Kitobni o'qish: «Бессмертная душа. Часть 2»

Пролог

– Где я?! – с этой мыслью Стас распахнул глаза.

Первые секунды вокруг был лишь один мрак. Постепенно мрак начал исчезать…. И он полетел куда-то вниз, далеко вниз. Он был, словно невесомый, и ему было даже не за что ухватиться, чтобы остановиться. Вокруг была лишь одна темнота. И вот всё остановилось. Мрак начал рассеиваться и всё окрасилось в красный цвет. В такой пронзительно красный, что у парня даже начало резать глаза. Куда бы он ни смотрел, был лишь этот красный цвет.

Тут Стас почувствовал жар, что тут стоял. Здесь было так жарко…. Молодой человек опустил взгляд и увидел, что волосы на его руках мгновенно испарились. Он дотронулся до головы. Волосы на его голове тоже тотчас сгорели, не оставив ничего. Эта жара…. Она была настолько сильна, что голова Стаса перестала соображать. Он ничего не понимал! Он беспомощно крутил головой, надеясь увидеть хоть что-то, что спасёт его. Но вокруг была пустота. Он ничего не видел кроме этого пронзительно красного цвета.

Во рту в ту же секунду стало так сухо, что Стас отдал бы сейчас что угодно хотя бы за один глоток воды. Парень точно знал, что уже этот один глоток воды способен его спасти от этой жуткой жары, что он никогда ранее не ощущал. Так жарко…. Молодой человек был способен думать только об этом.

Жара была настолько сильной, что его мучила ужасная жажда. Глаза наливались кровью, и, казалось, вылезали из орбит. Язык прилип к нёбу так, что он никак не мог им пошевелить. Дыхание было учащённым, и Стасу казалось, что ему не хватает воздуха, и он вот-вот задохнётся. Всё тело было погружено в ужасный жар, парню казалось, что ещё немного, и он весь сгорит. Жаркий воздух проходил сквозь тело, обжигая его ужасным жаром.

В глазах парня начало проясняться. Глаза привыкали к этому пронзительно красному цвету, и он увидел, что вокруг был огонь…. Настоящее пекло…. Вокруг были только языки пламени. Они окружали и его, и молодой человек ясно видел, как языки пламени лижут его тело. И медленно к парню приходило осознание, где он. Он в аду! Он попал в ад!

– Нет, нет…. Нет…. – зашептал Стас, с трудом шевеля непослушным языком, и им начинало овладевать отчаяние и жуткий страх. Он не хотел оставаться тут. Он не хотел оставаться в аду. – Нет…. Пожалуйста, только не это! Пожалуйста! – голос парня начал срываться на крик. С каждой секундой ему становилось всё жарче и жарче, а в голове звучали все его последние слова, что он говорил: «Ну, если вас в аду не будет, то замечательно! Могу и туда отправиться. Лишь бы вас не видеть!». И вот он был в аду…. Но он не хотел тут оставаться…. Ему было так страшно….

– Ааа… – начали доноситься до парня чьи-то крики. Кто-то кричал так пронзительно и громко, что Стасу стало ещё страшнее.

– Только не в ад…. Пожалуйста, Боже! Пожалуйста! – кричал он. – Мам, пап, простите меня! Простите! Пожалуйста! – страх так сильно сковывал тело молодого человека, что он не мог даже с места сдвинуться, хотя ему хотелось просто бежать. Бежать подальше от этого места.

Вот только бежать больше было некуда! Вокруг было только пламя! Множество языков пламени вокруг и конца им не было видно. Стас посмотрел вверх, но и там он видел лишь пламя. Оно окружало его со всех сторон. Отчаяние, страх, злость на самого себя…. Всё это переполняло парня, и от этого он кричал ещё сильнее.

– Кто-нибудь! Прошу! Я не хочу…. Я не хочу…. Пожалуйста, помогите! Боже, прошу Тебя! – молодой человек закрыл лицо, не в силах больше видеть это пекло вокруг.

Это пламя продолжало лизать его тело, заставляя Стаса морщиться от жара и боли, что начинало наполнять его тело. Ему хотелось, чтобы всё это были лишь страшный сон. Вот сейчас он откроет глаза и он дома…. Но когда парень открыл глаза, он всё также был тут. В аду…. Отсюда не было выхода! Не было никакого выхода….

– Аааа! – заорал Стас, не в силах сдерживаться. Боль и жара были слишком сильны. Он крепко сжимал зубы, скрежетал ими, но боль оставалась. Она не отступала ни на секунду. – Простите меня! Мне так жаль! Мам, пап, простите! – кричал парень, хоть и понимал, что они его уже не слышат. Они больше никогда не услышат его, и он не сможет попросить у них прощения за всю боль, что он им причинил. Ведь они были правы! Они были во всём правы!

– Ааааа! – донёсся до Стаса чей-то душераздирающий крик, и парню понадобилось около минуты, чтобы понять, что это его собственный крик. Это кричал он. Даже не кричал, а громко, что есть силы, орал.

– Боже, пожалуйста! – опять взмолился молодой человек. – Я Тебя умоляю! Пожалуйста, прошу Тебя! Пожалуйста, Господи! Прости меня! Господи, я Тебя умоляю! Пожалуйста!

Он продолжал что-то ещё кричать, но всё было впустую. Огонь никуда не уходил, боль и жара оставались, а на место отчаяния и злости приходила сильная тоска…. Он ведь больше никогда не сможет увидеть никого из друзей, из Церкви, не сможет увидеть родителей, Христа…. Всё было кончено!

Глава 1. «Сломленное сердце»

Перед Стасом стояла тарелка с ароматной форелью и картошкой, которые только недавно пропеклись вместе в духовке. Запах стоял невероятный, так как мама пекла эту наивкуснейшую рыбу с картошкой также вместе с различными приправами и сыром. Можно было даже не сомневаться, что рыба вкусная, и родители уже с наслаждением её поглощали, не видя ничего вокруг.

Вообще форель считается одной из самых вкуснейших рыб, и в этом можно было даже не сомневаться. Но Стас даже не притронулся к ней. Он уже около десяти минут сидел перед тарелкой и смотрел на рыбу, но так и не смог отломить кусочек и отправить в рот. У молодого человека не было аппетита. Ему кусок в горло не лез и, сколько бы он не смотрел на рыбу, начать есть её не мог.

Парень сжал в руках вилку, и уже в который раз дотронулся до форели, слегка двигая её по тарелке. Станислав очень старался заставить проснуться аппетит или хотя бы заставить себя съесть хоть что-то, но не мог. Молодой человек тяжело вздохнул и отложил в сторону вилку. Он слегка отодвинул тарелку, поднял глаза на маму и заговорил:

– Мам, ты прости, но я не буду.

На него тут же уставились две пары удивлённых глаза. И отец, и мама сразу перестали ужинать, не сдерживая своего удивления.

– Нет аппетита, – поспешил добавить Стас, и поднялся из-за стола.

– Стасик, ты чего это? Ты не хочешь форель? – спросила мама, с удивлением смотря на сына.

– Прости, но у меня нет аппетита. Я не хочу ужинать, – и он поспешил покинуть кухню.

– Он даже ничего не съел, – подметила женщина, посмотрев на тарелку сына. – Совсем к еде не притронулся!

– Да, я вижу, – кивнул Виктор Петрович. – Странно.

– Он уже который раз отказывается кушать, – вздохнула мама. – Ты говорил, что от форели он точно не откажется.

– Да, я был в этом уверен, – мужчина придвинул к себе тарелку сына и окинул её взглядом. – Вообще не притронулся к рыбе. Даже не попробовал!

– Может, ему не нравится форель? – предположила Лариса Викторовна.

– Ну, кому она может не нравиться? – слегка улыбнулся глава семейства. – Она же восхитительная! Самая вкусная рыба! И раньше Стас всегда её любил. С чего это она сейчас должна ему не нравиться? Нет. Дело в чём-то другом. С ним что-то не так!

– Что?

– Что-то, но что именно он не говорит, – отец отодвинул тарелку сына обратно на место. – Ты же видела его взгляд? Когда он говорит с нами, и мы о чём-то общаемся, у него абсолютно безразличный взгляд и такой задумчивый…. Он вроде бы и с нами, но вроде и где-то далеко. Я без понятий, что с ним происходит и с чего он внезапно стал каким-то… отстранённым что ли. Не знаю…. – мужчина качнул головой.

– Да, я заметила, что с ним что-то неладно. И чувствую, что его как будто что-то тяготит. Но он молчит и ничего нам не рассказывает. Не понимаю, почему…. Что с ним такое? Всё же вроде было нормально и тут раз…. Ничего не могу понять.

– Надо будет с ним сейчас поговорить, – решил Виктор Петрович и вернулся к еде. – Только сначала всё доедим и сразу пойдём говорить с ним.

– Хорошо. Давай, – не стала спорить жена и вернулась к еде.

Стас тем временем, покинув кухню, прошёл в свою комнату. Там он устало завалился на кровать, сунул наушники в уши и прикрыл глаза.

Прошло меньше недели со смерти Сергея, а парень до сих пор не мог поверить, что его больше нет. Рука молодого человека постоянно тянулась к телефону, желая позвонить другу и поговорить с ним. Но он вовремя останавливался, понимая, что Серёжа мёртв. Его больше не было! И от этого становилось так тяжело и больно на сердце, что он не мог ничего делать. Он только лежал на кровати, слушал музыку и смотрел в одну точку.

Станислав понимал, что Сергей теперь находится в аду и уже там сейчас страдает. По его вине из-за того, что тогда он не захотел рассказать другу, что христианин, у Серёжи даже не было шанса на спасение. И по его вине тот теперь попал в ад и мучается. Парень не мог не винить себя, ведь может быть, если бы он тогда открылся и всё рассказал, другу было бы легче пережить такое в своей жизни. И вполне возможно он не стал бы убивать себя. А также Серёжа не стал бы это делать, если бы он тогда, как следует, поддержал его и помог ему. Но он лишь сказал другу пару утешительных слов, и вот того уже больше не было. Те утешительные слова ему не помогли! Надо было уделить другу лишь немного больше времени и с ним всё было бы хорошо. Но время назад уже не вернуть и больше ничего не изменить….

Каждый раз, когда молодой человек закрывал глаза, он представлял, как Серёже было плохо после того, как Василиса его отвергла. Как он дрожащими руками звонил ему, желая получить поддержку и услышать добрые слова. А потом Стас видел, как Сергей ещё больше расстраивается из-за того, что он не поговорил с ним, а позднее берёт в руки нож и вскрывает вены…. Вот течёт кровь медленно и тихо. И также медленно и тихо угасает жизнь друга. Рядом с ним нет никого! Он один и просто умирает, страдая от пожирающей душу боли. А, придя в себя, Серёжа видит, что попал в ад на вечные страдания, и нет больше ничего и никого, кто мог бы ему помочь. Никто не сможет его спасти и избавить от этих страданий. Эти страдания будут вечны….

Парень резко распахнул глаза. Думать об этом было ещё больнее. Он не смог спасти друга. Не смог ему помочь…. Всё было кончено! Лежать так, слушать музыку, и думать об этом было ещё невыносимее. Он уверенно поднялся с кровати и подошёл к шкафу. Стасу было просто необходимо сейчас выйти на улицу, подышать свежим воздухом и немного пройтись. Находиться в квартире он больше не мог.

Станислав быстро переоделся в то, что первое попалось на глаза и, не снимая наушники, двинулся к прихожей. Там наклонился и начал надевать кроссовки, даже не смотря по сторонам.

– Стасик, – донёсся до него мамин голос.

Молодой человек поднял глаза и увидел, что в прихожую прошли родители и внимательно смотрят на него. Он вынул один из наушников и вопросительно посмотрел на родителей, не понимая, что им нужно.

– Стасик, мы хотели с тобой поговорить, – начала мама.

– Сейчас говорите. Что? – всё также вопросительно смотрел на родителей Стас и продолжил завязывать шнурки.

– Сынок, мы переживаем за тебя, – проговорил Виктор Петрович. – Мы видим, что с тобой что-то не так. Пожалуйста, расскажи нам, что с тобой? У тебя что-то случилось? Поделись с нами, пожалуйста.

– Со мной всё нормально, – пожал плечами парень.

– А нам так не кажется. Мы же видим, что с тобой происходит что-то неладное. Ты почти ничего не ешь уже который день.

– Просто нет аппетита! – кратко ответил сын.

– А почему нет аппетита? – не желал сдавать мужчина. – У тебя что-то случилось? Может быть, у тебя что-то болит? Если у тебя какие-то проблемы со здоровьем, то давай мы тебя отведём к врачу. Он тебя проверит, и мы хотя бы будем знать, что с тобой.

– Нормально всё у меня со здоровьем, – поморщился Станислав и начал натягивать джинсовую куртку на плечи. – А если понадобится, то я сам схожу к врачу. Мне не десять лет! Меня водить к врачу не надо!

– Стасик, мы просто волнуемся, – добавила мама. – Мы же не понимаем, что с тобой такое, а сам ты ничего не говоришь.

– Я же уже сказал, что со мной всё нормально! – повторил молодой человек и тяжело вздохнул.

– Ты прости, сынок, но не похоже, что с тобой всё нормально, – возразил глава семейства. – Мы же знаем тебя. И видим, что тебе плохо. Что-то с тобой не так! Но мы не можем понять что, – Стас опять тяжело вздохнул и сделал такое выражение лица, что отец поспешил сказать: – Хорошо, если ты уверен, что у тебя всё хорошо со здоровьем, то ответь на один вопрос. Что тогда с тобой? Почему ты почти ничего не ешь?

– Не знаю. Просто не хочется, – спокойно выдал парень, будто это было совершенно нормально. – Не доставайте! Я вообще спешу. Увидимся вечером, – и он поспешно покинул квартиру, избежав остальных вопросов от родителей.

Оказавшись на улице, Станислав с облегчением вздохнул. От родителей ему получилось убежать, но от себя было не убежать. Молодой человек рассчитывал, что ему на воздухе станет сразу легче, но… этого не произошло. На сердце было всё также тяжело и больно. Он надел второй наушник, включил музыку погромче и двинулся по дороге.

Медленно прошли две недели. Теперь дни для Станислава тянулись очень медленно, ведь мало того, что он теперь остался без друзей, так ещё переживал смерть друга и был постоянно погружен в тяжёлые и мрачные мысли о судьбе Сергея. А не думать об этом парень просто не мог. Он больше почти ничем заняться не мог. Все действия делал на автомате и без малейшего желания. Так молодой человек ходил на спевки, приходил на собрания, занимался учёбой, готовился к экзаменам и выполнял всякие дела по дому. Всё было просто на автомате, по привычке, просто потому, что так надо.

Ведь нельзя было резко всё забросить и просто сидеть на кровати и ничего не делать. Хоть Стасу этого и хотелось, он себе это позволить не мог. Поэтому продолжал делать всё то, что делал раньше, но без какого-либо желания. Хотя бы во время выполнения разнообразных дел, парень мог отвлечься от мрачных мыслей и даже переставал думать о Сергее. Но стоило ему остановиться и перестать чем-либо заниматься, как эти мысли моментально возвращались.

Чтобы родители не доставали своими расспросами и не удивлялись, почему он постоянно сидит дома, Стас часто ходил гулять в одиночестве. Он бродил по городу, слушал музыку, а, когда попадал в те места, где они гуляли с Сергеем, он погружался в воспоминания о друге. Вспоминал, как им было здорово вместе гулять, как они веселились, смеялись, шутили друг над другом…. Теперь это уже было никак не вернуть!

Станислав частенько сидел на лавочке во дворах, где они с Серёжей не один раз бывали, и вспоминал их встречи и общение. Молодой человек сам не мог объяснить, почему приходил именно в те места, где они были с другом. Ведь находясь в этих местах и дворах, парень лишь ещё больше начинал тосковать и погружаться в депрессию, в которой он уже находился. Стас даже не пытался побороть депрессию, просто полностью поддавшись ей.

Ел молодой человек всё также плохо. Он мог за весь день поесть всего немного, и больше ему было и не нужно. Больше парню и не лезло в горло, как бы он не пытался себя заставить кушать. Понятное дело, родителей отсутствие аппетита сына очень беспокоило. Они не один раз пытались спрашивать у сына, что же с ним и почему тот так мало ест. Но Станислав каждый раз ловко уходил от ответа, не желая ничего рассказывать родителям. Он сам ощущал, как ему с каждым днём становится всё хуже и хуже от такого состояния, но что-то изменить даже не пытался. Ему это было просто неинтересно. Он продолжал себя терзать тяжёлыми мыслями о Серёже и изо дня в день ругал себя за всё произошедшее.

– Стасик, мы тут решили чай попить, – говорила Лариса Викторовна сыну в очередной день, – с вкусными пирожными. Не хочешь к нам присоединиться?

– Нет, я занят, – качнул головой Стас, наливая в стакан воду.

– В очередной раз отказываешься что-нибудь съесть, – подметил отец. – И не говоришь почему. Может быть, ты стал питаться фотосинтезом, а мы даже не в курсе? – попытался пошутить он и сам хихикнул.

– Может быть… – даже не улыбнувшись, буркнул парень и, взяв в руки стакан с водой, направился к выходу из кухни.

– Может быть, уже расскажешь нам? – в очередной раз спросил глава семейства. – Сколько можно притворяться, что с тобой всё нормально, когда мы уже знаем, что это не так? Стас, расскажи!

– Нечего мне рассказывать, – отрезал сын и вышел из кухни.

Родителям ничего не оставалось, как переглянуться и тяжело вздохнуть. Молодой человек не спеша вернулся в свою комнату. Отпив немного воды из стакана, он плотно закрыл дверь своей комнаты, поставил стакан на стол, а сам, взяв наушники и телефон, уселся на подоконнике. На улице шёл сильный дождь, где-то далеко громыхал гром, и сверкала молния. Погулять на улице Станислав никак не мог, но хотя бы можно было посидеть на подоконнике, подышать свежим и прохладным воздухом и насладиться этой погодой. Эта пасмурная погода как раз сочеталась с настроением парня, и он был даже рад дождю. Последнее время постоянно было солнце, которое вообще не подходило к настроению Стаса, и вот, наконец, пошёл дождь. И этот дождь даже помог немного расслабиться ему, но лишь совсем немного.

Окно было открыто нараспашку. Заболеть Станислав не боялся, так как на улице уже было совсем тепло, и этот дождь принёс лишь небольшую прохладу, которая была очень приятной. Молодой человек спокойно уселся на подоконнике, удобно сложил ноги друг на друга, надел наушники и включил музыку. Любуясь льющимся с неба дождём, он сам незаметно для себя погрузился в воспоминания.

А вспоминал он тот день, когда они вот так вот сидели в его комнате с Серёжей на кровати друг напротив друга и общались. Этот день был замечательным. На улице была сильная гроза, свет в комнате был погашен, и они спокойно откровенничали друг с другом и рассказывали много личного. Даже друг много всего личного рассказал и поделился с ним. Этот день был настолько замечательным, что от этих воспоминаний на душе стало чуть теплее. Но прошло меньше минуты и это небольшое тепло испарилось. На душе опять стало больно и холодно.

Стас опустил глаза во двор. Он увидел мужчину средних лет, который быстро бежал через двор в сторону подъезда, пытаясь укрыться от дождя под пакетом. Но у него ничего не получалось, так как дождь был очень сильным. Дождь хлестал его со всех сторон. Вся куртка и джинсы мужчины были мокрыми. Но вот он наконец-то добежал до подъезда и скрылся в доме.

Молодой человек продолжил изучать двор и тут увидел парня и девушку, которые забежали во двор. Они весело смеялись и даже не пытались спрятаться от дождя. На их лицах сверкали яркие улыбки, и по ним было видно, как они счастливы находиться рядом друг с другом. Девушка откинула в сторону руки, подняла голову к небу и приоткрыла рот, давая возможность дождевым каплям попасть в рот. Она продолжала радостно улыбаться. К ней подбежал парень, крепко обнял за талию, прижал к себе и уверенно поцеловал.

Сердце Стаса болезненно сжалось от этой парочки, за которой он наблюдал. Молодой человек вновь вспомнил Сергея, который буквально недавно полюбил ту девушку. Он был так счастлив, она ему так нравилась…. Он мог сейчас быть на месте этой парочки вместе с Василисой, если бы та не отвергла его. Но теперь такое счастье даже не святило Серёже, ведь он умер.

Сверкнуло несколько молний неподалеку. Парень кинул на них взгляд, перестав наблюдать за этой парочкой. Какое-то время он продолжал смотреть на то место, где недавно сверкали молнии. Больше молний не было. Станислав опустил глаза обратно во двор, но та парочка уже ушла.

Он потянулся, немного высунул руку из окна, и ему на ладонь упало несколько капель дождя. Молодой человек взглянул на свою ладонь и увидел кроваво-красные капли. Он покачал головой и вновь взглянул на ладонь. Наваждение ушло. На ладони были обычные дождевые капли. Кровь ему лишь померещилась. Перед глазами Стаса встала картина: Серёжа в аду среди пекла страдает и мучается. Тут в его ушах словно бы раздался крик друга от боли. Парень вздрогнул. Уж больно ясно он себе это представил.

Молодой человек опять немного наклонился, но в этот раз взглянул вниз. Он мысленно себе представил, что вот прыгает из окна, летит вниз, соприкасается с землёй и умирает, попадая в ад к Серёже. Перед глазами Станислава вновь предстали его мучения и страдания в аду. Парень дотронулся до своего живота.

От всех этих мыслей ему даже становилось дурно. Он опять покачал головой и поспешил уйти с окна. Больше сидеть на нём и погружаться в эти мысли ему было невыносимо. Молодой человек завалился на кровать, поспешно включил какое-то видео в телефоне и начал его смотреть, желая лишь одного: хоть ненамного избавиться от тяжёлых мыслей.

Примерно ещё через неделю Стас пришёл на завтрак с родителями. Есть у парня опять желания не было, поэтому он даже не стал садиться за стол. Он взял свою кружку и просто встал возле кухонной тумбы, облокотившись на неё. Молодой человек не торопясь насыпал сахар в кружку и начал помешивать чай. Он внимательно смотрел в свою кружку и незаметно для себя начал погружаться в воспоминания.

«Пару месяцев назад»

Станислав с Серёжей медленно шли по тротуару, общаясь.

– А какие вообще тебе девушки нравятся? – спросил Стас. – Нет, ну, ты сказал, что так хочешь найти ту самую, и полюбить её…. А какие девушки тебе нравятся? Как она вообще должна выглядеть?

– Ты знаешь, Стас, может быть, тебе это покажется странным, но… – Сергей запнулся, а потом его губы расплылись в улыбке. – Мне нет дела до внешности девушки! Я никогда не говорил примерно так: я люблю брюнеток. Или: мне нравятся кареглазые! Мне нет дела ни до её глаз, ни до её волос. Если я полюблю девушку, то буду любить её не за внешность. Я в первую очередь хочу полюбить её душу, её голос…. Её внутреннее мироощущение. А внешность…. Ну, если она будет красивая, то в любом случае буде мне очень нравиться. Хотя некрасивых девушек нет! Каждая красива по-своему. Но, когда тебе по-настоящему нравится человек, ты даже не будешь видеть какие-то его недостатки. Ты будешь замечать только его преимущества, и в твоих глазах он будет прекрасен. Это и есть любовь. Любить человека настоящим и любить всего его! Я не хочу её менять, и чтобы она была какой-то другой. Она должна быть настоящей, ведь именно такую её я буду любить! А притворство…. Мне не нужно!

– Хорошо сказано, Серёжа, – засмеялся парень. – Даже очень хорошо! Мне понравилось. Ты это как-то сочинял или сейчас на ходу придумал?

– Да ну тебя! – замахнулся рукой на друга Сергей и тоже засмеялся. – Ну, а тебе какие девушки нравятся? Есть какие-то предпочтения?

– Ну, если только одно: хочу, чтобы у неё был красивый голос. Я очень люблю музыку и сам пою, как тебе уже рассказывал. И хочу также, чтобы у моей будущей жены был красивый голос. А внешность…. Мне также неважна! Предпочтений во внешности девушки у меня никогда не было. Да и какая разница, какая у неё будет внешность? Даже если она будет полненькая или с веснушками…. Если я пообщаюсь с ней, и мне понравится она внутри, то внешность не имеет никакого значения! Человек может быть красивым, а внутри…. Ужасным!

– Да, согласен. А ты хотел бы, чтобы твоя жена умела хорошо готовить?

– Ну, если она не будет уметь, то тогда вместе научимся, – быстро сориентировался Стас.

– Ты будешь её учить?

– Почему бы и нет?

Молодые люди переглянулись и засмеялись, представив себе это.

– Ну, у меня с этим проблем не будет, – немного успокоившись, сказал друг. – Я сам умею хорошо готовить. Если что научу её.

– Да сейчас тех, кто не умеет готовить, надо ещё поискать. Сейчас готовить вообще легко. Рецепт нашёл, всё сделал по нему и готово! Ничего сложного!

– Ну, знаешь… – Серёжа покачал головой. – И тут порой встречаются сложности. И тут ты говоришь, что надо таких поискать. А тут раз… и тебе такая попадётся.

– Ну, спасибо, друг, – улыбнулся Стас.

– Говорю искренне!

– Если так судить, то можно придраться ко всему. Она должна уметь готовить, стирать, убираться дома, – начал загибать пальцы Станислав, – гладить одежду, заботиться обо мне, мыть посуду…. А можно же это всё делать как-то вместе и нет проблем!

– Лучше и не скажешь, Стас, – поддержал его молодой человек. – Ну, когда ты любишь человека, ты точно не сможешь бросить его и заставить его весь дом тащить на себе. Ты точно будешь ему помогать. Ну, точнее помогать ей….

– Это верно! Ты не сможешь её бросить. Мой папа вон постоянно маме с чем-то помогает. Не может позволить ей всё делать в одиночку.

– О чём и речь! Твой папа любит твою маму, поэтому помогает ей. Вот и я не смогу стоять в стороне, пока девушка делает что-то по дому. Когда любишь её, у тебя не получится быть в стороне. Ты не станешь вешать всё на неё одну! Девушки хрупкие, хоть порой и притворяются сильными. О них должен кто-то заботиться, а не вешать на них весь дом. А иначе они просто сломаются. Как тростиночки…

– Сынок, ты уже давно размешал сахар, – раздался голос отца. – Можешь больше не мешать. Ты что пытаешься так чай остудить? – не удержавшись, он пустил смешок.

Станислав даже не улыбнулся, продолжая помешивать чай. Он до сих пор был погружен в свои воспоминания о том дне, когда гулял с другом, и они разговаривали о девушках.

Родители переглянулись. Не заметить странное поведение парня было трудно. И чем больше проходило времени, тем сильнее родители волновались за сына. И вот опять тот странно себя вёл, и они начали за него переживать. Виктор Петрович умоляюще посмотрел на жену, как бы прося её тоже что-то сказать.

– Слушай, Стасик, – заговорила мама, – а что-то давно у нас дома не было Серёжи. – Сын сразу перестал мешать чай и посмотрел на неё. – Раньше он чуть ли не каждый день заходил, а сейчас уже давно нет. Вы, надеюсь, ещё общаетесь или он просто не хочет заходить?

– Он… – Стас запнулся.

Он был не в силах сказать правду родителям. Да, может быть им и стоило всё сказать, но ведь они сами упрашивали его рассказать Сергею о том, что он христианин и позвать его на служение, но он не стал этого делать, и родители это поняли. И теперь, если молодой человек им расскажет, что Серёжа покончил с собой, Стас был уверен, что родители будут его ругать. За то, что он ему ничего не рассказал и не позвал в Церковь, ведь тогда всё могло быть иначе.

Станислав был абсолютно уверен, что родители будут его винить в этом. По-другому быть и не могло. Он сам себя в этом винил и родители точно сделают то же самое. А парень не хотел ещё и от них выслушивать обвинения, что он ничего не рассказал другу, и вот тот покончил с собой и попал в ад. Стас чуть ли каждую минуту думал об этом, ругал себя, и ему итак было плохо от всего этого. На сердце постоянно была тяжесть, а на душе было так больно и тяжело…. Увеличивать эту боль и тяжесть он не хотел. Он точно знал, что не сможет выдержать, если боль станет ещё сильнее.

– Он уехал, – наконец-то ответил молодой человек.

– О! – не ожидала такого Лариса Викторовна. Она переглянулась с мужем. – Далеко уехал?

– Да, далеко, – кивнул Станислав. Серёжа, и правда, был очень далеко. До него теперь было никак не добраться. Разве что только умереть….

– Надолго? – поинтересовался отец.

– Навсегда! – и это была правда. Ведь Сергей, и правда, навсегда был в аду и больше оттуда выбраться не сможет. Оттуда не возвращаются. Если ты попал в ад, то уйти оттуда не сможешь, как бы тебе этого не хотелось.

– Оу! Печально, – вздохнул Виктор Петрович. – Мне очень жаль, сынок.

– Да, мне тоже очень жаль, Стасик! – проговорила мама. – Мне жаль…

– Мне не нужна ваша жалость! – парень резко оборвал её.

– Это не жалость, сынок, – покачал головой отец. – Просто поддержка. И ты это понимаешь!

– Не нужна мне поддержка!

– Сынок, она всем нужна, – мужчина улыбнулся сыну, но тот улыбаться в ответ не стал. – Ладно, видимо, тебе это легче переживать, потому что вы продолжаете общаться, хоть и через социальные сети. Но это, какое никакое, но общение. Уже хорошо!

Стас лишь что-то нечленораздельное пробормотал и, взяв в руки кружку, наконец-то начал пить чай. На кухне опять повисла тишина. Родители вернулись к завтраку, переглядываясь и раздумывая о чём бы ещё начать разговор.

– Сынок, – через пару минут тишины подал голос отец, – а я тут подумал…. Ты не хочешь посмотреть то видео, где ты пел с Лёшей и Кириллом? Вы просто тогда так хорошо спели. Мне вот очень понравилось! Хотелось бы вспомнить, как хорошо вы тогда спели.

– Да, мне тоже очень понравилось! – поддакнула Лариса Викторовна. – Я была бы рада ещё раз пересмотреть то видео. Посмотрим, Стасик?

– Смотрите, – безразлично махнул рукой Станислав и залпом допил чай. – А мне это не нужно! Зачем вспоминать то, что случилось один раз и больше никогда не произойдёт? – последнюю фразу он проговорил, думая о Сергее.

– Ну, почему же никогда больше не произойдёт? – удивился глава семейства. – Ты им предложи ещё раз что-то спеть и тогда это снова произойдёт. Зачем так сразу думать?

– Ну, да… – кивнул парень и, быстро ополоснув кружку, вышел из кухни.

– Стасик, подожди! – окликнула его мама.

Тот нехотя остановился и заглянул на кухню.

– А у тебя на сегодня есть какие-то планы? – полюбопытствовала женщина. – Ты куда-то сегодня собираешься?

– Да, гулять.

– Один? – не смог скрыть своего удивления отец. – Может быть, давай мы с тобой погуляем? Давно уже вместе никуда не ходили. Ты знаешь лучше нас много интересных мест в городе. Может, сводишь нас куда-нибудь?

– Ну, уж нет, – фыркнул Стас. – Мне и одному хорошо. А вы… как-нибудь без меня справитесь!

– Ну, Стасик, почему ты не хочешь? – заметно расстроилась мама. – Ты всё равно будешь один. Давай с нами, а?

– Нет, – отрезал молодой человек и, не став больше разговаривать, развернулся и ушёл.

В комнате он быстро переоделся в уличную одежду, сунул наушники в уши и двинулся в прихожую. Надеть нужно было только кроссовки, так как в куртке на улице было уже жарко. Парень быстро завязал шнурки и вышел из дома, пойдя гулять в очередной раз в полном одиночестве лишь с музыкой в наушниках и своими ужасными мыслями в голове, которые приносили неимоверную боль и тяжесть на сердце.

Стас сидел на лавочке в хоре, безразлично смотря по сторонам и даже не слушая проповеди. Ему было всё безразлично. Он даже пел псалмы кое-как, ведь петь у него не было желания. А какой смысл от пения, если от боли всё равно не получалось избавиться? Да и ему теперь ничего не поможет! Ведь Сергея не вернёшь, а значит, ничего не исправить и ему не помочь. Парень был в этом полностью уверен, так что даже не старался в пении, не слушал проповеди, и всё это время со смерти друга даже не молился. У него просто не было ни сил, ни желания молиться. Ведь это ему также не помогало, и Станислав не верил, что это ему чем-то поможет. Он точно знал, что помочь ему никто не в силах. Никто не избавит его от этой боли!

– Мы все когда-то задаём этот вопрос: «Почему?». Почему человек ушёл из жизни? Почему это произошло со мной? Почему в моей стране? Действительно, переживания реальны, они парализуют нас. Человека наполняет гнев, возмущение, обида. В этот момент человек может отвернуться от всего: семьи, друзей, церкви, – донеслось до ушей Стаса, и он сам того не осознавая начал слушать проповедь. – Боль утраты нестерпима. Часто мы не можем смириться с этой несправедливостью. Хочется плакать, хочется кричать. Состояние оцепенения, игнорирования, отрицания….

Я хочу с вами поделиться одной историей из моей жизни. Однажды мне поступил звонок. Мне звонила мама одного восемнадцатилетнего молодого человека. Когда мне поступил этот звонок, я сначала удивился. Эта семья никогда мне не звонила и не просила о помощи. И тут эта женщина звонит, плачет…. Я узнал, что у них случилась трагедия. Её восемнадцатилетний сын покончил с собой. Меня позвали, чтобы помочь с похоронным служением. Когда я пришёл провести это служение, то увидел, что там, на похоронах, никого не было кроме матери, отца и близкого друга этого молодого человека. Несмотря на то, что там было так мало людей, я ощутил царящую там боль от потери. Это состояние родителей молодого человека и его близкого друга я даже не могу описать…. Они не могли контролировать своё поведение. Сколько было боли, сколько было слёз, сколько было криков возмущения…. Я видел этот гнев в душе друга молодого человека, который был обращён ко всем, ко всему миру, ко мне, к Богу, к небу, к аду, к раю…. По отношению ко всему, что было вокруг. И у него был лишь один вопрос: почему он ушёл из жизни?! Почему это было допущено?! И этот вопрос остаётся насущным сегодня для многих. Поэтому я сегодня хочу с вами поговорить про боль от утраты близкого тебе человека.

Как сильны, должны быть страдания и печаль тех, кто не видит по ту сторону могилы ничего, кроме вечной ночи и забвения. Для таких людей смерть действительно имеет жало, а могила торжествует победу. Но для человека веры смерть – это не что иное, как обретение вновь той жизни, которая была прервана его рождением на Земле. Я никогда не думаю о моих близких, о моей дорогой матери и о тех, кто ушёл из этого мира, как о лежащих в могиле. Я радуюсь за них, представляя себе, как им приятно встречаться и общаться со своими родственниками на другой стороне.

Смерть приносит горе в наши дома и печаль в наши сердца, эта печаль для нас, святых последних дней, примерно той же природы, как и та, что мы чувствуем, на время расставаясь с нашими близкими, которые уезжают на миссию или в путешествие. Те ужасные страдания, которые я наблюдал у людей, не знающих истины, надеюсь, никогда не отяготят душу истинного святого последних дней.

Я часто сожалею, что мы не можем снять с плеч наших родных и близких людей их горе и печаль, в которые они погружаются, когда теряют своих любимых. Но мы знаем, что наш Небесный Отец может исцелить сокрушённые сердца и рассеять горе; что Он может даровать нам благословения радости и удовлетворения, которые приходят через исполнение Евангелия Господа Иисуса Христа, ибо мы понимаем и твёрдо верим, что это воля нашего Отца Небесного – чтобы мы продолжали жить, и чтобы наше существование не закончилось в тот день, когда эти смертные тела будут положены в могилу.

