Kitobni o'qish: «Исагон. Настя разносит академию»

Глава 1

Мне было около семи лет, когда я начала рассказывать сказки. Хотя не так – сказку, в единственном числе. Родители поначалу умилялись и неустанно повторяли, что их дорогая Настенька обязательно станет писателем – а кем мне еще быть с такой-то фантазией?

Со временем моя сказка обрастала подробностями, и в какой-то момент мама перестала улыбаться. Наоборот, она грозно посмотрела на папу и отчитала его:

– Ты не установил на компьютер родительский контроль? Откуда ребенок взял такие ужасы?

– Установил, – растерянно оправдывался он. – Этой бредятины она могла насмотреться у кого-то из подружек.

В силу возраста я не сразу поняла причину перехода от восторга к недоумению, поэтому по инерции продолжала пересказывать ту же самую историю:

– Прекрасная волшебница была очень добрая! Но иногда она сильно злилась. Например, когда обижали маленьких. А того бедного мальчика злодеи хотели забить камнями! Тогда прекрасная волшебница подлетела к ним и взмахнула рукой. Я уже говорила, что она могла так махнуть, что поднимался ураган раскаленного песка? Но в этот раз злодеев оказалось слишком много, а кто-то из них тоже был волшебником! Они накинулись на нее и сделали ей очень больно. Умирая, она беспокоилась только о том, чтобы ребенок успел спастись – вот, какая она была хорошая! Но тот мальчик не убежал и даже не заплакал, он стоял и круглыми глазами смотрел, как в спину прекрасной волшебнице снова и снова летят огненные шарики, а из ее рта полилась кровь…

Мама не выдержала и крепко обняла меня. А потом судорожно зашептала:

– Настенька, родная моя, скажи честно – это тебе Оля рассказала? Или когда ты ночевала у тети Наташи, вы посмотрели страшный фильм? Не волнуйся, я не буду ругаться!

– С меня хватит, – процедил отец. – Я сейчас же позвоню сестре и всю душу из нее вытрясу! Знал же, что Наташке нельзя доверять ребенка! И Олиным родителям позвоню, пусть тоже бдительность не теряют.

Поняв, что моя сказка уже не вызывает умиления, а приводит к ссорам, я перестала вообще о ней говорить. А с годами и вовсе забыла тот странный период.

Писательницей я так и не стала. Видимо, моей фантазии хватило на единственную историю. Но в чужих книгах тонула без остатка. Когда мой папа накричал на Олиных родителей, девочке запретили со мной играть, да и другие дети начали сторониться и смеяться над моими странностями. Но меня это вовсе не беспокоило, ведь к тому времени я неплохо освоила чтение – и с радостью погружалась в придуманные миры, которые всегда были ярче и интереснее реальной жизни. Так и выбрала себе профессию и после института сразу устроилась работать в городскую библиотеку. В сибирском городе не то чтобы совсем не было вакансий, но я другие и не рассматривала. Что может быть лучше, чем жить в царстве литературы, да еще и зарплату за это получать? Денег мне хватало, ведь на книги я теперь могла не тратиться.

Несмотря на мою необщительность, я не была полным изгоем – просто ни с кем особо не сближалась. Но природа взяла свое, поэтому я приняла ухаживания своего сокурсника и начала с ним встречаться. И когда Костя после окончания вуза предложил пожениться, была на седьмом небе от счастья! Ну вот – у меня все как у людей, есть образование, работа, создаю семью, а с будущим мужем повезло невероятно: у моего Кости замечательный и спокойный характер, поэтому без труда уживемся. Подали заявление, но за неделю до свадьбы меня будто мешком по голове огрело. Я как раз шла домой из библиотеки, да так и встала столбом посреди улицы.

Странно, что я несколько месяцев жила будто в тумане, а тут за одну секунду мысли прояснились. Точно так же, как я до сих пор не смогла примириться с тем, что реальность по всем параметрам отстает от выдуманных историй, так и мой жених – всего лишь идеальная картонная фигура для антуража. Декорация нормальности. Пора признаться хотя бы самой себе: я не от мира сего, для меня все это существование как какая-то игра, где надо следовать роли – здороваться со знакомыми, изображать, что тебе интересны разговоры и события. Будто бы когда-то в раннем детстве я даже заглянула в нечто настоящее, но с тех пор никак не могу уйти со сцены. Я великолепно отточила мастерство в этой фальши, поэтому до конца жизни смогу тянуть и роль жены. Но насколько это честно по отношению к самому Косте? Ведь он в самом деле замечательный человек, неужели не заслуживает девушку, для которой он будет не декорацией? В этом спектакле вообще не предусмотрено мужчины, которого не жалко удостоить моей «прохладной нелюбви».

Решение пришло быстро, еще быстрее я сообщила об отмене свадьбы. Костю расстроила до слез, разругалась со всей родней. Пыталась успокоить себя тем, что хотя бы мне понятно, как верно я поступила. И все равно через некоторое время впала в апатию. Да что со мной не так? Почему я не могу, как все, радоваться тому, что имею? Душа постоянно зовет куда-то, словно где-то там мир перестанет казаться таким нелепым и чужим? Чтобы избежать глубокой депрессии, я вернулась к проверенному варианту – теперь я даже почти не спала, чтобы как можно реже выныривать из книг. Стоило только проснуться, втыкала в уши наушники и запускала аудио, так чаще всего и засыпала, проваливаясь в недолгий сон.

Несколько месяцев в таком режиме не могли не отразиться на моем самочувствии. Голова постоянно кружилась, мозг отказывался слушаться. Хорошо, что хоть на работу не забывала приходить. Правда, иногда забывала уходить, поэтому ночному сторожу приходилось меня расталкивать и выпроваживать из библиотеки. И я плелась в опостылевшую съемную квартиру с полузакрытыми глазами и полностью погруженная в аудиокнигу.

– Эй, осторожнее! – раздался крик сзади. – Стой, дура!..

Больше я ничего понять не успела. Даже не заметила, сбила ли меня машина или сверху что-то упало. Не помню и боли, только какая-то коротенькая мысль о том, что эта замученная театральная актриса наконец-то вышла на пенсию.

Меня разбудил такой же громкий вопль:

– Получилось?! Нет, глянь внимательнее, получилось?

Я с трудом перевела взгляд в сторону. Вот теперь мне стало больно – меня будто танк гусеницами переехал, а горло нещадно саднило. Рядом с кроватью сидел некрасивый мужчина с узеньким лбом и кустистой порослью в разных частях щек. От запаха грязи я скривилась. Выяснилось, что я находилась в какой-то комнатушке с ветхой мебелью и никогда не знавшей уборки. Чуть позже рассмотрела и молодого человека – такого же немытого и в лохмотьях.

– Где я? – прохрипела сдавленно. – Вы кто?

– Получилось! – заверещал первый и радостно затряс руками. – Теперь заживем! Как отлежится, сразу в городскую управу! – Он посмотрел на меня и заговорил мягче: – Ты в Исагоне, девочка, от души поздравляю! Я твой папа, дорогая моя доченька, а это – твой старший братец. Ты ведь не забудешь свою любимую семью, когда станешь богачкой, правда? Как тебя зовут, милая?

