Kitobni o'qish: «Новогодний подарок»

Глава 1, в которой Снежок пропал

Я почувствовал неладное, как только мы с мамой закончили наряжать ёлку. Снежок, наш белый кот, подозрительно притих и пропал из поля зрения. Я заглянул за ёлку – нет, заглянул под диван – и там нет. Странное дело, ведь обычно же кот там, где мишура и елочные игрушки, в прошлом году он вообще умудрился запрыгнуть на ель и спрятаться в еловых лапах!

– Ну чего ты так всполошился, Сашка, – потрепала меня по голове мама. – Найдется твой Снежок, не провалился же он сквозь землю. А вдруг провалился, подумал я, но маме, конечно, этого не сказал.

Захожу к себе в комнату – тут всё, как обычно, вот Федька, мой плюшевый заяц, сидит в подушках, вот носок из-под кровати выглядывает, – А тебя-то я тоже искал, – натягиваю я на ногу полосатую пропажу, – заглядываю под кровать, и тут Снежка нет!

– Снежок, кис-кис-кис, – зову я кота. – Снежо-о-ок! – Мне приходит гениальная идея. Что Снежок любит больше всего на свете? «Докторскую»! – Мама-мама, давай колбасы отрежем Снежку, он тогда точно вылезет! – кричу я из спальни.

– Хорошо-о, – отзывается мама, и я слышу как хлопает дверца холодильника. – Ну, Снежок, попался! – я застыл на месте и затаил дыханье, притворился, то есть, будто меня тут нет. Внимательно наблюдал за каждым углом комнаты и прислушивался. Простоял так наверно целую вечность, уже даже нога зачесалась, а Снежок так и не появился. Ну ладно, думаю, хитрюга, ведь должен же он когда-нибудь вылезти! Вот он прибежит ко мне ластиться и мурчать, а я его не поглажу – будет знать, как от своих хозяев прятаться!

Засунув руки в карманы шорт, я потопал на кухню. Мама зря что ли колбасу нарезает? Не хочет Снежок, так я и сам с удовольствием съем. Налопавшись бутербродов с колбасой и маслом, мы с мамой уселись перед телевизором смотреть мой любимый новогодний фильм «Один дома», я даже уже и забыл, что Снежок пропал. Правда, когда фильм закончился, то опять вспомнил.

– Иди чисть зубы и укладывайся спать, – говорит мне мама, – А Снежок… ты знаешь, может он заболел, потому и спрятался? Кошки так иногда делают. Ты иди, приготавливайся ко сну, а я его сама поищу.

Заболел? Бедный Снежок! А я его колбасу еще съел! Эх, Снежок, что же ты не сказал сразу, ну мяукнул, то есть, я бы всё-всё понял. В задумчивости чищу зубы, вожу пальцем по запотевшему зеркалу и пишу: «Привет». Это я папе послание оставил, потому что когда он с работы вернется, я уже буду спать, наверное.

– Ну что мам, нашелся Снежок? – выскакиваю я из ванной.

– Нет, сынок, не нашелся, – растерянно отвечает мама, – Я уже и в шкафах посмотрела, и под столом, и под нашей с папой кроватью…

– КАК СКВОЗЬ ЗЕМЛЮ ПРОВАЛИЛСЯ! – хором заключили мы и вытаращили глаза друг на друга. Мама обняла меня, потрепала по волосам и прошептала в самое ухо:

– А может он пошел Деда Мороза встречать?

– Дак ведь рано еще! – воскликнул я, – Новый год только завтра!

– А ты смотри как снегу намело, – поглядела в окно мама, – Может Деду Морозу помощь понадобилась, вот он и позвал Снежка, чтоб дорогу показал. Вернется!

– А если не вернется? – засомневался я, вглядываясь в то же окно. За ним крупными хлопьями падал снег, по всей улице уже зажглись фонари, а в небе засияла огромная, как сыр, луна. – Разве же Дед Мороз не может сам дорогу найти? Он же волшебник! Дунул в ладошку – и сугробы разлетелись. Или даже растаяли… – мама в ответ только пожала плечами.

Я еще долго размышлял над этой загадкой, улегшись в кровать, и сам не заметил, как заснул. В ту ночь мне приснился Снежок, бегущий по сугробам, а за ним в больших серых валенках с красными ягодками топал Дед Мороз.