Проповедь продолжалась, и Стас внимательно слушал каждое слово. Парень был весь напряжённый, и все слова проповедника били ему прямо в сердце. Всё внутри его сжималось от боли. Боль становилось всё сильнее и сильнее, и рвалась наружу, норовясь разорвать душу на части. Глаза стали влажными и начали наворачиваться слёзы. Но плакать Станиславу было нельзя. Ведь он понимал, что родители могут посмотреть на него в любой момент и если сейчас взглянут на него и увидят, что он плачет во время такой проповеди, то у них могут возникнуть вопросы, на которые парень точно не желал отвечать. Поэтому молодой человек держался изо всех сил, не давая политься слезам.

Когда наконец-то проповедь закончилась и все начали молиться, Стас быстро спустился со сцены и поспешил покинуть зал. Парень, даже не смотря по сторонам и никого вокруг не видя, зашёл в туалет. Закрыв за собой дверь на замок, он прижался спиной к двери. Больше не в силах сдерживаться, заплакал. По щекам молодого человека потекли обжигающие слёзы. Он больше был не в силах сдерживать эту боль в себе. Она была слишком сильна! И Станислав плакал, чуть ли не рыдая.

Эта проповедь… она заставила парня заново всё это прочувствовать. Всю эту боль от того момента, когда он узнал, что друга больше нет и как ему было тяжело после этого…. Он даже не смог попасть на похороны Сергея. Его туда просто не позвали. У него не было никакого шанса попрощаться с другом. Тот просто исчез из его жизни. Его больше не было! И больше никогда не будет!

– Боже, пожалуйста… – взмолился Стас. Он оторвался от двери и подошёл к раковине. Вцепившись в неё руками, продолжил бормотать: – Боже, пожалуйста, прошу тебя! Я без понятий как справиться с осознанием того, что такого друга, как он, у меня больше никогда не будет. Он был лучший другом, что у меня когда-либо был. И вот всё…. Больше такого друга у меня не будет! Его больше нет! Его больше нет, и никогда не будет. Он умер! Боже, почему? Почему это произошло? Почему?.. – он заплакал ещё сильнее, закрыв лицо руками. Слова проповеди до сих пор звенели в ушах молодого человека, а его губы шептали слова молитвы. Боль была слишком сильна…. Один справляться с ней он больше был не в силах!

Вечером Стас вернулся домой, как обычно. Он по привычке отсидел молодёжное служение и, даже не оставшись, чтобы попить чай, ушёл домой. А дома сразу уверенно двинулся к своей комнате. Парень хотел улечься на кровати, надеть наушники и слушать музыку, погружаясь в свои мысли. Конечно, от такого времяпрепровождения ему лучше не становилось, но больше ничем другим заниматься не хотелось. Оставалось только терзать себя ещё больше, что молодой человек и собирался делать. Но, когда он проходил мимо кухни, его внезапно остановил отец.

– Сынок, ты, наверное, не оставался пить чай с молодёжью, да? – спросил тот.

– А что? – не понял Стас, зачем отец задал этот вопрос.

– Мы просто как раз собирались садиться ужинать, – глава семейства кивнул на маму, стоящую возле плиты. – Ужин уже почти готов. Может, тогда с нами поешь? Мама сегодня сделала лазанью. Знаю, что ты её любишь.

– Сейчас не хочу есть. Я не голоден!

– И вновь он отказывается! – всплеснул руками Виктор Петрович. – Нет, ну это уже перебор, сынок. Ты словно бы издеваешься над нами! Сколько можно уже, а?

– А что не так? – опять ничего не понял молодой человек, смотря на отца удивлёнными глазами.

– Ты уже надоел постоянно отказываться от еды! – брови мужчины строго сдвинулись. – Ты постоянно отказываешься есть, можешь за день поесть совсем немного, ходишь такой бледный, почти не говоришь с нами, сам не свой…. А ещё потом заявляешь нам, что у тебя всё хорошо и ты в порядке. Это не так! И хватит уже врать нам! Ты уже просто надоел врать нам. Нет, я не понимаю. Тебе что так нравится причинять нам боль?

– Да я вовсе не причиняю вам боль, – возразил сын.

– Нет, причиняешь! И причиняешь нам сильную боль! Даже сильнее, чем ты можешь представить. Потому что нет ничего хуже для родителей, как видеть, что с их сыном что-то не так, но не понимать, что именно и как ему помочь. Мы видим, что с тобой что-то не так и это прекрасно видно. Если ты думаешь, что у тебя получается это скрывать, то я тебе должен сообщить: у тебя это не получается. Мы знаем, что с тобой что-то не так и у тебя что-то случилось, но ты почему-то не хочешь нам объяснить, что с тобой такое. Поэтому, пожалуйста, сынок, перестань нам врать и расскажи всё. Что с тобой? Может быть, мы сможем тебе помочь.

– Сомневаюсь, что кто-то может мне помочь, – едва слышно пробурчал парень.

– Я тебя не услышал, – глава семейства подошёл поближе к сыну, желая расслышать всё, что он скажет. – Повтори, пожалуйста.

– Со мной всё хорошо! – как можно громче проговорил Стас. – Вам лишь кажется, что со мной что-то не так. Со мной всё замечательно! – с этими словами он натянул улыбку. – Так что можете не переживать.

– А я тебе не верю, сынок, – не убедил он мужчину. – Я всё равно точно знаю, что с тобой что-то не так. Хватит уже пытаться обманывать нас. Зачем ты это делаешь?! Мы же всегда говорили тебе, что ты можешь нам рассказать всё, что угодно, и мы тебя поддержим и поможем. И сейчас ты не хочешь нам что-то рассказывать. Ты же всегда спокойно всем с нами делился. Что сейчас изменилось?! Сынок, не надо закрываться от нас. Мы тебе не чужие люди! И желаем лишь добра!

– Стасик, пожалуйста, расскажи нам, что тебя тревожит? – присоединилась к разговору Лариса Викторовна. – Ведь мы же, правда, видим, что что-то с тобой не так, но не можем понять, что не так. И лишь хотим это понять! Ведь только так мы сможем помочь тебе. Нам невыносимо видеть, как ты страдаешь в одиночку.

– Ага! – поддакнул отец. – И ты ничего не ешь и находишься в таком состоянии уже слишком долго. Хватит уже! Пора бы уже рассказать, что произошло и дать нам возможность помочь тебе. Сам себя мучаешь, ещё и нас заставляешь волноваться за тебя. Думаешь, нам легко видеть тебя таким? Видеть, как у тебя даже нет аппетита, и ты ничего не хочешь есть?! Нам сложно тебя таким видеть. Мы хотим, чтобы ты скорее вернулся в норму и стал прежним. И мы можем тебе с этим помочь.

– Слушайте, лично я вас совершенно не понимаю. Я вам уже не один раз сказал, что со мной всё хорошо и я в порядке. А вы продолжаете свою песню. Вы что меня не слышите? – парень недовольно вздохнул. Разговаривать с родителями у него в принципе желания не было, а они почему-то именно сегодня решили подоставать его своей заботой. Конечно, с одной стороны это было приятно, но молодой человек не видел никакого смысла рассказывать всё родителям. Он точно знал, что помочь ему они не в силах. Да и вряд ли они смогут в такой ситуации его поддержать. Сын лишь надеялся, что получится сейчас убедить родителей, что с ним всё хорошо, и они отстанут.

– Нет, Стас, это ты нас не слышишь! – стоял на своём отец. – Мы с мамой прекрасно видим, что тебе плохо. И ты можешь даже не пытаться нам врать, ведь мы это точно знаем. Тебе остаётся лишь открыться нам и всё рассказать. Мы ничего сложного не просим!

– Стасик, расскажи нам! – попросила мама.

– Так всё! Закроем эту тему, – Станислав сделал шаг, желая уйти в комнату и больше не говорить с родителями.

– Нет. Постой, – глава семейства положил руку на плечо сына. – Давай поговорим! Хватит уже уходить каждый раз, когда мы просим тебя открыться нам. Ты словно бы избегаешь нас.

– Глупости какие! – фыркнул парень.

– Но выглядит это именно так! И я прошу тебя прекратить это делать. Из-за этого мы ещё больше переживаем за тебя. Поэтому, пожалуйста, хватит отталкивать нас.

– Стасик, просто откройся нам, – женщина ободряющие улыбнулась сыну, желая добиться его расположения. – Поговори с нами!

– Всё, с меня достаточно, – Стас решительно убрал руку отца со своего плеча и направился к комнате.

– Сынок, если ты думаешь, что мы закончили, то нет, – в спину сына заговорил мужчина. – Мы продолжим добиваться от тебя правды. Понятно?! Рекомендую открыться сейчас, потому что мы так постоянно будем тебя доставать расспросами. Это несложно открыться нам и всё рассказать!

Станислав отвечать ничего не стал и прошёл в комнату, плотно закрыв дверь. Оказавшись наконец-то в комнате, он с облегчением вздохнул. Расспросы родителей были очень трудными для молодого человека. Ведь в какой-то степени ему хотелось всё им рассказать, но он понимал, что нельзя, и приходилось себя сдерживать.

А это давление родителей…. Оно всё ещё более усложнялось! От этого становилось лишь тяжелее сдерживаться. Ведь они так сильно его уговаривали всё рассказать и открыться, что сдержаться было трудно. Они так упрашивали…. По ним было прекрасно видно, что они очень хотят знать правду, и Стас в этом даже не сомневался. Ведь он знал, что родители его сильно любят, но знать такое им не стоило. Это лучше было от них скрыть.

Сын не спеша переоделся в домашнюю одежду, взял в руки наушники и уже хотел улечься в кровать, но что-то заставило его остановиться. Парень внезапно осознал, что родители ведь, и правда, не оставят его в покое. Они так просто не успокоятся и продолжат доставать его своими уговорами и просьбами открыться им и всё рассказать. И походу, раз сам отец об этом сказал, они собрались делать это часто, желая полностью достать его этим и вынудить всё рассказать. А если они продолжат это делать… он точно рано или поздно не сдержится и всё расскажет и тогда…. Тогда ничего хорошего не будет!

Молодой человек даже не хотел знать, что будет после этого. Лучше было этого избежать любыми способами. А избежать это можно было только, если он будет очень стараться и сделает видимость, что ему лучше и он, правда, в порядке. А значит, для начала надо было перестать отказываться от еды, ведь именно из-за этих его отказов родители начали переживать за него и увидели, что с ним что-то не так. Если бы он не начал отказываться от еды может быть, они это даже не заметили бы. Так что стоило начать с того, чтобы вновь начать есть. Да, придётся заставлять себя, но другого выбора не было. Или открываться родителям, чего Стас вообще не хотел, или начать есть.

К тому же из-за того, что он стал меньше есть, ему же самому было хуже. Было меньше энергии и сил, а это уже было нехорошо. Да и ухудшался внешний вид. Он сам так далеко никуда не уйдёт, если не будет ничего есть. Так даже не проживёшь и здоровье станет хуже!

Парень кинул взгляд на себя в зеркало и увидел, что он был бледным и даже немного похудел. Тут было даже несложно понять, что с ним что-то не так и было даже нестранным то, что родители на это обратили внимание. Значит, надо было точно взяться за себя. Сначала начать хотя бы есть, а потом и внешний вид станет лучше. Может быть, он перестанет быть таким бледным, немного наберёт вес и глядишь, родители успокоятся и оставят его в покое. Стас, продолжая смотреть на себя в зеркало, кивнул головой, оставшись довольный своим планом. Надо было точно заняться всем этим и не откладывать.

Тут в голове молодого человека раздался голос одного брата, когда тот говорил проповедь в воскресенье. Не в это воскресенье, а другое, когда ему было ещё хуже, и он был так погружен в себя, что эту проповедь даже не слушал. И тут этот голос раздался в голове, что даже сам парень удивился, как эти слова могли запасть в его сердце.

– Сегодня поговорим о чувстве вины, – говорил этот брат. – Все когда-то испытывали это чувство и понимают, что это такое. Трудно выйти из этого состояния. Это становится тяжёлым бременем. Мы постоянно мыслями возвращаемся в прошлое. Что я сделал не так? Может я мог поступить иначе? Чувство вины буквально жалит человека, причиняет ему сильные страдания. Поэтому его конструктивное действие может быть лишь кратковременным и заключается в привлечении внимания человека к недолжному поступку. Оно подобно уколу булавкой, когда человек вскрикивает: «Ой, больно!» – и начинает искать, обо что же это он укололся. Но если он будет длительное время игнорировать такие уколы, «булавка» может серьёзно его поранить и даже вызвать общее заражение крови.

Так и длительное пребывание в чувстве вины может оказаться опасным для эмоционального и физического здоровья. Но предположим, сигнал воспринят, «укол булавкой» достиг своей цели, человек ойкнул и, осмотревшись, понял, что именно он сделал не так, в чем провинился. Что дальше? А дальше человеку предстоит принять на себя ответственность за совершённый проступок. Ему нужно оценить размер ущерба, нанесённого тому, перед кем он провинился, и постараться возместить этот ущерб.

Полезно ли для христианина испытывать чувство вины? С одной стороны, вроде бы да, потому что все мы знаем о своей повреждённости грехом. А с другой, как совместить это чувство с едва ли не главным апостольским призывом ко всем христианам – «всегда радуйтесь»? 1 Фессалоникийцам 5 глава 16 стих. Как это вообще возможно – радоваться, испытывая чувство вины? Можно найти объяснение этому парадоксу с помощью несколько неожиданной аналогии. Сначала – два риторических вопроса к автомобилистам. Хорошо ли, что на приборной панели в вашей машине есть целый набор тревожных лампочек и значков, сигнализирующих о неисправности той или иной системы автомобиля? Хорошо ли, когда все эти лампочки и значки постоянно горят и высвечиваются во время движения вашего транспортного средства?

Думаю, даже очень далекий от автомобильной проблематики человек легко ответит: в первом случае – хорошо; во втором очень даже плохо. Примерно таким же образом действует в человеке чувство вины. Это тоже своего рода индикатор духовной неисправности. «Включаясь», он помогает человеку осознать греховность того или иного поступка, слова, мысли. И в этом – несомненная польза чувства вины. Но, уберегая нас от совершения греха или от пребывания в нераскаянном состоянии после его совершения, это чувство может стать и разрушительным для нашей душевной и телесной жизни. А происходит это в том случае, если мы испытываем вину постоянно. Причем проблема тут вовсе не в самом чувстве вины. Ведь когда на пульте управления каким-либо устройством постоянно горит красная лампочка, сигнализирующая о неисправности, значит, что-то в устройстве работает некорректно и нужно срочно устранять неисправность. Если же этого не сделать, устройство просто сломается.

Конечно, жить, вообще никогда не испытывая чувства вины, свойственно лишь психопатам или духовно омертвелым людям, для которых грех стал нормой и уже не вызывает душевной боли. Однако и пребывать в этом чувстве постоянно, делать его своим привычным состоянием тоже неправильно и неполезно, поскольку в духовной жизни христианина оно является лишь побудительным мотивом к покаянию. Но исцеляет человека не оно, а само покаяние, то есть оставление с Божией помощью того греха, за который испытываешь чувство вины. А уже вслед за покаянием приходит и духовная радость, и благодарность Богу за исцеление. И чувство вины здесь лишь эмоциональный маркер того, что совесть наша неспокойна, что-то её гнетёт. Нужное чувство, что и говорить. Но все же оно никак не может рассматриваться как нечто ценное само по себе, в отрыве от покаяния. И уж тем более – как нечто, свидетельствующее о правильной духовной жизни. Загорелся в душе сигнал тревоги, ты его видишь – слава Богу! Иди и устрани причину. Поскорее сделай так, чтобы он погас.

Только сейчас, вспомнив часть этой проповеди, к молодому человеку пришло осознание, что друга то уже не вернуть. А чувством вины можно так сильно себя замучить, что ничего хорошего от этого не выйдет. Он этим чувством ничего не добьётся и навредит лишь себе! Да он уже начал себе вредить! И с этим надо было как можно быстрее прекращать.

Да, он ещё долго будет тосковать по другу, и вспоминать его. У него никогда больше такого друга не будет и теперь он опять остался без друзей. Это всё было так! Сергея он будет вспоминать ещё очень долго и жалеть, что всё так получилось, но изменить ничего было уже невозможно. Надо было дальше жить, как бы ни было сложно и больно! А если он будет дальше страдать, он и себе сильнее навредит, и родителей заставит сильно волноваться, а другу это никак не поможет, ведь того уже не было. Нужно было собраться с силами и двигаться дальше.

Стас глубоко вздохнул и только сейчас ощутил, что ему уже было легче. Да, на душе всё ещё была тоска, а в груди образовалась пустота, но всё равно было гораздо легче. Парень даже удивился, как сразу это не почувствовал. Ещё после тех пролитых слёз и молитвы, ему стало легче, а он даже это не понял. Но сейчас это осознал. И был готов сейчас отложить в сторону свою депрессию и жить дальше.

Станислав уверенно развернулся и вышел из комнаты, сразу направившись в сторону кухни. Когда он туда прошёл, увидел, что родители за стол ещё не сели. Мама как раз только накладывала еду по тарелкам. Стоило ему зайти на кухню, как отец с удивлением на него посмотрел, а мама даже не заметила сына, продолжая накладывать еду в тарелку.

– Ты ужинать? – спросил Виктор Петрович, внимательно и с нескрываемым удивлением смотря на сына.

– Типа того, – кивнул парень и опустился на стул.

Лариса Викторовна, услышав слова сына, даже обернулась и посмотрела на него удивлённым взглядом. Она переглянулась с мужем, который был не менее удивлённым.

– Ты же сказал, что не хочешь, – напомнил отец.

– Передумал. Подумал немного и понял, что всё же хочу есть. Так что поужинаю с вами. А ты что против?

– Нет, конечно. Просто не ожидал тебя увидеть сейчас. Хорошо, что ты пришёл.

– Вот возьми, Стасик, – мама поставила первую тарелку перед сыном. – Кушай.

– Спасибо, – поблагодарил её парень.

Следом женщина поставила на стол тарелку главе семейства и себе. Она тоже уселась за стол и приступила к ужину. Стас тем временем окинул пристальным взглядом содержимое тарелки. На вид всё выглядело достаточно аппетитно, вот только кушать ему ещё не хотелось. Но раз он решил начать есть, чтобы родители за него не переживали, то нужно было держаться до конца. Отступать было ни в коем случае нельзя! Даже если нет аппетита, нужно себя заставить кушать.

Станислав уверенно отломил кусочек лазаньи и, не став тянуть, отправил её в рот. Да, лазанья была очень вкусная. В другое любое время он с удовольствием её съел бы за считанные минуты и ещё попросил бы у мамы добавки, но сейчас молодому человеку приходилось себя заставлять пережёвывать лазанью и глотать. А следом парню пришлось отправить в рот ещё кусочек, ещё и ещё. Но он продолжал это делать, не собираясь останавливаться. К тому же сын видел, что родители на него поглядывают, а значит, тем более нужно было сделать вид, что он в порядке и аппетит у него в норме.

Родители, разумеется, поглядывали на сына и были очень довольны, что тот ел. Им было невыносимо видеть, как Стас отказывается от еды и почти ничего не ест. И вот наконец-то тот ужинал вместе с ними и ел достаточно хорошо. Их не могло это не радовать. Они даже с трудом сдерживали улыбки от радости, что сын ест.

Молодой человек постарался как можно быстрее поужинать, желая избежать дальнейших разговоров с родителями и каких-то лишних вопросов. Сразу, как только тарелка опустела, он поднялся из-за стола. Парень еле сдержал вздох от облегчения, что наконец-то всё съедено. Если бы он вздохнул, это точно насторожило бы родителей, а это ему было не нужно. Сын поставил тарелку в раковину, выпил стакан сока и покинул кухню, оставив родителей наедине. Посуду сегодня должен был мыть отец, так что парню даже не нужно было задерживаться.

Когда он ушёл, и прошло немного времени, отец заговорил уверенным голосом:

– Да, он начал есть и это хорошо. Я этому рад, но точно знаю, что с ним всё равно что-то не так. Он начал это делать, чтобы показать нам, что с ним всё хорошо. Он решил так лишь сделать видимость, что всё нормально. Но он меня этим не обманет! Я знаю, что с ним всё ещё что-то не так.

– Да, я тоже ощущаю, что с ним что-то не так, – согласилась мама. – Я всё ещё чувствую, что ему плохо. Но это замечательно, что хотя бы начал есть. Почти ничего не есть – это не дело! Это точно плохо сказалось бы на его здоровье. Поэтому я думаю лучше пока не давить на него. Он начал есть и пусть какое-то время так всё будет. А то если мы сейчас начнём на него опять давить.… Вдруг он опять перестанет есть? Я этого не хочу!

– Хорошо, – не стал спорить муж. – Можем пока оставить его в покое. Пусть успокоится, начнёт хотя бы кушать, и потом поговорим ещё. Правду всё равно выяснить нужно. И я желаю её выяснить! Он так просто от нас не отвяжется!

– Согласна! Правду выяснить нужно. И мы рано или поздно её выясним. Надеюсь, что рано, а не поздно. Ему нужна наша поддержка и помощь.

Виктор Петрович кивнул головой, полностью соглашаясь с женой, и кинул взгляд на дверной проём, продолжая думать о сыне.

Глава 2. «ибо семь раз упадет праведник, и встанет…?»

Стас не торопливым шагом шёл по набережной. Молодой человек посматривал по сторонам, наслаждаясь приятной музыкой в ушах. На улице стояла сильная жара, но от реки тянуло небольшой прохладой, и было не так жарко. На парне была лёгкая футболка, шорты и кроссовки, а на голову надета чёрная кепка с белой эмблемой фирмы. Лето было в самом разгаре.

Ещё недавно Станислав с нетерпением ждал лета и очень любил его, но сейчас оно было совершенно безразлично ему. Он выходил на улицу и прогуливался лишь из-за скуки. Постоянно сидеть дома было невозможно, поэтому он выходил из дома и гулял.

Прошло ещё два месяца со смерти Сергея. Да, парню стало чуть легче, но пустоту в груди ничто не способно было занять. С другом Стас успел забыть про одиночество, но теперь одиночество приносило ещё более сильную боль. От него сердце постоянно болезненно сжималось, и на сердце была такая сильная тоска, что хотелось выть. Но молодой человек двигался дальше и просто старался уживаться с этой болью и тоской по другу. От этой боли было никуда не деться и оставалось с ней жить.

Чтобы время проходило быстрее, и было не так скучно, Станислав начал играть в разнообразные компьютерные и телефонные игры. Парень раньше никогда в них не играл, но теперь просто «подсел» на них. Он порой играл в них чуть ли не целыми днями. Если с самого утра ему больше было нечем заняться, Стас завтракал и садился за компьютерные игры. А если он был не дома, и ему опять-таки было нечем заняться, он также играл в игры. Ну, а что? Больше ему, правду, было нечем заняться.

Разумеется, он иногда читал, общался с родителями, ходил на служения, пел, но всё основное время ему делать было нечего и оставалось только чем-то себя занимать. И парень нашёл такое занятие. Хотя бы во время игр он не думал ни о чём плохом, мог отложить все ненужные мысли, и ему было даже весело и интересно.

В этом молодой человек нашёл для себя некую отдушину, которой ему ранее очень не хватало. Ведь он и до этого порой скучал и тосковал, но не знал чем заняться. Но теперь он нашёл себе занятие и, когда находился среди ребят, и ему не с кем было общаться, он больше так не страдал. Стас просто доставал телефон и начинал играть в игру. И все проблемы связанные с отсутствием общения – уходили. Можно сказать, что он нашёл себе замену общения с людьми. Он во время игр мог что-то почувствовать и испытать какие-то другие эмоции кроме одиночества и тоски.

Когда родители первый раз увидели, что он постоянно играет в игры, они удивились. Даже можно сказать, что очень сильно удивились, так как не ожидали, что их сын станет играть в какие-то глупые игры и так тратить своё время. Раньше тот никогда впустую не тратил время и ценил его, а сейчас просто «убивал» время за играми. Родители попыталась образумить сына и убедить у него, чтобы он оставил эти игры и начал заниматься чем-то другим, но тот просто спросил у них:

– И чем же, по-вашему, я должен заниматься? Пялиться в потолок? Друга у меня больше нет и гулять мне не с кем. Так что я буду играть в игры дальше, потому что хотя бы так мне нескучно и есть чем заняться. А если вам это не нравится…. Что ж…. Я вас не заставляю смотреть, как я играю в игры или тем более играть со мной. Вам то что?

После этих слов сына родители попыталась ещё немного убедить его в том, что игры – это пустая трата времени и так можно только обрести зависимость, но у них всё равно ничего не вышло. Станислав всё это прекрасно понимал, но оставлять игры не собирался. Ведь ему, правда, больше нечем было заняться, а умирать от скуки он не собирался. Себя надо было чем-то занимать, даже если это такое времяпрепровождение. К тому же чем больше и чаще он играл в игры, тем сильнее ему это нравилось.

Выходить гулять парень старался частенько из-за родителей. Если он постоянно сидел дома, они начинали его ругать за то, что он целыми днями сидит дома и играет в игры. Поэтому Стас старался выходить на улицу. Чаще всего молодой человек выходил, когда родители были дома, чтобы они его не доставали своими наставлениями и словами, что игры – это плохо и их надо оставлять как можно скорее. Чтобы это не слушать, он был готов выходить на улицу и гулять.

Сейчас как раз родители были дома, и сын решил пойти погулять. Он попытался остаться дома и поиграть в игры, но его тут же начал доставать отец. Ещё мама не так часто к нему придиралась и высказывала за эти игры, а вот отец…. Он словно не мог пройти мимо, не сказав ему что-то касающееся игр. Это жутко раздражало молодого человека. Он не один раз предпринимал попытку убедить отца, что это его личное дело как проводить своё время, но тот всё равно не желал оставлять его в покое. И Стасу, чтобы не ссориться с отцом, чего он не хотел, пришлось оставить ноутбук и пойти гулять.

Парень гулял уже несколько часов. Он просто ходил по дворам, заходил в знакомые места, сидел на лавочке, играл немного в телефон на лавочке и двигался дальше. Чтобы совсем не было скучно, Стас даже добрался до набережной и теперь гулял по ней.

Станислав тяжело вздохнул и остановился. Он, облокотившись об перила, уставился на воду. В наушниках играла бодрящая музыка, пытаясь развеять настроение молодого человека и заставить его улыбнуться. Но улыбаться ему не хотелось. Он просто продолжал вглядываться в воду и слушать музыку. Музыка у парня играла достаточно громко, так что когда кто-то резко к нему подскочил и, положив руки на плечи, развернул, Стас удивился.

Он не вздрогнул, так как его уже было не испугать, и ему всё было безразлично. Молодой человек просто удивился, но упираться не стал и, обернувшись, увидел троих незнакомых ребят, стоящих рядом с ним. Один из них положил руку ему на плечо. Станислав снял один наушник и окинул ребят внимательным взглядом, не понимая, что им нужно.

– Да! Он подходит! – воскликнул парень, который стоял ближе всего к нему.

Выражение лица Стаса стало ещё более удивлённым. Для чего это он им подходит? Кто это такие? И что им нужно? В его голове сейчас было множество вопросов.

– Да, мне тоже кажется, что подходит, – согласился с ним другой парень, изучая его глазами.

– Что? Для чего? – ничего не понимал Станислав.

– О! Наш человек! – молодой человек, ладонь которого лежала на плече Стаса, приобнял его за плечи. – Многие сразу начинают строить недовольные лица и посылать нас. Некоторые спрашивают: «Кто вы такие? Что вам надо?! Отвалите!» и уходят. А ты…. Точно подходишь! Не стал задавать какие-то другие вопросы, а спросил: «Для чего?». Наш человек!

– Да для чего я подхожу вам? – повторил вопрос Стас, смотря то на одного парня, то на другого.

– Парень, ты любишь игры? – спросил третий незнакомец, который до этого молчал.

– А что? – вопросом на вопрос ответил Станислав.

– Нет, ты просто ответь сначала.

– Ну, да. Люблю, – честно сказал молодой человек. – И что дальше?

– Да! – крикнул этот парень, удивив Стаса ещё больше. – Ты точно наш человек!

– А я же говорю! Наш человек!

– Ну? – ожидал нормального ответа Станислав. – Так для чего я подхожу? Мне кто-то скажет? Или вы проводите какой-то опрос для своего блога? Так сразу скажу, что мне это неинтересно! Если вы какие-то блогеры, то найдите себе кого-то другого.

– Нет, что ты! – засмеялся третий парень. – Мы не блогеры! Парень, как насчёт присоединиться к нам и сыграть в лазертаг? Понимаешь, нам не хватает одного человека. Другая команда уже собралась и их четверо. А нас всего троя! Организатор отказывается так нас допускать к игре и сказал найти ещё одного человека. Видите ли, должно быть равное количество людей! – он поддразнил организатора. – Нам не хватает человека! К кому бы мы ни подходили, все нам отказывают. Поможешь нам?

– А что это такое? Лазертаг… Первый раз услышал, если честно.

– Серьёзно? – изумился третий парень. – Первый раз вижу человека, который не слышал про лазертаг.

– О, это очень крутая игра, – улыбнулся первый молодой человек. – Это настоящее погружение в другой мир. Мы любим всякие игры и лазертаг – это очень круто! Если ты сам любитель игр, то тебе это понравится. Сделано там всё очень серьезно, реалистично и не по-детски – там есть и капсулы гибернации, и вентиляционный шахты в стиле Чужих, и киборги в неоновой подсветке, и космические оранжереи, и даже каюты колонистов…. Нереально круто!

– Лазертаг – это командная военно-тактическая игра нового поколения с использованием безопасного лазерного оружия и сенсоров, фиксирующих попадания. Сенсоры размещаются на жилетах, касках или повязках, – пояснил другой парень. – Сама игра проходит на крытой площадке. Всё очень реалистично, круто и безопасно! Так ты поможешь нам?

– Да, конечно, я с радостью помогу вам, – недолго думая, выдал Стас.

Рассказ ребят очень заинтересовал его. Если ему обычные игры нравились, то такая игра точно понравится. Станислав в этом не сомневался. Ему даже стало любопытно, что это за игра. Парню не терпелось попробовать что-то новое.

Да, конечно, по идее ему должно быть не по себе идти играть с незнакомыми ребятами, но Стас даже об этом не заморачивался. Ему было на это всё равно. Для него было самым главным – это чем-нибудь заняться и ещё немного «убить» время. А если он сможет поиграть во что-нибудь для того, чтобы «убить» время, то замечательно. Почему бы и нет?!

– Замечательно! – обрадовался парень. – Тогда давай знакомиться. Как тебя зовут?

– Стас, – представился он.

– Я Коля, – улыбнулся парень, что стоял всё время рядом с ним, и начал представлять ребят по очереди. – Это Вовка и Миха.

– Привет! – махнул рукой Миша.

– Рад познакомиться, – кивнул Вова. – Так мы идём? Нам вроде спешить надо.

– Да, идём. Спасибо, что согласился помочь, – Коля хлопнул парня по плечу. – Будет весело! Ты не пожалеешь.

– А это тут рядом или надо куда-то ехать? – огляделся Стас, пытаясь понять, куда им надо идти и где вообще играют в лазертаг.

– Ехать надо. Но мы тут на машине, – Коля покрутил в руке ключи от машины. – Так что вмиг доберёмся до места.

– В машине поболтаете, – крикнул Миша, уже стоя рядом с какой-то машиной. – Едем уже! Время идёт.

– Да идём мы, идём, – Коля ускорил шаг.

Молодые люди уселись в машину. Стас уселся на заднее сиденье вместе с Вовой, а Миша и Коля сели впереди. Коля завёл машину и рванул вперёд, желая скорее попасть в нужное место.

– А ты что, правда, первый раз услышал про лазертаг? – ещё раз спросил Вова.

– Нет, ну, ты глупый что ли? – закатил глаза Миша. – Он же уже сказал, что да, первый раз. Зачем опять это спрашивать?

– А что нельзя что ли? – нахмурился парень. – Мне просто в это не верится. И ты ни разу не играл в лазертаг?

– Нет, ты точно глупый! – засмеялся Коля. – Ну, естественно он ни разу не играл в лазертаг, если только услышал про него. Ещё какой-то глупый вопрос хочешь задать?

– Ой, что вы такие грубые?! – отмахнулся от ребят Вова. – Просто общаюсь с человеком. Что нельзя что ли?

– Стас, а у меня к тебе другой вопрос, – заговорил Миша.

– Давай, – с интересом посмотрел на него Станислав.

– А тебе не стрёмно подсаживаться в машину к незнакомым людям? – спросил молодой человек и как-то странно улыбнулся. – А то ты так спокойно в машину сел и едешь с нами. Не страшно? Ты ведь нас не знаешь. Мало ли вдруг мы тебя везём куда-то, чтобы обокрасть и убить?! Или у тебя даже таких мыслей не возникло?

– А что у меня красть? – Стас окинул себя взглядом и дотронулся до футболки и шорт, показывая, что у него ничего драгоценного нет.

– Ну, например, телефон, – Миша потянулся и взял из его рук телефон. Он начал вертеть смартфон в руках и пытаться дразнить нового знакомого.

– О, замечательно! – улыбнулся парень. – Родаки доставать не будут!

– Ну, а вдруг мы везём тебя убить? – не отставал от него Миша и вернул ему телефон. – Или этого ты тоже не боишься?

– Ты что его запугивать собрался? – Коля одёрнул друга и покосился на Стаса. – Он же сейчас прямо из машины выпрыгнет! Этого хочешь?!

– А ты что даже двери не заблокировал? – с ужасом на лице спросил Миша. – Колян! Ну, кто так людей похищает?!

Ребята тут же засмеялись, и Станислав поддержал их смехом. Слова Миши ни на секунду его не напрягли. Почему-то он доверял этим ребятам и у него даже подобных мыслей не возникало. Или ему настолько было всё безразлично…

– Вот мы и на месте, – сообщил Коля, остановившись перед каким-то зданием.

– Что здесь собрались меня убивать? – подколол ребят Стас, выйдя из машины. – А чёрный мешок взяли с собой?

– Вот и чёрный мешок ты забыл! – Миша ударил Колю по плечу. – Ну, ты как всегда! Куда мы его убирать будем?

– Придётся отложить твоё убийство, – пожал плечами парень и приобнял нового знакомого за плечи. – В другой раз!

– Ну, как всегда… – притворно вздохнул Станислав. – А потом то очередь до меня не дойдёт, то забудете про меня.

– Нравится мне этот парень! – заржал Вова и открыл дверь в здание. – Сегодня точно будет круто!

Весело смеясь, молодые люди прошли внутрь. Стас даже не успел оглядеться, как ребята его потащили дальше. И вот они остановились перед каким-то мужчиной.

– Вот! Мы нашли ещё одного человека! – Коля хлопнул Стаса по плечу. Только сейчас Станислав заметил, что вся его рука была в разнообразных татуировках. Коля был в майке и его рука, начиная от кисти и заканчивая плечом, была в татуировках. Там были в основном какие-то изображения животных, виднелся чей-то портер и пару надписей. Вторая рука была также вся в татуировках.

– Замечательно! – удовлетворённо кивнул организатор. – Проходите.

– Наконец-то! – радостно пробурчал Миша, и первый рванул туда, куда указал мужчина.

Стас послушно следовал за ребятами, попутно разглядывая их. На лице Миши была борода, которую, как было видно, он специально долгое время отращивал, а теперь берёг, тщательно корректируя её и брея так, чтобы она была красивой. И она выглядела аккуратно, опрятно и очень шла ему. На голове у парня была также стильная стрижка.

