении редких одиночек-целителей, бросивших вызов рутинной медицине. Цвейг пишет:

«Фантастическое положение: в эпоху, когда медицина, благодаря сказочному вооружению своей техники, творит истинные чудеса, когда она научилась дробить, наблюдать, фотографировать, измерять, подвергать своему воздействию и изменять малейшие атомы и молекулы живой ткани, когда все другие точные науки поспешествуют ей и сопутствуют и ничто органическое не являет как будто тайны, – как раз в этот самый миг ряд независимых исследователей доказывает ненужность во многих случаях всей этой аппаратуры. Они открыто и неопровержимо свидетельствуют своими делами о том, что и в нашу пору, как некогда, можно с голыми руками, исключительно путями психическими, добиться исцеления, и даже в тех случаях, когда ничего не мог сделать до них величественный и точный механизм университетской медицины.

На сторонний взгляд, система их непонятна и почти смешна в силу своей незначительности: врач и пациент мирно сидят рядом и, кажется, просто болтают. Ни рентгеновских снимков, ни измерительных приборов, ни электрической цепи, ни кварцевых ламп, ни даже термометра – ничего нет от всего того технического арсенала, который составляет справедливую гордость нашего времени; и все-таки их древний метод действует часто с большею силою, чем ушедшая вперед терапия».

Глава 2. Восточная медицина

В китайской медицине здоровье рассматривается как способность организма реагировать на широкое разнообразие раздражителей таким образом, чтобы поддерживались равновесие и цельность. Заболевание представляет собой неспособность адаптироваться к какому-либо условию, общее нарушение равновесия и разрыв ткани организма.

Источником заболевания является любое условие, создающее напряжение для организма, с которым последний не может справиться. Это может быть и вредное вещество, и дурное чувство. Заболевание – есть проявление нестабильного процесса, модель дисгармоничных отношений. Когда защитные силы ослаблены, а резервы исчерпаны, множество факторов вступают во взаимодействие, допуская возникновение болезни. Высказывание «Человек болен не тогда, когда у него возникает болезнь, а болезнь возникает, когда он болен» точно передает суть этого взгляда.

Вера Анатольевна Лебедева «Препараты “Тяньши” и Цигун»

Если сравнить развитие терапевтического направления в Древнем Китае с хирургическим, то результат сильно удивит. На фоне замечательно развитой терапии, включавшей в себя даже диетологию и вакцинацию против натуральной оспы, хирургия выглядит, мягко говоря, бледно. Можно сказать, что дальше безопасной кастрации, то есть такой, после которой подавляющее большинство прооперированных выживали, китайские хирурги не продвинулись. Причиной стало распространение конфуцианства, которое неодобрительно относилось к хирургическим методам лечения. Согласно конфуцианским представлениям, человек должен быть похоронен таким же, как и родился, в целом, неповрежденном, виде. Например, ради этого евнухи всю жизнь хранили свои отсеченные яички, которые клались в гроб при погребении.

Вскрытие тел с целью изучения приравнивалось к осквернению трупов. Исключение составляли те случаи, когда вскрытие проводилось по приказу правителей или судей, например – для установления факта отравления или же для выявления причин эпидемии.

Терапевтическое лечение считалось занятием уважаемым, даже не столько занятием, сколько искусством, а хирургия – делом, не достойным благородного мужа. Нередко хирургией занимались не врачи, а цирюльники, массажисты или лекари, специализировавшиеся на животных. Примерно такое же положение дел наблюдалось и в средневековой Европе.

Но при таком плачевном финише старт у китайской хирургии был хороший. Так, например, знаменитый врач Хуа То, живший во II веке, по свидетельству современников, умел удалять пораженные болезнью части внутренних органов и даже опухоли головного мозга, причем проводил все эти операции под анестезией – пациенту давалась смесь рисового вина с истолченными в порошок сушеными соцветиями и листьями конопли.

Андрей Сазонов «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках»

Особую роль в древних культурах играла медицинская астрология, основанная на составлении гороскопов, которые предсказывали судьбу, характер и здоровье человека в зависимости от того, как были расположены на небе звезды и планеты в момент его рождения, а также во время важных событий его жизни. Египетские жрецы разделили человеческое тело по числу декад в году на 36 частей, каждая из которых находилась под покровительством какой-либо планеты, звезды или созвездия. Ее расположение на небе учитывалось при выборе методов лечения. Астрологи Древнего Ирана считали, что жрецы, владеющие медицинским искусством, спустились на землю со звезд Большой Медведицы, чтобы помочь людям избавиться от болезней. Для этого надо было восстановить гармонию между человеком и космосом: отказаться от таких пороков, как лживость, гордыня, жадность, пьянство. Прежде чем приступить к лечению, врач-астролог составлял подробный гороскоп больного, в котором учитывалось не только расположение звезд и планет в момент его рождения, но и линии руки, цвет кожи, глаз, волос, пятна и родинки на лице и теле, особенности строения черепа. На основании такого гороскопа врач готовил лекарство – «золотой порошок» из трав, минералов и животных продуктов.

Светлана Марковна Марчукова «Медицина в зеркале истории»

Когда произносят слова «западная медицина», тут, вроде бы, все понятно. Это в основном медицина Европы, частично России, а затем еще и США. Со словами «восточная медицина дело обстоит гораздо сложнее. Подразумеваются достаточно различающиеся в деталях и практике медицины, подразумеваются в основном многие азиатские страны – Иран, Тибет, Индия и прежде всего Япония и Китай. В данной книге мы сосредоточим свои основные усилия на древнейшей из восточных медицин – китайской, которая в основном сформировалась, видимо, где-то в середине первого тысячелетия до нашей эры.

2.1. Основы китайской медицины

Китайская медицина уходит корнями в глубокое прошлое и связана с древней философией, согласно которой существует Великая Триада: Небо-Человек-Земля. Единство двух начал – Земли и Неба (инь и ян) – источник возникновения всех вещей во Вселенной, их сочетание и взаимодействие определяют собой чередование космических явлений. Инь – женское начало, его качества – погружение, падение, покой; ян – мужское начало, его качества – выплывание, подъем, движение.

Светлана Марковна Марчукова «Медицина в зеркале истории»

Инь и Ян породили пять стихий, из которых состоит Вселенная, – воду, огонь, дерево, металл и землю. Число пять – это главное число китайской медицины. Человек проходит через пять состояний – рождение, взросление, изменение, увядание и смерть. В теле его есть пять основных органов – печень, сердце, легкие, почки и селезенка. Человеку свойственны пять добродетелей – гуманность, мудрость, верность, справедливость и соблюдение ритуалов (не удивляйтесь последнему качеству: китайцы придают ритуалам и традициям огромное значение). Человек способен испытывать пять эмоций – радость, раздумье, печаль, гнев и страх…

Добродетели и эмоции упомянуты не случайно. В традиционном китайском представлении излечиться от тяжелого заболевания могут только добродетельные люди, а эмоции обладают лечебным действием.

Андрей Сазонов «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках»

Западная и Восточная медицины различаются разительно. В древнейших китайских медицинских трактатах зафиксировано, что цель медицины не в устранении нарушений, а в сохранении порядка. Важно не лечение, а профилактика заболеваний. Попытка бороться с болезнью столь же глупа, как искать источник при появлении жажды.

В трактате Ней-цине можно прочесть язвительное высказывание:

«Применять лекарства к болезням, которые уже развились… это все равно, что начинать копать колодец, когда испытываешь жажду или начинать отливать пушки, когда началось сражение. Не слишком ли поздно приниматься за такое дело?»

Китайская медицина рассматривает человеческий организм как единое целое, связанное множеством уз с окружающей его природой и даже шире – со всем миром.

Вера Анатольевна Лебедева в книге «Препараты “Тяньши” и Цигун» пишет об этом так:

«Поскольку все сущее соединено в единый круг, здоровье понимается широко, включая в себя все аспекты существования в социальной и естественной среде. То, что хорошо для природы, хорошо для человека, что хорошо для одного, хорошо и для всех. То, что хорошо для души, полезно и для тела и т. д. Ущерб одному наносит ущерб и другому. То, что плохо для сердца, плохо для всего тела, то, что вредно одному человеку, вредно всем, то, что наносит урон природе, вредно и мне. И наоборот. Сохранение или возвращение здоровья одного тела и души способствует благополучию целого, Земли и всей жизни на ней».

Равновесие – ключевое понятие китайской теории здоровья. Болезни проявляют себя, когда организм человека выходит из равновесия и ци в нем не в состоянии циркулировать должным образом. Причин для дисбаланса великое множество: дурная диета, недостаток сна, дефицит физических упражнений, разлады в семье или в обществе. Виноваты бывают и внешние причины: аномалии погоды, смена времен года. Важно и сохранение эмоционального равновесия.

