Kitobni o'qish: «Дневник дикаря из лихих девяностых»

1 июня 199… года

Пятница

Ну вот. Дожил до маразма. До полного одичания…

Решил завести дневник…

Интересно, с чего его начинают умные люди?

Ну, с первого числа или с понедельника – это понятно…

Я вполне вписался: начинаю первого числа первого месяца лета. Пусть и не с понедельника…

С шикарного блокнота – это тоже ясно. Не могу же я записывать свои умные, драгоценные, неповторимые мысли куда попало (точнее, во что попало)…

А ещё с чего?!

Наверное, с умной цитаты… чтобы сразу показать, что не только писать умеют, но и читать…

Или хотя бы умели…

Что-то я зарапортовался…

Кому показать? Дневник же для себя пишут?!

Или для потомков?!

Ну ладно… для кого – с этим мы потом разберёмся…

А сейчас… моя любимая цитата из весьма уважаемого мною Бориса Заходера.

С детства люблю его стихи. (Странно, но сейчас не могу похвастаться, что помню писателей и поэтов сегодняшнего дня. Или я измельчал, или пишущая братия?) А вот впечатления от стихов Заходера помню до сих пор. Отец читал, потом сам научился и стал книжки глотать.

Как-то раз мне крупно повезло: где-то с кем-то пересеклись (надо же, не помню где, когда и с кем, а слова поэта помню), и процитировал мне этот некто интересные строки. Я их записал на салфетке прямо там – в кафе.

Храню эту салфетку до сих пор. Делюсь с вами.

Заодно увековечу слова на бумаге. Они того достойны.

Итак. Приготовились. Читаем, пишем:

– Ах,

Рассудку вопреки,

Миром правят

Дураки!

– Удалось же

Дуракам

Умных

Так прибрать к рукам!

В неизвестно каком году написано (может, уже лет пятьдесят тому назад), а как звучит, а?!

Как звучит?!!

Злободневно! На злобу именно сегодняшнего дня…

Есть среди поэтов прозорливцы!

Есть!

Или он один такой?!

А я кто?! Кто я?!..

С одной стороны – дурак, а с другой…

Появилась мечта соскочить… значит, поумнел?!

Или это ничего не значит?!

Шёл в ДЕМОкраты, а попал в ДЕРЬМОкраты!

(Ох, и остер на язык наш народ!)

Всё! Пришёл!.. Разворачивайся!…

Куда?!! Куда разворачиваться?!

Где тот курс, по которому мне теперь плыть?!!

А пока…

Пока я завёл дневник…

Это я – то?!

Это при моей – то жизни?!

Думать боишься, не то что вслух что-нибудь пробормотать не к месту!

Да нет!

Снов и тех боишься! Что за жизнь?! И зачем люди лезут в верха, карабкаются, надрываются, шестерят…. Всё… всё… не о том хотел…

Какой мне дневник?!! Если мысли пугают… до определенного числа рюмок?!

А ладно… Я не трус…

Выпьем, друзья!

Ау! Друзья! Где вы?!

Нет друзей.

Нет ответа…

И не надо!

Самое главное – сегодня жизнь хороша: завтра суббота, а сегодня я уже дома. Вечер; двери в квартиру, как в бункер, не просто надежные, а супер; бар полон…

А что человеку ещё нужно?! Особенно, когда….

Бутылка виски почти пуста… а значит, душа полна… чем-то неуловимо тонким и расслабленной дымкой взирает на этот грешный мир свысока.

Почерк?!.. А никто не увидит, а сам я разбирать эти каракули на трезвую голову и не подумаю…

А может, и писать больше ничего не буду… что я барышня из девятнадцатого века?!…

На душе погано…

Ну его… это виски… То ли дело наша водочка…. Тоже дрянь изрядная…

Всё. Вступление окончено…

Спать пойду… если дойду…

8 июня

И снова – здравствуй, пятница!

Самый замечательный день недели – это пятница после семи вечера…

Прошлые выходные не помню…

Больше не буду… или… как получится…

Домашний бар – это вам не коллеги по службе, это верный друг и соратник в борьбе с хандрой и депрессией…

Словечко модное, но наша родная депрессия – это вам не английский сплин; это такая тоска и боль, что хоть камень на шею и в ближайший пруд.

Куда бежать?! Что делать?!

Кем быть – вопрос не стоит.

Вопрос сейчас в другом: как перестать быть тем, кем совсем недавно, кажется, стремился стать и кем был долгие годы?

Ненавижу всех и вся!

Корёжит меня прямо при виде знакомых рож!

Хочу стать верблюдом! Гигантским! Чтобы одного плевка хватило на всех!

Чтоб не выплыли!

Господи, прости меня грешного!

Это последний стакан, клянусь!

Не помню, какой по счету, но выпью – и всё!

На бар – замок!

Амбарный!

И ключи – с балкона!

Эх, пропади всё пропадом!

Куда бежать?! Что делать?!

Потерялся в пространстве и времени…

А прапрадед крепостным был… и не жаловался. Вот терпение у народа…

Или жаловался?!

Кто ж теперь услышит?!

Мы друг друга слышать перестали, куда уж там услышать и осмыслить прошлое. Далекое прошлое…

К черту дневник! Зачем он вообще нужен?!

Спать пойду…

Если мысли уснуть дадут…

16 июня

Утро.

Я дома.

Трезв как стеклышко. Аж противно… Отвык. А голова болит.

Сколько парней положили ни за что за последние несколько лет?!.

Не наши сыновья, но и у них есть родители.

Сколько боли кругом!

Мать звонила. У моего бывшего однокашника сын погиб… потому что папа во власть не попал, остался там, внизу… а низы всегда отдуваются за ошибки и беспомощность верхов. Закон жизни…

Вот тебе и мирное время! Кругом война!

Десять лет за одной партой! Он мне как брат был. Мать ревёт…

А я?!… Эх, разбросала нас жизнь! Злодейка!

Поздно реветь… Не вернуть парня….

Не усидеть президенту в кресле. Это любому дураку теперь ясно. А ведь по телеку далеко не всё показывают. И журналисты, даже самые желтые, разузнать и разведать могут лишь малую толику.

Если б правду узнали, что в верхах творится, нас бы линчевали всех и сразу. Без раздумий! Без суда и следствия.

Шуму и криков, разборок и поисков виновных (на словах) сколько угодно; толку вот только ни на грош…

Эх, жизнь наша жестянка, а ну её в болото!

И чего я до сих пор до бара не дошел?!

На сухую думать о себе сегодняшнем и о стране, которая тонет, на глазах погружаясь в пучину небытия, невозможно. Зубами скрипишь от бессилия так, что пора за вставными челюстями идти – свои разрушены…

Что ж такое с этим двадцатым веком?! Начался с разрухи и заканчивается так же.

Век за веком идёт, а люди всё дураки дураками!

Что за судьба у человечества?!

Америка возникла как государство нынешнее потому, что туда всякие отбросы плыли! Австралию каторжниками заселяли! А Сибирь и Сахалин?! А сколько ещё мест типа Беломорско – Балтийского канала, по берегам которого не только косточки человеческие, но и отбросы общества, выжившая около лагерей шваль, оставившая потомство. Это их потомки до сих пор пополняют ряды современных люмпенов.

И почему так: лучшие погибают первыми?!

А нормальные люди на Земле есть?!

Или мы потому внепланетные разумы и цивилизации ищем, что у самих ни того и ни другого?!

Пойду головную боль лечить… Рюмочку… только рюмочку… и в болото забвения…

25 июня ( не скажу какого года)

Понедельник.

Мерзкий день.

И вообще…

Достала меня цивилизация. Так называемая … человеческая…

Слово есть, а наполнения нет. Пустой звук.

Достала меня такая цивилизация.

До печёнок. До колик. До внутренней истерии и внешней шизофрении.

День за днём, год за годом… словно белка в колесе.

Всё протокольное: речь, манеры, одежда, образ жизни… И морда! Морда – тоже протокольная…

Мир – из окна кабинета, машины или (дьявол его забери!) самолёта… Ненавижу летать…

А ВЫлетать – ещё больше!

А ведь вылечу скоро… Ей-ей вылечу… отовсюду: из постылого, но престижного министерства, из роскошного кабинета, из мест выдачи бутербродов с красной икрой по цене кильки в томате… из избранной верхушки, живущей в своё удовольствие под прикрытием громких лозунгов…

Вылечу из ЖИЗНИ, где всё есть!

Хотя…

Мир из окна кабинета нам враждебен, и мы это чувствуем, поэтому отгораживаемся всем и всеми: пропусками, охранниками, секретарями…

Всё время в напряжении.

Сауна – это уже тоже не мир, это глухие стены со скрытыми камерами. Удовольствие – близко к нулю…

Что за жизнь, если поразмыслить?! За что я цепляюсь с упорством обреченного?!

Утром – в пробках, днём – в мыле (а бывает и в чём похуже), вечером – снова в пробках.

Вокруг – такие же морды протокольные: среднего пола, высокого достатка, низкого достоинства…

Подсиживают… Подгаживают… Подзуживают…

Разговоры на публику – про народ…

Да кому он нужен – этот народ?! Что это вообще за слово такое?

Наивные людишки прорываются в приёмные, что-то ищут, что-то просят: фермер – трактор в лизинг, кооператор – подпись под нужной бумажкой, новоявленные бизнесмены – лазейку в законе.

Не перевелись ещё на Руси чудаки! Всё во что-то верят, на что-то надеются.

А закон?! Закон – давно уже одна большая лазейка для нужных и посвящённых.

Писаки достали: народ замордован!

А я?! Я не замордован?!

Кому сейчас есть дело до чужих проблем?!

Чиновники – давно уже отдельное государство, а все остальные – чужеродное тело, до которого нам нет никакого дела.

Тут у самих…

Подсиживают… Подгаживают… Под монастырь подводят… и того гляди – подведут…

Ждёшь то отставки, то ограбления, то снайпера… который стоит гроши, а найти его ничего не стоит…

«Мир спасёт красота…» Держите карман шире!

Этот мир не спасёт уже ничто: бомба заложена и давно тикает. Не откупишься!

Кругом одни уроды!

Достало!

Всё достало!

До печёнок. До колик…

Повторяюсь… но зато высказался! От души!

Пригодился дневник!

Что за жизнь?!

Несешь кусок ко рту, а в мыслях: не последний ли?!

Пристрелили кого-то из-за угла, а ты сна лишился: не я ли следующий в очереди?!

Бумажку подписываешь – рука дрожит! Хорошо, что чернила в прошлом, а то у нас бы у всех на месте подписи стояли кляксы!

Такое государство рухнуло! Завалили его верхи и не вздрогнули! Сколько можно сидеть на награбленном, которое потратить нельзя?!

Низы и вздохнуть не успели, а уже обобраны. Это тебе не карманники! Тут люди серьезные работали! Теперь убирают лишних свидетелей!

Правильно! И делиться не надо и отмыться проще!

А мне что делать?!

Такое место у меня: не захочешь – измажешься, иначе не усидишь.

А я столько лет… И не безгрешен… увы!

Нюхом чую, что пуля для меня уже отлита. Маленькая такая пулька, от которой не увернешься…

Тьфу! Тьфу! Тьфу! Не к ночи будь помянута!

Глянь-ка, в бутылке ещё что-то есть…

Тридцать капель – и спать…

26 июня

Не понедельник.

Вторник.

Но день всё равно мерзкий…

Совещания… заседания… без начала…. без конца… без смысла… без толку…

Говоришь – боишься, молчишь – тоже боишься…

Может, закрыть глаза и начать новую жизнь?!

Ага! В гробу! … Там глаза обязательно закроешь…

И не сам! Найдутся доброжелатели, кол им осиновый в подарок!…

Кто за кого?! Кто против кого?! И все за себя…

И ошибиться нельзя…

Измаялся…

Похмельем маяться легче…

Как там у Маяковского?! Прозаседавшиеся?!

Сколько ж нас?!

Скучно всё это, господа! Скучно!

Лето в разгаре. Отпуск у большинства на носу. Опять Мальдивы да Кипры?! Дорвались?! Больше говорить не о чем?!

Здесь и вслух – не о чем.

Кулуары, мать их…

В печёнках сидят. Надоели до тошноты! Чего я забыл в этих Новых Зеландиях и иже с ними?!

Всё одно и то же. Круговерть…

… государственных мужей…

В смысле, кто больше у государства оттяпал, тот и наверху.

Настоящих дел нет, зато страх настоящий: в дерьме все, кто больше, кто меньше, и не факт, что уцелеет более чистый.

Праведников среди нас точно нет, а иуды и одного хватит, чтобы утопить всех остальных скопом и поодиночке.

И ведь попят! Топят друг друга оптом и в розницу! Торопятся!

Не министерство – котел с кипящей смолой, где одни уже варятся, а другие в топку дровишек подбрасывают…

Наивные! Надеются, что их минует чаша сия…

Увы и ах!

В других министерствах и кабинетах власти не лучше: приказы и распоряжения противоречат друг другу, везде раздрай…

Одно хорошо: что ни приказывай, ничего не выполняется; так что можно не страдать, лишь бы кнопочку не нажали в заветном чемоданчике по пьяни…

Разболтался… Сна нет… Что за жизнь?!

Кто или что придёт по мою душу?!.. Хорошо, если изжога…

И не дай Бог, – сердечный приступ… А то ведь и снайпера можно дождаться, как лучшего помощника старухи с косой.

Или импровизированную гильотину в подворотне: тяп – и нет башки!

Грош цена человеческой жизни. Жалкий грошик. И даже меньше…

И чем дальше, тем дешевле…

Где там свет в конце тоннеля?!

Тупик на выходе, господа-товарищи! Тупик! Тупичище!!!

Приехали! Разворачивайся!

И на Мальдивах нас не ждут, своего дерьма полно…

И виски в баре к концу….

27 июня

Что за утро?!

Рожа в зеркале мятая, за свою признавать не хочется, но придётся.

Голова трещит… А лицо… словно шилом брился… всё в каких-то пятнах и вмятинах… но моё… кажется…

Эх, зеркало! Ты шуткуешь так, да?! Развлекаешься?! Или издеваешься… с тонким намеком на хитрой зеркальной роже?

Из слов у меня сегодня – только вздохи… и те матерные…

Дорога – на автопилоте…

Вроде ехал, но где, как и сколько не припомню…

До кабинета держусь: кивок вправо, кивок влево, взгляд сосредоточенный, шаг уверенный, вид деловой.

Закрыл за собой дверь и – сдулся… как воздушный шарик, из которого выпустили воздух.

Нет, с баром надо завязывать. Истребить под корень как вражий элемент. Сделать квартиру в этом плане экологически чистой…

Что за день?!

Мерзкий, гаже понедельника, а ещё среда называется.

Голова трещит. Мир – тоже. Трещит, расползается по швам.

Приклеенные улыбки вызывают дрожь даже у зеркала.

Ну что за день?!

Знали же, что голова N слетит! Знали, ждали, были готовы. Пристроят, не бросят (у нас своих не сдают – знают много), но… показательно высекли, от кормушки отлучили, народу кость бросили, СМИ порадовали, лягушек в болоте слегка всполошили: кто следующий?

И не важно, пил вчера или на трезвую трясся, рожи у всех перекошены страхом.

Мерзко…

Какая там работа?!

САМ нигде не показывается, все понимающе переглядываются, тихо так, воровато, и быстро глаза прячут.

А каков будет преемник?! Говорят: вот-вот объявит, а кого – неведомо…

Слухов много ходит… Поди – проверь….

Хуже нет – ждать… ждать у моря погоды, когда точно известно, что надвигается тайфун…

И обрыдло всё, и страшно, и соскочить хочется, но…

Кто ж по доброй воле из пещеры Али Бабы просто так уйдёт?!

И я! Я! Признаюсь: слаб в коленках.

А с другой стороны, кому нужны сокровища на том свете?! Наоборот, с награбленным добром на этом желательно задержаться подольше.

Так что…

С работы – домой.

Быстро. Но … с оглядкой.

Пакости чую за версту. Даже раньше… когда они ещё за горизонтом…

А что делать?! Что?! Где выход?!

Там же, где и вход… Остряки… Вас бы на моё место… И ужиком… ужиком… чтоб крылья ползать мешали…

Брюхо нам мешает, а крыльев и зачатков нету.

Зачем нам крылья?! В небе далеко видно. А мне бы сейчас в тень. Густую. Плотную… непроницаемую для чужого глаза… В норку…

А я и спешу в норку. Домой.

Семь замков-запоров, а внутри всё равно – дрожь противная. Мелкая. Как и сам.

Шлёпнут?! Не шлёпнут?!

Бизнес-элита бежит из страны. «Мозги» утекают. Этим можно.

А мне?!

Мне куда?!

Где спрятаться?!

Негде.

К оппозиции переметнуться?! Старых клоунов не трогают – нужны пока … как отвлекающий фактор. К молодым примыкать гадко: по головам лезут, чтобы кусок урвать. Уж больно жадны. Жадны, как голодные клопы; наглы, как мартышки, что у зевак в парках сумки из рук вырывают.

Нет. Остатки совести и инстинкт самосохранения не позволяют.

Хорошо в норке, но не век же в ней сидеть.

С тоски плебейские книжки стал почитывать: Паустовских там разных. Вытащил с полки наугад, наугад открыл и попал на коротенький рассказ «Золотой линь».

Помнится в детстве меня как-то раз куда-то далеко в деревню возили, и я там даже чего-то на чего-то поймал. Пескаря, что ли?! Помню только свой радостный визг…

С тех пор я ловлю кое-что более крупное и всё больше в мутной воде… А радостного визга и в помине нет…

Ох, грехи наши тяжкие…

Кто за N… ?! Кто?!

Главное – точной очереди нет… Перетасуют как колоду карт… И вышвырнут… Когда не ждёшь…

Кости в массы всё равно ведь будут периодически бросать… Чьи вот только в следующий раз?

И смертельным ли будет бросок?!..

А если я не хочу?!

Не хочу быть мячиком в гольф – клубе?!

И козлом отпущения тоже быть не хочу!

Правду никогда не скажут! Свалят всё на мертвых, не отмоешься! А самые жестокие и беспринципные подгребут под себя все денежки и перекрасятся в обывателей… какого- нибудь теплого южного острова! Понаоткрывают офисов в разных частях света и будут процветать; а дураки, что им помогали денежки добывать, в земле сгниют, почив в бозе молодыми и здоровыми…

Нет, но оно мне надо, а?!

Пропади оно пропадом это виски! В глотку уже не лезет!..

Но разве заснешь?!!

28 июня

Четверг.

До кабинета дошел – уже хорошо!

Сижу тихо и не рыпаюсь. Никто не лезет – и на том спасибо.

Одно радует: мерзкая неделя идёт на спад, а я пока в кресле… И ещё жив…

По пятницам обычно спокойно… Пересидели… Переждали… Пережили…

И вот так – каждую неделю…

Нервы… Нервы… Всё от нервов…

И чёртовы мысли… неизвестно чьи… неизвестно откуда….

Но голова-то от них моя болит! Моя собственная!

Паразиты… Все кругом паразиты: не жнём, не пашем, знай болтаем – но все в шоколаде…

Умеют паразиты устраиваться, и я не исключение…

Сколько верёвочке ни виться…

Да что ж за мысли, что за неделя?!

Этак не только бессонницу будешь лечить!

Что за геморрой в голове?! Сплошные тараканы!

Достало всё!

Надо газетенки перестать читать. Всё врут, сволочи!

Продали Россию!

Всё продажное: и любовь, и пресса, и народные защитнички, орущие с трибун, чтоб их!..

Все мы клоуны на арене цирка! Подпольного!!!

А зрители?! Зрители – тот самый народ, о котором все вслух пекутся, а мысленно посылают куда подальше?!!

Кто их в расчёт берёт?!

Цинизм проел всё хуже, чем ржа железо…

Да-а-а…. Все мы клоуны на арене цирка… невесёлая мыслишка…

Метил наверх, а попал в клоуны… Увы и ах!..

Цинизм проел всё хуже, чем ржа железо… Повторяюсь…

Бежал, бежал по жизни, хапал даже не как все, а гораздо меньше: не жадничал, не зарывался, просто не слишком отставал, иначе свои же порвут, хапал не всё, что под руку попадало и до чего руки дотягивались, но всё же… хватало.

А теперь что же – разворачивайся?!

А в какую сторону?! Где нас таких ждут?! Везде своей дряни хватает…

Это порядочных людей дефицит, а всякой мрази по стране в избытке, особенно у власти.

И не только в нашей несчастной стране.

Уже в мире дефицит людей наблюдается.

Нет, число двуногих растет, но масок всё больше…

Дочитался…

Я, конечно, не белый и не пушистый, но и в отбросы записывать себя не стоит: не до конца совесть потерял. Значит, на обочину вылечу первым. Сейчас зелёный свет для всякой мрази; для тех, кто успел на помойку выбросить весь лишний груз в виде чести, совести и порядочности.

Да-а, с такими мыслями долго не продержусь. Сам себе яму рою…

Что делать?!

Смотрю, сторонятся меня, глаза прячут…

Заметил, что и сам странно кошу глазом в сторону. Что это мы все внезапно окривели?!

Одно хорошо: давно на рабочем месте небольшим баром обзавёлся. Как раз для таких случаев. Срочно надо запить дурацкие мысли парой рюмочек коньячку…

И всё равно: разворачивайся?!

Дочитался… Досмотрелся… Додумался….

Добавил… Тридцать граммов…

А дома….

И дома добавил. Хорошо пошло на старые дрожжи. Теперь можно и баиньки.

И никакого чтива на ночь.

Назад. В поголовную безграмотность.

А лучше – в каменный век.

29 июня

Пятница.

На работу как на эшафот…

Нервы обнажены так, что кажется – просвечивают сквозь кожу и видны любому.

От других тоже то искрит, то шарахает током… Не у одного меня шизофрения с паранойей в одном флаконе… От некоторых уже душком несёт…заметным таким…

Обходили меня сегодня стороной или мне показалось?!

Не смог усидеть в одиночестве, выполз из кабинета… Лучше б сидел…

В приемную к С. сунулся было; а ему, видите ли, некогда, понёсся куда-то как угорелый. Что за спешка вдруг?! Отродясь никуда не спешил… Черепаха сонная… А тут?! Или от меня драпанул…

И Б. что-то косился на меня нехорошо… Или показалось?.. Нет, точно косился… И бочком, бочком, мимо…

Обходят… Точно обходят… Прямо как прокаженные все. Или я?!.

И М. что-то так намекнул мимоходом, что пора руки в ноги и айда… Не зря я с ним за эти годы столько коньяку вылакал, что нормальный человек утонул бы…

Знает что-то… Точно знает… Но ведь прямо не скажет. Тут не только у стен, тут у потолка и даже у воздуха уши есть. А глаза – так и у вакуума…

Намёк – и тот дорогого стоит. И за него поплатиться можно.

Пора линять…

Не зря неделя выдалась поганей некуда…

Гадство давно в воздухе витает, в ноздри лезет, током бьет, холодным потом обливает.

Шакалы…

Если что, так ведь ни одна су…а слово не замолвит… Сожрут и не подавятся… Своя шкура дороже…

Гиены…

Продадут…

За грош продадут…

И ведь достанут в случае чего… Везде достанут. Никакие Канары не спасут…

Мерзкий день… Мерзкая неделя…

Нервный тик у меня, что ли?!

Или лицевой нерв просто судорогой свело?! Ведь весь день улыбку на рожу клею, а она, сволочь, там не держится, отклеивается в самый неподходящий момент. Один оскал остается.

Достало всё.

Достало.

По самую маковку затопило…

Завтра запрусь дома, телефон отключу и напьюсь… до поросячьего визга… до скотского состояния… до полного беспамятства… и всё по барабану…

2 июля

Понедельник

Какой понедельник?!!

Откуда оно выскочило?! Это второе?!

А где первое?! Где выходные?!

Вся жизнь – сплошные понедельники!

Мерзкий день! Самый мерзкий из всех!

«Нам бы понедельники взять и отменить»… Обеими руками «За!».

Долой понедельники!

Звонила вторая бывшая… Опять ей денег мало… Ребёнок, видите ли, растёт… Да на деньги, что она с меня слупила, можно сотню детей вырастить без проблем! Прокормить до пенсии целый детдом!

Теперь пойдёт цепная реакция. В тот раз сначала позвонила первая бывшая, потом – третья, эта была последней. Теперь поменяются местами…

Горгоны!

Один ребёнок на троих, а деньги тянут как на детский санаторий.

На обычной бабе надо было жениться, а не на ногах от шеи без мозгов, но алчных, как барракуда.

Три раза на одни и те же грабли! Идиот!

Достало всё!

Башка трещит, кабинет качается, шакалы – стороной… Скатертью дорожка…

Вам всё равно на нары рано или поздно или в крематорий после удачного прицела наемника, а я соскочу… Успею… Я линя поеду ловить… Золота у меня навалом… Оно мне без надобности… А визжать лучше на рыбалке от радости, чем в тюряге от бессилия…

Заявление брошу и уйду… Ещё в гробу перевернётесь от зависти.

Или в отпуск сначала… Чтоб подозрений не вызвать…

Заяву всё равно так сразу не примут. От нас так просто не уходят. Обвинят во всех смертных и шлёпнут потихоньку… на всякий случай… чтоб язык не развязал когда-нибудь. Бережёного, как известно, Бог бережёт.

А ещё точнее: на Бога надейся, а сам не плошай. Кто плошает, тот до наших вершин не добирается. И тем более – в обычную жизнь назад не попадает…

Мало ли в мире катастроф происходит?! Решают проблему просто и изящно: техника она и есть техника, на неё всё списать можно. Подводит в самый нужный момент… по просьбе и пожеланиям…

Разгул криминала в стране опять же ни для кого не секрет, а что там, за кулисами, ведомо только режиссёрам…

Точно. Пойду завтра клянчить отпуск… Сошлюсь на нездоровье…

Рожа у меня сегодня подходящая, завтра будет не лучше. Я себя знаю.

В самом конце рабочего дня зайду, чтоб не мусолили долго. У всех есть дела поважнее, чем в кабинетах по вечерам торчать…

К бару сегодня ни на шаг! Голову надо протрезвить, а то ляпну по пьяни что ни что и выдам себя с головой…. А мне сейчас главное – не проговориться!

Ты подумай, как блокнот пригодился?!

Пишу и пишу!

В писатели, что ли, податься?!

И время мчится как угорелое, когда занят; а то хоть на стену лезь от безысходности…

3 июля

Вторник

Ура! С девятого иду в отпуск! Полный не дали, но кусочек отгрыз. Мне и самой малости хватит, чтобы смыться.

Кто-то скажет, что я как крыса бегу с тонущего корабля. А я отвечу, что просто сел не на тот корабль, но быстро успел это понять. Может, и не слишком быстро, но…

Вовремя успел: хуже нет плыть не в том направлении и жить чужой жизнью.

Оказывается, хорошо – это просто жить. Быть живым. Остальное приложится.

Не хочу, как в том анекдоте: увидела старенькая бабулька в гробу молодого бандита (гроб золотой, на каждом пальце у покойника по огромному перстню с бриллиантами) и заплакала. Спрашивают: «Ты чего, бабушка? Бандита жалеешь?!» Отвечает: «От зависти, милые, плачу! Вот бы мне так пожить».

А по мне, так чем золотой гроб в молодости, лучше простой деревянный – в глубокой старости.

Осталось неделю продержаться и – «свобода нас примет радостно у входа»!

Назад не вернусь. Ни за какие коврижки.

Заявление, датированное двадцать третьим, на всякий случай в столе положу… Бережёного Бог бережёт… (каюсь, люблю эту поговорку).

Уеду… спрячусь… растворюсь в людской массе… выживу…

Пусть другие крысы по кабинетам сидят, пока вниз головой через окно из них не выйдут или вирусом тридцать восьмого калибра не заразятся от наемного убийцы. Скоро мы и в этом штаты перегоним…

Кто СССР строил, в гробу ворочаются: строили, строили; шагали, шагали, а куда пришли?!

Пшик вышел.

Звонкий.

Линяю.

Кто куда, а я…

А я на свежий воздух…

Остальное у меня есть…

А кресло?!… Бог с ним… не инвалид – обойдусь… (на шутки потянуло, надо же, а то забыл, когда последний раз улыбался искренне, от души).

Если подумать, то что к инвалидному креслу прикован, что к кабинетному… неизвестно, что хуже…

За границу не поеду. Нечего зазря ворон дразнить: там теперь своих больше, чем в России. Все углы пообосс…ли…

Отправлюсь в российскую глухомань: усы, бороду отращу, документики другие у меня давно заготовлены. Денег возьму наличными побольше, чтоб уж наверняка нигде не засветиться… хоть лет несколько.

Одежонку приобрету попроще, чтоб среди местных не выделяться. Плебса на просторах России полным – полна коробочка, и никто в лица людишкам особо не заглядывает. Живут себе…

Как то же живут?!

Не вымерла Россия – матушка, несмотря на наши «заслуги».

Силен народишко.

Затеряюсь, притрусь, не пропаду. У меня врождённая способность к мимикрии. И среди папуасов выживу, что уж говорить о родных просторах. Одно слово, дома и солома едома ( а ежели ещё и с деньгами проблем нет, то о харчах и прочем и вовсе голова болеть не будет).

Да, снасти рыболовные тоже приобрести попроще надо и всякий скарб необходимый из самых дешёвых магазинов…

Лучше с рынков… в провинции… там наши не ходят…

Ну, это я на месте сориентируюсь. Главное – решиться.

А там…

Ищи меня, свищи, ежели что…

И горгоны обломаются: не с кого тянуть денежки будет. Пропал и пропал. Не на кого желтую прессу станет натравливать и скандалами грозить. Это они умеют – перед камерами глазки закатывать, а пасть акулью прятать….

В квартиру племянника двоюродного пропишу, сдам ему жильё в безвозмездное пользование лет на десять, нотариально оформленное; чтоб квартплату вносил, денежек чуток оставлю; иначе горгоны ребёнка используют и квартирка тю-тю. Им не привыкать по судам таскаться в поисках куска пожирнее.

Как ловко объединились –то…

А тут – пролетят…

Ха – ха – ха…

А племянничек из провинции вовремя явился…

Наведаюсь к нему на съёмную хату как-нибудь на днях… Облагодетельствую…

А пока на работе затаюсь. Раз в отпуск намылился, делами заваливать не станут. Да и где они, те дела?!

4 июля

Среда…

Серединка на половинку…

Отсиживаюсь в своём кабинете, на глаза никому не лезу.

Не делаю ни хрена, но не придерёшься – номинально присутствую на рабочем месте и даже бумажками иногда шуршу для шумового фона. Секретаря гоняю. А что им ещё?! Тружусь.

Впрочем, я не один такой: среди нас трудоголиков нет и никогда не было. Блага Родины в карман – это по-нашему, а вот о благе Родины думать – это не к нам. Это к наивным… там… внизу.

Нам главное – вид создать.

Вот и я…

Думу думаю…

Увы, не думается…

Всё уже в прошлом: и этот кабинет, и мигалки, и спецпайки, и нервотрёпка с бессонницей в обнимку, и как посмотрит и что скажет САМ… и как глянут на тебя его самые близкие прихлебатели… – всё уже не важно.

Не прошляпить бы жизнь…

Ту самую, что даётся человеку лишь раз… Даже самому никчёмному даётся… И тем, кто потом не знает, что с ней делать… И тем, кто трясётся над собственной жизнью как тот премудрый пескарь…

Не прошляпить бы жизнь… Отвести от виска дуло пистолета со взведенным курком… И чтоб пальцы судорогой не свело в последнее мгновение…

Эх, не прошляпить бы…

Не прошляпить бы жизнь…

Никто ещё в России без спецпайка с голоду не сдох, и я не пропаду…

Главное, выжить…

Где та пятница?! Уеду сразу с работы…

Мать твою?! Да куда я на своей тачке?! Срочно скинуть хоть задёшево или во дворе бросить, лишь бы ниточку оборвать.

Племяннику! Отдам! По доверенности! С правом продажи, если не вернусь года через два с половиной…

Тьфу! О чем я?! Что мне это авто?! Пусть парень радуется! Подарю!

Чужому бы подарил! Лишь бы не горгонам!

Срочно купить другое – дешёвое – авто по другому паспорту… Нет, лучше на реального бомжа купить с рук почти новое…

Нет. С машиной быстрее вычислят.

Сейчас тачку отследить раз плюнуть…

На перекладных поеду: на автобусах, электричках, маршрутках, или что там ещё по Руси-матушке колесит и где паспорт предъявлять не нужно.

В дикари подамся. Кто их, дикарей, считает?! Воля вольная на все четыре стороны…

Велика Россия – матушка, всем в ней места хватит.

Я всего лишь песчинка на просторах планеты… нет, куда меньше. Микроскопически мал человек. И слаб. Что б мы о себе ни возомнили, всё равно слабаки! Оставь наедине с природой надолго и – пропал.

А я спрячусь. Выживу.

Главное, внимание к себе не привлекать. Обоснуюсь в тьмутаракани какой-нибудь, а там…

Живи себе потихоньку…

Родни близкой нет, кроме мамы, конечно. Сын мал и к горгонам прикован; остальным скажу, что за границу поеду, а сам …

Ничего говорить не буду! И выбирать не буду! Пальцем в карту ткну и вся недолга…

Хрен найдёте, ежели что…

А интересно, царь Александр (какой-то там по счету) правда в бегах был, под личиной старца прятался где-то в Сибири или брешут люди?!

Если прятался, то чем я хуже… какого-то царя?!

Всё ж я к жизни больше приспособлен (слава босоногому советскому детству, оно не даст пропасть), чем пожизненный обитатель царского дворца.

А мать знает, что занят, звоню редко, к отсутствию моему давно привыкла. Обоснуюсь на новом месте, телефон другой куплю. Созвонимся.

5 июля

Четверг.

Шёл по коридору как по минному полю, где безопасный проход вешками не обозначен.

Дошёл!

Опять присутствую на рабочем месте. Сижу как приговорённый. Ни одна собака не заглядывает.

Нюх меня не подводит; готовится какая-то пакость, я это чувствую даже спиной…

И не только я…

Шакалы на старте!

Сижу перед дневником. Хоть что-то живое…

А если бы не завёл?!

Что Бог ни делает, всё к лучшему…

Зачем я телек вчера поздно вечером включал?! И сегодня с самого раннего утра?!

Только и говорят о том, кого пристрелили или взорвали!

Сводки с фронта, а не новости!

Интересно, а моя пуля уже отлита?!

Не туда свернул… Мысли – они материализуются…

Тьфу! Тьфу! Тьфу!!!

И какой идиот украшает телевизором рабочее пространство?!

Помечтаю об озерке и рыбалке… в тишине…

Главное – настроиться…

А там и рабочему времени конец придет!

Помечтал вчера, называется…

Так рассиропился с этим золотым линем, что успел за вечер и племянника прописать, и авто на него переоформить. Права у парня есть, это я проверил, так что пусть пользуется. С меня не убудет.

Парень вне себя от изумления. Отдал ему и запасные ключи от квартиры, сказал, что десятого может переезжать, потому что я в отпуск уеду, а потом в длительную командировку. Секретную. Чтоб он никому ни гу-гу. Велел жить, пока не вернусь, а там видно будет.

Доверенность велел спрятать и беречь как зеницу ока. В случае чего – вот адрес нотариуса, у него дубликат хранится. В квартиру пускать только своих хорошо знакомых людей. Никому, кто придет от моего имени, двери не открывать, ибо я к нему никого посылать не намерен.

Вид у племянничка ошарашенный, но головой кивает прилежно. Будем надеяться, что не дурак и всё понял.

А сейчас я на работе. Пишу вот.

Если кто заглянет, занят.

Хотя… чего это я?!

Секретарь и о своих предупреждает. У меня не проходной двор.

Хотя… какие мы друг другу свои?!.

Даже не верится, что завтра последний день…

Хорошо, хоть не Помпеи…

6 июля.

Пятница.

Сижу в своем кабинете, как в клетке. Тише мышки и тише воробушка…

Сегодня у меня одна задача – досидеть… А потом до дому добраться без урону…

Слава тем, кто придумал дневник! Он не дает свихнуться одинокому и заброшенному, заблудшему и беспомощному…

Посмотрел вчера на ночь новости.

Идиотизм неизлечим! Дурака хоть в лоб хоть по лбу!…

Зачем я включил телевизор?! Такое настроение было! Прекрасное!

Нет, автомат сработал – пульт нажал!

Тьфу!

Вчера так колотило от страха, что даже дневник перед сном открывать не стал. Уснул ненадолго. Проснулся. Снова задремал. Снова проснулся. И так всю ночь.

Кошмары замучили.

Новоявленных бизнесменов шлёпают в подъездах за милую душу прямо пачками.

Пуля в затылок или в лоб – и нет человека.

А нет человека – нет проблемы. И бизнес свободен. И с нуля начинать не надо. Бери готовенькое.

Наследнички после такого веского аргумента (всего-то несколько граммов свинца!) как-то резко перестают цепляться за то, что им причитается.

Они умнеют прямо на глазах: быстренько берут небольшую денежку (А кто ж им большую даст?! Чай, на киллера тоже потратились!) и резко сваливают в сторону.

Я своих наследников пожалею – передерутся чего доброго – поживу ещё. Деньги с одного счёта снял, а на другой (в другом банке и на другую фамилию) положил.

Но не все.

Переводить себе дороже: найдут. Опять же чемоданчик наличных с собой прихвачу, упакую в рубашки да бельишко. Нет, рюкзачок прикуплю, обычный, простенький, рыбацкий. Самый дешевенький. Перепачкаю его немного рыбой покупной, чтоб никто не польстился…

Раз эту неделю пережил, значит, не протрубили мне ещё архангелы (или черти?!) всеобщий сбор. Пригодятся денежки. Не зря я душу дьяволу за них заложил…

Отсидели, отвертелись, отболтали кто как, но – слава Богу! Долой рабочую неделю!

