Kitobni o'qish: «Маэстро Азнавур. Une vie d'amour»

Памяти великого шансонье посвящается

 
Ты был верным сыном своих родителей
И верным сыном двух стран:
Армении и Франции!
Но сегодня весь мир твое Отечество,
Потому что весь мир, на разных языках,
Поет и слушает твои песни,
Маэстро Азнавур!
 

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ШАРЛЬ АЗНАВУР, известный шансонье.

АИДА АЗНАВУР, сестра Шарля

ПЕВЕЦ

КНАР, мать Шарля

МИША АЗНАВУР, отец Шарля

ЭДИТ ПИАФ, певица

ХУДОЖНИК

МИНА ПРИОР, актриса

МИРЕЙ, девушка из галантерейной лавки

ДАМА, эмигрантка, живущая в Париже

МИШЛИН, первая жена Шарля Азнавура

БАРДИ, хозяин кабаре

УЛЛА, жена Шарля Азнавура

ЛАЙЗА, актриса

ЖАН-ЖАК, журналист

ДЕВИЦА в кабаре

СОСЕД по квартире

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ПРОЛОГ

На авансцене.

Киев вечерний. Мелодия «Києве мій».

Афиша: «Концерт Шарля Азнавура в Киеве».

Певец и Актриса проходят мимо. Останавливаются.

АКТРИСА. Шоу отменили, а афишу снять забыли. Ты так ждал встречи с ним!

ПЕВЕЦ. Двое суток не мог прийти в себя, когда узнал.

Звонок. Певец берет трубку. Включает громкую связь.

ГОЛОС. Пьер, привет!

ПЕВЕЦ. Привет!

ГОЛОС. У меня на столе – сценарий мюзикла о Шарле Азнавуре. Роль певца написана для тебя! Для Лики тоже есть роль! Премьера – через месяц, в нашем театре.

АКТРИСА. Мечты сбываются, Пьер!

ПЕВЕЦ. Шоу маст гоу он, детка!

АКТРИСА. Шоу маст гоу он!

Открывается занавес.

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Парижское кафе.

Шарль и Аида за столиком. Звучит мелодия песни «Я уже видел себя».

Песня 1. Je m'voyais déjà «Я уже видел себя» (Шарль Азнавур).

 
В 18 лет я покинул провинцию с ничтожным багажом,
Но с твердым намерением завоевать Париж!
Я уже видел себя обожаемым и богатым!
И в мечтах своих каждый вечер
Выходил навстречу софитам
И овациям избранной публики!
 
 
И пусть сегодня я еще не добился успеха:
Мне достались лишь жалкие гонорары,
Убогие номера и солдатские девки.
Но я сделал все, чтобы выделиться из толпы:
Я воспевал Любовь!
Был комиком и артистом мюзик-холла.
И я знаю точно, что придет время —
Имя мое засияет на верхних строчках афиш!
И я докажу всем, что талант у меня есть!
 

ШАРЛЬ. Эта песня оказалась пророческой!

АИДА. В 49-ом Азнавур принес ее Монтану и предложил исполнить. Но Ив отказался, под тем предлогом, что песни об артистах не пользуются успехом.

АИДА. Однако поражение обернулось головокружительным успехом!

ШАРЛЬ. Давай по порядку.

АИДА. Публика любит истории успеха, рассказанные от первого лица. Особенно, если показать, что не обошлось без драки и первые шаги были трудны.

ШАРЛЬ. О! Тут меня обслужили по полной программе. От многочисленных ударов до сих пор осталось несколько синяков на душе и физиономии, а уж сколько было артистически исполненных пинков под зад! Но я всего добился сам!

АИДА. Отличное начало!

ШАРЛЬ. Не знаю, будет ли зрителям интересно.

АИДА. Посмотрим, ведь риск – благородное дело, ты всегда так считал, арпарик.

ШАРЛЬ. Да, арпарик!

ШАРЛЬ. Если то, что я расскажу, сможет заинтересовать Вас, господа, буду очень рад. А если нет – у меня бывало и не такое, как-нибудь переживу.

АИДА. Вспомни: кто мы, откуда пришли и где мы теперь?

КАРТИНА ВТОРАЯ

На экране: Анатолия, Турция, местность, в которой жили армяне, разрушенные храмы.

Кадр из фильма «Арарат».

ШАРЛЬ. Я родился на исходе путешествия по аду. Осечка вышла, голубчики, вам не удалось меня поймать. И пусть кому-то это не понравится, но я остаюсь человеком помнящим.

Шарль пишет.

АИДА. Что ты пишешь?

Шарль продолжает молча писать.

Откладывает один лист. Аида бережно берет его в руки и читает.

АИДА. Они пали, не понимая толком почему.

Мужчины, женщины, дети,

Которые просто хотели жить.

Аиду душат рыдания, она передает стихи Шарлю.

ШАРЛЬ. Они пали, взывая к Богу на пороге своей церкви

Или разрушенного дома.

АИДА. В Европе играют джаз и современную музыку,

Звуки труб заглушают крики детей.

Но никто не скажет ни слова

В защиту целого народа,

ШАРЛЬ. Который остался без погребения,

Который предпочел умереть,

Не отрекаясь от своей веры.

Который живет, несмотря ни на что!

Смерть била их, невзирая на возраст,

Лишь потому, что они имели несчастье

Быть детьми Армении.

Песня 2. Ils sont tombés «Они пали» (Шарль Азнавур).