Проснулся я рано, за окном только-только стало светлеть. Перевернулся на спину и уставился в потолок. На потолке тени с улицы рисовали причудливые узоры, я прищурился, картинка расплылась и почудилось мне, словно под большим уличным фонарем сидит какой-то зверь. Пушистый, как медведь, но с ушами как у зайца. Я ему помахал, на всякий случай, ну так, больше для шутки. И тут вдруг сильно захотел по-маленькому! Выскакиваю из постели и бегу в ванную. Фу-у-х! Какое облегчение!

– Снежок! – зову шепотом кота, выходя из ванной, – Кис-кис-кис! – и снова он не отзывается. Шлепаю по коридору, разбегаюсь и плюхаюсь в кровать, – Оп!

– МЯУ! – донесся жалобный визг из-под одеяла.

– Снежок! Родненький! – хватаю я любимого кота.

– М-можно, мяу, и поаккуратней, – слышу я в ответ. Я вскочил с кровати и уставился на кота, – Снежок? Ты разговариваешь?! – такого ведь не бывает, чтобы коты разговаривали! Может это я всё еще сплю? На всякий случай ущипнул себя за локоть.

– Тшшш, – шикнул мне Снежок и даже приложил лапу к усам. – Родителей, мяу, разбудишь!

– Во дела! – сел я на край кровати и уставился на своего питомца. Снежок лизнул лапу, а затем провел ею по усатой морде. Я всё также молча наблюдал за ним, но наконец, не выдержал. – Снежок, – шепчу ему, – А давно ты разговаривать научился?

– Я всегда, мяу, ум-мел, – невозмутимо отвечает он мне.

– Где же ты был, Снежок? – спрашиваю.

– Встречался, мяу, со старым приятелем.

– А с каким? С другим котом? А он тоже по-нашему разговаривать может? – допытываю я кота. Снежок напоследок провел мокрой лапой за ухом и, мягко ступая по матрасу, подошел ко мне поближе.

– А ты никому, мяу, не расскажешь? – прошептал он мне, и потерся об мою коленку.

– Никому! – тут же воскликнул я и опомнился, – Клянусь Федькой! – добавил шепотом. И краем глаза глянул на Федьку, а то мало ли, может и он разговаривать умеет…

– Ну хорошо, мяу, я вас познакомлю, мяу, только смотри, мяу, не сдержишь слово, мне придется уйти от вас. Навсегда-мяу! – Снежок потерся о мою руку и запрыгнул на колени. Я почесал его за ушком в ожидании продолжения, кот немного потоптался, свернулся калачиком и закрыл глаза.

– Эй, Снежок, – прошептал я. Тот дернул ухом и засопел. – Снежок! Ты что уснул?

Но кот мне больше не ответил. Так я и просидел с ним на коленях, боясь шелохнуться. За окном совсем уж расцвело, тени на потолке пропали, и в комнату вошла мама.

– Ой, Снежок нашелся! – воскликнула она.

– Тшшш, – приложил я ко рту палец. – Он спит.

– А где он был? – прошептала мама, улыбаясь.

– В ящике с игрушками, – соврал я, плавно перекладывая Снежка на подушку.

– Во дает! – прошептала мама, – Ну пойдем, завтракать.

Глава 2, в которой мы с папой на катке катались

Наступило самое мое любимое утро в году – утро 31 декабря. Оно любимое, потому сразу после завтрака мы с папой ходим на каток, пока идем, болтаем о всяком, снежками друг в друга кидаемся… А еще это последнее утро уходящего года! Папа говорит, что надо его провожать шумно и бодро.

– Ну Санька, на каток-то идем? – подмигивает мне папа.

– Еще бы! – чуть ли не подпрыгиваю я на стуле. И тут из моей спальни выходит Снежок, потягивается, трется об мамину ногу принимается жалобно мяукать. Это означает, его пора кормить. Только я-то теперь знаю, что он и словами умеет! Притворяюсь, будто кашу доедаю, а сам наблюдаю.

– Снежочек, дружочек, пропажа наша, – ласково гладит кота мама, – Сейчас я тебе корма насыплю. Снежок, как ни в чем не бывало подходит к миске, принюхивается и жадно принимается за пищу, подрагивая хвостом. Тут я вспоминаю, что Снежок обещал со своим таинственным другом познакомить, прикидываю, как бы так выяснить у него подробности: когда? как? где?