И тут необходимо понимать, что вместе с нарушением равновесия существует и природное стремление к возвращению прежнего равновесия. Строгая черта между болезнью и здоровьем в древних китайских текстах отсутствует. Это просто два естественных состояния, аспекты существования индивидуального организма в постоянно меняющейся окружающей среде.

Но раз болезни неизбежны в течение жизни, то и стремление достичь совершенного здоровья не может быть целью ни пациента, ни врача. Цель китайской медицины иная – добиться как можно лучшей адаптации пациента к окружающей среде.

При этом пациент тут должен играть важную, активную роль. Китайский врач уверен: человек сам ответственен за поддержание своего здоровья. Главная ответственность тут лежит не на враче, а на человеке-пациенте. Долг последнего – всеми силами поддерживать свое здоровье. Для этого он обязан жить в соответствии с законами общества и заботиться о своем организме, придерживаясь рядом вполне практических методов.

Так, повторимся, на первый план в китайской медицине выходит профилактика. Главная задача китайского врача – не допустить появление дисбалансов в организме пациента. Не случайно врачам в древнем Китае платили лишь тогда, когда пациенты оставались здоровыми. И переставали платить, если пациенты заболевали. И по тем же причинам, китайские врачи часто отказывались лечить пациента, если видели, что его состояние тяжелое и шансы на выздоровление малы.

Итожа все вышесказанное, подчеркнем еще раз различие между врачами на Западе и на Востоке. В западной медицине врач, обладающей высокой репутацией, это обычно достаточно узкий специалист по каким-то участкам человеческого тела. За его пределами он осознанно считает себя человеком малокомпетентным.

Совсем иное идеальный врач в китайской медицине. Это мудрец, который знает, как вместе действуют все части человеческого организма, отзываясь на влияние всей окружающей среды. С каждым пациентом он сообщается на индивидуальной основе. Диагноз такого врача не сводится лишь к установлению конкретного заболевания. Его задача – проследить, как состояние психики и тела пациента связано и реагирует на смены природного и социального окружения.

2.2. Китайский врач – садовник

В восточном мировоззрении человек – это микрокосм природы, маленькая вселенная. Люди воплощают связь Неба и Земли, они порождены союзом этих стихий, являясь сплавом космических и земных сил. Китайский иероглиф, обозначающий человека, представляет собой фигуру, уходящую корнями в землю, как дерево, с руками, вытянутыми, подобно ветвям, в небеса, черпающую силы сверху и снизу. Сохраняясь силой земли и преобразуясь под действием небесной силы, человечество неотделимо от природы, мы и есть Природа, выступающая в форме людей. Представляя собой космос в миниатюре, мы движемся под действием тех же сил, что и он. Добро и зло относительны, а не абсолютны. Жизнь и смерть уравновешивают друг друга. Видимое и невидимое, соматическое и психическое являются аспектами одного непрерывного процесса, по определению вечно изменяющегося и текучего.

Вера Анатольевна Лебедева «Препараты “Тяньши” и Цигун»

Высокомерная, изнывающая от обилия всевозможных технологических средств всестороннего обследования больного человека, западная медицина постепенно начинает знакомиться с особенностями и достижениями восточной медицины. В частности, с мудрой и кажущейся Западу даже чересчур мудреной древней китайской медициной.

И тут китайцы сами стремятся пойти навстречу западным коллегам. Начиная с 80-х годов ХХ века ряд китайских компаний попробовали объединить в выпускаемой ими продукции многовековой опыт китайской медицины и суперсовременные биотехнологии. Цель – сделать доступными и понятными для западного потребителя достижения китайской медицины и фармакопеи.

В частности, группа компаний корпорации «Тяньши» активно занимается производством и распространением биологических добавок к пище. В 2004 году издательством «Феникс» была издана в России книга Веры Анатольевны Лебедевой «Препараты “Тяньши” и Цигун».

Что такое Цигун? Это, так сказать, «китайская йога», «китайская расслабляющая гимнастика». Это система упражнений, состоящая из простых физических движений, соответствующих поз тела и особого дыхания. Эти упражнения намного проще йоги, которая требует очень гибкого тела для выполнения своих конкретных поз.

Теперь несколько слов об авторе книги «Препараты “Тяньши” и Цигун». Лебедева в Главе 1 книги, озаглавленной «Символы западной и восточной медицины», объясняет принципиальные отличия этих двух типов медицин. Тут очень показательны два подзаголовка в тексте: «Врач-механик – символ медицины Запада» и «Врач-садовник – олицетворение восточной медицины».

Вера Анатольевна пишет:

«Когда человек подобен саду, врач подобен садовнику. Китайский врач культивирует жизнь. Сад – это динамичная саморегулирующаяся система, которая преобразует солнечный свет (Ян) и воду (Инь) в живую растительную ткань. В цикле времен года существуют сезоны прорастания побегов, созревания, жатвы и образования компоста. Посредством этого процесса сад непрерывно пестует и воспроизводит себя. Это взаимодействие Инь и Ян и поддерживает жизнь. Максимальный рост происходит благодаря правильному соотношению тепла и света солнца с прохладой и влагой. Сад здоров, когда преобладают благоприятные условия для роста, а растения достаточно стойки, чтобы выдержать неблагоприятные воздействия. Мощная экосистема может преодолеть периодически происходящие наводнения, весенние грозы, нашествия насекомых или появление плесени из-за повышенной влажности, то есть она достаточно гибка, чтобы восстановиться, когда трудности миновали.

Садовник не заставляет сад расти. Это делает природа. Садовник – ее союзник, подготавливающий почву, высевающий семена. Он поливает, удаляет сорняки, сажая, правильно располагает растения по отношению друг к другу и к солнцу. Если садовник не будет ухаживать за садом, тот потеряет свою неповторимость и одичает, полностью слившись с окружающей его растительностью. Садовник защищает сад, способствуя росту в одних местах, ограничивая его в других, удобряет его перегноем, чтобы поддерживать плодородие почвы. Он следит за взаимодействием сада со средой и помогает ему.

Как сад, так и человеческое тело – суть микрокосмы природы. Процессы, циклы и условия, существующие в саду, можно наблюдать и в жизни человека.

Как сад, так и человеческое тело – суть микрокосмы природы. Процессы, циклы и условия, существующие в саду, можно наблюдать и в жизни человека. Подобно земле, человеческое тело обтекает и пронизывает Ци, которая связывает и одушевляет его разнообразную деятельность. Человеческое тело подвержено тем же ритмам и циклам, что и сад. Человек воплощает эти циклы и взаимодействует с ними: суточными, месячными, сезонными и тянущимися всю жизнь. Тысячелетиями врачи наблюдали циклы в природе и разрабатывали концепции человеческого тела в терминах цикличности. Они рассматривали человека как замкнутую на самое себя систему, включающую органы и подсистемы. Тело представляется не в виде совокупности клеток, тканей и других структурных компонентов. Скорее оно понимается на основе соотношения между формой и процессами, которые генерируют, регулируют и аккумулируют Кровь, Влагу и Ци».

Здесь полезно будет пояснить смысл часто мелькающих в текстах китайских слов Инь, Ян и Ци.

В древнекитайской мифологии и натурфилософии Инь и Ян – две базовые противоположные силы мироздания, формирующие все Бытие. Это как бы женский и мужской принципы. К примеру, возьмем и противопоставим холод и тепло, ночь и день, влагу и сухость, приятность и неприятность… Символ инь-ян обычно изображают в виде круга, образа бесконечности, разделенного волнистой линией на две половины – темную (инь) и светлую (ян).

А что есть Ци? Это нечто вроде особого вида энергии. Тут уместны слова «эфир», «воздух», «жизненная сила». Энергия ци в китайской медицине пронизывает тело организма и является некой жизненной субстанцией, которая и формирует все во Вселенной. Это первовещество, возникшее еще на этапе зарождения мира.

А вот что пишет про Ци Вера Анатольевна Лебедева:

«Земля состоит из суши, океана и атмосферы, и тело, подобно ей, включает Кровь, Влагу и Ци. Кровь управляет материальной формой тела, Влага – внутренней средой, океаном человека. Ци регулирует форму и деятельность тела, и происходящие в нем процессы самоформирования и самоорганизации. Ци также означает общность Крови, Влаги и самой Ци: земли, моря и воздуха, суммированную жизнь организма, тела и мира.

Каждое явление в организме – это продукт взаимодействия между Кровью, Влагой и Ци. Без надлежащей Влаги Ци разогревается и возбуждается, а Кровь высыхает и свертывается. Без Ци Кровь и Влага застаиваются и прекращают циркуляцию. Каждая составляющая существует как отдельный элемент, но при этом полностью зависит от более крупной системы – тела. Все функции и процессы взаимозависимы, совместно генерируются и взаимно регулируют друг друга.