Интересно, почему она у нас рабочей называется?!

Если б мы работали, производили что-нибудь, давно б американцев перегнали… И заводы б не стояли в руинах, и на полях бы вместо бурьяна что-то вырастили…

Хотя, что мы можем вырастить, кроме бурьяна?!

Можем дать зелёную улицу залежалым ( с той войны!) американским окорочкам за очень хорошую мзду. У наших новоиспечённых фермеров и мелких бизнесменов таких денег нет, поэтому и свет для них на светофоре всегда красный.

Интересно, кто и как ухитряется наполнять закрома нашей необъятной Родины?! Неужели в стране ещё есть люди, которые делают что-то реальное, осязаемое, что можно потрогать руками?!

Хотя наши бумажки тоже можно потрогать руками… При желании…

Правда, у меня такого желания в последнее время не наблюдается…

И не только у меня.

Всё!

Долой рабочую пятницу!

Долой трясучку и снотворное!

Долой прошлую жизнь!

Сборы будут недолгими, но трудными…

И уход пешочком ранним утром, в маскарадном костюме, согнувшись, как старый дед, на случай слишком любопытных глаз…

Пропадать с музыкой не желаю, а вот исчезнуть по-тихому – в самый раз.

Авось, не пропаду… На всё воля Божья…

И моё желание.

Аминь!

Нет, не так!

Господи, помоги!!!

Человеком стану! Помоги!

В церковь, что ли, зайти по пути домой?!

Нет. Молиться не умею. Поздно меняться. Я лучше мысленн о к Господу обращусь! Авось, услышит… если он есть…

9 июля

Понедельник.

Поздний вечер.

Меня преследуют понедельники.

Чуть не трое суток добирался до вожделенной глубинки: сначала одна электричка, потом другая, вернее – дизель, потом автобус. Потом ещё один. Потом расспросы в райцентре: где что пустует и почему? Где для дачи можно жильё недорого прикупить, потому что там, где хорошо и дорого, можно и на знакомые рожи нарваться. А если ни дорог, ни нормальных построек, ни комфорта, то и людей денежных туда не заманишь. Как раз то, что мне нужно.

Подсказали…

Спасибо рынку! Там все местные новости кучкуются!

Купил то сё по мелочам, словечком перебросился, пока копался и выбирал, и вот результат! Где, что, почём и сколько – как на ладони!

Выбрал самое, на мой взгляд, перспективное место и вперед – в неизвестность!

От райцентра до посёлка даже не направление вместо дороги, а что-то страшное, без названия.

Ладно, ямы и выбоины, но ведь петляет дорога, как пьяный заяц! И чем круче петля, тем выше подъем!

Автобус то трясется и колотится, то кренится и хрипит на подъеме.

Сел на заднее сиденье и всю дорогу прыгал до потолка и захлебывался пылью…

Здравствуй, новая жизнь в новом статусе!

Затерялся в глухой тайге – канул в Лету…

Заселился в пустую избу, купленную за смешные деньги (один хороший обед в ресторане!) без оформления документов.

Правда, изба тоже смешная: избушка на курьих ножках; кажется, должна была покоситься и рассыпаться ещё в прошлом веке, но стоит надежно и на самом деле довольно крепкая, из сухого ровного леса…

К ней даже баня прилагается.

Крыша не течёт, печки хорошие, остальное не важно – не век мне здесь куковать.

Стол оставил, лавку для экзотики тоже, а вот холодильник с большой морозильной камерой на всякий пожарный, удобную кровать, посуду, два стула и комод для белья привёз всё из того же райцентра, наняв машину.

Пришлось вторично преодолевать эту дикую дорогу уже после покупки избы. Знал бы, что так просто всё окажется и так быстро, вёз бы барахло сразу; а так – еле живой к вечеру от усталости. Три с половиной часа езды в одну сторону по этой дороге – это смертельный номер!

Во второй раз вернулся ночью!

Приобрёл и скутер заодно, так что я теперь на коне. Можно и на рыбалку, и за грибами подальше от посёлка съездить, а то ведь рехнёшься в этой глухомани. Да и человек, заехавший в леса и отсиживающийся дома, будет вызывать подозрения. А так … я обычный чудак, желающий свежего воздуха, немножко рыбак, немножко грибник и ягодник, так что здравствуйте резиновые сапоги и прочие прелести жизни на природе.

Да, действительно, подозрительно это: не рыбак, не охотник, не грибник… А зачем тогда в эти Богом и людьми забытые места припёрся?!

Придется мне и впрямь все эти премудрости осваивать. Жить –то хочется!

О власти тут, по-моему, если и слышали, то мимо ушей благополучно пропустили.

В общем, закон – тайга…

И это здорово: чем меньше посторонних любопытных глаз, тем в моем случае лучше…

Кажется, приобрёл всё необходимое, можно и дух перевести.

Нет, рано: минералки я привёз для питья, а вот для чая и умывания надо за водой к колодцу топать – купленное ведро обновлять.

Экзотика…

Ничего… И ведро донес, и сам не развалился…

Надо же, сколько всего придумано для оформления разных сделок, а тут никто не заморачивается: деньги отдал – ключи получил, и вся деревня в курсе, что хозяин избы сменился.

Верное я направление выбрал, хоть и тыкал в карту пальцем наугад. Истинно моё место: и жильё своё есть, никто не выгонит, и с документами возиться не надо – светиться лишний раз.

Красота.

И вокруг красота: сосновые боры, озера с чистейшей водой (пить можно), песок и камни…

Коллекционируют же люди значки, марки и прочую дребедень, а я буду коллекционировать впечатления.

Иначе от тишины и безлюдья с непривычки с катушек слетишь…

Тьфу! Тьфу! Тьфу!

Спать пора. Третий час ночи, а солнце на часы не глядит – светит и греет как днем.

Ну и ну!

10 июля

Вторник.

Ёлы-палы! Утро! На часах – одиннадцать!

Не может быть?!!

Давно я так сладко не спал: без тревоги, вскакиваний посреди ночи и кошмаров. Оно не удивительно: притомился за такую-то дорогу.

А с другой стороны, у меня же застарелая бессонница…

Или теперь уже – была?!..

А тишина-то здесь какая?! Что-то нереальное … Вообще-то мир звучит… Какофония звуков в городе и ночью напрягает.

А здесь?.. Абсолютная ти-ши-на!

Я думал – такого не бывает.

Кажется, что мир вымер: в нём остался один ты. И жутко, и странно, и сразу не поймёшь, что делать и куда бежать.

А бежать поначалу очень хочется. То ли паника, то ли истерика, то ли растерянность… то ли всё это вместе…

Ничего: освоился и с тишиной… По крайней мере – сегодня…

Люди не любопытны: смотрят спокойно и на твою территорию не лезут.

Да и не густо их тут: двоих только и видел…

Домишки жалкие, но раскинуты поодаль друг от друга. Просторно живут. Из моих окон всего один дом хорошо виден, и то вдали, остальной вид – несколько крыш и лес.

Соседка – баба Таня – за гроши вчера весь дом перемыла и, что мне особенно нравится, без всяких вопросов.

Сам обмолвился, что с женой, мол, развёлся, всё ей оставил и уехал куда глаза глядят. Хочу, мол, тишины, покоя…

Улыбнулась скупо: этого добра здесь хватает – и всё.

Уходя, пригласила новости по телевизору посмотреть, если захочу. Я аж вздрогнул: ни разу про телеящик не вспомнил – так закрутился в новизне ощущений. Надо бы купить… Для шумового фона… А может, чёрт с ним?!

День тянулся и тянулся. Часы словно остановились. Интересно, а чем здесь живущие заполняют дни?!

По окрестностям прогулялся; в посёлке никого. Пошёл к соседке. Баба Таня прояснила ситуацию: оказывается, все сейчас морошку собирают на сдачу. Здесь основной заработок у людей – ягоды. Картошку сажают, рыбу ловят – это себе на еду. Варенье к зиме варят, рыбу и грибы солят, сушат и немного грибов отварных замораживают – вот и все разносолы. С ума сойти!

Я (по легенде) не слишком богат, надо поглядеть, что такое морошка и как она растёт. Чтоб подозрений не вызывать, и пособирать, наверное, придётся.

Ничем выделяться нельзя. Иначе зачем сюда ехал? Мест на земле мало?

Солнце и ночью не прячется (белые ночи стоят), но я темноты не жажду пока. Спокойнее на душе, когда всё вокруг видно.

Морошка первая пошла, мало ещё. Значит, можно не спешить. Баба Таня прояснила, что не все первую берут, ждут спелости и цены повыше…

И я подожду… Мне не к спеху…

Вышел на крыльцо.

Тишина накрыла куполом.

Комары, правда, звенят. Досаждают немного. Мошка мелкая кусается. Такая крошечная, а укус как у ротвейлера – так и выдирает из тебя куски мяса…

К этой кусачей живности тоже придется привыкать…

Вечер в пустой избе немного напряг: очень уж дико и непривычно.

Снова вышел на улицу. Постоял немного. Послушал. Та же непроницаемая тишина. Неужели и так люди живут?! Бр-р-р…

Не могу уснуть…

Посёлок, окружённый лесом… Редкие, молчаливые люди… Там, за горизонтом, снова лес… До ближайшего поселка семьдесят пять километров…

Какие другие цивилизации?! А есть ли она вообще на Земле, эта самая цивилизация?!

11 июля

Среда

Выспался отлично. Пришлось, правда, окна занавешивать тёмными шторами, а то спать при солнце не получается.

И молодежь на пригорке у деревенского озерка полночи костер жгла. Не сказать, чтоб слишком шумно было, но доносились до меня через распахнутое окно взрывы смеха. Интересно, зачем им костер, если светло как днем?.. Окно марлей затянул от комаров и спал сладко-сладко.

Чем занять день, чтобы с ума не сойти от ненужных воспоминаний и тревожных мыслей?! И откуда они только лезут?!

Уверенно сходил за водой к колодцу. Аж загордился: второй раз уже сам принёс воды. И не одно ведро! Ай да я!

Хорошо, что догадался купить плитку и электрический чайник, можно завтрак приготовить. Печь – такой монстр, что и подступать к ней страшно, а кушать хочется…

Мой завтрак сегодня – яйца всмятку и тушёнка. Ну и, конечно, горячий кофе. Куда ж без него.

Решил, что пойду в лес на прогулку – вот и подкрепился основательно.

Вышел за околицу, гляжу: стоит крупная серая собака и на меня смотрит. Спокойно стоит, разглядывает меня, как экспонат музея. Ну и я на неё поглядел.

Пригляделся, а это волк.

Мать честная! Застыл я на месте, а он потрусил себе мимо, будто и нет меня. Хотел я, было, назад повернуть, да в пустой избе сидеть ещё хуже, чем с волками переглядываться. Побрёл дальше. Авось, не съедят.

Да и то сказать, сейчас для меня волки куда безопаснее соратников (теперь уже бывших) в борьбе за демократию!

Обошёл по кругу посёлок – ноги загудели. Вроде не дистрофик и спортзалом не брезговал, а вот поди ж ты…

Лес этот, оказывается, на парк мало похож: и бурелома, и канав, с водой и без оной, хватает. То овраг, то горка; то спуск, то подъём, то через ручей по бревнышку – это не по асфальту три шага от машины до офиса…

Какая, на хрен, морошка?! Чуть в сапогах не бухнулся на кровать, когда до дома добрался.

А мой тренер уверял, что я в отличной форме!

За что я этому козлу такие бабки отваливал?!..

Баба Таня разбудила, а я и не заметил, что заснул. Изба нараспашку… и я – тёпленький… бери голыми руками… хотя … кому я тут нужен?!…

Да вот нужен же! Соседке-старушке…

Ухи принесла. Миска глиняная, глубокая, но старая, щербатая, видать, не одному поколению служила… Говорит баба Таня, что ей зять в конце отпуска рыбы наловил третьего дня, когда гостил здесь неделю, вот она и решила меня подкормить, пока не обустроюсь да не огляжусь.

Да-а-а … То ли тут рыба особенная, то ли повара у нас были хреновые, но такой вкуснятины я ещё не ел.

Честно говоря, для меня никто и никогда просто так ничего не делал.

Предложил бабе Тане денег – не взяла. Тогда, говорю, давайте я вас за морошкой свожу. Согласилась.

Откладывать поездку в долгий ящик не стали: через час и выехали. Засиделась бабуля дома за зиму. Рада, что предложил.

Ехал по её указке.

Ну и удовольствие, скажу я вам, сбор этой самой морошки! Черт меня дернул ляпнуть!

Болота мокрые, ноги в мох глубоко уходят. Бродишь, будто гири на ногах пудовые носишь. Пар от меня валит, словно я вагоны разгружаю или лес валю. Вот тебе и ягоды!

Морошку по одной ягодке берут, а я -то думал – греби с куста лопатой. Ну хоть горстями, что ли?! И как на ней можно заработать столько, чтоб ещё и на зиму денег на хлеб отложить?!

Что чудно: баба Таня на двадцать пять лет меня старше (ей уже за семьдесят далеко перевалило), а даже не запыхалась. По болоту как по асфальту… только щеки зарумянились да улыбка стала шире…

За каждой ягодкой наклонись и в болото не провались…

За два с чем-то часа собрал четыре с небольшим литра, а баба Таня – почти семь… Говорит, что пройдено здесь до нас, оттого и ягод маловато. Обмишулилась, мол, в этот раз. Вдругорядь подальше съездим.

Надеюсь, вздрогнул я не слишком заметно для неё. Перспектива снова лезть в болото обрадовала меня до колик. Сам почувствовал, как в лице изменился, но ни словечком не возразил: она ведь хотела как лучше…

Собирал, как она велела, только спелые, янтарно-жёлтые ягодки; зелёные, то есть красные, не брал – они крепкие, незрелые. Ягод местами много, но спелых – примерно половина.

Оказывается, есть места, где ещё вся морошка зелёная, то есть красная, незрелая. Непривычно как: красные – не зрелые ещё…

Соседка все места знает, с самого раннего детства с родителями всё вокруг изучила.

Надо же – никуда никогда не ездила и не собирается, и здесь, мол, хорошо…

Пересыпал дома стакан ягод сахаром в миске, как баба Таня велела, попробовал – вкусно…

Первая заготовка на зиму готова: трёхлитровую банку презентовала баба Таня, а я её наполнил ягодами вперемешку с сахаром. Ай да я!

Не пропаду и без магазинов. Мы и сами с усами!

Неужто здесь можно зимовать?!

Мороз по коже! Но недолго…

Что такое цивилизация, в конце концов?! Такое ли уж великое благо?

Жили наши предки в гармонии с природой, долгие века жили. Поклонялись воздуху, огню, воде, земле; подпитывали ими собственную энергетику.

Этим четырем стихиям приносили жертвы, дарили подарки (и сейчас некоторые ленточки вешают, например, у источника со святой водой, сам видел), возносили молитвы… Жили люди, ощущая свою взаимосвязь с этими природными стихиями; спокойно, гармонично жили. Если сравнить жизнь моего прадеда, о которой я знаю только по рассказам бабушки, с моей недавней жизнью, то стрессов в ней было намного меньше.

Или народ был гораздо стрессоустойчивее.

Или при всей сложности бытия умели наши предки подпитываться той энергетикой, которая есть у воды, земли, огня и воздуха.

Уж если мы обладаем энергетическим полем, то и всё другое на земле обладает им же, а значит, поля эти могут взаимодействовать. И поди пойми, когда такое взаимодействие на благо, а когда – во вред…

Вот и подумай тут: ну, научились мы по небу летать, а под водой плавать, и что?!

Всем это надо?!

А копни глубже, что мы знаем о мире, в котором живем?!

Пойди на улицу, порасспрашивай людей, такую дремучесть обнаружишь, что оторопь возьмет.

Всё-таки я думаю, что в этом мире мы не каждый сам по себе. И жизнь – этот великий дар небес – не может протекать без смысла и толку. Раз нам дали жизнь, мы должны успеть сделать что-то значительное для мира, в котором живем.

Просто так её проесть и проспать – преступление…

Что-то я раздухарился сегодня. Расфилософствовался не на шутку. А времени о-го-го… Ну и что, что солнце?!..

Устал к вечеру так, что еле заставил себя сесть к столу и записать в общих чертах события дня.

Думал, что до будущего уже дела нет, пережить бы сегодняшние впечатления и дикую усталость, а расписался так, что не остановить…

Ставлю точку и….

Спать. Спать. Спать.

12 июля

Четверг

Не помню, как уснул. Даже как до кровати добрёл – не помню. И солнце мне нипочём, и пойди в избе дождь с грозой и молнией – не замечу.

Тело со сна ломит, а в душе – тихая радость.

Жёлтая морошка словно солнышко… Но этого мало…

Радость, откуда ты?! Дай ответ! Не даёт ответа…

И киллера уже не боюсь… Это из прошлой жизни… такой сейчас ненастоящей…

Или она и раньше была не настоящей, а я только это понял?!

Посёлок в безвременье…

Попал сюда – и нет тебя, и нет привычной среды обитания. Есть странный, нереально спокойный мир, в котором время давно остановилось.

Может, в одном из болот и динозавры выжили?! Или кикиморы водятся?

Люди никуда не спешат. На улицах не слышно разговоров, не видно никакого движения. А есть ли жизнь на этой планете?!

Снова прогулялся к колодцу и опять никого не встретил.

Вода – это мелочи, а вот дрова…

Ладно. Я не богач, но уж найду денег на дровокола и чтобы прачку нанять. Не самому же мне стирать?!

Баба Таня с понятием. Всё ж я городской, а здешние точно знают, что городские – все безрукие и что все деньги в городе, так что по сравнению с ними я богат как Крез. Они ещё не знают, насколько правы…

Как много, оказывается, у человека дел по дому, когда всё делаешь сам, а не вешаешь все заботы на домработницу. Устал как собака, а всё ещё утро.

Очень опрометчиво я поступил вчера, когда пообещал бабе Тане и сегодня за морошкой с ней съездить!

В другое, правда, место, но вряд ли хрен окажется слаще редьки: опять болото, пудовые гири на ногах вместо сапог, комары, мошка и чумовая усталость.

И ведь не откажешься. Стыдно перед старухой пасовать. Она вчера ещё на поле сбегала (так здесь дальний огород, где растёт картошка, называют), прополола его, а вечером баню истопила. Где она силы берёт?!

Ну, вот и съездили. Зачем мне морошка – не понимаю. За два раза наелся на всю жизнь. Вчерашней трёхлитровки мне на две зимы хватит. Схожу-ка я к соседке новости посмотреть и презентую ей злосчастную ягоду. А завтра всё-таки крутанусь в город за телеком, иначе и совсем одичать можно…

Пятилитровое ведро морошки, которое я сегодня набрал с великими муками, потянуло на такие гроши, что я обалдел!

Баба Таня от подарка отказалась, сдала за меня и принесла мне деньги все до копеечки. Жалкое число рублей с мелочью!!! С ума сойти! Что на них можно купить?!

И как понять, что люди запасают деньги на зиму с ягод?!

Пока я восклицал, баба Таня мне пояснила, что по ягоды тут ходят с утра и собирают до ночи, а то и с ночёвкой ездят. Летом спать некогда, кроме ягод других забот полно: и на рыбу надо, и сено скоту, и по грибы, и огород опять же… Двужильные они, что ли?! По мне, так и одних ягод хватит, чтобы за неделю загнуться!

А баба Таня соблазнила меня ещё вечерним клёвом. Она сама – заядлая рыбачка, вот и предложила показать мне уловистое место на одном из ближних озёр.

А мне что?! Я, как Пятачок, до пятницы совершенно свободен.

Поехали…

Оторвались мы по полной: по ведру рыбы всего за пару часов! Вот это да!..

И рыба какая: крупный окунь, плотва, килограммовые язи и щука!

Азарт забрал! А теперь сижу и размышляю: куда мне такая прорва рыбы?!..

Окуней, язя и пару щук ископтили у бабы Тани во дворе, благо, коптилка у неё шикарная.

Объелся до чёртиков, такая вкуснотища, и ещё на пару дней с лихвой осталось. Часть рыбы посолил на таранку (здесь так называют сушеную рыбу), остальное почистил и в морозилку. Похоже, тут можно прожить и без денег, по крайней мере – летом.

И насчет костра тоже баба Таня просветила. По-моему, она знает обо всём, что в поселке происходит.

Оказывается, с седьмого по двенадцатое июля в здешних местах отмечают Летние, или Зелёные, по-другому, святки.

Про зимние я слыхал, а вот про летние святки услышал впервые. В это время тоже гадают, а ещё собирают целебные травы; молодежь гуляет по ночам, купаются тоже ночью. По вечерам у костра и взрослые сидят.

Надо же, как народу праздника хочется, веселого общения…

Что ж, я их понимаю.

Тут демонстраций на первое мая не проводят, флажками не машут, а вот у костра сидят все вместе и стар и млад. Кашу варят, чай кипятят… традиция…

Кто мы без традиций?! Букашки, потерявшиеся в огромной Вселенной…

Пишу уже на автомате и смотрю одним глазом: на часах два ночи, а солнце жарит как в полдень. Всё, ползу спать.

13 июля

Пятница

Проснулся я к двенадцати часам дня. Спал как убитый (тьфу, тьфу), без сновидений и ни разу за ночь не проснулся. Обедал копчёной рыбой. Красота! Можно готовить раз в три дня, потому что стоять у плиты каждый день – это даже не морока, это каторга.

Полдня валяюсь на кровати, и ни в какой лес меня не тянет. Поездку в райцентр тоже отложил: телевизор из магазина никуда не сбежит, а такого кайфа я ещё не испытывал.

Старую симку изломал и выбросил вместе с телефоном, нового пока ничего не купил, так что телефона у меня нет.

А кому мне звонить?!

Будет валяться бесполезной игрушкой. А вдруг и по сигналу вычислят?!

Время такое, что всё тебя предает, даже вещи! Чёртова наука! Так что без телефона мне спокойнее.

Оказывается, тишина может быть во благо.

Странно, ни разу не вспомнил своих бывших коллег. Всё время чем-то занят до полного изнеможения, а вечером падаю в кровать и вырубаюсь до утра.

Это организм добирает сна, которого мне катастрофически не хватало последний год.

От бессонницы и кошмаров ни следа!

Без аптеки, медицинских препаратов и спиртного!

Чудеса!

Может, вечерком на рыбалку сгонять и снова рыбки накоптить? Не отъелся ещё.

Точно. Пойду-ка бабу Таню с собой приглашать, а то ещё разобидится…

Сегодня вечер без кайфа. И озеро то же, и рыба на голый крючок бросается – лови не хочу, – а кайфа нет.

Испортила мне баба Таня весь настрой. Сообщила ненароком, что неподалёку от посёлка (всего-то километров пятнадцать) москвичи обосновались. Приезжают семьями каждый год и стоят табором у большого озера. Срубили баньку, потом избу, а теперь целое поселение сварганили. И никогда их посёлок не пустует: одни уезжают, а другие тут как тут.

Узнаю столичных жителей. Акулы. Они везде дома. И всё гребут под себя. Вот и отсюда прицепами везут рыбу, ягоды, грибы и даже камни. Как будто в Москве голод или они совсем обеднели, но тянут всё, что видят и до чего могут дотянуться.

Хорошо я спрятался, ничего не скажешь.

Хотя вряд ли там знакомая рожа мелькнёт, я ни разу ни от кого об этих местах не слышал. Бог не выдаст, свинья не съест – слабое утешение, но всё же…

После таких новостей поздний ужин – колом в горле…

В общем, забросил чищеный улов в морозилку и хотел спать завалиться, но не тут-то было.

Дневник выручает, а то бы из угла в угол бегал, с ума сходил.

Что такое человеческая жизнь? Кем и зачем она дана? Кто нас, как вредоносный вирус, забросил на эту прекрасную несчастную планету. Без людей, по-моему, ей было бы куда спокойнее.

Зачем мы нужны Земле?! Чтобы пакостить в обмен на её заботу?!

Всё хорошее, нужное, полезное мы получаем от Земли. А что даём ей взамен? Мусор?! Тот самый пластиковый мусор, который и перегнить не способен?

Ядерные взрывы, сотрясающие бедную планету то тут, то там до самого основания?

Что МЫ даём Земле полезного?

Ничего.

Выходит, мы – паразиты на её теле. Как те блохи, которые способны заесть собаку до смерти. И даже хуже.

Копошимся у подножия мироздания и мним себя великими. Не зря и планета то смоет часть людей в океан, то камнями и пеплом засыплет. Отыгрывается.

Ах, это было бы смешно, когда бы ни было так грустно…

Хочу увидеть звёзды… Солнце – это здорово, но ночью звёзды лучше. Сто лет не видел звёзд.

«Если звёзды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно?».. Кажется, так у Маяковского?…

Мне! Мне нужно! Хотя бы одну. Самую малюсенькую звездочку!

Скоро закончатся белые ночи. В мире нет ничего вечного, а я превращаюсь в вечного странника. Куда забросит меня судьба? Не сидеть же мне зиму в этой тайге?!

Здесь хорошо, но мне сюда не надо…

Мысли – плохие помощники: они напрочь лишают сна. Пожалуй, прервусь, полистаю книжку, хоть какую-нибудь, и попробую уснуть. Три часа ночи, солнце нахально пялит глаза, а я буду спать.

Буду. Буду. Буду. Назло всем врагам.

И ноги гудят…

И всё тело – тоже…

И черт с ними, с этими москвичами! Это простые, жадные обыватели! И до местных им нет никакого дела! Чай, они – небожители! Обитатели московских подвалов…. А кто ещё поедет в тайгу на подножный корм?!

Что-то злой я…

14 июля

Суббота

Так и начну теперь ложиться под утро, а вставать в середине дня?! Я ведь сейчас провинциал, а сельские жители встают с петухами и спать ложатся под это же кукареку.

Интересно, есть поблизости петух? Если есть, охрип, наверное, меня будить?!

Тут пушка нужна неслабого калибра, а не бедная, хоть и горластая, птаха…

Ничегонеделание засасывает: полдня убил коту под хвост. Хотя куда и зачем мне спешить?

Кто я?! Человек, живущий под чужой фамилией…

Есть ли у моего существования хоть какая-то цель?! Пока я её не вижу.

Вру. Цель есть: выжить. Просто выжить и всё.

Жизнь – это та самая роскошь, которую мы можем позволить себе лишь раз.

Пусть душа бессмертна. Пусть. И реинкарнация реальна. Пусть. Но именно эта жизнь единственна и неповторима.

«И если жил ты, как свинья, останешься свиньёю…»

Может, в следующей жизни я буду инвалидом. Или собакой. Кто знает. Вдруг душа моя вселится в дворника-таджика. Не дай Бог, но всё же…

Так что цель у меня есть: достойно прожить эту мою короткую и такую желанную жизнь.

С возрастом (и с приходом неприятностей, которые, возможно, совсем рядом и идут буквально по пятам) начинаешь понимать, что жить надо именно достойно. Можно сказать, соответствуя словам Горького: «Человек – это звучит гордо».

Интересно, почему его практически перестали изучать в школе?

Поэзию Катулла за каким-то чертом в учебник впихнули, а о Горьком многие и не знают толком ничего.

Нашёл тут в избе некоторые учебники и недавний дневник ученика девятого класса и ужаснулся: математика как для студентов университета, история – по два параграфа на урок, литература – галопом по европам…

Кто составляет программы для школ? Какой умник? Ну и образование: где-то что-то слышал, проходил и … прошёл мимо. Разве можно всё это усвоить?!

А ещё каждую неделю в дневнике записи: то соревнование, то творческое задание районного или областного конкурса, то школьное мероприятие. И как бедные дети выживают?!

Слышу в сенцах стук. Кто-то пожаловал…

Дописываю вечером. Приходила пара аборигенов с предложением проставиться. Типа, у них так заведено: приехал – проставься. Ответил, что сам не пью и им не советую. Дал три литра бензина для их старенького «Минского», чтобы было на чём на рыбалку съездить. Поболтали немного на тему где и что сейчас лучше ловить, руки на прощание пожали. Ушли без обиды.

Бензин здесь на вес золота – до ближайшей заправки сто двадцать километров бездорожья. Почтовая машина выручает. Жаль, что она ходит два раза в неделю и в соседний поселок. Сначала закажи, деньги и канистру отдай. А потом жди, когда привезут.

Народ местный честный: чужого без спросу сроду не возьмут, а если пообещали – сделают. Пора мне с жителями посёлка знакомиться реально, а то решат, что прячусь, только хуже будет.

Пришла и баба Таня, принесла лук на посадку и семена укропа. Они у неё свои. Как, говорит, ты лето без зелени будешь. Грядку-то всяко осилишь под окном у дома. У нас, дак, в магазине зелени не купишь. (Как мне это «дак» нравится, она его в каждую фразу вставляет: «Ну дак, уха будет»).

Покрутил в руке пакетики, повздыхал и пошёл искать лопату…

Нет, землекоп – это не та профессия, о которой я могу мечтать: чуть не сдох над несчастной грядкой в два квадратных метра. Интересно, неужели у меня что-то вырастет?!

А ещё мне сегодня свою баню не надо топить: баба Таня натопила у себя и меня пригласила. Незачем, говорит, дрова зазря жечь, когда у неё и духу, и воды горячей хоть залейся. Тут я с ней полностью солидарен, только сказал, что в следующий раз сам воды наношу…

Ох, и напарился! Как заново родился! Баня старая, а дух хорош! Голова пуста, мысли даже не зарождаются, полная расслабуха.

Иду баиньки. После баньки.

Жизнь хороша!!!

А бабе Тане надо в подарок тарелок новых купить и чашек, а то у неё такое старье – ровесники революции… французской… и все, как на подбор, с отбитыми краями.

15 июля

Воскресенье

Отоспался за всю предыдущую жизнь. Красота!

Жизнь без забот… О ней все мечтают, а как этого достичь никто не знает. А мне повезло: я попал в рай ещё на этом свете.

Видать, грехи мои не настолько тяжки и Господь простил меня, неразумного. И люди простят. Наш народ терпелив и жалостлив, а я не настолько опаскудился, чтобы стыдно было в глаза другим смотреть.

Баба Таня говорит, что ей со мной не так одиноко, смотришь, и ещё кому-то от моего присутствия здесь легче станет. Настоящего магазина здесь нет: на дому торгуют кой-какими продуктами.

Выбор не велик, но всё же основное есть.

Кое у кого есть старенькие легковушки, но ни одного, даже самого завалящего грузовичка нет, так что доставка грузов (мебели, например) для местных – большая проблема.

Покатался по окрестностям – изумительные места! Вода и сосны – что может быть красивее! А воздух какой! Хоть пей его!

Пройдусь-ка вечерком к местной торговой точке, когда большинство пришедших из лесу отоваривается. Пора в люди выходить…

Ну вот, знакомство состоялось. В очереди было четыре женщины, и все они обо мне уже наслышаны. Поздоровались и заговорили, как со старым знакомым.

Интересную информацию я от них услышал. У одной невестка работает учительницей. Так вот ставка учителя на сегодняшний день, по-моему, мало отличается от нищенского пособия! И это на севере! А сколько в Нечерноземье?! Или столько же по всей России?!

Я не поверил. Сколько лет уже твердят в периодике о повышении зарплаты учителям, о достойной зарплате! А что достойного в этих копейках, к тому же выплачиваемых часто с большой задержкой?! Это насмешка, а не оклад! А я-то думал: зажрались наши учителя, то тут, то там бастуют, всё им мало. А тут не просто мало. А катастрофически мало.

России не интересно её будущее?!

Ничего, успокоили меня, педагоги хоть что-то получают, им магазины продукты в долг дают под будущую зарплату, а у других и вовсе никакой работы нет: леспромхозы и лесхозы разваливаются, по швам трещат, заработка вообще никакого нет; колхозы распадаются, люди разбегаются или прозябают на подножном корму.

Всем не убежать. Да и куда денешься с шарика?! Сколько ни бегай – всё по кругу…

Ничего не меняется: до Бога высоко, до царя далеко…

А чиновники… кто в это кресло сел, тот сразу себя от людей отгородил. Каста неприкасаемых… как в Индии…

Леса отдают в аренду и субаренду. Как это? Очень просто: режь – не хочу. Отдают на разграбление своим людям, а чаще – в руки бандитов, которые ловко перекрашиваются в бизнесменов на наших глазах. Но память людская – вещь стойкая. В ней всё хранится: и хорошее, и плохое.

И всё беззлобно… Говорят то, что думают, а камня за пазухой не держат.

Святая простота! Никого не ругают, не клянут. Попробовал удочку закинуть: мол, обворовывают вас новые русские. Только рукой махнули: пусть их! – и стали говорить о погоде, о том, как хорошо у них, как красиво и что (они уверены) мне тут понравится.

Хорошие люди нам нужны, – заметили они, а меня даже в жар бросило: очень уж захотелось стать в их глазах хорошим. Я и сам не понял – почему.

Странная штука – жизнь. Ещё неделю назад мне не было никакого дела до этих людей. Я не только не знал об их существовании, но и знать не хотел.

А теперь меня вдруг взволновали нищенские оклады учителей – людей совершенно мне незнакомых; проблемы безработных из глубинки стали вдруг близки и понятны. Вопрос «как прожить весь год на заработанные в ягодный сезон деньги» заинтересовал меня не на шутку.

Я на него ответа не знаю, а люди ухитряются так жить годами.

Почему частные лесопилки лучше государственных леспромхозов для меня тоже загадка.

Ох, и много загадок подкидывает жизнь, когда смотришь на неё не из персонального кабинета и автомобиля.

Что-то растревожился я к вечеру. Не усну. Пойду лучше прогуляюсь. Есть одна красивая лесная дорожка, прямо от импровизированного магазинчика начинается. Вот по ней и прогуляюсь. Надо было сразу допетрить…

Ух, и прогулялся! Чуть не до инфаркта!

Иду себе дорожкой, соснами любуюсь, рябинками, задумался – и вдруг колокольчик в ухо динь-динь, дили-линь. Я аж подпрыгнул.

Смотрю: на меня небольшое стадо движется. Уже совсем рядом, обходят со всех сторон.

Метаться поздно. Остановился, пастуха жду.

Прошли три коровы, потом четыре телёнка, ещё две коровы, а за ними – здоровенный бык. Не бык даже – бычара!

Сердце ухнуло в пятки: с таким бугаём и втроём не справишься.

Замер я на месте. Не дышу. Не шевелюсь. Мысленно с жизнью прощаюсь. Оказалось, и снайпера нанимать не надо, вместо него бык сойдёт.

Стоило из Москвы драпать с такими предосторожностями?!

И где тот чёртов пастух?!

Колокольчики бухают, как поминальные. Ещё корова с телёнком. Идут, сопят, меня обходят с двух сторон, а я стою столбом, глаза закрыл от страха и задыхаюсь от нехватки кислорода: забыл, что дышать умею.

Потом открыл один глаз, а бык уже ко мне хвостом – прошёл, родимый! Я так выдохнул от радости, что всё стадо обернулось.

Тут моё бедное сердце, только что вернувшееся на своё законное место, снова ухнуло в пятки. Коровье племя флегматично махнуло мне хвостами и, жуя на ходу жвачку, медленно скрылось за поворотом, а я окончательно поверил в своё спасение.

Надо ли говорить, что гулять мне резко расхотелось. Это первое.

А второе – я решил срочно завести собаку. Пусть щенка, несмышлёныша, который не скоро станет защитником, лишь бы тявкать умел.

Живая душа будет рядом и голос подаст, когда надо, а это уже немало.

В общем, рванул я в посёлок. Правда кружным путём – бычара-то впереди топал, и кто его знает, что у него на уме. Раз на раз, как говорится, не приходится.

Только на улицу из лесу выбрался, как навстречу, из переулка, выходит одна из женщин, что недавно у магазина была. Корову свою встречает.

Я спрашиваю, зачем у них колокольчики и где пастух. А она говорит, что пастуха у них отродясь не было, коровы сами приходят и уходят, а колокольчики на всякий случай: и зверя пугнут, и скот найти легче, если заплутают ненароком.

Поинтересовался и быком: не опасно ли? Рассмеялась. Говорит, что Ромка смирный. Ну и кличка! Зачем скотине человеческие имена давать?!

У неё корова Мартика принесла. В марте родился, вот так и назвали. Ну, это мне понятно. Хотя ни с Мартиками, ни с Ромками ни сейчас, ни в будущем я встречаться не жажду.

Предложила, коли молоко понадобится или сметанка с творожком, к ней заходить без стеснения. Вон её дом – второй в переулке по левой стороне.

Молоко мне без надобности, а вот творогу со сметаной, сказал, завтра вечером возьму. Если самому не понравится, кошку подкормлю. Приблудилась какая-то, дал ей рыбы пару раз, теперь каждый день является на ужин.

Показалось стадо уже во главе с быком, и я счёл за лучшее ретироваться.

Только к себе направился, как столкнулся с бабой Таней. Что, говорит, с Валей насчёт молока договаривался? А я и не додумался спросить имя у хозяйки коровы, но подтвердил, что договорился.

Баба Таня выбор одобрила: мол, чистоплотна Валя и молоко у её коровы вкусное, жирное. Не молоко, а сливки.

У меня, собственно, выбора и не было, стихийно всё получилось, но я поддакнул бабуле: да, мол, выбор правильный. А потом поинтересовался, почему их коровы по лесам бродят. Вроде им положено на лугах пастись.