– Н-настя, – недоуменно выдавила я.

– Точно, получилось! Вот ведь повезло, а! Настя, кушать хочешь? Вчерашняя похлебка осталась. Или сразу рванем в управу? Там-то тебя прилично накормят. Но ты про папу и братика не забудь, ладно?

То, что мое тело изменилось, я поняла почти сразу. На глазах не было привычных очков, но видела я хорошо, да и сами ощущения стали другими. Поэтому, подойдя к зеркалу, я не слишком удивилась. Девушка выглядела на несколько лет младше меня прежней. Худенькая совсем, изморенная, кости торчат. Но притом довольно высокая. Но я заострила внимание не на грязных каштановых волосах и не на симпатичном голубом цвете глаз, а на своей новой шее. На бледной коже набухала ужасный синяк, я даже руками пощупала поврежденные ткани.

«Папа» и «братец» наперебой рассказывали, что в родном мире я умерла, но для некоторых избранных существует возможность прожить новую жизнь уже здесь, заняв место безвременно почившего местного. Я заторможенно слушала, что тут есть магия, а в Исагоне полно таких же попаданцев – и все мы, дескать, очень ценны. Даже если волшебного дара не имеется, то мои земляки становятся учеными, врачами, инженерами и прочими специалистами, которым городская управа щедро платит за их труды и знания. Слушать-то я слушала и как будто слишком легко поверила в происходящее, но не отрывала взгляда от своей шеи.

И, когда они наконец-то умолкли, поинтересовалась:

– Как умерла ваша дочь?

– Ты и есть моя дочь, роднуля моя бесценная! – заверещал «папаша». – Боги так распорядились!

Не то чтобы я хорошо в этом разбиралась, но их радость служила последним доказательством. И я решилась задать этот вопрос:

– Вы ее задушили, что ли? Чтобы появилась я?

Мужчины бегло переглянулись, но старший быстро собрался и начал заверять:

– Что ты такое говоришь? Упала она с крыши, шею свернула, а на лекарей денег у нас нет! Вот и отлетел ее дух, чтобы прилетел твой! Это благословение богов!

Ну да, объяснение, конечно, великолепное. Если родная дочь умерла на глазах семьи, то родственники сейчас с ума от горя сходили бы, а не ликовали. Да и синяк проступал вполне себе специфический. Боже, куда я попала? Что это за адский Исагон, где подобное происходит? Чем мне не нравился родной мир? Беру все свои слова обратно! Лучше уж жить в театре среди приличных людей, чем рядом с такой нечистью!

К счастью, им было выгодно побыстрее отвести меня в управление, поэтому необразованные идиоты вообще не обращали внимания на мое нежелание с ними общаться. Я туда тоже рвалась – раз там мои сородичи, то общий язык с ними я найду быстрее.

Мы шли из какой-то деревеньки в столицу целый час – благо, весенний денек выдался не слишком жарким. Обувь на моих ногах хлюпала и постоянно пыталась избавиться от едва державшейся подошвы, я старалась не зацикливаться на дискомфорте, а собирать детали. Воздух-то здесь какой чистый – будто даже сладковатый. Необычные деревья и кусты – похожие на наши, но какие-то немного другие. Вокруг дороги раскинулись поля, еще без растительности, но уже распаханные.

А уж в самом городе я потеряла дар речи. Мне нравилось буквально все: сказочные низенькие домики соседствовали с почти современными зданиями, по центральной улице сновали экзотические механизмы – аналоги привычных автомобилей без крыши, на перекрестках разноцветно подмигивали магические светофоры, но мостовая была уложена старыми потертыми булыжниками, а у некоторых прохожих на бедрах покачивались длинные мечи. Как если бы некто взял средневековый город, щедро снабдил его достижениями современной науки и укутал в магический ореол.

В управлении нас встретили тепло. Стоило только заикнуться о моем появлении из другого мира, как тотчас к нам выбежало несколько человек. Только теперь я окончательно успокоилась. В этих мужчинах и женщинах без труда угадывалось что-то знакомое – они все были одеты в очень похожую на привычную одежду, один солидный дядечка даже щеголял в пиджаке с галстуком. Настоящий возраст встречающих я и не пыталась угадать, ведь тела у попаданцев уже другие. Если я правильно поняла, то чаще «оживают» молодые жители Исагона, поэтому вон та совсем юная девчонка со вздернутым носиком вполне может оказаться семидесятилетней пенсионеркой.

– Меня зовут Марина Семеновна! – поймав мой изучающий взгляд, представилась она, чем подтвердила догадку о разнице между возрастом и внешностью. – Иди сюда, Настенька! Добро пожаловать домой! Не волнуйся, скоро все объясним и во всем поможем.

Я не могла не верить этим людям, и, в отличие от первых двух знакомцев, под их приветливостью не рассмотрела ни грамма лжи – земляки на самом деле были счастливы, что еще кто-то из своих нашел к ним дорогу. И мне тоже было приятно смотреть на них и говорить с ними, ведь назрело столько вопросов! Да и поселиться в столице Исагона не показалось такой уж плохой идеей. Всяко лучше, чем просто умереть, так и не совершив ничего полезного. Правда, в ту самую деревеньку, откуда мы так долго шли, я больше ни ногой…

Вспомнив о своих провожатых, я вместо приветствия заявила:

– Эти двое убили несчастную девушку! Посмотрите на синяки, – я оттянула рваный ворот, обнажая шею. – Они это сделали специально, чтобы появилась я. И еще неизвестно, где мама бедняжки – вдруг и над ней экспериментировали?

– Да быть не может! Опять?! – всплеснул руками мужчина в пиджаке. – Дикари и варвары, вы неисправимы!

Другой подхватил:

– Анастасия, ты не переживай, разберемся. К сожалению, в Исагоне до сих пор много… таких.

– Коренные жители, – недовольно развела руками Марина Семеновна. – За сотни лет практически не изменились, хотя мы принесли им цивилизацию, науку и образование!

Показалось, что они мешкают, поэтому я торопливо воскликнула:

– Арестуйте этих убийц, пока не сбежали!

– Конечно, схватить их! – грозно распорядилась Марина Семеновна, и солдаты тут же бросились в нашу сторону. А меня она подхватила под локоть и повела вглубь здания, сокрушаясь: – Какая жалость, Настенька, что ты сразу же по прибытии столкнулась с таким кошмаром. Но поверь, в стенах столицы тебе не придется общаться с подобным отребьем. В стране все еще много проблем, и тебе пришлось увидеть самую главную.

Но уже через час я почти забыла о тех двоих. Их поймали и сурово накажут – мне пока не хочется знать, есть ли тут смертная казнь, зато все остальные мои новые знакомые оказались чрезвычайно интересными, умными и интеллигентными людьми. Запоздало я почувствовала постоянно бегающие по спине мурашки. Если всю свою жизнь я была не на своем месте, то вдруг этот мир – и есть искомое? Это тоже сказка, коих я прочитала множество, но сказка куда более реальная, чем любые фантазии. Если посмотреть с этой точки зрения, то сегодня я не умерла – я наконец-то родилась!