А вот Вова был вообще пострижен налысо. Ему, видимо, так было легче и свободнее летом. И это было нестранно. Летом ведь жарко. Здесь было странно, как не жарко Мише с такой бородой и стрижкой.

У Коли была самая обычная стрижка, но она ему также вполне шла. Руки парня были накачены, и было видно, что он любит сходить в спортивный зал и позаниматься. Может быть, и другие ребята ходили в спортивный зал и качались, но они были в футболках, и по ним это так не было видно. У Миши и Вовы также были татуировки, но не в таком количестве как у Коли.

Больше ребята поговорить не смогли, так как надо было быстро готовиться к игре. Другая команда их уже ждала, и больше тянуть время было нельзя. Молодые люди оставили все ценные вещи в камерах хранения, потом на них надели специальные жилеты, каски и повязки. И только после этого можно было приступать к игре. Организатор быстренько рассказал им инструкцию для подготовки к игре с учётом сценария, который у них должен был быть, и после этого проговорил:

– Чтобы обезопасить себя и других участников, придерживайтесь простых правил: избегайте физических контактов с другими участниками – недопустимо пинать или толкать игроков; не используйте бранных слов, иначе рискуете быть удалёнными с площадки. Следуйте только инструкциям, полученным при подготовке к игре с учётом выбранного сценария. А также не забудьте оставить все личные вещи за пределами арены. Можете использовать гардеробную или камеру хранения.

Ребята оглядели друг друга. Никаких личных вещей у них уже давно с собой не было. Организатор кивнул головой, всё поняв без слов, и разрешил начать. Игра началась и….

Это было самое крутое, что происходило со Стасом за всё последнее время. Эмоции, что он испытал во время игры в лазертаг, было не передать. Молодой человек ни разу не испытывал такие эмоции во время обычной игры дома. Оружие, что у него было в руках, выглядело как настоящее оружие, но оно очень удобно лежало в руках, и было лёгким. Чтобы перезарядить оружие, ему было достаточно только передёрнуть затвор.

Освоился парень просто мгновенно и благодаря всем тем играм, в которые играл дома, он смог быстро настроиться на темп игры и включиться в командую игру с Мишей, Вовой и Колей. А по ребятам чувствовалось, что они играют в лазертаг уже не первый раз и были профессионалами в этой игре. Они быстро сориентировались, что и как надо делать и построили план действий. Как только раздался свист, который означал начало боя, сразу началось движение. И эта движуха очень понравилась Стасу.

Они действовали сгруппировано, дружно и даже казалось, что парень уже давно знает ребят. Они играли вместе просто на отлично! Все действия были хорошо продуманы, и каждый из ребят знал, когда и кого надо прикрывать, а когда надо наступать и что-то делать. Во время игры никто из ребят не «погиб» и в конечном итоге победителями оказались они. Ребята оказались самой лучшей командой, чему были несказанно рады.

– Ура! Победа! – ликовал Вова, когда они уже покинули арену. – Это было нереально круто. Мы лучшая команда! Мы победили!

– Вовчик, мы это уже поняли, – осадил друга Миша. – Можешь уже так не радоваться.

– Но мы же потрясающая команда! – продолжал радоваться он. – Ура!

– Стас, а ты сейчас куда? – поинтересовался Коля, смотря, как парень собирается.

– Ну, наверное, дальше гулять, – неопределённо ответил Станислав. Конечно, после такой классной игры с ребятами ему не хотелось вновь оставаться одному и просто гулять по городу, а хотелось продолжения, но навязываться ребятам молодой человек не собирался. Игра закончилась, и нужно было идти дальше гулять. Парень был уверен, что ребята вряд ли обрадуются, если он дальше будет им навязываться. Ведь они просто попросили помочь им. Ни о чём другом речь не шла.

– Если ты никуда не спешишь, может быть, сходим в боулинг, а потом ещё куда-нибудь? – предложил Коля. – Мы же ведь, правда, классная команда и просто так расходиться…. Не думаю, что это хороший вариант. Как насчёт продолжения?

– Ну, я даже не знаю, – смутился Стас от такого предложения. Такого он не ожидал.

– Стас, соглашайся! – попросил Миша. – С тобой будет веселее! Ты классный парень. И думаю, будет здорово ещё куда-нибудь вместе сходить и пообщаться. Не отказывайся!

– Говори: да! – прикрикнул на него Вова. – Не думай!

– Хорошо. Я согласен, – выдал парень и расплылся в улыбке.

– Фух, – с облегчением вздохнул Вова. – Я боялся, что он откажется.

– Круто! – был очень рад ответу нового знакомого Коля. – Тогда идём дальше веселиться!

– Ура! – возликовал ещё сильнее Вова и радостный кинулся в сторону боулинга.

Коля, Миша и Стас, смотря вслед ему, засмеялись и неспешным шагом тоже двинулись в сторону боулинга.

Вернулся Станислав домой даже позже, чем планировал. Мало того, что они долго пробыли в боулинге, так потом ещё решили сходить в бильярд, на квест и так постепенно за разнообразными занятиями и развлечениями пролетел весь день. Ребята даже опомниться не успели, а уже был вечер, и им пришлось разойтись. Молодые люди обменялись номерами и разошлись по домам. А точнее ребята сначала отвезли Стаса домой, а потом сами поехали, может быть домой, а может быть дальше развлекаться. Но у Станислава больше не было сил развлекаться, и он пошёл домой.

Дома он скинул с себя кроссовки и двинулся вглубь квартиры. Настроение у него впервые за все эти пару месяцев было хорошее, и он был очень доволен прошедшим днём. Да, может быть, он ничего такого полезного за день не сделал, но зато повеселился от души и понял, что можно играть в игры, не только сидя из дома и смотря в экран ноутбука, но и в реальности. И в реальности было очень много развлечений, и эти развлечения даже больше понравились Стасу.

С ребятами ему было очень весело и хорошо. Они ему очень понравились, и за это время их общения у парня появилось такое чувство, что он этих ребят знает давно. А также что они какие-то давние друзья, хотя это было не так. Но с ними было очень легко и просто. А самое главное весело и интересно. С ними соскучиться было невозможно! Ребята были активными, подвижными и не могли сидеть без дела. Такие ребята были по душе Станиславу, ведь он частенько скучал и не знал чем заняться. А эта подвижность и активность ребят было тем, что так нужно молодому человеку. И ему это нужно было уже давно. И вот наконец-то он это получил и был неимоверно доволен.

Когда парень проходил мимо кухни, он пересёкся с мамой, которая как раз туда заходила.

– Стасик… – женщина окинула сына внимательным взглядом. – А что это ты какой-то довольный? – удивилась она.

– В смысле? – не понял Стас. Парень был уверен, что по его лицу никак не передаётся то, что у него хорошее настроение и что он доволен этим днём, поэтому он даже не рассчитывал, что родители могут это узнать. Он даже и не собирался им об этом рассказывать, так как родителям не стоило знать, как он развлекался сегодня весь день. Они его точно не поймут и это не одобрят. Но мама, словно, почувствовала изменение в настроении сына, что не могло не удивить молодого человека.

– Ну, ты какой-то другой сейчас, – пояснила мама. – Уходил весь хмурый, а сейчас выглядишь очень довольным. Хорошо погулял?

– Да, хорошо.

– Куда ходил?

– Ну, везде понемногу. Сходил сегодня ещё на набережную.

– Да, там хорошо, – улыбнулась женщина. – Ты не голоден?

– Пока нет. Я там… поел, – чуть не сказал про ребят Стас.

Они, и правда, вместе с ребятами поели. Те сами повели его в одно классное кафе, где они поели, и спели в караоке. Раньше Станислав никогда не пользовался караоке, но ему даже понравилось петь там. В этом было что-то необычное. Сразу было столько слушателей…. Незнакомые люди с таким интересом смотрели, как кто поёт. Стас даже спел один, и всем очень понравилось, как он спел, а ребята были просто в восторге от его голоса. Они и вместе пели, но это было больше забавно, чем красиво. Парень пытался один вытянуть песню, но ребята пели очень плохо. Зато они от души посмеялись.

Вспомнив сейчас, как они пели в караоке, Стас слегка улыбнулся, не удержавшись.

– Да, ты сейчас такой довольный, – мама опять обратила на это внимание. – Ничего необычного не произошло?

– Нет, я просто хорошо погулял, – махнул рукой молодой человек и поспешил двинуться дальше по коридору. Продолжать этот разговор не стоило.

Лариса Викторовна посмотрела вслед сыну всё тем же удивлённым взглядом, гадая, почему же он сейчас такой довольный и что успело произойти во время прогулки с ним, что его настроение так изменилось. Оставаясь всё такой же удивлённой, она прошла на кухню.

Станислав, проходя мимо гостиной, притормозил. Он увидел сидящего там, на диване, отца. Тот внимательно читал Библию. Его выражение лица было сосредоточенным и задумчивым. Немного подумав, парень направился к отцу. Он уселся неподалеку от него на диван и проговорил:

– Пап, дай, пожалуйста, денег.

Виктор Петрович оторвал свой взгляд от Библии и посмотрел на сына. Окинув его взглядом, он выдал:

– Что это ты какой-то довольный? Что-то хорошее произошло?

– Да с чего вы взяли, что я довольный? – удивился Стас.

– Даже не знаю… – пожал плечами глава семейства, вглядываясь в лицо сына. – Просто выглядишь каким-то довольным. Когда ты уходил, у тебя было другое выражение лица, а сейчас…. Что-то переменилось. Так у тебя что-то хорошее произошло?

– Да всё как обычно, – также безразлично махнул рукой молодой человек. – Просто хорошо погулял и всё. Знаешь ли, гулять иногда полезно.

– В курсе! Мы тебе постоянно об этом говорим, когда ты в свои игры целыми днями играешь.

– Ну, вот поэтому я, наверное, таким довольным выгляжу, – подвёл итог сын.

– Хочешь сказать, свежий воздух так на тебе сказался? – не собирался верить в это отец.

– Наверное…. Так что насчёт денег? – поспешил перевести тему парень.

– У тебя же вроде были деньги, – напомнил Виктор Петрович. – И ты сам говорил, что у тебя есть деньги. Куда они успели деться?

– Я их сегодня потратил. Так что больше у меня денег нет. И мне нужны деньги.

– А позволь спросить, на что они тебе? – полюбопытствовал мужчина, окидывая сына внимательным взглядом и пытаясь догадаться, почему он вернулся с прогулки такой довольный и зачем у него просит деньги. Для главы семейства всё это казалось каким-то странным. – Для какой цели?

– Пап, ну, отчитываться тебе я точно не буду, для чего мне нужны деньги. Тебе не кажется, что это не очень хороший вопрос? – поморщился молодой человек. Этот вопрос для взрослого парня был очень неприятным.

– Ну, а вдруг ты собрался покупать себе сигареты?

– Фу! – Стас даже скривился, представив себе это. Сигареты он просто ненавидел. Ему не нравился табачный дым, а что уж говорить про сам табак…. Предположение отца было очень глупым и странным. – С чего это мне их покупать?!

– Ну, мало ли что тебе в голову придёт. Сейчас ты в игры начал играть, а потом решишь ещё курить.

– Что за недоверие, пап?

– Что поделать, сынок? Ты сам не оставляешь выбора. Эти твои игры…. – глава семейства запнулся. – Мало ли к чему они могут привести. Так что хочу подстраховаться. Это же несложно сказать для чего тебе деньги. Раньше ты всегда мог спокойно это сказать, а сейчас какая-то скрытность началась. Скажи, пожалуйста, зачем тебе деньги?

– Ну, ладно, ладно, – сдался парень, понимая, что отец всё равно не отстанет и иначе не даст деньги, а они были нужны ему, – я с компанией ребят познакомился. И мы хотим в пару мест сходить завтра. Для этого мне и нужны деньги!

– С компанией ребят? – удивился мужчина, ожидая какой угодно ответ, но не такой. Зато теперь всё становилось на свои места. Было понятно, почему сын был такой довольный. Здесь любой на его месте будет довольный, когда наконец-то получилось с кем-то познакомиться и пообщаться, а долгое время это не получалось. – Что за ребята? Как вы познакомились? – посыпались от него вопросы.

– Да какая разница? – не желал отвечать на эти вопросы Станислав. Рассказывать про ребят ни отцу, ни тем более маме он ничего не собирался. Ведь тогда придётся и рассказывать, чем они занимались весь день, а молодой человек точно знал, что это родителям не понравится. – Ты деньги дашь или нет?

– Хорошо, дам, конечно, – Виктор Петрович полез в карман за деньгами. Он достал из кармана кипу бумажек и начал их перебирать в руках, решая, сколько денег дать сыну. – Ничего себе! Успел за один день с какими-то ребятами познакомиться….. – не смог скрывать своего удивления отец.

– Это случайно вышло. Они меня позвали кое с чем помочь, я согласился, и так познакомились…. – кратко объяснил Стас, не вдаваясь в подробности.

– Ну, значит ты молодец, что согласился им помочь, – улыбнулся глава семейства и протянул сыну деньги. – Столько хватит?

– Ага. Вполне. Спасибо, – парень взял из рук отца деньги, запихнул их в карман и поспешил уйти в комнату, желая избежать дальнейших вопросов.

Только зайдя в комнату, он с облегчением вздохнул, радуясь, что больше никаких вопросов от отца по поводу завтрашнего дня не последовало. Ведь на самом-то деле они завтра собирались посетить много классных мест. Они хотели сходить на картинг, в стрелковый клуб, опять поесть в том кафе с караоке, и это было только начало.

Стас даже не знал, что ещё придёт в голову ребят и куда ещё они его потащат, но был уже в предвкушении от завтрашнего дня и с нетерпением ждал его. И молодой человек был безмерно рад, что оказался сегодня на набережной и встретился с этими ребятами, ведь он мог и не встретиться с ними и тогда этот его день был бы таким же скучным, как и остальные. Но вот он пересёкся с ребятами и благодаря своей любви к играм смог с ними познакомиться и сблизиться, и это было просто замечательно. Парень был этому очень рад.

Кушать ему сейчас совершенно не хотелось, и он с радостью на сердце от того, что смог завести классных друзей, уселся играть в игры.

– Ба бахххххх псцдвгущщщ… бдынгц пшшшшщщ… – раздавались выстрелы.

– Ура! Снова в цель! – радовался Вова. – Видели, да?

– Да, да, видели, – отмахнулся от него Миша, целясь и пытаясь попасть в цель. Но он снова промазал. – Ну, что такое?!

– Попробуй встать по-другому, – помог ему Стас. – И руку вот так! – поправил он руку друга. – Так будет удобнее. И стреляй. Только сначала глубокий вдох и после этого стреляй.

– Ну, ладно, – не стал спорить Миша. Он прицелился, сделал глубокий вдох и выстрелил. И сразу попал в цель! – Да! Есть! Стас, ты точно раньше не стрелял?

– Нет, не стрелял, – покачал головой Станислав и тоже выстрелил. Попал он точно в цель.

– А как ты тогда знаешь, как лучше становиться и почему так хорошо стреляешь?

– Даже не знаю. Просто почему-то получается. А как встать…. Я посмотрел, как другие стоят и понял, что так удобнее. И всё!

– Ну, ты даёшь! – удивлялся Миша.

– Да, он молодец! – хлопнул парня по плечу Коля. – Хорошо, что мы подружились.

– И не говори, – улыбнулся Михаил.

– И снова в цель! – крикнул Вова. – Да! А вы чего не стреляете?

– Стреляем, стреляем, – махнул рукой Николай.

– Ребят, вы посмотрите на ту клушу, – Миша ухмылялся, глядя куда-то вперёд. Ребята посмотрели туда и увидели девушку, которая стояла в стороне от них и неловко вертела ружьё в руках, не понимая, как с ним управляться.

– И что она сюда пришла, если не знает даже как пользоваться ружьём, – скривился Коля, не удержавшись от парочки бранных слов.

– Смотрите! – Михаил побежал к этой девушке. Он взял из её рук ружьё и начал делать вид, что помогает ей, но было видно, что он разбирает ружьё. Коля и Вова, наблюдая за другом, умирали со смеху. Стас только нахмурился, понимая, что поведение Миши было некрасивым. И вот тот протянул ружьё девушке. Она неаккуратно взяла его и уже собралась стрелять, как тут оно начало разваливаться. От ружья отвалились несколько частей, и стрелять из него точно было уже невозможно. Коля и Вова начали ещё пуще смеяться, а Миша, не удержавшись, тоже залился смехом и поспешил обратно к ребятам, оставив растерянную девушку, которая теперь вообще не знала что делать, одну. – Клуша ещё та! И такая доверчивая…. – проговорил парень, продолжая смеяться, когда подошёл к друзьям. – Подождите! Сейчас ещё раз подойду.

– Миха, стой! – остановил его Станислав. – Да ладно тебе! Оставь ты её. Она итак вон, какая растерянная. Хватит с неё! Посмеялись и достаточно. Что доставать её?

– Стас, ты чего это? – удивился Коля. – Пусть идёт! Ещё посмеёмся. Давай, Миха.

Миша захихикал и побежал обратно к девушке. Стас отвернулся в сторону, не желая наблюдать за всем происходящим, так как ему это очень не нравилось, и продолжил стрелять. До него лишь доносился смех ребят, но молодой человек даже не оборачивался, не желая знать, что там происходит. Когда он наконец-то обернулся, то увидел Мишу, Колю и Вову, которые громко смеялись, еле стоя на ногах. Кинув взгляд в ту сторону, где была девушка, он увидел, что её уже там нет.

– А куда она делась? – спросил Станислав.

– Расплакалась и убежала, – не прекращая смеяться, ответил Вова.

– Ну, и зачем это было делать? – укоряюще покачал головой молодой человек. – Что она вам сделала?

– Да просто весело это, – спокойно сказал Коля.

– Что ты такой серьёзный, Стас? – приобнял друга за плечи Миша. – Надо уметь проще ко всему относиться. Ничего с ней не случится! Зато весело было! Расслабься! Посмейся и не напрягайся. Что тебе до неё?

– Просто не понимаю, зачем было к ней приставать, – парень посмотрел по сторонам, надеясь, что никто не увидел, как ребята доставали девушку.

– Весело это и всё! – улыбнулся Коля. – Пойдёмте, перекусим? А потом можно на картинг рвануть.

– Да, давай, – согласился Вова.

– Можно, – не стал спорить Станислав.

– Кстати, Стас, а я, кажется, тебя помню! – Миша как-то странно смотрел на друга, окидывая его пристальным взглядом.

– В смысле? – не понял молодой человек. Другие ребята тоже остановились, с удивлением смотря на Мишу. – Конечно, ты меня помнишь. Мы же познакомились вчера, – он улыбнулся, и остальные ребята тоже заулыбались, оценив подкол парня.

– Да, я не про это. Мы же виделись раньше! – воскликнул Михаил. – Я тебя только что вспомнил. Вроде как пару лет назад мы были на причале и доставали какую-то бабульку. Это же твой отец подошёл к нам тогда и сделал замечание! – напомнил он, и Стас тут же вспомнил этот день. И только сейчас осознал, что это, и правда, те же самые ребята, что были тогда там на лавочке. А он их даже не узнал…. Они, конечно, не слишком сильно изменились, но только сейчас парень вспомнил их. С того дня произошло столько всего, что было не странно, что Стас сразу их не вспомнил. – Я просто видел, как он вроде к тебе потом подошёл и что-то говорил, – продолжал вспоминать Миша.

– Да, это же точно ты! – вспомнил Коля.

– Ага! – Вова вглядывался в лицо Стаса. – И правда, ты. Я даже не вспомнил тебя сразу, хотя тогда тоже тебя видел. И этого мужика запомнил… Он мне, конечно, очень не понравился. Уж прости!

– Да, это был мой отец, – понял Станислав, что отнекиваться и говорить, что это не он просто глупо. Да и зачем это делать? – Он ещё тот зануда! – брякнул парень. – Да ну его! Я уж точно не обижаюсь на то, что он тебе не понравился. Мне всё равно!

– Ты же надеюсь не такой зануда, как он? – полюбопытствовал Коля.

– А я похож на зануду? – засмеялся молодой человек. – Вроде бы вчера вечером у вас не было такого впечатления!

– Ну, это было вчера, – пожал плечами Николай, рассматривая Стаса так, словно видел его первый раз. – Просто сейчас ты так отреагировал на то, что мы доставали ту девчонку…. Надеюсь, ты не будешь реагировать так всегда? А то тогда с тобой точно будет скучно. Ты же точно не зануда?

– Я так отреагировал, потому что Миша уже достаточно поддразнил её, и видел, что ещё немного, и она зарыдает. А я женские сопли как-то не очень люблю, – выкрутился Станислав и даже скривился, стараясь убедить ребят в своих словах. Терять дружбу с ними он точно не хотел, поэтому нужно было притвориться, что ему это тоже нравится.

– А, ну тогда понятно, – кивнул Коля и с облегчением вздохнул. – А то я уже подумал…

– Если мы это прояснили, то может, пойдём, перекусим? – торопил ребят Вова.

– Да, идём, – парень уверенно направился к выходу. – Как же всё-таки мир тесен. Встретились…. Ничего себе! Неожиданно!

Стас пропустил вперёд ребят и, убедившись, что они немного отдалились, с облегчением вздохнул. Обмануть ребят у него получилось. Теперь оставалось только притворяться, что ему тоже нравится, когда друзья достают других и обижают ребят, которые не могут за себя постоять. Ничего другого ему не оставалось. Если этого не делать, то он потеряет друзей, а этого молодой человек не хотел. Ему нужны были друзья, даже если они были такими.

Станислав кинул на кровать очередные джинсы, копаясь в карманах и пытаясь найти деньги. Но где бы он ни искал, денег нигде не было. У него вновь закончились деньги. Он просил их у отца за эту неделю уже три раза, и походу деньги нужно было просить опять. Стасу даже было уже неловко это делать. Раньше он никогда так часто не просил у отца денег. Тот обычно сам периодически давал ему деньги, избавляя его от нужды просить их самостоятельно, и парню этих денег надолго хватало. Но вот сейчас он стал чаще гулять, стал куда-то ходить с друзьями и деньги были нужны. Они улетали так быстро, что молодой человек даже не успевал это замечать. И вот опять у него не было денег.

Стас тяжело вздохнул. Нужно было собраться, пойти в гостиную и попросить у отца денег, как бы ни было неудобно делать это вновь. Деньги ему были нужны сегодня, а иначе нечем будет расплачиваться во время прогулки с друзьями. Благо уже был вечер, и отец успел вернуться с работы. Сегодня пораньше он никак не смог погулять с друзьями, так как те были заняты и освободились лишь к вечеру. И это было к лучшему, что они сегодня решили погулять вечером. Потому что если бы они собирались гулять в обед, и уже в обед молодой человек обнаружил бы, что денег у него нет, попросить их он никак бы не смог. Но сейчас был уже вечер, отец был дома, и Стас мог спокойно подойти к нему и попросить денег.

Парень вновь вздохнул, бросил на кровать ещё одни джинсы, которые держал в руках, и вышел из комнаты. Отец, как и думал сын, находился в гостиной. Мама была в спальне, так что молодой человек мог спокойно поговорить с отцом.

– Пап, мне нужны деньги, – сразу проговорил Стас, даже не усаживаясь рядом с ним на диван.

– Опять? – не смог скрыть своего удивления мужчина, но за деньгами полез. – Недавно же давал. На что ты их тратишь?

– Ну, я же говорил, что мы гуляем с ребятами.

– И что? – ничего не прояснило это отцу. – Раньше у тебя хватало денег на всё и надолго. А сейчас чуть ли не за один день уходят.

– Ну, знаешь, пап, вообще-то всё подорожало. Цены, знаешь ли, поднимаются и всё становится дороже. Вот и нужно больше денег!

– Ну, ладно, – поверил сыну Виктор Петрович и протянул деньги. – Бери.

– Спасибо, – благодарно улыбнулся парень и уже хотел уйти.

– Сынок, а ты не хочешь с нами на служение сходить? – внезапно спросил глава семейства. – Мы с мамой решили среди недели вместе на служение сходить. Может быть, хочешь к нам присоединиться? А то ты весь день дома сидел. Сходи хоть на служение.

Станислав обернулся и окинул отца удивлённым взглядом. Нет, удивляло его не то, что отец собирался идти на служение среди недели. У них всегда проходили служения среди недели, но они не всегда на них ходили. Точнее мама частенько на них ходила, а вот у него и отца не всегда это получалось. Тем более во время учёбы у Стаса это почти не получалось. Но сейчас были каникулы, и было понятно, почему мужчина это ему предложил.

Станислав иногда ходил на служения среди недели. Зачастую он ходил на них вместе с отцом, когда у того было на это время и тот предлагал вместе сходить на собрание. Парень почти никогда не отказывал ему и всегда соглашался с ним вместе пойти на служение. Почему-то именно с отцом молодому человеку нравилось посещать эти служения. В особенности часто это было летом и на каникулах. И вот сейчас как раз было лето, каникулы, и отец ему это предложил.

Больше всего удивило Стаса то, что родители собирались идти на служение вместе и ещё предлагали ему к ним присоединиться. Вот это было крайне редко и удивляло сына. Но пойти с ними он в любом случае никак не мог, ведь скоро должен был встретиться с друзьями и отправиться гулять с ними.

– Нет, я не могу с вами пойти, – наконец-то ответил молодой человек. – Мы сейчас уже скоро с ребятами встречаемся, и будем гулять. Так что я занят!

– А почему вы сегодня так поздно встречаетесь? – удивился мужчина. – Вы же всегда обычно раньше встречались.

– Ну, сегодня вот так, – развёл руками парень. – Они были заняты и только недавно освободились. Поэтому пойдём гулять в это время.

– Это значит, ты поздно вернёшься? – догадался отец, зная, что ребята всегда долго гуляют. Сын уже не один раз возвращался домой позже двенадцати часов вечера с учётом, что встречался с друзьями после обеда. А если сейчас они встречаются вечером, то, понятное дело, Стас вернётся ещё позже.

– Ой, только морали мне читать не надо, – отмахнулся от него молодой человек.

– Да я и не собирался, – честно ответил глава семейства. – Я, конечно, буду переживать, но понимаю, что ты взрослый парень и можешь гулять так поздно. К тому же сейчас лето и все частенько летом гуляют допоздна, а некоторые и по ночам. Ты, надеюсь, ночами гулять не будешь!

– Посмотрим, – неопределённо сказал парень.

– Точно не хочешь пойти с нами на служение? Мы редко ходим так все вместе.

– Я же сказал, что буду гулять с друзьями.

– Да с друзьями ты уже итак гуляешь больше недели, и гуляете вы почти каждый день. А сходить вместе на собрание среди недели получается редко. Мне кажется можно один раз отменить прогулку с друзьями и сходить с нами. А то ты то в играх, то с друзьями гуляешь…. Можно и с нами немного побыть!

– Стасик, а ты что не хочешь с нами на служение сходить? – раздался голос мамы, которая прошла в гостиную и услышала слова мужа. – Я надеялась, что ты с нами сходишь. Ты уже давненько на них не ходил. Думала, что сейчас лето, и ты захочешь сходить с нами. Не вечно же дома сидеть!

– Он сейчас идёт гулять с друзьями, – сообщил Виктор Петрович. – Поэтому не может с нами сходить на служение. Пойдёт с ними гулять.

– Стасик, ну, можно же, и правда, один раз отменить общение с ребятами, – проговорила женщина, шагнув к сыну. – К тому же Богу отдавать время тоже важно, а ты последнее время стал Ему отдавать мало времени. Это тоже не дело, Стасик. То у тебя игры эти, то прогулки с друзьями…. Давай, один раз отмени всё и сходи на служение. Пока и мы на него можем сходить. Сходим все вместе. Здорово же, не так ли, Стасик?!

– Нет, я не могу, – отказался сын. – Меня ребята ждут. Отменять я ничего не стану. Планы мы уже построили, и откладывать их я не буду. А собрания…. Они никуда не денутся. Если я захочу, то и сам на них схожу. Один. Без вас!

– Но мы впервые за столько времени можем сходить на него вместе! – воскликнул отец. – Неизвестно когда ещё такое будет. А погулять ты можешь и потом. Например, завтра. Это что так сложно? Отменить прогулку и всё…. Мне кажется несложно. Пожалуйста, сынок. Мы ведь тебя просим об этом.

– Нет. Я не хочу, – отрезал Стас и решительно двинулся к своей комнате, давая понять, что разговор закончен.

Родители переглянулись и грустно вздохнули. Они очень надеялись, что им получится уговорить сына сходить с ними на служения. Они очень хотели это сделать для того, чтобы сын хотя бы немного побыл на служении среди недели и без своих игр, а также среди недели отвлёкся от общения с друзьями. Но у них ничего не вышло, и родители были этим расстроены.

Станислав, вернувшись в комнату, сразу начал переодеваться. Оставалось всего немного времени. Ребята должны были совсем скоро приехать. Да, общался с друзьями он уже больше недели, и их дружба за это время окрепла ещё больше.

Парень ещё сильнее привык ребятам, и ему с ними нравилось ещё больше. Он ни на секунду не жалел, что начал с ними общаться, потому что ему ни с кем не было так весело, как с ними. А с ними было очень интересно и весело и ни разу во время прогулки Стасу не приходилось скучать. С ними он вообще забыл про скуку. Ребята быстро находили, чем заняться и куда-то тащили его, лишь бы не скучать. И это было невероятно круто для молодого человека. Ему это очень нравилось, и он желал больше и больше общения с ребятами.

Одевшись в уличную одежду, Стас получил сообщение от друзей, что они уже подъезжают к его дому. Он запихнул деньги в карман и вышел из комнаты. Даже не обратив на родителей, которые проводили его взглядом, парень прошёл в прихожую, быстро натянул кроссовки и покинул квартиру.

Виктор Петрович, посмотрев на закрывшуюся входную дверь, тяжело вздохнул. Муж посмотрел на жену, которая только начала одеваться и готовиться к служению, и двинулся к прихожей.

– Милый, ты куда? – выглянула из спальни Лариса Викторовна.

– Пойду, выйду на улицу, – кивнул на дверь глава семейства. – Подожду тебя там. Как раз воздухом подышу. Там же так хорошо….

– Хорошо, иди, – не стала останавливать его женщина.

Мужчина улыбнулся ей и, надев обувь, покинул квартиру. Уже через пару минут он вышел на улицу. На улице Виктор Петрович огляделся. Он сразу заметил сына, который стоял возле машины с каким-то парнем. Этот парень весело смеялся.

– Ну, что такое очкастый? – грубо разговаривал кто-то, через слово вставляя мат, с молодым человеком, сидящим на лавочке. Мужчина сразу посмотрел туда и увидел двух парней, стоящих над этим парнем. Они находились от мужчины буквально в двадцати метрах. – Не знаешь, что сказать?! А ты скажи хоть что-то, – ребята громко смеялись над ним.

Виктор Петрович сделал шаг к ним, желая сделать замечание и остановить это безобразие, но тут кинул взгляд на сына. И увидел, что тот смотрит именно на этих ребят и что-то говорит своему собеседнику. Глава семейства тут же заинтересовался, думая, что вдруг сейчас Стас решит к ним подойти и остановить их. Но сын продолжал стоять на своём месте, не спеша это делать. Виктор Петрович тоже не спешил подходить к ребятам, собираясь дать Стасу возможность сделать это самому. Скорее всего, парню надо было собраться с силами, чтобы сделать это и именно этого ждал отец.

– Очкастый, ну, почему ты молчишь? – тем временем продолжали приставать к этому молодому человеку парни. – А может быть, ты язык проглотил?

– Или у него его нет. А иначе, почему он постоянно молчит? – ребята дали друг другу «пять» и весело засмеялись.

– Ребята, так мы едем или как?! – крикнул собеседник Стаса, и в этот момент мужчина насторожился.

– Пока, очкастый! Ещё увидимся! – хлопнул несчастного парня по плечу один из молодых людей и направился прямиком к Стасу и его другу. Тут Виктор Петрович замер.

– Не скучай! – проговорил второй парень и двинулся в ту же сторону.

– Ну, наконец-то, – обратился к ним Станислав и первый сел в машину.

Остальные ребята тоже запрыгнули в салон, и уже через минуту машина рванула с места и выехала со двора. А мужчина всё продолжал стоять на своём месте, смотря то на машину, которая уже исчезла с поля зрения, то на того молодого человека, к которому приставали. И в его голове не усваивалась одна мысль: это что друзья Стаса?! Виктор Петрович просто не желал в это верить, но, видимо, это была правда, ведь они подошли к нему и все ребята сели в одну машину. Это были его друзья!

Станислав сидел за кухонным столом, сонно отправляя в рот кусок за кусочком омлета и попивая чай. Вернулся он домой после прогулки очень поздно, мало поспал и совсем не выспался. Но спать всё равно долго было нельзя, так как они и сегодня должны были встретиться и пойти гулять. Поэтому парню пришлось подняться и пойти завтракать. Конечно, не с родителями, которые встали уже давно и позавтракали, но сыну было и одному нормально. Всё равно он был очень сонный, и ему было не до разговоров. А так он мог хотя бы спокойно посидеть, покушать и немного взбодриться, что Стас и пытался сделать.

– Сынок, можно с тобой кое-что обсудить? – спросил Виктор Петрович сразу, как только прошёл на кухню.

– Конечно, – махнул рукой парень и сделал очередной глоток чая. Он подпёр рукой голову и посмотрел на отца. Вид у того был какой-то напряжённый и строгий. Но Стас даже не напрягся. Он был слишком сонным, и ему сейчас было всё безразлично. Ему даже было всё равно, о чём отец хочет сейчас поговорить.

– Я хотел бы поговорить о твоих друзьях… – начал тот и замолчал, вглядываясь в лицо сына. Тот даже бровью не повёл, продолжая смотреть на него. – Стас, скажи честно, твои друзья… они, что какие-то местные хулиганы? – задал вопрос мужчина.

– Что? – переспросил молодой человек и сразу прыснул от смеха. – С чего ты взял?

– Я просто видел, как они приставали к тому парню. Я вышел вчера из дома прямо после тебя и увидел это, – рассказал глава семейства. – Подумал сначала, что это просто какие-то посторонние ребята. Я видел, что ты недалеко стоял и смотришь на них и подумал, что ты сам подойдёшь к ним и сделаешь замечание. Ждал, ждал и тут вижу, они идут прямо к тебе и твоему другу. Ты даже не представляешь моё удивление! Я до последнего надеялся, что они идут не к вам, но тут вы все вместе сели в машину. Честно я был в шоке, что такие ребята твои друзья. Я, конечно, всё понимаю, сынок, но заводить таких друзей…. Тебе не кажется, что не стоит с ними дружить?

– А тебе не кажется, что тебя не касается, с кем я дружу? – нахмурился Станислав. Ему не нравилось, что отец пытался указывать, с кем ему дружить. – Это моё личное дело!

– Не спорю, сынок, но эти ребята… – мужчина запнулся. – Ты хоть видел, что они делали? Да ты точно это видел! Ты прямо на них смотрел. И, по-твоему, это нормально?

– Нет, я не считаю, что это нормально.

– И почему ты тогда просто на это смотрел? Почему ты не сделал им замечание? Они твои друзья вообще-то! Остановил бы их и всё. Но нет. Ты просто смотрел!

– Я не обязан их чему-то учить, – поморщился сын. – Они взрослые люди и у них есть своя голова на плечах. Так что ругать их за что-то я точно не собираюсь. Да, это плохо, но делать им замечание…. Я не стану!

– Тогда зачем ты с ними вообще общаешься? – не понимал Виктор Петрович. – Эти ребята просто настоящие хулиганы, а ты с ними общаешься. Зачем? Они просто так обижают других людей, а ты стоишь рядом с ними и наблюдаешь за этим. Это, по-твоему, нормально? Это ненормально!