– Па, ну я пойду собираться на каток? – спрашиваю.

– Ну давай, я сейчас кофе допью, и тоже пойду, – кивает мне папа.

– Снежок, пойдем поможешь мне выбрать свитер, – как бы в шутку обращаюсь я к коту, выходя из кухни. Бегу в спальню, прыгаю на кровать и принимаюсь ждать Снежка. Тот медленно следует за мной, останавливается и нюхает дверной косяк.

– Снежок! – шепчу я ему, – Когда же ты меня знакомить будешь с другом?

Снежок молчит, как в рот воды набрал. Я жду. Снежок проходит вглубь комнаты, трется спиной о ножку кровати, запрыгивает на нее, сворачивается клубочком подле моих ног.

– Снежок, что же ты молчишь? – не унимаюсь я. – Боишься, что родители услышат? – вскакиваю с кровати и закрываю дверь в спальню. – Теперь точно не услышат, – но Снежок продолжает молчать, смотрит на меня, щурится и мурчит. И ни слова, ни словечка не отвечает! Как же так, думаю, что же он, специально дразнится? А может мне всё это приснилось, и Снежок никогда со мной не разговаривал?..

В задумчивости надеваю свитер и лыжный комбинезон, натягиваю колючие носки, уже собрался было выходить, но останавливаюсь на пороге. – Снежок, ну скажи ты мне хоть что-нибудь! – шепотом молю я кота. Но Снежок и ухом не повел, сложил пушистые лапки под себя, зажмурился и мурчит. Мурчит как партизан.

Мы с папой отправляемся пешком на каток. Идем по заснеженным улицам, любуемся разноцветными гирляндами и флажками, что повесили между столбов. Навстречу нам бегут люди с тяжелыми сумками – у одного в пакетах звенит, у другого батон вываливается – а они румяные, счастливые, бегут, торопятся домой. Как здорово! Доходим до катка, а там в самом центре большущая елка с красной звездой на макушке! Елочка светится, переливается всеми цветами радуги, а вокруг нее катаются другие дети.

– Папа, скорее! – тяну я отца за руку.

– Бегу-бегу, – смеется папа.

Быстро натягиваем коньки и вперед – ух-х! Какой лед скользкий!

– Осторожней! – командуем мне папа и хватает за руку. Вдруг на катке заиграла мелодия. Я сначала её не узнал, прислушался. Смотрю на папу, а он уже как дирижёр размахивает невидимой палочкой и подпевает, – Ла-ла-лай-ла-ла-ла… Ну ты чего, Санька, не узнаешь? – спрашивает.

– Не узнаю… Узнаю! – это песенка из папиного детства, из мультика про Простоквашино.

– Кабы не было зимы в городах и селах, никогда б не знали мы этих дней веселых! – подпеваю я папе. Мы катимся по скользкому льду, взявшись за руки, я смотрю на огоньки, разноцветные игрушки, разглядываю других детей на катке. Вон девочка кружится на льду как юла – ничего себе! А вон малыш пытается встать на коньки, держится за мамино пальто, падает, хохочет. Какой смешной малыш. Я гляжу снизу вверх на папу, он улыбается, тоже по сторонам глазеет, а у самого глаза блестят ярче звезды на елке! Эх, как же, всё-таки здорово…

Мы в этот раз долго катались, воротились домой, когда уже совсем замерзли. У папы нос красный, у меня щеки щиплет. Заходим в квартиру, а там пирогом пахнет, и мама елочку зажгла. Нас выходит встречать Снежок, чинно и медленно потягивается, обнюхивает, мурчит. – Снежок, привет! – шепчу я коту. Треплю его за мохнатую морду, он мне приветственно мяукает. И кажется мне, будто Снежок никогда и не разговаривал, а это мне всё только приснилось… Ну точно!

Глава 3, в которой Снежок знакомит с другом

Вечером того же дня, мы с мамой накрывали на стол, а папа открывал шампанское: сначала взрослое, а потом детское. Снежок сидел подле нас и, задрав свою белёсую морду, разглядывал ёлку.

– Ты гляди, наверно сейчас опять запрыгнет! – усмехнулся папа.