В совокупности Кровь, Влага и Ци представляют видимое и невидимое, общее и очищенное, субстанцию и процесс, соматическое и психическое. Кровь – это материальная субстанция, а также процесс генерирования, распределения и хранения питательных веществ. Влага – аморфная субстанция, а также процесс генерирования, распределения и хранения жидкости. Ци – это невидимая субстанция, а также нематериальная сила, проявляющаяся в виде движения и действия, посредством которых она становится ощутимой и доступной наблюдению. Влагу невозможно отделить от процесса увлажнения, Кровь – от питания, а Ци – от движения. Они являются частями континуума ощутимых форм и имманентных функций. Подобно тому как лед, вода и пар являются тремя формами существования вещества одной и той же молекулярной структуры, Кровь, Влага и Ци – это три проявления одной и той же «жизненной силы». В момент смерти происходит разрушение континуума: ткань и дух отделяются от формы и процесса».

Деятельный, неутомимый садовник с раннего утра до поздней ночи пропадает на своем земельном участке. Как много надо перелопатить! Сколько забот, неотложных деталей в садоводческой деятельности. Но разве не также ведет себя и заботливый, честный в своей врачебной деятельности китайский врач?

Читаем написанные Верой Анатольевной Лебедевой строки:

«Недостаток солнечного света, истощение почвы, перерастание семян – все это мешает благополучному росту сада. Аналогично дефицит Ци, неправильное питание и слабая циркуляция Крови и Влаги подрывают здоровье. От излишка солнца растения сгорают, от излишка ветра – пересыхают, а от избытка влаги у них загнивают корни. Однако в отсутствие света, воды и воздуха семена не могут прорасти и начать развиваться. Климат, эмоции, деятельность, в которых протекает жизнь, не являются изначально хорошими или дурными. Благополучное следование модели нарушается из-за их избытка (чрезмерного воздействия) или недостатка.

Садовнику иногда приходится прибегать к крайним мерам, например, разводить огонь или применять яд, чтобы справиться с вредными насекомыми или сорняками. Но, борясь с паразитами, он должен проявлять осторожность, чтобы не нанести саду непоправимый урон. Врачи, как садовники, защищают Ци, когда совершают наступление на болезнь. В процессе борьбы с болезнью врач, практикующий китайскую медицину, старается восстановить приспособляемость и силу тела. Именно способность к адаптации и стойкость определяют здоровье. Если Ци оказывается распыленной, это подрывает способность к выздоровлению у человека.

Сад – это динамичная саморегулирующаяся система, которая преобразует солнечный свет (Ян) и воду (Инь) в живую растительную ткань. В цикле времен года существуют сезоны прорастания побегов, созревания, жатвы и образования компоста. Посредством этого процесса сад непрерывно пестует и воспроизводит себя. Это взаимодействие Инь и Ян и поддерживает жизнь.

Как сад, так и человеческое тело – суть микрокосмы природы. Процессы, циклы и условия, существующие в саду, можно наблюдать и в жизни человека.

Подобно земле, человеческое тело обтекает и пронизывает Ци, которая связывает и одушевляет его разнообразную деятельность. Человеческое тело подвержено тем же ритмам и циклам, что и сад. Человек воплощает эти циклы и взаимодействует с ними: суточными, месячными, сезонными и тянущимися всю жизнь. Тысячелетиями врачи наблюдали циклы в природе и разрабатывали концепции человеческого тела в терминах цикличности. Они рассматривали человека как замкнутую на самое себя систему, включающую органы и подсистемы. Тело представляется не в виде совокупности клеток, тканей и других структурных компонентов. Скорее оно понимается на основе соотношения между формой и процессами, которые генерируют, регулируют и аккумулируют Кровь, Влагу и Ци».

В конце главы 1 книги «Препараты “Тяньши” и Цигун» тон слов Веры Анатольевны Лебедевой достигает философских высот, поднимается на уровень чистого теоретизирования. Вот ее слова:

«Природа, подобно симфонии, состоит из сложных, переплетающихся между собой рисунков, моделей формы и движения. Эти рисунки повторяются в каждой более мелкой системе. Отношение тела к природе подобно отношению скрипки к оркестру. Струны играют в скрипке ту же роль, что органы в теле. Музыкальные колебания каждой из струн подобны функциям органов тела. Для гармоничной игры оркестра необходимо, чтобы струны каждого инструмента звучали в лад и все инструменты были одинаково настроены. Если какой-то один инструмент настроен неправильно, в звучании оркестра возникнет диссонанс, гармонии не получится.

Этим примером можно проиллюстрировать аспект китайской философии, известный как теория соответствий. Попросту говоря, эта теория утверждает, что для равновесия крупной системы в целом необходимо, чтобы каждая из входящих в нее более мелких систем находилась в равновесии. Этот принцип гармонии работает на любом уровне сложности. Модели гармонии одной системы отражают и генерируют модели гармонии сходных систем, а также систем более высокого и низкого порядков сложности. Теория соответствий постулирует, что события происходят во взаимосвязи. Они соединены взаимной силой независимо от своего расположения во времени и пространстве. Ци – это среда, которая связывает все события друг с другом, выходя за временные и пространственные пределы, потому что образуемые модели сохраняются, выходя за пределы времени своего создания. Причинно-следственный подход, который превалирует в западной философии, постулирует, что события возникают в виде последовательностей, подобных ряду падающих косточек домино, каждая из которых толкает следующую.

Как мы видели, в западной медицине делается акцент на одной причине, которая приводит в действие определенный патологический или физиологический процесс. Линейная непрерывность времени и пространства связывает события, и то, что произошло в прошлом, лишь косвенно влияет на современное состояние через цепь причин. Китайская же медицина основывается на том, что, если реорганизовать существующую модель дисгармонии в гармоничную модель отношений, изначальная причина исчезнет, так как условия, в которых она коренилась, прекратят существовать. Китайская медицина направлена на исправление условий, а западная – на лечение причин. Перед врачом, практикующим китайскую медицину, стоит та же задача, что и перед дирижером симфонического оркестра: его интересует не как в инструменте рождается звук, а какой звук получается».

2.3. Встреча китайского врача с пациентом

Давайте представим визит китайского врача, да хотя бы и самого Сунь Сымяо, к пациенту.

Взаимодействие врача с больным всегда и везде начинается с жалоб, разве что за исключением тех случаев, когда больной пребывает в бессознательном состоянии. Выслушав жалобы, врач спрашивал, в какой год и в какое время года родился пациент. Астрология имеет огромное значение в традиционной китайской медицине. Человека, родившегося в год Огненной лошади, нужно лечить совсем не так, как человека, родившегося в год Водяной змеи. Двенадцать животных (мышь, вол, тигр, заяц, дракон, змея, лошадь, овца, обезьяна, петух, собака и свинья) в сочетании с пятью стихиями (вода, огонь, дерево, металл и земля) определяют шестидесятилетний цикл традиционного китайского календаря. Знак, под которым рожден человек, определяет наиболее благоприятное состояние его тела. Лекарство, подходящее для Огненной лошади, может оказаться ядом для Водяной змеи.

После расспросов врач приступал к осмотру пациента. Прежде всего он внимательно, словно путешественник карту, рассматривал кожные покровы пациента, обращая внимание на то, как меняется цвет на различных участках. При этом работали не только глаза, но и нос – врач в прямом смысле слова принюхивался к пациенту. Язык изучался не менее тщательно, чем кожа. После осмотра врач прикасался рукой к некоторым участкам, проверяя их температуру, а затем долго, примерно в течение четверти часа, прощупывал пульс в разных местах. При этом он не смотрел на часы, которые в Древнем Китае были водяными – в чаше с водой плавал сосуд в виде половины шара, постепенно наполнявшийся водой через отверстие в нижней части. Часы врачу были не нужны, потому что он отсчитывал нужный интервал времени по дыхательным движениям – своим или пациента. Оцените сложность задачи, ведь нужно было одновременно следить и за пульсом, и за дыханием!

После оценки пульса наступала очередь пальпации, то есть прощупывания. При помощи обеих рук врач исследовал тело пациента, причем пальпация проводилась не только в положении лежа, но и в сидячем. Врач мог надавить на какие-то активные точки, чтобы посмотреть, как отреагирует на это пациент.

Закончив осмотр, врач просил пациента помочиться в чашу и приступал к исследованию мочи – оценивал цвет и запах, а затем пробовал ее на вкус. Да – на вкус. Эта часть исследования напоминала дегустацию вина – мочу некоторое время держали во рту, прислушиваясь к ощущениям, затем выплевывали и отпивали следующую порцию для того, чтобы составить полное впечатление о ее вкусе. По завершении дегустации рот прополаскивали чаем.