Глава 2

Окончательно в себя я пришла и осознала новую реальность через несколько дней. В столице Исагона жило много таких же, как я, ведь в последние годы люди попадали сюда довольно часто. Мне выделили уютную комнату в общежитии, Марина Семеновна лично провела экскурсию по городу. Я мгновенно обзавелась кучей приятных знакомств – «новички» любили проводить время вместе, чтобы побыстрее разобраться. К тому же для нас организовали специальные курсы под неофициальным названием «Исагон для чайников». Надо же, мне всегда было сложно общаться с людьми и ничего не интересовало, а сейчас я даже не вспоминала о желании погрузиться в книжную реальность. Зачем выдумки, когда вокруг столько всего любопытного?

Разумеется, не все было так радужно – в первое время многие из нас очень переживали за родных и скучали по привычным вещам, но и с этим помогал справиться местный психолог. Не знаю почему, но мне адаптация давалась проще, чем остальным. Я ничего не могла поделать с горем своих настоящих родителей и просто мысленно желала им пережить эту утрату, а близких друзей у меня никогда и не было. Кроме семьи, обо мне никто и не вспомнит. Разве что ночной сторож библиотеки – с облегчением, что я больше не буду доставлять ему хлопот. Или Костя, которого я заранее избавила от своей персоны.

На уроках все забывали о своих печалях и с разинутыми ртами ловили каждое слово преподавателей. Нам рассказывали и об истории, и о географии этого мира. Выяснилось, что Исагон – это лишь одно из государств, причем до недавних пор считавшееся отсталым. Из-за особого металла, содержащегося в скальной породе, здесь существуют так называемые места силы – точки перехода из нашего мира в этот. Именно по этой причине и за редким исключением попаданцы оказываются здесь.

Территорию долгое время населяли лишь потомки древних варваров – скорее всего таких же попаданцев тысячелетней давности, но с другими устоями. Они были жестоки, необразованны и много чего натворили, пока демоны из Олагонии им не прижали хвосты. К счастью, началась новая волна переходов из родного мира, и тогда власть в Исагоне захватили наши современники. Новая политика изменила образ всей страны, но, к сожалению, до сих пор не вытравила из умов местных жителей дикарские обычаи. Безопасными для жизни они успели сделать лишь столицу и несколько крупных городов, но пространство между ними все еще населяли дремучие люди.

Попаданцам приходилось соседствовать и находить общий язык как с коренными жителями, так и с представителями других рас. Демонов здесь вовсе не водилось – все они осели в Олагонии, а вот драконы жили.

– Это вторая по важности задача, – рассказывал профессор. – Государство формально делится на две зоны под историческими названиями «Иса» и «Гонта». Еще до прихода к власти наших с вами земляков драконы изолировались от местных на юге. Но как бы мы ни старались наладить с ними связи, они и слушать не хотят. А ведь это объединение важно для всего Исагона! У нас – изобретения науки и новый взгляд на привычные вещи, а у них – магия небывалой силы и залежи полезных ископаемых. Если Исагон станет единым целым, то никакая Олагония его уже никогда не догонит. Переговоры с Гонтой ведутся постоянно, и лишь в этом году драконы начали отвечать на послания – пока весьма холодно и пространно, но мы все еще надеемся, что это лишь начало. Военный захват юго-западной зоны мы даже не рассматриваем. Несмотря на наш прогресс, мы ничего не можем противопоставить столь могущественным магам.

Да-да, в этом мире существовало волшебство! Клянусь, меня это вдохновило больше всего, а уж как вся наша группа ждала тестов на определение дара! Руки дрожали не только у меня.

Мы выходили по очереди. Преподаватель просил то приложить руку к артефакту, то попытаться воздействовать на разные материалы, то повторить какие-то заклинания. На каждого ученика уходило не меньше десяти минут, зато такая проверка давала исчерпывающие ответы. У троих учеников уже нашли уникальную магию – их отсадили в сторону, чтобы они своими обалдевшими физиономиями не портили другим настроение. Девятерым не повезло – дара у них не обнаружилось. Дошла очередь и до меня.

Приложив руку к артефакту, я сразу увидела слабое голубое свечение и едва не заорала от счастья – это был признак, что хоть какая-то сила в моей крови водится. Но преподаватель покачал головой и предупредил:

– Еще не все, Настя, не спеши. Теперь постарайся поднять эту воду из колбы… Зажечь свечу?.. Уплотнить песок?.. Создать ветерок?.. Да-да, теперь понятно.

Кое-что мне удавалось, хоть и совсем плохо – не так, как у трех счастливчиков. Учитель вынес вердикт:

– Универсальная магия.

– Почему вы расстроились? – Сама я едва не взрывалась от восторга. – У меня есть магия!

– Универсальная, – дополнил он. – Для заговора артефактов больше подходит уникальная, направленная только на одну стихию. Ты можешь управлять всеми стихиями, но на гораздо меньшем уровне, чем уникалы. Видела, как у нашего Матвея пламя вверх взмыло? Ты же едва смогла заставить фитиль задымиться. Но и твоим талантам применение найдем, не переживай. Это гораздо лучше, чем ничего!

Переживать я собиралась в последнюю очередь! Плевать, что магии мало – она ведь имеется, то есть отныне я не просто человек, а что-то типа доброй волшебницы из сказки!

После того урока нам определяли направление подготовки. В Исагоне были разработаны алгоритмы на любой случай. Если человек обладал какой-то важной специальностью, то практически сразу разживался прибыльным местом. Магов-уникалов чаще определяли на долгое обучение и последующие заговоры артефактов, каждый из них был на вес золота.

– Кем ты работала, Настя? – спросил учитель у меня первой.

– Библиотекарем.

Он покачал головой:

– Нет, эта профессия в Исагоне не востребована.

Я легкомысленно отмахнулась:

– Она и дома не востребована, я уже привыкла! Я обожала свою работу, но каждый раз удивлялась, когда в библиотеку кто-то заходил – у них интернет, что ли, отключили? – Заметив, что он глубоко задумался, я сама предложила вариант: – И все же моя магия подходит для заговора самых простых артефактов. Лишней ведь моя помощь не будет!

– Ладно, так мы и поступим, – кивнул он будто нехотя. – Настя, тебя записываю в группу «М». Это значит, что ты будешь посещать общие уроки с уникалами из группы «У», а остальное время посвятишь освоению артефактологии, зельеварения и алхимии с группой «А». Как ни крути, но прогресс Исагона строится на продвинутых артефактах – за ними будущее! Следующая – Ольга. Ты у нас сразу в группу «П», специалисты из красного списка Исагону нужны в любом количестве!