– Я ему дам! – погрозила Снежку мама указательным пальцем. Снежок осторожно понюхал нижнюю ветку, укололся носом об иголку и махнув хвостом, отошел подальше. Мы сели за стол, стали раскладывать по тарелкам мамины салаты – я себе сразу оливье положил – и вспоминать, что хорошего случилось в этом году.

– Я получил новую работу! – гордо воскликнул папа.

– Я научилась танцевать румбу, – повертела плечами мама.

– А я дельфина видел! Во-о-от такого, – раскинул я руки в стороны, вспомнив наш летний отпуск в Турции.

Папа поднял бокал в воздух, мы с мамой последовали его примеру и звонко чокнулись. Стали салаты лупить, вспоминали, что еще хорошего в году произошло. Папа потом телевизор включил, там шел праздничный концерт. Родители тут же принялись обсуждать какую-то тётю в оранжевых перьях. А я вспомнил о Снежке:

– Кис-кис-кис, ты где опять? – зову я кота. Он же вот только что с нами рядом сидел! Встаю из-за стола, оглядываюсь, – Снежка нет. Что это за кошачьи прятки, ну Снежок! Заглядываю в свою спальню – сидит на кровати, и задрав лапу вылизывается.

– Снежок, ты чего тут один? – плюхаюсь я рядом.

– Вот закончу умываться, мяу, и с другом своим повидаюсь, мяу! – заговорил опять Снежок.

– Так значит мне не приснилось! – воскликнул я. – Что же ты молчал весь день?

– В целях безопасности, м-мяу! – продолжая вылизывать лапу, ответил Снежок.

Вдруг в окне мигнул фонарь. Я вскочил с кровати, выглянул и ахнул…

В фонарном свете кружили снежные мотыльки, а под фонарем стоял пушистый и пузатый зверек, очень похожий на ту тень, что я вчера видел на потолке. Я уставился на него во все глаза! Шерсть серая, усы длинные, лапы как у медведя, на голове черный цилиндр, а по сторонам от него длинные заячьи уши. Что ты за чудо такое? И тут я смекнул…

– Снежок, это твой друг? – повернулся я к коту.

 Снежок вдруг выпрямился, ударил хвостом по кровати, и серьезно мне так отвечает:

– Пойдем, Сашка, мяу, я вас познакомлю, мяу, – мой кот спрыгивает с кровати, заглядывает под нее, потом выныривает и продолжает:

– Только пообещай мне, мяу, что никому-никому о нем расскажешь!

– Клянусь! – прошептал я и зачем-то поднял правую ладонь вверх.

– Тогда за мной, мяу! – Снежок юркнул под кровать и был таков.

Я остался стоять в недоумении. Зверек ведь на улице, зачем же нам под кровать? Но думать было некогда, я встал на четвереньки, заглянул под кровать – темно, ничего не видать – и сунул голову.

– Ой! Ой-ой-ой! – вдруг как пылесосом меня затянуло в эту темень, видать ничего не видно, только чувствую будто, падаю куда-то, – Снежо-о-к! Снежок! И только я набрал в легких побольше воздуха, чтобы позвать кота погромче, как очутился на улице. У того самого фонаря.

Передо мной как наяву стоял пушистый зверек. Он снял с головы цилиндр и вежливо поклонился.

– Здравствуйте, – прошептал я. Снежные мотыльки кружились вокруг ушей зверька и тихо присаживались на его шерсть.

– Вот, мяу, познакомьтесь, мяу.

– Я Санька, Саша, то есть, – неуверенно протянул я руку незнакомцу. Мне показалось, что он улыбнулся, а потом протянул мне свою большую пушистую лапу. Она оказалась такой мягкой и теплой, что мне даже не захотелось её отпускать.

– А вас как зовут? – полюбопытствовал я. Но зверек мне не стал отвечать, только продолжать стоять и глазеть на меня черными глазами-пуговками.

В поисках поддержки я посмотрел на Снежка, но и тот молчал. Что же это? Он может разговаривать не умеет?

– Снежок, а чего же твой друг молчит? – всё-таки осведомился я.

– Мой друг, мяу, прилетел ко мне из далекой страны, мяу. Он знает почти все языки мира, а вот русского не знает! Я его учу, мяу. – объяснил мне Снежок, а сам вьется вокруг пушистика.

– Ну ничего себе! Разве так бывает? – вырвалось у меня. Тут мне снежный мотылёк в глаз залетел, я глаз зажмурил, принялся его тереть, и фонарь погас.