Баба Таня рассмеялась: «А где ж ты, милок, тут у нас луга видишь? Тут до горизонта леса и леса, куда глаз ни кинь. Приспособились наши коровушки в лесу пастись. Всё едят: травку, ягодники, листья деревьев. Тут лозы много разной растёт по берегу речушки. Вот коровки и приноровились всё подряд грызть. Чисто лоси».

Спрашиваю, не трогают ли звери коров в лесу. Нет, говорит, раньше медведи частенько коров задирали, так это давно было, а сейчас тихо.

Тут, спрашиваю, и медведи водятся? А как же, отвечает, полным-полно. На них сейчас охотников нет, вот и расплодились. Только ты, говорит, сынок, не бойся их: они смирные. На людей не нападают.

Весёленькое дело… Выбирал, выбирал и выбрал. Нет бы в карту поглядеть повнимательнее да и ткнуть куда-нибудь южнее…

В общем, явился я домой (во как! Уже – домой!) чуть ли не в полночь, палимый солнцем и полный впечатлений. Словно на другой планете побывал.

И за каким мне здесь телевизор?! Что мне там нового могут показать?!

Я здесь воочию ещё очень долго буду смотреть местный канал, где идёт одна единственная передача «Клуб путешественников»…

Нет, вру. Есть ещё « В мире животных». Адреналину в кровь прибавляет резко и много. Без всякой просьбы с твоей стороны…

А может, телевизор всё-таки купить?!

16 июля

Понедельник

Написал и не вздрогнул. Понедельник так понедельник. Обычный день. Ничуть не хуже других.

Вчера только подушки головой коснулся – вырубился вмиг. Ничего не помню, лишь под утро бык приснился, который упорно хотел мне что-то сказать. По секрету, на ушко, а я отбрыкивался и отбегал в сторону, говорил, что и так хорошо слышу.

Тогда бык начал бить копытом, да так громко, что я проснулся.

Оказалось, кто-то стукнул по стеклу костяшками пальцев. Я влез в шорты и открыл дверь.

Мужик предлагал купить щуку. Четыре кило живого веса. Ещё даже трепыхалась. Мне она была без надобности, но уж больно бедно мужик выглядел: портки грубые, заношенные, лапленые; ветровку, видать, ещё дед с войны принёс, ту самую, в которой все годы и провоевал…

Вся одежонка застиранная донельзя…

Вынес ему в два раза больше, чем он просил, а потом и щуку отдал. Он отнекивался, но я настоял: сказал, что это подарок в честь моего вселения в их посёлок.

Мужик почесал затылок: ну, коли так… – поблагодарил и побрёл восвояси с просветлевшим лицом.

И у меня почему-то кривая настроения резко пошла вверх. Даже насвистывать мотивчик весёлый стал.

Замечательная всё-таки штука – жизнь. Попил кофейку и нажарил рыбы, благо её в морозилке предостаточно.

Консервы так и пылятся в кладовке, что-то не тянет меня на эту пищу…

Солнце и сегодня буйно радуется жизни. На сытый желудок можно и прогуляться. По такой-то погоде. Оседлаю-ка я своего конька-горбунка и прокачусь на рыбалку…

Хорошо, что додумался взять котелок, тарелку, ложку, специи и растительное масло. Разжёг костёр, натушил в масле свеже пойманной рыбы. Объедение!

Это баба Таня меня с таким рецептом ознакомила.

В основном, рыбу варят, но если деньги есть (?!!!), то масло растительное берут и льют не жалея. На берегу всё вкуснее, чем дома.

Согласен!!!

Подъехали на мотоцикле местные. Молодая пара, лет под тридцать пять. Забросили с краю в камыши толстущую леску с огромным поплавком, привязанными на не ошкуренную елку, и почти сразу вытащили щуку. Будто она их ждала.

Я обомлел! Ну и снасть! Вместо удочки в руках у них суковатое чудовище – корявая ёлка с плохо обрубленными суками и толщиной с мою ногу. И это не нога у меня тонкая, а это импровизированное удилище страшнющей толщины и вида…

По-моему, рыбе тут по барабану на что брать: хоть на бревно и трос.

Я из любопытства подошёл поближе: вблизи снасть впечатляла ещё больше. На крюк (тройник), оказывается, они живца надевали.

Снова выхватили щуку, улыбнулись, растянув рты до ушей, скороговоркой выпалили, что с них хватит, на сено надо, прыгнули на мотоцикл и укатили.

Я заметил, что здесь все улыбаются друг другу при встрече. Забот у них, что ли, нет? Или проблемы не одолевают?! Видно же, что беднота кругом. По московским меркам – нищета. А они улыбаются?!!

Дневник всё время таскаю с собой. И правильно делаю. Ехал домой и встретил прямо на дороге глухарку.

Какой наряд у неё пёстрый! На ногах штанишки мохнатые.

Камешки клюёт и не улетает. Я остановился, а она поглядела на меня и косолапо посеменила в сторону. Знает, что ничего плохого я ей не сделаю, только посмотрю.

Никогда не видел эту птицу так близко. Косит на меня глазом, стоит на обочине, смотрит на меня с любопытством и не улетает. Я достал дневник и сижу записываю всё прямо на обочине лесной дорожки, а глухарка на меня с прежним любопытством смотрит. Так и играем в переглядки.

Чудеса, да и только.

Пожалуй, покатаюсь, покружу по лесным дорожкам – спешить мне некуда…

Остановился на опушке. Посидел немного.

И здесь судьба мне подарила ещё одну встречу – со стайкой рябчиков. Петушок красив: яркий, нарядный, вид у него горделиво-бравый; курочки куда скромнее видом, и тоже совсем меня не боятся.

Дальше заехал на вырубку. Делянка огромная, пни высокие. Убрана безобразно. Если это вообще можно назвать уборкой.

И доколе мы будем всё калечить вокруг себя?! Настроения как ни бывало.

Почистил рыбу ещё на озере, так что, добравшись домой, забросил улов в морозильник и рухнул спать.

17 июля

Вторник

С утра дождь. Можно и в доме посидеть. Но, оказывается, если погода не позволяет в лес идти, то тебя сразу туда тянет. Противоречивое существо – человек. Всё ему не так.

А может, наконец, за телевизором съездить?! И лодку купить?! Озёра здесь красивейшие. Поплаваю.

На автобус успеваю. Сегодня как раз его день. Бегу…

Да здравствуют дожди!

Приехал из райцентра на своей машине. Бог мой, что за допотопная техника! Никогда не думал, что к такой подойду, а купил и счастлив.

Интересный здесь рынок машин: стоят в ряд на площади и телефон под стеклом. Набираешь номер, через пять минут подъезжает хозяин; если тебя всё устраивает, то уезжаешь уже на своей машине, потому что оформляют бумаги здесь же, на площади.

Магазинов толком нет, одни комки.

Ох уж этот русский народ со своим ёмким словом!

Комки – это палатки всех видов и мастей, с крышей и без… Это отсеки в приличного размера здании, которое явно строилось для других целей.

А теперь здесь дикий рынок, где покупателей буквально за полы хватают.

Покупателей не густо. Народ одет бедно и однообразно. В карманах, видать, ветер гуляет…

Лица хмурые. Люди неразговорчивые.

Не с чего веселиться, видать…

Плюнул я на конспирацию и на всё остальное и затарился по полной: приобрёл по доверенности микроавтобус «Фольксваген транспортёр» десятилетней давности, грузовой, в хорошем состоянии, лодку с подвесным электромотором и аккумулятор к ним, ещё один холодильник с большим морозильником (пригодится, рыба летом быстро портится), бабе Тане баллон газовый полный, посуды красивой и сладостей всяких к чаю (она сластёна, хоть из детского возраста давно вышла), а ещё зачем-то купил пару крольчат. Всучили, что называется…

Сам не понял, как соблазнился. Дорогой уже решил, что подарю кому –нибудь.

Конечно, кое-что из еды купил себе, пару книжек, телевизор с антенной. А вот зачем схватил крольчат до сих пор не пойму. Конечно, они симпатичные пушистики, и всучили мне их прямо с клеткой за копейки и с великой радостью, но что я с ними буду дальше делать?! Кому их подарить, если я толком никого не знаю?!

Может, в лес выпустить?! Не дойдут. В посёлке лаек больше, чем людей. К тому же, кролик не заяц: он существо вполне домашнее и в лесу просто пропадёт. Ладно, потом решу. Надо просто узнать, у кого дети есть. Ребятня такую пушистую мелюзгу обычно обожает!

Да, забыл записать… Когда назад ехал, увидел у дороги бобра. Не сразу, правда, догадался, кто это, но остановился, вышел, разглядел и сообразил.

Молодой, видно, глупый ещё. Залёг в канаву с водой, хвостом по ней лупит, зубы страшнющие демонстрирует. Но что его зубы против ружья?!

Не стал его долго беспокоить: сказал, чтоб сматывался с дороги, и уехал. Если не дурак – послушается.

Надо же, какой непуганый край: глухарки по дорогам бродят, рябчики над головой порхают, ещё и бобры под колёса бросаются…

Ну всё. На сегодня для дневника я человек пропащий – устанавливаю телевизор, а уж он своего не упустит – затянет с головой.

Аминь…

Да! Мне же ещё крольчат кормить!

Караул!

18 июля

Среда

Телевизор телевизором, а без дневника сразу скучно: рука сама тянется, так привык записывать всё, что произошло в течение дня.

Никогда не замечал в себе стремления к графомании, а тут пишу и пишу.

Вот привык, а?!

Да и то сказать, есть над чем поразмыслить…

Жизнь здесь ходит по кругу. Или не только здесь?!

Сначала из деревень перебирались в поселки лесорубов, растущие тут как грибы после дождя, потому что в них была работа, магазины, столовая. Жизнь кипела и бурлила, как варево в котле; и варились в этом котле человеческие судьбы…

Теперь люди ( в основном дачники) снова потянулись в деревни, в те дома, что им второпях и задешево продали местные в расчете на счастливую жизнь в поселковых и городских бараках.

При доме участок плодородной земли под огород, а у бараков – песок, целых два квадратных метра…

Дом – у озера, на берегу которого испокон веков селились люди; и кормило их озеро и глаз радовало.

А поселки где попало и как попало наторканы; поближе к тем делянкам, где люди горбатились.

Разрушили лесхозы и леспромхозы, привычный уклад жизненный не сохранили – и клади зубы на полку.

Кусают местные локти, что дома продали, да назад не вернешь.

Разъезжаются потихоньку в поисках лучшей доли, да только где она, доля эта?!

Нет работы – нет жизни.

Даже если природной красоты вокруг хоть залейся, не будешь ею сыт, красотой этой самой…

Что-то я в уныние впадаю… Нет ли чего по телеку?…

Разочаровал меня телеящик! Ну совсем нечего смотреть!..

Зря я вчера испугался возни с живой покупкой.

Пришел тот мужик, что щуку продавал. Спрашивал, не надо ли чего помочь.

Договорились, что он мне дрова поколет (за оплату, разумеется). Он так порывался за щуку отработать, но я отказался. Не обеднею!

Познакомились. Его Серегой зовут.

Ну, Серега так Серега…

Вручил ему крольчат. У него, оказывается, пацанят двое. В самый раз подойдет им такой подарок. Пакет пряников для детей и коробку конфет насилу всучил.

Ну и народ?!..

Дают – бери!!!

Спал спокойно.

Живность эту ушастую и без меня есть теперь кому кормить!..

Ближе к обеду…. Сюрпра-а-айз…

Этот самый Серега притащил мне щенка!

Без собаки, говорит, в наших краях нельзя. Да и что за жизнь без собаки?!

У него лайка полтора месяца назад щенилась. Щенков разобрали уже, потому что собака у него хорошая, умная. А этого дети упросили оставить, но теперь им не до щенка – у них ушастые друзья появились.

Сказал, решили на семейном совете, если ты согласен, так тебе этого собачку и отдадим.

Согласен!…

Господи, да как же его назвать, этого щенка?! Голову сломал!

Спокойный такой! Сидит смирно и на меня смотрит!

Вот и друг у меня появился! ДРУГ!

Как я отвык от этого слова! От этого понятия!

Хотя… вокруг меня все и всегда жили по понятиям…

Не буду о прошлом… Его нет! Нет! Нет! … И не было!

У меня только в детстве друг и был, а потом даже и слово такое из моего лексикона улетучилось. Выпало…

Всё! С сегодняшнего дня смотрю только в будущее…

И настоящее…. Ведь именно в настоящем у меня появился Друг!

Пусть так и будет – Друг! Вот и кличка щенку нашлась!

Не Дружок, а именно Друг!

Иди ко мне, Друг!

Теперь мне не страшна и тишина, потому что из моей избушки ушло одиночество!

19 июля

Четверг

По-моему, мы оба вчера уснули счастливые: щенок на коврике у теплой печки, а я в кровати, но так хотелось к нему поближе…!

Живая душа рядом! Живое существо!

Душа которого не способна на предательство, не мечтает урвать у тебя денежный кусок пожирнее, а просто радуется твоему присутствию, легкому поглаживанию и благодарит за еду радостным повиливанием хвостика!

Как мало ему надо для счастья!

А мне?!

Что надо мне, чтобы стать счастливым?! Хоть на мгновение?!.

Даже задумался… А что мне в действительности надо?!

Почему-то такие мысли перестали меня посещать. Я просто живу.

Может, так и надо?!

Может, смысл жизни в том и состоит, чтобы просто жить?!

Может, прав Козьма Прутков, сказавший «хочешь быть счастливым – будь!»

А я сейчас счастлив. Пусть это ощущение задержится со мной как можно дольше…

Иди ко мне, Друг! Трапезничать будем!

20 июля

Пятница.

Как-то быстро пролетел вчерашний день!

Мы с Другом долго гуляли по окрестностям. Он такой смешной!

Сначала бегал вокруг, везде совал свой нос, вынюхивая что-то известное только ему, облаивал взлетающих тут и там рябчиков; а потом сел и жалобно заскулил – устал.

Пришлось брать его на руки и путешествовать с довеском.

Он и впрямь умный. Кажется, уже и кличку свою признал: стоит произнести «Друг!», как он поднимает мордочку и вопросительно смотрит на меня. Глядит прямо в глаза, силясь понять, что от него требуется.

Да, с этого щенка толк будет!

Нашли с ним на полянке первые спелые земляничины. У стенки старого развалившегося амбара созрели. Поздняя она тут. Да и мало совсем земляничных кустиков. Но всё-таки есть.

Запах земляники – запах лета.

Я раньше совсем, оказывается, запахи не различал, а сейчас вот почему-то обратил внимание…

Старею?! Становлюсь сентиментальным?! Или?!…

Что-то другое. Обострение какое-то в организме. Как будто после тяжелой болезни выздоравливаешь, мир кажется совсем другим, незнакомым. И более ароматным, что ли?!

Странно, что баба Таня не заходит. Пора бы ей уже наведаться ко мне. Неужто так осерчала, что я денег с неё за покупки не взял?! Так и говорила: бери, мол, а то осерчаю.

Как ей объяснить, что эти копеечные траты не имеют для меня никакого значения?!

21 июля

Суббота.

Почему-то именно суббота пролетает быстрее всего. Я в избе сидеть не люблю – всё больше по окрестным лесам да озерам пропадаю. Так устаю за день, что к вечеру ноги гудят как церковные колокола – громко, с надрывом.

По-моему, я похудел. Животик округлый куда-то исчез… Плечи распрямились.. Цвет лица здоровый… И никаких диет и спортзалов!

Сегодня сам топил баньку, долго и со вкусом. Потом так же парился – тоже долго и со вкусом. Друга искупал. Ему понравилось. Даже на полке со мной посидел. Телевизор немного вдвоем посмотрели. Уборку в доме сделали.

Молодцы мы!

Баба Таня объявилась, попеняла мне, обозвала растратчиком. Угомонилась. Зовет в морошку. Странно: все почему-то здесь говорят «пошли в морошку» вместо «пойдем за морошкой», но я уже привык.

Серега тоже не против с нами на машине в ягоды выбраться. Сговорились, хотя день не уточнили.

У него своей техники нет, а пешком далеко ли уйдешь?!

Ягода, конечно, кругом, но масштаб сбора разный.

На скутер втроем не сядешь, а в машину поместимся…

Но это завтра. А сегодня так, поболтали. Я про особенности проживания здесь разговор завел, плечами пожали, вспомнили, что у них в районе места силы есть, куда простым людям ходить заказано. Да и вообще, тайга шуток не любит.

22 июля

Воскресенье

Перечитал дневник. Словно два разных человека писали!

Ностальгии по прошлому не обнаружилось!

Даже вздрогнул. Как я мог так жить?! На нервах, снотворном и при постоянном разлитии желчи?!..

Сходил за хлебом. Пришел и не знаю смеяться или плакать?!

Всего две бабы у магазина были ( веранда в одно окошечко, пристроенная к дому), но вцепились в меня, словно свора собак.

Ты, кричат, городской, из начальства, сразу видно! Когда у нас зарплату дадут? Три месяца ждем? А ещё закрывать собираются нашу шарашкину контору! Прихватизировать! А нам с голоду помирать?! Уже сколько дней хлеб в долг берем?! Дак, не дадут скоро! А и дадут, отдавать чем, коли последней работы лишимся?! Ягодами долго ль прокормишься, коли долги с зимы висят?!

Не убедил я их, что не начальник, а дачник.

Щас, говорят, дачник, а после отпуска опять начальник!..

В общем, оплатил я их долги в магазине, хлеба им купил да еды кое-какой.

Отпускные, говорю, хорошие, а я один, тратить не на кого…

Надо же, то орали, то вдруг смутились и давай отнекиваться от моего предложения. Пакеты не берут, продавщице твердят, не вычеркивай, мол, не бери чужие деньги…

Видели б этих баб мои бывшие женушки!

Они б даже не поняли, что озвученные суммы можно назвать деньгами!

Для них рубли вообще не деньги, разве что в очень большом количестве!

Еле отбился от баб – всё отмахивались от пакетов и назад мне их в руки совали. Но я настырный: уломал их пакеты принять и продавщицу уговорил долги вычеркнуть.

Бабы ушли, а я решил продолжить серию добрых дел. Вспомнил про Серегу.

Оказалось, и он в долгах. Оплатил.

Продавщица рот разинула, а я сказал, что отпускные не потратил да ещё в ягодах заработал. А много ли одному надо?!

Покивала, а в глазах зависть.

Всепоглощающая…

Д-а-а-а…

Жаба душит человечество. Не играет никакой роли, где ты живешь, каковы у тебя доходы… Если вирус жадности заразил организм, это неизлечимо. Человек жрет в три горла и нажраться не может…

А ведь у этой продавщицы материальное положение получше, чем у большинства жителей поселка…

Купил и ей шоколадку. Вручил галантно, с благодарностью за понимание, но внимательно проследил, чтоб с Сереги весь долг списала.

Уж слишком взгляд алчный…

Везде люди разные: хоть мегаполис возьми, хоть деревню из трёх домов, а двух одинаковых людей не обнаружишь…

Всю дорогу шёл и улыбался. Хорошо, что можно часть дохода на ягоды списать!

Буду каждый день ездить, и молва легко меня запишет в зажиточные!

С обеда, не откладывая дела в долгий ящик ( эх, богатеть так богатеть!), предложил бабе Тане и Сереге съездить в ягоды.

Удивились. С утра, говорят, надо и на целый день, а то бензин потратим, а сколько соберем?!

Пришлось оправдываться. С утра, мол, проспал, потом дела кое-какие нашлись. Не выдержу я день в ягодах, скончаюсь, но не говорить же им об этом. Не поймут.

Успокоил обоих. Я, говорю, в отпуске, бензином запасся, не пропадать же ему, а один, мол, в лес боюсь, да и места плохо знаю, так что прошу их быть моими проводниками.

Проводниками быть согласились.

Ну и щепетильны же оба! Порывались стоимость бензина на троих разделить – отговорил.

А я ещё Сереге про магазин не сказал.

Ладно, на обратном пути… может быть…

23 июля

Понедельник.

И зачем я с утра телевизор включил?!

В новостях невнятно мелькнуло про меня: ушел по собственному желанию. И всё! Ни слова больше!

А сколько лет жизни отдано?!

Обидно, блин…

Вчера устал на болоте, ягоды сдал, надо же легенду поддерживать; раньше я такую сумму нищим подавал, а сейчас горбом заработал и радуюсь, что об этом люди знают!

Настроение поднялось!

Но это вчера!

А сегодня?!

«Перестройка!

Гласность!

Демократия!

А кругом сидит всё та же братия!»

Где я слышал эти слова?! Или читал?!

Вспомнились же!

И зачем я включил телевизор?!…

Чем больше узнаю людей, тем больше люблю собак!

Интересно, это моя мысль или тоже откуда-то прилетела?!

Моя! Я же сейчас подумал именно так!

Как хорошо, что у меня есть Друг!

С ним можно говорить без опаски; он не станет сплетничать и строить козни за спиной, а если что случится – пожалеет.

Доброго слова не скажет, но посмотрит так, что я пойму!..

А эти?!

«Ушел по собственному желанию!»

Всё!

Эх, Друг мой единственный! Сколько радости было в твоих глазах, когда я вернулся вчера из ягод!..

Щенок бросился ко мне со счастливым визгом, крутился у ног, поскуливал от переполнявших его чувств и всё норовил запрыгнуть на руки; хвостик вилял так, что едва не отвалился.

Ну кто из людей способен на такое открытое выражение чувств?!

По крайней мере, мне такие индивидуумы не попадались…

От близких воспоминаний стало полегче, но кошки на душе всё равно скребут…

Пойду с Другом на прогулку…

Да здравствует ходьба!

И чем дольше и утомительнее, тем лучше: дурные мысли испаряются вместе с потом…

Ну вот, уже поздний вечер. Пролетел денёк, промелькнул искрой… Вот так и жизнь… Но не будем о грустном…

А я, будто в писатели подался, пишу и пишу каждый день.

Теперь я точно знаю, что Робинзону на его острове не хватало дневника.

Или он его вёл?!

Надо же, не помню!

Но точно теперь знаю, чтобы в жизни не пропасть, научиться думать и анализировать свои поступки, нужно вести дневник.

Можно записывать скупо и мало, лишь самое основное.

Это точно поможет выжить в нашем безумном мире безумных скоростей в погоне за призрачной удачей.

Знать бы ещё, в чем она, эта удача…

Для меня сейчас, пожалуй, удача в том, что я попал в этот далекий лесной мирок, где людей на километры пересчитаешь по пальцам.

Ах, как Серега отнекивался от моих денег вчера, когда узнал про оплаченный долг. Оказывается, долги у него с ранней весны тянутся и погашаются помаленьку ягодами.

Удача для него и тех двух женщин, что я у магазина встретил, в том, что я явился со своими отпускными.

Я легко внушил им, что положено новосёлу людей в гости звать, но я холостяк, готовить не умею, так что это моё угощение и ничего они мне не должны.

Сегодня с Другом гулял, люди со мной раскланиваются, здороваются приветливо, обязательно слово доброе скажут…

Приятно, чёрт возьми!

Вообще, народ не слишком разговорчивый. Молчуны больше, но смотрят приветливо…

А хороший всё-таки выдался понедельник!

Пойдем спать, Друг!

24 июля

Вторник.

Интересно, на сколько жизней при таких тратах мне хватит привезенного с собой рюкзака дензнаков?!

Прикинул вчера – жизней на двести!

А я ж ещё и в ягодах ЗАРАБАТЫВАЮ!!!

Обалдеть!

Сегодня на рыбалку ездил без удочки, с одним спиннингом.

Шесть щук за сорок минут!!! От полутора до трёх килограммов каждая!

Выброс адреналина о-го-го! Зашкаливает!

Наловил – за неделю не съесть!

Предложил бабе Тане парочку. Взяла, накоптила и мне половину принесла! Сказала, что лишнюю рыбу можно в магазин на продажу сдать, одинокие бабушки берут и с рук, только скажи. Отдал ей ещё пару для желающих. Куда мне столько рыбы.

С голоду я тут не умру. Это точно!..

К вечеру дождь…

Дневник мой до сих пор был без названия, а сейчас я торжественно вывожу на обложке «Дневник дикаря»…

А кто я сейчас, если не дикарь?!

Живу первобытным образом…

Нет, не так. Всё-таки я человек образованный…

Веду первобытный образ жизни.

Вне всякого строя…

Хотя своя община у меня уже появилась – это соседка, баба Таня, и Серега.

Общаемся не так чтобы много, друг другу не надоедаем, но чувство одиночества и затерянности, которое я пережил в первые сутки – двое, меня покинуло.

Без людей не обойтись, даже если их ненавидишь…

А я до такого состояний пока не дошёл…

Да-а-а… Хорошо, что изначально не шли ежедневные дожди.

Пожалуй, я бы не выдержал – не гожусь в отшельники.

Слишком бурная была жизнь до этого, трудно смириться с тем, что прошлое вернуть нельзя…

Что это я написал?!

Неужели хотелось бы?!…

Нет! Нет и нет! Я – человек без прошлого!

Чур, меня, – как когда-то любила приговаривать моя бабушка…

Не надо мне прошлого – у меня есть настоящее!

И в этом настоящем есть крыша над головой, есть еда и одежда, есть Друг и своя маленькая, но (чувствую) надежная община.

А главное – есть ЖИЗНЬ!

Как можно отчаиваться, если жизнь всё ещё есть?!

Но с другой стороны: не будет жизни – не будет и отчаяния. Оно закончится вместе с жизнью.

Вопрос: стоит ли тратить драгоценное время, отпущенное тебе Господом, на отчаяние?!

Не лучше ли это время направить на что-нибудь полезное, созидательное?!

Хотя бы на сбор ягод…

Ну вот и развеселился!

Стоит вспомнить себя на болоте в согбенном положении и в машине по дороге назад, когда я с умным видом рассуждаю с бабой Таней на тему: на сколько набрали и что можно купить на эти деньги (деньги?!!), – как мне сразу становится весело.

Жизни – да! Отчаянию – нет!

Это теперь мой лозунг! Мой девиз!

Даже когда дождь!

Друг мой, прогуляемся под зонтом!

Хотя тебе зонтик ни к чему…

Вперед, моя собака… как в детстве… босиком… по лужам…

А потом в объятия Морфея! Уютные и теплые!

Неужели на свете существует бессонница?!

25 июля

Среда.

Дождь.

Ночью затих, а с утра снова радостно забарабанил по крыше.

Лучше бы наоборот.

Хотя… с чего это я раскис?!

Без ягод не обеднею, рыбы полно, да и без неё не оголодаю ближайшую пятилетку, можно и в доме посидеть…

Стены, вроде, не угнетают…

Это активность моя из меня прет! Я же по жизни холерик, мне на месте усидеть всегда удавалось с трудом. Энергия меня распирает, а приложить её некуда!

Интересно: дождь, тоска должна навалиться по всем правилам, а я даже не вспоминаю свой бывший шикарный кабинет!

Вернее, вот сейчас вспомнил и – ничего! Ничего нигде не шевельнулось, словно подумал о чём-то чужом и незнакомом.

Чуть-чуть грустно, что в лес сегодня не попаду, особенно на ту опушку, где встретил на днях глухаря такого размера, что мы с ним могли бы на ринге выступать в одной весовой категории и не потому, что я маленький и худенький. Природа меня не обидела физическими данными. Птичка такая! Внушительная!

А ещё – на озеро хочется. Очень мне одно приглянулось! Волшебное место по красоте и рыбы полно.

Бывает же так! Прямо два в одном!

В природе всё гармонично, не то что у людей.

Там, где человек активно вмешивается в природные процессы, исчезает всякая гармония.

Увы, но это так!

Начнешь задумываться о том, что мы творим с природой, и гордость за принадлежность к хомо сапиенс куда-то испаряется.

Неразумные мы существа, по большому счету…

И умнеем, как правило, слишком поздно – на смертном одре!

Нет бы раньше прозреть?!

Ведь есть же умные и честные среди нас?!

Только кто их слушает?!

Кто их СЛЫШИТ?!

Бегаем по кругу, как белка в колесе, а толку?!

Жизнь выбрасывает нас на обочину, а мы на неё обижаемся!

Нашли крайнюю!

Хотя и на себя обижаться не стоит. Стоит сойти с этих бесконечных каруселей и немножко подумать.

Хорошо юмористам. Они легко разрешают самые трудные жизненные задачки.

Даже если вас съели, у вас всё равно два выхода!

Ха-ха-ха!

Ни один пессимист до такого не додумается!

Стенать и жаловаться всегда проще и легче, чем принимать решения и отвечать за всё, что ты сам же со своей жизнью и натворил…

Мы же всё больше козла отпущения ищем….

Закругляюсь, а то прямо на глазах начинаю превращаться в философа…

Вот и вечер.

Дождь шел весь день, но в хлопотах я этого как-то и не заметил.

Как быстро пролетает время, когда всё делаешь сам, своими собственными холеными ручками!

Кстати, обратил сегодня внимание, что мои руки уже далеко не такие холеные, какими были недавно, и ничуть не огорчился.

Быстро жизнь бежит… Мелькают часы и минуты, как телеграфные столбы за окном скорого поезда…

Замедлить бы этот бег…

26 июля

Четверг.

Дождь прошел, а его запах остался: весь мир вкусно пахнет дождем! Всё, что находится за пределами моей избенки, всё пропиталось ярким, насыщенным запахом дождя!

Надо же?! А я и не подозревал, что дождь может иметь такой насыщенный свежестью до головокружения запах?!

Вышел на улицу и не понял сразу в чем дело?!

Хотелось дышать так глубоко, как только возможно! Никогда не замечал в себе такой жадности к простому, в сущности, процессу дыхания!

Воздух хотелось пить, нюхать, обнимать – и всё это сразу!

Кривая моего настроения так резко пошла вверх, что захотелось вдруг запеть!

Жаль, что ни голоса, ни слуха…

Боже, как прекрасна жизнь!

Как прекрасен мир, в котором мы живем!

А я ведь вчера вздыхал по поводу дождя, сожалея, что он идет весь день.

Как хорошо, что Бог меня не услышал!

Воистину, человек сам не ведает, чего хочет!..

За день не увидел ни одного живого существа, только Друг со мной.

Он сегодня заменил мне всех, и я не огорчен.

Всё-таки от людей хочется отдохнуть, а от собаки почему-то нет.

Странно, но общение с людьми часто угнетает, а общение с животными – никогда.

Парадокс.

Скажи мне кто ещё недавно, что я вырвусь из каменных джунглей и выживу, я бы не поверил!

А теперь?!

Я выжил! И это не всё!

Я понял, что человек может жить и вне муравейника, называемого городом, и жить по своим правилам, по своему распорядку дня.

И можно никуда не спешить. И никому ты ничем не обязан. И никому ничего не должен.

Абсолютная свобода действий!

Это что-то нереальное!

Разве такое бывает?!

Выходит, бывает…

Или я чего-то не понял?!

Я не Маугли, у меня нет умных учителей в виде Балу, Багиры и Акелы; я до всего дохожу своим умом, и у меня получается!

Везде живут люди. Они плохо понимают друг друга, они глухи и слепы бывают по отношению к себе подобным, но они – люди! У них своя стая! Значит, рано или поздно общий язык будет найден!

А пока…

Да здравствует свобода и душевное равновесие!

27 июля

Пятница.

Что-то никто в ягоды меня не зовёт… А пора бы…

Должны же они заботиться о моём материальном благополучии! Или надоесть боятся?

Они – это в первую очередь баба Таня.

Она ещё в первый вечер знакомства заявила: «Дак, на чай заходи! Скучно одному-то и чай пить!»

Меня пригласила, а сама боится быть навязчивой.

Схожу-ка сам…

Ездили на рыбалку. Баба Таня – заядлая рыбачка! На озере ей, по-моему, всегда комфортно. В любую погоду.

Мне, оказывается, тоже…

Уху заварили прямо на берегу. Посуда у меня теперь всегда с собой. Настоящий таежник.

Баба Таня, пока у костра сидели, жителей мне обрисовала. Их, оказывается, в поселке ещё немало. Правда, характеристики не всем она лестные дала.

В каждой бочке меда есть ложка дёгтя, и люди здесь, как, наверное, в любом уголке планеты, тоже разные.

Вернулись, довольные уловом и друг другом. Баба Таня не скупится на добрые слова в мой адрес. Мне приятно, не скрою…

Выгуливал вечером Друга у самого крыльца, можно сказать. Смотрю, амбал ко мне незнакомый направляется.

– Проставляться пора, – заявляет нагло. Перегаром за версту разит. – Раз у нас поселился, с тебя две бутылки.

– А я не у вас, я у себя поселился, – отвечаю, улыбаясь. – Купил вот избёнку на собственные сбережения… А водки у меня нет: сам не пью и вам не советую.

Посмотрел пристально. Я только усмехнулся: мне такие амбалы до лампочки.

Видно понял правильно: спесь и наглость из голоса и позы улетучились прямо на глазах.

– Закурить хоть дай! Сигареты дома забыл.

А я здесь и курить бросил. Само получилось. Без всяких усилий.

Полпачки сигарет так и валялись в кармане куртки невостребованные.

Достал. Протянул ему:

– Бери; всё что осталось. Я курить бросил.

– Спасибо, – закурил. – Надолго к нам?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Пока на отпуск. Он у меня долгий, северный. Потом посмотрю.

Взял и добавил:

– С женой развелся. Возвращаться не хочу. Буду кумекать как дальше жить. А там, что получится…

– Бабы они такие… – вздохнул амбал. – Не угодишь ничем… Я вот тоже один… Бросила, зараза…

Я позвал собаку, рассусоливать на тему баб не хотелось.

Амбал убрался восвояси.

Нет рая на Земле!

Зато в моей избе рай – ни начальников, ни командиров. Тишина, покой и умиротворение. Особенно, когда вечером, перед сном, листаешь книжку, а рядом на коврике Друг сопит…

Лепота!… как выразился один знаменитый киноперсонаж. И хоть сказал он это по другому поводу, я полностью с ним согласен.

Хорошо прожит день – впереди хорошая ночь!

Спокойной ночи, Дружище!

28 июля

Суббота.

Никакого зуда по поводу субботней уборки у меня не наблюдается. Утомительное это дело.

Два дня уже не застилаю постель, а так – прикидываю покрывалом и всё. Мысль о том, что надо ежедневно мыть посуду, угнетает.

Может, приобрести одноразовую?! Друг вылижет и в печку?!

А если в печку, зачем тогда вылизывать?!

Неужели ради этого летом топить печку-монстра?!

Нет уж! Лучше посуду вымыть!

Вот, люди! Придумали философию, логику и прочую фигню и ходим по кругу, а решения как не было так и нет.

Как обойтись без мытья посуды?!

Ладно – полы. Можно в носках походить, чтоб подольше не пачкались….

А посуда?!

Не есть, что ли?!

Не есть я не могу, значит надо мыть посуду…

Опять – двадцать пять…

И чего меня заклинило на этой посуде?!

Пока размышлял, давно бы вымыл!

Пойду-ка лучше гулять… Друг заждался…

Всё-таки даже в самой обычной лесной прогулке есть что-то целебное.

Побродил – и нет раздражительности, исчезла усталость, мысли прозрачные как слеза, а припев всего один: как хорошо на свете жить!

Время словно остановилось: нагулялся досыта, а всё ещё разгар дня.

Не съездить ли завтра в райцентр прогуляться?!

Не бирюк же я в самом деле, чтобы безвылазно сидеть на лесном кордоне?!

Я так и не понял, как живут здесь люди?!

Когда говорят об улучшении медицинского обслуживания населения, о повышении качества образования, что имеют в виду относительно данного населенного пункта?! Ведь здесь ничего нет?!

Поброжу по районному городку, посмотрю, чем там люди дышат. И дышат ли вообще?!

Слышишь, Друг, мы завтра планируем с тобой выход в люди!

А пока… пошли мыть посуду. Посидишь рядом – окажешь моральную поддержку!

29 июля

Воскресенье.

Райцентр кажется вымершим. Большинство магазинов начинают работать с десяти – одиннадцати часов. С ума сойти!

Не то чтобы они мне были нужны, эти магазины, просто безлюдье угнетает.

Улицы пусты. Сижу в машине и чирикаю в дневнике. Соображаю, куда идти и что делать?!

Это вам не мегаполис!

Друг спокойно сопит рядом на соседнем сидении. Укачало бедняжку…

Сам себе удивляюсь! Вскочил сегодня аж в пять утра! Выспался! Вернее, отоспался уже! На подвиги потянуло.

Жаль, что у меня, как у Максима Горького, нет деда, который сказал бы «а иди-ка ты в люди»…

Но я и сам дотумкал.

Стадная сущность человека гонит его к себе подобным.

Вот и я приперся в этот крошечный городок ранним утром, а зачем?! Ни друзей у меня здесь, ни врагов, ни родственников….

Даже магазины закрыты.

И к кому я спешил?!..

Городок стоит на берегу большого озера. Поищу-ка я удобный к нему подъезд … посижу у воды…

Ага! Здесь есть парк (читай – сосновый лес), вот туда и пойду…

Друг, иди на руки! Поводком я пока не запасся, да и ходить ты на поводке не умеешь. И ошейника у тебя нет…

Всё у тебя впереди…

Парк пуст, а ты и в силу возраста своего никого напугать не можешь, так что гуляй без намордника. Бери пример с меня…

30 июля

Понедельник.

Кто бы мог подумать, что безобидная дневная прогулка по городскому парку ТАК закончится?!

Сначала, словно назад попал, в мегаполис, где молодые шакалы до сих пор на людей охотятся; потом будто в мелодраму окунулся…

В общем так… Восстановлю события по памяти, чтобы ещё раз пережить волнующие моменты…

В парке тихо и безлюдно. Кое-где слышны робкие и негромкие голоса каких-то пичужек. Сижу на скамейке в теньке в укромном уголке. Друг дремлет на коленях. Набегался. Даже белочку немного погонял. Она от него легко на дерево сбежала. Разморило и меня… Провалился в безвременье…

И вдруг за поворотом – короткий вскрик!