Я заторможенно прикидывала в уме, что обозначает буква «М». «Между»? «Может, выйдет из нее что-то путное»? «Магия есть, но с гулькин нос»? Как-то немного обидно. Хотя нас, универсалов, набралось аж четверо из группы, но троих мигом перекинули в группу «П»: фармацевт, механик и аналитик нужны экономике больше, чем недоразвитые маги или библиотекари. Я вздохнула. Оставалось порадоваться, что я не была каким-нибудь блогером – вообще, наверное, с позором выгнали бы с обучающего курса прямиком в деревню варваров.

Тем не менее занималась я очень усердно. Утренний урок по общей магии мне действительно помог обуздать свою силу и обучил нескольким полезным заклинаниям. Я бы и больше освоила, но занятия по разным стихиям мне посещать не позволили. Вместо них я каждый день училась лепить болванки для артефактов. Через месяц вынуждена была признать, что это совсем не мое. Через два месяца уже выла белугой. Кто-то с удовольствием мастерил эти поделки и выдумывал, каким составом лучше прилепить бумажку к камню, но я никак не могла поймать вдохновение. Для меня этот труд был чисто механическим и невероятно скучным. Но я сжимала зубы и продолжала стараться – Исагон ведь очень похож на прошлый мир: если ты не приносишь пользу обществу, то тебе в нем не место.

И вдруг мой самый любимый урок отменили. Ну как отменили – в класс не пришли Маша, Матвей и Сережа, с которыми мы все эти месяцы занимались. Когда не явился и учитель, я забеспокоилась. Возможно, занятие перенесли в другое помещение, а про меня попросту забыли? Ведь я действительно здесь почти ненужное звено, акцент в обучении делается на других ребят.

Побежала в кабинет Марины Семеновны и спросила об этом. Женщина в теле молоденькой девушки всплеснула руками:

– Настенька, прости, дорогая, сегодня столько забот навалилось, и я не успела тебя предупредить. Общую магию проводить больше не будут. Извини, мне снова надо бежать.

Я вылетела из кабинета вслед за ней, поскольку не могла оставить свои вопросы без ответа:

– А почему больше не будут? Уникалов окончательно разделили по стихиям?

Она отвечала на ходу, не скрывая радости:

– Нет же, они уезжают в Гонту!

– Что?! – воскликнула я.

Мы уже выбежали на улицу, и только там я разглядела готовящиеся повозки, запряженные лошадьми. Я уже видела похожие торговые караваны – местные автомобили не могли преодолевать большие расстояния без подзарядки, поэтому старый способ передвижения все еще оставался самым надежным. Охрана с огнестрелами тщательно все проверяла. Маша упаковывала свои вещи, Матвей и Сережа о чем-то переговаривались с другими людьми – я узнала среди них уже обученных магов, которые давно занимались заговором артефактов, но сейчас они тоже стояли в дорожных костюмах.

– То! – ответила на мой вопрос счастливая Марина Семеновна. – Драконы наконец-то пошли навстречу и впервые в истории захотели принять в свою лучшую академию наших студентов. Это еще не политическое объединение, но первый шаг к нему! Ты понимаешь, свидетелем какого грандиозного события стала? Поддержи своих друзей – они волнуются, конечно, ведь на них лежит такая ответственность!

Я одеревенело подняла руку и помахала бывшим сокурсникам, но медленно выдавила:

– Понимаю… Их будут обучать сами драконы, а это… это… Марина Семеновна, можно мне с ними? Я соберусь за три минуты!

Женщина положила мне ладонь на спину и ласково погладила.

– Настенька, прости, не получится. Мы отобрали двенадцать сильнейших уникалов. Если вдруг драконы продолжат традицию принимать наших учеников, то ты тоже поедешь в Гонту, обещаю. Но пойми сама – сейчас мы не можем ни в чем оступиться или включить в первый же список не столь одаренных исагонцев. От этих ребят зависит впечатление обо всех нас, но и не будем забывать о рисках. Мы не особенно понимаем, что их ждет. Драконы – специфическая раса, они славятся своим непревзойденным могуществом, терпением, вежливостью и образованностью, но все же они впервые принимают к себе чужаков. Да-да, они все еще не признают наше правительство и продолжают считать всех нас чужаками.

Я все прекрасно понимала и не настаивала. Провожала повозки с мысленными пожеланиями легкой дороги и львиной долей зависти. Давно пора признать правду – я не попала в число щедро одаренных счастливчиков, но это не значит, что у меня не получится найти в новом мире собственное счастье. У каждого свои задачи, и еще неизвестно, будут ли избранные рады несколько лет жить в незнакомой и средневековой Гонте, ведь там нет многого, к чему мы привыкли. Тот мир – абсолютная сказка без антимагических допущений.

Значит, все, что я должна делать – продолжать развивать свой универсальный дар. И тогда, если только захочу, тоже поеду к драконам. У меня-то хоть выбор будет! Мнение этих ребят вряд ли спрашивали: если что-то надо Исагону, то вопрос даже не обсуждается.

Глава 3

Получив первую стажерскую зарплату, я не сразу сообразила, на что можно потратить деньги: жила до сих пор в общежитии, питалась в столовой, а тех двух комплектов одежды, что нам выдали вначале, мне хватало. И тогда мой мозг заработал по привычному шаблону – на что вообще тратить деньги, если не на книги? Почти сразу я рассмеялась – у меня больше нет желания уходить от реальности, это просто привычка. Но, подумав снова, отправилась на местный рынок. В конце концов мне стало просто любопытно, о чем же пишут местные писатели и в почете ли здесь художественная литература. Это ведь тоже можно назвать исследованием нового мира.

Я уже хорошо ориентировалась на главных улицах, поэтому не стала звать для компании знакомых из общежития. Нашла книжную лавку, но там предлагались лишь учебники, и пошла гулять дальше по улице. Но через несколько шагов застыла на месте, разглядев вдали человека. А потом и его спутника…

В страхе заметавшись, я не сразу сообразила, что делать. С ними двумя я не справлюсь. В столице полно стражи, но посторонним долго объяснять, потому я забыла о своих делах и побежала обратно по улице к зданию управления. Без стука влетела в кабинет Марины Семеновны и слишком громко закричала:

– Я их видела! Неужели их уже отпустили – как же так?! Не слишком ли гуманны законы Исагона?! Или они сбежали из-под стражи? Тогда их нужно немедленно схватить и ужесточить наказание!

– Кого? – женщина подняла лицо и сильно нахмурилась, на гладком девичьем лбу проступила тяжелая возрастная складка.

– Убийцы этой девушки! – Я указала на свою грудь.

– Сбавь тон, Анастасия! – рявкнула она, вынудив меня вспомнить, с кем разговариваю, и все-таки прикусить язык. – Скорее всего, ты обозналась.

Но я замотала головой и ответила, хоть и гораздо тише:

– Нет-нет-нет… Даже если предположить, что у одного из них есть брат-близнец, то точно не у обоих… Это были они! Марина Семеновна, поверьте мне, я не ошиблась, надо срочно что-то…

– Успокойся! – жестко приказала она и уже мягче повторила: – Успокойся и сядь. Мы со всем разберемся. Твоя задача – учиться и работать, не забивай голову.