– Снежок! – кричу, – Снежок, где ты? Я вас не вижу! Но Снежок не отозвался.

Мне стало страшно, хоть я вообще-то темноты и не боюсь. Но и с иноземными зверьками не каждый день встречаешься! Я снова Снежка позвал, тот он мне так и не ответил. А потом вдруг чувствую, кто-то меня за плечо трясёт.

– Саша, Санечка, вставай, – слышу я мамин голос. Открываю глаза – лежу в кровати, Снежок рядом в клубок свернулся и посапывает. Да что же это за сны такие! Настоящие…

– Санька, – заглядывает папа в комнату. – Ты так весь Новый год проспишь! Пойдем, там уже скоро президент выступать начнет!

Вскакиваю с постели и замечаю как Снежок один глаз приоткрыл и смотрит на меня так хитро, а потом голову на другую сторону повернул и опять засопел. Что же это? Приснилось или нет?

– Сашка, ну скорее, – зовут меня родители из гостиной. Я пулей выбегаю, а сам никак забыть про сон не могу. Залетаю в гостиную – уже бой курантов звучит! – плюхаюсь на свое место и громко выдыхаю.

Президент что-то говорит про год уходящий, родители его так внимательно слушают, а у меня из головы никак этот сон не идет. Ну надо же, каким всё было реальным! И лапа этого зверька, такая мягкая и теплая… Смотрю на свою ладонь, она еще даже как будто хранит то тепло.

«Бом-бом-бом», – куранты забили! Так, ведь желание надо загадать, а я со всей этой кутерьмой ничего не придумал! Мама протягивает мне бумажку и карандаш, я особо не раздумывая пишу: «Встретиться еще раз». Сую бумажку под пламя свечи, что мама зажгла прямо перед выступлением президента, – «Бом-бом-бом», – отбивают куранты. – Ну же, родненькая, гори скорее! – восклицаю. Чувствую как пламя подбирается к моим пальцам, кидаю бумажку в бокал с детским шампанским и залпом выпиваю.

– Ай, молодец! – восклицает папа, – Моя школа!

Куранты ударили в последний раз и по телевизору запели гимн. Мы с родителями принялись обниматься, целоваться и хором подпевать телевизору. А когда гимн закончился, и на экране снова та тетя в оранжевых перьях появилась, я зазевал и решил, что пора бы мне пойти в кровать.

– Санька, а подарки ты будешь смотреть? Или утром? – подмигивает мне папа. Подарки! Я совсем забыл про подарки во всей это неразберихе со Снежком и его другом.

– Сейчас, конечно! – подпрыгиваю я от нетерпения, поворачиваюсь к ёлке и среди разноцветных оберток замечаю одну самую большую, красную. Разворачиваю подарок…

Не может быть!

Большими глазами-пуговками на меня смотрит мягкий и пушистый тот самый зверек! Ну тут у меня голова совсем кругом пошла, не знаю, то ли от впечатлений, то ли от детского шампанского… Я прижимаю к себе новую игрушку, а сам ищу глазами Снежка.

А он сидит около праздничного стола. Хвост трубой, глаза блестят, уши навострил. А потом взял да подмигнул мне! Да-да, прямо вот там где сидел, там и подмигнул!

– Санька, ну как тебе игрушка? Это же тот персонаж из мультика, помнишь? – допытывает папа. Я зеваю. Что-то я уж больно притомился за эту ночь…

– Ладно, Сашке спать уже пора, – обнимает меня за плечи мама, – Остальные подарки завтра откроешь.

Я киваю. Держу в руках нового друга и всё никак не могу осознать, разве так бывает? Укладываюсь в постель, с одной стороны кладку Федьку, а с другой новую игрушку, – Ну и как мне тебя назвать? – спрашиваю. А он в ответ, конечно, молчит.

Накрываю нас троих одеялом, и тут ко мне Снежок запрыгивает. Зевает, топчет лапками одеяло, наконец выбирает удобную позицию и укладывается. Я уже было хотел спросить его, как это так. Сон ли это было или нет? Он ли родителям подсказал мне про подарок? А как он мог подсказать, если он кроме меня больше ни с кем не разговаривает?

Но зевота совсем меня одолела, а глаза сами собой закрылись.

– Ладно, Снежок, с тобой я потом разберусь… В следующем году!