Кстати говоря, в средневековой европейской медицине исследование мочи пациентов было главным диагностическим методом, а нередко и единственным. Единственным! Врач вообще не расспрашивал и не осматривал пациентов. Диагноз ставился на основании осмотра мочи. Считалось, что моча может рассказать. не только о том, чем болен человек, но и о его возрасте, поле, темпераменте и прочих индивидуальных особенностях, причем рассказать подробно… В это трудно поверить, но средневековые врачи были способны различать примерно три дюжины разновидностей мочи по цвету и еще больше – по запаху. Оценивался не только естественный запах мочи, но и то, как он изменяется при нагревании. Налитая в сосуд моча условно делилась на три слоя: верхний слой рассказывал о заболеваниях головы, средний – о заболеваниях грудных органов, а нижний – об органах брюшной полости. В целом же вся эта наука, на 90 % бесполезная, была настолько сложной, что на овладение ею требовались годы. Разумеется, здравомыслящих врачей такое положение дел не устраивало, они выступали против постановки диагнозов на основании одного лишь осмотра мочи и призывали отказаться от такой практики.

Андрей Сазонов «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках»

Перенесемся из времен Древнего Китая в наши дни. Вы пришли в районную поликлинику с жалобами на самочувствие. Коротко говорите об этом врачу. Что он тут же делает? Начинает писать кучу назначений на различные обследования.

Анализы крови, мочи, бывает, что и кала. Проверка деятельности вашего сердца. Рентгеновское просвечивание. Компьютерная томография (биотомия), при которой при помощи рентгеновского излучения получаются послойные изображения органов и тканей человеческого тела.

Есть средства и еще более изощренные. К примеру, магнитно-резонансная томография (сокращенно МРТ) – медицинская диагностическая методика, основанная на явлении ядерно-магнитного резонанса. Тут получают послойные изображения органов и тканей путем помещения тела пациента в магнитное поле и воздействие на него радиочастотными импульсами.

С кучей бумажек-отчетов вы возвращаетесь к своему врачу. Он высказывает свой вердикт и назначает способы лечения. Но бывает, что и тут диагноз заболевания не удается установить. Пациента кладут на длительные обследования в стационар…

Совсем не так вел себя с пациентом древний китайский врач. В китайской медицине существовало четыре составные части диагностики. В нее входили осмотр, выслушивание и обоняние, расспрос и пальпация. Сопоставляя данные этих четырех частей диагностики, китайский врач и устанавливал характер болезни и способы лечения.

Постановка традиционного китайского диагноза – процесс длительный и пациент в нем должен активно участвовать. Важно еще отметить, что пациент в результате каждый раз представлял собой не типичный образчик заболевания (западная медицина), нет, это был уникальный представший перед врачом объект. И потому мнение китайского врача всегда оставалось мнением субъективным.

При осмотре большое внимание уделялось состоянию языка пациента – его цвету, влажности и прочим признакам. Белый язык, по мнению китайских врачей, указывал на болезнь легких, желтый – на болезнь селезенки и желудка, синий – на болезни печени, черный – на болезни мочевого пузыря и почек.

Китайцы создали целое учение и искусство диагностики по пульсу. В книге Павла Викторовича Белоусова «Теоретические основы китайской медицины» можно прочесть следующее:

«Насчитывалось 28 видов пульса. Один из основоположников пульсовой диагностики врач Бянь Изо. Ему принадлежит и систематизация (порядок) диагностических приемов (опрос больного, прослушивание, осмотр, пальпация, включая исследование пульса). Считалось, что пульс «подобно струнам лютни» служит для того, чтобы узнавать гармонию и дисгармонию в организме. Разработана целая система и классификация разных видов пульса, связанная с проявлениями инь и ян. При преобладании в организме ян – пульс быстрый, поверхностный, полный, сильный, твердый, производящий ощущение натянутой струны. При преобладании инь – пульс изменчивый, слабый, короткий, прерывистый, перемежающийся».

Павел Викторович Белоусов продолжает:

«Китайские врачи определили сотни видов пульса и не только на руке, но и на ноге, для каждого заболевания и органа – свой вид пульса, отсюда его диагностическое значение. В среднем считалось, что у взрослого происходит 80 ударов, у стариков – 76, у детей – 96 ударов в минуту. Учение о пульсе детально изложено знаменитый врачом Ван Шу-хе в «Трактате о пульсе».

Андрей Сазонов в своей книге «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках» отмечает:

«Дав пациенту необходимые рекомендации, врач обещал в такой-то день и час прислать лекарство собственного изготовления или же писал рецепт – записку к аптекарю. Иногда больному приходилось ждать своего лекарства по нескольку дней, потому что готовить лекарства полагалось в благоприятное время – астрология, астрология и еще раз астрология».

2.4. Загадочные меридианы

В области биологии и медицины сделано много открытий, но одну сложную загадку не удаётся разгадать вот уже несколько тысяч лет. Это – загадка «жизненных каналов», проходящих по поверхности тела.

Каждый канал связан с определённым внутренним органом. Каналы тела, как и точки на них, невидимы, однако они реально существуют, поскольку между ними и внутренними органами есть постоянная взаимная зависимость. Воздействие на внутренние органы через эти точки методами иглоукалывания и прижигания лежит в основе одного из главных методов лечения в китайской медицине. Первые литературные данные о применении такого метода относятся к VI в. до н. э. Они изложены в «Каноне о внутреннем» («Нэй-цзин», около II в. до н. э.) – одной из древнейших медицинских книг Китая.

Светлана Марковна Марчукова «Медицина в зеркале истории»

С точки зрения восточной медицины болезнь возникает в результате застоя жизненной энергии ци и крови. Чтобы сохранить здоровье и бодрость на долгие годы, надо не допускать этого застоя. Основа здоровья – это непрерывное прохождение ци по энергетическим меридианам тела и беспрепятственное движение крови по кровеносным сосудам.

Лао Минь «500 китайских целительных приемов. Древние тайны здоровья»

В связи с тем, что организм человека представляет собой органичное целое, локальные патологические изменения влияют на организм в целом, а патологические изменения во внутренних органах проявляются на поверхности тела. Известный врач Чжу Чжэньхэн (1281–1358) писал: «Если хотите знать, что происходит у пациента внутри, осмотрите поверхность тела, потому что все внутреннее обязательно проявляется снаружи»

Павел Викторович Белоусов «Теоретические основы китайской медицины»

Китайская медицина учит: в организме человека его органы и прочие ткани тела соединены между собой особыми цепочками связей, именуемых меридианами. Они представляют собой нечто вроде активных энергетических каналов.

Сеть взаимодействующих между собой меридианов являются мостом, который соединяет психологию и физиологию человека в единое целое. Совокупность всех меридианов тела человека имеет выходы на поверхность тела. Их называют активными точками. Они, как мы скоро покажем, дают возможность «достучаться» до главных органов нашего организма.

Считается, что меридианы, которые отвечают за основные органы – сердце, печень, легкие, почки – относятся к иньскому типу. Эти меридианы проходят внутри тела, что обеспечивает их защищенность от внешних повреждений.

Меридианы янского типа отвечают за органы менее важные для жизни человека, нежели иньские. Это суставы, позвоночник, органы желудочно-кишечного тракта. Тут меридианы проходят по внешней стороне тела и менее защищены. Когда у человека болят суставы, позвоночник, то это в восточной медицине считается не самой опасной проблемой.

Меридианы контролируют не только соответствующие им органы, но также и все, что соседствует с этими органами. Они поэтому играют специфическую и важную роль в здоровье всей системы. Энергетические дисбалансы, связанные как с дефицитом, так и с избытком, несут в себе чрезвычайные проблемы для тех органов, которые они регулируют. Баланс энергий в меридианах является ключом для полноценной здоровой жизни.

Меридианы, ответственные за основные системы в организме: эндокринная, нервная, кровеносная, иммунная, дыхательная, мышечная, костная, пищеварительная и лимфатическая. Если потоки энергии через них каким-то образом оказываются несбалансированными или заблокированными вовсе, это нарушает работу всего организма и провоцирует различные заболевания.

Сеть меридианов – это пути-дорожки для уж совсем малопонятной для западного ума субстанции – с именем ЦИ. Лао Минь, китайский мудрец, целитель, автор популярных изданий, в которых он пропагандирует достижения древней китайской медицины в книге «500 китайских целительных приемов. Древние тайны здоровья» пишет про ци так:

«Человеческий организм наполняет жизнью энергия ци. Существует много видов ци, самой важной является «истинная ци». Она складывается из трех элементов: врожденной энергии, полученной от предков; ци, получаемой из пищи; ци, вдыхаемой из воздуха. Поддержание в лучшей форме врожденной ци и непрерывная циркуляция потребляемой ци – это тонкий процесс. И хорошее здоровье свидетельствует о том, что процесс не нарушается. Традиционная оздоровительная практика (приемы рефлексотерапии, концентрация мышления, дыхательная и двигательная гимнастики) способствует поддержанию равновесия в организме, то есть стимулирует прохождение, гармонизацию, своевременное восполнение энергии или выплеск избытка энергии.