– Слушай, что тебе не нравится? Я же это не делаю, и лично мне это не нравится. И не собираюсь это делать! А за друзей я не отвечаю. И не общаться с ними только из-за этого, не собираюсь. В целом они нормальные ребята. И очень весёлые. Так что я буду с ними общаться, даже если они тебе так не нравятся.

– Стас, ты сам не понимаешь, что как христианин не можешь просто стоять рядом и молчать, пока они кого-то обижают?! Ты должен либо остановить их и сделать им замечание, либо просто не общаться с такими ребятами. Это сейчас ты говоришь, что не делаешь это, и тебе это не нравится. Но, если продолжишь наблюдать за тем, как они это делают и молчать, рано или поздно они надавят на тебя, и ты тоже начнёшь это делать. Я же вижу, какие это ребята. Тебе не стоит с ними общаться! Они легко на тебя надавят и научат чему-то плохому. Ты уж прости, сынок, но тебе такие друзья не подходят. Тебе лучше найти себе других друзей. Более добрых.

– Ты их совсем не знаешь, а уже так судишь! Вот ты что ли не понимаешь, что нельзя так сразу судить людей? Как христианин ты тоже не можешь так делать. Нужно сначала ближе их узнать, а потом уже говорить подобное.

– Сынок, мне было достаточно, что я увидел такой поступок, – выдал отец. – Уже этого поступка достаточно, чтобы понять, что эти ребята нехорошие. И что с ними тебе лучше не сближаться. Поэтому пока не поздно перестань с ними общаться.

– Это приказ что ли?! – был готов вспылить Стас.

– Нет, это просто просьба, сынок, – улыбнулся Виктор Петрович. – Или совет. Смотря как тебе больше нравится. Ничего больше. Я понимаю, что ты уже взрослый парень и приказывать тебе с кем дружить, а с кем нет, не могу. Поэтому просто даю тебе совет: не общайся с ними! Доброму они тебя не научат. Только злому! Лучше сам попробуй научить их доброму, но если они не захотят…. Оставь их! Лучше быть одному, чем общаться с такими ребятами.

– Это тебе легко говорить! – выражение лица парня стало недовольным. Он взял в руки уже пустую тарелку, залпом допил чай и поднялся из-за стола. – Не ты же ведь оставался без друзей! Поэтому не смей так говорить и тем более судить меня за моих друзей. Я сам разберусь общаться с ними или нет. А твои советы… мне не нужны! И мне нет до них дела. Я буду общаться с друзьями столько, сколько посчитаю нужным. А если ты переживаешь, что они меня научат плохому, то спасибо большое, пап, за доверие. Было приятно с тобой поговорить!

– Сынок, ну, не надо сразу обижаться на меня. Я же просто сказал правду. Как считаю на самом деле. Я просто очень беспокоюсь за тебя. Понимаешь?

– Ничего я не желаю понимать, – молодой человек поставил посуду в раковину и начал мыть её. – И твоя забота мне не нужна! Оставь меня в покое!

– Сынок, ты что сам не видишь, куда заведёт тебя дружба с ними? – придвинулся к сыну глава семейства и посмотрел ему в лицо. – Ты добрый и хороший парень, а они…. Просто используют твою доброту и испортят тебя. Я очень этого боюсь. Если ты уже из-за прогулок с ними не хочешь идти на собрание среди недели…. Я очень боюсь, что это заведёт ещё дальше. Сынок, просто услышь меня и прислушайся к моему совету. Я очень волнуюсь за тебя!

– Я сказал тебе: оставь меня в покое! – буквально прорычал парень, выключил воду и покинул кухню, давай понять, что говорить с отцом он больше не будет.

Виктор Петрович тяжело вздохнул, расстраиваясь, что разговор с сыном так прошёл, взял тряпку и начал протирать стол, желая чем-то заняться, чтобы не так переживать. А за сына он очень сильно переживал и теперь его волнение усиливалось. Отец боялся, что его мягкий, добрый и умный сын испортится и станет хуже. Он этого совсем не хотел. Но и к советам парень прислушиваться не желал, а значит, оставалось только надеяться, что рано или поздно Стас прислушается к совету и бросит этих друзей, потому что дружба с ними точно к добру не приведёт. Если Виктор Петрович переживал из-за Серёжи, а тот был гораздо лучше, то теперь ещё сильнее переживал. И он точно знал, что, если сын продолжит общаться с ребятами, ему же будет от этого хуже.

Так постепенно прошло два месяца. Стас с ребятами общался всё также замечательно. Когда началась учёба, они стали гулять не так часто, но всё равно старались гулять пару раз на неделе и каждые выходные. Ещё в августе молодой человек почувствовал, что больше не желает ходить на спевки и начал понемногу их прогуливать. Сначала он находил какие-то поводы, чтобы не приходить на спевки, а пойти гулять с друзьями, а потом вообще перестал на них ходить.

Родители попытались заставить его ходить на спевки, говорили ему, что труд в Церкви оставлять нельзя, но сыну было на это всё равно. Он даже их не слушал. Просто сказал, что принял решение, и больше не стал ходить на спевки. А у него больше не было ни малейшего желания приходить на спевки, петь с ребятами и ещё в воскресенье стоять в хоре. Ведь всё равно ребята его не принимали, общаться ему было не с кем, и он не видел никакого смысла там с ними находиться. Лучше уж быть с друзьями в это время, чем торчать на спевке. Так решил Станислав! Он итак частенько пел с ребятами в караоке, а также мог петь один дома и его это вполне устраивало. Этого парню хватало!

На служения в воскресенье ему тоже становилось лень ходить. Первым делом он перестал ходить на молодёжные служения. Он какое-то время походил на них, когда началась учёба, а потом понял, что это просто пустая трата времени. Из-за этих служений Стас не успевал нормально погулять с друзьями, и в итоге был недоволен днём. Поэтому молодой человек, даже не говоря родителям, что не ходит на эти служения, начал сразу отправляться гулять с друзьями. Просто писал друзьям сообщение, они его забирали с остановки и отправлялись развлекаться. Родители ничего не знали, не ругались, были довольны, что он сидит все служения, и парень был очень доволен всей этой ситуацией.

Да, ему, конечно, не хотелось вообще в воскресенье приходить, и он был бы рад полностью оставить служения и сразу идти гулять с друзьями, но всё же понимал, что эти служения нужны. Богу отдавать время всё-таки надо. Хоть немного, но надо. К тому же молодой человек понимал, что родителям не понравится, если он перестанет ходить на воскресные служения. Сын даже не представлял их реакцию, но точно знал, что реакция будет негативной и бурной. Узнавать, как они на это отреагируют, он не хотел, поэтому оставалось через силу приходить на воскресные служения, отсиживать их, дожидаться пока уйдут родители и бежать гулять с друзьями. Так парень и строил своё воскресенье.

И в очередное воскресенье после служения Стас дождался пока родители уйдут, встретился с друзьями и теперь с ними гулял. И как раз сейчас они развлекались.

– Ты клоун, что ли? Ты что так вырядился? – приставал к какому-то несчастному парню Коля. Этот парень был одет, конечно, забавно. Розовая, даже малиновая, рубашка, которая на нём просто висела, зелёные брюки, жёлтые кроссовки и джинсовая куртка. Вид у этого парня был ужасен.

Вова и Миша весело смеялись над ним, а Стас, стоя рядом, тоже смеялся. Не то, чтобы Станиславу нравилось приставать к другим и обижать их, но он понял, что это весело. Ребята были правы. Это было очень весело! Да, да, это было нехорошо, и молодой человек это прекрасно понимал, но было в этом что-то приятное. Ощущать свою силу и преимущество над кем-то… Это было классное чувство! Ему это немного доставляло удовольствие, ведь раньше он это никогда не ощущал. И вот наконец-то смог почувствовать и весело смеялся вместе с друзьями, разглядывая этого парня.

– Нет, Стас, ну, ты скажи: это нормально?! – обратился к другу Коля, рукой ткнув на парня. – Ты так оделся бы?

– Да ни за что! – отрезал Станислав, смеясь.

– Клоун! – крикнул Миша. – Оденься нормально или не позорься. Тебя избить что ли надо, чтобы ты так не одевался?!

– Нет, не надо, – испуганно замотал головой парень.

– Вали отсюда! – толкнул несчастного Вова. – Чтобы мы тебя тут не видели. В следующий раз увидим в таком виде – побьём! Понял?!

– Да, да, – кивнул парень и бросился бежать.

– Беги, беги, клоун! – присвистнул вслед ему Коля, и ребята ещё пуще засмеялись. – Ну, даёт…. Надо же так нарядиться.

– И не говори! – поддержал его Станислав, тоже умирая со смеху.

– Ну, скажи же классно подкалывать других? – хлопнул его по плечу Миша. – В особенности подобных неудачников. Да они просто заслуживают такой критики. Кто им ещё это скажет? Так что мы даже помогаем людям!

– Ну, в какой-то степени да, – не стал он спорить. – Этому парню – точно! А так я согласен, что это классно. Очень весело! – молодой человек опять засмеялся.

– Вот! Теперь ты мне ещё больше нравишься! – Коля обнял Стаса за плечи. – Когда ты стал с нами подкалывать других и смеяться над ними, ты мне больше начал нравиться. А то мне всё казалось, что ты или сбежишь от нас, или начнёшь какие-то нравоучения. Я очень боялся этого!

– Сейчас, – отмахнулся от друга парень. – Заняться мне больше нечем!

– Но всё обошлось, – закончил Коля. – И это хорошо! Не хотелось бы терять такого классного друга. Ты точно не зануда, как твой отец! Ты весёлый и классный парень.

– Ну, спасибо, – фыркнул Станислав. – Мы теперь друг другу комплименты будем делать? Или ты в меня влюбился? Так я должен предупредить, что ничего не выйдет. Я девочек больше люблю!

– Ну, ты какой! – прыснул друг. – Подколол, так подколол!

– Как он тебя ловко, Колян! – засмеялся Миша.

– Быстро учится! – Коля напоследок похлопал Стаса по спине и двинулся вперёд. – Давайте теперь в кинотеатр скорее. А то не успеем!

– Бегом, – побежал Вова.

– Ну, можно и не бегом, – пожал плечами Миша, идя спокойно. – Пройти в зал всё равно сможем. Ничего страшного если немного опоздаем.

– Да пусть бежит, – махнул рукой на Вову Стас. – Тебе то что? Может, он спортом решил заняться?

– Да, ему будет это полезно, – улыбнулся Михаил. – Растолстел он знатно!

– Только ему об этом не говори, – прошептал Коля.

– Кто растолстел?! – внезапно оказался перед Мишей Вова. – Я что растолстел? Что ты врёшь?! Я шикарен. У меня просто кость широкая.

– Ну, конечно, – усмехнулся парень. – Кость у него широкая….

– А что тебе не нравится? – нахмурился Вова и оглядел себя. – Всё у меня хорошо! Даже девчонки на меня заглядываются.

– Они заглядываются не на тебя, – выдал Коля. – Они скорее смотрят на Стаса, чем на тебя.

– А почему именно на меня? – даже удивился Станислав.

– Потому что, как я вижу, у тебя вообще никаких проблем с лишним весом нет, – пояснил друг. – Ты всегда выглядишь хорошо, но даже почти не занимаешься. Мне приходится много заниматься, а иначе разнесёт…. Просто жуть! Миха тоже много занимается. А вот Вовка…. Ты занятия совсем забросил.

– Но я не толстый, – продолжал спорить Вова. – Я вон какой красивый. Что вам всем не нравится? А не занимаюсь я потому, что у меня нет времени. И не надо мне за это высказывать!

Молодой человек начал активно спорить с Колей, а Миша тем временем уверенно положил руку на плечо Стасу и двинулся вместе с ним вперёд.

– Пойдём, пока они ругаются. Не хочу потом бежать. Ты лучше свой секрет мне расскажи.

– Какой секрет? – не понял Станислав и даже напрягся. Он уже подумал, что речь идёт про то, что он по воскресеньям ходит на служения. Парень точно не хотел, чтобы друзья про это узнали.

– Ну, как какой? Ты ешь столько же, сколько и мы. Мы все едим одинаково! Как так ты не набираешь вообще вес? Ты сам говорил, что спорт не особо любишь и занимаешь редко. Но ты такой стройный! Как так? Как это возможно?

– Сам не знаю, – честно сказал Стас. – Наверное, просто быстрый обмен веществ.

– Везучий, – вздохнул друг. – Вот кому-то везёт с генетикой, а кто-то мучается….

– Эй, ребята! – подбежали к ним друзья.

– Вы что уже закончили? – захихикал Михаил.

– Давайте быстрее! – воскликнул Коля. – Мы уже опаздываем. На десять минут опаздываем!

– Что? – Миша покосился на время. – Ну, что такое?! Опять…. Бежим! – и ребята рванули вперёд.

Вернулся Стас после прогулки домой поздно. Молодой человек был уверен, что родители уже легли спать, поэтому заходил в квартиру как можно тише. Родители уже давно привыкли к его поздним возвращениям и даже не ждали его. Они могли только написать ему сообщение, спросить, во сколько он придёт и одного сообщения сына им хватало. Так что Станислав спокойно прошёл в квартиру, даже не переживая, что родители будут его ругать.

Парень пару минут просто расцеловывал Бусю и гладил. Теперь молодой человек не так много проводил времени с кошкой, и она скучала по нему, да и он сам скучал по ней. Так что обычно всегда, когда возвращался домой, он сначала наглаживал кошку и потом шёл дальше в квартиру. А кошка всегда его встречала на пороге, радуясь возвращению хозяина.

Двинувшись дальше по коридору, Стас уже хотел пойти в свою комнату, как возле кухни остановился. Молодой человек понял, что хочет на ночь что-нибудь пожевать. Недолго думая, он свернул на кухню. Включив там свет, Станислав начал копаться в холодильнике. Что покушать он нашёл быстро. Парень достал из холодильника колбасу, сыр и начал делать себе бутерброды.

– Ты только вернулся? – внезапно раздался голос отца.

Сын обернулся и увидел, что отец прошёл на кухню и внимательно смотрел на него.

– Да, только вернулся, – подтвердил молодой человек. – А ты почему не спишь?

– Не спится, – пожал плечами мужчина и сел на кухонный диванчик. – Услышал, что ты пришёл и решил с тобой поговорить.

– И о чём же? – с интересом посмотрел на него Стас, продолжая делать бутерброды.

– Всё о том же. О твоих друзьях.

– Как я тебе много раз говорил, говорить о них я не буду, – отрезал парень.

– Сынок, ну, пойми ты, эти друзья уже начали тебя менять, – вздохнул мужчина. – Дружба с ними тебя меняет. Ты становишься другим! Я уже это вижу. Ты что не замечаешь это? Ты отдаляешься от Бога, от Церкви, от нас…. Ты становишься каким-то другим. А это нехорошо! И я переживаю тебя. Мама тоже за тебя переживает. Мы боимся, что эта дружба заведёт тебя ещё дальше и совсем отдалит от Бога! А это будет ужасно! Возвращаться потом очень тяжело. Сынок, ни в коем случае не уходи от Бога! Это делать нельзя. Ты же это понимаешь?

– Да не собираюсь я уходить от Бога, – буркнул Станислав.

– Это ты сейчас так говоришь, а, если продолжишь с ними общаться, у тебя такое желание может появиться. И ты сам не заметишь, как вслед этого изменится и твоё мышление. И ты уйдёшь от Бога. Дьявол только этого хочет. И он этого добивается любыми путями. Он уже давно борется за тебя и желает тебя забрать. Даже послал тебе таких друзей, чтобы забрать тебя себе. И у него уже начало это получаться.

– Что ты несёшь? – поморщился молодой человек.

– Ты начал меняться, сынок! Ты оставил спевки, не хочешь больше петь, служить Богу, не хочешь ходить на собрания среди недели…. И это только начало! Я очень боюсь, что это пойдёт и дальше. Твои друзья…. Общение с ними приносит тебе лишь вред. Тем более твоему духовному состоянию. Сынок, я понимаю, что тебе хочется иметь друзей и общаться с кем-то, но пойми, что духовный мир реальнее физического и, если ты будешь без Бога, то тебя поглотит тьма. Ты даже сам не успеешь опомниться, как тебя поглотит тьма. И выбраться из этой тьмы очень тяжело! Оставь ты этих друзей и лучше становись ближе к Богу. И тебе самому станет легче.

– Ой! Всё, – парень положил бутерброды на тарелку и убрал колбасу и сыр в холодильник. – Я не желаю это слушать и с тобой говорить. Я уже тебе про всё это говорил, но ты меня не слышишь. Закончим разговор! Пойду, поем в комнате, – и Стас уверенно покинул кухню. Слушать этот бред от отца он не собирался. Отец ему подобное говорил уже не первый раз, и это уже раздражало сына. Сейчас слушать его и общаться с ним он не собирался.

В следующее воскресенье Стас опять без всякого желания встал и отправился на служение. Ребята вновь звали его встретиться в двенадцать часов дня и погулять, но парень сразу им сказал, что будет свободен только в час дня, а значит, они вновь должны были где-нибудь встретиться. Молодому человеку хотелось сразу пойти гулять с друзьями, но он не мог. А ещё ему хотелось подольше поспать перед прогулкой, но и это Станислав сделать не мог. В особенности после слов отца он точно обязан был пойти на служение, чтобы опровергнуть все его слова и показать, что он всё также ходит на служения и оставлять их не собирается.

Молодой человек занял место в зале и, ожидая начала служения, начал играть в телефон. Нужно было, как обычно, как-то «убить» время, а заняться можно было только этим. Сидел Стас один, не желая сидеть ни с мамой, ни с отцом впереди. Они оба предлагали ему сесть с ними, но парень отказался и решил сидеть один.

За игрой в телефоне Станислав даже не заметил, как началось служение. Увидев служителя, вышедшего вперёд, ему пришлось убрать в карман телефон и сосредоточиться на служении. Все проповеди он слушал вполуха, постоянно отвлекаясь на людей вокруг, на детей, на какой-то шум, а периодически даже доставал свой телефон и просматривал сообщения или просто листал ленту. Ещё поэтому парень не захотел сидеть с кем-то из родителей. Стас знал, что если он при них будет так доставать телефон, то они ему тут же за это выскажут. А выслушивать что-то от них он не желал.

Станислав в очередной раз достал из кармана телефон, начал листать ленту в социальных сетях, как тут до его ушей донеслось:

– Братья и сёстры, сегодня я хотел бы с вами обсудить одну тему и назвать её можно «дружба с миром есть вражда против Бога». Я зачитаю Иакова 1 главу с 4 по 5 стихи: «Откуда у вас вражды и распри? не отсюда ли, от вожделений ваших, воюющих в членах ваших? Желаете – и не имеете; убиваете и завидуете – и не можете достигнуть; препираетесь и враждуете – и не имеете, потому что не просите. Просите, и не получаете, потому что просите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений. Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу. Или вы думаете, что напрасно говорит Писание: «до ревности любит дух, живущий в нас»?», – услышав, о чём идёт проповедь Стас тут же напрягся. Он понимал, о чём идёт речь, но слушать это ему совсем не хотелось. Ведь казалось, что это отец ему говорит. Поэтому парень начал активнее копаться в телефоне, желая отвлечься и не слушать проповедь. Но слова проповедника настырно вбивались в его голову, и уши были обращены только к нему, чтобы не делал молодой человек.

– Своё рассуждение я хотел бы начать с понятия такого слова, как «дружба». Дружба – это бескорыстные личные взаимоотношения между людьми, основанные на доверии, искренности, взаимных симпатиях, общих интересах и увлечениях. Обязательными признаками дружбы являются взаимное уважительное отношение к мнению друга, доверие и терпение. Людей, связанных между собой дружбой, называют друзьями. То, что зарождалось как дружба, может превратиться в поверхностные приятельские отношения, или даже вражду. Тогда дружба – следствие общих интересов, личной симпатии, общих целей. Если они пропадают, то и проходит дружба.

Вот определение слова дружба, а если связать дружбу не между двумя людьми, а между человеком и миром, то выходит, что человек живет не так как призывает нас жить Господь, а по мирским стандартам. То есть делает то, что и все и не отличается своим образом жизни, не является светом миру. Я хотел бы зачитать из книги 1-е Фессалоникийцам глава 4 стих 3: «Ибо воля Божия есть освящение ваше…». А также из 2-е Коринфянам глава 5 стих 17: «Итак, кто во Христе, (тот) новая тварь; древнее прошло, теперь все новое». Мы должны оставить прежний образ жизни. И начать новую жизнь, удалив из неё все плохие привычки. В этом месте Писания, я имею в виду Иакова 4:4 не говорится об общении верующих с неверующими, иначе как написано: в 1-е Коринфянам глава 5 стих 10: «Я писал вам в послании – не сообщаться с блудниками; впрочем не вообще с блудниками мира сего, или лихоимцами, или хищниками, или идолослужителями, ибо иначе надлежало бы вам выйти из мира (сего)».

Здесь говорится о том, что если мы, приняв Иисуса в свою жизнь, омылись и очистились от греха, потом начинаем оглядываться на мирской образ жизни, то называемся блудниками и становимся врагами Богу. Кто будет меня слушать, если я приду в бар, подсяду к незнакомым людям, возьму себе пива и закурю сигарету, и потом начну проповедовать? Если в вашем окружении знают, что вы верующие, то будьте уверены, что за вами пристально следят, можно сказать за каждым шагом и поступком. Мы должны быть Божьими друзьями, исполняя Его волю. Я зачитаю ещё от Иоанна глава 15 стих 14: «Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам». И от Матфея глава 12 стих 50: «ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь». Поэтому я хотел бы ещё раз повторить: очень важно во всём соблюдать волю Божию, а не жить так же, как живут мирские люди, уподобляясь им и сообщаясь с их мирскими занятиями и увлечениями.

Станислав низко наклонил голову, уставившись в телефон, но, чтобы не делал, он продолжал слышать проповедника. А тот словно специально своей проповедью укорял его. И от этого парню хотелось просто убежать или куда-то спрятаться. Но приходилось сидеть и слушать.

На этот раз в воскресенье после прогулки с друзьями Стас вернулся не так поздно. Он первым делом переоделся, а потом пошёл на кухню, желая немного перекусить. На кухне сидели родители и пили чай. Молодой человек не обратил на них внимания и сразу полез в холодильник за едой. Пока он накладывал себе еду, родители молчали и лишь переглядывались друг с другом. Они постоянно кивали друг другу, как бы намекая, что надо начать разговор с сыном. Но решить, кто будет начинать разговор, они никак не могли. И вот Виктор Петрович в очередной раз кивнул жене на сына. Женщина тяжело вздохнула и повернулась к парню.

– Стасик, как погулял с друзьями? – поинтересовалась мама.

– Как обычно, хорошо, – ответил тот, не без удивления посмотрев на маму. Родители последнее время это спрашивали крайне редко. В особенности, когда узнали, какие его друзья, им они очень не понравились. Они вообще не хотели что-то спрашивать про его друзей или про их прогулку, не желая что-то знать про них. Они в основном только делали, что убеждали его не общаться с друзьями, а больше ничего не говорили и не спрашивали. И тут мама спрашивает, как он погулял с друзьями…. Это было странно. Стас кинул взгляд на отца, но тот смотрел на кошку, которая лежала на диване, и ласково её гладил.

– Чем сегодня занимались? – продолжала задавать вопросы женщина.

– А что? – не понимал молодой человек, зачем мама задаёт эти вопросы.

– Ну… – она даже растерялась от вопроса сына. Лариса Викторовна переглянулась с мужем, который поднял глаза и посмотрел на неё. Глава семейства кивнул головой. – Ну, хорошо. Стасик, общение с твоими друзьями очень негативно на тебе сказывается. Ты сам даже этого не замечаешь, но так это и есть.

– Ещё одна! – воскликнул Стас и раздражённо вздохнул.

– А что ещё нам тебе сказать, Стасик? Мы очень переживаем за тебя! Сейчас ты постепенно отдаляешься от Бога, а потом не заметишь, как совсем оставишь Его. И забудешь про Него! А это плохо, Стасик. Очень плохо! Мне кажется, что тебе пора выбирать кто тебе важнее: твоя друзья или Бог. Надеюсь, ты выберешь Бога, ведь только с Ним хорошо.

– Не собираюсь я выбирать, – поморщился парень. – Мне итак хорошо!

– Сынок, ты не слышал сегодняшнюю проповедь? – присоединился к разговору Виктор Петрович.

– Которую? – сделал вид, что не понимает о чём речь, Станислав.

– Про дружбу с миром. Ты её не слышал?

– Не знаю. Может быть слышал.

– Нет, ты её точно слышал, – был уверен в этом мужчина. – И тогда ты должен был понять, что нельзя одновременно и развлекаться с друзьями, и так себя вести, и идти за Богом. Нужно выбирать что-то одно, ведь эти твои друзья…. Они просто уведут тебя от Бога! Твои друзья – это как раз-таки и есть мир, про который говорили в проповеди. Да, мы не можем полностью отстраниться от мира, но не сообщаться слишком близко с такими людьми мы можем. А ты начал общаться с ними слишком близко и много. И это начало на тебе сказываться. И сказываться нехорошо. Ты начал идти в худшую сторону и становишься другим. Ты этого не видишь? Мы это замечаем! Верно, дорогая?

– Всё так, милый, – поддержала его Лариса Викторовна. – Ты стал другим, Стасик. Раньше ты был лучше, а как начал общаться с этими ребятами… изменился. Изменился в худшую сторону! И мы боимся, как бы ты не начал меняться ещё дальше. И как бы не стал ещё хуже. Мы этого не хотим. И очень опасаемся за твоё духовное состояние. Стасик, пожалуйста, послушай нас. Ты сам посмотри на себя со стороны! И поймёшь, что мы правы. Ты изменился! Мы уже даже почти тебя не узнаём. Ты стал совсем другим.

– Все люди меняются, – не видел в этом ничего такого сын.

– Раньше ты был таким добрым, а сейчас становишься каким-то обозлённым и грубым, – выдала мама. – Нам начал грубить, и мы переживаем….

– Не собираюсь я быть добрым! – перебил её молодой человек. – Люди не заслуживают доброты! Они только пользуются ей и всё. Даже ты… – он кивнул на отца.

– А что я? – удивился Виктор Петрович.

– Ты попытался воспользоваться моей добротой, желая, чтобы я опять остался один, – буркнул Стас. – Потому что, видите ли, вам так лучше! Вам я так больше нравлюсь. А обо мне ты подумать не хочешь!

– Сынок, пойми, что тебе лучше быть одному, чем с такими друзьями! – воскликнул отец. – Тебе не стоит с ними общаться! Ты же ведь….

– Не желаю это слышать! – оборвал его парень.

– Ещё и перебиваешь нас, – вздохнул глава семейства. – Раньше ты не перебивал нас.

– Потому что ты это уже много раз говорил и снова это слушать я не собираюсь, – скривился сын. – Так что избавь меня от этого бреда, что ты хотел сказать. Слушать это я не стану!

– Ладно, тогда я скажу другое, – не стал спорить Виктор Петрович. – Сынок, почему ты всё служение сидишь в телефоне?

– В телефоне? – повторил за отцом Стас от удивления. Как отец узнал, что он сидит в телефоне на служении? – Откуда ты знаешь?

– Мне сказали. Так почему ты на служении сидишь в телефоне? Твои друзья уже настолько повлияли на тебя, что ты даже не хочешь слушать в воскресенье проповеди? – брови главы семейства строго сдвинулись. – Может быть, мне надо у тебя в воскресенье телефон отбирать?

– А ты попробуй, – нахмурился молодой человек.

– Думаешь не смогу? – улыбнулся отец.

– Попробуй… – ещё сильнее нахмурился Стас.

– В воскресенье на служении нужно не в телефоне сидеть, а слушать проповеди! – заявил мужчина. – Тебе это понятно?

Станислав в ответ лишь фыркнул и достал из микроволновки еду, которая уже погрелась. Усевшись за стол, он приступил к еде.

– А теперь давай вернёмся к твоим друзьям, сынок. Твои друзья….

– Вот только попробуй про них что-то сказать! – глаза парня стали злыми, а голос наполнился холодом.

– Что ж ты так вцепился-то в своих друзей? – из груди главы семейства вырвался тяжёлый вздох.

– Аналогичный вопрос! Что ты вцепился в моих друзей? Не нравится они тебе? Так я тебя не заставляю с ними общаться. Тебе вечно все мои друзья не нравятся!

– Почему? Богдан, Света, Андрей и Денис мне нравились. Это были замечательные ребята!

– А о них я вообще разговаривать не хочу! – отрезал Стас, даже слегка повысив голос и особенно выделив голосом фразу «о них».

– Да что же они тебе сделали, Стасик? – удивилась мама. – Ты же так ничего и не рассказал.

– Я могу спокойно поесть или нет? – сын бросил вилку в тарелку и облокотился об спинку стула, смотря на родителей раздражённым взглядом. – Нет, я могу уйти в комнату и там поесть, если вам так поболтать охота. Я хочу есть, а не общаться с вами. Тем более на такие темы!

– Ладно, хорошо, – отступил Виктор Петрович. – Ешь.

Станислав посмотрел на маму, потом на отца, убедился, что они больше ему ничего не говорят, удовлетворённо кивнул и вернулся к еде. А родителям оставалось только тихонечко перешёптываться, пытаясь решить, что ещё можно сделать. Пока сын кушал, говорить ему больше ничего они не решались, боясь, что он разозлится и уйдёт. И только когда молодой человек поел, вымыл посуду и собрался уходить, мама проговорила:

– Стасик, ты не смотря ни на что самое главное Бога не оставляй. Ладно ты с нами так говоришь и слушать нас не хочешь…. Но Бога не оставляй ни в коем случае! Если ты Его оставишь,… будет плохо. Тебе же будет плохо от этого! Ты будешь от этого страдать. А мы не хотим, чтобы ты страдал.

Стас в ответ пробурчал что-то нечленораздельное и покинул кухню. В комнате он опустился на кровать. Времени до сна оставалось совсем немного, но всё равно можно было ненадолго чем-то заняться. Но вот только он не спешил это делать. Опустившись на кровать, парень тут же погрузился в свои мысли. А думал он о разговоре, что у него сейчас был с родителями. А именно о словах мамы. Он понял, что она права. Ему нужно выбрать что-то одно, а иначе долго он так разрываться не сможет. Ему было тягостно то сидеть в воскресенье на служении, то быть с друзьями. Нужно было выбирать. И Станислав был готов сделать выбор! И он его уже сделал!

В следующее воскресенье Стас, как обычно, встал утром, умылся, привёл себя в порядок, позавтракал вместе с родителями и уселся в гостиной, никуда не торопясь. Молодой человек поудобнее устроился и, достав телефон, начал играть в одну из своих игр. Под спиной у парня была мягкая подушка, на которую он опирался, а ноги покоились на диване. Так он и сидел, играя в игру и даже не планируя идти в комнату и готовиться к выходу.

Родители тем временем копошились в спальне, собираясь. Сын слышал, что они общаются друг с другом, одеваются и уже почти готовы ехать на собрание. Но Станислав также даже не дёрнулся, чтобы подняться с дивана и пойти в комнату. Тут он услышал шаги отца. Тот вышел из спальни и двинулся, видимо, к прихожей. Парень даже не поднял глаза на отца, смотря лишь в экран телефона и энергично нажимая на него. Проходя мимо гостиной, Виктор Петрович остановился, заметив сына. Он окинул его удивлённым взглядом, не понимая, почему тот ещё не одет, подошёл поближе и заговорил:

– Сынок, а ты чего ещё не оделся? Уже выходить пора.

– Я никуда не иду, – ответил молодой человек, всё также смотря в телефон и даже не кинув на отца взгляд. Всем своим видом он показывал безразличие.

– Как это ты никуда не идёшь?

– Вот так! Я никуда не иду. Я остаюсь дома, – без каких-либо эмоций выдал Стас.

– Это ещё почему? – никак не мог понять Виктор Петрович. – Ты плохо себя чувствуешь?

– Я себя чувствую замечательно! Я просто не иду. Не хочу! Останусь дома, а вы можете ехать на служение.

– Нет, так не подойдёт. Вставай и иди, одевайся!

– Нет! – отрезал парень, в очередной раз, нажав что-то на экране телефона.

– Как это нет? – удивился ещё больше отец, не ожидая такого от сына. – Я сказал, встал и пошёл быстро одеваться! Живее! – как можно строже сказал он.

– Нет! – также ответил молодой человек и наконец-то оторвался от телефона, взглянув на отца.

– Ты что меня не понял?! – брови Виктора Петровича грозно сдвинулись. Он решительно подошёл к сыну и схватил его за руку, заставляя подняться. – Иди, одевайся! Ты пойдёшь на служение, понятно тебе это?!

– Отвали от меня! – гаркнул Стас, вскочил с дивана, и, вырвав свою руку из хватки отца, слегка оттолкнул его от себя. – И не прикасайся ко мне! Я уже тебе сказал, что никуда не пойду.

– Нет, ты пойдёшь! – стоял на своём глава семейства.

– А иначе что? – нагло улыбнулся сын, стоя лицом к лицу с отцом. Он внимательно на него смотрел, ожидая, что ещё скажет тот.

– А иначе силой потащу на собрание! – повысил голос глава семейства. – Или думаешь, ты вырос, и я с тобой не справлюсь?!

– А ты попробуй… – парень сразу весь напрягся и смотрел на отца хищным взглядом, ожидая от него что угодно.

– Стас, немедленно прекрати! Просто иди, оденься, и поедем на служение. Мы от тебя ничего такого сложного не требуем. Служения в воскресенье оставлять нельзя! Так ты вообще оставишь Бога!

– Ну, вы же мне сказали вчера, что я должен выбирать. И я сделал свой выбор. Что-то не устраивает? Не мои проблемы! Отвали от меня!

– Не разговаривай так со мной! – прикрикнул на сына мужчина. – Живо одевайся и на служение! Я не позволю тебе просто взять и оставить Церковь.

– Я не пойду больше никогда в эту вашу Церковь! – крикнул Станислав, начиная злиться всё больше и больше. – Я сделал свой выбор. Там у меня нет друзей. Друзья у меня только тут. В мире! Поэтому я буду со своими друзьями. И мне плевать на всё остальное. Я выбираю друзей! Впустую тратить время на этих служениях я больше не буду! С меня достаточно!

– Хватит! Иди немедленно одевайся. Оставь уже эти свои детские обиды. Видите ли, там с тобой не общаются, и у тебя нет друзей…. Ты должен ходить туда ради Бога, а не ради общения. Ты служишь Ему, а не людям! Пойми ты это уже. И прекрати так себя вести! Завёл сначала этих своих мирских друзей, бросил свой труд, а теперь ещё не хочешь в воскресенье идти на собрание…. Хватит! Живо одевайся! – и глава семейства дёрнул сына за руку, надеясь заставить его пойти одеваться.

– Я сказал тебе не трогать меня! – прорычал Стас и уже сильнее оттолкнул от себя отца.

Не ожидая толчка сына, Виктор Петрович отлетел от него на пару шагов. Лицо отца тут же стало злым. Он уже дёрнулся, желая подскочить к сыну и, как следует треснуть ему по лицу, желая выбить из него всё дурное, как тут между ними вклинилась Лариса Викторовна.

– Что у вас тут происходит? – спросила она, смотря то на рассерженного мужа, то на сына, который был очень раздражённый и был готов держать оборону до конца.

– Он не хочет идти на служение, – сразу выдал Виктор Петрович, пронзая сына грозным взглядом. – Видите ли, он сделал выбор и выбрал друзей. Теперь не собирается ходить на служения!

– Стасик, ты чего это? – с удивлением посмотрела на сына мама. – Ты не хочешь идти на служение?

– Я больше не буду ходить на служения! – аккуратно поправил маму Станислав.

– Почему?