Я вскочил и бросился в том направлении. Друга посадил на землю, но он рванул за мной.

Не иначе фактор неожиданности и какой-то древний инстинкт сработали, что я так сорвался… можно сказать, не совсем проснувшись…

Некоторые в моменты опасности стекленеют, а я, наоборот, реагирую на всё быстро, даже мгновенно.

Два парня взяли в оборот женщину: один рванул сумку у неё из рук, а другой стоял рядом в угрожающей позе.

С первого раза сумку вырвать им не удалось: женщина держала цепко, но и парень отпускать не собирался.

Мгновение – и я рядом. Одному в челюсть, другому, с сумкой, под дых. Не разучился ещё!

Они не сопротивлялись. Я молча напал – они молча рванули прочь.

Женщина оказалась молодой, под сорок или чуть за сорок, и симпатичной.

Очень симпатичной…

Разговорились. Щенок мой привел её в восторг. Женщины как дети: ой, какой хорошенький! – это их обычная реакция, если судить по фильмам и смутным воспоминаниям детства…

Она одинокая. Я тоже.

Пригласила на чай.

Купил по дороге коробку конфет, сыр, колбасу и батон. Другу купил мяса. Терпеть не могу химические корма для собак и кошек.

Не люблю пустой чай и терпеть не могу ходить в гости с пустыми руками.

А меня вроде в гости позвали?!

Хорошо, у магазина бабулька стояла с цветами. Купил букет лилий, больше ничего не было…

Живет моя новая знакомая недалеко от парка в уютной небольшой двухкомнатной квартирке.

Мне у неё понравилось. Может, потому, что понравилась она сама?!

Как-то сразу и вся.

Ни жеманства, ни кокетства; алчный блеск в глазах напрочь отсутствует; вся она какая-то искренняя, настоящая, очень открытая. Видимо, и стрессовая ситуация поспособствовала её разговорчивости и нашему сближению.

А я и одет непрезентабельно… Никакого сравнения с прошлым…

И ничего… Мой внешний вид её явно не интересовал и уж точно не шокировал…

В общем, проговорили до ночи.

Она сама предложила остаться. Говорит, что ночью опасно одному по городу ходить. Мало ли что может случиться…

И всё у нас как-то случилось само собой. И утром хозяйничали на кухне, готовя завтрак, как супруги, прожившие вместе много лет.

Она молодец, веселая.

Никакой неловкости не возникло между нами и утром.

Жаль, что ей в понедельник на работу…

Вот и уехал я только утром в понедельник, то есть сегодня, после того как довез её до работы…

Работает она, кстати, в библиотеке. По-моему, самая что ни на есть женская профессия…

Договорились, что в пятницу вечером я встречу её с работы, а всю неделю она не будет ходить одна.

Когда предложил, её глаза вспыхнули такой радостью, что и мои отозвались, не спрашивая у меня согласия…

Неужели судьба?!

Приехал домой и весь день в мельчайших подробностях вспоминал свою поездку…

В общем, был весь в мечтах …

Какие разные бывают понедельники!

Надо же?! Три моих предыдущих Горгоны не отучили меня мечтать?!

Неужели с Горгонами всё покончено?! Раз и навсегда?!

И остались ещё в мире женщины не родные Горгонам по крови?!

Как же мал наш шарик, если мне удалось встретиться с одной из них?!

31 июля

Вторник

Вставать не хотелось. Мечтал, лежа в кровати, как подросток, впервые влюбившийся…

Друг заскулил. Естественные надобности гнали его на улицу.

Долго гуляли по окрестностям поселка. Коровье стадо больше не пугает, хотя мы им уступаем дорогу, а не они нам. Заслышав звуки колокольчиков, мы с Другом тут же сворачиваем в сторону.

Нам всё равно где бродить, а бездумный коровий взгляд никогда мне не нравился, так что я лучше сверну…

Серега забрел ненадолго, когда мы вернулись домой, посмотрел на мою захламленную избу и предложил помощь. Давай, говорит, Валентина моя приборку у тебя сделает. Не мужское это дело. Да и сразу видать, что без сноровки ты в этом вопросе.

Согласился. Но за плату.

Серега побубнил, что они и так в долгу, но я велел ему заткнуться и сказал, что сейчас на рыбалку махну, а его Валентина пусть тут похозяйничает….

Всунул ему деньги в руки и уехал.

Избу вечером не узнал. Вылизали её, что ли?!

Рыбалка не сильно задалась, потому что я больше сидел на берегу и пялился на воду, весь в приятных воспоминаниях, чем ловил.

Но рыба здесь такая, что и не хочешь, а наловишь, так что домой приехал не с пустыми руками. Часть улова отдал бабе Тане.

Впервые с момента приезда так долго не мог уснуть – всё считал, сколько дней до пятницы. Выходило не просто много, а очень много…

1 августа

Среда.

Бог мой, только ещё среда?!

Потом четверг! Пятницу тоже надо прожить до вечера…

Часть дня пройдет в дороге, а с остальной частью что делать?!

Какой-то ужас! Мрак беспросветный!

Ладно… Не будем хандрить… Зайдем с другого боку…

Уже среда, остался один четверг, потому что половину пятницы я проведу в сборах и дороге.

Ну вот, картина выглядит совсем по-другому. Гораздо более оптимистично.

Надо на рыбалку обязательно выбраться.

Маша, Машенька любит рыбу, как и все местные.

Без рыбы, говорят, и стол не стол, и обед не обед…

И морошки надо собрать; и черника, по словам бабы Тани, уже первая появилась.

Найду. Соберу. Порадую. Очень уж местные к своим дарам леса трепетно относятся.

Баба Таня чуть не в первый день сообщила, сколько и чего надо из лесу к зиме запасти.

Я попервости мимо ушей пропустил, а теперь думаю – зря! Зима в этих краях долгая и суровая ( очень долгая, учитывая оторванность от всего и всех), а тут природные витамины под ногами…

Машенька скромно живет. Не думаю, что библиотекари много получают.

Как она отнекивалась от моих покупок, когда мы шли к ней, и всё порывалась завернуть мне с собой и сыр, и колбасу, и даже конфеты! Всё приговаривала: дорого, здесь ещё много… забери… так потратился…

Какие странные у людей понятия о том, что такое дорого и много…

Вернее, какие разные у нас понятия об одном и том же…

Так что пугать её излишними покупками пока не стану, но, конечно, в удовольствии побаловать симпатичную мне женщину я себе не откажу!

Вот именно! Себе!

Не знаю, как Машенька, а я не могу дождаться встречи!

Всё. Хватит! Еду на рыбалку!…

Уловам уже не удивляюсь: окуни по килограмму весом, плотва по полкило, а щуки такие, что иногда не до ловли – успеть бы снасть спасти!

Я сегодня два раза спиннинг забросил, а на третий кинул и давай быстрей сматывать: углядел бревно, лениво плывущее в мою сторону! Замшелая от старости щука, как две капли воды похожая на бревно, вознамерилась откусить мою блесну!

Блесну не жалко, жалко себя – ведь такая орясина легко утянет под воду и там рыбаком слегка перекусит! Лишь бы леска выдержала!

Сменил место ловли: мне рекорды ни к чему.

Поймал четыре язя весом от одного до двух килограммов! Я даже не знал, что они такими растут.

Сначала думал, что карпов поймал, но баба Таня просветила: оказывается, карпы на севере не живут.

При таких язях не великое горе!

Вернулся вечером с рыбалки, Серега подошел.

Интересно, что здешние люди говорят обо всем, кроме политики.

Их вообще интересует то, что происходит в Москве или в мире?!

Обсуждают насущные проблемы, делятся местными новостями и ни слова о том, что происходит в стране и за рубежом. А уж о желтой прессе здесь, по-моему, и не слыхали!

Никто сплетни о так называемых звездах разных уровней и калибров не мусолит.

Спросил у Сереги и услышал спокойный ответ:

– Дак, о чем там говорить?! У нас болтунов полно в разных властях. Поналезли и всё чего-то делят! Нас это не касается. Чего попусту язык бить . Говори по делу и живи, как нравится. И ты отдыхай. Чего тебе эта Москва? До Бога высоко, до царя далеко; а чем дальше, тем лучше. Оно спокойней…

Да-а-а…. И чего мне эта Москва?! Был патрон в обойме да выпал…

А вот в ягоды надо срочно…

2 августа

Четверг.

Вчера не помню, как и уснул. Едва подушки головой коснулся – и уже в объятиях Морфея!

Здесь бы аптекари не разбогатели!..

До чего Друг привык со мной везде ходить и ездить! Так он и в человека превратится! Я его специально не обучаю, а разговариваю, как с маленьким, объясняю всё по несколько раз. И ведь понимает, умница такой!

В доме не шкодничает, в лесу не бросает… Ну чем не верный друг Пятница?!

А главное, Машеньке нравится. Терпеть не могу кислых физиономий рядом и придирок на пустом месте…

Морозильник рыбой забит до отказа, посолил на таранку и приготовил к копчению по паре щук, окуней и одного язя. Плотва мне не слишком понравилась, а вот копченые щучки и окуни – чудо кулинарии, шедевр вкуса.

Отвезу Машеньке. За сутки в холодильнике ничего с рыбой не сделается, а в дорогу упакую блюдо в два пакета и пристрою рядом коробку с замороженной рыбой. Доедет!

Какой я стал хозяйственный?! Сам удивляюсь!

А ведь, пожалуй, можно жить и так: вставать на рассвете, собирать ягоды, делать запасы на зиму и никуда не спешить. Не волноваться по поводу политики, внешней и внутренней; смены президента и смены государственного строя; козней знакомых и полузнакомых людей…

У них свой ареал, свой район обитания и свой мир, с которым этот не пересекается. Даже границы этих двух миров не соприкасаются…

И эти разные, полярные миры находятся на относительно небольшой территории. И в одной стране! А словно на разных полюсах.

А что говорить о мире в целом?! О людях разной культуры и воспитания, ведь обычаи разных народов часто кардинально отличаются, а иногда и прямо противоположны друг другу.

Не суждено человечеству, видимо, выработать общий язык и общие обычаи. Не суждено одному народу полностью понять и принять другой народ.

И не наша это вина. Скорее всего, так и задумал Творец.

Иначе встает вопрос: неужели люди такие идиоты, что на протяжении веков наступают на одни и те же грабли?! Почему люди воюют и воюют друг с другом, продают душу дьяволу, обменивая её на золотого тельца, предают и уничтожают себе подобных?!

Или Бог при сотворении отнял у нас разум?! Или мы сами его растеряли на пути эволюции?!

Здесь, в тайге, забываешь об эволюции и цивилизации. Кажется, что изначально мир был создан именно таким и таким и остался. Все достижения нашей техногенной цивилизации по сравнению с этим лесом, озерами, реками, огромными валунами – детские пластмассовые игрушки.

Поиграл и бросил. На что они ещё годятся?! И надоедают так же быстро…

Уха из закопченного котелка на берегу озера кажется таким изыском, перед которым меркнут все рестораны мира.

А первая черника?! Это не клубника из супермаркета без вкуса и запаха, которую я теперь и есть бы не стал.

А глухарь, взлетающий над твоей головой?! Тяжелые, широкие, мощные крылья которого едва поднимают огромную тушу в небо?!

Это вам не клетка в зоопарке с облезлым волком!

Нет! Не скучаю я по мегаполису. И не успокаиваю себя этими словами. Я просто так чувствую…

Но на душе тревожно.

Только-только бандиты притихли, но их ведь не уничтожили. Они просто затаились.

И президент вроде всё ещё у власти, а кажется, что уже нет, что период его владычества, такой страшный, такой богатый мрачными событиями, уже история…

(Так, друг дорогой, остановись! Ты обещал… сам себе… забыть прошлое, не лезть в политику… держи слово.)

А я никуда и не лезу. Рассуждаю вслух отстраненно… Не могу я выключить мыслительный процесс. Я жив ещё! Жив!

Дневник я пишу для себя. Мыслей много. Иногда – хаотичных. Но ни одного бывшего соратника не назову. Жить хочу…

Нет, я не трушу. Просто никому я не судья. Свои бы ошибки исправить…

Увы! Иногда это возможно, но (как часто!) и этого нам не суждено.

Не перечеркнешь целую жизнь…

Бандиты, неонацисты головы поднимают, ну как тут остаться спокойным?!

Гитлера из забвения вытаскивают. Страшно.

Страшно, что снова полно молодых, которые жаждут кому-то подчиняться.

Идут на поводу у наглых главарей, словно крысы за дудочкой.

Как трудно научить молодых думать!

И как легко – повести за собой с помощью слов и идей!

А присмотришься – и слова пустые, и идеи надуманные, а сколько жизней полегло?!

Кто у нас наверху?! Кто у власти?! Вспоминаю коллег – ни одного достойного, порядочного человека!..

Всё! Остановись! Философ доморощенный!

И вообще, хватит нырять в прошлое. Нет его!

Ни к чему.

А то получатся сплетни за спиной, а не дневник.

И вообще. Зачем душу разбередил?! Что от меня нынешнего зависит?

Бессонница навалится – и весь результат!

Пойду с Другом гулять перед сном. Полчаса уже у ног крутится. Время знает…

Вот и погуляли!

Откуда тучка появилась, я так и не понял. Хлынуло сразу. А потом – раскат грома! Один единственный! Зато какой!

Спрятались под старым навесом у опушки. Баба Таня к нам присоединилась через пару минут мокрая до нитки. По ягоды ходила. Чернику брала себе на варенье рядом с поселком.

Вот, говорит, Илья – пророк, батюшка, себе не изменяет.

Я не понял. Тогда баба Таня меня просветила.

Ильин день, говорит, сегодня. Илья-пророк огненные стрелы во врагов рода человеческого метает. Избавляет Землю-матушку от сил темных. Издревле так повелось. Пытается нечистая сила людей себе подчинить, прибегая к соблазнам и искушениям. Слаб человек, поддается. Я, говорит, в Ильин день в избе зеркала завешиваю, самовар даже, что ещё от отца с матерью достался, в закуток прячу. Это роскошь, а не необходимость. Рассердится Илья –пророк, метнет молнию, дом спалит, а занавешенное не блестит, в глаза ему не бросается…

Мне и смешно, и странно слушать такое. Двадцать первый век на носу, вот-вот начнется, а тут такие суеверия.

Если уже и метать Илье-пророку молнии, так прямо в Кремль да в министерства разные. Вот где излишества! А-то самовар!

Спрашиваю: «Шутишь, баб Таня?!»

Руками замахала: «Что ты, сынок, как можно?!» Илья, говорит, на небеси, но и на земле тоже. Поля у нас крошечные, но родители мои жито сеяли; в жатву немного колосков всегда на поле оставляли, в пучок собирали, дугой загибали и в пашню втыкали. Гостинец Илье-пророку, чтоб и на следующий год урожай был. А в деревне у нас в этот день раньше общинные трапезы устраивали. Рыбный стол богатый был; посвящали его Илье-батюшке, чтоб осенняя путина удачной была. Рыбой на зиму не запасешься, так и не выживешь.

Я и говорю: «Может, и нам стол рыбный сегодня устроить?! Не поздно ещё».

Можно, говорит.

Тут и дождь затих. Разбежались по домам.

Я на стол консервы достал, потому что одна только щука копченая была из готового. А вот тушенка, сгущенка, да всякие печенья, сухарики у меня всегда в достатке.

Баба Таня пришла с подружками – знакомыми мне уже двумя бабульками. Пришли с пирогами – рыбниками и ватрушками.

Говорят, с Ильина дня осень начинается. А осень – время благодатное. Сыт человек в это время. Даже самый ленивый сытехонек.

Видать намаялось их поколение голодом, если о пище говорят с благоговением и не устают Бога благодарить за те природные дары, что он дает жителям здешних мест.

В общем, праздник в честь Ильи-пророка получился на славу. Бабульки выговорились, а я наслушался. Наслушался я и о том, как Ильин день в старину отмечали. Забавно.

А вдруг в этом что-то есть?! Во всех этих древних обрядах?! Есть здравый смысл, до которого мы просто докопаться не смогли?!

Теперь, я думаю, Илья- пророк весь год будет нашим помощником. И моим, персональным, тоже.

А что?!

Уверенность в себе тоже должна на чем-то держаться.

Почему не на обрядах, если от них никому никакого вреда, не считая нечистой силы?!

3 августа

Пятница.

Засыпал плохо. Извертелся весь.

Глаза закрою – и вот они, мои прежние места обитания. Словно на другой планете! И откуда взялись?!

Черти бы их побрали!

И кабинет перед глазами встает таким, каким я его оставил в день ухода. Понимаю, что изменилось в нем многое при новом хозяине, но вижу то, что было…

И коллеги мои бывшие ухмыляются мне в лицо…

Интересно, племянника моего горгоны не сожрали с потрохами?!

Нет. Побоятся. Они же думают, что я в отпуске…

Усилием воли сделал себе перезагрузку: стал вспоминать прошедший вечер. И ведь помогло! Улыбчивые лица бабушек, их рассказы, хороший аппетит и прекрасное настроение… Живут люди! .. И я буду жить!

Уснул и спал как убитый.

Илья-пророк на колеснице мимо мчался, подмигивал мне весело: живем, дружище!..

А утром мысли сразу переключились на поездку в райцентр.

Жаль, что Машеньку только вечером с работы встречать. Но ничего, с утра в ягоды съездили втроем, как обычно. Собрал я и морошки, и черники немного. Серега с баб Таней тоже чуток подзаработали, хотя они и без меня в лесу днями пропадают. У Сереги даже дети ягоды собирают и сдают. С детства жизнь понимают.

Теперь вот убиваю время за столом.

Не очень получается – голова пустая совсем. Вчерашнее переварил, а сегодня мысль одна – скорее бы ехать!

Друг – моё спасение. Пойду с ним погуляю, а там и собираться в поездку время наступит…

6 августа

Понедельник.

Скоро вечер. Я уже дома.

Непростое существо человек. Нуждается оно в себе подобных. Это факт.

И женщина для мужчины – это не развлечение, не совместный быт… Всё это вторично.

Я для себя вдруг открыл совсем другой мир взаимоотношений двух полов: мир спокойных бесед и ласковых прикосновений – легких и нежных…

Когда во время разговора (пусть он и ни о чём, этот разговор, но интересен обоим) хочется коснуться руки собеседника или его плеча, это совсем другой разговор, не похожий на тот, что мы ведем с трибун или за столом ресторана…

(Мысли какие-то сумбурные: торопятся, налезают друг на друга…)

Мои редкие обеды с женами (с каждой по очереди, в свое время) были похожи как две капли воды на деловые встречи, такие же чопорные, пустые и скучные…

Холодные.

На показ.

А оказывается, можно скучать по обеду с любимым человеком, с нетерпением ждать ужина, спешить под общий кров, потому что он действительно общий…

Ты утром в халате, смешной и всклокоченный со сна, пьешь горячий чай из любимой большой кружки…

Обжигаешься, но тебе весело…

Жена с примятым с ночи лицом, не наштукатуренная, а теплая и уютная, пристроилась рядышком и радуется твоему веселью, твоему хорошему настроению…

Вот оно счастье!

Прощаться по утрам, с чуть заметной ноткой сожаления, и в то же время радоваться, что вечером встретитесь снова…

Скучать целый день и предвкушать совместный ужин и неспешные разговоры о том, что произошло с каждым за день…

И вместе отходить ко сну…

Вот оно счастье!

Делить домашние заботы, планировать совместные покупки, гулять по парку, держась за руки…

Вот оно счастье!

Как много, оказывается, запланировано людям счастья!

Почему мы им не пользуемся?!

Активно! Ежедневно! Ежечасно!

С такой, как Машенька, даже бандит может стать честным, порядочным человеком! Настолько у неё светлая, добрая, отзывчивая душа!

А я не бандит, значит у меня и шансов больше…

В соседнем с ней подъезде живут бабушка с внучкой. Бабушка болеет, много денег уходит на лекарства, живут очень бедно.

Маша с каждой получки (настолько грошовой, что я удивлен, как она выживает сама) покупает им пачку чая, батон, пачку сливочного масла, пакет печенья и шоколадку для ребенка и идет в гости.

Так просто бабушка ничего не берет, но Машенька выдумала предлог – совместное чаепитие.

Удивительно, отзывчивым и добросердечным часто бывает тот, у кого и самого-то ничего нет.

Предложил сходить к этим соседям в воскресенье. Спросить, не нужно ли чего?!

Сходили.

Если это бедность, то тогда что такое нищета?!

Я не замечал за собой раньше особой впечатлительности, но услышав: бабушка, можно мне ещё кусочек хлебушка, ну пожалуйста?! – впал в ступор.

Ответ бабушки на мое предложение помочь:

– Спасибо. Ничего не нужно.

Что это за порода людей?!

Где она выведена?!

Когда?!

Кем?!

Купили в запас крупу, макароны и масло, муку и мясо, рыбу и овощи, взяли побольше сладкого и фруктов… всё-таки ребенок в доме…

Все пакеты пришлось кулем сваливать в прихожей.

Бабуля упиралась рогом – нет и всё тут.

Деньги бросил на тумбочку и приказал на хлебе не экономить.

Бабка смотрела на эти бумажки с ужасом и, по-моему, собиралась упасть в обморок, так побелела.

Спасибо Машеньке: защебетала о том, что я одинокий, зарабатываю много, а потратить не могу…

Бабуля расплакалась, а потом на колени бухнулась… Девчонка, внучка её, лет шести, тоже заревела, на бабку глядя…

Я просто сбежал.

Выскочил за дверь – и на улицу! Охолонуться, как мой дед говорил!

Машенька пришла минут через пять. Успокаивала обеих.

Говорить не хотелось. Мне.

Долго гуляли по парку.

Потихоньку Машенька завела разговор о своей работе…

Чуткий она человек.

Господи! Жизнь в мегаполисе и в этом лесном краю… это даже не разные планеты…

Это разные галактики!!!

Я и не подозревал, что люди живут настолько по-разному!

7 августа

Вторник.

Вчера я ещё мысленно был там – в соседнем подъезде у незнакомых людей.

Сегодня я хочу вспоминать только Машеньку.

Голодных мы накормили, так что волноваться за них не стоит ближайший месяц.

Впрочем, если судить по тому, как они жили до этого, денег им хватит на ближайшие года три.

Теперь о Машеньке.

Оказывается, она пишет стихи. Пишет для себя, никому не показывает.

Пока гуляли по парку, она прочитала мне парочку.

Я не знаток поэзии, но мне понравилось. Бесхитростные, как она сама, строчки ложились прямо на сердце…

Честное слово, я их не слушал, а впитывал!

Машенька раскрывала душу, делилась сомнениями и собственным взглядом на вещи.

Придя к ней в квартиру, я первым делом потребовал тетрадь со стихами.

Машенька рассмеялась, принесла толстую тетрадь и протянула мне.

Бог мой, но это же так неудобно сначала писать, а потом печатать, набирая текст на рабочем стареньком компьютере, подаренном каким-то спонсором перед выборами, когда в библиотеке никого нет! Обязательно куплю ей ноутбук!

Она читала мне свои стихи, а потом мы пошли к ней в библиотеку и она набрала на этом ужасном допотопном компьютере некоторые стихи и распечатала для меня несколько страниц. Компьютер им, оказывается, подарили не новый, а списанный с фирмы. Спонсоры – жлобы ещё те!

Некоторые её стихи я сейчас перепишу в свой дневник. Мне приятна эта работа. Пусть сохранятся в моем дневнике, ведь листок может потеряться.

Я на вас не похожа?!

И что же?!

Обвините меня в толстокожести?!

Но я ведь не требую вашей похожести?!

Зачем же обиды, намёки и сплетни?!

Сердиться на снег,

что не дождик он летний?!

Как это глупо, смешно и нелепо

друг друга копировать слепо!

Это мне понравилось больше всего – тут вся Машенька. И её умение прощать, и её умение оставаться самой собой, и её детская наивность, так редко встречающаяся сейчас в среде умных женщин. А Машенька умна.

А вот это:

Обожгла неудача, но я не сдаюсь,

Стою, чуть не плача, и громко смеюсь.

У зеркала стоя, я громко смеюсь,

А зеркало вторит, шепча мне: «Не трусь!»

Смеётся глупое зеркало, смеётся, ну и пусть!

Смеётся глупое зеркало, а в глазах его грусть!

Ох, тебе ведь невесело, отраженье моё!

Что же нос ты повесило?! Нам ведь легче вдвоём.

Но споткнувшись однажды где-то на полпути,

Поняла я внезапно – до конца не дойти.

Слышу я, чуть не плача, горе песни поёт,

Но кивает мне ласково отраженье моё.

Смеётся глупое зеркало, смеётся, ну и пусть!

Смеётся глупое зеркало, а в глазах его грусть!

Ох, тебе ведь невесело, отраженье моё!

Что же нос ты повесило?! Нам ведь легче вдвоём.

Как здорово, что она оптимистка по жизни! Пусть неудачи обжигают! Лишь бы до дна не палили!

Сколько раз у меня у самого опускались руки! И ни разу мне не пришло в голову, что можно справиться с хандрой с помощью листка бумаги и ручки!

Баня, девочки, выпивка, головная боль…. Тьфу!

Женщины устроены как –то иначе…

Те самые настоящие женщины – верные спутницы мужей и хранительницы домашнего очага!

Ухоженные куклы из СПА салонов в подметки им не годятся! Несмотря на все свои 90 – 60 – 90… или как там…

А ведь я сейчас тоже излечиваюсь от застарелой болезни под названием «прошлая жизнь» с помощью ручки, листка бумаги и… Машенькиных стихов!

Запишу ещё одно. Оно мне близко и понятно… теперь…

Мне расскажет шальной листопад,

Что спокойствие кануло в Лету,

Что деревьям зелёный наряд

Вновь к лицу будет будущим летом.

А пока шаловливому ветру

Так легко растрепать их причёски,

И летят разноцветные листья

С клёнов, липы и тонкой берёзки.

Вальс танцуют они на ветру,

Устилают коврами тропинки

И следят, чтоб Земле поутру

Не попало в глаза ни соринки.

Нет, не удержусь, добавлю ещё одно – последнее. Попросил Машеньку рассказать о себе, и она ответила, смеясь, четырьмя строчками:

Нет, жизнь меня не била, не ломала;

Она меня на прочность испытала,

Но мы друзьями с ней остались,

Ведь обе быть хорошими пытались.

Где она берет слова, чтобы вот так, экспромтом, в стихах, отвечать на вопросы?!

Ну вот и день прошел. Друг выбегался по двору.

Теперь можно и на рыбалку выбраться. Рыбы я себе не оставлял, выгреб всю. Зачем её хранить, если можно наловить свежей?!

Друг меня одобряет. Вон как весело вертит хвостом!

Тоже рыбу любит!

Вперед, мой Друг, вперёд!

Только сначала червей накопаем…

Интересно, здесь бывает так, чтобы рыба не клевала?!

До чего хорош улов!

Никогда раньше не подозревал в себе настолько азартного рыболова!

Ловко он во мне таился!

Интересно, если хорошенько покопаться, можно нарыть в себе ещё какой-нибудь талант?!

А Друг сегодня бобра облаял!

Тот близко к берегу подплыл, и Друг бросился меня защищать!

Бобр хвостом по воде как даст! Звук, будто рядом из ружья пальнули!

Бедный мой маленький Друг взвизгнул от страха и нырнул за мою спину. Спрятался!

Я взял его на руки, приласкал, похвалил…

Бобришка уплыл, а мы с Другом сделали вид, что храбро его прогнали!

Потом сварили уху. Друг наелся до отвала и тут же уснул.

Умаялся, бедолага!

Как не умаяться, столько впечатлений за кусочек дня?!

А я долго сидел у затухающего костра и смотрел, то на воду, то на лес, то на камни, то вглубь себя…

И где-то там, в глубине, внезапно обнаружил, что я тот, но не совсем. Внешне я, вроде, всё тот же человек, каким был долгие годы; а вот внутри – резкая перемена…

Любопытно, когда она произошла?!

8 августа

Среда.

Как летит время! Баба Таня вчера с утра пришла, позвала в чернику. Съездили…

Морошку собирать я уже приноровился, а вот чернику…

Дала мне баба Таня какой-то совок не совок, грабли не грабли… Хапужник называется… потому что ягоды им не собирают, а хапают.

Скребут по кусту, чешут под гребенку… Кажется, что это легко, на первый взгляд; но у меня не получилось сразу: кусты сминаются, ягоды давятся, во все стороны брызгами летят… Мука, а не сбор ягод.

Еле приладился я к этому хапужнику. Худо – бедно насобирал пятилитровое ведерко. Черникой при этом перемазался с ног до головы и потом умылся не единожды. А рука устала так, словно я весь день выжимал ею пудовую гирю.

Баба Таня начесала, как она выразилась, двадцать литров!

Сегодня снова ездили. Я филонил откровенно. Собрал литр руками себе на еду. Еле разогнулся. А баба Таня снова начесала два ведра по двенадцать литров. Она бы, говорит, ещё бы столько набрала, да уж сильно мало времени мы в ягодах бываем. Мало?!!

Интересно, кому из нас за семьдесят?!

Чтобы моё вчерашнее месиво превратить в варенье, нужно выбрать все листочки и веточки! Кошмар!

Всучил ведерко бабе Тане, когда привез её домой. Пусть хоть в помойку! Самому жалко, столько мук принял! Рука не поднимется!

Пришла через полчаса баба Таня ко мне и всучила рубли за ягоды! Я к ним добавил несколько купюр покрупнее и сказал, что это ей премия за то, что она мои ягоды сдавала.

Пришлось ей в карман халата деньги всунуть и дверь перед носом захлопнуть.

Напоследок сказал, что обижусь и в гости ни разу не зайду, и в ягоды не повезу…

Невежливо, но другого выхода не было.

Что ж они такие крохоборы?!

Написал и самому стыдно стало.

Всё ведь совсем не так!

Честный народ эти таёжники. Я не привык к такой щепетильности и к такому уровню жизни…

Или уже привык?!

Господи, как мало, оказывается, на самом деле надо человеку?!

Друг сопит рядом. Набегался. Он быстро растёт, но всё равно ещё маленький.

Интересно, почему Боги не наделили собак человеческой речью, раз уж мы столько веков живем дружно рядышком и нуждаемся друг в друге?!

Неужели затем, чтобы мы, люди, научились общаться с братьями нашими меньшими с помощью мимики, взглядов и телепатически?!

И ведь, ей-богу, научились!

По крайней мере, я всегда понимаю, что означает собачий взгляд, лай, работа хвостом, когда смотрю на Друга!

Самый человечный из всех известных мне людей, не считая Машеньки, конечно, это мой щенок. Мой Друг!

Бабу Таню забыл. Она тоже человек настоящий… И Серега… Надо же, оказывается хорошие люди вовсе не перевелись на этом свете.

9 августа

Четверг.

Небольшой дождик смыл с листьев пыль, и всё вокруг помолодело, посвежело, очистилось…

Не так ли и с человеческой жизнью…

Мы не совершенны. От ошибок никто не застрахован.

Значит…

Периодически необходимо устраивать себе такой вот дождик – холодный душ, чтобы научиться трезво смотреть на вещи и не попадать в лапы лукавому…

Как-то легко мы произносим фразу «да я душу продам».. . и перечисляем – за что…

Нет в этом мире ничего такого, что можно было бы обменять на душу, ибо без души нет человека, а как можно СЕБЯ обменять на что-либо?!!

Человек может многое вынести, если он остается человеком.

Только теперь я понял, почему в войну люди, попадая в плен, ничего не говорили врагам.

Тот, кто вёл себя иначе, предавал не только других, он в первую очередь предавал себя, терял себя как человека, как целостную личность, и дальше по жизни шла пустая оболочка. Это даже хуже, чем погибнуть…

Здесь, в этой тайге, и живут вот такие целостные личности. Нет, не все здесь такие, но процент гораздо выше, чем в любом мегаполисе. И это печально.

Что нас меняет?! Ведь рождаемся одинаково голенькими, а идем по жизни не просто разными, а иногда совершенными противоположностями.

У местных простых людей ( странное выражение, как будто бывают сложные люди; у них, что же, устройство другое?!) какое-то незамутненное сознание.

Так и хочется сказать – первобытное, но это не так.

В большинстве своем они добросердечны, независтливы…

Я как-то бросил фразу: вас же чиновники обманывают! А в ответ услышал: Бог им судья!

Стояли у магазина, ждали привоза хлеба и говорили не о том, что выборы скоро, а о том, где рыба лучше берет, на какую приманку, что детей в поселках становится всё меньше – не выгодны дети государству, ему сразу рекрутов подавай…

Ни возмущения, ни злобы…

Хорошо сейчас! Привольно! Ягоды, рыба, вот-вот грибы пойдут, колосовики уже проскакивали…

Говорят, и в глазах их не калькуляторы щелкают, а красота этого сурового края отражается.

Эти люди никуда не побегут. Для них слово Родина не пустой звук. Они не отделяют себя от России. Всем трудно. И мы потерпим. В жизни всякое бывает. Войны нет – уже хорошо…

Философия, доставшаяся от предков, замученных нищетой и войнами?!

Или что-то другое?! Что-то неподвластное моему пониманию?!

Почему их не озлобила нищета и заброшенность?!

Потому, что они не считают себя нищими!!!

У них есть еда, есть крыша над головой и одежда…

Как понять этих людей?!

Но, кажется, я понимать начинаю…

Уже поздно; день промчался, а я и не заметил… Помню, что раньше дождаться не мог, когда можно сбежать с присутственного места. День тянулся, словно бесконечная резиновая жвачка: и жевать уже невкусно и выплюнуть не получается…

А сейчас?!

Готовил на костре свежевыловленную щуку; Друг чаек облаивал, которые чуть на голову не садятся, до того не боятся людей, а я смотрел на высокий скалистый противоположный берег и думал – какая красота!

Потом мы обедали. Щенок ест быстрее – жадничает, глупыш, как будто отберут; а я наслаждался каждым куском! Считай, у меня собственный ресторан, где невозможно получить несвежую пищу и остаться голодным при отсутствии денег.

А какое спокойствие разлито в воздухе?!…

А сам воздух?!. Нигде больше такого нет! Он словно настоян на травах, насыщен вкусом и тонким ароматом! И при этом чист и абсолютно прозрачен!

И почему человек не живет лет триста?!

Если вот так – на берегу – я согласен…

Жаль, не от меня зависит…

Суетливые чайки всё метались по берегу, всё старались урвать кусок, а мой верный и храбрый Друг лаем отгонял их подальше от нашего лагеря.

На окрестные бескрайние леса смотришь совсем другими глазами, когда рядом собака. Пусть даже такая маленькая, как мой Друг.

Я совсем перестал бояться и тайги, и одиночества…

Странно. Одиночества не ощущаю даже тогда, когда я один и далеко от людей…

Страха перед дикой природой тоже вовсе нет…

Может, я никогда не был современным городским жителем?

Может, моя прошлая жизнь – это только сон?

А может, я со временем приеду к сыну, заберу его с собой и научу любить и ценить вот этот мир – настоящий, живой и такой притягательный?!

Никто не знает своего будущего. И это разумно. Все мгновения лучше переживать по факту…

А пока… хватит сотрясать воздух риторическими вопросами…

Спать. Спать. Спать.

И мечтать. Ведь завтра я еду к Мащеньке.

10 августа

Пятница.

Утро раннее. Росистое и голосистое. Петухи надрываются, коровы мычат… Их всего несколько на весь поселок. Ещё бык, две нетели (забыл спросить у бабы Тани, что это такое, когда она мне вопрос проясняла) и несколько телят. Но когда идут кучно, стадо выглядит солидно.

Промчалась очередная неделя… «как сон, как утренний туман»…

Ну почему время так стремительно?!

Остановись, мгновение!

Нет! Летят! Летят мгновения нашей жизни, и нет на Земле человека, который научился повелевать временем.

Мы можем продлить годы жизни, можем мысленно перенестись в прошлое и заново пережить уже пережитые события, можем помечтать о будущем, но остановить время никто не в силах.

Сегодня я и не хочу его останавливать. Пятница – тот особый день, когда мне хочется, чтобы вечер наступил скорее и я наконец увидел Машеньку.

Наберу ей черники на гостинец, соберусь и поеду. Мне понравилось сидеть в читальном зале, неторопливо листать журналы, просматривать местную газетку и наблюдать, как Машенька выдает книжки читателям…

Надо же! Есть ещё желающие бродить по библиотекам!

Друг нагулялся, подает голос, просится в дом.

Заходи, Дружище! Вот твоя миска с едой. Подкрепись перед дорогой.

А я иду собираться.

Прощай, мой верный дневник, до понедельника! Тебя я с собой не беру.

13 августа

Понедельник.

И тринадцатое, и понедельник, а настроение – словно я в лотерею выиграл…

Или день рождения у меня…

А что?!

Я действительно будто заново родился – вписался в эту странную жизнь!

Легко, в общем-то, вписался. Даже сам не заметил – как!

Интересно, Машенька поедет сюда, ко мне, в глушь?

Приглашу её в следующую пятницу. На рыбалку съездим… в ягоды… по-семейному….

Как ей моя изба покажется?

Не сбежит в ужасе?

Может, рано в гости звать?

Может, стоит квартиру в городке купить?