Истинная ци в организме проявляется во входе, выходе, подъеме и спуске. Местом проявления ци являются полые и плотные органы, каналы, меридианы и другие системы.

Во всех системах ци претерпевает изменения и становится присущей только данным органам и каналам. Чтобы усилить ци органов и систем, надо увеличить концентрацию, продвижение и накопление истинной ци. Традиционная оздоровительная практика разработана для облегчения приема истинной ци и обеспечения непрерывного ее прохождения по энергетическим меридианам тела. Основа здоровья – это непрерывное прохождение ци по энергетическим меридианам тела и беспрепятственное движение крови по кровеносным сосудам. Ритм движения ци совпадает с потребностью тела – если тело осознанно или физиологически изменяет ритм жизни, движение ци и крови может ускоряться или замедляться. Но внезапный (патогенный) застой крови и ци приведет к болезни.

Ци так же материальна, как и кровь. Кровь и энергия ци протекают по разным каналам, однако между ними существует важное взаимодействие: «ци – источник и учитель крови». Усилием ци – движется кровь, и ци может порождать кровь, то есть стимулировать процесс кроветворения в тканях организма.

Но верно и обратное утверждение: «кровь является матерью ци». Потому что функция ци в участках тела, органах и системах прекратится, если остановится ток крови. Энергия ци – это залог правильного функционирования тела, а кровь – это питание и сила, благодаря которой организм способен откликаться на воздействие ци. Если между кровью и ци нет гармонии, возникают болезнь и боль. Боль указывает нам, в каком месте произошла закупорка крови и ци. А древние каноны учат, на какие меридианы надо воздействовать, чтобы возобновить в болезненном участке поток ци. Энергия, в свою очередь, усилит ток крови».

Европейская медицина долго не признавала наличие меридианов у человека. Однако в 1986 году в институте Неккера во Франции при введении технеция в биологически активные точки были установлены траектории на теле человека, которые полностью совпали с меридианами, описанными в древнекитайских трактах («Хуанди нэйцин» в V–III в. до н. э.). Так было экспериментально доказано существование меридианов (энергетических каналов).

2.5. Акупунктура и акупрессура

Учение о Инь и Ян создал великий мудрец-император Фу Си, живший в первой половине III тысячелетия до нашей эры, то есть примерно в одно время с императором Шэнь Нуном. Скорее всего (и да простят автору китайцы эти слова) Фу Си был таким же мифическим персонажем, что и его коллега Шэнь Нун. Оба императора дополняют друг друга как врач и фармацевт. Фу Си изучал строение человеческого тела, но на своеобразный манер – его интересовали жизненные каналы, по которым энергия ци перемещалась по организму, и расположенные на поверхности тела активные точки, позволяющие управлять этими перемещениями. Согласно легенде, наличие таких точек было открыто случайно. Некий крестьянин, страдавший постоянной головной болью, во время работы в поле ударил себя по ноге мотыгой и тут же ощутил облегчение – головная боль исчезла. Он поделился этим открытием с односельчанами. Так в деревне появился обычай лечить головную боль ударами камней по ногам. Мудрый Фу Си заинтересовался этим и в результате появились техники иглоукалывания и прижигания активных точек…

Андрей Сазонов «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках»

Человеческий организм – самая сложная биологическая система. И природа устроила его очень заботливо и предусмотрительно, наделив возможностью самостоятельного лечения.

Мы иногда наблюдаем за тем, как помогают себе наши четвероногие братья. Животные знают, как погреть больную лапу, вылизать рану языком – способы лечения заложены у них на уровне рефлекса. Человек тоже чувствует, что больное место нуждается в надавливании, растирании, массаже и пользуется этими волшебными возможностями на начальном уровне. Руки так и тянутся к болезненной зоне, потому что касание теплой рукой – самый естественный способ лечения. Недаром говорят «как рукой сняло боль», то есть легко и быстро!

Традиционная восточная медицина преуспела в использовании возможностей тела. В ней многое построено на знании исцеляющих точек и зон. Древние целители определили, что каждая система или орган имеет «выход» или проекцию на поверхность тела. Такие проекции связаны с органами тысячью нитей разной природы, прежде всего, энергетической. Поэтому воздействие рукой на определенную зону на поверхности тела посылает импульс соответствующему органу – так будто рука дотянулась до почки, сосудов, лимфатических узлов, сердца. Что бы у вас ни заболело – ищите связанную точку и учите свои руки правильно воздействовать на нее.

Лао Минь «Большой атлас целительных точек».

На активные точки воздействовали не только иглоукалыванием, но и прижиганием. Этот метод упоминается иногда в китайской литературе под такими поэтическими названиями, как «чудесная игла с громовым ожогом» или «ночная охота с факелами». В старину считалось, что прижигание должно вызвать ожог. «Раздражение извне, эффект внутри» – гласит старинная китайская поговорка. Прижигание совершалось с помощью накаленной металлической палочки, зажжённого порошка серы, измельчённых кусочков чеснока.

Светлана Марковна Марчукова «Медицина в зеркале истории»

Многие века на Востоке для лечения использовали исцеляющие активные точки и зоны, расположенные на поверхности тела. Это похоже на какой-то фокус: исцеляющие активные точки существуют практически для любой болезни. И если на них правильно воздействовать, больной тут же чувствует облегчение. Бывает и полное выздоровление!

В прошлом разделе мы уже объясняли, что находящиеся внутри тела меридианы выходят в определенном месте на поверхность тела. Так осуществляется связь телесной «требухи» с внешней для этого тела средой. Замечательная возможность! Так через эти исцеляющие активные точки удается добраться до больного органа или области и не только добраться, но и оказать на него благотворное умиротворяющее воздействие простым нажатием или растиранием.

Для иглоукалывания, его называют акупунктурой, в китайской древности изготовлялись особые иглы вначале из камня, затем из кости и металлов – серебра, золота, стали. Существовали (наличествуют и до сих пор) целые наборы игл с острыми, тупыми, овальными и другими наконечниками, либо короткие, либо длинные – для проникновения во внутренние органы.

Все это грозное медицинское оружие должно было восстанавливать в больном организме упущенное пациентом равновесие, лечить его. Акупунктура применялась и для обезболивания при хирургических операциях и болях в разных частях организма.

Той же цели служили и прижигания – моксы. Эта операция производилась скрученными в виде сигар листьями полыни или ветошью. Прижигания делались непосредственно на теле больного или на некотором от него расстоянии. Порой между дымящейся сигарой прижигания и телом больного закладывались какие-нибудь лекарства.

Акупунктура и моксы делались в строго выявленных за многие сотни лет наиболее чувствительных местах тела больного – в активных точках. По разным сведениям, количество активных точек насчитывается от 360 до 1000.

Для акупунктуры и прижиганий в целях обучения составлялись специальные карты-атласы расположения на теле человека подобных активных точек. Еще изготовляли муляжи тела человека с обозначенными на них точками.

Не надо пояснять, что древние способы воздействия на активные зоны и точки были остроболевыми: ведь речь шла об уколах заточенными костями животных, прижиганиями горячим металлом и другими не менее варварскими операциями. Стоит отметить, что современные способы воздействия на кожу при акупунктуре – очень щадящие и нередко даже приятные.

Кроме собственно акупунктуры в древности, да и сейчас, использовался и другой прием – акупрессура. Надавливание на активные точки пальцами. Знание биологически активных точек и зон дает возможность лечащему человеку на определенное время снять болевой синдром. Таким образом, акупрессура становится способом быстрой помощи. Акупрессура довольно быстро снимает стресс, вызванный заболеванием – ведь не секрет, что мысли о болезнях, мнительность, ипохондрия зачастую наносят организму больший урон, чем само заболевание.

2.6. Практика китайской медицины

Между состоянием здоровья и болезнью выделяют переходное, так называемое третье состояние, которое характеризуется «неполным здоровьем». Третье состояние включает в себя состояние предболезни и состояние неопределенных симптомов. Если врачи западной школы работают с больными и мало способны помочь пациентам, которые находятся в состоянии предболезни, то китайские врачи традиционной медицины работают со здоровыми людьми, увеличивая резервы здоровья, и пациентами, находящимися в состоянии предболезни.