– Вы сами мне сказали сделать выбор. Я сделал! – заявил парень. – Тебе не нравится? Очень жаль…. Потому что это мой выбор. Мне казалось, что Бог предоставляет каждому выбор: идти за Ним или нет. А ты, видимо, папа, решил, что имеешь право сам за меня это решать? Бог предоставляет выбор, а ты нет?!

– Да ты просто ничего не соображаешь сейчас! – брякнул отец. – Ты сам не понимаешь, что делаешь! Тебе эти твои друзья мозги запудрили, поэтому ты принял такое решение.

– Ну, конечно, – засмеялся сын. – Всё мои друзья виноваты…. Да они даже не знают, что я христианин и им нет до этого дела. Так что это только моё решение. Я его принял! И ты его не изменишь!

– Да ты… – мужчина опять хотел что-то сказать.

– Милый, постой, – остановила мужа Лариса Викторовна. – Он сейчас точно не пойдёт на служение. Мы можем ещё с ним поговорить потом, а сейчас нам надо ехать. А иначе мы опоздаем.

– Но как же… – не желал так просто уходить и оставлять тут сына Виктор Петрович.

– Милый, пожалуйста, – умоляюще посмотрела на мужа жена. – Пойдём. Я не хочу опоздать. Мы его сейчас не убедим. А поговорить можно и потом. Может, как раз немного успокоится. Пойдём! – настойчивее повторила она.

– Хорошо. Пойдём, – сдался глава семейства и тяжело вздохнул.

Отец нехотя развернулся, бросил напоследок на сына строгий взгляд, как бы говоря, что разговор не закончен, и прошёл в прихожую. Мама тоже посмотрела на сына, потрепала его по плечу и прошла в прихожую следом за мужем.

Как только гостиная опустела, Стас с облегчением вздохнул и опустился обратно на диван. Сегодня он смог выдержать оборону и устоял перед гневом отца, но парень точно знал, что быстро тот не сдастся и будет ещё не одно воскресенье пытаться заставлять его идти на собрание. Но Станислав, правда, принял решение.

Он больше не собирался ходить в Церковь на служения. Молодой человек просто понял, что пора прошлое оставить в прошлом и начинать другую жизнь. Там, в Церкви, с ним никто общаться не желал, значит, и нет смысла туда ходить. Друзья у него были теперь в мире и эти друзья его устраивали. Они ему нравились, с ними ему было весело и хорошо. Другого Стасу и не надо было! Пора было оставить Церковь, всех этих людей там и Бога….

Глава 3. «Сложное решение или шаг к взрослой жизни»

Стас сидел за кухонным столом, с аппетитом поглощая лазанью. Молодому человеку нужно было сытно покушать перед встречей с друзьями. Периодически он посматривал в телефон, проверяя сообщения от друзей и ленту в социальных сетях. Маму, когда она прошла на кухню, парень заметил сразу, но от еды отрываться не стал. Лариса Викторовна сначала просто посмотрела на сына. Потом вздохнула и села напротив него за стол. Станислав поднял глаза и встретился взглядом с мамой.

– Стасик, ну, что такое?.. – последовал вопрос.

– Что? – не понял тот.

– Почему ты так изменился?

– Мам, ты опять начинаешь? – поморщился молодой человек. – Мы же вроде всё не один раз обсуждали. И я всё сказал! И думал, что вы меня поняли. И вот ты опять начинаешь…. Ну, хватит уже, мам!

– Я просто пытаюсь понять, Стасик, – женщина вновь вздохнула, и выражение её лица стало грустным. – Пытаюсь тебя понять, но никак не могу. Ведь всё же было нормально. Ты столько лет ходил в Церковь, и всё было хорошо. И тебе нравилось! И тут ты подружился с этими ребятами и решил оставить Церковь. Оставить Бога…. И я не могу понять почему. Неужели с Богом так плохо? Неужели в Церкви так плохо, Стасик?

– Мам, я просто был слеп, – развёл руками Стас. – Как и вы это не замечали, так же и я не замечал это.

– Что не замечали?

– Что я всегда там был чужим! – выпалил сын. – У меня никогда там не было настоящих друзей. Таких друзей, к которым я всегда мог прийти, пообщаться с ними, пойти гулять…. Таких друзей у меня никогда не было! Я всегда был один. И здесь всё повторилось, но стало хуже. И вот тогда у меня открылись глаза. У меня в Церкви нет друзей! Они все всегда делали вид, что типа мои друзья, но, когда появлялся выбор пообщаться со мной или с кем-то другим, они никогда не выбирали меня. Так было даже с Богданом, Андреем, Дэном и Светой… Я у них всегда был на втором плане. Так… в команде запасных! Когда им было совсем не с кем пообщаться, можно было подойти и ко мне и со мной поговорить.

– Стасик, но ведь это было не так. Вы ведь были так дружны! Я это видела. И папа это видел. Почему ты сейчас так говоришь?

– Это была неправда! – скривился парень. – Лишь видимость дружбы. Я был так слеп, что не замечал этого раньше, но теперь это заметил. Я им всем не нужен! Если честно, мам, я ещё в той Церкви об этом думал…

– О чём? – с интересом посмотрела на сына Лариса Викторовна.

– Думал, а что будет, если я внезапно уйду? – Станислав усмехнулся. – Мне, было, интересно заметит ли кто-то это и будет ли кого-то это волновать?! Я смотрел по сторонам, думал, думал…. И тут до меня дошло! Точнее до меня дошло это уже тут, когда я начал об этом задумываться на молодёжных служениях, спевках, в хоре…. Понял, что они ведь даже не заметят этого и им не будет до этого никакого дела. Ведь для них я никто! Пустое место! Невидимка! Меня они никогда особо не замечают. И не замечали! Так с чего это мне за них держаться?! Почему я должен за них держаться и сидеть рядом с ними? Ходить на эти молодёжные служения…. Спевки…. Зачем мне это нужно?! Я нашёл своё место. Нашёл своих друзей и мне с ними хорошо. Мне ни с кем из ребят никогда так не было здорово. Я устал сидеть один и скучать. Они решили из меня сделать изгоя?! У них это не выйдет! Я не изгой! Я совершенно нормальный. И позволять так обращаться с собой я не стану. Пусть катятся подальше. Церковь меня больше не интересует!

– Стасик… – мама потянулась и нежно погладила сына по плечу. – Тебе было настолько плохо?

– Нет, знаешь, мам, мне было хорошо, когда они меня игнорировали и не хотели со мной общаться, – нахмурился молодой человек. – Но больше меня это не волнует! Я больше не с ними и этому рад.

– Но ты ведь и Бога оставил.

– Ну, что поделать? Выбора не было.

– Стасик… – женщина укоряюще качнула головой.

– Мам, не надо, – остановил её парень, понимая, что она хочет сказать. – Я сам это решение принял, а вас лишь прошу не переживать за меня. Меня моя жизнь устраивает. У меня всё хорошо! Не переживайте! Папе вон вообще всё равно, что я был изгоем в Церкви.

– Это не так, Стасик, – мягко возразила Лариса Викторовна.

– Нет, мама, так! Он сам об этом сказал и не один раз. Он сказал, что лучше бы я был один, но с Богом, чем в мире, но с друзьями. То есть, по его мнению, мне лучше быть без друзей! Круто. Сами попробуйте быть без друзей.

– Ну, по сути таких друзей, про которых ты говорил, у нас нет.

– Ну, может быть они вам и не нужны, – предположил Стас. – Мне же друзья нужны! Я не могу быть один. Но в этой Церкви я постоянно был один. И мне это надоело. Надоело даже не иметь возможности подойти к кому-то, пообщаться, открыть кому-то свою душу, рассказать что-то или чтобы мне кто-то что-то рассказал…. За столько лет ни один человек не начал ко мне тянуться и не захотел со мной дружить. Даже в институте ребята быстро меня приняли. Начали со мной общаться, я со многими сдружился…. А тут…. Да ну их!

– Стасик, но Бога оставлять всё равно было не дело. Мог бы хоть иногда приходить на служение в воскресенье, и это уже было бы хорошо. Большего мы от тебя и не требуем!

– Мам, ты даже и не представляешь, что это такое, когда ты находишься в толпе, среди ребят, но тебе не с кем поговорить, – словно даже и не услышал её сын. – Ты не можешь заговорить ни с кем, ведь никто тебя словно даже и не видит. Ты один среди толпы! Вот это одиночество бьёт жестоко. Не так страшно одиночество, когда ты сидишь один и тебе не с кем пойти гулять, как одиночество, когда ты находишься в толпе, но всем на тебя всё равно.

– Стасик, но я уверена, что это не так, – не верила в это женщина. – Всем на тебя точно не всё равно.

– Ну, а тут можно вернуться к нашему прошлому разговору, – Станислав как-то странно улыбнулся. – Я сейчас сказал, что раньше думал, что же будет, если я внезапно уйду,… Кто заметит, что я ушёл и кого это расстроит…. Ну, вот я ушёл. Кто-то из молодёжи подошёл к вам? Спросил про меня? Кого-то заинтересовало, где я? Меня уже нет несколько воскресений. Кого это заинтересовало?

– Ну…. – мама даже растерялась.

– Вот видишь! – кивнул молодой человек, даже не удивившись. – Никто не спросил! О чём и речь! Им всем всё равно на меня. Вот эти все слова, что мы друг друга любим, что мы единая Церковь, одна семья…. Это ложь! Это не так! У них своя личная семья и своя компания. Я туда не вхожу. И никогда не мог туда вписаться. Это так!

– Ну, Стасик… – женщина опять замолчала. – Стасик, может, хотя бы иногда будешь в воскресенье приходить? Мы будем этому очень рады. Большего нам и не нужно. Большего мы от тебя требовать не будем. Хотя бы иногда приходи…. Пожалуйста, Стасик. Не надо полностью оставлять Бога. Может быть, завтра на служение придёшь?

– Мама, мы из-за этого ссоримся каждое воскресенье! Каждое воскресенье вы пытаетесь меня заставить пойти с вами на собрание, и мы из-за этого ссоримся. Может пора понять, что я больше не буду ходить на служения? Если вдруг когда-то, – парень нарисовал в воздухе кавычки, – мне захочется пойти на собрание, я скажу вам, и мы пойдём вместе. Но пока: нет! Я не хочу и не пойду! Ни в это воскресенье, ни следующее. Я всё сказал! Хватит со мной из-за этого ссориться, пожалуйста. Примите уже моё решение. Я имею право принять сам решение.

– Да, я понимаю это, Стасик, – лицо мамы стало ещё грустнее.

– Тогда объясни это ещё и папе. Если ты меня просто уговариваешь пойти и говоришь со мной, то он чуть ли не силком пытается меня тащить на собрание. Или ты сама не понимаешь, что это перебор?

– Да, я с ним поговорю, – пообещала Лариса Викторовна.

– Спасибо, мам, – улыбнулся молодой человек и, потянувшись, чмокнул её в щёку. – Ты лучшая!

– Может быть, тогда сходим сегодня вечером погулять? Ну, хотя бы немного прогуляемся. Как мы раньше часто гуляли и общались. Можем и сегодня так погулять и немного пообщаться. Хорошо, Стасик? Погуляем?

– Пока не знаю, мам, – задумался Стас. – Может быть,… Я просто не знаю, во сколько вернусь домой и может быть, я очень устану и не захочу никуда идти. Но было бы хорошо прогуляться с тобой. Давненько не гуляли и не общались.

– Спасибо, Стасик.

– Не за что пока, мам, – махнул рукой парень и поднялся из-за стола.

– Ты уже доел? – мама окинула взглядом тарелку сына.

– Да, лазанья – очень вкусная! Спасибо.

– Ты можешь идти, Стасик. Я приберусь.

– Да? Да не стоит, мам, – не желал сваливать всё на неё Станислав. – Я сам могу прибраться за собой.

– Нет, иди, – настаивала Лариса Викторовна. – Я уберусь! Тебе, наверное, уже собираться надо.

– Да, верно, – сын кинул взгляд на часы. – Спасибо, мам, – он ещё раз чмокнул её в щёку и выскочил из кухни.

Стас сразу направился к комнате, понимая, что пора одеваться. До встречи с ребятами оставалось всего немного, а он не хотел в спешке одеваться и бежать на улицу. По коридору молодой человек прошёл торопливым шагом, даже не обратив внимания на отца, который сидел в гостиной. Тот же проводил его тяжёлым взглядом. В комнате сын быстро нашёл, что одеть, переоделся, и оставалось только достать деньги. Он открыл тумбочку, куда обычно всегда убирал деньги, но увидел, что там пусто.

– Странно… – удивился парень и, открыв шкаф, полез в джинсы, в которых гулял в прошлый раз. Но и там было пусто.

Сдаваться молодой человек не стал. Ему казалось, что точно где-то должны быть деньги. Он помнил, что немного денег у него оставалось. На сегодня точно должно было хватить, и их надо было лишь найти. Станислав порылся везде, где только мог, но везде было пусто. И тут, закрыв шкаф, вспомнил, что только вчера эти деньги потратил в магазине, купив себе разнообразных вкусностей для того, чтобы было, что жевать, когда играешь в игры. Парень хлопнул ладонью по лбу, мысленно ругая себя за то, что потратил все деньги. Но ругай или не ругай себя – денег не было. А они очень нужны были ему сегодня.

– Придётся просить его…. – пробормотал он, сделал шаг к двери, но остановился.

Подходить к отцу и просить у него денег, молодому человеку было не по себе. Конечно, он уже не один раз просил у него денег после того, как отказался ходить на служения, и отец деньги давал, но сегодня был не просто какой-то день. Сегодня была суббота, а завтра воскресенье, и отец мог спокойно решить повредничать и не дать денег. А они были так нужны парню…. К тому же он уже просил деньги у отца на этой неделе и просил два раза…. Да и они только ссорились вчера из-за воскресных служений. Отцу именно вчера приспичило обсудить с ним это, и они как назло поссорились. И как теперь подходить к нему и просить деньги?!

Стас сжал зубы, еле сдерживая рвущееся наружу раздражение. Сейчас он был очень раздражён на отца за то, что тот вчера начал ссориться с ним, прекрасно зная, что на собрания он больше не собирается ходить. Но отец всё не желал это принимать, продолжая приставать к нему с этим. Молодой человек столько раз повторял, что на служение в воскресенье не пойдёт, но отец каждый раз начинал всё заново. Но всё равно как бы ни было сложно подойти к отцу сейчас, это сделать было необходимо. Деньги ему были очень нужны!

Парень сделал глубокий вздох, настраиваясь на разговор с отцом, и вышел из комнаты. Медленно побрёл к гостиной, где краем глаза заметил отца, когда шёл в комнату. Дойдя до гостиной, он сразу увидел там отца. Переведя дыхание, сын собрался с мыслями и направился к отцу. Мужчина сразу услышал шаги и, подняв голову, посмотрел на парня.

– Пап, у меня закончились деньги, – проговорил Станислав и сел рядом с отцом на диван. – Дай, пожалуйста, денег. Мне сейчас с друзьями надо идти гулять, а денег нет.

– Я же тебе давал деньги в среду, – напомнил глава семейства. – Куда ты их уже дел? Давал я достаточно денег. Их должно было хватить даже до конца следующей недели.

– Ну, я же тебе говорил, что всё стало дороже и денег больше уходить, – пожал плечами молодой человек, уверенный, что его слова убедят отца.

– Не настолько, – не поверил сыну Виктор Петрович. Его взгляд стал настороженным. Он начал что-то подозревать. – Сынок, деньги уходят слишком быстро! Думаешь, это меня не должно напрячь? Они уходят подозрительно быстро! На что ты тратишь деньги?

– Я же тебе уже говорил, пап, – парень тяжело вздохнул. – Мы гуляем, и деньги я трачу во время прогулки. Мы же там что-то едим…. Голодными весь день мы не можем быть.

– Сынок, не надо меня считать за какого-то глупенького, – нахмурился отец. – На еду так много денег не уходило бы! Когда ты гулял с Серёжей, так много денег не уходило. Да, ты мне говорил, что цены с этого времени поднялись, но не настолько. Я проверял! Я тебе стал чаще и больше давать денег, но тебе их всё равно надолго не хватает. Это уже настораживает! Я дал тебе больше денег за всё это время, чем давал за прошлый год. Что-то не так! На что ты тратишь деньги?!

– Пап, ну, мы просто гуляем, – не желал рассказывать Стас. – И всё…

– Просто гуляете? – мужчина как-то странно улыбнулся. – Не знал, что у нас деньги за воздух стали брать. И дорого он стоит? Или может, ты друзьям платишь за прогулку с тобой?

– Что за глупости? – не понравилось это сыну. – Не плачу я им за прогулки!

– Тогда что я, по-твоему, должен думать? За одну прогулку улетает больше тысячи рублей! Что я должен думать? Такое чувство будто бы ты там за друзей платишь.

– Они сами за себя платят.

– Хорошо. Тогда тот же вопрос. На что уходят деньги? Столько денег, Стас! Ты думаешь, я такой богатый?! Я хочу точно знать, на что уходит так много денег во время твоих прогулок. Прежде чем дать тебе деньги сейчас, хочу понять, на что они уйдут. И на что уходили другие деньги!

– Ну… – молодой человек запнулся, не зная, что лучше придумать. Он боялся, что если скажет правду, отец не даст деньги.

– Сынок, просто ответь на вопрос! – давил на него глава семейства. – Это что так сложно? На что уходят деньги? Мне нужен точный ответ, чтобы я мог это понять. Или можешь показать мне чеки, которые докажут, на что уходит так много денег. Давай, Стас! Ты своё же время тратишь. Уже, наверное, скоро твои друзья приедут, а я не могу тебе дать деньги, так как не знаю, на что они уйдут. И на что ушли прошлые деньги. Ты просто скажи, и я дам деньги! Если пойму, что они уходят на что-то определённое.

– Хорошо, ладно, я скажу, – сдался Станислав. – Сейчас мне нужны деньги, так как мы собираемся в кинотеатр на один фильм, а потом пойдём в боулинг. На это мне и нужны деньги сейчас! Всё?! Достаточно? Теперь дай деньги, – он протянул руку, ожидая, когда отец даст деньги.

– Нет, на это деньги я давать не буду, – отрезал Виктор Петрович.

– Это ещё почему? Ты хотел, чтобы я сказал, на что уходят деньги и для чего они мне нужны сейчас. Я сказал. Ты же говорил, что мне нужно просто рассказать, для чего мне деньги, и ты мне их дашь. Я всё сказал! Что ещё тебя не устраивает?

– Сынок, на подобные развлечения я давать деньги не буду. Это же будет, словно я разрешаю тебе развлекаться и грешить, а значит, буду пособником греха.

– Что за глупости, пап?! – недовольно скривился Стас. – Я сам решаю этим заниматься и делаю это. Никаким пособником ты не будешь!

– Но я же тебе даю деньги на это, а значит, помогаю совершать эти грехи. Нет, так не подойдёт. Туда, куда вы ходили с Серёжей, меня устраивало, а это…. Нет! Даже не рассчитывай.

– Но раньше ведь ты давал деньги, а я туда же ходил. И что изменилось? Какая тебе разница, пап?! Просто дай денег!

– Раньше я давал тебе деньги, не зная, на что даю, но теперь… я это знаю. И не дам деньги! Уж прости, сынок! Ты оставил служения, перестал на них ходить, перестал служить Богу, и ещё ходишь, развлекаешься…. Теперь понятно, почему ты так быстро оставил Бога…. Ты и до этого ходил и развлекался вместе с мирскими друзьями. Уподоблялся им…. Всё ясно! Денег тебе не видать, сынок! Помогать тебе с этим я не стану. Извини! – с этими словами глава семейства решительно поднялся с дивана и направился к выходу из гостиной.

– Но мне нужны деньги! – Станислав тоже вскочил с дивана и сделал несколько шагов следом за отцом, желая его остановить. – Ребята скоро подъедут, а у меня денег нет. Мне то, что делать?.. Тебе что так сложно дать денег?

– На это сложно. На это я дать не могу!

– А мне то, что теперь делать?! – начинал злиться сын. – Что ты теперь мне предлагаешь делать?!

– Останься дома, – спокойно сказал мужчина. – Тебе это будет полезно. Или просто погуляйте с ребятами. Без всякого кинотеатра, боулинга и прочего. Просто походите, как ты гулял когда-то раньше. И ничего…. Нормально было, – Стас сразу сделал недовольное выражение лица. – Ничем помочь не могу, сынок. Прости. Мне жаль, но пособником греха я не буду. На себя брать грех я не стану!

– Ну, и пошёл ты, – буркнул парень и направился в сторону кухни, желая попросить денег у мамы. Она точно ещё должны была быть там.

– Не говори так со мной! – сделал замечание сыну Виктор Петрович, но тот лишь отмахнулся от него. – И у мамы можешь не просить денег, – вовремя остановил Стаса отец, когда ему оставалось всего несколько шагов. – Получает она не так много, и мы с ней уже давно решили, что деньги тебе даю только я. Её зарплата на это уходить не будет! Так что ничего не получится, сынок.

Станислав обернулся, смерил отца гневным взглядом и, так как ему больше ничего не оставалось, прошёл в прихожую. Всё, что мог, он уже взял, а деньги ему не светили. Оставалось только выходить на улицу так. Стас был без понятий, как объяснит друзьям, что не сможет с ними никуда пойти, но выбора не было. Молодой человек, конечно, мог бы вообще не выходить из дома и просто позвонить им и всё объяснить, но сидеть дома и смотреть на довольную улыбку отца не собирался. Даже если денег у него нет – дома сидеть он не будет. Даже если друзьям придётся поехать без него, он может просто походить по улице. Это лучше, чем сидеть дома!

К тому же видеть отца у Стаса сейчас вообще не было желания. Он очень сильно злился на него и был так недоволен, что отец не захотел давать ему денег, что просто…. Просто не желал ни видеть его, ни слышать, ни говорить с ним. Ну, неужели так сложно плюнуть на свои принципы и дать денег? Парень не понимал, зачем быть таким нудным и серьёзным? Да, то, чем они занимаются с христианской точки зрения плохо и это грех, но ведь это делает он, а не отец. Отец тут совершенно не при чём, но нет, он начал говорить, что так будет уже даже пособником греха и отказался давать деньги.

Молодой человек раздражённо стукнул по стене и начал завязывать кроссовки. Он даже не знал, куда девать свой гнев и раздражение. Ему хотелось вернуться в квартиру и ещё поругаться с отцом. Станислав завязал шнурок на втором кроссовке, выпрямился и уже хотел пойти обратно в квартиру и найти отца, как тут ему на телефон пришло оповещение. Посмотрев на экран телефон, он понял, что друзья уже на месте. Пора было спускаться. Парень кинул взгляд вглубь квартиры, мысленно ругнулся на отца и вышел в подъезд.

По лестнице он спускался медленно, придумывая, что говорить друзьям. Ну, не мог же он им сказать правду! Если он им скажет, что отец отказался ему давать деньги, так как не желает быть пособником греха, друзья мало того, что не поймут это, так ещё посчитают его отца ненормальным. Хоть Стас сейчас и злился на отца, он не хотел, чтобы друзья так думали о нём. Так что такое им говорить не стоило, а значит, нужно было что-то придумать. Но лестница кончилась быстрее, чем парень успел что-то придумать. Ему пришлось покинуть дом и двинуться к машине Коли. Ребята уже его ждали.

– Что ты так долго спускался? – удивился Миша, когда друг наконец-то сел в машину.

– Ну, так получилось… – неопределённо сказал Станислав.

– Не надо наезжать, – одёрнул Мишу Коля. – Поехали уже. Нам скоро в кинотеатре нужно быть. Хочу ещё успеть попкорн купить. Да и билеты надо купить.

– Да, кстати, ребята, по поводу этого… – поспешил заговорить молодой человек, понимая, что тянуть нельзя. Нужно сказать всё до того, как Коля заведёт машину. – Я сегодня не смогу с вами пойти. Вам придётся ехать одним.

– Это ещё почему? – обернулся Николай и посмотрел на друга удивлённым взглядом.

– Ну, сейчас у моей семьи финансовые трудности… – сочинял на ходу Станислав, – и денег мало. Так что у меня нет денег ни на кинотеатр, ни на боулинг, ни на что-то другое. Так что я лучше останусь дома, а вы езжайте.

– Да это не проблема, Стас, – улыбнулся Коля и решительно выпалил: – Мы за тебя заплатим!

– Да, мы заплатим, – поддержал его Миша и тоже улыбнулся парню. – Не волнуйся! У нас есть деньги.

– Да нет, что вы, ребят? – смутился молодой человек. – Не надо за меня платить! Я и дома могу побыть, а вы отправляйтесь.

– Не надо, друг! Мы же всё понимаем, – Вова хлопнул Стаса по плечу. – У нас у всех подобное было. И у меня тоже! Ребята за меня платили. Так что мы заплатим. Нам несложно! Денег у нас достаточно.

– Ну, как же…. – было очень неудобно парню.

– Расслабься! – засмеялся Миша. – В этом ничего такого нет. Ты наш друг, и мы готовы тебя поддержать и помочь тебе в любой ситуации. А это вообще ерунда! Нам несложно заплатить за тебя.

– К тому же без тебя будет скучно, – добавил Коля. – Точнее говоря, без тебя будет не так. Ты теперь в нашей компании, так что…. Мы поможем! Мы друзей не бросаем! Мы за своих горой! Так что расслабься и позволь нам заплатить за тебя. Не надо так смущаться от этого!

– Но, ребят, не надо, правда…. Это же…. – никак не мог согласиться Станислав, не веря, что друзья реально готовы за него заплатить. Такого он вообще не ожидал.

– Расслабься, Стас. Ну, чего ты? – тоже засмеялся Вова и приобнял друга за плечи. – Как будто это такие великие деньги. Это ерунда! Тем более для нас троих. Не надо так напрягаться от этого и смущаться.

– В любом случае отказы не принимаются! – заявил Коля и, заведя машину, начал выезжать со двора. – Я вот уже еду и останавливаться не стану. Так что ты с нами, и мы за тебя заплатим. И мы тебя никуда не отпустим! Только попробуй попытаться убежать.

– Да, да! – заголосил Вова.

– Ну, хорошо. Спасибо, ребят, – всё-таки пришлось отступить Стасу. Его губы растянулись в улыбке. Он был безмерно благодарен друзьям за то, что они решили за него заплатить, и в итоге ему не придётся оставаться без прогулки с ними и гулять одному. Конечно же, парень не хотел гулять один, но уже был готов смириться с этим. И тут такое…. Он был просто счастлив и рад, что у него такие замечательные друзья. – Спасибо вам большое!

– Не благодари! – отмахнулся от него Миша. – Было бы за что благодарить. Это вообще ерунда.

– Вот, вот, – закивал Вова.

Молодой человек лишь ещё шире улыбнулся и, откинувшись на спинку сиденья, наконец-то позволил себе расслабиться. Он был с друзьями и, не смотря на отказ отца давать деньги, мог с ними поехать и в кинотеатр, и в боулинг, и, как следует, развлечься. И это парня очень радовало!

– Livin' easy

Lovin' free

Season ticket on a one way ride

Askin' nothin'

Leave me be

Takin' everythin' in my stride

Don't need reason

Don't need rhyme

Ain't nothin' that I'd rather do

Goin' down

Party time

My friends are gonna be there too

I'm on a highway to hell

On the highway to hell

Highway to hell

I'm on the highway to hell, – громко пели ребята, смеясь и веселясь и даже не задумываясь о смысле слов. Они просто пели, и им было весело. Остальное было неважно.

– No stop signs, – продолжили петь ребята. Громче всех и лучше всех пел Стас, а вот ребята старались как могли и тянулись за другом. Но как бы они не старались, у них ничего не получалось. – Speed limit

Nobody's gonna slow me down

Like a wheel

Gonna spin it

Nobody's gonna mess me 'round

Hey Satan

Paid my dues

Playin' in a rockin' band

Hey momma

Look at me

I'm on my way to the Promised Land.

Друзья пропели песню до конца и, смеясь, пошли на свои места. Люди неуверенно аплодировали им, тоже посмеиваясь.

– Да, это было смешно! – чуть ли не умирал со смеху Вова. – Стас, ты опять пытался нас всех вытянуть.

– Но у меня ничего не вышло, – развёл руками парень.

– Потому что мы ужасны, – даже не пытался это скрыть Миша. – Один ты хорошо поёшь, Стас. До тебя нам как до… Нептуна!

– Надо было вообще тебе одному петь, а мы слушали бы, – выдал Коля. – Это было ужасно!

– Спорить не буду, – согласился Станислав, тоже смеясь. – Но один я уже пел. А эту песню мы хотели вместе спеть. Спели, как могли! И уже хорошо!

– Верно! – крикнул Вова. – Мы молодцы!

– Не ори так, – ещё сильнее засмеялся Миша. – А то все сейчас решат, что у тебя вообще с головой плохо.

– А разве это не так? – усмехнулся Стас, и все ребята громко засмеялись.

– Да, это так! – согласился Вова, не прекращая смеяться. – И мне не стыдно!

– Вот видишь, Стас, а ты не хотел идти с нами, – Коля толкнул в бок друга. – Без тебя так весело бы ни было!

– Ну, не то, чтобы я не хотел…

– Да мы поняли, – махнул рукой Миша. – У тебя просто проблемы с деньгами.

– Да, кстати, я об этом хотел с вами поговорить, – Станислав сделал глубокий вдох.

– Ты что деньги собрался возвращать, что ли? – поморщился Коля. – Если ты об этом, то даже не начинай.

– Нет, я не об этом хотел поговорить, – успокоил ребят молодой человек. – Просто я не знаю, как долго у нас продлятся эти финансовые трудности и не хотел бы, чтобы вы вновь платили за меня. Спасибо, что сегодня заплатили, но дальше…. Это будет уже лишним! И это как-то нехорошо. Потом и у вас будут проблемы с деньгами, а мне это не надо. Поэтому нужно что-то придумать такое, чтобы вам не нужно было платить за меня. Например, мы можем иногда просто гулять. Ну, по набережной там прогуляться, в лес съездить, в парк сходить… Мест много. Ну, просто погулять, а не ходить в какие-то места. Так хотя бы не придётся тратить деньги. Понимаю, что это будет не так весело, но я сейчас не потяну какие-то весёлые и классные места. Вы можете в них ездить, но уже без меня. Потому что… вы поймите правильно, но мне неудобно, если вы будете постоянно за меня платить.

– Да, мне тоже это было бы неудобно, – согласился Вова. Всякий смех и улыбки, стоило начать говорить Стасу, прекратились.

– Можно, конечно, просто гулять и ходить в парк, лес… – согласился Миша. – К тому же мы давно так не гуляли. Всё постоянно куда-то ходим. Можно и просто иногда у кого-то дома собираться. Тоже будет круто!

– Да, это будет здорово! – сразу поддержал его Вова. – Это будет очень здорово! Я вот давно у Коли дома ни был. К нему в первую очередь пойдём. У него дом очень классный. Тебе понравится, Стас! Ты же у него вообще ни разу не был!

– Вот тогда можно сделать так, – был доволен Станислав. Он до последнего боялся, что ребята ему откажут и не захотят входить в его ситуацию, но они оказались ещё более лучшими друзьями, чем думал парень. Они были просто замечательными друзьями! Тут он заметил задумчивый вид Коли. Это сразу заставило Стаса напрячься. – Колян, а ты что думаешь?

– Я, конечно, не против просто погулять, где-нибудь иногда ходить, – задумчиво начал говорить друг, – это будет даже интересно. И не так скучно это будет, как ты говоришь. Мы раньше так частенько гуляли и находили чем заняться, но…

– Но?.. – внимательно смотрел на него молодой человек, напрягаясь ещё сильнее. Этого «но» он и ждал.

– Стас, если ты говоришь, что не знаешь, когда закончатся эти финансовые трудности в твоей семье, то почему бы не пойти работать? Ну, точнее подрабатывать. Как раз и у тебя будут свои деньги, и ты сможешь немного семье помочь. Почему бы и нет?

– Так я же учусь, – выдал Станислав, не ожидая такого предложения от друга. Оно даже удивило его. – Как я буду совмещать? Я же не могу из-за этого бросить учёбу. Отец за учёбу вообще много денег отдаёт. Так что это не вариант!

– Ну, можно совмещать, – сразу нашёлся Коля. – Я же знаю, что ты учишься. И сейчас много мест, куда можно пойти подрабатывать студенту. Ты что-нибудь можешь себе найти. Это не будет проблемой! Зато будут свои деньги. Разве не круто? Или ты этого не хочешь? А то сейчас решишь, что я тебя заставляю.

– Вообще это было бы здорово, – согласился Стас и даже начал задумываться об этом. И как это ему сразу в голову не пришло? Ведь можно было, правда, пойти куда-то подрабатывать, чтобы были свои деньги. И тогда он больше не будет зависеть от отца. Но в этом, конечно, были свои сложности, ведь трудно одновременно и работать, и учиться. Это будет очень сложно. Но идея Коли в то же время была такая заманчивая….

– Ты просто подумай об этом! – убеждал его друг. – Ты больше не будешь зависеть от родителей, у тебя будут свои деньги, ты решишь некоторые финансовые проблемы и более того сможешь с нами дальше развлекаться. Мы сможем ходить и в кинотеатр, и в боулинг, и сюда, – он махнул руками, показывая на кафе. – Или ты хочешь просто это всё оставить? К тому же подрабатывать можно хотя бы по несколько часов в день, а уже будут свои деньги. Разве это так плохо?

– Вообще это круто! – кивнул парень и улыбнулся. Идея друга ему нравилась всё больше и больше. – Вот только куда можно мне пойти? Я даже никогда этим не интересовался…. Это искать, наверное, долго.

– Ой, а я знаю одно место, – вклинился Вова. – Макдоналдс. Это место идеально подходит для студентов. И там много ребят работает! Таких же студентов, как ты!

– Макдоналдс? – повторил Стас, опять задумавшись. – Ну, вообще можно и туда пойти. Надо только всё узнать!

– Ты не спеши так, – похлопал парня по спине Коля. – Мы тебе подали идею, а ты пока подумай, всё взвесь и реши. Может тебе как раз надо какие-то долги по учёбе сдать, а потом иди туда подрабатывать. Мы не станем на тебя давить! Мы пока можем как-то по-другому развлекаться, а иногда у кого-то собираться. И будет нормально!

– Хорошо, – Станислав с благодарностью посмотрел на друга, боясь, что тот будет на него давить и ему придётся принимать решение сейчас. А сейчас сразу он был не готов принять решение.

– А сейчас давайте ещё что-то споём, – подскочил с места Вова. – Я хочу спеть с вами. Вперёд!

И парень повёл всех к сцене. Сидеть за столом остался только Стас, погруженный в свои мысли. Теперь ему надо было о многом подумать и принять решение идти ли подрабатывать. Идея была заманчивая, но также молодой человек понимал, что из-за этого возникнет много трудностей и сложностей. Поэтому надо было думать.

За две недели Стас так и не смог принять решение. До последнего он надеялся, что отец успокоится, и всё же будет давать ему деньги, но этого не произошло. Даже когда парень вновь к нему подошёл и ещё раз попросил деньги, отец вновь отказал и ещё маму втянул в разговор. В итоге родители вдвоём начали ругать сына за эти его развлечения, и тот понял, что никаких денег ему не видать.

Да, конечно, можно было сразу пойти подрабатывать, но молодой человек всё никак не мог на это решиться. Он опасался, что не сможет совмещать работу и учёбу и тогда, скорее всего, сильно пострадает учёба. А этого парень совсем не желал, ведь учёба была ему очень важна. И он не знал, что делать. Станислав боялся принимать решение, так как ещё переживал, что ему не понравится в Макдоналдсе, куда ему посоветовали пойти ребята. Вдруг он там не потянет работу и ему придётся уйти оттуда? А это будет очень стыдно! Да и он, скорее всего, будет очень уставать…. Сразу на такое было решиться трудно, и в голове парня постоянно был вопрос: что делать?! Рискнуть или забыть про эти весёлые прогулки с друзьями? Этот выбор Стасу совсем делать не хотелось, но нужно было.