Я рухнула на стул и недоуменно потерла виски. Немного отдышавшись, потихоньку начала соображать и вспоминать детали. И от них мне делалось еще хуже…

– Подождите, – с трудом выдавила я. – Они были одеты вполне прилично и что-то покупали на рынке – а я видела, как они живут, у них не было денег… А вы… Вы и не собирались их арестовывать! О боже, неужели вы им даже заплатили?

Марина Семеновна встала и нервно зашагала по кабинету, заложив руки за спину и бесконечно оглядываясь на дверь. Но через минуту ее голос зазвучал мягко – в точности, как она разговаривала со мной прежде:

– Настенька, ты умная девочка. Не горячись, а хорошенько подумай. Им было сказано не появляться в столице, но эти двое – совсем идиоты. А городская стража пропускает всех дикарей, пока они не нарушают порядок, это хорошо для всех. Многие из местных, кто посообразительнее, посмотрел на нашу жизнь и уже давно перестроился – попросился в наши школы, получил хорошую работу, перевез сюда семью, а их дети уже ничем не будут отличаться от нас. Мы не в том положении, чтобы отворачиваться от желающих развиваться! В этом городе от силы треть попаданцев, представь, какое соотношение в остальных населенных пунктах. Мы не выживем, если окончательно отвернемся от такого количество потенциальных трудовых ресурсов!

– Я это знаю, – прошептала сдавленно. – Вы ушли в сторону. Я и не говорю о людях, которым просто нужно образование и культура, но сейчас мы обсуждаем убийц… Они же это специально! Как вы не понимаете? Еще и ждали такого возраста, когда вероятность заселения души будет повыше. Кто знает, что этой бедняжке пришлось пережить до того?

Марина Семеновна присела на край стола и терпеливо ответила:

– Я все понимаю лучше тебя, Настенька, пришлось всякого насмотреться. Но взгляни с другой стороны. Если дикари приводят попаданца целым и невредимым – мы выдаем щедрое вознаграждение. А теперь представь, что мы казнили бы этих двоих вместо выплаты. Отгадай, что произойдет со следующими нашими земляками? Иногда, закрывая глаза на преступления, мы спасаем своих соотечественников. После введения этого правила коренным стало выгодно как можно скорее приводить наших с тобой соотечественников в управление.

Я подняла затравленный взгляд на нее и предположила:

– А ведь в ваших интересах, чтобы они именно так и поступали – убивали своих, заменяя их нашими. Чем больше попаданцев, тем лучше для правительства. И плевать, что далеко не каждый погибший воскресает. Поэтому вслух вы их ругаете, но тут же финансово поощряете. Верно?

На вопрос она прямо не ответила, но косвенно признала вину:

– Наш порядок неидеален, но это все-таки порядок. Исагон пока не в том положении, чтобы решить сразу все проблемы. Лицемерно будет отрицать, что тебе мы рады больше, чем неграмотной дикарке, хотя тоже ей сочувствуем. Настенька, ты ведь понимаешь, что об этом нельзя никому рассказывать? Эта моральная дилемма озадачит многих, а разброд и шатание среди своих навредят всем. Политика Исагона может показаться жесткой, но это вопрос выживания всех нас.

Я не кивнула, поскольку не смогла решить, с какой частью ее речи готова согласиться. Меня тошнило от противоречивых мыслей. И тогда Марина Семеновна строго приказала:

– Иди в свою комнату и хорошенько отдохни. Мы продолжим разговор завтра, когда ты обдумаешь мои слова.

С этим спорить я не стала. Мне действительно требовалось уединение.

По своей уютной спальне я ходила до самой темноты, а мысли перескакивали с одной на другую. Да, Марина Семеновна во многом права – достаточно посмотреть в окно или на обстановку в комнате. За несколько десятилетий попаданцы обустроили здесь такой комфорт, которому даже в родном мире можно позавидовать. Без подлых трюков и неоднозначных решений они и власть-то у варваров бы не выбили, не говоря уже о большем. И сама я рада, что не умерла, но сложно принять факт чьей-то невинной жертвы в твою пользу. Я застыла у окна, медитируя на уличные фонари и светофоры. У каждой сказочной истории есть своя изнанка – мне пришлось столкнуться с ней. И, боюсь, это только начало.

Мне стало душно, поэтому я решила прогуляться. Воздух в этом мире настолько чистый, что почти целебный. В городе ночью безопасно, охрана всегда настороже, но я далеко от корпуса и не пойду.

Однако дверь оказалась заперта. Я еще некоторое время подергала за ручку, не в силах поверить. Створка окна тоже не поддалась. Меня заперли! Возможно, подстраховались на случай, если я на эмоциях решу с кем-то поделиться. Изнанка чудесной сказки проявилась еще сильнее и подкинула повод для паранойи: а не проще ли правительству совсем от меня избавиться, если оно не будет уверено в моей надежности? Ведь не зря нам в начале учебы проводили столько психологических тестов – и мои показали стремление к честности, состраданию и справедливости, что в данной ситуации играет против меня. Нет, вряд ли до этого дойдет, им нужны попаданцы, уж тем более обладатели магической силы. Но сама ситуация меня так встревожила, что я почти до самого утра не могла уснуть.

Голодом меня все-таки морить не собирались. Во время завтрака в дверь постучали и, не дождавшись ответа, в спальню вошла целая делегация – Марина Семеновна зачем-то прихватила еще нескольких коллег из управления. Они без приглашения расселись, но улыбались мне мягко и тепло – в точности так же, как когда меня впервые встречали.

– Настенька, послушай, – начала Марина Семеновна. – Мы посовещались и решили отправить тебя в Гонту на обучение к драконам. Составим письмо, где опишем твое усердие в учебе. Пусть твоя магия не так уж и сильна, но кто знает, как ее можно развить в их школе? Ты ведь так этого хотела!

Я медленно выдохнула. Понятно, они решили убрать меня из столицы таким образом. И рыбку съесть, и руки не запачкать, как говорится. Но разве я была против? Все же управление пытается найти компромиссные решения там, где это возможно.

– Согласна! – уверенно заявила я.

Марина Семеновна улыбнулась:

– Я в тебе и не сомневалась. К сожалению, мы опоздали с этим решением, поэтому тебя ждут некоторые трудности, о которых следует предупредить заранее. Первую группу сопровождала усиленная охрана, тебе же придется ехать с торговым обозом. Да, продавцы везде пути проложат, в любую точку мира доберутся, – она натянуто рассмеялась и вдруг посерьезнела: – Если ты готова пойти на такой риск, то уже завтра отправишься в этот далекий и непростой путь.

Я вновь кивнула. Честно признаться, у меня даже сердце радостно забилось. Ведь там я действительно буду заниматься магией, а не скучными артефактами! Увижу настоящих драконов, стану одним из послов мира. Если мне что-то и не нравится в Исагоне, то точно не его желание объединиться с изолированной зоной. От меня избавлялись, да, но насколько же в мою пользу!