И вообще…

Имя у меня свое, а вот фамилия… Хотя… я ведь паспорт никому не показывал ни один, ни другой; и фамилию никому не называл… Никто и не спрашивал…

Здесь на человека смотрят. А я, вроде, ко двору пришелся…

Ладно. Разберусь потом…

Вчера по телевизору концерт был. Попса изгалялась. Как-то мне всё это не глянулось. Лживо всё, цинично, мелко… пошло… Или подборка такая попалась?!

Наверное, и это кому-нибудь нужно, но явно не мне. Слава Богу, и Машенька не фанатеет… Предложил выключить – сразу щелкнула пультом…

Книг у неё в доме много, и подборка хорошая…

Опять гуляли по парку, но я поймал себя на мысли, что скучаю по своему лесу – настоящему. Парка мне уже мало. Тесно мне в нем как-то…

Обратил внимание, что меда на местном рынке много продают. Машенька просветила – почему. Завтра, оказывается, Медовый Спас. Чай надо с медом пить, чтоб здоровье на весь год укрепить. Купили меду шесть литров: трехлитровку для Машеньки и три банки по литру. Одну себе оставлю, одну бабе Тане подарю, а третью – Сереге. Раз завтра такой праздник.

Мед оказался настоящим, густым, ароматным. Машеньке понравился. Мы с ней долго вчера вечером чай пили с этим медом…

Приятно вспомнить вчерашний вечер, но пора и делом заняться.

Мы сейчас с Другом рванем на любимое озеро да как заварим там ушицы из окуньков или щучки! Густой, наваристой!

Настоящую уху не едят! Её пьют! Из большой кружки! А потом едят рыбу!

Вот такой ритуал!

Как же я по нему соскучился за пару дней всего!

Не обижайся, мой дневник; я вернусь!…

Что ж… прощай понедельник, тринадцатое… Хороший ты день, понедельник… И тринадцатое – очень даже ничего… Число как число…

Нет, не прощай.

Я вернулся с рыбалки, а число всё еще тринадцатое…

Сегодня я выловил самую большую щуку за всё время моего здесь пребывания…

Варить не стал (куда мне одному столько), так и привез в поселок. Показал трофей Сереге и бабе Тане. А потом им же и подарил. На что она мне, эта шестикилограммовая громадина?! А Серега на всё своё семейство котлет наделает.

Одну щучку и пару окушков мы с Другом умяли на озере. Домой привез ещё двенадцать окуней и две щуки. Всего семь кило с небольшим. Кроме, конечно, ещё отдельных шести килограммов. Я их уже не считаю. Отдал.

Куда нам столько?!

Баба Таня привела двух старушек. Рыбы хотели купить. Раньше сами ловили, а теперь не особо походишь, ноги болят, – пожаловались.

Оставил себе щучку помельче и три окуня на ужин, остальное отдал.

Порывались заплатить. Отбился. Сказал, что в первый раз денег не беру, даю на пробу. Понравится рыба, пусть приходят за добавкой через денек-другой.

Посмеялись:

– Дак, разве может свежая рыба кому не нравиться?

– Чай, свеженькая! Ещё трепыхается!

– Ну, спасибо, сынок! Уважил старух!

Приятно, черт возьми, когда тебе улыбаются и благодарят. Сам начинаешь улыбаться и любить весь свет, всех без разбору, даже жадную продавщицу.

Утром встретились. Предложила рыбу ей на продажу приносить. Ага, разогнался!

Представляю, какая у неё наценка будет! Ответил, правда, вежливо, что как только – так сразу, а пока лишнего нет.

Пусть лучше старухи у меня берут. На их пенсию по магазинам не находишься…

Да-а-а… Сегодняшнюю щуку я запомню надолго…

А мы ещё след медведя видели на песке. Друг принюхался к нему, посмотрел на меня задумчиво, зарычал тихонько и – ко мне поближе…

Понял, что запах этот незнакомый несет в себе угрозу. Умница. Хорошие гены у собаки моей. Спасибо Сереге. Одарил по-царски.

А след, значит, совсем свежий… Недавно мишка здесь протопал… да-а-а… наводит на размышления…

А телевизор надо всё-таки хоть на ночь, хоть одним глазком, хоть на минутку, но включить, глянуть, что в мире происходит… Совсем я дичаю…

Потерялась потребность в телевизоре.

Раньше приду в квартиру и сразу пультом щелкаю… Тишина давила, напрягала, угнетала.

А сейчас?!

Я её даже люблю, эту самую тишину. Слушать люблю.

Странно звучит: слушать тишину…

А мне нравится её слушать. Оказывается, тишина звучит очень приятно для человеческого уха…

Надо только научиться её слышать…

И тогда надобность в шумовом фоне в виде телевизора отпадает…

И все –таки я его включил.

Правительство лихорадит… всё, целиком, в отставку… Интересно, а нового председателя утвердят?

А куда Дума денется?! Пойдет против – тоже угодит в отставку, вернее – роспуска дождется…

Не хочу никаких новостей.

Мне теперь без разницы, кто там в правительстве на главных ролях подвизается.

14 августа

Вторник.

Местные познакомили меня с интересным рецептом приготовления щуки или другой крупной рыбы. Я его вполне освоил и оценил, а теперь запишу для потомков.

Ведь будут же у меня потомки, если сын уже есть?!

А может, и ещё кто-нибудь появится?! Хорошо бы дочка… Или две!

Итак.

Нарезаем щуку крупными кусками, предварительно почистив её и выпотрошив. Голова и хвост пойдут на уху, остальное выкладываем в глубокую сковороду. Кладем куски рыбы достаточно плотно, но не трамбуем.

Наливаем растительного масла примерно на полсантиметра или чуть меньше, солим рыбу по вкусу. Сверху укладываем лук, порезанный кольцами, и доливаем воды, чтобы рыба была прикрыта на три четверти или немного больше.

Накрываем сковороду крышкой и тушим минут двадцать. Жидкость должна кипеть.

Потом добавляем измельченный листик лаврушки, тертую морковь и несколько горошин черного перца. Просто посыпаем сверху.

Тушим еще минут десять. Количество жидкости должно уменьшиться на треть, но не больше чем наполовину.

На любителя: добавить ложку майонеза за минуту до снятия с огня и дать постоять минут 5-7.

Всё. Можно кушать.

Рыба получается нежной и сочной, а сковородку от подливки освобождают с помощью корочки хлеба по принципу – кто вперед успеет. Настолько она вкусная.

Я масла не жалею, лью побольше, даже на озере так готовлю. Очень вкусно.

Думаю, и другим понравится. Пробовал и язя так готовить. Ничего. Но по мне так щука и окунь – самые вкусные. А язей Друг с удовольствием употребляет…

Не хочу, чтобы мои дети и внуки знали вкус только ресторанной пищи или приготовленной домработницей. Человек должен уметь сам себя обслуживать, то есть быть чуточку Робинзоном.

Жизнь иногда поворачивается к тебе совершенно неожиданной стороной, и вот тут главное – не растеряться…

Баба Таня приучила меня брать с собой в лес большой кусок пленки для защиты от внезапного дождя.

Здесь так бывает: утром небо чистое, ясное, погода загляденье; а через час налетает шквал ветра, наползает черная туча, и потоки воды, льющиеся с неба всего каких-то пять – десять минут, заливают тебя с ног до головы. Не то что сухой нитки на теле не найдешь, обтечешь не сразу. Ливень пройдет, туча скроется, а по тебе все ещё ручьи бегут.

Хорошо, если рядом есть большая разлапистая ель, нырнешь под неё – и как в шалаше, тепло и сухо. Пленка надежнее: укутаешься с ног до головы, присядешь под дерево, если нет грозы, и пережидаешь всемирный потоп.

Если еду на машине, что редко, то прячусь в кабину. Но обычно я отправляюсь в лес на своем двухколесном друге. Люблю ветер в лицо.

Недолго я здесь, а уже совсем аборигенился: и секреты кой-какие перенял, и спокойную, неторопливую манеру поведения и вообще… обжился…

Не знаю, радоваться этому или печалиться?!

Жизнь покажет.

По пути с озера набрал руками черники литра три. Машенька варенье черничное любит. Сварю. А в следующие выходные привезу её сюда, пусть сама ягод пособирает, раз ей это нравится.

Сказала, что в детстве обожала с родителями по лесам бродить, а теперь редко выбирается и только близко – куда пешком можно дойти.

Конечно, городок лесами окружен, но разве это леса?! Кругом дороги, тропинки, свалки… Люди всё-таки изрядные свиньи: квартиры вылизывают, а мусор бросают где попало! Даже берега озер замусорены, загажены!

И когда мы станем людьми, а не жителями, ругающимися с коммунальщиками и местными властями?!..

Бродили с Другом по окрестностям поселка. Ушли-то всего километра на два.

И вот чудо! Переходил распах и увидел толстенький белый грибок. Молодой. Видно, что недавно из земли показался. Весь такой крепенький, бодрый, а росточку всего сантиметров шесть. Шляпка темно-коричневая, словно бархатная, а ножка как сахар.

Стал внимательнее под ноги смотреть и не зря старался: нашел-таки ещё четыре таких же богатыря в том же самом распахе.

Я по нему прошел достаточно далеко. Эти распахи делают в лесу как противопожарные, а грибы обожают на них расти.

Это меня баба Таня просвещала.

Похвалился ей, а вечером пошел до магазина за хлебом и уже мне встречные сообщали, что боровики пошли и пора бы в лес выбираться за первым грибным супом.

Во как! Я местных опередил! Ай да я!

Оказывается, здесь так бывает: проскочат грибы с неделю, потом перерыв до конца августа, а иногда и чуть не до середины сентября, когда пойдут грибы основные.

Здесь их много: белые, подосиновики, моховики, маслята и сыроежки растут в огромных количествах. Их на зиму отваривают, маринуют, сушат.

Потом появляется много волнушек, есть и грузди. Это уже на засолку. Ножки подосиновиков и белых тоже солят, а вот шляпки в засолку не берут, только с малышей, когда они такие же крепкие, как и ножки.

Опят тоже много – пней хватает.

Грибы – основная осенняя и зимняя еда вместе с картошкой и рыбой. А ягоды – это питьё. Морсы, компоты, кисели; чай – это ритуал, его гостям предлагают. Все, кто победнее ( а по мне, так тут все бедные) пьют морсы и чай из чаги. Чагу сами собирают. Это гриб такой. На березе растет. Мне Серега его показал. Брать надо с живой березы. Если на сухой растет – он уже не полезный. Попробовал заварить. Ничего – в лесу вкусно.

Может, поэтому они такие здоровые?! Ни больниц, ни аптеки с лекарствами, витаминами да БАДами, а народ вынослив на зависть.

Я до сих пор ни за бабой Таней, ни тем более за Серегой не угонюсь. Идут по лесу ни одышки, ни усталости…

У одной – возраст, другой на вид – доходяга из доходяг.

Раз в неделю захожу на минутку к Сереге в гости, чтобы его пацанятам сладкого принести. При встрече не берет ни за что, а зайдешь, протянешь детям пакет с гостинцами, хозяйке коробку конфет да упаковку чаю побольше, смущается, но молчит. Святое дело: заявился в гости – угости детей и хозяйку.

Пил я и у них чай из чаги. Крепко заваривают. Пить можно, но всё-таки привыкнуть надо. Я слабо себе на озере заваривал. Мой чай из чаги мне показался вкуснее. Только на ночь его пить не стоит: отливать забегаешься. Мочегонный напиток.

Сегодня вечером на минутку забежал и к Сереге, и к бабе Тане. Поздравил с праздником, вручил по банке меду. Смущаются как дети, а вниманию рады. Подарку тоже. Мед здесь дорог при их-то доходах… Да и ехать за ним далеко.

В общем, четырнадцатое число ничуть не хуже тринадцатого. Замечательный день!

Пусть и все остальные будут такими же!

15 августа

Среда.

Включил с утра телевизор. Зачем, спрашивается?!

Не хочу никаких новостей. Слушать тошно. Кого-то взорвали, кто-то разорился, финансовая пирамида накрылась…. Тьфу!

Сессии, заседания, договоры о мирном сосуществовании…

Да кого они когда останавливали, эти пакты о ненападении?!

Вся история человечества – это одно большое повествование о человеческой жадности, глупости и подлости!

Вечно кто-то против кого-то дружит; собственные промахи и просчеты правители тут же списывают на несуществующих врагов, коими в этот момент и обзаводятся по-настоящему; дорвались до власти – набивай карманы, ибо потеряешь власть – потеряешь кормушку!

Господи, как это скучно!

Прямо по сценарию: украл – выпил – в тюрьму! Гениальные у нас есть фильмы!

А то… воспеваем на экране братков и Тверскую с её обочиной, а потом удивляемся, что приоритеты у молодежи поменялись!

Посмотрите на себя, господа взрослые, бывшие товарищи! Оказывается, вы и раньше товарищами не были, только назывались; и сейчас господами не стали, несмотря на обращение…

Кто после перестройки быстрее всех обогатился?! Комсомольские и партийные шишки… Сам таких знаю: был первый секретарь обкома партии и вдруг на тебе – он уже банкир! Выходит, они только личину сбросили, а хапугами всегда были?!

Ну его, этот телеящик!

Разбередил душу!

Ну что может обыкновенный человек?! Ничего! Его писк тоньше комариного! И внимания он привлекает гораздо меньше. А если совсем точно, то – ноль!

Ноль внимания на вопли людей! На хлебные места не для того лезут, чтобы с кем-то куском делиться и чьи-то жалобы слушать.

К черту всё! Нервную систему расшатываешь, а толку?!

Как вспомню, сколько времени лез наверх, а потом зевал на этих заседаниях от скуки, какую часть жизни загубил на сессии да болтовню в кулуарах, выть хочется!

Выбросил молодость на помойку! Трем гадюкам, бывшим женам, состояния зарабатывал, а они мне рога навешивали с фитнесс- тренерами и прочей шушерой… На дармовые бабки всегда много охотников!..

Хватит! И вспоминать не буду!

На рыбалку, Друг мой! На рыбалку!

Под лечебный шатер соснового бора! На свежий воздух!…

Хорошо съездили.

Пока я собирался, Серега подошел. Пригласил его с собой. Обрадовался, новое озеро показал.

Берега крутые, скалистые, а окунь по килограмму! Самый мелкий – полкило!

Вот где адреналин!

Тащишь такого богатыря, а удочка в дугу!

Чуть не сверзился со скалы. В последний момент удержался и стал гораздо осмотрительнее, а то тут костей не соберешь.

Но до чего хорошо!

Ухи Серега наварил по всем правилам! Тройную готовил. Это когда сначала одну порцию рыбы варят, потом эту вынимают, а свежую закладывают, и так – три раза. Напились горячего от души, а потом и рыбу всю слопали до кусочка! Невозможно оторваться от этой вкуснотищи. У Друга тоже живот как барабан!

Час сидели, отдыхали, любовались озером. А куда спешить?

Серега чаю заварил из брусничного листа. Ничего. Вкусно. Говорит, что и полезно. Почки, мол, прочищает. Попили перед обратной дорогой…

Так и жил бы здесь, на этом скалистом берегу. Панорама – дух захватывает!

И для жизни всё есть. Оказывается, на том берегу, что напротив нас, избушка срублена. Для всех!

Заходи и ночуй. Можно с этого берега на тот на лодке переплыть, можно озеро объехать…

Переплывешь, мопед не тронут. Оставляй, не бойся. Тут сроду чужого не брали…

В избушке посуда кой-какая хранится (кастрюля, сковородка, чайник), соль, спички, топор, запас сухих дров.

Пользуйся, коли пришел, но, уходя, снова дров заготовь. Если в ливень кто забредет или зимой в холода, чтобы сразу обогреться мог и кипяточку сварганить… Ложка, вилка тоже найдутся…

Чудеса!

Думал, удивить меня уже трудно, но Серега удивил.

Дрова, соль, чайник с кастрюлей, наверняка видавшие виды… Какие, кажется, мелочи…

А вот так заблудись в этой тайге бескрайней, поплутай, пока не обессилишь, так избушка с дровами да чайником покажется дворцом со скатертью самобранкой…

В городе забыл машину закрыть, можешь больше её не увидеть. С сигнализацией и то угоняют…

Всё-таки особая тут порода людей…

И природа им под стать.

Откуда такая красота берется?!

Вот куда я Машеньку привезу!.. На это озеро!

Наловили столько, что еле донесли. Килограммов по сорок. Половину отдал Сереге. У него семья, ему больше надо.

Ещё половину того что осталось отнес бабе Тане. Пусть раздаст местным одиноким бабулькам.

Мне и так за глаза… Завтра всё равно за свежей рыбой поеду для Машеньки, и в морозилке запасец имеется…

Вот это жизнь! Кажется, одно и то же, не богато событиями местное размеренное существование… А с другой стороны, я никогда не переживал столько разных эмоций в один день, и никогда дни не пролетали с такой скоростью и так интересно!

Не приедается рыбалка! И в сборе ягод есть своя прелесть! И первый гриб радует до дрожи в коленях! И встреча с медвежьим следом или глухаркой приятно будоражит!

А если увидеть самого медведя?! Вот так, в дикой природе и без охраны?!

Волнующая мысль…

Поинтересовался у Сереги. Ничего волнующего, говорит. Обычное дело здесь – встреча с медведем. Встретились и разошлись. Что такого?! У каждого дорога своя!

Да-а-а…

Спросил у Сереги, на что они живут, если он не работает.

Удивился. Работаю, говорит. В лесу работаю, только платят мало и редко. Всё на потом откладывают.

Я не понял.

Авансы, говорит, дают небольшие, а зарплату потом обещают.

И давно так? Спрашиваю, словно прокурор.

Полгода уже.

Ну и ну?! Что за доверчивость такая?!

А впрочем… Разве у таких, как Серёга, есть выбор?!

Честные до прозрачности, наивные, как дети, тоскующие по работе – это же клад для мошенников всех мастей и рангов!

И как быстро эти твари расплодились! Хуже клопов обескровливают людей конторы-однодневки и кулаки нового пошиба.

За что деды погибали?!

16 августа

Четверг.

Откуда четверг?! Только что был понедельник?! Как там Карлсон говорил: ну нет, я так не играю!

Машинально включил телевизор… Видимо, придется от него избавляться, иначе нервотрепка никогда не кончится…

Лозунги… лозунги… митинги… гибель людей…

Во имя чего?!

История ходит по кругу?!

И мы вместе с ней?!

Чем плох был лозунг «земля крестьянам, фабрики рабочим»?!

Сколько крови пролито и где всё?!

Поделили, растащили, разграбили, разрушили…

Не верится, что из этого нынешнего хаоса поднимется что-то путное…

Интуиция подсказывает, что разрушали, растаскивали и расхватывали не для того, чтобы снова вернуть землю крестьянам, а фабрики рабочим…

Значит, что?! Снова ждать революцию?! Снова делиться на красных и белых, зеленых и фиолетовых, чтобы внуки не скучали, а упорно изучали, кто прав, кто виноват, и решали, что делать?!

И когда уже Господь нас вразумит?!

Нет, не попы в церкви… Я всё-таки при советской власти рос…

Но должен же быть Бог в душе?!

Не нужны людям посредники между ними и Богом: без попов можно обойтись, а вот без совести – никак.

Если душа после посещения храма расцветает, если миром и добром полнится, значит, нужны храмы, но тогда и общество должно меняться в лучшую сторону.

А если церкви нужны для откупа, для замаливания грехов, для разделения людей по верованиям, то пусть их не будет вовсе!

А вот избу-читальню, где учат оставаться Человеком в любой ситуации, я бы организовал во всех странах, во всех частях света.

Забыли мы о морали, о чести и совести, о порядочности и добрососедстве…

Не мешало бы вспомнить…

Видимо, развитие одного только технического прогресса до добра человечество не доведет; пора и о душе задуматься.

Смотрю я на своего Друга и удивляюсь: какой умник обозвал собак тварями бессловесными?!

Увы, иные животные куда порядочнее человека! И понять их не сложно: всё на мордах написано, всё в глазах читается… Нет в них лукавства… И подлости нет…

И бомбу атомную не собаки нам на голову скинут, а такие же двуногие, которые уже бросали их на Японию…

Все младенцы вызывают умиление, откуда же негодяи берутся?!..

Мне бы к завтрашней поездке готовиться, а я тут праведным гневом пылаю…

Что за натура такая?! Приключения на свою голову искать?!

Я – простой обыватель! И интересы у меня простые. Страной руководить не зовут, так что нечего слюной брызгать, выражая недовольство человечеством.

Был уже у власти. И что?! Кому от этого стало легче?!

Земля – крестьянам, фабрики – рабочим…

А где здесь фабрики? Где земля?!

Лес тут кругом, господа-товарищи!

Лес, который должен быть народным богатством, а не головной болью.

Поговаривают, что и ягоды должны собирать арендаторы, а не все подряд; и рыбалка должна стать платной…

Люди волнуются, у меня спрашивают, а что я могу сказать?!

Что у нас правая нога не знает, что делает левая?!

Что не только чиновники и бандиты, но и депутаты всех мастей и рангов гребут к себе обеими руками, давно перепутав свой карман с государственным?!

Нет у местного народа ничего, лишь лес-кормилец да озера спасают от голодной смерти. И это у них забрать?!

Лес не сажали и не растили те, кто бабки с него стрижет; водоёмы они тоже не зарыбляли, а местами уже заборы и вооруженные охранники.

Ну и что, что ты всю жизнь у этого озера живешь?! Теперь оно новому барину принадлежит!

Интересно, не его ли предки когда-то экспроприацией занимались, чтобы «кто был ничем…»?! Перевернули историю.

Если в генах – отобрать, то создавать не получится.

Обычно у тех, кто создавать умеет, всё и отбирают как раз те, кто не умеет ничего.

Как наша продавщица, которая давится от зависти и злобы, если что-то плывет мимо её рук.

А она не одинока.

Пришла ко мне сегодня под вечер одна из тех старушек, которых я недавно рыбой наделял.

Я ей снова рыбы предложил. Она мне деньги сует.

Посадил её к столу, налил чаю, конфеты поставил, печенье да пряники. Тут народ любит чай вприкуску.

Разговорились.

Говорит:

– Грех мне, сынок, на нынешнюю жизнь жаловаться. Пенсия маленькая, но не голодаю. Войну помню, совсем ещё дитем была, страху натерпелась, голодом намучилась. А сейчас что?! Живи да радуйся. Ой, что й то я?! И не назвалась… Ты меня бабой Валей зови… Раз уж мы с тобой знакомцы теперь…

Пришлось и мне назваться. По имени.

– Не обидно, – спрашиваю, – что уклад разрушили? Столько лет спокойно жили, а тут – на тебе – перестройка, дележ?!… и пошло, поехало…

– Уклад у меня не поменялся: как жила, так и живу. А вот молодым хуже стало. Им телевизор головы морочит; красивой жизнью заманивают… А поглядеть – и нету там красоты никакой, срам один. Только молодые – они ж доверчивые. Им сравнивать не с чем… Верят. Кладут голову на плаху. Вот кого жалко. А я что?! Я своё пожила. Поскриплю ещё сколь-нибудь. А так… материал-то отработанный: всю жизнь в лесу сучкорубом. По пояс в снегу. Под дождем ливневым и солнцем палимым. Не жалуюсь. Сейчас так уже не работают. А мы.. для Родины… А как пенсию… так и где тая Родина?!.. Что й то я Бога гневлю?!

Родина, сынок, она Родина и есть! Правители – это одно, а Родина – вот она, вокруг… Ты не слушай меня, старую. Не хуже других живу. Не на что жаловаться. Не подводило б здоровье, а так…

Рыбу баба Валя взяла после долгих уговоров.

А я ещё долго прикидывал, а как я?! Лучше других живу или хуже?!

Это смотря кто – другие… Если местные, то я – на коне; а если мои бывшие соратники…

Тьфу! Опять не на ту стезю сбился!

Хорошо я живу! Не хуже других! … Даже зеленый лук для собственного потребления самолично вырастил, чему не устаю удивляться. Укропчик тоже подрастает. Ай да баба Таня…

А председателя правительства утвердили… Кто бы сомневался?! У нас всё карманное! И Дума в том числе!

А может, что ни делается, всё к лучшему?!

17 августа

Пятница.

Всю ночь шумел дождь. Начался с вечера и так быстро меня убаюкал, что я сам не заметил, как уснул.

Уснул рано и проснулся рано, а выспался отлично. Оказывается, дождь, барабанящий по крыше, – это прекрасное снотворное.

Чтобы скоротать время, стал читать небольшую книжечку о райцентре, которую нашел на чердаке в коробке. Сам не заметил, как увлекся.

Это сейчас здесь тишина и покой, а раньше, оказывается, жизнь кипела. Леспромхоз был богатый, людей много работало; свои передовики, как водится, тоже были в наличии. Даже свое подсобное хозяйство было: такой маленький колхоз, в котором и свиноферма, и коровы, и поля с урожаем.

Магазинов было аж шесть штук! И один из них – книжный!!!

Сейчас ничего этого и в помине нет.

А ведь это и места рабочие, и продукты качественные, которые к тому же ниоткуда вести не нужно было. Пекарня своя маленькая стояла…

Да-а-а…

По-моему, мы ещё не поняли, какую страну проср…ли.

Больше всего потеряли вот эти самые работяги, которые существуют теперь благодаря ягодам и рыбе. Грибы, дичь кое-какая ( а некоторые и медвежатину едят, и лося осенью на зиму заготавливают на две-три семьи) – всё это для поддержки штанов, чтобы совсем уж не пропасть.

Рассказывали, что года четыре назад одно семейство сальмонеллой заразилось от медвежатины. Видать, проварили-прожарили плохо. Многие сразу перестали на медведя охотиться, и расплодилось медвежье племя на вольной – волюшке.

Властью эти люди брошены. Это однозначно. Никому нет дела до того, как и на что они тут живут.

Ужас какой-то. Такое ощущение, что государства нет вообще…

Как нет здесь и дорог. Одни направления…

Это ж как нужно любить свой край, чтобы не бежать отсюда, закрыв глаза?!

Кого ни зацепи, первые фразы: красота у нас какая! А рыбалка?! Нигде такой нет!

Никакой прагматичности в людях! Штаны застиранные, заношенные, а они красотой любуются! Жизни радуются!

Дождь не собирается утихать, а я Машеньку собирался сюда везти…

Что здесь делать в дождь?!

А с другой стороны, сегодня мы у неё останемся, потому что далеко и после работы ехать поздно, а завтра с утра выберемся, возможно, от дождя к тому времени и воспоминания не останется.

Всё, мой дорогой собеседник Дневник, я еду за черникой для любимой женщины, а потом и за ней самой.

Не скучай.

Вот так съездил!!!

Домой заявился и сразу к дневнику. Адреналин зашкаливает!

Заехал далеко, где дождя не было.

Собираю чернику, а в нос запах неприятный, резкий такой, незнакомый бьет. Ягода крупная, чистая. Думаю, может, болото какое гнилое рядом так воняет…

Поднимаю голову, а рядом медведь пасется!

Здоровый, упитанный; мех на солнце блестит, словно расплавленным золотом полит. Чавкает, жмурится от удовольствия. Не видит меня, что ли?!

Тряхнуло меня от страха, а глаз от зверюги оторвать не могу. Красив! Потом тихонечко, задом, ретировался…

Прав Серёга: обычное дело в этих местах с медведем столкнуться…

Обычное.

Но лучше не надо!

Запах в меня навеки въелся: теперь если почую где такой же, тут же развернусь восвояси.

Дороги у нас с медведями, конечно, разные – у каждого своя; но пусть расстояние между этими дорогами будет как можно больше.

А ведь видел я раньше медведей в зоопарке…

Увы! Можно сказать, что настоящего медведя я увидел впервые.

Небо и земля те медведи и этот красавец на вольной волюшке…

Захочешь забыть – не сможешь…

Надо отвлечься, а то до сих пор потряхивает…

А что телевизор мне уготовил?

Пока с домашними делами разбираюсь, пусть бормочет, создает ощущение присутствия других людей.

Надо же какое землетрясение разрушительное было! Ну и что, что не в нашей стране?! И там людей жалко!

А недавно затмение солнечное…. Тоже, правда, не у нас…

Но зато у нас – новое правительство… и аккурат угадали выбрать да назначить между затмением и землетрясением.

К чему бы это?!

Будем надеяться, что к лучшему. Раз минули нас природные катаклизмы, авось и рукотворные минуют.

Возьму дневник с собой. Так, на всякий случай. Привык, чтобы был он под рукой.

18 августа

Суббота.

Машенька спит, а я потихоньку встал, зажег настольную лампу и к дневнику. Вот въелась привычка! А заводил с досады. Для смеха. Просто так.

Ничего в нашей жизни просто так не бывает!

Я уж думаю, не на Машенькин ли зов я сюда прилетел?!

Она мне сегодня сказала, что ждала именно такого, как я: доброго, умного, интеллигентного, верного и порядочного… А ещё у меня тонкое чувство юмора, и я понимаю живую природу. Значит, человек я хороший…

До сегодняшнего дня ни один из этих эпитетов не имел ко мне никакого отношения.

Я не говорю, что я о себе плохо думал. Я имею в виду, что ни из чьих уст я таких искренних дифирамбов в свой адрес слыхом не слыхивал.

«Пусенька, дай денежку!»… «Котик, эту шубку на мне уже видели!»…

Одно слово – горгоны…

Машеньку всё привело в восторг: и моя избушка, и баня (Куда лучше ванной, правда?!), и лес, и озеро, и первый окунь, которого она поймала самостоятельно…

Ей уже чуть за сорок, а мне она кажется веселой, непосредственной девчонкой, открытой и доброй.

Я не перестаю ею любоваться, хотя на конкурс красоты Машеньку не возьмут. Вот и думаю, что за дураки устраивают эти конкурсы?!

Ни одна победительница не сравнится с Машенькой! Ни одна!

И красота женская вовсе не в длине ног и плоскогрудии… Живые вешалки для одежды, по-моему, и духовно искривлены. Вбивают девкам в голову всякую муру, а те потом плачут, когда жизнь не складывается, несмотря на все ухищрения пластических хирургов…

Не помню, кто сказал: «Во всем мне хочется дойти до самой сути»… А вот всплыла строчка и ясно стало, что в жизни всю шелуху надо смело отбрасывать, чтобы до этой самой сути добраться.

Не хочется вздыхать на смертном одре: как мало пройдено дорог, как много сделано ошибок… Тоже не помню – чьё, но выскочило…

Всё-таки дневник дает свободу высказываниям. Говори всё, что на ум придет. Кого бояться?! Ведь читаешь дневник только ты сам.

Дневник дает развитие и мозговой деятельности, а то серые клеточки способны вымереть от бездействия. Атрофироваться за ненадобностью. Нам уже не надо ежедневно думать о том, как прокормиться и согреться, вот и бесимся с жиру, но не умнеем.

Интересно, к чему мы придем?! Почему-то у меня появилось стойкое ощущение того, что человечество марширует в обратном направлении и скоро окончательно деградирует.

Процент жестокости в обществе людей давно перешел разумные границы.

Куда мы катимся?!

19 августа.

Воскресенье.

Почему люди решили, что «понедельники взять и отменить»? Я бы отменил воскресенье, потому что сегодня Машеньке нужно уезжать. Теперь у неё ещё и график меняется: выходными будут пятница и воскресенье. Очень плохо, что дни не подряд. Конечно, иногда можно замениться, получить три выходных подряд, но тогда на следующей неделе будет всего один выходной.

Грустно.

Оказывается, самый грустный день на Земле – это воскресенье, если ты расстаешься с тем, кто тебе дорог.

Ну вот и Машенька проснулась! Доброе утро!…

Прибегала на минутку баба Таня, принесла яблок. Оказывается, сегодня Яблочный Спас. Преображенье Господне!

Когда-то крупный был праздник. Поминальный, правда.

Люди в церковь ходили или ездили, потом купались, чтоб Бог здоровья дал. Затем на кладбище ходили, а сейчас помнят только, что Яблочный Спас пришел и можно яблоки есть.

Да мы теперь яблоки круглый год едим!

Баба Таня интересно рассказывает. Смотришь, и я подкуюсь в старинных праздниках. Различать их начну и, пожалуй, даже названия запомню.

Машенька с моей соседкой разговорилась, а я в это время дневник свой достал и давай записывать всё, пока не забыл.

Нашли общий язык две женщины, приглянулись друг другу. Ну и хорошо! Мне они обе дороги. Каждая по-своему…

Успели мы с Машенькой и по лесу нагуляться, но все равно уезжать не хотелось.

И почему мы часто делаем то, чего нам не хочется делать?!

20 августа

Понедельник.

Вернулся из райцентра только к вечеру. Машенька начинает работу в двенадцать, я ещё с ней в библиотеке побыл с полчаса. Народ с утра к знаниям не рвется, поближе к обеду и к вечеру подтягиваются кое-какие читатели. Наплыва нет, но двери весь день стучат, будто читатели очередь соблюдают.

Походил по магазинам, прикупил кое-что нужное по хозяйству и из еды.

Городок маленький, не разгуляешься. Торговля тоже не на высоте: ларьки да будки. Настоящих магазинов мало, товару тоже не густо.

Домой ехал и всё думал: ну как тут люди живут?!

Хотя… смотря с чем сравнивать.

Если с бушменами, то здесь рай на Земле. Бушмены ухитряются выживать в пустыне Калахари, если верить написанному, потому что сам я там не бывал. Едят всякую гадость – змей, жуков да корешки разные…

Бр-р-р! Жуть какая!

Вообще, в Африке полно мест совершенно непригодных для жизни людей, но они обитаемы! Вот где чудеса!

Есть там группа вулканов, которые называются Эрта-Але (Дымящиеся горы). Рядом находится впадина Данакиль. Ад на Земле, потому что солнце раскаляет здесь землю до семидесяти пяти градусов Цельсия!

И тут обитают люди!!! Кочевые племена афарцев выживают здесь благодаря скотоводству, тоже кочевому, и добыче соли.

Австралия тоже богата пустынями. Интересно, а там живут люди?! Надо поинтересоваться.

Когда вот так поразмыслишь, посравниваешь, собственная жизнь в этих благословенных лесных краях кажется очень даже недурственной.

Дорога длинная, извилистая, в ухабах и рытвинах. Не едешь, а ползешь, словно черепаха. Поневоле мысли разные в голову лезут.

А приехал домой, давай сразу записывать. Прямо зуд какой-то в руках появился.

Зачем мы с Машенькой расстаемся?!

На что нам её библиотечные копейки?!

Может, предложить ей ко мне переселиться?! Не испугала её моя изба, и окрестности приглянулись… А уж ягоды как она собирает, любо-дорого поглядеть!

Ловкая, гибкая, с улыбкой и шутками… Не хочешь, а залюбуешься…

Как бы мы с ней зажили!

Осточертела мне посуда и уборка… и вообще вся эта работа по дому. Сколько ни делай, всё равно мало!

Как это женщины с ней управляются?!

Уехала Машенька – изба пустой кажется. Даже Друг от тоски не спасает.

Вот разве что дневник?!… Но не век же мне за столом сидеть, я в писатели не намыливаюсь…

Хорошо бушменам: у них , небось, из посуды один котелок и тот весь в копоти…

Нашел кому позавидовать! А саранчи на обед не хочешь?! Или личинок жука древесного?!..

Нашел всё в той же коробке с чердака книжку Леонида Филатова. «Сукины дети» называется.

Полистал. Оказывается, он стихи и песни писал к спектаклям и кинофильмам.

К своему стыду, обнаружил только одну знакомую вещь – сказку « Про Федота – стрельца, удалого молодца». Да и ту читал лишь единожды.

Перечитал с удовольствием. Хоть цитируй, так хороша.

Не удержусь, приведу последнюю строчку: « А у нас спокон веков нет суда на дураков!»…

Кажется, про дураков я уже где-то что-то вспоминал….

Что это меня на них заклинило?!

Всё! Спать пора. Друг уже улегся, а я всё сижу, как сирота неприкаянная.

21 августа.

Вторник.

Скоро запоём: «Вот и лето прошло, словно и не бывало!»

Осень чувствуется уже во всем; а когда Машенька уезжает, осеннее настроение захватывает меня вдвойне. Окутывает мраком, тоской заливает – осень в душе…

И небо сегодня низкое, хмурое; и настроение моё ему под стать… Одно хорошо: ни комара, ни мошки, ни прочей кусачей мелюзги не стало.

А пойду-ка я в люди…

Сходил. Не знаю теперь, смеяться или плакать?!

По порядку.

У бывшего здания леспромхоза (потому как этот самый леспромхоз самоликвидировался не так давно, то и здание – бывшее) стояло несколько человек.

Серёгу я узнал, а ещё четверо мне незнакомы. Один – у джипа – явно из новых хозяев жизни. Остальные – работяги под стать Серёге.

Я не смог пройти мимо. Остановился.

Речь – о долгах по зарплате. И вдруг один мужик говорит, показывая на меня:

– Вот, из Москвы человек! Из министерства! Мы ему жалобу коллективную…

Хозяин джипа забеспокоился:

– А чего сразу жалобу?!

И ко мне:

– А вы в наших краях с какой целью?

Смешно мне стало, но смех подавил, ответил серьезно:

– Президент хочет мнение народа знать, условия жизни и работы, инкогнито меня послал… Он человек дотошный. У власти относительно недавно… Вот и методы работы у него свои… особенные… Всё знать хочет из первых уст.

Мужик в джип нырнул. Да так быстро, что я и не уловил. Смотрю – только зад из машины торчит.

И тут он подскакивает с барсеткой в руках и скороговоркой:

– Нашему народу лишь бы жаловаться! Верьте им больше! Я расчет привез, а они бухтят, слова сказать не дали.

Начал фамилии выкрикивать и суммы долга озвучивать. А потом блокнот достал и говорит:

– А ну, пиши каждый свою фамилию, число и что я вам не должен ничего больше.