Эти две недели он, понятное дело, гулял с друзьями. Они успели сходить к Коле, потом к Вове, Мише и даже к самому Стасу домой. А также они погуляли во многих парках, по набережной и во многих других местах. Пару раз ребята не выдержали и потащили Стаса в их любимое кафе с караоке и кинотеатр. Молодой человек пытался отказаться, но ребята настояли. От этого ему стало ещё неудобнее. Из-за отца, который отказался давать деньги, теперь ему было так неудобно перед друзьями, и за это парень сильно злился на него. Из-за него он теперь стоял перед таким выбором…. И Станислав не знал, что лучше сделать, но делать что-то нужно было как можно скорее, пока друзья не потратили на него много денег. А этого он не хотел!

И вот наступила очередная суббота. Сегодня Стас с ребятами должен был встретиться пораньше, поэтому встал практически одновременно с родителями. Чтобы не завтракать отдельно, молодой человек присоединился к родителям. Какое-то время они завтракали в полной тишине. Парень всё также был погружен в свои мысли и думал о том идти ли подрабатывать или нет. Родители тоже о чём-то думали. Но тут Виктор Петрович вскинул голову, окинул взглядом сына и заговорил, нарушая тишину:

– Ну, что, сынок, вы, видимо, нашли, чем заняться без денег?

Станислав сразу поднял глаза и пронзил отца злобным и холодным взглядом. Ничего отвечать отцу он не стал, понимая, что сразу сорвётся и начнёт с ним ругаться.

– Оказалось, что тебе и не нужны все эти развлечения! – воскликнул отец, даже не дожидаясь ответа сына. – Но лучше бы тебе было оставить этих друзей. Не нравятся они мне! Честно тебе говорю. Но это твоё дело с кем дружить, конечно. Ссориться с тобой из-за этого я не хочу.

– Вот и не говори про них! – буркнул парень.

– Да ладно тебе. Что так сразу хмуриться, сынок? – улыбнулся ему Виктор Петрович. – Как будто я какой-то твой враг.

– Может так и есть… – пробормотал молодой человек.

– Не надо так, сынок. Я тебе говорю совершенно искренне про твоих друзей. Когда-нибудь ты меня поймёшь и скажешь «спасибо» за то, что я тебе говорил правду и советовал оставить эту дружбу. Тогда ты точно не будешь так хмуриться. Самое главное, чтобы тогда было не поздно что-то исправить.

– Ну, да, – фыркнул Стас. – Вечно он знает всё лучше других!

– Лучше тебя уж точно! – заявил мужчина.

Сын только усмехнулся, но комментировать слова отца не стал.

– Кстати, Стасик, ты не хочешь с нами завтра на служение сходить? – подала голос Лариса Викторовна. – У нас завтра как раз праздник. Будут дети выступать, столы будут с разными вкусностями…. Будет очень хорошо завтра!

– Обойдусь! – отрезал парень. – Ради какого-то праздника приходить туда я не стану.

– Стас, ну, хватит уже! – внезапно вспылил отец. – Сколько можно уже, а?! Я что тебя так воспитывал?! Ты с детства ходишь в Церковь, молишься, слушаешь проповеди, служишь Богу и тут внезапно, стоило тебе завести таких друзей, ты всё это оставил и начал свою мирскую жизнь. Просто из-за того, что не смог ни с кем подружиться и завести друзей, ты оставил Бога. Это неправильно, Стас! И это нехорошо! Ты должен был лишь усиленнее молиться, когда у тебя появилось желание оставить Церковь и Бога. И ты должен был сразу понять, что эта дружба тебя не туда заводит. Но нет, ты это проигнорировал, лишь бы тебе не было скучно и лишь бы у тебя были друзья. Молодец, сынок! Нечего сказать! И сейчас ещё так ведёшь себя…. Прекращай уже! Хватит! Смири уже свою гордость и вернись в Церковь. Пока не стало поздно. Сам же потом будешь плакать, что ушёл из Церкви и оставил Бога. Но потом тебе придётся плохо! Все, кто уходит от Бога, страдают, а возвратиться потом сложно. И тебе тоже будет сложно вернуться, когда ты этого захочешь.

– Я этого не захочу, – отрезал Стас. – Меня всё устраивает, как я вам уже говорил много раз. Но вы словно меня слышите. У меня всё хорошо! И меня всё в жизни устраивает. Устраивает больше, чем когда я был в Церкви.

– Это ты сейчас так говоришь, – нахмурил брови глава семейства. – А потом будешь говорить по-другому. Думаешь жизнь в мире такая хорошая и сладкая? Так я должен тебя разочаровать. Это не так! В ней гораздо больше боли, чем ты можешь представить! Если ты сейчас только из-за того, что тебя не приняли в Церкви, и что у тебя нет друзей, расстроился и перестал ходить в Церковь, то, что с тобой будет в мире? Там гораздо больше боли! Мир поглотит тебя и оставит только косточки! А тебе останется лишь страдать и плакать. И потом ты как миленький побежишь в Церковь, к Богу и будешь просить Его о помощи. Но от тебя настоящего останется совсем ничего. И ты будешь сам ругать себя за то, что ушёл из Церкви и оставил Бога! Поэтому мы так уговариваем тебя вернуться в Церковь сейчас, пока прошло не так много времени. Сейчас тебе будет это сделать не так сложно. Но если пройдёт больше времени…. Тебе будет сделать это сложно! Поэтому, пожалуйста, сынок, перестань так себя вести и вернись к Богу. Пожалуйста!

– Если ты думаешь, что я ушёл из Церкви только из-за того, что у меня там нет друзей, то я тоже должен тебя разочаровать, – заговорил парень, скрестив руки на груди, и словно даже не услышал остальные слова отца. – Я ушёл не только из-за этого!

– Ну, и из-за чего же ещё?

– Потому что мне просто это всё надоело, – скривился молодой человек. – Все эти проповеди, слова о Боге, молитвы…. Меня всё это просто достало! Да, может быть, Бог и есть, но Он точно нас не слышит и не видит. Кто вообще сказал, что Ему есть до нас дела?! Мои молитвы Он точно никогда не слышал. Так с чего я должен ходить в эту Церковь и молиться Ему?! Я не стану этого делать! Больше никогда. Достаточно с меня этой лжи!

– Сынок, как ты можешь так говорить? – мужчина окинул сына удивлённым взглядом, не ожидая от него этих слов. – Бог всегда нас слышит и отвечает на молитвы в своё время. Он же помогает нам со многими делами и вопросами. Устраивает всю нашу жизнь…. Тебе надо рассказать, как часто Он нам помогал? Не думал, что нужно будет тебе свидетельствовать о чудесах Божьих. Например, помнишь, пять лет назад ты заболел воспалением лёгких и долго лечился? Когда Церковь начала молиться за тебя, ты сразу выздоровел. Или ты это забыл?

– Это лишь совпадение! Бог тут не при чём. Просто лекарства начали действовать и всё. Некоторые же лекарства имеют накопительный эффект. Вот они и подействовали! И мне стало лучше. Можешь больше даже не пытаться приводить примеры. Во всех ситуациях – это было лишь совпадение. Бог тут совершено не при чём!

– Как ты можешь так говорить, сынок?! – с ужасом смотрел на сына Виктор Петрович. – Я тебя вообще не узнаю! Как так можно?!

– Я могу так говорить и буду говорить! – воскликнул парень и вернулся к еде. – А если тебе не нравится, то просто не начинай эти темы. И не будешь это слышать!

– Сынок…. – отец укоряюще качнул головой и переглянулся с женой. Выражение её лица было не менее удивлённым. Она тоже не ожидала от сына таких слов и была просто в шоке.

На какое-то время на кухне опять повисла тишина. Стас достал телефон и начал листать ленту в социальной сети, не спеша завтракая и не обращая внимания на родителей. Те тоже не спешили завтракать и постоянно переглядывались, думая, о чём бы ещё сказать сыну, чтобы тот перестал так думать о Церкви и Боге. После недолгих размышлений заговорила мама:

– Стасик, а вот ты в прошлый раз так уверенно говорил, что про тебя никто не будет спрашивать. А про тебя начали спрашивать. В прошлое воскресенье и в позапрошлое спрашивали. Мы просто забыли тебе рассказать.

– Мне нет до этого дела! – отрезал сын, хотя на самом деле ему стало очень интересно, кто им интересовался, но он старался не подавать виду. Родителям не стоило знать, что ему это интересно, ведь для них это будет знак. И они могут опять начать пытаться зазывать его в Церковь. А они итак постоянно это делали, и это уже утомляло молодого человека. Он хотел, чтобы они поскорее успокоились и перестали звать его в Церковь и разговаривать с ним об этом. Ну, когда они уже поймут, что он больше никогда не придёт в Церковь?!

– Про тебя спрашивала Вероника, – сообщила Лариса Викторовна, не смотря на то, что сын не заинтересовался этим.

Стоило женщине сказать это имя, внутри парня что-то ёкнуло. Сердцебиение стало быстрее, и он еле удержался, чтобы сразу не посмотреть на маму с любопытством. Вероника про него спрашивала! Он ей интересен! Это даже обрадовало Станислава. Вероника – это, наверное, был единственный человек, по которому он скучал и кого на самом деле очень хотел увидеть. Но приходить в Церковь только ради того, чтобы увидеть её…. Нет! Это он не собирался делать.

– А ещё спрашивал Павел, Володя и ещё какие-то ребята, – продолжала рассказывать мама. – Я даже не смогла всех запомнить. Как видишь, ты им интересен. Не так, как ты сказал: что им нет до тебя дела! Как видишь, это не так, Стасик! – отец сразу повернулся и посмотрел на сына внимательным взглядом, ожидая, что он скажет.

– Зато мне они неинтересны! – поморщился парень.

– Стасик, разве ты не этого хотел? – вглядывалась в лицо сына Лариса Викторовна. – Ты же хотел, чтобы кто-то из них обратил на тебя внимание. И они обратили внимание. Что тебе не нравится? Их заинтересовало, где ты, что с тобой и почему так долго не ходишь на собрания. Они за тебя волнуются и передают тебе «привет»! Ты разве этого не хотел? Мне казалось, что тебе именно это нужно.

– Ничего вы не понимаете! И никогда не поймёте! Вам это просто не понять!

– А чего ты тогда хотел? – недоумённо поднял бровь отец, совсем не понимая сына. – Я тоже, если честно, думал, что ты этого хочешь. Они на тебя обратили внимание. И тебе вновь что-то не нравится! Что теперь-то не так, сынок?

– Как я и сказал: вы ничего не понимаете и не поймёте. Закроем эту тему! – решительно заявил Стас. – Не желаю это обсуждать.

– Ну, каким же ты стал…. – глава семейства запнулся.

– Каким? – с интересом посмотрел на него молодой человек.

– Вредным и наглым! – выпалил отец, и сын тут же засмеялся над его словами. – Ведёшь себя отвратительно! Грубишь нам…. Ты никогда раньше не грубил нам. Тем более так…. Стас, тебе немедленно надо вернуться к Богу! С каждым днём ты становишься лишь хуже. И я боюсь даже, что будет с тобой дальше. Начнёшь пить, курить?! Или что?! Что тебе так внезапно захотелось всё попробовать на вкус?! Раньше тебе этого не хотелось, а сейчас внезапно…. Стас, ну, взгляни ты уже на себя со стороны, пожалуйста. Я прошу тебя! Увидь, каким ты становишься! Раньше ты был гораздо лучше, а теперь…. Сынок, пожалуйста, вернись к Богу. Ну, что тебе до этих друзей? У тебя же есть мы. Мы можем с тобой всегда общаться, если тебе так общения не хватает. Сынок, пожалуйста! Вернись в….

– Хватит уже! – оборвал его Станислав, больше не желая это слышать. Молодой человек быстро допил оставшийся чай и поднялся из-за стола. – Достали уже постоянно говорить одно и то же, словно вы какие-то попугаи. Или вы думаете, что такой глупый и не услышал вас с первого раза? Я вас услышал ещё с первого раза и сказал своё мнение. Но вы постоянно начинаете вновь и вновь этот разговор. Хватит уже! Достали! Не надо со мной об этом говорить. Я не желаю говорить ни про Бога, ни про Церковь, ни про что-то подобное. Можете со мной обсуждать, что угодно, но не это.

– Стасик, мы просто волнуемся за тебя, – тихо сказала мама. – Ты ушёл от Бога и….

– Хватит! – крикнул парень. – Я же сказал, что не желаю об этом говорить! Перестаньте!

– Не говори так с мамой! – сделал замечание Виктор Петрович. – И вообще ни с кем из нас так не говори. Ушёл от Бога и вон, каким агрессивным стал. Успокойся уже! Мы о тебе просто заботимся и желаем добра. А ты себя так ведёшь! Уже начал в этой злобе мучиться…. На твоём месте я как можно скорее побежал бы в Церковь и к Богу. А тебе, видимо, нравится в этой злобе мучиться.

– Отвали, а?! – грубо бросил сын и, развернувшись, направился к выходу из кухни.

– Стас, прекрати! – строго проговорил отец, немного повысив голос. – Не смей так себя вести тут! Со своими друзьями так общайся, а с нами не смей. И, Стас, если ты этого не понимаешь, то пока ты будешь так себя вести и отказываться ходить в Церковь, никаких денег тебе не видать! Так что можешь даже на это не рассчитывать и не просить у меня деньги. Денег тебе не дам! Не за такое ужасное поведение уж точно.

Отец продолжал что-то говорить, но Станислав больше его даже не слушал. Он уверенно направился к своей комнате. Родители очень сильно его раздражали и злили. Ну, почему они постоянно пристают к нему с этим? Парень уже не желал это слышать, но родители чуть ли не каждый день говорили ему про Бога, Церковь, звали его на собрание и докучали ему этим. Молодой человек много раз пытался объяснить родителям, что он не хочет это слышать и про это говорить, но они даже не обращали на это внимание и продолжали доставать его. Стас даже уже не знал, что делать и как это объяснить родителям, ведь он уже предпринимал не одну попытку ради этого и что только не делал, но всё было безрезультатно.

Станислав прошёл в комнату, раздражённо пнул ногой портфель и плюхнулся в кресло. С каждый разом он злился всё сильнее и сильнее из-за родителей и вот опять…. Парень взял в руки телефон, желая немного отвлечь себя игрой и поднять настроение и тут замер.

Стас понял, что ещё можно сделать, чтобы и реже видеться с родителями и избавиться от их доставучих разговоров. Нужно было пойти подрабатывать! От этого у него не только появятся деньги, но он ещё сможет избавиться от надоедливого общения с родителями, которое его последнее время наиболее сильно раздражало. К тому же когда он пойдёт работать, он начнёт сильнее уставать и ему вообще будет всё равно на слова родителей. Медленно губы молодого человека растянулись в довольной улыбке. Он принял решение. Он пойдёт работать!

– Вот такие функции тебе придётся выполнять, – рассказывала инструктор. – Тебе всё понятно?

– Да, понятно, – кивнул Стас, смотря по сторонам. Пока ему здесь очень нравилось.

– Замечательно, – улыбнулась Лиля. – Значит, тебе осталось расписаться только тут и здесь, – показала она.

– Хорошо, – молодой человек быстро расписался.

– Ну, всё! Теперь ты работник Макдоналдса. Официально! – радовалась девушка. – Я очень рада, что ты к нам присоединился. Теперь ты часть нашей большой дружной команды. Надеюсь, тебе с нами понравится. Добро пожаловать!

– Ну, пока мне нравится, – задумчиво проговорил Станислав, осматриваясь.

– Это хорошо. Во время обучения тебе больше расскажут про все места, но сегодня ты будешь работать в зале. Тебе про него рассказывали?

– Да, рассказывали. Там нужно будет мыть пол, подметать, следить за порядком, протирать столы и периодически помогать людям.

– Да, верно! Если будут какие-то вопросы, ты можешь всегда спросить или у инструкторов или у кого-нибудь из менеджеров. А также у опытных работников. Кстати, должна предупредить, что в зале с людьми обычно работает лидер гостеприимства. Если его в зале нет, то тогда уже ты можешь работать с людьми, помогать им и так далее.

– Хорошо, понял.

– Молодец! Вот ещё это надень, – инструктор протянула Стасу какой-то браслет.

– Что это? – посмотрел на браслет парень.

– Надень на руку, – посоветовала девушка. – На этот браслет будет приходить оповещение, если будет нужно куда-то подойти, что-то сделать и так далее. Ну, чтобы нам не кричать и тебя не звать, мы выдаём такие браслеты. На экране всё будет высвечиваться!

– О, круто! – восхитился Стас. Он нацепил браслет и начал рассматривать его.

– Форма тебе подходит или большая? – оглядела сотрудника Лиля.

– Нет, всё хорошо. Подходит! – молодой человек тоже окинул себя взглядом.

– Тогда можно идти в зал, – решила девушка. – Возьми сразу ведро и швабру. Нужно будет полы протереть.

– Хорошо, иду, – он послушно двинулся за Лилей, по пути взяв ведро и швабру.

– Вот здесь полагаю, ты справишься, – решила инструктор, остановившись в зале. – Ты самое главное следи, чтобы было чисто, и тогда к тебе никаких претензий не будет.

– Ладно. Я понял. Буду следить! – улыбнулся Станислав.

– Хорошо. Так это сказала, это сказала, – Лиля задумалась. – Тряпки вот тут. Не забудь протирать подносы и приносить нам на этаж. А этими протирай столы, – показывала она. – Не забывай следить, чтобы столы были чистые. Не хочу, чтобы гости жаловались.

– Ага! Понял!

– А так тебе точно всё понятно?

– Да, да, конечно, – успокоил девушку Стас.

– Хорошо. Я думаю, что ты умничка и со всем справишься. Начинай мыть полы, – разрешила начать работу инструктор и поспешила присоединиться к остальным работникам.

Станислав посмотрел ей вслед и слегка улыбнулся. Здесь ему, и правда, уже очень нравилось. У него был только первый рабочий день, а он уже успел познакомиться со многими ребятами. И все были такие дружелюбные, простые и весёлые…. Парню очень нравилось в Макдоналдсе, и он даже жалел, что сразу не пошёл сюда подрабатывать. Молодой человек был в предвкушении, как здесь будет здорово работать. Он взял швабру, слегка намочил её, отжал, как его учили, и приступил к мытью полов. Вот и начался его первый рабочий день!

Глава 4. «Независимость!»

Стас, сидя за столом, наспех завтракал. Он немного проспал, и теперь ему надо было поспешить, чтобы не опоздать в институт. А опаздывать парень не хотел. Поэтому он быстро откусывал кусок за кусочком от вафли, желая быстренько и сытно поесть и побежать на учёбу. Виктор Петрович какое-то время молча наблюдал, как сын завтракает, а потом неуверенно заговорил:

– Сынок, а тебе не нужны деньги на еду? А то ты давно не просил, а может тебе нужно в институте что-то покупать на перекус. Или может, ты хочешь себе что-то вкусненькое купить? Дать тебе деньги? Много я, конечно, не дам, чтобы ты не пошёл развлекаться с друзьями, но немного могу дать. Нужно? – мужчина уже был готов полезть в карман за деньгами.

– У меня есть деньги, – качнул головой Станислав и сделал глоток горячего чая. По идее молодого человека должно было удивить предложение отца, но это его совсем не удивило. Наверное, дело было просто в том, что он слишком уставал, и ему теперь было всё безразлично. Даже такое предложение от отца.

– У тебя есть деньги? – повторил удивлённый отец и переглянулся с женой, которая тоже удивилась. – Откуда у тебя деньги? Я же тебе давно деньги не давал, а ты постоянно гулять ходишь. И когда ты последний раз у меня просил деньги, у тебя уже их не было.

– Я работаю, – кратко ответил сын, доедая очередную вафлю.

– Работаешь? – ещё сильнее удивился глава семейства и вновь переглянулся с женой. – Где? Как давно?

– Уже как месяц, – пожал плечами парень и допил чай. – А вот где я работаю – тебя не касается!

– А что это ты решил пойти работать? А как же учёба? Как ты совмещаешь? Это же, наверное, сложно.

– Ну, ты же не оставил мне выбора, – скривился Стас и поднялся из-за стола. – Ты же отказался давать мне деньги. Вот я и пошёл работать, чтобы у меня были свои деньги на руках и чтобы ни от кого не зависеть. Так что твои деньги мне больше не нужны! У меня есть свои деньги. А ты свои деньги можешь оставить себе. Обойдусь!

– Сынок, но ты же так не сможешь стараться в учёбе, – переживал отец, смотря на него взволнованным взглядом. – От этого будет учёба страдать. Тебе будет сложно совмещать!

– Уже как месяц совмещаю! И ничего! И вообще как-нибудь разберусь.

– Стасик, а серьёзно, где ты работаешь? – стало интересно маме. – Ведь не везде берут студентов. Куда ты смог пойти работать, что у тебя, получается, совмещать и учёбу и работу?

– Я же сказал, вас это не касается! Не ваше дело! – пробурчал Станислав и вышел из кухни.

Родители опять переглянулись, даже не в силах скрывать своё удивление.

– Ничего себе…. – пробормотал глава семейства. – Пошёл работать…. Такого я не ожидал.

– Да, я тоже этого не ожидала, – кивнула Лариса Викторовна. – Я, конечно, знала, что он как-то отреагирует на то, что ты перестал ему давать деньги, но надеялась, что он просто станет реже гулять с друзьями или вообще перестанет с ними общаться. Я надеялась, что они, узнав, что у Стаса больше нет денег на эти развлечения, перестанут с ним общаться, и тогда ему просто пришлось бы вернуться в Церковь.

– Но что-то пошло не так, – цокнул языком мужчина. – Если бы случилось то, что ты сказала, у Стаса открылись бы глаза, и он понял бы, что его друзья не такие уж и хорошие, как ему, может быть, кажется. Но….

– Может быть, они лучше, чем мы думали? – предположила мама. – Или… они просто так хорошо сдружились.

– В любом случае это не очень хорошо, – вздохнул отец. – Теперь ещё и работать пошёл. Что угодно готов делать, лишь бы не возвращаться в Церковь и не сделать то, о чём мы просим. Какой он упрямый стал! Всеми путями хочет продолжать свою мирскую жизнь и грешить. А может он ещё так пытается показать нам свою независимость! Кто ж его знает…. В любом случае он всё делает лишь во вред себе.

– Верно, милый. Разрываясь между работой и учёбой, ему лишь будет труднее. Как бы он так ещё своё здоровье не испортил. А то вон уже меньше стал спать. Постоянно рано встаёт, а ложится очень поздно. И это очень плохо!

– Ну, боюсь, что достучаться до него и объяснить ему это у нас не получится. Он же вон, какой упрямый стал! Слушать ничего не желает! С нами ещё спорит постоянно….

– И что тогда делать? – начинала волноваться женщина.

– А мы ничего не сможем сделать! Заставить его не работать? Мы не можем! Ведь это было его решение. Он взрослый и имеет полное право работать. Что уж теперь поделать? Пусть работает. Интересно, как долго он продержится? Совмещать работу и учёбу сложно. Может быть, так он хотя бы станет меньше времени проводить с друзьями. Он будет то на работе, то на учёбе, то задания будет делать…. Мне кажется, что ему будет не до развлечений. А это уже хорошо!

– Самое главное, чтобы он не забросил учёбу, – тихонечко проговорила Лариса Викторовна. – Ведь он может не захотеть жертвовать работой или развлечениями и решит забросить учёбу. Я этого очень опасаюсь!

– Ну, я в любом случае слежу, чтобы в учёбе у него всё было в порядке. Так что если в учёбе начнутся какие-то проблемы, я узнаю. И буду с ним уже говорить об этом! – успокоил жену муж. – Так что об этом пока не переживай.

– Хорошо тогда! – мама слабо улыбнулась.

Тут раздался хлопок двери, что означало, что Стас ушёл в институт.

– Где же он всё-таки работает?.. – задумчиво пошевелил в руках кружкой Виктор Петрович. – Куда он мог пойти работать, что совмещает всё….

– Да, мне тоже хотелось бы это знать, – Лариса Викторовна выглянула из окна. Она проводила взглядом сына, который только вышел из дома и быстрым шагом пошёл по дороге. – А я последнее время замечала, что Стас стал каким-то уставшим и постоянно куда-то спешил. Ел так быстро, словно на последний поезд опаздывал. И удивлялась, что такое?.. Думала, он просто так пытается избегать нас, а оказалось, что он работать пошёл.

– Я тоже это замечал, – поддакнул отец и поднялся из-за стола. – Ладно, дорогая, пойду готовиться к выходу. Тебе может помочь надо?

– Нет, не нужно, – она начала убирать со стола. – Я сама. Это как раз помогает справиться с волнением.

– Не переживай ты так за него. Он сильный парень! Справится и с работой, и с учёбой. Надеюсь, что работа у него не физическая. Вот тогда волноваться точно нужно. Но настолько уставшим он не выглядит.

– Я не об этом даже волнуюсь. Он так давно не был в Церкви…. Совсем не хочет ни в Церковь прийти, ни о Боге поговорить, ни даже помолиться…. Полностью оставил Бога! Даже Библию убрал в самую дальнюю полку и давно не достаёт её. Вот это меня и волнует!

– Да, меня тоже! – из груди мужчины вырвался тяжёлый вздох. – А разговоры ничего не дают! Даже говорить не хочет, и слышать ничего не хочет. А в этом месяце даже не обращал внимания, если я с ним начинал говорить о Боге. Просто игнорировал и сразу уходил. Да, может он уставал, и ему было не до разговоров, но чтобы так игнорировать…. Словно с ним даже никто не говорил. Даже не смотрит почти на меня, когда я пытаюсь с ним говорить. Словно реально не слышит!

– Ага, и со мной также делал! Ладно, милый, ты иди, – жена потрепала мужа по плечу. – За Стасика мы можем сейчас только молиться, брать посты и просить Церковь молиться за него. Больше нам ничего не остаётся. Заставить его мы не можем.

– А так хотелось бы….

– Но так нельзя. И всё равно ничего не выйдет. Он уже взрослый парень. Будь он ребёнком, это ещё можно было бы сделать. Но он уже взрослый. Не драться же с ним!

– Это да.

– Иди, – повторила Лариса Викторовна. – А то не успеешь.

Виктор Петрович слабо улыбнулся жене и покинул кухню. Женщина опять вздохнула и продолжила убирать со стола.

Стас не спеша протирал стол. Убрав все крошки и убедившись, что стол чистый, отошёл от него. Он окинул взглядом зал, пытаясь понять, где ещё нужно что-то убрать. Но в зале царила полная чистота.

– Молодой человек, вы не подскажете мне? – обратилась к нему какая-то женщина.

– Да, конечно, – натянул дружелюбную улыбку парень и подошёл к женщине. – Что вам подсказать?

– У вас здесь должна быть какая-то булочка с куриной котлетой и беконом… – проговорила женщина, беспомощно смотря в экран киоска. – Не могу его найти! Название не помню.

– Вам нужен чикен-премьер, – уверенно сказал Станислав и быстро нашёл его в киоске. – Он?

– Да, он. Спасибо большое!

– Не за что. Ещё с чем-то помочь нужно?

– Ну, может, тогда ещё поможете здесь всё остальное набить? – попросила она. – А то я вообще не умею обращаться с этим киоском.

– Хорошо, я помогу. Что вам ещё нужно?

– Ну, две эти булки… – женщина достала телефон, и начала диктовать, что ещё ей было нужно. Парень послушно всё нужное отправлял в корзину. – И всё. Спасибо вам огромное!

– Я рад был вам помочь! – вновь улыбнулся Стас и отошёл в сторону, не желая мешать женщине оплачивать заказанную еду.

Молодой человек начал вновь осматриваться. На нескольких столах уже стояли грязные подносы. Он поспешил прибраться на этих столах. Пару минут и столы вновь сияли. Станислав потянулся к швабре, желая немного протереть полы, как тут завибрировал браслет. Парень кинул на него взгляд и понял, что его зовут на этаж. Так и не дотронувшись до швабры, он поспешил к менеджеру, что его звал.

– О, Стас, ты уже тут! – обрадовалась Лиза, когда молодой человек подошёл к ней. – Замечательно! Значит так, нам нужна помощь. В зал я отправила другого новичка, а ты помоги нам тут. Уж больно ты шустрый! Надо помочь собирать заказы. Катя, а ты стой на выдаче! – распорядилась она. – Всё! За работу!

Станислав начал послушно собирать заказы. Постепенно он ловко собрал многие заказы, позволив ребятам на сборе заказов спокойно вздохнуть. Сам молодой человек с облегчением вздохнул, когда экран с заказами опустел. Некоторые ребята побежали пить воду, а менеджер рассматривала что-то в планшете.

– Стас, Стас! – позвала его Катя.

– Что такое? – подошёл к ней парень и, облокотившись об стол для выдачи, посмотрел на девушку. Та взглянула на него своими яркими голубыми глазами.

– Ты посмотри на него, – она захихикала и кивнула головой на одного из гостей.

Станислав посмотрел туда, куда кивала Катя, и увидел парня в растянутой одежде. Он медленно тыкал что-то в экране киоска и одновременно хлопал себя по карманам. На голове этого парня был настоящий шухер. Волосы стояли дыбом и были покрашены в розовый цвет. Вид гостя был очень забавным.

– Он сюда приходит чуть ли не каждый день, – одновременно рассказывала Катя, пока Стас изучал взглядом этого парня. – Сначала долго что-то жмёт на экране, потом ищет карту, потом приходит к нам и долго что-то говорит и набирает заказ, а потом вспоминает, что денег у него с собой нет. И уходит! И так каждый день. А ещё посмотри на его руку, – Станислав опустил взгляд на руку гостя. – Видишь, как он ей трясёт?

– Наркоман что ли? – спросил Стас, рассматривая этого парня. – Вид у него стрёмный!

– Может быть. Хотя он уже сюда приходит часто, и мы подозреваем, что у него просто слабоумие. Ты посмотри! Смотри! – ребята увидели, что парень начал ковыряться в носу. – Фу!

– Противно, – скривился молодой человек. Он переглянулся с Катей, и они одновременно засмеялись.

– Какой же он чудной! – пробормотала девушка. – Постоянно над ним угораем.

– А разве лидеру гостеприимства можно смеяться над гостями? – строго взглянул на коллегу Стас.

– А что нельзя что ли? – нахмурилась Катя. – Не смотри на меня так! – она легонько ударила парня.

– Ладно, ладно, – выставил вперёд ладони Станислав, словно защищаясь, и засмеялся.

– Что на чудика смотрите? – подошёл к ним Олег и тоже взглянул на того парня. – Опять он пришёл! Ну, что за чучело, а? Стас, ты видишь его?

– Конечно, вижу, – продолжая смеяться, кивнул молодой человек. – Думаешь, я слепой? Катя мне уже его показала. Да и раньше я его замечал, но что-то внимания не обращал.

– Ну, теперь будешь часто на него внимание обращать, – уверенно сказал Олег. – Клоун ещё тот! И что он так одевается?

– Да, кто ж его знает! – махнула рукой Катя.

– Да, чучело и есть чучело, – выпалил коллега, и ребята опять засмеялись. – Кстати, Стас… – и он начал что-то шептать ему на ухо. Тот сначала просто слушал, потом кинул взгляд на Лизу и прыснул от смеха.

– Ты что ему это рассказал? – улыбнулась Катя.

– Ага.

– Ты точно самоубийца! – захихикала девушка. – Если Лиза узнает.… Она тебя убьёт!

– А мы ей говорить не будем! – решил Олег.

– Ребята, хватит уже трепаться! – закричала на ребят Лиза. – Посмотрите уже на экран. И за работу живо! Быстрее, быстрее!

– Царевна кричит. Быстрее за работу, – побежал на своё место Олег.

Стас тихонько засмеялся и поспешил следом за ним. Парень вернулся к работе, продолжив собирать заказы. И он даже не посмотрел на выдачу, возле которой стоял его отец, ожидая свой заказ. А вот отец внимательно смотрел на сына, радуясь, что наконец-то смог получить ответ на вопрос, который его так интересовал. Теперь он знал, где сын работает.

Этим вечером после работы Станислав сразу вернулся домой. Гулять с друзьями у него сил не было. Хоть те и отправились гулять, молодой человек решил сразу вернуться домой и отдохнуть. Ведь завтра ему опять нужно было идти в институт, а после на работу. Силы были нужны, а значит, надо было, как следует, отдохнуть.

На ужин парень, понятное дело, не успел, так как вернулся домой тогда, когда родители уже покинули кухню и сели в гостиной. Поэтому он, придя домой, первым делом, принял душ, переоделся, немного отдохнул и пошёл на кухню. Поужинать он мог и один, и ему это даже больше нравилось. Так он был уверен, что никто не станет доставать его какими-то разговорами и общением. И мог просто, не спеша, покушать и полистать ленту в социальных сетях.

Правда, стоило молодому человеку пройти на кухню, как следом за ним прошла мама. Но она зашла на кухню не для того, чтобы приставать к сыну с разговорами. Мама хотела сама наложить сыну еду, то есть поухаживать за ним, и заодно немного убраться на кухне.

– Спасибо, мам, – благодарно улыбнулся Стас и приступил к еде.

Женщина в ответ тоже улыбнулась сыну и, повернувшись к плите, начала протирать её. Парень не торопясь ужинал, лениво листая ленту в одной из социальных сетей. Краем глаза он поглядывал на маму, боясь, что она сейчас всё же начнёт с ним говорить, но та была занята. Постепенно сын расслабился, сосредоточившись только на еде и своём телефоне. И, как только Станислав это сделал, на кухню прошёл отец. Молодой человек тут же бросил на него настороженный взгляд и напрягся. Вот отец точно молчать не будет, и начнёт с ним говорить. Не просто же так он зашёл на кухню.

Виктор Петрович сначала окинул кухню взглядом. А потом решительно уселся за стол перед сыном и посмотрел на него. Стас тоже поднял взгляд и посмотрел на отца, не понимая, что ему нужно.

– Сынок, а я, кстати, теперь знаю, где ты работаешь, – выдал глава семейства.

– Где? – сразу заинтересовалась мама и обернулась, перестав убираться.

– В Макдоналдсе, – ответил мужчина. Выражение лица парня мгновенно изменилось и стало удивлённым и даже немного недовольным. Откуда отец мог это узнать? – Нет, сынок, ты не подумай, что я за тобой слежу, – он поспешил успокоить сына, увидев, как изменилось его лицо. – Я просто после работы решил зайти в Макдоналдс и купить какой-нибудь бургер. И вот зашёл туда и увидел тебя в рабочей форме и там среди ребят. Немного удивился, что ты именно там работаешь. Думал, что ты где-то в другом месте работаешь, а ты оказывается в Макдоналдсе.

– И что? – не понял отца Станислав.

– Ничего. Знаешь, сынок, с одной стороны это хорошо, что ты пошёл работать. Привыкнешь к работе в принципе, к этому режиму, коллективу… Это полезно! Потом будет легче работать. А то сразу из института после учёбы сложно привыкать к работе. А так тебе будет уже гораздо проще!

– Ну, да, а ещё я больше не завишу от твоих денег! – воскликнул парень, усмехнувшись. – Это главный плюс!

– Ну, это тоже хорошо, – не стал спорить глава семейства. – Свои деньги всегда приятно иметь!

– Ага, а ещё самое приятное, что можно поменьше быть дома и пореже видеть ваши лица. Вот это прямо кайф!

– Сынок, это было грубо, – поморщился Виктор Петрович. Слова сына ему не понравились. Мама тоже сразу заметно расстроилась. – Мы тебе ничего такого не сделали, чтобы ты так с нами говорил.