Добродушный Илья Сергеевич произнес:

– Настя, только не расслабляйся, ты едешь не в отпуск, и от каждого из вас очень многое зависит! Надеюсь, ты понимаешь всю ответственность? Тебе проведут точно такой же инструктаж, какой получили твои товарищи. Без преувеличения каждый из вас понесет на своих плечах будущее всей нашей страны! Покажете себя в хорошем свете – драконы смягчатся, начнут принимать студентов на постоянной основе или даже станут приветливее к нашим послам. В худшем случае вы привезете из Гонты уникальные знания по магии, которые нам очень пригодятся! Что бы ты там ни делала, какие бы решения ни принимала, всегда помни о важной цели!

Прозвучало слишком пафосно, но я не стала улыбаться. Они действительно в это верили. Впрочем, как и я.

Инструктаж начался сразу после завтрака и занял много часов. Со мной беседовали специалисты из разных областей. Разумеется, я не должна оглашать какие-то секреты или подробно расписывать процессы создания артефактов – могущественным драконам это, скорее всего, неинтересно, но все же не стоит делиться коммерческими тайнами. Мягко говоря, на фабрике я только лепила разные материалы друг к другу, а сама наука была настолько мне неинтересна, что я вряд ли выдам новаторскую разработку, даже если очень захочу. О традициях драконов мои учителя и сами знали немного, поэтому весь инструктаж напоминал просто накачивание меня мотивацией. И без их слов я уже рвалась в неведомые земли.

Последняя встреча после ужина у меня состоялась с Мариной Семеновной. Она уже и забыла о вчерашнем споре, полностью переключившись на новую задачу:

– Настенька, я очень переживаю, поэтому дам несколько советов вне протокола. У нас могут быть противоречия, как в любой семье, но от этого мы не перестаем быть семьей. Поэтому сделай все возможное, чтобы выжить. Во-первых, чем дальше от столицы, тем больше диких племен, которые об изменении мира и не подозревают. В случае нападения на караван торговцы будут защищать свой товар, а не тебя. Значит, плюй на все и спасайся любым способом. Я собрала тебе целый саквояж амулетов, а увеличитель силы вообще повесь на шею и никогда не снимай. Это огнестрел – подобие нашего пистолета. Но используй его только в случае крайней нужды, он заряжен на пять залпов и потом без уникала огня станет бесполезен.

Я искренне поблагодарила. А Марина Семеновна продолжила:

– Про свою магию не забывай – где-то и она сгодится, особенно с артефактом-увеличителем. Все-таки хорошо, что ты прошла хоть какой-то обучающий курс. Дальше. И сейчас только не смей закатывать глаза – я эти слова всей первой группе говорила. Попробуй понравиться какому-нибудь дракону. У попаданцев есть преимущество – мы иначе мыслим и оттого интересны, ведь местной элите давно приелись привычные девушки. А тебе досталось еще и милое личико. Используй все, что у тебя есть!

Я удивленно округлила глаза.

– Вы предлагаете мне кого-то соблазнять?

Она заговорила строже:

– Не соблазнять. Но глазки построить не помешает. Сама подумай, мы про них почти ничего не знаем и представления не имеем, как к вам там будут относиться. Но если ты кому-то станешь симпатична, то он в случае нужды тебя прикроет. Не закатывай глаза – я ведь предупреждала! И это сейчас вы все так скептично реагируете, но когда увидите драконов – и совет мой не понадобится. Ты просто не представляешь, как все они хороши собой! Поэтому если вдруг решишь там выйти замуж, то никто не удивится. И нам на пользу – с межрасовых браков и начинается крепкая дружба между народами!

Я восхищенно заметила:

– Ого, как вы отлично продумали и шпионскую сторону нашей миссии! Влюбленный дракон точно будет более откровенен, чем равнодушный.

Она наклонилась и похлопала меня по руке, ничуть не разозлившись.

– Смейся, смейся, но в голове эту мысль держи. Ты едешь не на каникулы, и симпатия сильных мира сего многое будет решать. Через себя не переступай, но постарайся. Обещаешь?

Обдумав, я серьезно ответила:

– Обещаю. В конце концов я никогда никого не любила – может, это потому, что еще не встретила чистокровного дракона?

– И такое возможно, – улыбнулась она. – Есть у меня неподтвержденная гипотеза, что сюда люди попадают не просто так, они обязательно чем-то ценны для этого мира. И кто знает, может, тебе суждено его перевернуть? Теперь поспи. Перед тобой поставили сложную цель, Настенька. С завтрашнего дня ты отвечаешь и за себя, и за весь Исагон, но Исагон уже не сможет тебя прикрыть. Разве что советом по артефакту связи.

Марина Семеновна попрощалась и пошла на выход, но уже в дверях развернулась и добавила:

– И последнее – не вмешивайся в то, что тебя не касается! – Вот это точно была отсылка к нашему последнему спору. Мол, «если бы ты не лезла, куда не просят, то и не пришлось бы сейчас специально для тебя придумывать такую мутную схему. Скажи спасибо, что повторно не придушили». Но, опережая возражения, она примирительно добавила: – Про артефакт связи не забывай – пиши нам в любой ситуации и как можно чаще, мы все будем за тебя волноваться. Для его заряда нужны уникалы воздуха и земли или… – она хитро улыбнулась, – или один дракон.

Глава 4

В ближайшие три дня мне пришлось воочию убедиться, насколько избалован человек современной цивилизации, и еще неделя ушла на то, чтобы примириться с этой мыслью. Мне выделили место в отдельной крытой повозке, относились учтиво и внимательно, трижды в день выдавали еду и наполняли флягу водой, а от диких животных охрана защищала весь караван – ни один волк не приблизился настолько, чтобы я смогла его разглядеть. И одежду мне выдали идеальную – брюки и пиджак из специальной зачарованной ткани, которая в жару охлаждает, а в холод греет. Красота же! Но я постоянно мучилась. От бесконечной тряски чувствовала непроходящую усталость, желудок уже ныл от вяленого мяса, надоело ходить по нужде в кустики, и мечты о горячей ванне сводили с ума. Разумеется, вслух я ни разу не пожаловалась – было стыдно за свою слабость. Эти купцы ехали аж из Вольдена, завернули на территорию Исы, теперь направлялись в Гонту, то есть были в дороге не меньше месяца! Это если не считать постоянных рисков в пути и усердной работы на каждом рынке. И ничего – справляются же как-то, смеются и душевно болтают. Я начала восхищаться ими даже сильнее, чем попаданцами, обустроившими себе комфортную жизнь. Наверное, мои земляки выбрали для себя более легкий способ выживания, чем присоединиться к правилам этого огромного нового мира. И мне захотелось стать такой же – сильной, выносливой и не боящейся какой-то там стаи волков, будто я именно здесь родилась и выросла.

Но уровень опасности нарастал с каждым перегоном. Однажды меня строго предупредили:

– Госпожа, сегодня ночью мы будем ехать без остановок. Маг установит полог тишины, но запомните – не издавайте ни звука. И вообще в ближайшую неделю постарайтесь вести себя как можно незаметнее.

– Почему? – насторожилась я.