Здоровье и болезнь – основные категории в медицине. Но если категория «болезнь» конкретна, осязаема, то понятие «здоровья» – абстрактно. Когда при обследовании пациента врач не находит признаков болезни, он делает заключение: «здоров». Обоснованность такого заключения весьма сомнительна. Абсолютная болезнь и абсолютное здоровье немыслимы, между ними существует бесконечное множество форм, связей и взаимных переходов. Чем выше уровень здоровья, тем меньше возможность развития болезни, и наоборот: развитие болезни возможно лишь тогда, когда недостаточны резервы здоровья.

Вера Анатольевна Лебедева «Препараты “Тяньши” и Цигун»

«Канон о корнях и травах», «Канон Желтого императора» и «Канон о пульсе» – вот те три слона, на которых стояла древняя китайская медицина. Впрочем, нет – слонов было не три, а четыре. Четвертый слон – это трактат «Необходимые рецепты, стоящие тысячу золотых монет», написанный в VII веке нашей эры врачом по имени Сунь Сымяо, которого китайцы почитают наравне с Шэнь Нуном и так же называют Яованом, Князем лекарств.

«Рецепты, стоящие тысячу золотых монет» – медицинский трактат с особой историей и особым предназначением.

В отличие от всех прочих трудов на медицинскую тему, он предназначен не только врачам, но и людям, не имеющим к медицине никакого отношения. В простой и доступной для понимания форме Сунь Сымяо излагает правила диагностики и лечения различных заболеваний, приводит рецепты лекарственных препаратов и способы их приготовления, раскрывает основы иглоукалывания, дает рекомендации по правильному питанию. Да – и по питанию тоже. Одна из глав «Рецептов» называется «Лечение едой». Это очень важная глава, которая доказывает существование в древней китайской медицине такого направления, как диетология. Также заслуживает внимания отдельное описание автором женских и детских болезней. Выделение гинекологии и педиатрии в отдельные направления свидетельствует о высоком уровне развития медицины в Древнем Китае.

Поступок Сунь Сымяо, поведавшего медицинские тайны непосвященным, был очень смелым для того времени. В Древнем Китае не было медицинских школ. Обучение лечебному делу носило индивидуальный характер – наставник обучал ученика или же контролировал и направлял его учебу. Согласно принятым правилам, ученик должен был поклясться в том, что не станет разглашать полученные от наставника знания никому, кроме собственных учеников. Клятва подкреплялась магическим ритуалом, который должен был обеспечить нарушителю договора различные страдания как в этом, так и в загробном мире. А Сунь Сымяо не только разгласил тайные знания, но и лишил своих коллег заработка. Обладатель «Рецептов» мог преспокойно обойтись без врача.

Андрей Сазонов «НЕ ЖИЛЕЦ! История медицины в увлекательных заметках»

Китайская медицина богата лечебными средствами. Они имели происхождение растительное, животное, минеральное. Не только чай, все растения Китая годились для приготовления лекарств. Самым знаменитым лечебным средством стал «корень жизни» – женьшень. Он применялся в виде растворов, настоек и в других формах (порядка 70 вариантов насчитывалось). Это было универсальное лекарство, стимулирующее жизненные процессы, укрепляющее, омолаживающее. Недаром его называют «чудом мира», «даром бессмертия» и т. п.

Светлана Марковна Марчукова в книге «Медицина в зеркале истории» о женьшене сообщает следующее:

«В медицине Древнего Китая уже около пяти тысяч лет известен корень женьшеня (в переводе с китайского, «женьшень» – «человек-корень»), из которого получают большое количество лекарственных препаратов. Подобно мандрагоре, он напоминает формой фигуру человека и считается бесценным растением, способным исцелить почти все болезни. О его происхождении ходит множество легенд.

Вот одна из них: когда молния ударяет в прозрачную воду горного источника, то он уходит под землю, а на его месте вырастает растение, вобравшее в себя всю силу небесного огня. Находка этого редкого растения, растущего в тени деревьев, считалась большой удачей. Позже его стали выращивать на специальных плантациях. Легенды приписывают этому растению свойство возвращать молодость.

Некоторые авторы связывают такое представление с удивительной способностью корня женьшеня разглаживаться и «молодеть» при размачивании. Морщины на его поверхности исчезают, она становится гладкой и розовой.

Карл Линней, составляя классификацию растений, дал женьшеню имя «панакс» в память о богине врачевания Панацее, имя которой стало нарицательным для обозначения лекарства, исцеляющего от всех болезней».

Кроме женьшеня, в китайской медицине еще широко применялись панты – молодые рога оленя, содержащие целый набор биостимуляторов.

В древней китайской медицине различали такие типы болезней:

1. миазматические болезни – тиф, холера, оспа, золотуха, карбункулы;

2. отравления минералами, растительными и животными ядами – мышьяк, киноварь, опий, ядовитые грибы, мясо больных животных;

3. болезни от охлаждения тела – ревматизм, подагра, параличи, эпилепсия, головные боли, желтуха;

4. болезни воспалительные – кашель, нарыв в легких, болезни мочевого пузыря, почек, геморрой, дизентерия, глисты, воспаления мозга;

5. болезни наружные – венерические, проказа, порча, лишаи, ожоги, раны, отморожения;

А вот и длинный перечень средств оказания врачебной помощи. Он перечислен в книге Юрия Павловича Лисицына «История медицины»:

«Классификация лекарств включала: 1) тонизирующие средства (чай, табак, мясо различных животных, асбест и др., не считая женьшеня); 2) вяжущие (чернильные орехи, семена лотоса, маковки, мускатный орех, семена фиников, айва, сливы, золото, серебро и пр.); 3) разрешающие (мимоза, мускат, имбирь, камфора, рвотные: белая чемерица, семена и корни репы, сернокислые окиси меди); Согревающие, разрешающие (перец, имбирь, сандаловое дерево, семена горчицы, гвоздика, ромашка, сушеный шелковистый червь и др.); 4) слабительные (мыльный камень, шалфей, амбре, красные бобы, ревень сернокислый натрий, снежная вода, человеческие испражнения и др.).

Нередко потребляли экзотические средства – сушеных пауков, кротов, ящериц, змей, кости, зубы, ногти, уши, языки, сердце, печень льва, тигра, слона и других животных. Знаменитый врач Хуа-То известен как хирург, хотя хирургия в медицине развита слабо, даже кровопускания не предпринимались. Ампутации также не производились. Вывихи и переломы лечили, применяя бамбуковые лубки, разминания, абсцессы вскрывались иглами, после чего высасывались кровь и гной. Большинство хирургических манипуляций, в том числе лечение переломов и вывихов, находилось в руках цирюльников и костоправов».

Где можно было достать подобные средства лечения? Когда-то их готовили сами болящие и их родственники. Однако уже ближе к нашему времени появились и другие источники лекарств. И об этом можно найти сведения в книге Лисицына «История медицины»:

«Для сбора и продажи лекарств организовывались учреждения наподобие наших аптек. Для обслуживания императорского двора, а нередко и для борьбы с эпидемиями, создавались государственные медицинские учреждения, занимающиеся и проблемами общественной гигиены. – здравоохранением, хотя и в рудиментарной форме. Однако личная гигиена в Китае, как и в других восточных государствах, получила довольно широкое распространение. Особое внимание обращалось на соблюдение правильного образа жизни, регулирование диеты, чистоплотность. Профилактические наставления включали также массаж, лечебную гимнастику, дыхательную гимнастику. Специальный трактат о гигиене врача Ганг Синга дает предписание, как сохранить здоровье: рано вставать, слегка позавтракать кашей, в полдень – умеренный обед, в питье употреблять только воду, избегать соленого, после обеда спать не более двух часов, ужин умеренный, перед сном полоскать рот и зубы чаем, делать массаж подошв ног».

Глава 3. Знаменитые русские врачи

Мир не идеален. С тех пор как человек почувствовал себя мыслящим существом, он постоянно сталкивался с различными опасностями, исходящими от природы, от других людей или от болезней. Приспосабливаясь к жизни, наблюдая внимательно за растениями и животными, он сначала почувствовал, а затем постепенно стал осознавать взаимосвязь и взаимозависимость всего земного. Опыт одного поколения, его знания и умения, накапливаясь и умножаясь, передавались другим поколениям пока не пришли к нам уже в виде определенной сформировавшейся системы ценностей. Появились хранители традиции народа и первые философы и врачеватели – волхвы, ведуны и знахари, позже – священники. С возникновением и развитием общественных и государственных институтов и структур появилась официальная (нетрадиционная) медицина. К великому сожалению, большинство врачей и официальная медицина поставила себя над традициями народа, над традиционной (народной) медициной, глядя на нее снисходительно сверху вниз, теряя тем самым много ценного, что было найдено и накоплено народом за века, отвергая зачастую людей, владеющих оригинальными знаниями.