– Да, вы только достаёте меня постоянно с этой вашей Церковью и Богом, – скривился Стас. – Целыми днями достаёте! А так ничего….

– С нашей Церковью и Богом, сынок, – мягко поправил его мужчина. – Она такая же наша, как и твоя. Ты в ней с самого рождения!

– Ты об этом хочешь поговорить? – нахмурился молодой человек, уже готовый подняться и уйти. Разговаривать об этом он сейчас не желал. Он итак устал на работе. Говорить об этом и спорить, у него сил не было. Ему просто хотелось поужинать и отдохнуть.

– Нет, на самом деле я про работу хотел спросить. Сколько раз в неделю ты работаешь там?

– Обычно пять раз в неделю, иногда четыре, – кратко ответил Станислав, заметно расслабившись и вернувшись к еде. О работе он мог поговорить. Это его не так сильно напрягало.

– А по сколько часов? – полюбопытствовал глава семейства, а мама лишь с интересом наблюдала за разговором. Ей тоже хотелось всё это знать.

– В основном по четыре часа. Изредка могут поставить пять часов или даже шесть. Порой три часа ставят, но это вообще редко. Так как у меня учёба, они стараются спрашивать у меня, сколько и в какой день я могу поработать, чтобы потом не вышло, что я не могу раньше выйти на работу из-за пар.

– И нормально платят за отработанные часы?

– Да, вполне. Мне хватает.

– Это замечательно! Эта работа прямо идеально подходит для тебя.

Парень удивлённо приподнял одну бровь, не поняв фразу отца.

– Ну, я имею в виду, что там одни молодые ребята учатся, и это место идеально подходит для студентов и школьников, – поспешно пояснил отец, не желая как-то обидеть сына. – Там вроде как почти одни студенты работают. Так что тебе это место хорошо подходит!

– Ага, что есть, то есть, – не стал спорить Стас. Ведь это было, и правда, так!

– А ещё, как я увидел, – мужчина улыбнулся, – ты там хорошо сдружился с ребятами. Ты общался там с какой-то девочкой…. Вы даже над чем-то смеялись. И с остальными я заметил, что ты хорошо ладишь. Я немного понаблюдал за тобой и успел на это обратить внимание. Как раз видел это, пока заказ ждал.

– Да, с ними было легко сдружиться. Они не такие высокомерные, как эта молодёжь из Церкви! – последнюю фразу молодой человек старательно выделил и сделал недовольное выражение лица.

– Я очень рад, что ты так там со всеми сдружился, – продолжал улыбаться отец, проигнорировав остальные слова сына. – Было бы печально, если бы ты с коллегами не сдружился. Но ты так с ними поладил…. Это замечательно! Молодец! А ещё я заметил, что тебе там нравится работать. Так ведь?

– Да, мне там вполне нравится, – не стал это скрывать Станислав. – Для подработки – самое то.

– Не спорю! На постоянной основе, конечно, думаю там не очень здорово работать, а вот подрабатывать…. Просто замечательно для студента! И как небольшая рабочая практика. Ну, в смысле помогает научиться работать и….

– Я тебя понял! – сын не стал заставлять его договаривать. Тот сразу с облегчением вздохнул.

– Ты, кстати, мог и не скрывать, где работаешь. Мог бы сразу нам сказать. Нам ведь было это интересно. Я, как видишь, всё равно это узнал.

– Хотел и скрывал! – буркнул парень, не желая это обсуждать. Ведь он, правда, сначала не хотел, чтобы родители знали, где он работает, так как боялся, что они могут прийти туда и смотреть на него. Да, конечно, это было глупо, но Стас почему-то этого опасался. Говорить это родителям он не желал, так как только сейчас понял, как это выглядит и звучит глупо.

– А несложно там работать? – решилась спросить мама.

– Нет, несложно, – отрезал сын. – Ничего сложного там нет. Всё достаточно просто.

– А мне всегда казалось, что там так сложно работать, – призналась женщина.

– Между прочим, в форме я тебя не сразу узнал, – подметил глава семейства. – И в этой кепке. А потом присмотрелся и понимаю: это же Стас!

– Я сам себя в этой форме не узнаю, – фыркнул молодой человек. – На самом деле ужасная форма. Она мне не нравится. Да и никому из ребят не нравится. Но поработать сойдёт. К тому же я в ней не целый день и это уже хорошо. А так…. Самое главное не обращать внимания на эту форму и нормально!

– Самое главное, чтобы тебе там нравилось работать, Стасик! – губы мамы растянулись в улыбке. – А остальное неважно. И ещё главное, чтобы ты не забывал про учёбу. Работа работой, а сейчас на первом месте у тебя должна быть учёба.

– А то я не знаю, – усмехнулся парень.

– Ну, а так тебе несложно совмещать? – на всякий случай спросил отец.

– Нормально вполне. Думал, будет сложнее. Но нормально!

– Это хорошо, – на лице мужчины появилась улыбка. – А мне вот это всегда казалось нечто ужасным. Когда я сам учился в институте, с ужасом смотрел на ребят, которые ещё и работали. И не понимал, как у них хватает сил и времени на учёбу и работу! И вот теперь ты тоже одновременно и учишься и работаешь. До сих пор не могу понять, как ты можешь справляться. Мне кажется, что это так сложно….

– Ну, сначала было непривычно и сложно, – признался молодой человек. – За две недели я привык и сейчас нормально.

– Быстро ты привык! Мне бы понадобилось пару месяцев, наверное.

– Это ты так думаешь. Я тоже так думал, но на самом деле быстрее привыкаешь. Две недели и всё. Это уже в норму входит! Даже удивляешься, почему сначала было так непривычно и казалось, что ты будешь долго к этому привыкать.

– Вот оно как… – кивнул отец и задумался. Пару секунду была тишина, а потом он вновь заговорил: – Сынок, а я вот ещё хотел спросить…

И их разговор про работу сына продолжился. Впервые за всё это время они общались спокойно и обсуждали работу Стаса. А парень был лишь рад поговорить об этом с родителями. Ведь они так долго нормально не общались, и молодой человек даже немного соскучился по такому общению с родителями, и ему сейчас было что рассказать. И он не без удовольствия всё рассказывал по просьбе самих же родителей, которые с нескрываемым интересом его слушали, едва ли не смотря сыну в рот. Им хотелось знать всё.

Незаметно прошло ещё два месяца. За эти два месяца Станислав на работе стал ещё опытнее. У него всё хорошо получалось, и он очень быстро смог всему научиться. На работе даже удивлялись, как у него так получилось быстро всему научиться. А менеджеры и инструктора частенько хвалили его за то, что он так хорошо работает. Конечно же, парню было приятно это, а некоторые из коллег даже завидовали ему. Молодой человек же не обращал на это внимания и просто продолжал усердно работать, всегда стараясь помочь даже тем, кто завидовал ему.

А ребята, видя, что Стас всегда рад помочь им и поддержать их, не могли недружелюбно к нему относиться. Их просто тянуло к нему, и они с радостью с ним общались или вместе с ним работали. Работать ему очень нравилось.

Он ловко выполнял все нужные функции на работе и даже не замечал, как рабочее время пролетало, и нужно было уходить домой. Молодой человек зачастую задерживался на работе, желая помочь ребятам. Ему было несложно задержаться и подольше поработать, к тому же это был плюс к деньгам, а ребята были рады помощи.

Так и пролетали дни Стаса. Учёба, работа, друзья, дом…. Так и шёл день за днём и парня вполне всё устраивало. Он успевал и учиться, хоть и порой приходилось туго, когда надо было срочно делать какую-то сложную работу, а времени было мало. Но молодой человек и это успевал, и работать, и с друзьями гулять. Иногда, конечно же, он очень сильно уставал, что возвращаясь домой, сразу заваливался спать и отключался, но в основном у него находились силы и на учёбу, и на работу, и на друзей.

Единственное на родителей времени у него почти не было, и он с ними виделся крайне редко, а говорил с ними ещё реже. Но это даже немного радовало Станислава. Несмотря на тот их приятный разговор, в основном родители пытались с ним говорить на другие темы. А именно про Бога, про какие-то места из Библии, про Церковь и так далее в подобном духе. А про это он вообще не желал говорить. Как только родители начинали говорить на одну из этих тем, парень так сильно раздражался, что спокойно говорить с родителями просто не мог. И сколько бы он им не говорил, не общаться с ним на эти темы, они каждый раз начинали всё заново. Они словно не слышали его!

И Стасу ничего не оставалось, как только не общаться с ними. О своей работе или учёбе сын всегда был рад поговорить, но на эти темы…. Нет! Также он мог выслушать, как у родителей прошёл день и на этом в принципе их общение заканчивалось. Больше ни о чём он с родителями не говорил.

И вот в очередной день после работы Станислав пошёл гулять с друзьями. Они первым делом заехали в своё любимое кафе и решили, как следует, покушать. И сам Стас после работы хотел кушать, и ребята были голодные, так как не успели поесть. Так что они пришли в кафе, заняли свободные места и заказали себе разнообразной вкусной еды. Попеть в караоке они хотели, но только после того, как покушают. Станислав, вместе с Колей, удобно развалились на диване, а Вова и Миша сидели на мягких стульях, общаясь с друзьями.

– Стас, ну, что ты сегодня не так устал на работе? – поинтересовался Миша, внимательно смотря на друга.

– Ну, как видишь, нет, – улыбнулся парень и откинул голову на диван. – Я же тут! Если бы я сегодня сильно устал, то не пошёл бы с вами сюда, а отправился домой. Как, например, было вчера!

– Да, вчера нам тебя не хватало, – вздохнул Вова. – Мы пришли сюда, а эти, – он бесцеремонно тыкнул пальцем на своих друзей, – не захотели петь. Сказали, что тебя, видите ли, нет, а значит петь лучше не стоит. А то это будет вообще ужасно!

– Но также и есть! – воскликнул Коля. – Мне надоело позориться. Стас нас хотя бы немного вытягивает. А без него…. Да ну петь без него!

– Вот видишь?! – опять показал пальцем на ребят друг. – Вот такие они вредные!

– Не тыкай пальцем на нас, – стукнул его по руке Коля. – Это неприлично!

– Кто бы говорил про приличия! – ухмыльнулся Вова и откинулся на спинку стула. – Не тебе про это говорить!

– Я это вообще спрашивал не для того, чтобы вы начинали разборки, – нахмурился Миша. – Я просто поинтересовался, так как Стас единственный из нас одновременно учится и работает. А это… я даже не представляю, как сложно! Разрывается он просто жуть как….

– Да я уже привык, – махнул рукой Станислав. – Не переживай!

– Молодец! – хлопнул друга по плечу Коля. – Мы знали, что ты справишься. Ты у нас силач!

– Скажешь тоже, – прыснул парень, не удержавшись.

– А я говорю вообще-то искренне!

– А если честно, ребят, – перестав смеяться, заговорил Стас, – я всё время кое-что хочу сказать вам, но всё забываю.

– Что? – с интересом посмотрел на него Миша.

– Я всё время хочу вас поблагодарить, что посоветовали мне пойти работать и посоветовали это классное место! – губы молодого человека растянулись в улыбке. – Я ни на секунду не пожалел, что прислушался к вашему совету и пошёл в Макдоналдс. Мне там очень понравилось и теперь есть и деньги на руках. И… вообще круто! Спасибо вам большое, ребята!

– Да не за что, Стас, – хмыкнул Коля.

– Будешь нам должен! – выдал Вова. На пару секунд повисла тишина, а потом все засмеялись.

– О! А вот и еду несут, – заметил официанта Миша. – Ура! Сейчас поедим. Я ужас, какой голодный.

– Да, я тоже, – поддакнул Вова.

Официант поставил им на стол еду, пожелал приятного аппетита и ушёл.

– На самом деле, Стас, мы рады, что у тебя всё хорошо, – улыбнулся Миша, приступив к еде. – Именно этого мы и хотели, когда советовали тебе пойти работать в Макдоналдс. Ты не подумай, что мы это советовали только из-за того, чтобы ты мог быть тут с нами.

– Но и из-за этого тоже! – вставил Вова и заулыбался.

– Не лезь! – отпихнул от себя друга Михаил. – Я сейчас говорю! Если что мы всегда нашли бы, чем заняться. Ну, если бы ты решил не идти работать. Мало ли…. Ты решил бы, что на учёбе итак тяжело и принял бы решение не идти работать, а оставить всё как есть. Мы это твоё решение приняли бы! Не надо думать как-то иначе!

– Ага! – закивал Коля. – Это так!

– И нашли бы, чем заняться, – продолжал говорить Миша. – Это не было бы проблемой. Да, мы скучали бы по всем этим классным местам, но понимали бы, что у тебя на них денег нет, и занимались бы чем-то другим. Но ты решил прислушаться к нашему совету и пойти работать, и мы очень рады, что у тебя всё хорошо. Что тебе и работать там нравится и некоторые финансовые проблемы решились…. Это круто!

– А дома то финансовые проблемы немного решились? – полюбопытствовал Вова. – То, что ты пошёл работать, чем-то помогло?

– Да, конечно, немного помогло, – ответил Стас, понятное дело, соврав. Ведь никаких финансовых трудностей у них в семье и не было. Отец ведь просто отказался давать ему деньги. Но друзьям это не нужно было знать. – Но уходить я пока точно не буду. Во-первых, мне очень понравилось работать, а во-вторых, чтобы полностью решились все проблемы, нужно продолжать работать.

– Да мы и не заставляем уходить, – успокоил его Коля. – Работай, сколько хочешь. Хоть всю жизнь!

– Ну, всю жизнь я точно там не буду работать, – засмеялся парень, и друзья поддержали его смехом.

– Да, точно, ты ведь у нас ветеринар! – вспомнил друг и похлопал Стаса по спине. – Я помню! А, кстати, много у вас происходит чего-то интересного на работе? Мы вообще тебя ещё ни разу про работу не спрашивали. Расскажи что-нибудь!

– Ну… – Станислав немного задумался и погрузился в рассказ о своей работе. А говорить ему было что, и говорить про работу он мог много.

Общались ребята долго. Сначала Стас рассказывал про свою работу, делился смешными историями, а потом их тема плавно поменялась. И в итоге ребята сидели так за столом, кушали и общались почти два часа. Увидев как долго общаются, они пришли в себя и решили, что пора и немного развлечься. Они сначала спели пару песен в караоке, потом Стас спел один, и после этого Коля заявил:

– А давайте купим кальян!

– О, давай, – тут же согласился Вова.

– Можно, – не стал отказываться Станислав. Кальян он уже пробовал не один раз, и он ему очень нравился. Так что отказываться от него не собирался.

– Официант! – позвал официанта Коля.

– Чего желаете? – спросил тот, подойдя к ребятам.

– Нам кальян, пожалуйста, – сказал парень. – Чаша марки Japona, кальян давайте на… гранате, – он переглянулся с друзьями. Те закивали головами, соглашаясь. – Наполнитель давайте вино и ром.

– Добавки в кальян какие-то нужны?

– А давайте добавим лимон и мяту? – сразу подал голос Вова.

– Да, давайте это, – не стал спорить Коля. – Табак давайте Al Fakher.

– Хорошо, скоро принесу вам кальян, – официант что-то черкнул в блокноте и удалился.

– Замечательно! – довольно потирал руки молодой человек.

Пока ребята ждали кальян, они вновь начали общаться. Они обсуждали всё подряд, вплоть до кальяна. И когда наконец-то у них оказался кальян, они обрадовались.

– Стас, ты первый! – подмигнул другу Коля.

– Ну, хорошо, – даже не собирался препираться Станислав.

Он придвинулся к кальяну, взял в руки шланг кальяна и сделал глубокий вздох, пытаясь затянуться максимально глубоко и позволяя табаку попасть в лёгкие. Перед тем, как выдохнуть, парень ненадолго задержал дым в лёгких и только после этого выпустил большой клуб дыма. Вкус кальяна был кисло-сладкий и немного терпкий за счёт насыщенных влагой косточек, а алкогольный наполнитель придал кальяну изысканные нотки и особую крепость. От кальяна оставался приятный оттенок и небольшое послевкусие, а также он оказывал легкое опьяняющее воздействие.

– Ну, как? – наблюдал за ним Миша.

– Кайф! – Стас ещё раз затянулся, выпустил клуб дыма и откинулся на спинку дивана, позволяя себе расслабиться.

Станислав медленно прошёл в квартиру, слегка пошатываясь. Развлеклись они с ребятами знатно и даже немного выпили, и теперь молодому человеку хотелось лишь скорее лечь в кровать и уснуть. Мало того, что он сегодня отсидел четыре пары, отработал смену, так ещё успел и с ребятами повидаться и, как следует, развлечься. Этим днём Стас был очень доволен. Он довольно улыбнулся, развязывая кроссовки. Сняв обувь и куртку, парень побрёл вглубь квартиры.

– Поздно ты сегодня, сынок, – подметил Виктор Петрович, сидя в гостиной на диване. Мама сидела рядом с ним, и, стоило Стасу появиться в коридоре, взглянула на него. – Как день прошёл?

– Круто! – показал большой палец молодой человек и, немного качнувшись, зацепил торшер, но сразу сориентировался и удержал его.

– Уже ноги не держат, что ли? – внимательно смотрел на сына отец.

– Да просто устал, – махнул рукой парень, говоря слегка заплетающимся языком, и продолжил путь, но тут случайно зацепил рукой, стоящую на небольшой тумбе, рамку с фотографией и уронил её. Поднимать её Станислав даже не стал, видимо, просто не заметив, что она упала.

– Да что с тобой? – ещё сильнее удивился глава семейства.

– Ничего! Всё нормально, – Стас ускорил шаг, желая быстрее оказаться в комнате.

– Подожди, сынок, – внезапно поморщился мужчина и подошёл к нему. – Чем от тебя несёт? – почувствовал он странный запах и, подойдя ближе к сыну, принюхался. – Ты что пил?

– Ну, вообще-то все люди пьют, пап, – усмехнулся молодой человек. – Воду там знаешь… Сок…. У людей есть потребность в этом.

– Ты понял, о чём я говорю! – нахмурился отец и переглянулся с мамой. Она, поняв, в чём дело, поднялась с дивана и подошла поближе к сыну и мужу. Ей не верилось, что Стас пил алкоголь. – Ты что пил спиртное?

– Ой, да ладно тебе, пап, – закатил глаза Станислав. – Не надо нудничать!

– Стасик, ты что, правда, выпил? – не желала в этом верить Лариса Викторовна.

– Да, конечно, и что?! – не видел в этом ничего такого парень. – Что в этом такого?

– Этого я и боялся, – кивнул глава семейства и его взгляд стал строже. – Стас, у тебя, видимо, совсем с головой плохо стало? Тебе что так захотелось всё попробовать на вкус?! Да с такими друзьями ты и наркотики начнёшь использовать.

– Ой, преувеличивать не надо только, – скривился сын. – Наркотики…. Скажешь тоже!

– Стасик, ты не понимаешь, как вреден алкоголь? – мама смотрела на молодого человека взволнованным взглядом. – Ты же так губишь своё здоровье! А как тебе потом будет плохо после алкоголя…. Стасик, ты этого не понимаешь?

– Как будто я пью первый раз, – фыркнул парень. – Разберусь! Пить я точно умею.

– Ты что и до этого как-то выпивал? – брови Виктора Петровича грозно сдвинулись. Он пронзал сына своим строгим взглядом.

– Конечно! И не один раз!

– Ты что совсем с ума сошёл?! – начал злиться отец. Он сделал шаг к сыну, испытывая желание влепить ему затрещину, но Лариса Викторовна сразу подошла к мужу и остановила его руку. Она не хотела, чтобы отец бил сына и чтобы скандал разрастался так сильно. Понятно, что он итак уже разрастётся, но, чтобы так сильно разгорался, женщина не хотела. – Ты хоть понимаешь, что делаешь? Ты так угробишь своё здоровье! Ты вообще в курсе, что пить нельзя? Ты христианин, а нам пить запрещено.

– Я больше не христианин, – отрезал Стас. – Я ушёл из Церкви. И чтобы ты знал я уже совершеннолетний. Имею полное право пить. К тому же я работаю и трачу на это свои деньги. Так что отвянь! Что хочу, то и делаю!

– Будешь делать, что хочешь, когда будешь жить один! – прикрикнул глава семейства. – А пока ты в моём доме, будешь делать, что говорю я. Совсем распоясался! Ушёл из Церкви, оставил Бога, завёл себе мирских друзей, начал развлекаться с ними, а теперь ещё и пить алкоголь начал. А что будет дальше, а?! Куда тебя дальше эта жизнь заведёт?! Прекращай уже так вести себя! Такая жизнь к добру не приведёт!

– В твоём доме… – повторил за отцом Станислав. Выражение его лица стало задумчивым. – Здорово! С каких пор это стал только твой дом? Это и мой дом тоже. Или может мне уйти из дома и переехать куда-то, чтобы тебе было легче?

– Да куда ты переедешь? – отец окинул сына насмешливым взглядом. – У тебя денег на это не хватит. С зарплатой в Макдоналдсе ты никогда квартиру не потянешь. Тем более совмещая работу и учёбу.

– Ну, тогда придётся бросить учёбу, – развёл руками молодой человек. – Если это нужно, чтобы заткнуть тебе рот, то я пойду на это!

– Да ты просто… – был уже готов вспылить мужчина.

– Стасик, папа прав, – поспешила присоединиться к разговору Лариса Викторовна. – Он всё правильно сказал. Это не дело так жить. Пить спиртное…. Это плохо. И для твоего здоровья, и для твоего благополучия. Ведь спиртное разрушает клетки мозга и потом…. К тому же оно вызывает привыкание и даже зависимость. Этого хочешь? Потом тебе будет всё безразлично, и ты будешь думать только о спиртном. Мы тебе такого будущего не хотим, Стасик. Поэтому и просим тебя больше не пить. Пожалуйста, подумай о себе. Ведь мы только о тебе думаем и за тебя переживаем. Ведь речь идёт о тебе и твоём здоровье. Поэтому мы так волнуемся. Понимаешь?

– Какая зависимость? – губы Стаса растянулись в усмешке. – Мы пьём совсем немного. От этого зависимость точно не возникнет! Так что можете не переживать.

– Нет, он ещё и спорит! – всплеснул руками Виктор Петрович. – Ты посмотри на него! Вырос и считает, что всё можно!

– Стасик, даже если вы немного пьёте, это всё равно пагубно сказывается на организме, – покачала головой мама. – Это и ухудшает здоровье, и разрушает организм, и к тому же может возникнуть тяга к алкоголю. Тебе захочется выпить больше, а потом ещё больше и ты вообще не сможешь остановиться. Ты этого хочешь? Стасик, остановись пока не поздно. Ну, сдался тебе этот алкоголь? Он же такой вредный! И отвратительный! Зачем его пить?

– Да, интересно, что с вами будет, когда вы узнаете, что я ещё курю кальян, – проговорил сын, усмехаясь. Выражение лиц родителей мгновенно изменилось. Мамино лицо стало ещё более испуганным от таких изменений сына в худшую сторону, а лицо отца стало ещё строже и даже злее. – Упс! Кажется, проговорился…. Теперь вы это знаете!

– Ты что ещё и куришь кальян?! – не верилось в это главе семейства. – Да, ты совсем распоясался, Стас! Совсем от рук отбился! Ушёл из Церкви и всё…. Покатился вниз. Да, сынок, верно, говорят: «Не играйся с грехом, он ослепит тебя, и ты можешь сбиться с истиной тропы». Вот грех и ослепил тебя. И увёл с тропы и заводит всё дальше и дальше. А куда он тебя ещё заведёт…. Мне страшно представить! Начал ты с игр, сынок, и вот до чего дошёл… А ведь ты считал, что это ни к чему страшному не приведёт и это ничего такого. И вот что вышло… Даже маленький грех способен привести к ужасным последствиям! «похоть же, зачав, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть»…. Забыл уже это место Писания? Не думал, что оно коснётся тебя, но оно тебя коснулось. И если ты не остановишься, то грех и приведёт тебя к смерти. Не дай Бог, конечно! Этого мы и боимся с мамой. Что думаешь такой взрослый и тебе всё можно? Это не так! Ты ещё не взрослый, Стас, и теперь я в этом убедился. Ты ещё ребёнок, который хочет попробовать всё на вкус. Что хочешь так доказать, что ты взрослый?! Так я тебе должен сообщить, что у тебя это не получается. Так ты доказываешь только обратное! Перестань уже так себя вести и становись старше. Пробуя всё на вкус, ты сделаешь хуже лишь самому себе. Не мне, не маме, а себе! Я не стану тебе потом помогать, если ты совсем вниз свалишься и станешь каким-то алкашом или кем-то подобном. Я и пальцем ради тебя не шевельну! Понял меня?! Поэтому прекрати так себя вести и становись уже взрослее. Курение и распитие алкогольных напитков – не показатель взрослости. Если тебе кто-то это сказал, то я должен тебе сообщить, что это не так.

– Да, да, да… – поддразнил отца Станислав. – Я тебя понял! Всё. Спокойной ночи, – он развернулся и двинулся к своей комнате.

– Мы ещё не закончили разговор! – мужчина схватил сына за локоть, заставляя его остановиться.

– Отвали от меня! – оттолкнул его руку парень. – Я устал и хочу спать. Уж точно не собираюсь сейчас слушать твой бред. Так что я пойду отдыхать, а вы тут можете дальше общаться, – и он продолжил путь.

– Стас! – вновь хотел остановить его Виктор Петрович.

– Пусть идёт, – жена положила руку на плечо мужу. – Он сейчас слишком устал и немного пьян. Пусть отоспится, отдохнёт, и потом поговорим с ним.

– Как будто это что-то даст… – вздохнул глава семейства и вернулся обратно на диван. Мама тоже вздохнула, посмотрела вслед сыну и вернулась на своё место.

Станислав же добрался до своей комнаты, лениво на подкашивающихся ногах переоделся и рухнул в кровать. Стоило ему коснуться подушки, как он уснул. Алкоголь и усталость сделали своё дело. Парень погрузился в крепкий сон.

Глава 5. «Испытания или грех рождает смерть?..»

«Год спустя»

После того возвращения Стаса домой в слегка пьяном состоянии родители на следующее утро, когда сын немного пришёл в себя, разумеется, поговорили с ним. Вот только этот разговор ничего не дал, так как молодой человек продолжал стоять на своём и говорил, что он уже совершеннолетний, работает и имеет право делать, что хочет. Так что родители только опять поругались с сыном, но достучаться до него не смогли. Тот остался всё также при своём мнении.

И он ещё не раз возвращался домой слегка пьяный, ну, а также курил кальян, что парень теперь даже не пытался скрыть от родителей. Ведь раньше родители это не знали, и молодой человек старался домой возвращаться как можно позже после выпитого алкоголя, чтобы они не учуяли этот запах, ничего не поняли и не начали ругаться. Но теперь, когда они узнали, что он иногда пьёт алкоголь и курит кальян, скрывать это смысла не было.

Конечно же, родители ещё не раз говорили с сыном, ругались с ним и пытались до него достучаться, но это было всё также безрезультатно. Это ничего не давало! Стас либо игнорировал слова родителей, либо препирался с ними и стоял на своём. Конечно, пил спиртное парень не так уж и часто, так как в основном работал и учился, но иногда подобное себе позволял, к несчастью родителей. Но поделать ничего с таким поведением сына они не могли.

В основном всё осталось также. Станислав продолжал работать в Макдоналдсе, ему всё также вполне нравилось и его успели повысить до инструктора. В институте молодой человек также продолжал учиться, и у него уже был последний курс. И он уже был в предвкушении от того, как окончит институт и пойдёт работать ветеринаром. Парню уже не терпелось это сделать. На практике ему очень понравилось, и он уже представлял, как ему понравится быть настоящим ветеринаром, когда получит на руки диплом. Оставалось лишь совсем немного поучиться, сдать все экзамены и получить диплом на руки. И свобода!

Более того после окончания института он вообще больше не будет зависеть от родителей. Он уже будет полностью взрослым человеком и начнётся его самостоятельная жизнь. Парень даже может подкопить денег и куда-нибудь переехать от родителей. Молодой человек очень этого хотел. Ведь тогда ему вообще больше не придётся выслушивать что-то от родителей, слушать, как ему говорят про Бога, Церковь, веру, его друзей и так далее.

А родители продолжали упрямо про это говорить, не желая сдаваться и оставлять сына в покое. Они до сих пор надеялись, что сын одумается и вернётся в Церковь и к Богу, что тот совершенно не собирался делать. Он наоборот хотел переехать от них, чтобы больше подобное не слышать и ещё реже видеть родителей. Он итак их редко видел, но те их встречи и общение были не слишком приятны Стасу, и он желал от этого как можно максимальнее избавиться, чтобы вздохнуть свободно без родителей и их опеки. Надо было лишь теперь дождаться этой возможности и мига, когда он будет жить отдельно. Теперь это был лишь вопрос времени!

Конечно же, иногда сын с родителями общались нормально. Они его могли что-то спросить про прошедший день, про работу, учёбу…. Но опять же такие разговоры были не так часто, а чаще были более неприятные разговоры для парня. Вот он и желал сбежать от родителей и жить отдельно. И чуть ли не дни считал до этого мига.

С друзьями было всё также. Стас с ними общался, гулял, ребята развлекались и наслаждались жизнью. С друзьями было всё без изменений. И молодой человек был очень рад, что хотя бы друзья остаются такими же и с ними можно просто расслабиться. Те не менялись и из-за них парню волноваться не приходилось. Ребята были просто замечательными друзьями, и они всегда друг друга поддерживали в трудных ситуациях. И Стас был всегда готов поддержать ребят, и они его были готовы поддержать. Так что друзьями он, понятное дело, был всё также доволен, и ему с ними было очень хорошо.

А вот сами родители были не так довольны всем и очень сильно переживали за сына. Они не знали что делать и как что-то изменить. Они только и делали, что постоянно молились за Стаса, брали за него посты и просили Церковь помолиться за него. Но пока всё было безрезультатно и ничего не менялось. Сын оставался всё таким же или даже становился ещё хуже, что заставляло родителей сильнее за него переживать. Они очень старались говорить с ним как можно аккуратнее, желая убедить его измениться в обратную сторону и вернуться к Богу, но это ничем не помогало.

Родители были просто в панике. Они не могли не волноваться за сына и его будущее! В особенности волнение вызывало духовное состояние. Ведь он так сильно упал…. Он никогда так сильно не падал. И они очень боялись, что больше Стас не сможет встать. Но им ничего не оставалось, как только верить, что Бог сам всё решит и вернёт его в Церковь и к Себе, а также молиться и умолять Его это сделать. Остальное было не в их силах.

– Дорогой Отец, я умоляю Тебя смиловаться над моим сыном и вернуть его к Себе, – просил Виктор Петрович в очередное воскресное служение. – Пожалуйста…. Прошу Тебя дай ему сил понять, как он не прав и вернуться. Сам он это сделать не сможет. Только с Твоей помощью! Господи, прошу Тебя! Смилуйся над ним… – мужчина продолжал молиться, едва ли не плача и переживая за сына. Рядом с ним стояла Лариса Викторовна, тоже молясь.

Когда Стас перестал ходить в Церковь, родители начали садиться вместе, так как до этого они надеялись, что когда-нибудь сын сядет с кем-то из них, но когда тот перестал ходить…. Стало понятно, что этого не будет! К тому же Лариса Викторовна постоянно очень сильно переживала за парня, и они решили, что лучше будут сидеть вместе. И вот всё это время они сидели вместе на служениях и сегодня тоже сели вместе.

Молитва продолжалась, и тут громко замолилась сосуд. Все вокруг начали затихать, а сосуд двинулась по рядам. Она подошла к родителям Стаса, положила руку на плечо Виктору Петровичу и прозвучало:

– Так говорит Господь: Испытания, испытания грядут на вашу семью. Тяжкие испытания… Бодрствуйте и молитесь, чтобы выдержать их и устоять. Если сможете их выдержать, так говорит Господь, и устоите, ваш ждёт благословение!

Сосуд двинулась дальше по рядам, а родители Стаса, стоило им это услышать, сразу заплакали и начали молиться ещё усерднее.

Эта молитва длилась минут десять. Наконец она закончилась, они спели и сели слушать следующую проповедь. А отец всё это время, пока продолжалось служение, размышлял об этом слове от Бога. Он не мог не думать об этом, ведь Бог сказал про какие-то испытания. И теперь мужчина ещё сильнее переживал за сына и свою семью. Он не хотел, чтобы кто-то из его семьи пострадал, но теперь его мысли были только об этом. И это заставляло главу семейства вновь мысленно взывать к Богу.

Так незаметно прошло служение. После него должно было быть ещё одно собрание для братьев, поэтому Лариса Викторовна только перекусила с мужем и отправилась домой. А вот мужчина отсидел ещё одно служение. Оно закончилось достаточно быстро, и все братья двинулись пить чай. Виктор Петрович пошёл вместе со всеми, не желая спешить уходить домой. Ведь дома он итак был достаточно часто, а в Церкви…. Нет.

Усевшись вместе со всеми, мужчина начал пить чай, но тут внезапно на него навалилось какое-то странное плохое предчувствие. Ему внезапно стало не по себе и появилось сильное желание позвонить сыну и найти его. Ему казалось, что сейчас с ним что-то не так или скоро что-то случится. Виктор Петрович сам не мог понять, в чём дело и почему ему стало так казаться, но от этого чувства отделаться не мог.

– Витя, а что там с твоим сыном-то? – внезапно спросил один из братьев, Владимир.

– А? – сразу встрепенулся мужчина и посмотрел на него.

– Что там с твоим сыном? – повторил тот вопрос. – Не хочет ходить?

– Нет, не хочет, – вздохнул Виктор Петрович. – Сколько раз с ним говорили, но не хочет. Упирается и всё!

– Это печально. Вы за него самое главное молитесь.

– Молимся, конечно! Как не молиться?

– А так-то у него всё хорошо? – продолжал интересоваться Владимир. – Учится ещё?

– Да, учится, – подтвердил мужчина. – Последний курс.

– А у меня вот тоже дочка на последнем курсе, – Владимир улыбнулся и погрузился в рассказ о своей дочери.

Виктор Петрович внимательно смотрел на него, но мысли его были очень далеко. Он продолжал думать о сыне. Волнение и тревога с каждой минутой становились всё сильнее и сильнее. Мужчина не мог их погасить, как бы не пытался. Ему становилось всё тревожнее и тревожнее за сына. А желание позвонить ему и найти его стало лишь сильнее. И вот он, поняв, что больше не может просто так сидеть, протараторил:

– Прости, пожалуйста, но мне надо бежать. Надо идти! – и, вскочив в места, поспешно покинул столовую, даже не убрав за собой кружку.

Виктор Петрович быстро надел куртку, переобулся и выскочил из молитвенного дома. Быстрым шагом, идя по дороге, достал из кармана телефон, набрал номер сына и нажал на «вызов». Пошли гудки, но ответа не было. Прождав гудков пять, отец скинул вызов и набрал номер сына ещё раз. Но опять не было ответа. Сдаваться глава семейства не стал и начал звонить сыну ещё раз.

– Ой, нет, только не эта песня! – скривился Станислав, и ребята дружно засмеялись. – Я её петь не буду. Правда, не буду!

– Ну, давай, Стас, – упрашивал Вова. – Хоть один раз!

– Нет, не буду, – стоял на своём парень. – Я эту песню ненавижу. Не стану я её петь!

– Давай, а иначе мы не отстанем! – доставал его Коля. – Пой! Пой! Пой!

– Пой! Пой! – скандировали Вова и Миша.

– Достали уже, – заворчал молодой человек, но с места поднялся. – Сейчас спою. Но больше не просите.

– Хорошо, как скажешь, – закивал Вова. – Ура!