Мужики гуськом к блокноту, а я стою, наблюдаю.

Расписались, до свидания сказали и пошли по домам.

Хозяин, довольный, отчитывается мне:

– Маленько зарплату задержал. Лес плохо шёл. А так – я сразу. У меня всё по- честному. Я ж понимаю… ситуацию…

– Вижу, – сказал я, по-барски кивая головой. – Так и доложу. Работайте и впредь поаккуратнее. Я на контроле буду держать вопросы зарплат.

– Да я что?!… У меня всё в ажуре…

Пришел я домой и как стал хохотать! Какой пользой для людей прогулочка моя обернулась!

« Вот и лето прошло, словно и не бывало!» Привязался мотивчик…

Да не прошло оно, моё лето!

На рыбалку, Друг! На рыбалку!..

Вечером Серега с мужиками давешними пришел. Пол-литру принесли, чудики!

Я свеже пожаренную щуку на стол выставил, тушенку открыл…

Посидели. Поговорили. Нормальные мужики! С понятиями!

Не надоедливые. Засиживаться не стали. Благодарили. Извинялись за вторжение. А вот на жизнь НЕ ЖАЛОВАЛИСЬ!!!

Эх, моих бы горгон сюда! На людей посмотреть! О жизни послушать!

Как эти работяги пашут за свои копейки!

22 августа

Среда.

Земля слухом полнится. Не успел утром Друга выгулять, а ко мне делегация старушек, божьих одуванчиков.

– Сынок, а ты не знаешь, почему нам так пенсию задерживают?! То на три дня, то на неделю, то на две?! Не знаешь, а?!

– Может, похлопочешь, где надо, а то никак нам не приноровиться. Пенсии не то чтоб очень, да ещё не знаешь на сколько растягивать – на месяц, ай на два?!

Спрашиваю:

– А пенсию как вы получаете?

Хором:

– Почтальонка носит!

– Идите, – говорю, – домой. Разберусь я с вашей пенсией. А вы вот, рыбки возьмите. Вчера наловил, а деть некуда.

Уговорил. Взяли рыбу.

Сходил на почту. Опять та же сказка, что проверяющий я из Москвы.

Никто документов не спрашивает. Верят на слово. Смотрят с испугом. Святая простота!

Я чуть сам не забыл, что – бывший! Смотрю строго, будто и впрямь с министерской проверкой сюда послан. Уполномочен, так сказать…

Почтальонка заметалась. Ведомости роняет, квитанции падают…

Я говорю:

– Не суетитесь, уважаемая. Я сам все документы просмотрю.

Она в слезы:

– Нету задержек по пенсиям! Нету! Я разочек только в долг взяла! Одну пенсию всего. Вот и выдаю с задержкой. Ту потратила, а доложить нечем. Приходит следующая пенсия, а я несу предыдущему пенсионеру. Вот и задержка!

Ушла с работы по собственному желанию. Заявление написала, по телефону позвонила в райцентр при мне, всё рассказала. Историю раздувать не стали, замяли. Сказали, что высчитают украденное из зарплаты, и больше задержек не будет. Человека найти не проблема, работы нет, а женщины в подходящем, работоспособном возрасте есть.

А я так и остался проверяющим из Москвы…

Бабушки вернулись. Слухи по поселку прямо с космической скоростью распространяются. Принесли мне старушки сбор травяной для чая. На здоровье, говорят!

Спросил, что в нем.

Лист черной смородины, лист брусники; отдельно – черешки морошки от кашля.

Поблагодарил, а они руками машут! Это мы, говорят, за тебя будем Бога молить!

Нам бы ещё клуб отстоять. Денег на него у начальства нету. Говорят, что вот-вот закроют. А как нам без клуба?! В праздник собраться негде!

Вот уж никогда не видел себя народным заступником… Чудны дела твои, Господи!

А людям-то как хочется верить, что приедет дяденька из столицы и рассудит по совести…

И ведь верят! Верят в эти сказки, в эти бредни!

Или не сказки?! Или не бредни?!

Получили же мужики свои деньги, а бабульки получат и пенсии! Для них сказка стала былью…

Ёлки зеленые! А этот сказочник, этот волшебник – Я!!!

Волнующее состояние!

Как легко и приятно, оказывается, помогать людям!

И тоска с одиночеством куда-то сгинули без следа. И жизнь снова хороша и играет разными красками… и до встречи с Машенькой – совсем ничего… УЖЕ среда… подкралась, а я и не заметил…

Друг мой, а не побегать ли нам по лесу. Энергия распирает! Хочется петь!

Слава Богу, не тянет на балетные па, а то и инвалидом можно остаться…

А спеть?! Что ж.. ни голоса, ни слуха, зато азарт и желание в наличии…

«Ваше благородие, госпожа разлука! Мы с тобой родня давно, вот какая штука!»… А в любви мне уже повезло!

Все грибы наши сегодня, правда, Друг?!

И за щучкой завернем. Кинем спиннинг пару раз. Нам не трудно, а бабулькам радость – свежая рыбка!

«Третий месяц я бичую… Я на Вачу ехал плача, возвращаюсь хохоча»… Хорошо, что это не обо мне.

Что за ерунда лезет в голову?! А песен-то я и не знаю! Ни одной! Ну и ну?!

Бог с ними, с песнями! Буду петь, как акын: что вижу, то пою…

А вот клуб надо бы отстоять. Только как?! Как это сделать практически?!

Ладно, утро вечера мудренее…

На волю, мой Друг! В леса! К озерам!

Жизнь прекрасна!

23 августа

Четверг.

Надо же, завтра могу ехать к Машеньке. Или уже сегодня вечером?! Кажется, теперь у неё в пятницу выходной…

Удивительно быстро летит время. Лето недавно начиналось, а уже заканчивается. Вот так и жизнь…

Интересно, а как тут зимуют?!

Летом я и дома, считай, не бываю. А зимой? Куда идти? Что делать?

Книжки читать?!

Так я одну прочитал, теперь отбиться не могу. О чем бы ни подумал, тут же на сказку Филатова сбиваюсь. Прямо въелась она в меня…

Всё-таки что-то странное происходит в последнее время в нашей стране. Снова всё разрушили, а строить не получается: раздрай полнейший. Прямо по Филатову: «Энто что ишо за мода – сковородками в царей!»

Одного скинули, другой на танки полез, третий из окна выбросился (интересно – сам?!), четвертого ищут… И все недавно были у власти… Не цари, но люди не последние…

Наконец, остался один… но уже без танка. Слава Богу, танки убрались с улиц восвояси…

Не успело всё устаканиться, бандиты головы подняли…

У властителей опять разговор обычный – привычный (прямо по Филатову):

Хороша ль, плоха ли весть, -

Докладай мне всё как есть!

Лучше горькая, но правда,

Чем приятная, но лесть!

Только, если энта весть

Снова будет – не бог весть,

Ты за эдакую правду

Лет на десять можешь сесть!

Не в бровь, а в глаз про нашу сегодняшнюю власть. Смельчаков не находится, чтобы правду – матку вышестоящему начальству в глаза резать. Всем жить хочется.

Власть имущие не меняются с момента возникновения этой самой власти на Земле. Как хочешь их называй, а требования прежние:

«Не найдешь, чаво хочу, -

На башку укорочу,

Передам тебя с рассветом

Прямо в лапы палачу!»

Ай да Филатов! Не иначе в прошлой жизни сам царем был! Всю подноготную знает, насквозь всё видит. А припечатывает как?! Не тебя – а мурашки по коже…

Давно так не смеялся.

Наизусть хочется заучить всю сказку.

«Что вы, братцы?.. Я ж за вас

Потерял в атаке глаз!..

Нешто я когда посмею

Супротив народных масс!..

Оправдаю. Отслужу.

Отстрадаю. Отсижу.

К угнетающей верхушке

Больше не принадлежу!..»

А царь?! Боже, что за персонаж?! Что за колоритный язык?!

Это ж наши депутаты! Наши партийные и всякое там лидеры!

«… для меня

Мой народ – моя родня.

Я без мыслей об народе

Не могу прожить и дня!…

Утром мажу бутерброд –

Сразу мысль: а как народ?

И икра не лезет в горло,

И компот не льется в рот!

Ночью встану у окна

И стою всю ночь без сна –

Всё волнуюсь об Расее,

Как там, бедная, она?

А виновник – генерал,

Интриган и аморал!

Энто он, коровья морда,

Честь цареву обмарал!»

Я бы Леониду Филатову только за эту сказку звание Героя России дал.

Одно слово «бедная» – и вся страна как на ладони.

Наша бедная богатая страна! Где все думают о народе, но никто ничего не делает для того, чтобы этот самый народ жил достойно.

И крайний всегда найдется, что бы ни случилось…

А виноватых, как всегда, днем с огнем не найти; вот крайние и отдуваются…

Когда уже новая власть покажет себя во всей красе?!

Интересно, а наше министерство таким и останется или разгонят всех к чертовой матери?!

Ну вот, опять в те же дебри залез… Хожу по кругу…

Одна нога здесь, а другая так и норовит за порог зацепиться…

Смотрю в будущее – вижу прошлое.

Или все люди так устроены?!

Или я один такой перекошенный?! Археолог прямо! Всё завалы разбираю.

Мысленные….

Хватит!

Еду в город, городишко…

Не политик я сейчас и не госслужащий даже; я – никто и звать меня никак!

Дачник я! Дачник без дачи. Зато при озерах и лесах…

И ещё при дневнике…

Ну и ну!

24 августа

Пятница.

Утро не просто раннее, а очень раннее. Пять часов всего.

Машенька спит, а мне не спится.

Отвык я от городских квартир. Соседи, как тараканы за печкой: вроде и не мешают, но присутствие чувствуется.

Стены словно картонные: голоса слышны как из зазеркалья – никого не видишь, зато слышишь…

И тебя так же… Ни чихни, ни пукни…

Кто в душ пошел, кто в туалет, кто с женой поругался – соседи в курсе.

Не дом, а муравейник. Все копошатся, друг на друга косятся, а пользы от их копошения – ноль.

Вот природа – это да! Создала целый мир на пользу людям. А что создали мы на пользу природе? Собственной планете?

То то и оно….

От нас вреда другим жителям планеты куда больше, чем от вредных насекомых. А она на нас дуста не изобретает.

При всех природных катаклизмах милостива к нам Земля-матушка. Не истребляет нас под корень, как мы истребили уже многие виды живых существ.

Да что там говорить?! Бобры друг на друга войной не ходят! А люди?!…

Чего нам не хватает?!

Адреналина?!

А я прихожу к мысли, что обыденность – вовсе не такая уж плохая штука. В размеренной жизни обывателя есть своя прелесть.

Что хорошего нестись по жизни, пока не скопытишься?!

У каждого народа своя Фудзияма. И это не обязательно гора на горизонте…

Сижу на берегу лесного озера, любуюсь противоположным скалистым берегом и понимаю, что и давление у меня в норме, и сердцебиение в порядке, и душа в равновесии. И мир в это мгновение любишь весь, целиком: с дождем и градом, с людьми и дикими животными; каждая букашка и травинка дороги и значимы…

И ничего в этот момент тебе больше не нужно. Всё у тебя есть для счастья.

Есть ТЫ сам!

Есть обыденность… и ощущение того, что ты был, есть и будешь…

А это и называется счастьем.

Умение наслаждаться отпущенным тебе временем, радоваться чужой радости и находить радость в самых простых вещах – это и есть счастье…

Странно. Раньше у меня было неизмеримо больше всего в материальном плане, но я никогда не задумывался о том, что такое счастье. Такой категории не было в моей жизни.

Страхи были, дрязги были, жадность, азарт, соперничество… горгоны…

А теперь я всё больше рассуждаю о такой отвлеченной и ненужной в деловых кругах категории как счастье.

Разве его можно потрогать?!

Можно положить в банк под проценты?!

Это что-то неуловимое, эфемерное; что-то такое, к чему, вроде бы, всю жизнь стремятся люди, но достигнуть не в силах…

Не там ищем?!

Не там и не с теми?!

Я сижу в крохотной кухоньке квартиры, мне не принадлежащей; за окном мгла кромешная, чуть разбавленная светом редких фонарей; в такой же крохотной спаленке за тонкой стенкой спит дорогая мне женщина; не королева красоты, нет; не молоденькая свистулька с ногами от ушей, а обычная женщина с небольшим достатком, и я счастлив.

Бедная обстановка, отсутствие дорогих одежд и украшений нисколько меня не смущают. Хочется, как Маугли, спросить: разве это можно есть?!

Мы снова пойдем сегодня на прогулку в парк и будем бродить там рука об руку. Мы сходим в магазин за самым необходимым. И Машенька снова будет смущаться и просить не тратить на неё деньги. Мы вместе будем готовить завтрак, а потом обед и ужин. Будем неспеша прихлебывать душистый чай с медом, листать журналы и разговаривать, разговаривать…

Вы думаете, жизнь какого-нибудь экстремала типа Федора Конюхова интереснее?!

Ни за что не соглашусь.

Мне нравится именно такая – обыденная жизнь. Такая, где есть я и Машенька…

А вот и она просыпается. Я слышу, как она встает…

До встречи, мой верный друг Дневник!

Доброе утро, родная!..

Вечер. Машенька принимает душ, а я торопливо записываю события сегодняшнего дня.

Купил Машеньке золотое колечко в подарок. Еле уговорил принять. Померила, глянула на цену и давай снимать…

Чуть не брякнул, что это гроши для меня. В последний момент поймал себя за язык.

Долго стояли на мостике в парке и кормили батоном диких уток, которых тут плавает великое множество. Людей не боятся, бросаются прямо под ноги; а голуби пикируют на плечи, садятся на ладони. Отменные попрошайки.

Приучили люди. А с другой стороны, чем им тут питаться?! Жить всем хочется, вот и выхватывают из рук угощение.

На ужин приготовили голубцы. Машенька отменно их готовит. Разговор я всё время поворачивал на свою избушку и красоту окрестностей. Машенька соглашается, что места там прекрасные…

25 августа

Суббота.

Машенька на работе, но я не скучаю – со мной мой Дневник. Даже странно, что когда-то я обходился без него…

Друг вчера удружил.

Гуляли в парке, он нырнул в кусты и стал старательно кого-то облаивать. Пришлось мне пробираться к нему.

Друг нашел котенка. Маленького, чумазого. Видно, не первый день котенок бродил по парку.

В руки, как ни странно, он пошел ко мне сразу. Даже не царапался. Смотрел жалко и почти беззвучно мяукал.

Вынес я его на свет божий, Машенька разохалась и заторопилась домой.

Отмыли бедолагу, накормили. После еды малыш сразу осоловел, но до дивана доковылял и улегся на него спать. Еле-еле забрался по покрывалу, но влез и сразу клубочком свернулся. Настойчивый.

Утром я проводил Машеньку на работу. Забежал в магазин за компьютером. В результате выбрал симпатичный ноутбук, чтобы Машенька могла его с собой в поездки брать.

Всё-таки стихи у неё замечательные. Пусть работает на ноутбуке. Это удобнее, чем потом из тетрадки переписывать. Лучше сразу и в тетрадь, и в ноут вбивать. Захочет в журнал отослать, нажала кнопку и всё.

А я буду по старинке на бумаге писать. Уже второй блокнот добиваю.

Что бы там ни говорили, а компьютеры – вещь, нужная далеко не всем. Я совсем не собираюсь обнародовать свою писанину, так что мне блокнот удобнее. А в плане сохранения написанного – проще: сунул в чемодан и вся недолга.

Или я старомодный. Но бумаге я доверяю гораздо больше.

Покупки дома. Я сижу за столом, корпею над страницами дневника, а рядом на диване спит найденный в парке довольный и сытый котенок.

Друг лежит у ноги, как и положено верному псу- охраннику.

Скоро Машенька придет на обед, так что мне пора вставать из-за стола письменного и накрывать стол обеденный…

Но эта мысль меня не огорчает – веселит…

Ну, вот и пообедали, и Машеньку проводил до работы. Она меня за обедом ещё повеселила. Её читатели иногда такие перлы выдают, что никаких юмористов не надо.

Малышка одна, первоклассница, ей сегодня с гордостью объяснила, что скоро зима, значит, зайчики серые шубки снимут, а белые наденут. И тут же спросила: « А серые шубки они тоже нафталином на зиму в шкафу пересыпают?» Ей бабушка рассказывала, что в старину так шубы от моли спасали. А зайчику тоже надо шубку снятую от моли спасать? И где у него шкаф?

Очень любознательный ребенок.

Из таких обычно толк бывает. Они во всем хотят дойти до самой сути…

Да-а-а… а ведь верно…

Чем больше вопросов себе задашь, тем больше ответов находится…

Купил Машеньке письменный стол. Самый красивый и удобный, какой удалось найти. Пусть за ним стихи пишет. Компьютерный столик тоже купил. Охала и ахала, что потратился…

Знала бы она, сколько у меня денег! Для меня эти столики… даже меньше чем копейка значат…

Завтра ещё у нее побуду, потому что выходной, а потом к себе поеду. Соскучился по озерам и лесам, ставшими мне родными…

Вот ведь как странно получается: уеду – скучаю по Машеньке; зависну здесь – скучаю по своему бунгало и лесам, озерам…

До чего человек жаден: ему подавай всё и сразу…

27 августа

Понедельник.

Вчера было не до писанины. Ездили с Машенькой в лес. Городок окружен лесами. Вот мы и выбрались в противоположную от моего поселка сторону.

Ничего не скажу – и тут красиво. Леса замечательные; речка бурлит, по камням перекатывается… Красиво, но не то.

У нас лучше.

Мы от цивилизации дальше, поэтому и тише у нас, и рыбы в озерах больше, и леса не так вытоптаны, и люди гораздо реже встречаются. А здесь – проходной двор прямо…

Приехал домой только к обеду, чаю хлебнул с дороги (въелась уже в меня эта местная привычка), и тут же мы с Другом помчались любимыми тропками вокруг поселка.

Раздолье – голова кружится!

Неужели есть люди, всю жизнь проводящие в городах?! Люди, не знающие вот этих бескрайних просторов?!

А ведь я сам совсем недавно был одним из них!

Даже не верится!

Приходила баба Таня, звала в ягоды. И то! Пора выбираться, а то люди меня не поймут…

Ещё сказала, что двадцать восьмого августа, то есть послезавтра, будет Успенье Пресвятой Богородицы. Народ в клуб вечером потянется. Звала меня.

Пошутил, что праздники чуть не каждый день; баба Таня охотно согласилась:

– А что ж! Завтра – Михей. Погоду по нему смотрели. Коли Михей с бурей, то и сентябрю ненастному быть. Двадцать восьмого августа – Успенье Пресвятой Богородицы, а двадцать девятого – Хлебный Спас. Это начало молодого «бабьего лета», длится оно аж до тринадцатого сентября. Тридцать первого августа – Фролы, «конский» праздник. Сев озимых заканчивали, вот и коням роздых… А пятого сентября – Луп! Лён начинали рвать. «На Лупа льны лупит»…

– Сдаюсь, – поднял я руки вверх. – Продолжим лекцию в другой раз, а то у меня голова лопнет.

С помощью соседки я скоро стану знатоком всех старинных праздников и обычаев.

А что толку?!

Представляю, как выхожу я на площадь в первопрестольной и громко объявляю:

– Внимание, граждане! Сегодня Луп! Все на льняное поле – снопы вязать! Кареты поданы!

Луп будет мне и хороший. Отлупят за милую душу!

Большинство наших граждан растущий лен в глаза не видели, а детки их и для слова «снопы» потребуют переводчика, а для меня – карету «Скорой специфической помощи»…

Спросил, что я в том клубе делать буду.

– А что все, – отвечает баб Таня задорно. – Раз конец Успенского поста, то можно гулянья открывать.

– А мы что, постились до сих пор?! – спрашиваю и посмеиваюсь.

Но баба Таня находчива:

– Мяса не ели, а рыба не в счет!

Ну что ж, приду в клуб, посмотрю на гуляющих людей. Всё ж развлечение.

28 августа

Вторник.

С утра уехали в чернику. Кое-как наловчился собирать ягоды несчастным хапужником. Мозоль на пальце набил, но двадцать литров насобирал. Баба Таня ровно в два с половиной раза больше, но и меня похвалила.

Сноровистый, говорит, ты, на лету учишься. Приятно.

Потом мы с ней таволгу собирали. Баба Таня эту траву уважает. Говорит, что пользы от неё много: она и против камней в почках эффективна, и при гриппе помогает, и ванночки можно делать с отваром таволги, чтобы смягчить ревматические боли.

Надо же, такое красивое, даже величественное растение, а ещё и полезное.

Малиннику заставила меня соседка наломать. Будет, говорит, тебе заместо аспирина. Действует так же, а вреда меньше. Одна сплошная польза. Только отвар надо на ночь пить, чтобы пропотеть спокойно; не застудиться.

А то, говорит, некоторые нахлещутся в обед – и на улицу. Какое уж тут здоровье?! Ты на ночь выпей, пропотей хорошенько, чтобы хвороба из тебя вместе с температурой ушла; а утром пот обязательно смой, кожа дышать должна.

Я тут академиком стану: народные праздники изучу, а заодно и аптеку, тоже народную.

Ай, да баба Таня! Вот тебе и провинциалка из глухомани! У неё свои, народные, университеты! И вряд ли ей другие нужны.

Привезли чернику на пункт скупки ягод. Баба Таня решила всю ягоду сдать. Варенья уже вволю наварила, немного заморозила. Пришлось и мне…

Пять литров оставил на варенье, остальное сдал. Жалко до слез, но марку надо держать – это во-первых; а во-вторых, куда мне такая прорва варенья?

Столько трудов – и такие гроши! Ужас просто!

Травы развесил пучками на веранде и это всё, на что меня хватило.

Спина весь вечер ныла, так и норовила меня скрючить. Пришлось вытянуться на кровати, чтоб поменьше болела. Горели б в аду они, эти ягоды! Пусть их птички клюют, к них от этого спины не ломит!

Надо легенду какую-то в народ запускать, а то подохну от этих сборов…

Обмолвлюсь как-нибудь, что по выходным езжу в город за покупками, а заодно и собранные ягоды сдаю большими партиями.

Впрочем, никто пока моими доходами не интересуется, прошлым моим – тоже.

Зря я волну гоню…

Сейчас, в преддверии осени, хорошо. Как говорится, осенью и у воробья пир.

Конечно, осень идет, дожди за собой ведет, непогоду; но в наших широтах и не бывает вечного лета. Мы его и не ждем.

И всё-таки, даже жданная, осень несет в себе грусть – тоску.

Ночи уже тёмные, длинные. Как моя бабушка говорила когда-то, осенняя ночь на двенадцати подводах едет…

А скоро распутицу жди…

Представляю, во что превратятся здешние дороги…

Их и так нет, а что будет?!

Кажется, не додумал я с машиной: здесь без внедорожника не обойтись…

Что-то я раскисать начал…

Что у нас там сегодня?! Михей?!

Пойду на улицу. Буду погоду по силе ветра на завтра предсказывать…

Вперед, Друг! На прогулку перед сном – шагом марш!

Что бы я без собаки делал?!

Лежал бы бревном… а так… хоть скрюченный, но ползи…

29 августа

Среда.

Утро прекрасное. Теплое. Тихое…

Впрочем, тут другие – редкость. Это я о тишине…

Исчезли совсем комары и мошки. Придавило их первыми утренниками. Было как-то пару раз так холодно, что я уже с летом начал прощаться.

Поспешил.

Сегодня замечательное летнее утро. И планов громадьё!

Не тратим ни минуты, Дружище! Нас ждут славные дела.

Луна падающая, а это значит, что рыба будет особенно буйно бросаться на любую приманку. Я уже приметил, что именно при падающей луне клев просто нереальный.

Снасти собраны. Я весь в предвкушении…

Иногда мне кажется, что ожидание клева будоражит сильнее, чем сама рыбалка.

Главное – настрой! Когда ты весь светишься, горишь ожиданием и радостным предвкушением! И не только перед рыбной ловлей!

Как все-таки прекрасно устроен наш мир. И человек – самая большая ценность на Земле.

Спасибо той силе, что создала Вселенную и нас вместе с ней. Спасибо, что разделили каждого из нас на две половинки, на мужское и женское начало.

Каким серым и нерадостным был бы мир, населенный однополыми существами! Сколько ярких красок было бы потеряно! Волнение, влюбленность, ожидание, любовь… все чувства имеют свой цвет.

И нет в жизни никаких кризисов, если правит ею любовь!

Поставили на первое место деньги, материальные ценности, забыли о душе?!

Получайте кризисы на любой вкус: кризис любого возраста, экономический, политический, какой угодно…

Ибо человеческое общество без главенства в нём любви – мертво!

В этом я уверен, потому что сам влюблен!

И не только в лучшую на Земле женщину, я влюблен в саму жизнь, в очаровательную планету под именем Земля, в облака, проносящиеся над моей головой, в малейшее дуновение ветерка и яркий луч солнца!..

Всё сейчас заставляет трепетать мою душу: первый робкий отблеск утренней зари и последний луч уходящего солнца; туча, грозно повисшая над моим домом и первый крепкий гриб-боровик; своеобразный танец петушка-рябчика на лесной дорожке, который он самозабвенно исполняет перед своей курочкой, и резкий удар хвостом бобра, плывущего по реке…

Любое проявление жизни, даже нагревшийся на солнце камень-валун, радует глаз и будит душу.

Да будет так во веки веков!

А не податься ли мне в поэты?!

Нет! Бездарностей и без меня много. Подамся лучше на рыбалку и за белыми грибами.

Машенька сказала, что любит зимой супчик из сушеных белых грибов.

Неужто насушить не сумею?!…

Увы! Подгорели малость…

И рыбы наловил и грибов ведро набрал…

Хорошо, что не все сушить положил, а только небольшую партию.

Плиту натопил пожарче, грибочки порезал и разложил на плите… Как начали дымить и вонять…

Пришлось за бабой Таней бежать.

Она мне решетки выдала и показала, как правильно грибы сушить. Часть на решетки разложила и над плитой пристроила сантиметрах в десяти от поверхности. Часть на нитки нанизала и развесила гроздьями над плитой. Брала ножки или совсем молодые крепкие боровички. Шляпки мягкие, зрелые, надо, говорит, быстрее сушить; их на решетки кладем, а ножки и так высохнут, подвешенные, но плиту пару раз в день растапливать надо и держать теплой подольше.

Везде своя наука.

Легче всего отварить грибы пару минут и в морозилку остуженные закинуть. Потом за свежие сойдут. А можно и свежими заморозить. Такие есть красавчики, что резать рука не поднимается. Место есть. Забросил малышей в морозилку целиком, только в пакет целлофановый положил.

А с сушкой та ещё морока…

По вечерам теперь дружу с телевизором. Ох, и прилипчивая штуковина!

Бурлят верха, но ничем особым пока новое правительство не впечатляет.

Хотя, что мне до них?! Отрезанный я ломоть …

Сына хочу увидеть… и Машеньку…

Тёмный сегодня вечер.

Тоскливо…

Иди ко мне, Друг! Давай поговорим за жизнь…

Теперь уже баба Таня за мной прибежала. В клуб, говорит, обещал, а сам сидишь дома сиднем.

Поплелся нехотя.

Не знаю, как в других местах, а здесь в куче и стар, и млад. Кто разговаривает, сидя на лавках вдоль стен, кто танцует, но всем весело.

И меня растормошили. В круг вытащили. Даже песни попели.

Вроде церковный праздник, а тут просто народное гуляние какое-то.

Главное – весело.

Пришел домой, дописал в дневник последние впечатления и бегу спать.

Бегу! Добежать бы, не уснуть бы на ходу.

30 августа

Четверг.

Выспался отлично. Позавтракал тоже отлично. На сытый желудок потянуло к дневнику пофилософствовать.

Где ты, лето?!

Вроде только вчера начиналось?!

Вот так и жизнь: сначала ждешь, когда же в школу; потом – когда из школы…

Закрутишься, завертишься, смотришь: а жизнь прошла, словно и не было её.

Мелькнула серым пятном с редкими яркими пятнышками…

Обидно.

Может, зря удрал?! При новом правительстве, глядишь, и жизнь бы по-новому пошла… более осмысленно, что ли?!

А я?!…

Поспешил?!

Что ж теперь всю жизнь рыбу ловить и всё?! Почему – всё? А грибы? А ягоды? А баба Таня с Серегой?

Нет! Ничего в нашей жизни зря не бывает! Я бы с Машенькой век не встретился! По разным орбитам перемещались космические корабли нашей жизни.

Так и крутился бы с горгонами… чтоб их…

Батюшки! Да сегодня же ровно месяц, как мы с Машенькой познакомились! Надо как-то отметить…

Вот так сюрприз! Выгулял Друга, вернулся домой, а тут баба Таня с Серегой на пороге… со старым гончарным кругом в руках!!!

Ну, в руках – это я погорячился… На тележке приперли…

А затаскивали мы его уже втроем: мы с Серегой волокли, а баба Таня рулила – правее, левее, прямо…

Я не сразу согласился эту бандуру в свой дощатый сарайчик тащить. Да кто ж меня слушал?!

Баба Таня зудит: надоест тебе у нас, соскучишься и сбежишь; а мы к тебе привыкли – оставайся, живи… Ну, что тебе в том городе?!

Я пытался возмущаться, что от такой заботы сбегу быстрее; а она не верит: ты, говорит, скучаешь без дела. Энергии в тебе много, суеты, как и во всех городских. Наши тишина и однообразие горожан отпугивают, не выдерживают они, бегут. А мой отец знатным гончаром был, я тебя началу самому научу, а дальше сам сообразишь. Где глина – тоже покажу, вот в осеннее ненастье и не соскучаешь в наших краях…

Серега знай поддакивает. Никакой мужской солидарности!

Пришлось сдаться. Не объяснять же им, что я всю жизнь по комсомольско-партийной линии поднимался наверх, карабкался; а ручной труд в наших палестинах вообще не приветствовался, хотя в моем роду тоже умельцы знатные были.

А вообще-то… мысли у неё правильные, не иначе ведьма моя соседка, потому что угадала баба Таня почти точно. Я уже и впрямь начинаю тяготиться однообразием. Рыбалка – дело хорошее, если изредка или наоборот – на хлеб насущный…

У меня ни с рыбой, ни с деньгами проблем нет. В плохую погоду сижу дома, как сыч, скучаю…

Но гончарный круг?!…

Баба Таня не успокоилась, велела машину заводить. Сама лопату и два ведра загрузила, старый таз поставила… Я то думал, зачем она мне эти ведра б/у , гнутые-перегнутые, но чистые, хоть и со ржавчинкой, приволокла?!..

Оказывается, она намерена прямо сегодня преподать мне мастер-класс!

Быстрей, говорит, не копайся; тучи заходят, как бы не помешали!

И Серега в машину лезет! Глину копать, говорит, помогу; а то ещё с непривычки спину сорвешь!

Заботливые, мать их!..

Так и попал я как кур в ощип …

Пришлось ехать. Успели до дождя.

К кругу никого не подпустил, пока чаю не попили да не отдышались.

Правда, упрел я один.

Никогда не думал, что глина такая тяжелая!

Оказывается, глину ещё перетереть надо, подготовить, чтоб камешки не попали, а то всё изделие испортят!

Какое изделие?!. Не надо мне никаких изделий!

Баба Таня притворяется глухой. Моих возражений не слышит, бубнит, как глухарь на току…

Ведро глины перетерла, а я ещё гневную речь не окончил! Шустро переместилась к кругу и давай его вертеть, приговаривать…

Серега старую табуретку притащил, пока я с бабой Таней препирался; она на неё уселась и – пошла потеха!

Бесформенный кусок сырой глины на моих глазах стал превращаться в симпатичный горшочек!..

Это, конечно, здорово, но причём тут я?!

Да-а-а… бабу Таню бы да в правительство: не захочешь, а работать будешь! По доброй воле и на благо общества!

Заставила – таки меня и круг крутить, и руки глиной перепачкать, и три первых косых и кривых уродца, изваянных мною, смяла безжалостной рукой…

С четвертой попытки что-то получилось… Горшок, конечно, кособокий, с радикулитом, но горшок! Первая вещь в этой жизни, которую я сделал собственными своими ручками, недавно такими холеными…

Баба Таня хмыкнула, отстранила меня от круга, чуть шевельнула руками; горшок выпрямился, словно в прыжке, и принял вполне бравый вид.

Ай да баба Таня! И Серега… предатель! Осадили мой дом, мою крепость и заставили меня капитулировать!

А горшок-то вполне ничего…

Как в том фильме – не могём, но могем!

Интересно, почему у бабы Тани в глине были только руки в области ладоней, а у меня – и все остальные части тела?! Сарай тоже пострадал: такое впечатление, что в нем из петард глиной палили полдня и очень в этом преуспели!

Друг крутился рядом, силясь понять, чем это мы заняты. Ему, бедолаге, тоже досталось! Перекрасили малость!

Какая, к черту, скука?! Не заметил, как ночь пришла!

Проводив дорогих гостей, заполз в дом: спина болит, в руках и ногах – мелкая тряска, в глазах – рябь!

Еле отмылся!

Ничего на свете нет слаще сна!

Упал кулем, дописав на лету последние строчки, бросил дневник прямо у кровати, потому что встать – сил нет!

31 августа

Пятница.

Бедный мой дневничок, думал ли ты, когда я выбирал тебя в магазине, что будешь валяться на полу у моей кровати в старой избе как самая нужная и самая дорогая мне вещь?!

Ещё не встал, а рука к дневнику тянется записывать бессмертные мысли…

Нету их пока… никаких… не проснулся я ещё до конца.

Снов от усталости не видел, спал как убитый; натворить тоже ещё ничего не успел, а прогнозы делать не буду, потому что обычно всё выходит с точностью до наоборот.

Ну их, эти прогнозы…

Сегодня Машенька работает, заболел там у них кто-то, а она безотказная, всегда поможет тому, кто о помощи попросит. На почту позвонила вчера. Предупредила меня. А сотовой связи здесь нет.

Подъём – и Друга выгуливать. Заждался он меня…

А-то не дай Бог баба Таня нагрянет с очередным мастер-классом?!

Не выживу, ей-ей!

Надо успеть смыться на рыбалку!

Не так уж она мне и надоела, эта рыбная ловля, как выяснилось вчера!

С радостью помчусь посидеть на берегу с удочкой!

Правда, я всё ещё немного скрюченный после вчерашнего, но живой!

Это радует.

Распрямлюсь как-нибудь, забрасывая спиннинг…

На озере был до самых сумерек. Рыбу просто складировал куда можно и нельзя, но счастливое возвращение домой всё откладывал и откладывал…

Сначала охал и ахал при каждом взмахе руки; потом все шарниры моего многострадального тела разработались, притерлись, и дело пошло легче; но по гончарному кругу я не соскучился ни грамма!

И горшков мне тоже не надо! А понадобятся – куплю! Не обеднею!

Рыбу всю перечистил на берегу, несмотря на устрашающие объёмы выловленного.

До отвала накормил и Друга, и местных чаек; накормил бы и ещё небольшую армию, но таковой в окрестностях не обнаружилось!

Зато обнаружился неподалеку огромный лось!

Настоящий великан!

Я тихо сидел на берегу, слушая ленивый шелест редких волн и окружающую тишину; Друг пристроился рядом и подремывал вполглаза.

Берег, обрывистый, хоть и невысокий, зарос мелколесьем с одной стороны. Отсюда и вышел лесной красавец. Он не почуял меня, потому что сидел я с подветренной стороны.

Остановился на чистом месте, повел огромной головой, осмотрелся и увидел меня. Угораздило ж меня шевельнуться?!

Только треск пошел, как ломанулся лось через кусты.

Огромный прыжок, ещё один – и зверь скрылся из глаз…

Щенок встрепенулся, залаял ему вслед, но быстро успокоился и лег на место.

А я ещё долго сидел, очарованный прекрасным видением…

Вспомнилось вдруг, что в советское время лосей одомашнивать пробовали. Фермы даже какие-то были. И вроде легко лоси к человеку привыкали, а лосих, кажется, даже доили…

Интересно, чем эксперимент закончился?! Надо бы поискать сведения о лосях и лосиных фермах. А вдруг они и сейчас есть?

Хотя… Зачем их разводить?! На мясо?! Так наша промышленность мясная на любой дряни приноровилась работать…

И всё-таки интересно…

Пробрался домой уже в густых сумерках и первым делом обрезал свет в сарае. Мало ли что?!

Вечер прошел тихо и спокойно. Здесь (слава Богу) в потемках по гостям не шастают. Не принято. Дня хватает для гостевания.

А вечером после трудов праведных можно спокойно посидеть, поразмыслить над смыслом жизни…

Хотя чего там размышлять?! Живи и радуйся, что жив и можешь радоваться!

Жаль, что и в наших лесах стало появляться много мусора. В Советском Союзе везде принималось вторсырьё. И люди сдавали! Сдавали бутылки, в том числе и молочные; макулатуру и прочую дребедень.

Существовала целая государственная система сбора вторсырья. Всё развалили. А что создали?! Мусоросборники из берегов рек и озер?!

Теперь всё везде валяется, и никому до этого дела нет. Целлофановые пакеты летают по лесу на ветру, как пример халатности и разгильдяйства.

Цветмет воруют, это да. Даже провода электрические ухитряются умыкнуть!

А вот культуры не стало вовсе: бросают мусор где попало, даже из окон машины на ходу вышвыривают.

Куда катимся?!

Человечество погрязает в словоблудии! Все болтают как заведенные, но до дела чаще всего так и не доходит; болтовня засасывает почище любого болота.

А может, одумаемся?!