Он неопределенно махнул рукой куда-то в сторону:

– Заезжаем на опасную территорию. Здесь живут объединенные дикие племена, не знающие жалости. Если нас заметят, то можем и не отбиться. Товаром и золотом не побрезгуют, а людей или перебьют, или продадут в рабство. Страшно представить, что они сделают с юной красавицей. Конечно, у нас есть охрана, но лучше всего проскочить этот этап незаметно. Если что-то случится – от повозок не уходите, мы ждать не будем. Зато как доберемся до Гонты, сразу вздохнем свободно! На драконьей земле никогда не бывает беспорядков.

Я молча кивнула и приготовилась следовать любым указаниям. Следующие пару дней мы ехали в абсолютной тишине, это ужасно угнетало, но жаловаться никому в голову не пришло. Магический полог, конечно, приглушает звуки, но лучше не проверять бессмысленной болтовней, есть ли в нем прорехи.

И на третий день раздался крик – я вначале даже подумала, что мы миновали напряженный участок и кто-то впереди обозов решил обозначить свою радость воплями:

– А-а-а! Посмотрите! – после чего он добавил совсем немыслимое: – Призрак, это призрак! У него нет головы! Я спятил и один это вижу?! Боги, спасите меня…

Его крик прервался резко, словно кто-то зажал ему рот ладонью. И сразу возничие замахали хлыстами, подгоняя лошадей. Из-за галлюцинаций одного человека мы все оказались под угрозой.

Не прошло и четверти часа, как из темноты раздалось улюлюканье – оно шло широкой волной с правой стороны, и сразу стало понятно, что это не маленькая горстка разбойников, а огромная толпа. Вмиг начался шум и в караване – поздно было соблюдать тишину. Командир охраны выкрикивал приказы, но торговцы полагались не только на них: они вынимали амулеты, оружие и огнестрелы, которые совсем недавно приобрели в столице Исагона для перепродажи, но сейчас было не время думать о прибыли.

Я от страха едва соображала. С силой ударила себя в грудь, а потом и хлестнула по щеке, чтобы прийти в себя. Большой чемодан с одеждой и учебниками меня не интересовал, я вцепилась в бесценный саквояж, нащупала в нем огнестрел, а саму сумку привязала сзади к поясу. Заставляла себя вдыхать и выдыхать по счету, но нарастающий шум снаружи все равно рождал панику.

Дверца повозки с грохотом отворилась и отлетела в сторону.

– Девка, здесь девка! – радостно загоготал бугай с рыжими лохматыми косами, призывая и своих друзей.

Я перестала дышать и из последних сил сосредоточилась. Когда он полез внутрь, а за его спиной показались другие разбойники, выстрелила. Огневая линия прошла через голову первого и задела еще нескольких – раненые завопили от боли и отпрянули, мертвый обмяк и начал постепенно сползать на землю. Ну что, черти, получили? У меня еще четыре таких сюрприза!

Передышки у меня не получилось. Дверцу сзади вырвало вместе с петлями чем-то мощным – ну конечно, среди местных тоже водятся маги, и ничуть не в меньшем количестве, чем среди попаданцев! Меня схватили за волосы и резким движением вытащили наружу. Я все еще была жива только по одной причине – меня не собирались убивать, берегли для чего-то более страшного. При этом безжалостно тащили в сторону.

– Госпожа! – выкрикнул ближайший охранник, однако тотчас развернулся, отбивая атаку сразу трех дикарей с топорами.

Варвар утащил меня в заросли, поэтому спутники потеряли меня из виду. Но, как и прогнозировала Марина Семеновна, меня торговцы защищать будут в последнюю очередь – а уж в случае такой опасности их даже не получалось винить. Я же просто ждала удобного момента, когда бугай отпустит мое горло и развернет к себе, чтобы получше рассмотреть свою добычу. Это и стало его единственной ошибкой – залп из огнестрела в упор не оставил ему шансов.

К сожалению, подобраться обратно к дороге у меня никак не получалось. Мною заинтересовались еще несколько уродов. Памятуя о заканчивающемся заряде, я не расходовала залпы. Пришлось подпустить их ближе и выстрелить лишь тогда, когда они оказались рядом друг с другом, чтобы зацепить сразу всех. До сих пор я прекрасно справлялась, а проблема у меня была только одна – оставалось всего два выстрела. Нет, последние никак нельзя истратить, ведь еще неизвестно, сколько врагов встанет между мной и торговыми обозами.

Я замахала свободной рукой, поднимая несильный ветерок. Артефакт увеличения силы мне помогал, но только стихией воздуха я бы не справилась. Пришлось добавить стихию земли – и тогда в моей волне заструились маленькие камешки и песок. Я бы утяжелила удар водой, но мне не повезло с сухой погодой – это только водные уникалы способны добыть жидкость из чего угодно. Своими жалкими магическими хлыстами я вряд ли кого-то хотя бы ранила, но зато преследовать меня с закрытыми глазами, забитыми песком, стало гораздо сложнее. Этот метод был не столь продуктивен, зато я медленно продвигалась к дороге, не разряжая огнестрела.

Когда выгадала себе достаточное расстояние, повернулась и опрометью понеслась к каравану… да там и застыла. Луна освещала множество тел разбойников, а повозки уносились вдаль. Торговцам все-таки удалось благополучно отбиться, вот только меня они не ждали, как и было обещано. Или побоялись еще одного нападения, или решили, что меня уже не спасти, – без разницы. А мне-то теперь что делать? Перебили бы для начала всех, а потом уже ехали!

Варвары тоже все поняли, поэтому шли ко мне неспешно и громко гогоча. Странные люди – тут столько их погибших друзей, но они радовались мне, а не предавались печали. Их оставалось меньше десятка… И вряд ли я каким-то образом заставлю их встать покучнее, чтобы прикончить разом.

Страха больше не было. Я перешла ту границу, где страх хоть чем-то оправдан. Меня одолела ленивая обреченность – как темная туча, от которой уже не уйти. Я выстрелила не в дикарей, а в основание дерева, добавив еще немного собственной магии огня и воздуха. Сухой ствол переломился и вспыхнул, горящая растительность полетела в нужное место. Но, к сожалению, ловкие варвары успели отскочить. Этим маневром я обезвредила максимум двоих, и то вряд ли надолго. Осталось человек восемь или семь – всего-то… Теперь придется решать, на что потратить последний заряд – на них или на себя.

И вдруг один из мужчин изменился в лице и заголосил, указывая куда-то мне за спину:

– Злой дух! Небеса, пощады! – он упал на колени и забубнил какую-то молитву.

Еще один последовал его примеру, а остальные бросились наутек. Меня же интересовала только собственная жизнь, и я, не мешкая, побежала по дороге. Дикари так сильно перепугались, что и не подумали меня преследовать. Через некоторое время я все же оглянулась и увидела то, что так сильно испугало врагов: на обочине в самом деле грозно застыла какая-то белесая полупрозрачная фигура, которая держала под мышкой собственную голову. Она возвышалась над упавшими на колени варварами, а полы ее ветхой нематериальной одежды зловеще развевались на несуществующем ветру. Получается, торговцу-паникеру не показалось! В этом мире водятся привидения? В столице об этом почему-то никто не упоминал.