Николай Иванович Мазнев «Энциклопедия народной медицины»

В первых двух главах этой книги была сделана попытка сравнения главных медицин нашей планеты – Западной медицины и Восточной медицины. Однако автор, россиянин и москвич, считает, что полезно было бы также отдать тут должное медицине великой страны, занимающей на картах мира огромное и промежуточное положение между Востоком и Западом – России. В частности, почтить память некоторых ее выдающихся врачевателей прошлого.

3.1. Народная медицина на Руси

Исторические, территориальные, религиозные события в жизни славянских народов привели к формированию трех основных восточнославянских наций – русской, украинской, белорусской. Это триединство не могло не отразиться на складывающейся системе эзотерических знаний восточных славян. Украинцы внесли в нее культуру половцев и хазар (тюркские племена), белорусы – литовско-балтийскую, русский – культуры финно-угорских племен с «великим окающим» наречием.

Геннадий Эдуардович Адамович «Славянское целительство: «оздоровительные методики наших предков»

Народная медицина на Руси с глубокой древности была частью языческой культуры. До нашего времени дошли передаваемые в устной форме заговоры, обращенные к языческим божествам, способным прогнать болезнь. Во врачебной практике использовались растения (полынь, крапива, подорожник, листья березы, кора ясеня, лук, чеснок, хрен, березовый сок и т. д.), продукты животного происхождения (например, мед, кобылье молоко, сырая печень трески) и минералы. Врачеватели-знахари назывались волхвами, ведунами, кудесниками, ведьмами. Они считались в народе посредниками между человеком и таинственными силами природы.

Светлана Марковна Марчукова «Медицина в зеркале истории»

Суть опахивания заключается в проведении магической черты, за которую не должна распространятся и переступать эпидемическая болезнь. Эта черта проводится сохой, в которую впрягаются молодые девушки или вдовы. Иногда таким образом в начале эпидемии изолируются отдельные дома, где уже появилась болезнь, или же очерчивается целое селение, чтобы не пустить болезнь из соседних деревень.

Гавриил Попов «Русская народно-бытовая медицина»

На Руси знахарством занимались испокон веков. Знахарями называли людей, умеющих лечить как телесные, так и душевные болезни, способных облегчать страдания животных, изгнать нечистую силу из дома, отыскивать пропажу и многое другое. Знахари пользовались большим арсеналом средств, но в основном это были лекарственные травы и заговоры.

Многие лечебные секреты хранили волхвы. Они были знатоками трав и готовили из них всевозможные зелья, поэтому их часто называли «зелейниками». Русские зелейники широко использовали крапиву, полынь, мяту, подорожник, ромашку, кору дуба, рябину, можжевельник, березу, иван-чай – те растения, которые и по сей день в изобилии растут на наших полях и лесных опушках.

Надежда Касьянова «Большая энциклопедия народной медицины»

Народная медицина на Руси – дело давнее. Еще древнегреческий историк Геродот (годы жизни: 484–425 гг. до новой эры) сообщал о скифских врачах, которые являлись также жрецами и гадателями. Их имена пользовались известностью в Афинах, а помощь в лечении очень ценилась.

И уже ближе к нашему времени искусство лечения травами, которым владели лекари на Руси за рубежом высоко ценилось. Так, в IX веке из новгородских пределов за границу вывозилась лиственничная губка (противотуберкулезное средство). Новгородцы же поставляли иностранцам и противомалярийное средство – отвар коры ясеня. А также отвар побегов багульника, который почитался как мощное противокашлевое лекарство.

О том, как древние россияне представляли себе сущность болезни, Б.Г. Александров в своей книге «Старинная русская медицина» пишет так:

«В старинной медицине болезнь представлялась чем-то чужеродным, вселяющимся в человеке извне, “засоряющим” организм, вызывающим его “порчу”. Поэтому в процессе поиска лекарств, при использовании различных целительных сил природы особое внимание обращалось на те вещества и методы воздействия на болезнь, которые помогали исцелению. Знахари, ведуны, врачеватели, с одной стороны, учитывали те факторы, которые вызывали усиление различных выделительных функций (рвоту, обильное потоотделение, опорожнение кишечника и мочевого пузыря). Считалось, что с различными выделениями из организма изгоняется и болезнь. С другой стороны, шел поиск средств, которые бы обеспечивали чувство бодрости, силы, способности к активной работе, то есть вселяли в человека здоровье».

Бытовали и представления о болезни характера более фантастического. Светлана Ивановна Дмитриева в книге «Традиционная народно-медицинская практика» сообщает:

«Особенность народно-медицинской практики заключается в необычном взгляде на болезни, которые представляются живыми существами, способными проникнуть в человека и переходить от одного к другому. Обычным местопребыванием болезней, вернее, духов болезней считались болота, леса, горы, реки и моря. Они парят в окружающем пространстве, приближаясь к человеку ночью. Для защиты от них необходимы предохранительные меры, например, молитва или крестное знамение перед сном. Если же болезнь внедрилась в человека, ее старались изгнать, прибегая к разнообразным магическим действам».

Светлана Ивановна Дмитриева продолжает:

«Другим распространенным видом лечебной практики была магическая передача болезни. Болезнь можно было передать людям, животным, растениям, земле, различным предметам. Например, применялся такой прием лечения: больной брал ломоть хлеба, густо солил его и бросал в воду, произнося при этом магические заклинания с просьбой к воде дать доброе здоровье. Широко известен и более простой способ оздоровления с помощью речной воды. Ранней весной, когда сойдет лед, девушки спешили к реке умыться, чтобы получить от нее здоровье и красоту».

И вообще болезни в народе часто считали существами живыми, они-де временно поселились в теле человека. С ними разговаривали, обращались к ним с приказаниями, требовали ответов. Верили, что они выглядят как молодые и красивые женщины или же как безобразные старухи. Считалось, что оспа, тиф и лихорадка обитают в реках, болотах и на далеких морях. Они нападали на человека по ночам и жили в нем, пока не перейдут на другого несчастного.

В книге Светланы Марковны Марчуковой «Медицина в зеркале истории» можно прочесть такие строки:

«Олицетворением болезней и невзгод в славянской мифологии были демонические существа – Горе и Лихо. Наслать на людей и домашний скот болезни могла и Кикимора – злой дух дома. Представление об удивительных лекарствах, спасающих от болезней и старости, дошло до нашего времени в сказках о живой воде, о молодильных яблоках, о кипящих котлах, искупавшись в которых, старик становился юношей.

Древнерусские мифы рассказывали о рукодельницах – божественных пряхах, которые пряли не простую кудель, но нить человеческой судьбы, предопределяя от рождения здоровье и будущее ребенка. Отголоски этого мифа встречаются в русских сказках, где герой часто получает клубок, который ведет его по жизни».

Русский писатель, этнограф и лексикограф, собиратель фольклора, к тому же военный врач Владимир Иванович Даль (1801–1872) в своем «Толковом словаре живого великорусского языка» в разделе «Здоровье-хворь» собрал три сотни пословиц по этой теме. Тут отразилось почтительное отношение народа к здоровью, как необходимому условию нормальной трудовой жизни. Примеры? «Здоровье – всему голова», «Здоровье – дороже денег», «Здоров буду и денег добуду». На удивление в словаре зафиксировано и достаточно скептическое отношение людей к аптекам и лекарям. Читаем: «Добрая аптека убавит века», «Не жива та душа, что по лекарям пошла…»

3.2. Знахарство

Особое отношение народа к болезням сказывалось и в употреблении трав. Внимательное изучение практики применения трав в народной медицине показывает, что в травах ценились не столько их фармацевтические свойства, сколько их способность отпугивать нежелательных духов, т. е. ценились охранительные свойства трав. Например, ветка рябины предохраняла от порчи. Такая же функция приписывалась калгану. Папоротник защищал от злого умысла со стороны недругов. Одни травы носили, чтобы добрым был господин, другие – с целью приворота того или иного лица; третье – чтоб уберечься от опасности. От «лихого» глаза и порчи помогала разрыв-трава, особенно сорванная на Ивана Купалу. Схожие свойства имели травы: анютины глазки, иван-да-марья, адамова голова, чертополох. В названии последней травы отчетливо отразились ее свойства – отпугивать чертей.

В древности в селениях лечением занимались волхвы, позже роль врачевателей взяли на себя знахари и зелейники. Знания, основанные на практическом опыте и магических ритуалах, передавали из поколения в поколение, записывали в лечебники и травники.