Когда-то боялись, что конский навоз заполонит улицы, а теперь боимся, что весь мир отравим выхлопными газами…

Чем зря бояться, занимались бы лучше конкретными делами, реально улучшая экологию Планеты.

Земля – тоже живое существо, ей дышать надо; а мы всеми силами стараемся перекрыть ей кислород диким нагромождением свалок.

Такое отношение не может пройти бесследно: жди человечество новых болезней, ведь давно известно, что любая грязь не на пользу человеку.

В том числе и душевная грязь, которой на нашей планете, по-моему, становится всё больше и больше.

Люди стервенеют. Превращаются в монстров, которым всего мало.

Советский народ на наших глазах, на глазах моего поколения, уходит в прошлое, растворяется. Исчезает.

Не уверен, что это к добру.

Да, мы в детстве и юности были более наивными и доверчивыми, чем сегодняшняя прагматичная молодежь; но были мы добрее, отзывчивее и счастливее… Или не все?!..

У нас было детство! Дворовое, шумное, веселое детство! И родители не боялись за нас, бегающих по улице до темноты…

Куда что ушло?!

Куда вообще уходит детство?

1 сентября

Суббота.

Ну вот и заморозок.

Вышел утром на крыльцо, а кругом белым-бело!

Я еще осень не жду, хотя по календарю её время, а уже зима о себе напоминает.

Ну и ну! Где ты, лето красное?!…

Пообщался у магазина с аборигенами. К одной бабульке дочка приехала из соседнего поселка, она там учительницей работает.

Как-то иначе я учителей себе представлял. Эта, на вид пенсионерка, выглядит, как обычная деревенская бабка и разговаривает так же. Ни ума, ни образованности я не разглядел в ней. Почему-то подумалось: бедные дети! Если их такие тетёхи учат, то не удивительно, что в округе проблемы с умными, читающими и мыслящими людьми.

Или я со своей колокольни неправильно сужу?!

В городах совсем другой уровень образования, особенно в крупных. Это факт.

Но тогда выходит, что у провинциалов шансов зацепиться в городе практически нет?!

Я имею в виду хорошо оплачиваемые места в государственных структурах, в крупных компаниях, то есть места хлебные.

Вот тебе и равноправие?! Где оно?! На бывшем советском пространстве?!

При такой нищете у людей нет шансов отсюда выбраться. Да и кто их ждет без денег?!

Но ведь и тут выжить, какие мозги нужны?!

Не все же поедут в города прислугой и штукатурами – малярами. Дворники тоже нужны. Но это для счастливцев. Им конуры в подвалах и полуподвалах иногда дают для жилья. Но у нас так: появилась какая-то льгота, тут же посредники найдутся между льготником и тем, кто их предоставляет. Вот где самый хлеб: где хоть малюсенькая власть и прикосновение к распределению благ!

Ну повезет кому-то устроиться дворником… Хотя здешние вряд ли назовут это везением: не променяют они свою тайгу на каменные джунгли…

Конечно, кто-то может соблазниться дармовым жильем и стабильной зарплатой, пусть и грошовой…

А остальным что делать?! Спиваться?! Тюрьмы наполнять, попадаясь на мелких кражах?!

Нет в провинции работы! Никакой!

Что-то мы не то сотворили со своим государством и со своим народом…

Жаль, что эти мысли посетили меня так поздно, когда я уже ни на что повлиять не могу и когда, можно сказать, стал одним из народа – таким же выброшенным на обочину жизни…

Интересно, новое правительство долго продержится?! И какой курс выберет: в сторону людей повернется или новых буржуинов будет растить?!..

У магазина очередь. Сюда, по-моему, больше общаться приходят. Прямо к хлебной машине собираются, аж за час до её прихода, и пошли суды-пересуды…

Я постоял немного, решил, что лучше в город съезжу, к Машеньке. Здесь всё равно ничего нового не услышу, а по Машеньке соскучился.

Очень соскучился. И по котенку тоже. Как он там поживает, наш маленький найденыш?!

Заодно сбегу и от мастер –классов ( неизвестно, что там баба Таня ещё придумает, у неё фантазия работает), и от проклятой черники. Я уже ею столько одежды перепачкал, что в три сезона не окупится!

И на ужин у нас сегодня будет вреднющий торт с фруктами для равновесия, а не рыба … которая, конечно, вкусна бесподобно, но…

Не рыбой единой жив человек!

Друг! Собираем манатки и едем в гости…

Как хорошо, когда есть куда ехать!

И как замечательно, когда тебя кто-то ждёт!

К тому же у нас недавно был юбилей: целый месяц с момента знакомства! Надо порадоваться вместе такому знаменательному событию! А то, как вспомню, как я его отметил, так ой-ой-ой! В глазах моментально темнеет.

4 сентября

Вторник.

Я снова дома. В избе, которую раньше вряд ли бы признал за человеческое жильё. Ничего. Притерпелся. Даже доволен: своя всё-таки крыша над головой… И безопасная. Спокойно здесь.

Уехал из города почти сразу, как только проводил Машеньку на работу. По магазинам находились за два дня, так что нужды задерживаться в этом затрапезном городишке не было.

Мне кажется, люди в нём живут ещё скучнее, чем в поселках и деревнях. Там хоть рыбаки заядлые да посиделки импровизированные чуть не каждый день, а здесь людям прямо деться некуда. По магазинам ходить деньги нужны, а народ тут, по моим наблюдениям, не шибко богатый. Есть, конечно, исключения; так не они погоду делают.

Удивительно, но в выходные дни город совсем пустой – все разъезжаются по родственникам или дачкам, жалким будкам у воды.

Я их могу понять: сам бы волком завыл, доведись мне жить в таком месте.

Выехал я довольно рано, спешить мне было некуда; все снасти вожу с собой, так что остановился по пути на одном из озер, которое приглянулось больше других.

Ну что могу сказать?! Вроде озеро как озеро, большое и красивое, а рыбалка не та.

Чтобы быть с уловом, надо озеро понять, а с налету это достаточно трудное дело. Не всегда удается рассекретить, где держится рыба и на что лучше берет.

Окушки здесь просто набрасывались на приманку, но такая мелочь, что я почти всех отпустил. Небольшому количеству не повезло: сварил на костре похлебку Другу. Остальных отправил в вольное плавание.

На что они мне?! Пусть растут.

В общем, рыбалка не задалась и настроение не улучшилось.

Мне всегда трудно уезжать от Машеньки…

А решение принять ещё труднее…

Случись со мной что, каково ей придется?

Сейчас я для неё просто человек. Обычный.

Она не знает моего прошлого. Конечно, периодически и я мелькал по телевизору, светилась моя холеная физиономия там довольно часто. Но кто признает теперь, что это один и тот же человек, глядя на меня сегодняшнего?!

Небольшая бородка – это ладно; но я загорел так, словно в роду негры были!

Взгляд, манера поведения, речь – всё изменилось. Иногда я сам не узнаю себя прежнего в этом типе с ободранными руками!

Не знаю, радоваться такому резкому повороту в своей судьбе или нет?!

Ещё в столице, перед самым побегом, позвонил родителям с телефона-автомата и сказал, что уезжаю в отпуск за границу, а потом перейду на другую работу, которую мне предложили.

Звоню им редко, так что они привыкли и не волнуются. Всё у меня многие годы было стабильно и предсказуемо.

Знали бы они, где я сейчас и как живу, вот бы удивились!

С нового телефона, который купил всё же в этот приезд, я им тоже звонил, уже отсюда, но о переменах в судьбе не сказал ни слова, хотя они их вряд ли бы огорчили, эти перемены. Они у меня люди простые. Труженики.

Может именно поэтому, я и вытерпел мастер-класс бабы Тани. Когда я рассказывал Машеньке о том, как лепил горшок из глины под руководством соседей, она хохотала до слез.

Мне и самому стало смешно. Когда руки чистые, спина уже не болит, а гончарный круг далеко, почему бы и не посмеяться?!

В общем, юбилей отметили замечательно! Самое главное пожелание, чтоб это событие так и осталось главным на долгие годы. И чтобы такие юбилеи продолжались.

А как Машенька подаркам радовалась! Как ребенок, честное слово! Выбрала для меня очень симпатичную записную книжку. Вместительную и удобную.

Пиши, говорит, свой дневник и никогда не скучай. Хуже безделья в этой жизни ничего нет! От него вся скука.

Надо же?! А я думал, что хуже всего, когда денег мало…

Нет, говорит. У человека, на самом деле, потребности небольшие; самое главное, чтоб интерес к жизни был. Если умеешь созидать (неважно – что), никогда не заскучаешь. Если любимым делом занят – тоже.

Прочитала я, говорит, как-то, что пасечники долго живут, и не удивилась: если этих жалящих насекомых не понимать и не любить, в пасечники не пойдешь. Даже горшки из глины ( тут она весело рассмеялась) надо лепить с любовью. Иначе получится не творчество, а ремесло.

Ремесленник заскучать может, а художник – никогда. И чтобы быть художником, не обязательно писать картины, можно и сады сажать…

Я с ней полностью согласен.

Нам тоже скучать некогда… хотя, когда мы вместе, горшки не лепим…

5 сентября

Среда.

Осень здесь, оказывается, совпадает с календарной. Зря устроился на берегу с удочкой – рыбы нет. Словно по чьей-то незримой команде, ушла от берега так резко, так внезапно, что мне осталось только удивляться: а то ли это озеро?!

Закончились безмятежные дни.

Поплавал на лодке, по разным местечкам тормозя…

Улов: небольшая щучка и с десяток плотвиц и окуньков…

Да-а-а… Всё хорошее рано или поздно кончается…

Ветер стал холодным и пронизывающим; небо – низким, темным, каким-то угрожающим…

Лист на березе пожелтел, скукожился и начинает осыпаться.

Теперь я понимаю стрекозу, которая «лето красное пропела, оглянуться не успела»…

Я тоже не успел оглянуться…

Что ж… буду собирать грибы…

Аборигены начали активный сбор брусники, подключусь и я. Всё-таки ягода эта поприятнее черники, покрепче – не так мнется и не так яростно красит одежду и руки…

Днями сидеть в пустой избе – это настоящий ужас!

Не выдержу этой пустоты, тишины и полного безмолвия!

И почему я не забрал котенка?! Играли бы с Другом на коврике, а так…

Поехали Друг снова в лес. До темноты ещё далеко.

Зря возвращались. Впрочем, рыбу в морозильник забросили, дневник я тоже без внимания не оставил… Всё записал.

Едем в грибы и за брусникой для себя, любимых, и для Машеньки… и чтоб скуку разогнать…

Удалось! Скука и впрямь такая вещь, которая при движении исчезает!

Вечер промчался как ураган. Мелькнул – и нет его.

Попробовал бы ещё кто-нибудь перебрать такую прорву грибов и ягод!

Грибы надо было ещё отварить, часть на сушку повесить; а бруснику баба Таня научила меня перебирать перекатыванием по доске. Быстро и удобно. Если б руками перебирал, то всю ночь бы просидел.

И так до кровати едва дошел…

6 сентября

Четверг.

Спал как убитый. По-моему, я разучился видеть сны. Проваливаюсь в сон, как в омут, но встаю свеженький как огурчик.

Иногда в дождливый день валяюсь в постели, задремываю слегка, и тогда какие-то сны снятся: обрывистые, неясные, но с хорошей энергетикой, что называется. Никаких кошмаров.

Привык уже к размеренной этой жизни. Даже посуду мою машинально, не зацикливаясь на самой процедуре.

Безболезненно процесс стал проходить.

Я вообще стал домовитым и хозяйственным. Себе даже на удивление.

Утро очень даже прохладное. Гуляли с Другом недолго и не ходили далеко.

Короткий моцион перед завтраком…

Серега пришел. Слышу его голос у крыльца. Разговаривает с Другом. Сейчас в окно костяшками пальцев стукнет…

Вот так дела у нас?!

Серега новости принес. Приезжие из Питера облюбовали озеро одно, где в него речушка впадает. Километров пятнадцать от поселка. Далековато.

У местных там изба. Ночуют в ней, когда в тех местах рыбачат.

Сейчас только сетью рыбы поймаешь. Межсезонье.

Поехали местные мужики с ночевкой на рыбалку к тому озеру, а питерцы их не пускают. Ещё и ружьями пригрозили.

Обидно стало мужикам. Как ни доказывали, что избу они для себя строили, не пустили их. Выстрелили даже в их сторону два раза и сказали, что в третий – попадут, если не уберутся незваные гости.

С какой стати мы-то гости?! – чесали мужики голову. – Сами строили и сами же не званы…

Посовещались местные и спалили в отместку деревянный мост, по которому только и можно было через речку переехать. Дождались, пока приезжие уснут, и подожгли.

Мост сухой, полыхнул почем зря.

А у приезжих там машины… А другой дороги нет…

Да-а-а… Не спалили бы в отместку деревню… когда выберутся…

А выберутся вряд ли скоро. Если вертолет не вызовут, то придется снова мост наводить. Не осилят, пожалуй…

Ладно. Сами приезжие кашу заварили, сами пусть и расхлебывают; а мы с Серегой в грибы рванем. Зима на носу, грибы вот-вот отойдут. А запас карман, как известно, не тянет. Да и насижусь ещё дома…

Серега ягод нагреб восемьдесят литров! Брусника попалась крупная, никто ещё не брал. Бесконечный ковер из ягод! Листьев и тех не видать!

Я, на него глядя, тоже увлекся и целых три ведра двенадцатилитровых набрал.

Ай да я! Даже загордился собой немного!

Я ж ещё и грибов четыре ведра домой притащил!

Поглядел я на всё это богатство, отложил себе грибочков ведерко из тех, что помельче и покрасивее, и брусники оставил ведро; остальное вместе с Серегой на пункт приемки отвез.

Серега рад. Хорошо, говорит, заработали! Давай завтра туда же съездим! Там брусники ещё видимо-невидимо!

И я неожиданно для себя согласился!

Нет, по ягодам я не соскучился, но сидеть дома – увольте от такой радости!

Пусть он собирает, а я по грибам похожу. Ягод тоже немного пособираю, а то Серега меня не поймет. В тунеядцы запишет.

Бруснику, что для себя оставил, просто залил водой. Серега сказал, что питье получится вкусное и полезное, вроде кваса. Посмотрим.

Грибы перебрал, отварил и в морозилку забросил. Пригодятся.

Силы кончились полностью. Ползу в кровать.

Ай да отдых у меня получается!

Не протянуть бы ноги от усталости…

Зато – на свежем воздухе…

7 сентября.

Пятница.

Этот вчерашний день я не забуду никогда.

Верного своего Друга я оставил дома. Что ему делать, когда хозяин по ягодной поляне ползает?! Пусть дом сторожит!

Приехали мы с Серегой в ягоды. Там, где вчера было всё красно, теперь всё серо и вонюче.

Медведь сожрал ягоды, тут же оставил огромные кучи дурно пахнущих экскрементов и мятые-перемятые листья брусники.

Серега повздыхал и побежал по кругу. Вернулся радостный.

Кричит ещё издалека, что дальше поляна нетронутая есть.

Пошли. Только стали собирать, как где-то рядом раздался медвежий рык.

Я выпрямился. Смотрю у сухой сосны, вытянувшись во весь рост, стоит медведь.

Ревет, дерет дерево лапами и корой в нас бросается.

Я попятился и Серегу с собой тяну. А тот, упрямец, ещё ягоды дохватывает. Пятимся как раки, но Серега успевает попутно своим хапужником махать и бруснику в него черпать.

Мне уже не до сбора ягод. Я на медведя смотрю. Он – на меня. Или мне кажется?!

Неважно. Главное, тесно нам со зверюгой на одной поляне.

Рост у него, братцы мои, как у настоящего великана, которые когда-то, говорят, на Земле жили.

Со страху мне показалось, что он чуть не вполсосны ростом.

Серега потом подтвердил, что медведь и впрямь здоровый. Но, говорит, летом ты их не бойся. Не вредные они у нас.

Спасибо. Утешил.

Переехали на другое место. Серега гребет ягоды как ни в чем не бывало, а я знай по сторонам зыркаю. Мне теперь за каждым кустом медведь чудится.

И накаркал ведь!

Что за день такой выдался?!

Ведь поседеешь за сутки!

Серега трудится впереди меня и чуть справа. Я поближе к машине держусь и во все глаза по сторонам стреляю.

Смотрю, батюшки светы?! Да что ж это такое?!

У сосны, вытянувшись в струнку, стоит медведь! Стоит молча!

То ли мы внезапно появились, то ли он после нас пришел да нас не заметил, но он явно пытался таким образом от нас спрятаться.

А Серега согнулся и шпарит прямо к медведю в лапы, не разгибаясь и не отрываясь от брусники!

Я засипел. Голос пропал вдруг. Серега не слышит. Я – громче.

Поднял он наконец голову. Ты чего?! – спрашивает.

Я его рукой маню и зову шепотом.

Он так удивился, что забыл про бруснику и – ко мне.

Подошел, я ему медведя показал. Пальцем. И задом, задом к машине пячусь.

Добрались до машины, побросали внутрь ведра и быстро уехали.

Выжили нас медведи со своих мест кормовых, – рассмеялся Серега по дороге домой. – Молодцы! Дай нам волю, так медведям ничего не достанется.

Я его веселья не разделял, но тоже радовался. Радовался тому, что жив и относительно здоров. Всё-таки встречи с медведями здорово действуют мне на психику. Хороши фильмы про живую природу, что по телевизору идут. А вживую…

– А почему они на двух лапах стояли?! Оба?! – запоздало поинтересовался я, когда мы уже въехали в поселок.

– А кто их знает?! – легкомысленно отмахнулся от вопроса Серега. – Совпало так. Обычно они все-таки на четырех лапах по лесу передвигаются. У нас медведи не цирковые. Обычные лесные мишки.

Век бы их не видать!

Всю жизнь согласен возиться с плюшевыми, хоть и вышел давно из детского возраста.

И как мне теперь прикажете в лес ездить?! Одному?! Друг не в счет – слишком мал. Да и что он сделает с таким зверюгой?! В этих медведях тонна весу в каждом, не иначе!

Я не трус, но я боюсь…

А поеду-ка я к Машеньке… Ну и что, что поздно?! К ночи доберусь.

Собирайся, Друг! Хватит с нас медвежьей экзотики! Поедем к людям!

11 сентября

Вторник.

Ну вот я и дома. Время уже к обеду…

Как быстротечно время!

Машенькины соседи смотрят на меня как на своего кровного родственника: приветливо, но с ожиданием.

Здороваются, улыбаются, но вопросов не задают. И на том спасибо, потому что ни одного ответа я пока и сам не знаю.

Выезжали с Машенькой за грибами, бродили недалеко от города.

– Как тут всё вытоптано! – не удержался я от восклицания. – Не то что в наших краях!

Но тут я вспомнил про медведей и благополучно заткнулся.…

– Это что! – охотно откликнулась Машенька. – Люди ходили! А на днях соседка моя совсем рядом с городом гуляла и медвежьи следы видела. Четкие такие, будто только что прошел!

Вот те раз! Преследуют меня, что ли, эти звери?!

Не успел от них уехать, как мне про них рассказывают. Или тут и в самом деле медведей больше, чем людей?!

Не до грибов мне стало после слов Машеньки. Да и какие это грибы?! Один на километр?!

Вот у нас!…

Ладно. Не будем. Проехали…

Сижу. Вспоминаю…

Раскрытый дневник скучает – не всё в него хочется записывать.

Есть моменты, которые надо хранить в душе. Даже бумага для них слишком грубый футляр.

Никуда не хочется ехать, ничего не хочется делать, буду просто лежать и вспоминать…

Всё-таки я больной: вскочил – и к дневнику! Довспоминался…

Гуляли с Машенькой по городу и встретили ту самую бабушку со внучкой. Пригласили их в кафе. Хотя какое там пригласили?! Бабульку еле уговорили! Чуть не волоком втроем тащили!

Попили чаю с пирожными. Потом мороженое взяли. Там ещё пирожки были и булочки, а так – голяк голяком!

Ребенок в восторге. Пока я бабушку отвлекал, Машенька тихо девочку вывела и в магазин одежды с ней сбежала. Благо, под одной крышей.

Хорошо понимать друг друга с полуслова! Машенька девчонку приодела в теплую одежонку, а то холода пришли, а она всё по-летнему бегает. Заодно продуктов набрала им про запас, а я выпечки в кафе прихватил. На пару дней хватит.

– Я б сама напекла, – возмутилась бабуля. – Всё ж дешевле б вышло…

Внучка её запрыгала, в ладоши захлопала:

– Ой, сколько всего вкусного!

Как легко сделать ребенка веселым.

Бабушка увидела нарядную внучку с куклой, а Машеньку с большим пакетом в руке, где ещё детская одежда была упакована, вздохнула, отвернулась и вытерла украдкой глаза.

– Проводить вас до дома? – спросил я, нарушая затянувшуюся паузу. – Мы ещё хотим погулять немного по парку. Может, и вы с нами?

– Нет, нет! Спасибо! Мы домой!

Они ушли, а мы долго гуляли среди сосен и молчали. И в воздухе, и в душе царило умиротворение…

Зависть испепеляет; злоба душит; а радость, которую ты доставил другому, возвращается к тебе бумерангом и возрождает к жизни.

Доброта – эликсир бессмертия. Активная доброта.

И почему люди об этом забывают?!..

Всё. Хватит философствовать, пора варить кашу себе и Другу…

Ну вот! Желудки ублажили, а день всё не заканчивается. Как всё-таки тянется время без Машеньки!

А дни всё холоднее… Где ты, бабье лето?!

12 сентября

Среда.

Как сильно чувствуется осень! А где-то люди купаются, загорают… Живут без тулупов и валенок! И зачем я поехал на север?! Не мог ткнуть пальцем в карту куда-нибудь поюжнее?!

Что здесь делать в холода, когда ветер и дождь, а морозы и снег в ближайшей перспективе?!

Почему Боженька не определил нам для жизни места потеплее?!

Я бы не отказался.

Баба Таня верна себе: вытащила меня за брусникой…

Друг глухарей гонял молодых. Уж они его подразнили! Набегался – язык на плечо…

А я даже не устал. И хапужник вроде по руке, и мозолей не набил, и спина не скрючилась…

Вот так и становятся истинными пролетариями: набрал ягод, сдал, проел заработок и снова в ягоды…

А зимой, что, зубы на полку?!

Или как там … «октябрь шагает по стране!»…

Не дай Бог!

Не дай Бог никому!

Но и так нельзя. Обворовали ведь людей! Ограбили вчистую!

Как жить?!

Как верить тем, кто у власти?!

А люди и не верят. Усмехаются только и отмахиваются.

Какая власть?! Где она?! В чём выражается?!

Неужели снова полыхнёт Русь-матушка?!

В страшное время живём!

То ГКЧП, то танки в городе, то правительство – в отставку…

То ваучеры, то банки липовые… то товар левый…

Купил пачку чая, открыл, а там сено. Самой настоящее сено плохого качества! Дожили!..

Назад из ягод ехали, баба Таня про гончарное ремесло заговорила. Меня так тряхнуло, что руль из рук вырвался, будто живой. А уж мне как захотелось выпрыгнуть из машины и дать деру, словами не передать!

Усидел. Вот что значит выдержку годами тренировать!

А соседка (хитрованка!) издалека речь повела: вот дед рукастый был, вот батюшка с матушкой…

Поп, что ли, с попадьей, спрашиваю?!..

Нет, говорит, родители… царствие им небесное… всё умели…

Я отвечаю: а давай тогда артель организуем. Подбирай работников, пускай горшки лепят и всё, что их душенька пожелает, а я руководить буду. Всю жизнь этим занимаюсь, так что дело знакомое. Продавать начнем по рынкам. Будем ездить. А что нам?! Было бы с чем!

Смотрю, загорелась идеей.

Вот так-то! А то придумала, чтоб я этот круг проклятый вертел самолично! Да где ж столько глины взять?! Она ж у меня всё больше не по назначению используется: не на горшки, а на стенную роспись!

Сарай, говорю, отдам в пользование безвозмездное! Круги куплю, если надо. Глины навожу, если будет кому копать.

В общем, вперед и с песнями!

Баба Таня сидит довольная, только что не мурлычет. А я разошелся не на шутку: кормить, говорю, обедом бесплатно буду работничков, пока до первой зарплаты доживут.

Ягоды сдали, баба Таня рванула по поселку – олимпийский чемпион по бегу не догонит. Ещё бы! Такие новости!

Странно. Мои горгоны то и дело на диетах сидят, по фитнесам бродят, а соседка старушка ни о каких ухищрениях не думает, а фигура как у молодки и ни капли жира…

Баба Таня убежала, а я получил долгожданную передышку. Загнал машину во двор, перекусил и…

Вот, сижу, радуюсь жизни – дневник пишу!

А гончарный круг по мне плачет!

13 сентября

Четверг

Дожди… дожди… И что там грянет после дождичка в четверг?!

Ночью – дождь, утром – дождь и, похоже, весь день будет унылым и мокрым.

Тоска…

Друг побегал с утра по лужам, а меня не тянет на улицу. И дома сидеть невмоготу.

Клаустрофобия у меня, что ли?!

Или за лето я так привык к лесным просторам и озерной глади, что сразу впадаю в тоску, если лишаюсь привычной уже среды обитания?!

Теперь я понимаю тех представителей малых народов, у кого изувечены привычные угодья. Нефтяники изуродовали всю тундру, погубили ягель на огромных пространствах, лишили оленеводов привычного образа жизни…

Раньше это были просто знания, а теперь я их прочувствовал на собственной шкуре.

Конечно, дождь не так уж и страшно; речь не об этом.

Привык за лето чуть ли не в лесу у костра ночевать, а теперь сиди взаперти. Кошмар и ужас!

А каково рыбакам и охотникам, тем же оленеводом, если они впитали свой образ жизни буквально с молоком матери?!

Живем в городе среди каменных строений и сами потихоньку окаменеваем. Посторонний мир перестает для нас существовать, а наш маленький мещанский мирок разрастается до неимоверных размеров.

Но это нам так кажется.

На самом деле мир наш скукожен и мал до неприличия. Нормальному человеку он тесен.

Для жизни в первую очередь нужно небо со звездами, которое так ярко и сине над озером и так черно в свете костра, и грядка с укропом во дворе, чтобы не забывать о своей земной сущности и не очерстветь.

Без остального можно обходиться долгое время.

У нас же все наоборот.

Может, поэтому так много проблем в людском обществе?!

Да, я веду сейчас жизнь дикаря. Но она мне нравится.

Мы все из первобытного общества и помним об этом?!

Почему такая тоска по призрачной свободе?!

Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя…

Почему же так тянет освободиться?!

Эх, Друг, поедем на природу! Вдруг на земном шаре еще остался сухой уголок и мы его найдем?!…

И чего я с утра паниковал?!

Проехали всего сорок шесть километров и обнаружили, что здесь дождя нет.

Интересно так. Стоим – за машиной дождь, а перед ней – ни капли.

Красота!

Остановились на ближайшем озере. Щучку, правда, всего одну выловили и ту небольшую. Максимум с килограмм. Зато окушков и плотвичек надергали вволю.

Друг ухитрился ежика обнаружить. Сначала облаял. Потом слышу – скулит!

Я – к нему! А он, дурашка, жалуется! Нос уколол!

Наука будет! Будешь знать, кого можно хватать, а кого – нельзя.

Приготовил обед на себя и на Друга.

Хорошо!

Интересно, а у нас всё ещё дождь или закончился?!

Дневник таскаю с собой, пишу на коленях. Без него как будто чего-то не хватает…

Не родился я ни оленеводом, ни рыбаком…

Жадность какая-то к жизни сидит во мне. Изнутри гложет.

Как много я ещё не видел на этом свете!

Как мало сделал!

К чему-то даже не прикоснулся!

А хочется расширить горизонты, изведать жизнь в её многоликости!

Нет! Ни к чему запрещенному меня не тянет! Я хочу прожить множество жизней обычных людей; тех, кто что-то создает, созерцает, осмысливает…

Жизнь потребителя скучна и бледна…

Мои горгоны вечно всем недовольны. Им даже смеяться нельзя – от смеха морщины появляются!

А я хочу смеяться, хохотать, ржать, когда мне действительно смешно, и ни на кого не оглядываться!

Я хочу сам распоряжаться временем, отпущенным мне природой!

Я, может, сад хочу посадить!

Сад! А не одно жалкое дерево!

Я хочу на старости лет сидеть у печки, окруженный детьми и внуками…

Господи, не дай мне опоздать!…

Вечер не прошел в гордом одиночестве: заявился Серега, ведомый твердой рукой бабы Тани! И как я рад был их видеть! Кто бы знал?!

В темный, холодный и пасмурный вечер нет ничего хуже одиночества… даже после удачной рыбалки…

Надо же?! Моя идея нашла отклик в массах!

До ночи обговаривали и обдумывали, как организовать маленькую гончарную мастерскую.

Вроде всё складывается.

Серега сказал, что работа вот-вот помашет ручкой. Всё к тому идет. Уезжать люди не хотят, без денег жить не могут, а работы нет.

Заколдованный круг.

Всё на глазах рушится и помочь нельзя.

Это раньше на государственных предприятиях и субботники, и труд сверхурочный… а сейчас на минимальную зарплату согласны, да нет её в обозримом пространстве.

Начнем, говорит, по вечерам да выходным, а кто без работы так и с утра каждый день может работать…

Пока это обтешемся…

Кто и баловался в детстве, позабыли всё. Считай, заново учиться.

Ну да руки вспомнят!

Баба Таня знай поддакивает. Дети далеко живут, скучно ей одной, вот и рада бесплатному цирку.

Энергии у неё! Молодой позавидует!

А тут и командир она главный, в этой затее, и работник! Спать некогда! И это её радует!

А меня?!

Не разобрал пока.

Утро вечера мудренее. Разберусь.

Гости угомонились наконец и ушли, а я спать заваливаюсь…

Ну и денёк выдался! Растянулся на год…

14 сентября

Пятница.

Вчера было тринадцатое! А сегодня ещё и пятница! Самое время новое дело затевать!

Чтоб уж наверняка!

Наверняка – что?! Чтоб не получилось?! Или наоборот?!

А вот и проверим!

Едем сегодня по округе гончарные круги собирать. Баба Таня флюгером будет работать – указывать направление, а мы с Серегой – грубой рабсилой…

На сто верст вокруг было когда-то ещё всего два гончара, помимо предков бабы Тани, разумеется. Если родичи не выбросили на помойку дедово добро, то разживемся и осчастливимся двумя гончарными кругами.

Вот счастье-то! От одного недавно в дрожь бросало, а тут утроится радость!

Никак я накануне хорошо головой обо что-то приложился, раз такую идейку подбросил.

А с другой стороны: кто народу выжить поможет, как не такие варяги, как я, судьбой заброшенные на край света?

Не пропадать же мне с тоски?

А руководить мне без разницы чем!

Есть такая каста – руководящие работники.

Хотя слово «работники» тут явно лишнее…

Ну вот. Все в сборе. Поехали…

Да-а-а… Выбрался в свет…

Я уж думал, что наш поселок жалко выглядит и на карте, и в натуре.

Оказывается, жизнь у нас бьет ключом! Даже магазин есть!

А не хочешь пожить в дыре, где обитают три человека?! Лес, озеро, река… Красота!

Люди, ау?!

Не докричишься. Автолавка раз в месяц приезжает.

Всё! Цивилизация на этом заканчивает разбазаривать свои блага по медвежьим углам.

Баба Таня заставила меня в эту поездку накупить муки, хлеба да сахару…

Я, конечно, много чего нагрёб, посмеиваясь. А потом радовался, что не стыдно к людям выходить. Сюда с пустыми руками ехать – стыдоба.

Круги нам отдали с радостью и брать за них ничего не хотели.

Но мне не привыкать к борьбе! Напихал и покупок, и денег (грошей, по моим понятиям).

Забирать у нищих последнее?! Это даже не грех. Это во сто крат хуже!

И они же ещё и благодарят!

А какой вяленой рыбой нас угостили! М-м-м! И рецепт посола выдали! А я –то думал, что вкусно рыбу солю.

Вот тебе и пятница, вот тебе и тринадцатое, когда задумку решили осуществить.

Приехал, правда, чуть живой. Друг так радовался, как будто я год дома не был. Не брал его с собой в этот раз. Соскучился, собачий Друг!

Нет! Это же я – собачий друг! А он – друг человека!

Облизал меня всего!

Давай ужинать, Дружище! Впереди у нас много славных дел!

И кто бы мог подумать?!,..

На два дня объявил выходные. Последние. Потом будем вкалывать.

Буду завтра спать до обеда.

15 сентября.

Суббота.

Доброе утро, чудило! На часах семь утра. Можно подумать, что мне к станку на фабрику…

Сна ни в одном глазу, а вчера с ног валился. Климат тут, что ли, особенный?!

Или я становлюсь отъявленным трудоголиком?!

А не съездить ли мне к Машеньке?! У неё теперь всего один выходной – воскресенье. Поеду. Впрягусь потом в работу, не вылезу из ярма.

Тут расстояния ого-го! Да ещё баба Таня, несгибаемая коммунистка, в роли вождя партии…

Берегись, братва!

17 сентября

Понедельник.

Жизнь трудящегося человека состоит из понедельников.

Нет, я не жалуюсь. Но немножко обидно: как выходной, так сутки короче крысиного хвостика; а как к гончарному кругу…

И зачем изобретать тюрьмы и каторги?!

Приковать каждого преступника к гончарному кругу навечно! А предварительно заставить его же накопать глины тонны три вручную…

Через пару лет все граждане будут законопослушными и честными до прозрачности…

В нашем поселке, видать, все бывшие каторжники. Видел бы кто, как они радовались работе!

Особенно баба Таня.

Челноком моталась между кругами и их рабами, то есть работниками; что-то поправляла, посмеиваясь добродушно; глину подносила, изделие готовое забирала.

Сама, говорит, обжигать буду. Дело тонкое. Учить долго.

А потом ко мне переметнулась. Давай, говорит, баб за швейные машинки посадим, пускай простыни да наволочки строчат.

Я обалдел. Из чего?!

А она мне: неужто материи не отыщем?!

А на рынок что с горшками ехать, что с ухватами, то бишь простынями да наволочками… Чем больше, тем лучше.

Кажется, выпустил я джина из бутылки на свою голову…

19 сентября

Среда.

Дни летят.

Птицы на юг – тоже.

А тоска осенняя развеялась в пыль.

Да и где ей задержаться?! Свободного угла нет на моей фазенде.

С ног валюсь, едва доберусь до кровати. Не успел глаза закрыть – здравствуй, новое утро!

Интересно, сколько я так выдержу?!

Народ осатанел – в работу рвется.

Баба Таня помолодела лет на двадцать!

А я на столько же килограммов похудел!

Вчера сил даже на дневник не осталось и, чую, что не в последний раз.

Нет, в поселке трудоголики не все. Приходили вчера пара пьянчуг, бурчали…

Дай, мол, на выпивку, раз добрый такой.

Глину, говорю, поезжайте копать. Машину налопатите, получите и на водку, и на закуску добавлю… и на новые подштанники…

Обиделись! Здоровья у них, видите ли, нету!

Как водяру жрать, так здоровья хватает; а как поработать, так хилые от рождения!

Развернули мы их. Все скопом окрысились, и их как ветром сдуло.

Баба Таня – истинный прораб! У неё даже пьянь по струнке ходит!

Со мной пробовали базарить, а против неё и словечка не вякнули!

Она и работничков всех живо на место вернула, а то отвлеклись…

Ей мой сарай и мой кошелек больше нужны, чем я сам…

Что-то я напраслину наговариваю на старушку-соседку. Без неё я бы отсюда через неделю сбежал, только б пыль вслед завивалась; так что, пожалуй, она мне нужнее, чем я ей. И деньги в моем кошельке она бережет куда больше, чем я сам.

Да и куда мне бежать-то?!

От неё уважение в мою сторону каждодневное. Никакого панибратства не допускает.

Удивительно даже, что я радуюсь нашему общению на равных.

Где был я недавно, и где – баба Таня! А я сейчас рад, что она меня ровней себе считает.

Друг сначала с любопытством и настороженностью следил за тем, что вокруг происходит, а теперь поуспокоился.

Машеньке ничего не сказал пока о своих планах на будущее, а сам думаю, может, зря тяну? Пора подумать и обсудить с ней наше житьё-бытьё?!

Не вечно же я буду по вечерам от усталости в кровать падать как подкошенный?!

Хочется, чтобы рядом была живая душа…

И не только собачья…

20 сентября

Четверг.

Да что ж это с днями?! Летят и летят?!

Сегодня видел в небе очередную стаю гусей! Улетают на зимовку.

Серега сказал, что скоро косяками попрут. Все болота будут ими усыпаны. Гогот на всю округу будет стоять…

Значит, зима на носу.

Уже клюкву стали собирать. Через день и наше производство станет – все в леса кинутся.

Брусники насобирались, хотя её нынче мало. Быстро всё в округе повыбрали. На клюкве много не заработаешь, но и этим пренебрегать не стоит. Зима спросит, что летом делал.

Опять же, себе надо набрать на морс, и немало, так что в субботу мы своей дружной и теплой компанией тоже за клюквой отправимся.

Мы – это я, баба Таня и Серега…

Надо же, какие мысли в голову лезут?! Клюкву собирать!

Да я всю окрестную клюкву могу скупить вместе с болотами!

Не хочется!

Интересно, сколько я собрать смогу?!

21 сентября

Пятница.

Горшки радуют глаз. Надо же, получилось?!

А не свезти ли пробную партию в райцентр?! Заодно и Машеньку повидаю…

А как же клюква?!

Баба Таня не настаивает, но поинтересовалась, едем ли мы завтра на болото. Она знает одно, где клюква особенно крупной растет. Правда, до него километров восемь, но для машины это не пробег…

И ведь согласился!