ШАРЛЬ. Я не виноват в их несчастьях, но все равно испытываю стыд и чувство вины. Когда вижу этих незаметных страдальцев, в поисках лучшей жизни приехавших в нашу страну, которую они считают «землей обетованной», то ощущаю легкий укол в сердце, вспоминая путешествие, совершенное моими предками.

АИДА. Ты родился на исходе путешествия в ад, там, где начинается рай, называемый эмиграцией.

КАРТИНА ТРЕТЬЯ

Осень. Париж. Полицейский участок.

Миша и Кнар с ребенком на руках входят.

Кнар передает ребенка Мише, и направляется к окошку.

ГОЛОС. «Вы хотите эмигрировать в США?

КНАР. Да.

ГОЛОС. У вас там есть друзья? Родственники?

Миша и Кнар переглядываются.

ГОЛОС. Деньги? У Вас есть деньги?

КНАР. Мы бежали из Турции…

ГОЛОС. Какая у вас профессия?

КНАР. Мы артисты.

ГОЛОС. Придется подождать, квота на армян в этом году исчерпана. Заполните формуляр, вам дадут знать, когда вы сможете уехать. Если ваши документы будут одобрены, of course.

МИША. Но сколько можно ждать?!

ГОЛОС. Кто вы такие? Апатриды? Люди без родины, чужаки, которым Франция оказала любезность. Отлично! Чувствуйте себя, как дома, сядьте и заткнитесь, вас вызовут.

КНАР. У нас маленький ребенок, и я жду еще одного…

ГОЛОС. Вы что единственная беременная на свете?

Смех.

Ребенок начинает плакать.

ГОЛОС. Приходите завтра.

КНАР. Приходите завтра и снова завтра! И так до бесконечности в течение многих недель, потому что каждый раз не хватает какого-нибудь документа, свидетельства, печати, и все начинается сначала.

МИША. Но надо жить, нужны деньги!

КНАР. Франк на еду, франк на квартиру, франк на одежду, франк на доктора.

КАРТИНА ЧЕТВЕРТАЯ

Зима. За окнами снег.

Русский ресторан в Париже.

Миша убирает со столов посуду.

Входит Дама. Садится за столик.

МИША. Мы закрываемся, мадам.

ДАМА. Да, знаю, знаю. Посижу немного, согреюсь. Мне водочки и закусить. Встретила твоих студентов. Кормишь их бесплатно?

МИША. В долг.

ДАМА. Ну, да, держи карман шире!

Миша пожимает плечами.

ДАМА. Боже, какая тоска, какая безысходная тоска! Что за жизнь вдали от родины?

МИША. Прорвемся!!!

ДАМА. Куда, голубчик? Где наш причал? Марсель, Париж… что дальше?

МИША (не очень уверенно). Америка.

ДАМА. А кто ждет нас в Америке? По мне, так уж лучше остаться: здесь мы почти как дома. Миша, брось это! Лучше спой, голубчик! Спой!

Кладет ему деньги в передник.

Миша снимает передник, поет.

Песня 3. Les deux guitares «Две гитары» (Шарль Азнавур).

 
Два цыгана без передышки
Играют на гитарах,
Воскрешая мою безумную молодость.
 
 
Я хочу смеяться, я хочу петь,
Чтобы забыть свое прошлое!
Принесите мне крепкого вина,
Потому что вино освобождает.
 
 
Какая глупая штука жизнь:
Сегодня ты жив, а завтра будешь мертв,
И тем более послезавтра.
 
 
Принесите мне вина и
Продолжайте играть!
Эх, раз, еще раз, еще много-много раз!..
 

КАРТИНА ПЯТАЯ

Весна.

Маленькая квартирка в Латинском квартале. Окно распахнуто.

Кнар – за швейной машинкой. Рядом детская кроватка.

КНАР. Год ожиданий в тесной квартирке на бульваре Брюн, год надежд и лишений, стояния в бесконечных очередях у префектуры полиции. Год трудностей в общении: на армянском языке в Париже не говорит никто. Но кроме служащего префектуры, есть милые и понимающие соседи. Есть и другие эмигранты – евреи, поляки, итальянцы, русские, украинцы и, конечно же, армяне. Все поддерживают и понимают друг друга. В конечном счете, мы все гребцы на одной галере!

СОСЕД. Кнар!

КНАР. Да, Мисак!

СОСЕД. Хорошие новости! Идите в префектуру.

Кнар вздыхает.

СОСЕД. Вы что, передумали?

КНАР. Полгода назад мы мечтали об этом, но сейчас.

СОСЕД. Ты ведь актриса, а работаешь поденщицей, на богатых. Миша – певец, каких поискать! А хлопочет у плиты, кормит дармоедов.

КНАР. Мы должны помогать друг другу. Мы – соплеменники, разве ты забыл Мисак?!

СОСЕД. Оно-то, конечно так… но…

КНАР. Бог воздаст нам за доброту. Если не нам, то нашим детям, обязательно воздаст!

СОСЕД. Ну, разве что детям.

КНАР. Они станут настоящими артистами!

СОСЕД. Америка – страна больших возможностей: Бродвей, Голливуд!!!

КНАР. Здесь их тоже немало!

Сосед разводит руками.

КНАР. Осенью и зимой было зябко и грустно, но весной… Весной Париж так красив!

СОСЕД. Что верно, то верно.

КНАР. И в сердце моем расцветает надежда!