В другой ситуации я бы заледенела от ужаса, но произошедшее сильно переставило акценты. Появление этого странного создания спасло меня от страшной участи! Я выкрикнула со всей искренностью:

– Спасибо тебе!

Белесая фигура замерла и просто отмахнулась – мол, беги, дуреха, пока бежится. Существо меня услышало?! Вот это да! В какой же интересный мир я попала, где люди как звери, а призраки разумны?

Найдя безопасное место чуть поодаль от дороги, я уселась под большим деревом и открыла саквояж. Конечно, он здорово мне мешал при побеге и на бедрах от его ударов останутся синяки, но здесь собрано все самое ценное – без чего я точно уже никуда не доберусь. Просмотрела свой арсенал и невольно порадовалась. Как бы я ни относилась к Марине Семеновне, она действительно многое предусмотрела.

Вынула артефакт связи, отдаленно похожий на наш ноутбук, и описала все произошедшее. Мне ответили мгновенно, несмотря на глубокую ночь. Скорее всего, эти сообщения караулили по очереди.

«Настя, высылаю подробную карту. Гора Тахарион отмечена галочкой, и на дороге будет указатель. Обойди гору по западной лесной тропе, выделено зеленым. В той местности варвары почему-то не селятся – путь будет дольше, но гораздо безопаснее. Когда снова выйдешь на торговый тракт, опять начнется красная зона, но уже совсем маленькая. Пройди ее ночью, когда тебя издали сложнее разглядеть. За ней сразу Гонта. Следом отправляю картинки с описанием съедобных ягод и растений».

И все, ничего лишнего. Никаких пожеланий удачи, сопливых оханий и требований быть осторожнее. И мне такой подход понравился. Толку-то чего-то желать или пугать меня еще сильнее? Если уж и разряжать артефакт связи, то каждое слово должно нести пользу.

Немного поспав, я вернулась к дороге. И теперь действительно разглядела указатели. Надо же, столько ехала, но ни разу не обращала внимания на эти маленькие значки, вырезанные прямо на стволах деревьев. Полученная карта вмиг стала простой и понятной – вон там будет ручей, где можно напиться, а ту зону лучше обойти дугой.

До горы Тахарион я дошла уже на следующий день – она полностью соответствовала высланной картинке и оказалась высоченной, вершина тонула в облаках. Теперь стало ясно, почему нельзя пройти напрямик, я такой подъем не одолею, а путь вокруг нее займет на несколько дней больше. Ничего страшного, я давно приспособилась и вполне неплохо справлялась со своим незапланированным пешим походом.

В поисках нужной тропы я внимательно осматривалась, пока не разглядела вдали одинокую худенькую фигуру. Осторожно приблизилась и замерла. На высоком камне сидел ребенок и задумчиво покачивал ногой. Волосы темные и довольно короткие – совсем не по обычаям варваров. На земле был брошен дорожный мешок. Уже решительнее я направилась к нему и окликнула:

– Эй, мальчик! Не бойся, я не причиню тебе вреда! Ты тоже отстал от каравана?

Он неспешно повернул голову и посмотрел на меня. Лет десять-двенадцать на вид. Личико бледное, но взгляд какой-то тяжелый. Но самое поразительное – он ничуть не испугался. Как будто расселся здесь передохнуть и даже не знал о грозящей опасности. А это место на краю красной зоны!

– «Эй»? – холодно переспросил он, вздернув темную бровку. – Иди себе куда шла. Мальчик тебя не трогает, и ты не провоцируй… тетенька.

Я опешила. Ну и хамло. А вот рядом с камнем и та самая обводная тропа, здесь тоже на дереве вырезан указатель. Повернув на нее и сделав пару шагов, я остановилась. То, что ребенок невоспитанный, не означает, что его можно здесь бросить! Кажется, мне давали совет не лезть не в свое дело, но тут-то явно исключение.

Вернулась к ребенку и начала объяснять:

– В этом месте много злых людей. Я иду в Гонту, там безопасно. Иди со мной. У меня есть подробная карта, куча артефактов, магия и немного золотых монет. Как доберемся до драконов, я оплачу твой проезд до нужного города. Но оставаться здесь нельзя!

Мальчик упер локоть в согнутую ногу и подпер ладошкой подбородок.

– И зачем тебе это надо? Ты ведь понимаешь, что я могу сидеть здесь как приманка для сердобольных тетенек? Сейчас как отовсюду налетят мои подельники, как разделают тебя на кусочки.

Я боязливо огляделась, но вокруг царила тишь да гладь. Хотели бы налететь – уже бы налетели. Издевается он, что ли? И все же дурной характер – не повод от него отвернуться.

– Понимаю, – с улыбкой ответила я. – Но есть вероятность, что ты здесь один. И я никогда не прощу себя, если брошу ребенка в беде. Пусть твоим воспитанием родители занимаются, но для этого я обязана доставить тебя к ним. Сама я из столицы Исагона, но туда возвращаться в десять раз дольше.

– Исагон – что это? – усмехнулся он. – Ису знаю, Гонту знаю, а Исагон – это фантазия идиотов, что все мы живем в одной стране?

Услышав это, я облегченно выдохнула и отметила:

– Так мог сказать лишь житель Гонты! Ведь только драконы постоянно от нас отмежевываются. Выходит, нам с тобой даже по пути! – Я застыла и озвучила новую догадку: – Подожди, а ты сам случаем не дракон?

– Дракон, тетенька, – признал он. – Правда, нечистокровный. Для восторженного обморока маловато, но в ладоши можешь похлопать.

Я вновь начала его восхищенно рассматривать. Хорошенький ребенок, глазки зеленые, нос еще по-детски вздернут и щечки круглые, но со временем паренек превратится в настоящего красавца! Одет вполне прилично: миленький черный костюмчик сшит в точности на его худенькое тельце. Россказни о вежливости и культурности этой расы оказались сильно преувеличены. И, выходит, он далеко не так безобиден, как прочие дети. И у нечистокровных драконов магия довольно сильна – сильнее, чем у наших стихийных уникалов. Отсюда его завышенное самомнение и неадекватное бесстрашие. Вот только среди варваров тоже водятся маги – сколько их потребуется, чтобы с ним справиться? А у меня как-никак еще целый залп огнестрела имеется!

Пришлось сменить тактику:

– Тогда тем более прошу тебя пойти со мной. Я не хотела признаваться, но на самом деле очень слаба. Если на меня нападут, то мало шансов отбиться. Раз тебе все равно в ту же сторону, пойдем вместе? Твоя защита мне очень пригодится. Вдвоем уж точно безопаснее и веселее!

– В Гонту? – задумался он. – Ладно, пойдем. Давненько я туда не заглядывал.

Мальчик спрыгнул с камня и наконец-то перестал ершиться. Я уже пожалела о своей доброте, ведь вряд ли из него выйдет приятный попутчик, но иначе все равно не поступила бы.