Уж сильно у неё глаза счастливые стали.

Откуда в этой сухонькой старушке столько энергии?!

Серега тоже с нами. Кто б сомневался?!

А сегодня все трудоголят у гончарных кругов и рассуждают, что этой зимой полегче будет, если покупателей найдем. Всё ж лишняя копейка, которая совсем не лишняя при их жизни.

Довели страну…

22 сентября.

Суббота.

Ну что сказать?!

Пожалуй, я погорячился, утверждая, что самое страшное на свете – это гончарный круг.

Холодрыга лютая. Ветер бешеный, ледяной. И откуда он взялся?!! А ты на болоте утопаешь в мох на половину сапог, чавкаешь противной жижей и ловишь ягодку клюквы (чтоб она сгорела!) немеющими от холода пальцами.

Баба Таня улыбается, сыплет воспоминаниями и нисколько не жалеет, что нас сюда черт принес.

Наоборот, радуется!

Выбралась!

А по мне бы – скорее на печку! Да ватное одеяло сверху!

Конечно, скоро и от меня пар пошел, и захотелось уже не на печь, а в баньку – пот смыть…

И клюквы я накидал целое ведро. Десять литров!

Серега с бабой Таней набрали по тридцать шесть литров. Как сговорились! Три ведра полных по двенадцать литров каждое!

А может, каторжников лучше в болота на перевоспитание?!.

Я больше за клюквой ни ногой!

Напарники мои решили ягоды пока не сдавать, подождут, пока цена поднимется. А по мне, так золотом за такой труд платить надо!

Я со своим ведром ни за что не расстанусь! Сам сожру за зиму! Давиться буду, а съем! Зря, что ли, мучился?!

Молодец Друг! Он дома был; а я, как цуцик какой, по болотам носился! Нет у меня ума!

Одна радость – вечером у Сереги в бане напарился. Свою топить сил не было, а жена Серегина натопила, пока мы в болоте ныряли…

23 сентября

Воскресенье.

Валяюсь на печи, на теплой лежанке. На улице ветер сумасшедший, дождь несколько раз пробовал начинать в окно стучать…

Друг тоже не дурак – носа на улицу не кажет…

Господи! Хорошо-то как!

Ветер воет за окошком, а ты в тепле, в сытости… И никакой тебе клюквы… Доволен, что кот…

Нашел на чердаке ( у меня там Клондайк прямо!) «Поднятую целину» Шолохова и читаю.

Кайф!

В школе не понял ни фига. Пролистал без всякого интереса, а книжка – класс!

Странно только, что в школе нам Нагульнова с Разметновым героями разрисовывали, а вчитался – по-моему, клоуны!

Силен Шолохов!

Правду-матку неприглядную в глаза резал, а ходил в героях.

Это не всякому дано.

Про Щукаря вообще молчу. Чудо, а не дед! Я лет тридцать так не смеялся!

Прости, дневник! Полежи спокойно. Я тебя не предаю, от Щукаря оторваться не могу…

Вот и спать пора…

Лег и размышляю, я ли это?! На печи, в деревенской избе, на краю света… в компании странных людей. Настолько мелких для моего прежнего мира, что я и не подозревал об их существовании… А сколько таких, как я прежний, не подозревают об этом до сих пор?!

Что за странная планета, наша Земля?!

Чего на ней только нет?! А мы пыжимся в своих городских муравейниках, тратим жизнь не понятно на что! И вот эти самые люди, которых мы так презираем, хотя говорим от их лица, тоже не интересуются нами, не считают нас стоящими хоть какого-то внимания! Есть мы на свете, нет нас, им от этого не холодно, не жарко. Они прекрасно без нас обходятся. Вот ведь парадокс…

Есть такое выражение «человек состоялся». После всех моих кульбитов я состоялся или нет?!

Что я из себя представляю как личность?!

Что из себя представляли те парни, которые полегли на полях сражений, не ими придуманных?!

А те, что погибли в бандитских разборках?!

Кто их туда вовлек, тот жив, потирает руки, подсчитывая легализованное награбленное. Теперь из них вылупляются честные бизнесмены, у которых на самом деле руки по локоть в крови. Кто теперь это заметит?! Будет ли расплата?! Ведь по трупам шли, добывая достаток…

Кто кому нужен на этой Земле?!

Мне, например?!.

Мне нужна Машенька. Так чего ж я на печи валяюсь и горшки леплю (пусть и не своими руками)?

Завтра же и в путь!

Подождет меня Щукарь! И все остальные – тоже подождут!

27 сентября

Четверг.

Ну и ну! Прямо не знаю с чего начать…

Коротко: и горшки продал, и женился, и хозяйством обзавелся. В ЗАГСе стоило только купюру покрупней показать, как стало ясно – деньги решают всё. А фамилию я жены взял. Может, и зря, не знаю, но неспокойно пока в стране. Посмотрим дальше, а пока и так пусть будет.

Вот как бывает: сидишь, думаешь, размышляешь. Планируешь… а потом – раз! – и в омут головой!

Вот и все размышления!

Женился! Машенька даже заявление на увольнение с работы подала. Долго я её уговаривал. Боится остаться без зарплаты, даже такой мизерной.

Согласилась жить со мной в этой дыре!

Вот это женщина!

С такой ничего не страшно!

Похвастался, что горшки хорошо пошли, воспряла духом. Ничего, говорит, проживем и в деревне. Я тоже освою гончарное ремесло, и квартиру мою можем сдавать… хоть недорого… Много ли нам надо?!

Милая… Знала бы, сколько у меня есть, не волновалась бы.

Спасибо тебе, Господи, за поистине царский подарок – встречу с обыкновенной русской женщиной из провинции!

Недавно я был в роли утопленника: без жизни в глазах, без надежды на будущее… и это в центре страны!

А сейчас?! Я не только жив, я активно и жадно жив!… Праздник после ЗАГСА устроили для двоих, мы так мало бываем вместе.

Уже простился с Машенькой у её библиотеки, уже почти проехал центральную торговую площадь, как вдруг увидел машину с номерами другого региона. Они здесь редко мелькают, вот я и вытянул с любопытством шею.

Оказывается, кур на продажу привезли. Остановился. Спрашиваю: как, мол, торговля? Плохо, – говорят. – С деньгами у народа туго, да и отвыкли хозяйство держать. На кур тоже тратиться надо, а так пошел в магазин, купил яиц и сиди себе без забот, смотри телевизор.

Разговорились. Мужик – фермер. Сам цыплят выводит, сам растит… Худой, одет бедно, не процветает, видать…

Купил я у него полсотни кур – молодок. Он мне и кормов продал, и погрузить помог, а коробок я на рынке набрал.

Расстались чуть ли не друзьями. Я ему немного денег сверху дал. Не хотел он брать, но я его уверил, что примета такая: купил много, дай денежку лишнюю, чтоб удача от продавца не отвернулась и от покупателя – тоже.

Благодарил долго. Я постарался побыстрее попрощаться, а то мужик до конца дня бы рассыпался в благодарностях.

Всю дорогу ехал и размышлял, что вся наша жизнь – сплошная цепь случайностей, которые вовсе не случайны. Думал: вот нажил головную боль, что с этой птицефермой теперь делать?

Вопрос же легко решился, но об этом чуть позже.

Машенька осталась дорабатывать, а я вернулся, деньги раздал, что выручил на рынке за наши изделия. Соврал, что себе пятую часть оставил на расходы: свет, топливо для машины…

Показал кур, спросил совета.

Серега вспомнил, что его сосед два года назад срубил себе огромную баню, аж шесть на шесть, так и стоит срубом. Сбегал к соседу. Тот радостно заявил, что продаст с удовольствием. Им со старухой и старой баньки до конца жизни хватит! Не осилит он уже это чудище.

Моментом организовали разбор, перевозку и даже собирать начали…

Есть ещё в поселке мужики, желающие, как они сказали, копейку перед зимой ухватить.

Горшки снова лепятся. Все довольны.

Зима уже не страшна.

Как мало людям требуется! Надежда на лучшее, и пожалуйста – они уже улыбаются…

Друга кормил Серега, баба Таня тоже не забывала, но мне он обрадовался как родному.

Я тоже был рад вернуться. Верная баба Таня даже домишко мой топила, чтоб я к теплу приехал, а не в ледяную избу.

У меня здесь свой маленький уютный мирок, а это дорогого стоит.

Баба Таня притащила целый кувшин морсу. Ох, и вкусен!

Кажется, я опять набираю вес.

Нет, брюшко не обвисает. Я подтянут и строен, но как-то слишком крепко и плотно сбит. Мясо наросло?! Мышцы накачал?! Или внутренним жирком обрастаю?!

Попробую завтра с Другом пробежаться, проверить свою спортивную форму…

28 сентября.

Пятница.

Ничего. Вполне в норме. Даже не задохнулся.

Побегали от души. Друг разыгрался, развеселился и меня развеселил. Подурачились на славу!

Так себя можно вести только с собакой. Был бы один – пальцем у виска долго бы крутили невольные зрители.

Хорошо!

Баба Таня пирог принесла. С брусничным вареньем. Вкуснотища!

Навернул от души и решил обед не готовить.

Сам за шифером и прочим не поехал, заказал по телефону с доставкой. Для местных ох как кусаются цены. Хорошо, когда есть деньги… и телефон на почте – прямо пуповина связи с большой землей.

Пошел к мужикам, что сарай собирали. Быстро они… И мха надрали, навозили… Умеют, когда захотят…

Я с деньгами не жмотился; может, и в этом дело…

Старушек нанял, чтобы обед посытнее сготовили, да еды побольше – на всех с избытком… В поселке толстых нет.

Удивительно, но и рыбу подмели в разных видах: копченую, соленую, жареную и в котлетах. И не приедается она им?!

Поторчал в сарае, глядя на трудолюбивых гончаров – самоучек, но от гончарного круга решительно уклонился. Баба Таня подначивала: завидно, мол, на других глядеть, самому небось сесть охота?!

Попала пальцем в небо!

Взял и объявил вдруг, что жену скоро привезу.

Оживились. Дело, говорят. Хуже нет одному бобылить…

Это точно!

Баба Таня улыбнулась: поспешил…

Спрашиваю – с чего вдруг?!

А она с лукавинкой на меня глянула и говорит:

– Сентябрь ещё не закончился. А свадебником люди издревле октябрь звали… Не дотянул маленько…

– Ничего, – отвечаю. – Здесь будет она как раз в октябре, так что выходит – в самую точку…

Пир, говорят, надо горой устраивать, раз хозяйка в дом войдет.

Надо, так устроим.

А в самом деле, почему бы и не отпраздновать?! Теперь уже и с людьми…

Не всё же им горшки лепить да по болотам ползать…

А куры пока на улице, в будке, загородкой окруженной… Ничего, недолго осталось. Скоро и им новоселье отпразднуем…

Надо же, жизнь у меня пошла – сплошные праздники…

1октября

Понедельник.

В выходные устроили у меня генеральную уборку: Серегина жена Валентина дом драила вместе с бабой Таней, хотя мне казалось, что у меня и так идеальный порядок; мы с Серегой двор убирали.

И чего я раньше не женился?!

Возился один по хозяйству… А как там у кота Матроскина: « Совместный труд в мою пользу»… Это я тоже уважаю…

Кур переселили, свет им провели (мужики рукастые, всё могут); гнезда, поилки, кормушки – всё оборудовали. Спасибо Сереге с женой. Это они все примудрили. Я в курах ни бельмеса. Просветили.

Два дня промелькнули как одно мгновение: только и помню, что до кровати на своих двоих добирался. Телевизор пылью покрылся. До того дошло, что стоит мне принять горизонтальное положение, я тут же засыпаю.

Вот тебе и «свобода нас примет радостно у входа»…

Была бы шея, хомут найдется…

Слава Богу, ягодный сезон для меня остался только в воспоминаниях…

Бр-р-р, вспомнил и дрожью покрылся… Повтора не переживу!

И как они эту каторгу из года в год выносят?! Ещё и ждут?!

Уму непостижимо!

А клюкву местные собирают до снега, иногда это до ноября тянется. И бабы с детьми ходят.

И они всё ещё живы?!

2 октября

Вторник.

Здравствуй, октябрь – свадебник! Скоро поеду за своей хозяйкой. Ух, заживу!

Помещиком!

А пока… Бегу кур кормить да верного Друга, а сам, как хороший хозяин, после них завтракать буду… как настоящий деревенский мужик… Сделаю ударение на слове «мужик». А то самому страшно.

Баба Таня вчера ввернула, что пора, дескать, под огород землю копать. Она в зиму должна перекопанная идти.

И ведь не отвертишься. Если бабе Тане что в голову взбрело «колом её оттуда не вышибешь»… истинно русский человек…

Скорее бы морозы! Могу ведь я хоть что-нибудь не успеть?!..

Только подумал, и полчаса не прошло, как явились очередные работники. Не надо ли что сделать, – спрашивают. – Мы б хоть сейчас…

– Лопаты есть?

– Есть!

– Отлично! Тащите лопаты и вскопайте, где баба Таня покажет. Она лучше ориентируется.

Не иначе на небесах кто-то мудрый за мной наблюдает и помогает по мере сил…

Неужели я в этой избе доживать век собираюсь?!

Развернулся!

3 октября

Среда

Баба Таня вгонит меня в гроб! Гонит меня собирать ягоды можжевельника, которого здесь полным –полно!

Притащила памятку, всучила мне её: почитай, говорит, поймешь, какая от него польза! Да на видное место повесь!

Я тут ещё и знахарем заделаюсь. Смех и грех!

Памятку вклеил в дневник. Пусть будет. Кто знает, вдруг и понадобится.

Вот она:

Полезные свойства можжевельника:

Ягоды собирают спелыми, то есть темноокрашенными. Их используют в качестве лечебного средства. Плоды можжевельника содержат яблочную, уксусную и муравьиную кислоты, эфирные масла, сахар, пектиновые вещества. Они повышают желчеобразование и желчевыделение, оказывают мочегонное действие, усиливают перистальтику кишечника.

Противопоказаны при острых воспалительных заболеваниях почек. Использовать лучше в составе сборов и лечебных чаев.

Можжевельник богат фитонцидами, и поэтому это отличное бактерицидное средство для лечения кожных заболеваний. Даже просто долго находиться у можжевелового куста – огромная польза для верхних дыхательных путей и оздоровления кожи.

Можжевельник укрепляет волосы и способствует их росту. Лечит дерматиты и кожные сыпи.

Плоды собирают поздней осенью. Дело это трудоемкое, если брать руками по ягодке, но можно потрясти куст, постелив под него какое-нибудь полотно.

Спелые плоды осыпятся, их останется только очистить от мусора и высушить, если собираетесь сохранить.

Сухое сырье можно хранить три года.

Вот несколько рецептов:

Первый: Сироп из ягод можжевельника принимают при псориазе.

Две чайных ложки ягод измельчить и залить двумя стаканами кипятка. После остывания процедить, добавить сахар и на водяной бане уварить до состояния сиропа. Принимать 3 раза в день по 1 ч.л.

Второй: При ревматизме суставов готовят спиртовую настойку плодов, которую втирают в больные места. На 15г плодов берут 100г водки или спирта, настаивают 2 недели.

Третий: Можно использовать отвар ягод в качестве мочегонного средства. Берем 20 г ягод и завариваем стаканом кипятка. Настаиваем полчаса. Принимаем внутрь по полстакана 2 – 3 раза в день.

Сходили! Натрясли! Ну и морока, скажу я вам, собирать эти ягоды! Никакого здоровья не захочешь!

Баба Таня всю добычу унесла домой, чтоб очистить от мусора. Потом, говорит, принесу твою часть.

– Дарю! – отвечаю.

– Спасибо! Не надо мне чужого!

Поговорили…

4 октября

Четверг

Принесла ведь эти злосчастные ягоды! Уже немного подсушенные, в полотняном мешочке. Так, говорит, и подвесь у печки.

А ещё чекушку всучила с водкой, в которой ягоды этого самого можжевельника бултыхаются. Велела в шкаф поставить, чтоб свет на них не падал. Пусть настаиваются…

Ну пусть…

Дел и без них по горло. Без этих ягод.

А баба Таня меня с обеда ещё за калганом сводила. Хочу, говорит, чтоб знал ты, где эта полезная травка растет. Накопали корешков. Их тоже на водке настаивают. От желудочных болезней. А ещё немного велела так сохранить, сухими. Не всем можно лечиться с алкоголем. Есть такие, кто не переносит его, тогда в кипятке заваривают корень. И от сердца, говорит, помогает корешок этот.

Бог мой! И зачем нам аптеки?!

Хотя, где они тут?! Эти аптеки?

Куда деваются дни, если люди кругом толкутся, работают? И ты в этой круговерти вместе с ними кружишься день-деньской.

5 октября

Пятница.

Надо же как здорово звучит: пятница… А всё потому, что еду в обед за Машенькой. Украду прямо с работы, с которой она сегодня прощается…

За всем хозяйством баба Таня с Серегой присмотрят, верные друзья мои и помощники. Что б я без них делал?!

В городе задержусь: пока Машенька соберется, пока затаримся… Теперь не только о хлебе насущном для себя, но ещё и о корме для кур надо позаботиться, и чем ораву работников кормить…

Скутер Сереге презентовал. Пусть с женой в клюкву ездят, а то пешком далеко, а они всё бродят, мешки на себе носят… Набедовались за последние годы. Голода реально боятся.

Неужели в наше время и такое бывает?!

8 октября

Понедельник

Вечер. Баба Таня с Машенькой в курятнике застряли. Сегодня куры снесли первых три яйца. У женщин праздник!

Как мало нужно для праздника – всего лишь новое событие; даже самое крошечное, но новое!

Закупил в городе зерна разного (один магазин всего лишь им торгует и то с перебоями, так что мне повезло!), не грозит курам голодовка.

Серега сказал, лед станет – рыба брать начнет. Куры и рыбу отварную едят!

Совсем хорошо! А то ведь не наездишься в такую даль. И что я всё сам катаюсь? Надо бы водилу подобрать…

Машенька котенка привезла, Друг тоже рыбу уважает, ещё и куры… будет для кого ловить! Прикипел я к этому делу. В азарт вошел.

А если ещё нас посчитать да бабу Таню с подружками, то на озере прописаться придется. Но я этому только рад.

А Серега подначивает: в огород, говорит, тоже рыбные остатки годятся, а то земля у нас бедная, без урожая останешься. А так закопаешь немного рыбы под помидорный куст или под огурец, так и урожай огребешь.

Господи, как в этом мире всё сложно!

А главное, все жрать хотят: и люди, и звери, и растения…

9 октября

Вторник.

Женщины планируют на воскресенье праздничное угощение для всех в честь моей женитьбы. Продуктов я навез гору, а вот горячительного совсем немного взял. Ни к чему нам пьянка. Давно держу марку трезвенника. И не тянет ведь к этой заразе. Как отрезало. Воздух тут, что ли, особый?!

Мужики не сильно довольны, а женское население меня поддерживает.

Посмотрим… Этой дряни и тут прикупить можно…

Но не буду!

Горшки копятся, скоро везти на продажу, а баба Таня с шитьем не унимается. Придется видно машинки швейные искать и материал на белье постельное. Интересно, что ещё можно шить – простенькое, но нужное?!

10 октября

Среда.

Боже, как летят дни?! Скорее бы зима! И в спячку! В спячку! Везет медведям!

Мечтать не вредно!

Гончарные круги пользуются популярностью: один уходит, другой садится…

Если б на ночь не выгонял, и в третью б смену работали! Говорят, русский мужик ленив! Черта с два! Руководить надо уметь и прибылью по-честному делиться!..

Как бы мне про сына что-нибудь узнать?! Или рано ещё из подполья выходить?

Вроде, тихо?!

Жизнь – прекрасная штука… и посуда, кажется, сама моется…

Правда, мечта о долгих тихих вечерних посиделках с женой так и остается мечтой. Ну да ладно, какие наши годы?! Насидимся ещё!

11октября

Четверг

Утром ощутимый заморозок, зато какой ясный день! Летом пахнуло; правда, куртки носим уже теплые и яркость дня была слишком кратковременной, но спасибо и за это.

Удрали с Машенькой в лес на целый день. Рюкзачок с едой прихватили… как же вкусно всё на свежем воздухе!

А воздух и впрямь свеж! Освежает прохладой здорово! Уже не об осени, о зиме задумываешься, вдыхая его.

Объездили всю округу: посетили мои любимые озера, посидели на бережках, послушали шум сосен в поднебесье, побродили по лесным тропинкам…

Мне кажется, я лет десять с плеч сбросил…

Машенька знает, что я дневник веду, но читать не просит. Она в это время свое что-то пишет: стишки, заметки, наброски… Мне не показывает: это, говорит, черновики; вот закончу – ты первый прочитаешь…

Пошутил: а я дневник для себя пишу… единолично…

Правильно, говорит, дневник – это личное, не надо его никому демонстрировать, а я так… калякаю…

Но вот что получается: даже писать дневник вечером в тишине гораздо интереснее, когда рядом живой человек…

А Друг с котенком играет… Вот и верь после этого фразам: живут как кошка с собакой… А может, животные просто мудрее, чем мы, люди?!

Через два дня ещё раз отметим такое важное в нашей жизни событие…

А мне чудится, что я всю свою долгую жизнь прожил здесь с Машенькой… и с этими людьми…

Кажется, и не было больше в жизни ничего… и не нужно…

Изредка по телевизору вижу бывших соратников (так, кое-кого), но нигде ничто не ворохнется… кино…

А реальность – вот она, здесь и сейчас…

Сына бы сюда…

Неужели наши слова материальны?!

Глубокая ночь, а я – к дневнику…

Заговорили перед сном о детях. Машенька всё спрашивала, как я к ним отношусь. Конечно, положительно!

Мы приходим в этот мир, чтобы дать жизнь другим!

Машенька сказала, что мы уже подарили кому-то жизнь… ещё в первую встречу… осталось подождать всего немного…

Ну как тут уснуть?!

Как прожить эти несколько месяцев?!

Нет ничего тяжелее ожидания. И нет ничего радостнее.

И всё равно я вырву своего мальчишку у горгоны. Выкуплю, если понадобится! Вряд ли он ей нужен без моих алиментов и постоянных денежных вливаний.

Как бы сделать это побыстрее?

А так. Решил – делай!

13 октября

Суббота

Эх! Бог не выдаст, свинья не съест!

Возил горшки на продажу.

Позвонил племяннику. Горгоны наседали на него, хотели узнать, где я и что со мной. Обещают его по судам затаскать. Наследство требуют.

Наследство!!! А я жив!

Позвонил своему юристу. Мы с ним сто лет знакомы. Не сдаст.

Велел от моего имени горгоне передать: хочет денег – пусть отдаст сына! Заодно сообщил, что женился и завещание в пользу жены и её родственников составил. Если с ней что случится, там такая очередь, что горгонам ничего не светит до страшного суда. Так им пусть и передаст. Всем троим. Денег никому ни копья, самому мало. Имущество всё расписано, но не им. Отдаст сына, получит денежку; не отдаст – пусть растит на свои.

Юрист – мужик умный, калач тертый. Всё понял, все исполнит. Гонорар в случае успеха получит в том размере, как обычно получал. Плюс премия, если нервы мне мотать никто не будет.

Повеселел юрист мой. Почуял денежки.

Верю, надеюсь – все получится!

Что ж мы с Машенькой двоих деток не подымем?!

Она вон даже горшки лепить ради меня согласна научиться!

А я и рыбак, и кур покормить сумею! Не пропадем!

Да! А огород?! Он же уже вскопан! Пусть и не нами, но весной засеем и картошку посадим, как все.

Да мы обеспеченные люди!

Красота!..

Серега щуку приволок килограммов на пять весом ! Где взял? – спрашиваю. – Почему без меня?!

В сетку, – говорит, – попалась. Хочешь, поехали завтра со мной вместе сети проверять?

А поехали!

Ни разу не ставил сетки и не вытаскивал. Попробую!

Баню свою натопили, напарились, чаю ароматного с травами напились… Чем не жизнь?!

14 октября

Воскресенье.

Ну и денек!

Про собственный праздник забыл!

Серега явился в потемках, трудоголик чертов! Пока доехали, пока проверили… Улов знатный – килограммов тридцать щук, окуней, язей и плотвы без счету…

Домой явился, там бабы столы накрывают, мужики стоят в сторонке покуривают… ну и на подхвате: подай, принеси, подвинь…

Пока отмылся, переоделся, всё и готово! Даже те десять кило крупной рыбы, что Серега – таки выгрузил, и те почистить успели, а потроха курам отнесли. Надо ж, какие хозяйственные.

Праздник устроили, дай Бог каждому! И песни тебе тут, и обряды народные, и танцы для всех…

Машенька раскраснелась, развеселилась, будто век среди этих людей жила!

Разошлись поздно.

Я записал три строчки. Всё на сегодня. Не до дневника…

15 октября

Понедельник.

С того момента, когда мы в ЗАГСе расписались, я – счастливый молодожен! Но почувствовал себя им только вчера.

Сегодня я уже солидный отец семейства! Прибавления ждем с нетерпением.

Надо Сереге сеть новую купить. Эта скоро в негодность придет. Не хочу быть в нахлебниках.

Горшки лепятся. Куры несутся. Рыба ловится.

Это теперь моя жизнь!

Самое главное забыл – посуда моется без моего участия!

Какое счастье!…

Выглянул в окно: снег- снежок, белая метелица! Всё снежком за ночь присыпало! Вот тебе и раз! Не рановато ли?!

К обеду баба Таня просветила: Покров, говорит, вчера пришел, так что всё по правилам. На Покрова Святой Богородицы, если я правильно запомнил, снег должен землю прикрыть.

А по мне, так рановато зиме ещё… Интересно, стает снег или останется?

17 октября

Среда.

Снег лежит… Уж покрыла Богородица своим платком землю-матушку так покрыла…

Неужели зима?!

Вот так, сразу?! Прямо посреди осени?!

Машенька говорит, что в их краях так и бывает: вчера – ещё осень, а сегодня – раз! – и зима! Без всяких подготовок и объявлений… Два года назад клюкву до пятого ноября собирали. Хороший был год. Чаще снег в октябре ложится.

Не хотелось бы… Я ещё к осени не привык, а тут – бац! – и зимой по темечку…

Но народ местный я понимать лучше стал: при таком количестве зимних дней в году поневоле будешь о припасах заботиться, а не думать о том, кто в кресла правительственные сядет…

Да пофигу их!

Какая разница кто там, наверху?!

Выжить бы людям здесь и сейчас…

18 октября

Четверг.

Снег лежит…

Ходили гулять по ближайшему лесу. Интересно наблюдать, как на чисто-белом покрывале из снега отпечатываются следы: мои – самые крупные, потом Машенькины – поменьше, следы Друга, который носится кругами, заливается счастливым лаем и истоптал всё кругом…

Самые крошечные следочки оставляет котенок. Он тоже дома не усидел, увязался за нами. Передвигается короткими перебежками, временами останавливается и брезгливо отряхивает лапки…

Смешной…

Находился котенок быстро, запросился на руки жалобным мяуканьем; конечно, хозяйка сжалилась – взяла.

Вот так, всем семейством, гуляли около часу; потом столько же времени пили чай у теплой печки. Уточню: собака и кот лакали молоко, а чай пили мы с Машенькой.

Куры стали хорошо нестись. А курятник оказался любимым местом и бабы Тани, и Машеньки. Вот и угадай скудным мужским умишком, что будет для женщины самым желанным?

Украшения лежат без движения в подаренной мною же шкатулке, платья пылятся в шкафу на вешалках, а моя хозяйка в любимых стареньких спортивных штанах все свободные минутки пропадает в курятнике.

А ведь она горожанка! Пусть и из маленького городка.

Необычное привлекает?

Или забота о живых существах – в крови?!

Как бы там ни было, но жизнь наша заполнена событиями и хлопотами до отказа…

19 октября.

Пятница.

Снег лежит…

Всё. Приплыли. Зима, видать, пришла не шутя и не на время…

И мы теперь – зимовщики… Хорошо, хоть не на льдине…

Интересно, а Машенька не разочаровалась в деревенской жизни? Всё-таки глушь тут беспросветная…

Смеется: нашел о чем спрашивать?!

Здесь прекрасно!

Еда свежая, воздух свежий; природа, люди, даже куры – всё новое, яркое, привлекательное!

И нет тоскливого одиночества по вечерам!

Смотри, как нас много: ты, я, баба Таня и другие люди, собака и кот, куры…

Ну вот… меня вместе с курами посчитали!

Весело!

Я сейчас столько раз за день смеюсь, сколько раньше за десять лет не смеялся!

Огорошили меня новостью: баба Таня продала два десятка яиц от наших кур! Гордятся прибылью!!!

Мать честная?! Зачем евреи мучились, придумывая деньги, банки… Кого это сделало счастливым?!

Богатые появились, озабоченные делами сверх меры, суетливые и нервные – тоже, а процент счастливых остался прежним.

Может, не биржи для торгов нужны, не приватизация, а простая постройка обычных частных курятников?!

Всем по курятнику – и делить нечего?! А кто ж тогда яйца покупать будет? Старые и слабые, кому работать уже не по силам. А молодым валютой торговать не годится. В молодости физический труд на пользу.

Бог мой, сколько у нас тем для разговоров по вечерам появилось: где бы взять инкубатор, не построить ли ещё один сарай и цыплятник, не купить ли козочку, чтобы молоко свое было, целебное?!…

Баба Таня помолодела лет на тридцать и, по-моему, процесс этот продолжается стремительными темпами.

Ребятишки, которые ещё здесь не совсем вывелись, приходят на курочек посмотреть; бабы в очередь на яйцо записываются. Говорят, вкуснее магазинных… Свеженькие…

Этак я ещё и фермером стану, а не только хозяином подпольной гончарной мастерской.

Интересно, скоро власти и недоброжелатели всех мастей встрепенутся и вспомнят, что налоги-то я не плачу, в качестве предпринимателя не регистрируюсь…

Ну их, эти власти! Не к ночи будь помянуты…

20 октября

Суббота.

Трудный день: стирки, уборки, бани… Я по мере сил под ногами путаюсь, но баба Таня скоро прогоняет: без тебя, говорит, быстрее…

Пойду с Другом погуляю…

21 октября.

Воскресенье.

Законный выходной. Уговорил Машеньку съездить в другой райцентр, посмотреть, как там люди живут, по магазинам походить…

Поехали…

Ну что сказать?! По-моему, везде одинаково… Магазинов только чуть побольше, потому что народу живет тоже значительно больше. Покрупнее городишко, но скука та же…

Однако напокупали в достатке всего. Машенька радуется любой мелочи, как ребенок. И я радуюсь её радости…

А не привезти ли и сюда наши горшки на продажу, когда партия готова будут?

Попробую.

23 октября.

Вторник.

Замечательный вечер.

Машенька написала новый рассказ. Говорит, что увидела во сне странное, очень грустное существо и фантастический рассказ мгновенно родился в голове, осталось только записать.

Читали вместе. Мне понравилось: тонко, лирично, за душу берет.

Буду собирать всё, что она напишет, потому что это ярко, талантливо, достойно того, чтобы другие читали. Я соберу всё написанное в одну книжку и издам. Сделаю любимой сюрприз.

Господи, спасибо тебе за Машеньку! Спасибо за нежность, которую я ещё могу испытывать! Спасибо за нашу взаимную любовь и понимание!

Спасибо за счастье, которое я не заслужил!

Ещё бы сына привезти. Вспоминаю о нем всё чаще. Скучаю.

25 октября

Четверг.

Сегодня впервые заговорил с Машенькой о сыне. Она согласна, что мальчика нужно взять сюда. Для мальчишек отец важнее матери. Надо поговорить с бывшей женой, пусть отпустит пацана к нам на время, а там посмотрим…

Всё время чем-то заняты, о скуке, которой я так боялся недавно, и воспоминаний нет.

28 октября

Воскресенье.

Вчера ездил в соседний райцентр с горшками. Распродал всё. Звонил бывшей. Третьей горгоне. Разговор дался трудно, но я стоял на своем: денег нет, работы нет, алименты платить не с чего.

Вытерпел получасовую истерику. Не баба, а танк – любую оборону прорвет. Хорошо, что я в боях закаленный…

Предложил, чтобы сын пожил у меня. Обрадовалась. Хоть совсем, говорит, забирай! Я молода, мне свою судьбу устраивать надо. А с такой гирей на ногах не больно-то разгонишься…

Вот и ладно…

Что и требовалось… Она мне ребенка и отказ от него, а я ей денежку… Доверенность на счет, на котором приличная сумма лежит – полеживает.

И все довольны.

Перезвонил матери. Сказала, что сестра моя сейчас в отпуске, так что съездит за моим сыном без проблем.

Куда везти, пока не сказал. Пусть заберет сначала. Пусть юрист все оформит правильно. И доверенность через него, чтоб сестра часть денег в банке сняла на поездки и на всё необходимое. Сумму назвал. Остатки – горгоне. Пусть Горгоны убедятся, что я и впрямь гол как сокол. Сразу отстанут. Ещё про один счет им знать не надо.

Ну вот. С важными делами разобрался. Осталось только ждать.

5 ноября.

Воскресенье.

Надо же: начали в этот день и закончили тоже в воскресенье. Встретил сестру с сыном утром на железнодорожном вокзале за двести километров от дома.

Сестра приехала на три дня всего. Уже и билет обратный с собой. Что ж, дела у каждого свои. Спасибо, что выручила.

7 ноября

Вторник.

Как дни летят! Сестра поозиралась сначала на наши просторы, но быстро привыкла.

Понравилось ей у нас, и Машенька понравилась. Быстро общий язык нашли. А с горгонами так и не разговаривала вовсе.

Сын как прилип ко мне, так и ходил везде следом. Соскучился.

От тетки тоже не бегал и незаметно к Машеньке прикипел, они же с сестрой везде вместе. Бабу Таню уже бабушкой зовет, а та так и норовит его на руки подхватить да вкуснятины подсунуть… И ведь ест ребенок, не капризничает! Всё подряд молотит за обе щеки! Чудеса!

Когда ребенок увидел кур, он даже про меня забыл. Говорит, не уйду из зоопарка. Яйцо взял, что курица снесла, и как закричит: оно же тепленькое?! А в глазах – удивление и радость!

Ничего странного: он до этого яйца только из холодильника видел и брал. А какая уж там теплота?!

8 ноября.

Среда.

Проводил сестру, передал с ней денег для мамы, её тоже не обидел. Сначала отнекивалась, но понял я уже, что несладко им живется в материальном плане, как и всем честным людям сейчас. Потом купил всем своим лыжи, вернулся глубокой ночью…. Спать…

10 ноября

Пятница.

Будто всю жизнь так и жили – втроем!

Учились на лыжах кататься. У всех хорошо получается. Довольны прогулкой.

Какой у меня беспроблемный ребенок: веселый, любознательный, старательный, послушный!

Какая замечательная у меня жена!

Значит, и сам я чего-то стою?!

Значит, не зря я прожил свою жизнь?!

И сколько ещё впереди!

Хочешь, чтобы Бог думал о тебе, думай о Боге!

Господи, не оставь меня! Не оставь мою семью!

А я… что смогу… сделаю. Ты только подскажи чуть – чуть… самую малость.

Я пойму.

13 ноября.

Понедельник.

Всё-таки понедельники играют какую-то особую роль в моей жизни.

Сегодня собрались поговорить о дальнейшей жизни.

Никого не звал: делегация целая явилась и каждый – по доброй воле.

Восемь активных людей в одном небольшом поселке – это сила.

Рынки наши товаром пока не перенасыщены. Решили заниматься гончарным делом и дальше, поддержать идею бабы Тани и начать шить постельное белье и простые мелкие изделия, нужные в повседневной жизни.

Как ни смешно мне было вначале, когда я покупал кур для прикола, можно сказать: оказалось, что и это направление надо развивать.

Яйцо продовольственное приходит в нашу глубинку частенько не совсем свежим, да ещё полежит в нашей лавке. Жалуются люди, что купишь эту тухлятину и выбросишь. Ни денег, ни еды…

Ну что ж! Это самое простое. Фермер тот, у которого я кур купил, телефон мне свой на обрывке листка накарябал и в карман сунул, так он там и лежит…

И земля здесь есть, оказывается, ничейная. Бурьяном заросла.

Когда-то за покосы да огороды дело до драк доходило, каждый клочок был обихожен, а теперь ни людей, ни покосов. Малый процент используется.

Ну что ж, покумекаем.

Отведем землю как положено. Пропишется здесь Машенька, и оформлю всё на неё. Мало ли, что со мной может случиться, не пропадет…

Как вспомню свою хандру в первые дни по приезде сюда, свой ужас перед надвигающейся зимой, так самому смешно становится.

Снег, по-моему, тоже украшает природу; а мороз… Мы ведь не у костра в пещере живем, нам есть во что укутаться и где переночевать в тепле…

Нет на свете ничего такого, что человек преодолеть не может, пока он жив.

А мы не просто живы: мы здоровы, бодры, веселы и полны надежд на будущее!

Мы – восемь неравнодушных людей, желающих работать вместе!

Спасибо тебе, Господи, за всё!

И за этот день – тоже!

И тебе спасибо, мой верный Дневник, верный спутник моего одиночества. Отправляйся на заслуженный отдых. Нет больше одиночества в моей жизни. И страха перед жизнью тоже нет. Всё в прошлом осталось.

А впереди столько дел, что времени и на сон мало. Впереди – счастье!

Прощай, Дневник.

Здравствуй, реальная жизнь!

И не говорите мне, что она банальна, моя сегодняшняя жизнь!

Что вы знаете о банальности?!