Светлана Ивановна Дмитриева «Традиционная народно-медицинская практика»

Первые письменные упоминания о медицине на Руси восходят к XI веку. В летописях врачей называли лечцами. О них упоминает «Краткая Русская Правда» – древнейший из дошедших до нас свод русских законов, который был составлен при Ярославе Мудром в первой четверти XI в. Лечцы передавали секреты врачевания по наследству, от отца к сыну. Уже в 1073 и 1076 г. были записаны «Изборники», в которых наряду с переводами фрагментов библейских книг и сочинений византийских писателей были перечислены некоторые болезни и приведены сведения об их лечении, рекомендации о содержании тела в чистоте, советы относительно питания в разные времена года. Упоминаются в «Изборнике» и лечцы, которые лечат травами и мазями, а также лечцы-хирурги, умеющие делать прижигания и «разрезать ткани».

Марчукова Светлана Марковна «Медицина в зеркале истории»

У русского народа – свои особенности в традициях народной медицины. К середине XVI века на Руси лечебные средства в большинстве своем получали из-за границы, да и то для нужд царского двора, и придворной знати. По словам Антония Полевина, исследователя той поры, простой народ в качестве лекарств употреблял разные «зелия» (лекарственные травы), водку и освященную воду. Тогда же было выпущено одно из первых лечебных пособий, которое называлось «Травник тамошних и здешних зелий». С тех пор началось регулярное обобщение опыта народной медицины в печатных изданиях.

Из предисловия кандидата медицинских наук Г.А. Базанова к книге Б.Г. Александрова «Старинная русская медицина»

История развития человечества с его усилиями, направленными на выживание, формирует народного целителя, не только как специалиста, который обладает определенными знаниями, но и определенными чертами характера. Это, прежде всего, отзывчивость на чужое горе, способность сопереживать пострадавшему, душевность взамен корыстолюбия, добродушие и внимательность, тщательность в выполнении правил исцеления, решительность и целенаправленность действий при оказании как первой помощи, так и лечении острых и хронических больных, терпение, милосердие и самое главное – высокая духовность.

Народная целительница Наталья Андреевна Фролова «Тайны лечебной магии и народная медицина»

Понятно, что в глухой древности люди лечили себя сами, как могли. Многие лекарства и методы лечения могут вызвать сейчас только улыбку. Так, считалось, что для больных ревматизмом лучшее лекарство – моча молодого поросенка, а при туберкулезе – перетопленное сало черных собак.

Однако кое-какие старинные действия ныне могут быть одобрены наукой. Вот примеры. На Руси в качестве траурного украшения традиционно использовали ветви ели и можжевельника., Убирая комнату, где лежал умерший, зелеными ветками, люди тем самым дезинфицировали помещение, хотя тогда никто не ведал о существовании растительных антибиотиках-фитонцидах. Также с точки зрения противомикробной активности и профилактики можно по-новому оценить и старинный обряд ношения амулетов из чеснока и лука.

Универсальным средством от всех болезней признавали молитвы, особенно перед чудотворными иконами и мощами святых. Против лихорадок в каждом доме хранился молитвенный список. При этом здоровые и заболевшие люди носили молитвы вместе с нательным крестом, подвешивая их в маленьком мешочке в качестве оберега.

Обычно также в каждой семье был свой набор «домашних» средств исцеления. К примеру, больного клали на теплую печь животом, натирали тело дегтем, салом или редькой. Если подобные средства не помогали, звали на помощь знахарей. Подобных спецов становилось все больше и больше. Возникли врачеватели-костоправы, кровопускатели, знахари-глазники, знахарки, повивальные бабки. Подвизавшиеся в роли акушерок и гинекологов.

Делались массажи и растирания тела, умело останавливалось кровотечение, больных поили отварами из лекарственных трав. Траволечение на Руси процветало. Использовали полынь при лихорадке, березовый сок для лечения гнойных ран, деготь как дезинфицирующее средство, бруснику, морошку, рябину при цинге и так далее.

Одним из главных действенных лечебных средств в русском народе почитали баню: и детей, и взрослых в ней парили при любом недомогании и подозрении на сглаз. Светлана Марковна Марчукова в книге «Медицина в зеркале истории» отмечает:

«В летописи Нестора (XI в.) содержится первое письменное упоминание о русской паровой бане, целебная сила которой была известна на Руси с самых древних времен. Издавна в ней здесь лечили простуду, болезни суставов и кожные заболевания, вправляли вывихи, делали кровопускания и «накладывали горшки» – прообразы современных лечебных банок. В «Повести временных лет» приведен легендарный рассказ Андрея Первозванного о банях: «Удивительное видел я в Славянской земле на пути своем сюда. Видел бани деревянные, и разожгут их докрасна, и разденутся, и будут наги, и обольются квасом кожевенным, и поднимут на себя молодые прутья, и бьют себя сами, и до того себя добьют, что едва слезут, еле живые, и тогда обольются водою студеною, и только так оживут». В качестве моющего средства здесь упомянут квас, который применяли при вымачивании кож. В одном из «Изборников» XIII в. говорится о растительном моющем средстве – «мыльной траве».

Свидетельства о русских банях можно найти во многих исторических источниках. Возникновение этого обычая относят к скифской эпохе. Бани упоминаются в летописях, сохранились в русских пословицах и поговорках: «Баня парит, баня правит, баня все поправит»; «Когда б не баня, все б мы пропали»; «Баня – мать вторая».

В ряде губерний имели по две бани: одну – «по-черному» – вдали от жилья, другую «белую» – во дворе дома. Купание в бане при лечении болезней особенно практиковалось знахарями, при этом они использовали и заговоры. Магические формулы употребляли и при обычном мытье: «Как с гуся вода», приговаривали, окачивая себя водой, имея в виду болезни; «С гуся вода, с меня худоба»; «Болезни в подполье (с водой), на тебя здоровье».

Природная наблюдательность, желание найти разгадку явлений природы, тайн человеческого организма привели к тому, что из среды волхвов, кудесников, ведунов, колдунов, знахарей отпочковались и лекари-профессионалы.

С появлением на Руси христианства стала развиваться монастырская медицина, возникли монастырские больницы. В монастырских хрониках упоминаются монахи, известные своим врачебным искусством.

В XV – XVII веках получили широкое распространение различные травники и лечебники, в которых был представлен опыт народной медицины. Шло краткое описание лекарственных растений и указывались способы их применения. Вот пример такого описания. «Трава мачиха, растет лопушниками, одна сторона бела, а листочки что копытцы, а корень по земле тянется, цвет желт, а у иной цвета нет… Аще у кого утроба болит, корень парь да хлебай – поможет».

Шло время, и у знахарей появились соперники – специально обученные медицине врачи. Светлана Марковна Марчукова в своей замечательной книге «Медицина в зеркале истории» пишет:

«Уже в XV в. при дворе московских князей были врачи, приглашенные из западных стран. Софийская летопись 1485 г. упоминает о «немце Онтоне», который был зарезан под мостом «как овца» за неудачное лечение. В 1490 г. печальная участь постигла еврейского врача Леона, казненного за безуспешное лечение сына Ивана III. Однако при объединении русских княжеств, расширении культурных и торговых связей со странами Западной Европы изменились положение придворных врачей и «государева милость к ним». Приглашенный к князю Василию III, отцу Ивана Грозного, иноземный врач Николай Немчин не смог вылечить его, однако не был подвергнут наказанию. Софийская летопись 1534 г. описывает симптомы болезни великого князя Василия III. По-видимому, смерть наступила от злокачественного карбункула – «болячки малой», которая появилась во время охотничьей поездки. Вот как передает разговор Николая с князем летопись: «Князь же велики призва Николая и нача ему говорити: «брате Миколае! Видел еси мое великое жалованье к собе; мощно ли тебе что сотворити, масть иное что, чтобы облегчение болезни моей?» Миколай же отвеща великому князю: «…тело бы свое раздробил тебя ради, государь, но моя мысль не имеет опричь Божией помощи».

Да что там говорить! Наш русский гений Михайло Васильевич Ломоносов (1711–1765), оказывается, был также не чужд медицине. Дотошная и всезнающая Светлана Марковна Марчукова в книге «Медицина в зеркале истории» сообщает такой малоизвестные факты из жизни этого поразительного воистину исполинского человека – химика, физика, минералога, историка, филолога, астронома, металлурга, опто-механика, да еще притом и российского пиита:

«М.В. Ломоносов учился в немецком городе Марбурге, где получил звание кандидата медицины. В своих трудах он неоднократно касался медицинских вопросов и определял медицину как «великую часть физики и полезнейшую роду человеческому науку». Например, изучая электричество, он отмечал, что «электрическую силу» можно употреблять для лечения разных болезней; рассуждал о свойствах воздуха и воды, чрезмерном тепле и холоде как причинах болезней; о взаимном влиянии психического состояния и здоровья человека. Первым переводом Ломоносова с немецкого языка на русский была работа Г.В. Крафта «О сохранении здравия».