– Дай пять, – сказал ему Коля, и они отбили друг другу «пять», а потом также сделали с Мишей.

Станислав опять скривился и потопал к караоке. Как можно быстрее спев песню, что ему так не нравилась, вернулся на место.

– Всё! Довольны? – спросил парень, плюхнувшись на диван.

– Да, вполне, – улыбнулся Миша. – Да не хмурься ты! – он приобнял друга за плечи. – Было круто! Нам очень понравилось. Верно, ребята?

– Да, было круто, – подтвердил Вова, а Коля закивал головой.

– Здорово всё-таки, что мы сегодня пораньше решили встретиться, – Миша откинулся на спинку дивана. – Круто тут в такое время…. Людей меньше и… вообще здорово.

– Что есть, то есть, – не стал спорить Коля и сделал глоток горячего напитка, что у него был в стакане.

Стас тоже хотел что-то сказать и уже даже открыл рот, как тут у него в кармане завибрировал телефон. Он нехотя достал телефон и посмотрел на экран. Ему звонил отец. Молодой человек поморщился, заблокировал телефон, чтобы он не вибрировал и начал убирать его обратно в карман. Но не успел он его убрать, как телефон снова завибрировал, что означало, что отец опять начал звонить.

Станислав снова заблокировал телефон, но убирать из рук не спешил. Отец опять начал звонить! Ещё пару раз парень не отвечал на звонок, блокируя телефон. Но отец не успокаивался. Ребята тем временем продолжили общаться, и Стасу не терпелось присоединиться к ним. Но из-за отца он никак не мог это сделал. Когда отец позвонил уже в пятый раз, молодой человек начал скидывать его звонки, надеясь, что тот угомонится и остановит его в покое. Вот только это не произошло! Отец продолжил звонить!

Ещё какое-то время сын воевал, таким образом, с отцом, но тот сдаваться не собирался. И вот получив очередной звонок, Станислав проговорил друзьям:

– Я сейчас вернусь, – а после этого сразу поднялся и вышел из-за стола. Отойдя в сторону от стола друзей, ответил на звонок. – Да что тебе надо?! – грубо заговорил он. Говорить с отцом у него желания не было, но тот был слишком настойчив. Игнорировать его звонки парень был больше не в силах.

– Сынок, где ты сейчас? – последовал вопрос от отца.

– Что? – нахмурился Стас. – Тебе это зачем?!

– Сынок, просто скажи, пожалуйста, – попросил отец. – Мне очень нужно знать, где ты сейчас находишься.

– Да зачем тебе это знать?! – не желал это говорить молодой человек, не понимая, зачем это нужно отцу. Один этот вопрос уже не нравился ему. А говорить это…. Он не собирался! – Ты, видимо, совсем обнаглел, да? То названиваешь мне, то спрашиваешь, где я…. Что тебе надо, а?!

– Сынок, просто, пожалуйста, скажи мне это, – повторил просьбу Виктор Петрович. – Ты мне сейчас очень нужен. Скажи где ты!

– Не собираюсь я тебе это говорить! – прорычал парень в трубку. – Отвали от меня! И больше не звони! Дай уже спокойно отдохнуть.

– Сынок, пожалуйста, не бросай трубку, – вовремя остановил сына мужчина. – Скажи. Прошу тебя! Ну, что тебе сложно это сказать? Пожалуйста. И я перестану тебе звонить. Ты же этого хочешь. Просто скажи. Мне очень нужно это знать сейчас.

– Да зачем?! – не мог никак понять Стас.

– Просто скажи! Поверь, мне это нужно!

– Ну, ладно, ладно. Только отвали от меня, – Станислав проговорил в телефон название кафе. – Всё! Теперь отвали! – и скинул вызов.

После этого молодой человек вернулся к друзьям. Он убрал телефон в карман и позволил себе расслабиться. Они ещё около получаса спокойно общались с ребятами, обсуждали разные темы, смеялись, шутили и даже успели спеть ещё пару песен.

– Вот, а потом она смотрит на меня и говорит… – продолжали весело общаться ребята, и Вова что-то с энтузиазмом рассказывал.

– Стас, можно тебя на пару минут? – внезапно раздался голос Виктора Петровича.

Ребята тут же затихли и посмотрели на стоящего возле их стола мужчину. Тот же внимательно смотрел только на сына, ожидая, когда тот поднимется из-за стола. Станислав окинул отца взглядом, нахмурился, но отвечать ничего не стал. Он бесцеремонно отвернул голову в сторону и посмотрел на друзей. Те переглянулись друг с другом, со Стасом и тоже молчали. Какое-то время царила полная тишина. Ребята молчали, а отец всё также стоял и смотрел на сына.

– Здравствуйте! – всё-таки решился и заговорил Коля.

– Привет, ребята, – лишь кивнул им Виктор Петрович, но даже не взглянул на них. – Стас, можно с тобой поговорить? Это не займёт много времени.

– Ну, привет, – с усмешкой проговорил Вова и захихикал, смотря то на отца Стаса, то на самого друга, лицо которого было очень недовольным.

На этот раз мужчина кинул взгляд на ребят, а именно на Вову, но сразу перевёл взгляд на сына.

– Стас, пожалуйста, надо поговорить. Это срочно! – с этими словами отец тронул сына за плечо, желая его заставить расшевелиться. Парень посмотрел на него и сделал вид, что встаёт. – Пойдём, – кивнул глава семейства, и первый двинулся к выходу из кафе. Возле двери он остановился и обернулся к сыну. Но тот усмехнулся и продолжил сидеть на своём месте.

– Иди, поговори с ним, – внезапно сказал Миша. – Он же не отстанет! Видишь, как он настроен решительно? Может, что-то важное хочет обсудить? Иди, выслушай его.

– Ты серьёзно? – не ожидал такого Стас и с удивлением посмотрел на друга.

– Да! Иди! – повторил парень. – Мы подождём.

– Да, он, конечно, тот ещё зануда, – фыркнул Вова, – но лучше выслушай его. А то так он нас всех в покое не оставит. И мы не сможем дальше веселиться!

Станислав вопросительно посмотрел на Колю, ожидая, что он скажет.

– Да, сходи! – поддержал друзей молодой человек. – А то видишь, как ждёт? – он кивнул на мужчину, который стоял возле двери, смотрел на сына и переминался с ноги на ногу. Ребята засмеялись, и Стас их поддержал. – Так что поговори с ним!

– Ну, ладно, – парень всё же поднялся из-за стола. – Я быстро.

– Ага, беги, – махнул рукой на друга Вова.

Стас развернулся, не торопясь надел куртку и направился к отцу. Тот с облегчением вздохнул, как только увидел идущего к нему сына, и вышел из кафе.

– Ну, и что тебе надо? – сразу спросил Стас, выйдя из кафе. – Зачем ты сюда притащился? Решил позорить меня перед друзьями?!

– Было бы перед кем тебя позорить, – нахмурил брови отец. – Они сами себя позорят! Своим поведением. Надо же было завести таких друзей,… Мог каких угодно друзей завести, а ты завёл таких…

– Ты о чём-то важном хотел поговорить или как? – поморщился молодой человек. – Давай быстрее и я пойду обратно.

– Да, я хотел поговорить о важном, – положительно кивнул головой мужчина. – Об очень важном!

– Ну? – ожидал начала Станислав. Он сложил руки на груди и смотрел на отца недовольным взглядом. Парень был очень недоволен, что отец прибежал в кафе, чтобы поговорить с ним, выдернул его оттуда, не смотря на то, что он общался с друзьями, а теперь ещё медлит и не может начать. – Мне долго ждать?

– Для начала я хочу тебя забрать отсюда!

– Забрать меня отсюда? – повторил за отцом сын, думая, что ему послышалось.

– Да, забрать!

– Ты думаешь, что я какая-то твоя собачка, которую можно прийти и забрать? – мгновенно вспыхнул от злости Стас. – Я не собачка, понял?! Меня нельзя забрать тогда, когда тебе захочется. Я сам решаю, где и когда быть. И сколько! И с тобой никуда не пойду. Даже не надейся!

– Нет, пойдёшь, – отрезал глава семейства и, схватив сына за локоть, двинулся по дороге, таща его следом за собой.

– Отвали от меня! – брякнул молодой человек и вырвался, сделав пару шагов от отца, чтобы он больше не мог до него дотронуться. – И руки свои не распускай! Я с тобой никуда не пойду. Я пойду обратно к своим друзьям и буду рядом с ними. А ты не лезь к нам! Отвянь! – он сделал шаг обратно к кафе.

– Да какие они тебе друзья?! – не отставал от сына Виктор Петрович. Он вмиг оказался рядом с ним, не дав ему зайти обратно в кафе. – Ты посмотри на них, – мужчина махнул рукой на кафе. – Как они себя ведут… Они обычные хулиганы! Ты никогда не будешь одним из них!

– Да? Это ещё почему? – засмеялся парень. – Потому что это плохо?! Или потому что так видите ли нельзя? Если ты забыл, я больше в церковь не хожу, и мне нет дела до этих правил. Или может, ты мне не разрешаешь? Так до тебя мне тоже нет дела! Оставь меня в покое! – он опять предпринял попытку зайти в кафе.

– Нет, ты не вернёшься к ним, Стас, – преградил путь отец. – Хватит с меня уже это терпеть. Достаточно! Я больше не позволю тебе так себя вести. Они тебя всему научили, чему только могли. Впустую тратить деньги на развлечения за место того, чтобы отложить их на более важные вещи, пить, курить кальян… Ты не понимаешь как это всё вредно и ужасно?

– Ой, пап, прекрати уже, – тяжело вздохнул сын. Этот разговор уже начал его утомлять.

– Это ты прекрати уже! И веди себя нормально! И наконец-то включи голову! Алкоголь и табак, видимо, уже все мозги из тебя выбили. Надо, видимо, вставить обратно.

– Хорошо, ладно, пап, алкоголь не спорю вредный, но это мне решать, пить его или нет. К тому же мы пьём редко и в маленьких количествах. Так что это ничего. Ничего со мной не случится от небольшого количества алкоголя. А вот кальян вообще-то на самом деле невредный. Так что в этом ты ошибаешься. Он вообще, как я уже понял.… – Станислав на пару секунд задумался, формулируя предложение. – Ну, там короче дым через жидкость проходит, и там все смолы остаются, поэтому он совсем невредный. И курим мы кальян тоже не так уж и часто. Не каждый день!

– Вечно ему лишь бы поспорить! Изменился ты просто ужасно…. Хватит с тебя этих твоих друзей. Едем домой и дальше уже дома поговорим, – мужчина опять взял сына за локоть.

– Да ты что тупой, что ли?! – оттолкнул от себя отца молодой человек. – Не пойду я с тобой никуда! Отвянь.

– Хватит говорить так со мной! – взгляд главы семейства стал строгим и тяжёлым.

– А ты не лезь ко мне, и я не буду так говорить с тобой. Что ты пристал то, а? Я уже сказал, что никуда с тобой не пойду. Отвали! Если есть, что сказать, говори здесь. А если нет… Не трать моё время. У меня выходной, и я хочу провести его с друзьями, а не общаться с тобой.

– Друзьями… Нашёл, кого друзьями называть!

– Опять начинаешь?! – всплеснул руками парень. – Я такой же, как они, понял?!

– Нет, не такой!

– Такой и уже давно. Уже как год точно. То, что делают они, делаю и я. Я такой же, как и они!

– Я в это не верю!

– Да, я такой. И буду таким, – стоял на своём сын. – А если ты не веришь… – он ухмыльнулся. – То я даже сделал себе татуировку, – с этими словами молодой человек уверенно расстегнул куртку и показал отцу красующуюся татуировку в районе ключицы. – Теперь веришь?! Сделал на это день рождение, когда отмечал с друзьями.

– Да ты взгляни на себя, сынок, – взгляд мужчины стал грустным. – В кого ты превращаешься?! Ты был замечательным парнем, а становишься…. Даже не знаю кем!

– Я был пустым местом! – скривился молодой человек и даже немного повысил голос, желая достучаться до отца. – Мною помыкали все, кому было не лень. Ты, мама, однокурсники, молодёжь из Церкви, и эти Дэн, Андрей, Богдан и Света… Все мною помыкали! Я не мог ни постоять за себя, ни сказать слово против… Был просто ничтожеством! И все этим пользовались, потому что всем было на руку, что я такой. Всем это нравилось! И вам тоже! Вам было выгодно, что я был таким тряпкой. Но с этими ребятами… – Стас посмотрел на кафе. – Я стал нормальным. Превратился в нормального человека! И они мне с этим помогли. Больше мной никто не смеет помыкать. Понятно?! Так что я собой доволен. А если тебе что-то не нравится или маме… Не мои проблемы! Меня же всё устраивает!

– Сынок, это всё не так, – возразил Виктор Петрович. – Ты был хорошим и добрым парнем и все тебя любили. Все тебя очень любили! И никто не помыкал тобой.

– Все только пользовались моей добротой. Включая вас всех! – парень тыкнул в грудь отцу. – А теперь вам это не нравится, потому что вы больше не можете мной помыкать и управлять. Поэтому ты так и злишься!

– Нет, это не так. Сынок, раньше, когда ты был таким добрым парнем, все тебя очень любили, а сейчас…. Если ты так же ведёшь себя в институте, то вряд ли там кто-то тебя так любит, как любили в другом институте. Скорее всего, там тебя просто ненавидят или ты просто раздражаешь всех. Но любви там к тебе точно нет! Человека с таким поведением просто невозможно любить. И его невозможно любить, когда он так себя ведёт по отношению к остальным.

– А то есть вы теперь меня ненавидите с мамой? – Стас убрал руки в карманы и окинул отца злым взглядом, уже готовый в это поверить. Он уже был готов ожидать всего от отца и ничему бы не удивился.

– Нет, нет, что ты?! – поспешил успокоить сына глава семейства. – Мы с мамой тебя любим. И всегда будет тебя любить, каким бы ты ни был. Мы лишь переживаем за тебя. Понимаешь?! Мы очень волнуемся за тебя. Именно поэтому мы тебя постоянно ругаем. Дело не в ненависти, а в нашей сильной любви к тебе. Если бы мы тебя не любили, то нам было бы наоборот всё равно на тебя и твоё будущее. Мы бы и пальцем не пошевельнули, даже видя, как ты меняешься! Но мы очень любим тебя, поэтому хотим, чтобы ты стал прежним добрым и хорошим парнем, ведь таким людям проще всего продержаться в этом мире. И таким ты нам очень нравился! Да и не только нам…. А ты, видимо, нас больше не любишь, да? А иначе как ещё объяснить, почему ты стал так вести себя по отношению к нам. Сынок, ты любишь нас или нет? – напрямую спросил отец.

Станислав поморщился, не желая отвечать на этот вопрос. Сейчас у него не было настроения, чтобы говорить отцу, что, конечно же, он их любит. Да, они его часто раздражали, но, смотря ни на что, он всё равно их любил. Как он мог не любить их?!

– Понятно, – кивнул мужчина, и его выражение лица стало очень расстроенным и даже разочарованным. – Что настолько гордый стал, да? Даже не можешь уже ответить на этот простой вопрос? А раньше мог спокойно ответить на него. Что изменилось?!

– Слушай, отвали от меня! – брякнул парень. – Ты же специально пытаешься провоцировать меня. А потом тебе не нравится, как я говорю с тобой!

– Я вовсе не пытаюсь тебя провоцировать, сынок. Ты сам не можешь ответить на простой вопрос.

– Этот вопрос просто тупой! – грубо проговорил молодой человек. – Люблю, не люблю… какая разница?! Это ведь ничего не изменит!

– Я хочу знать! – внимательно смотрел на сына отец.

– Люблю, – выпалил с трудом Стас, – и что дальше?! Тебе стало легче?

– Тогда ответь на вопрос, зачем ты так себя ведёшь по отношению к нам?

– Сами виноваты! Нечего привязываться ко мне и тогда я буду с вами говорить нормально. Например, что сейчас ты делаешь? Из-за чего ты сейчас ко мне привязался? Что тебе надо?! Я с тобой никуда не пойду. Что ещё тебе надо?!

– Ну, просто я… – глава семейства запнулся, но договорить не успел. Внезапно раздался взрыв со стороны кафе, заставив вздрогнуть и парня и мужчину.

– Что это было? – встрепенулся молодой человек и сделал несколько шагов в сторону кафе, желая выяснить, что там такое произошло.

– Подожди, – Виктор Петрович придержал сына за плечи, вглядываясь в кафе. – Чувствуешь запах?

Станислав принюхался, но качнул головой, потому что ничего не почувствовал. Пару минут они молча смотрели на здание кафе, пытаясь понять, что там случилось. Некоторые люди, которые услышали взрыв, остановились и также смотрели на здание кафе, заинтересовавшись, что случилось. И тут парень увидел пламя. Внезапно вспыхнула крыша кафе, окрасив всех и всё рядом в жёлто-красный цвет. Из окон кафе повалил тяжёлый и густой дым. В кафе был пожар!

Стас освободился из рук отца и сделал ещё несколько шагов по направлению к кафе. Его друзья ещё были там. Он срочно должен был вернуться туда и помочь им. Он не мог их бросить. Поэтому молодой человек продолжил идти к кафе уверенным шагом.

– Ты куда? – вновь схватил сына за плечи отец, заставив его затормозить. – Туда нельзя. Видишь там пожар! Умереть решил?

– Отстань. Там мои друзья, – попытался вырваться Станислав. – Я должен им помочь!

– Да нечем ты им сейчас не поможешь! – не отпускал его мужчина. – Успокойся! Пожарных уже вызвали. Они скоро приедут и помогут твоим друзьям.

– Да отвали ты! Я хочу помочь им! – не желал ждать парень.

– Сынок, перестань! Я всё равно тебя не пущу туда. Не когда там идёт пожар…. Терять тебя я точно не собираюсь!

– Ну, ты достал! – проворчал Стас, оттолкнул руки отца и двинулся в другую сторону. Но слишком далеко отходить не стал. Он остановился возле бордюра, облокотившись об него, и продолжал смотреть на кафе, ожидая, когда прибудет пожарная машина и его друзей спасут. Молодой человек очень сильно переживал за ребят и лишь надеялся, что всё обойдётся, и они будут в порядке.

– А я думал, почему у меня плохое предчувствие, – подойдя к сыну и остановившись рядом с ним, заговорил глава семейства. – У меня просто плохое предчувствие было, поэтому я начал тебя искать и попросил поговорить со мной. Всё дело только в этом. И я удивлялся, что такое…. А теперь понимаю. Так вот оно что…. А я чувствовал, что что-то не так. У меня было такое чувство тревоги за тебя, а, когда я зашёл в кафе, то почувствовал, что должен срочно вывести тебя отсюда. И не зря это чувствовал. Бог мне подсказал, что я должен тебя отсюда вытащить! И благодаря этому ты сейчас здесь и в полном порядке. А мог быть сейчас там и задыхаться от дыма…

– Слушай, отвали! – буркнул Станислав, смотря лишь на кафе. – Сейчас вообще не до тебя.

– Ладно. Я понимаю, – Виктор Петрович ободряюще похлопал сына по плечу, видя, как он волнуется за друзей, и встал рядом.

– Где же эти пожарные?.. – пробормотал парень, видя, что огонь становится лишь сильнее. Он испытывал сильное желание броситься прямо в кафе и помочь друзьям, но понимал, что отец его не пустит. И из-за этого ещё сильнее злился на него и был ещё напряжённее. Ведь сейчас была дорога каждая секунда. Кто знает, может сейчас уже задыхается кто-то из его друзей?! А Стас не желал терять никого из ребят!

– Сейчас приедут, – был спокоен мужчина. – Сирену уже даже слышно. Ты не слышишь, что ли?

– Всё я слышу, – отмахнулся от отца сын.

– Не переживай ты так! – опять попытался приободрить его глава семейства. – Нормально всё с ними будет. Прошло не так много времени.

– Иди ты… – не желал даже слышать отца молодой человек.

Виктор Петрович тяжело вздохнул, но говорить больше ничего не стал, понимая, что сейчас сын слишком волнуется за друзей. Пожарная машина подъехала через пару минут, и пожарные начали тушить охватившее кафе пламя, пытаясь скорее пробраться внутрь, так как быстро поняли, что люди там есть. Ещё через пару минут подъехали несколько машин скорой помощи.

Станислав лишь беспомощно наблюдал за всем происходящим. Отец всё также стоял рядом с ним, тоже наблюдая за тем, что происходило перед их глазами. Ещё минут десять пожарные возились. И вот наконец-то они пробрались в здание и начали выводить людей. Первым делом вывели некоторых официантов. Те успели укрыться от дыма, и были в порядке. Дальше вынесли на носилках бледного Мишу, на котором виднелись ожоги. Он был без сознания.

Стас, как только увидел друга, сразу подскочил. Миша был в порядке! Осталось только узнать как там остальные ребята. Но вот следом вынесли и Колю на носилках. Тот тоже был в ожогах, но не потерял сознание. Вова вышел, опираясь на одного из медиков. Он тяжело дышал, кашлял и еле ковылял, не в силах наступить на левую ногу, которую, наверное, вывихнул. Вова тоже был очень бледным, но было видно, что ему лучше, чем остальным.

Станислав с облегчением вздохнул, радуясь, что с друзьями всё хорошо и все живы. Он сделал шаг по направлению к друзьям, желая скорее подойти к ним и поговорить с ними. Но тут его придержал за локоть отец, не дав подойти к ребятам. Сын посмотрел на него раздражённым взглядом и хотел уже вырваться, как тот заговорил:

– Стас, то о чём я хотел с тобой поговорить…. – наконец-то решился сказать мужчина. – Сегодня во время служения Бог поднял свой сосуд. И нам было слово от Бога, что на нашу семью идут испытания. Тяжёлые испытания! Сынок, ты должен вернуться в Церковь и вместе с нами молиться и умолять Бога, чтобы пройти эти испытания. А иначе мы не сможем их пройти и….

– Меня уже давно это не интересует, – решительно оборвал отца парень, не желая больше слушать это.

– Тебя не интересует наша семья? – с удивлением посмотрел на сына Виктор Петрович. – Испытания идут на всю нашу семью. Речь не только обо мне, тебе или маме. Речь о нас всех. Это коснётся и тебя. Поэтому вернись к Богу! Пора уже вернуться, сынок. Хватит гулять! Погулял немного и хватит. Пора вернуться в Церковь. Пока Бог только сказал это, надо начинать молиться. А иначе случится что-то плохое, и мы не сможем это пройти. Надеюсь, тебе не всё равно на нашу семью….

– Да! Мне всё равно на нашу семью, потому что некогда тебе было все равно на меня, – злости проговорил молодой человек.

– Что ты такое говоришь, сынок? Мне никогда не было всё равно на тебя.

– Нет, было. Ты испортил всю мою жизнь! – буквально прорычал это Стас и слегка оттолкнул от себя отца. – Так что мне нет дела до этих откровений, молитв и вас всех. Мне всё равно! На Бога мне тоже всё равно!

– Сынок, не надо так, – выражение лица главы семейства стало испуганным.

– А как надо? – состроил мину парень. – Я не стану ни молиться, ни возвращаться в Церковь. Отвали! – и с этими словами он развернулся и наконец-то пошёл к друзьям.

А Виктор Петрович всё также стоял на своём месте и смотрел вслед сыну. Чувство тревоги было уже не таким сильным, как недавно, но всё ещё было. И заставляло сердце противно ныть. Мужчина чувствовал, что что-то случится и из-за этого предчувствия ему хотелось подскочить к сыну, как следует, его встряхнуть и привести в чувство. Но, сколько его не пытайся встряхивать, приходить в себя он не желал. И от этого отец переживал лишь сильнее.

А от его последних слов сердце главы семейства начало просто кровью обливаться и в груди противно кололо. Он точно знал, что если Стас не одумается, то пожалеет об этих словах. И от этой мысли внутри отца всё сжималось. Думая об этом всё больше и больше, он позволял тревоге внутри расти.

Станислав сидел на стуле, поглядывая то на Колю, то на Мишу, то на Вову, которые лежали в кроватях. Они в свою очередь тоже смотрели на него. Миша уже успел прийти в сознание, и был вполне в порядке. Конечно, ожоги ещё оставались, но самое главное, что всем ребятам оказали первую помощь, и им уже было не так плохо. А ожоги постепенно заживут. Ведь главное, что никто особо серьёзно не пострадал и все живы. Сами ребята уже этому были рады.

– Стас, тебе не обязательно здесь с нами торчать, – проговорил уже в который раз Коля. – У тебя сегодня выходной! Иди, отдохни. Если не хочешь дома сидеть, то сходи в кинотеатр или ещё куда-нибудь.

– Вы мои друзья, и я хочу быть с вами, – отрезал молодой человек. – Мало ли вдруг вам что-то понадобится? И я хочу вам помочь!

– Но не торчать же в свой выходной в больнице! – покачал головой Миша. – Тем более весь день. Ты чего, Стас?! Иди, развлекись. Хоть кто-то же должен насладиться этим днём.

– Без вас всё равно будет скучно, – уверенно сказал парень. – Так что лучше уж побыть тут. Хотя бы общаться с вами могу.

– Да ладно тебе, Стас! – вздохнул Коля. – Ты серьёзно, что ли? Тебе заняться больше нечем?

– Я друзей не бросаю! И не заставляйте меня уходить. Мне вообще разрешили тут посидеть при условии, что я буду вам помогать. Вам же пока нельзя много двигаться. Врач сказал вам двигаться как можно меньше! Так что я останусь и буду помогать.

– Да, ты точно ненормальный, Стас, – махнул рукой Вова. – Нет бы, пойти в кинотеатр, посмотреть какой-нибудь классный фильм и отдохнуть, ты готов сидеть тут с нами и помогать… Жуть просто!

– И не говори, Вовчик! – поддержал его Миша. – Ненормальный!

– Да, я так не смог бы, – признался Коля. – Сидеть весь день с кем-то в больнице и помогать… Брррр… – его аж всего передёрнуло. – Противно! Я не стал бы. А ты, Стас…. Как ты так можешь?

– Ну, для этого же и нужны друзья, – улыбнулся молодой человек. – Чтобы помогать в подобных ситуациях. Вы сможете меньше двигаться, ожоги и травмы быстрее заживут, а значит, вы скорее поправитесь, и мы сможем вновь вместе гулять и развлекаться. Так что в этом и моя выгода есть! Не всё так просто.

– Ах ты, хитрец! – засмеялся Миша и даже приподнял голову. – Ай! – он поморщился и тут же уронил голову обратно.

– Голова болит? – тут же заволновался Станислав.

– Да, нянечка, голова болит, – ответил Михаил, и ребята тут же засмеялись.

– Да ну тебя! – смеясь, пробормотал парень. – А если серьёзно?

– Да, голова болит, – перестав смеяться, кивнул друг. – Но врач же сказал, что она какое-то время будет болеть и лучше просто лежать и поменьше двигаться. Так что буду лежать!

– Вот и правильно!

– Но ты, конечно, хитрый у нас, – заулыбался Миша. – У меня даже таких мыслей не возникало. А ты у нас какой….

– Но сомневаюсь, что за один день мы сможем так поправиться, и вряд ли у нас что-то так быстро заживёт, – выдал Коля. – Так что по сути это бессмысленно. Всё равно нужно время. И ты, Стас, по сути, тратишь время впустую. Я опять тебе рекомендую уходить и чем-нибудь заняться более полезным. Тебе что нечем заняться?

– Я может, с вами пообщаться хочу! – окинул друга взглядом Станислав. – Что ты меня всё гонишь? Я тебе что мешаю?

– Да, не гони его, Колян. Стас, ты можешь дать воды? – попросил Вова. – Жуть как пить хочу.

– Да, конечно, даю, – молодой человек налил в стакан воду и подал другу.

– Спасибо большое, – поблагодарил он и начал жадно пить воду.

– Вот, теперь и я хочу, – вздохнул Миша.

– Я и тебе дам воду, – сразу подскочил парень и поспешил дать ему воду.

– А мне тоже можно? – подсуетился Коля.

– Вот теперь он вам нужен, – ухмыльнулся Вова. – А были готовы его прогнать.

– Мы не прогоняли его, – возразил Николай. – Мы просто советовали ему заняться чем-нибудь другим. Эта была забота о нём. А так мы его не гнали. И вообще ты вроде нас поддерживал. Что теперь делаешь вид, что был против нас?

– Да, я просто… – смутился друг, поняв, что минуту назад он говорил другое.

– А знаете, ребята, что я думаю… – заговорил Миша, завалившись обратно в кровать. – Кафе, конечно, жалко. Теперь не посидим там.

– Ему кафе жалко, – засмеялся Коля. – Супер! Мы чуть в уголёчки не превратились, а ему кафе жалко. Молодец, Миха!

– Но кафе то реально классное было! – подметил Михаил. – И нам здорово там было отдыхать, петь в караоке…. Круто! А теперь, где нам так сидеть….

– Может, восстановят его? – предположил Стас.

– Может быть. Но это займёт много времени. А на это время придётся искать другое место.

– Разберёмся, – не желал об этом думать Коля. – Я всё равно после этого туда не хочу идти.

– Почему? – не понял Вова.

– Да мы еле выжили! – показал на себя парень и даже приподнялся на кровати, желая, как следует, видеть друзей. – Теперь придётся лежать в больнице. Класс!

– Но это же вышло случайно, – твёрдо сказал Миша. – Что так сразу думать? Это могло случиться где угодно. Это не значит, что надо теперь этого места сторониться. Если там всё восстановят, то я буду рад туда дальше ходить.

– И рисковать своей жизнью, – фыркнул Коля.

– Ой, да ладно! – отмахнулся от него молодой человек. – Мы же выжили и хорошо. Место же крутое! Ты что не хочешь туда возвращаться?

– Даже не знаю…. Пока не хочу, – задумчиво проговорил друг.

– А пока туда и нельзя! – вставил Станислав с улыбкой на губах. – Там пока только одни уголёчки. А недогоревшие угольки лежат тут и ворчат!

– Он ещё и подкалывает нас, – нахмурился Вова, а Коля и Миша захихикали. – Да тебе просто повезло, что ты не был в кафе с нами, когда всё это случилось.

– Да, мне повезло, – не стал спорить Стас. – Кто бы мог подумать, что от отца может быть какая-то польза….

– Вы хоть поговорили? – поинтересовался Коля.

– Да, конечно, – ответил парень и скривился. – Лучше бы не говорили!

– Что так всё плохо? – догадался друг и улыбнулся.

– Да достал уже, – не желал вдаваться в подробности молодой человек. – Лучше давайте ещё знаете, что с вами обсудим… – быстренько перевёл тему он.

Стас заботился так о друзьях и помогал им ещё всю следующую неделю. Он приходил к ним после работы, навещал их и помогал. Благо врач разрешал молодому человеку приходить. И ребята заодно общались. Коле, Мише и Вове уже очень не терпелось выйти из больницы, но врач их выписал лишь после того, как прошла полная неделя. В следующий понедельник врач их осмотрел, убедился, что они готовы вернуться в строй, и выписал их.

Ребята были этому очень рады, но им всё равно пока некоторое время нельзя было много гулять, пить, курить кальян, и врач вообще прописал им постельный режим. Так что волей неволей молодым людям приходилось больше отдыхать. Им самим ещё немного нездоровилось, поэтому они не могли так часто и подолгу гулять и больше находились дома. Ну, а Стасу, пока ребята были в таком состоянии, приходилось занимать себя чем-то другим. Он либо играл в игры, либо ходил в кинотеатр и прочие увеселительные места один. Ну, а также периодически он приходил к кому-то из друзей домой и так мог с кем-то общаться и не быть один.

После того разговора отца со Станиславом они ещё немного общались, но каждый разговор заканчивался ссорой. Глава семейства упрямо пытался достучаться до сына, но тот также со своей стороны упрямо не желал его слушать и твердил своё. Таким образом, они и общались. Иногда мама пыталась вмешиваться, но и ей за это прилетало от молодого человека, за что отец ещё сильнее злился на него.

Через неделю, когда уже выписали друзей и ребята немного пришли в себя, они решили собраться дома у Коли и пообщаться. Стас не спеша оделся и уже двинулся к прихожей, как на его пути оказался отец. Он скрестил руки на груди и строго смотрел на сына. Мама стояла чуть в стороне и тоже внимательно смотрела на сына.

– И долго это будет продолжаться? – последовал вопрос от отца.

– Тот же вопрос, – усмехнулся парень. – И долго это будет продолжаться? Долго ты будешь стоять на моём пути?

– Сколько понадобится, сынок, – отрезал глава семейства. – Хочу опять с тобой поговорить. Почему мы с мамой должны одни нести этот крест и просить помощи у Бога, чтобы пройти испытание?

– Ну, не знаю. Вам это нужно, вот вы и молитесь. Мне же это не нужно!

– Сынок, прекрати. Ты хоть вообще понимаешь, по какому пути идёшь и куда? Ты сейчас идёшь по широкому пути и прямиком в ад. Думаю тебе объяснять, что такое ад, не нужно. Ты что в ад хочешь? На вечные мучения?! Ты не можешь знать, сколько тебе времени уготовано на земле и когда будет твой последний день. А когда ты умрёшь…. Уже ничего не исправить!

– Ну, если вас в аду не будет, то замечательно! – воскликнул Станислав, продолжая усмехаться. – Могу и туда отправиться. Лишь бы вас не видеть!

– Стасик… – просто ахнула мама.

– Что ты несёшь, Стас?! – поморщился отец. – Ты хоть понимаешь, что ты говоришь?

– Прекрасно понимаю, – улыбнулся молодой человек. – Уйди с дороги!

– Ты хоть сам послушай, что сейчас сказал, – не желал пропускать сына Виктор Петрович. – Ты готов отправиться в ад, лишь бы нас не видеть. Ты готов отправиться на вечные мучения! Сынок, что ты говоришь?! Ты хоть голову включи и осознай, что сейчас сказал.

– Я всё прекрасно осознаю, – фыркнул Станислав. – Отвали уже от меня! Я спешу.

– Что опять идёшь к ним?

– Ты очень догадлив! – парень окинул презрительным взглядом отца. – А теперь отвянь!

– Нет, Стас! – стоял намертво мужчина. – Я вижу, куда эта дружба начала тебя заводить. Она заводит ещё дальше, чем я думал. И ты начал говорить такие вещи…. С меня хватит! Я тебе не позволю больше общаться с ними! Я всё сделаю ради того, чтобы ты не общался с ними.

– Ой, и что же ты сделаешь, а?! – сложил руки на груди сын, внимательно смотря на отца. – Давай! Удиви меня.

– Возьму и увезу тебя и маму обратно в родной город, домой, – выпалил глава семейства. – И ты не сможешь больше общаться со своими друзьями. У тебя не будет выбора! Понял меня?!

– О! Так значит, да? – губы Стаса опять растянулись в усмешке.

– Да! И эта противная усмешка вмиг сотрётся с твоего лица. И тебе придётся измениться. И может быть, ты даже станешь прежним!

– Ну, а как же твоя работа? – спросил молодой человек, продолжая усмехаться. – Она же так важна для тебя. О ней ты не подумал?

– Плевать на работу! Плевать на всё! – заявил отец. – Мне важнее твоё здоровье и благополучие. А также духовное состояние. Если это что-то изменит, а я уверен, что изменит, я пойду на это! Понятно?!

– Интересно как получается…. – лицо парня стало задумчивым. – Ты делаешь всё только так, как будет удобнее тебе. Тебе тут стало плохо, тебя не устраивает, что я стал другим человеком, и ты тут же готов переезжать обратно. А когда мне было плохо… Тебе было всё равно на это. Круто, пап. Спасибо!

– Мне не было всё равно на это. И ты это знаешь! Но тогда не было важных причин возвращаться. Тебе нужно было просто привыкнуть к жизни здесь. И всё! А теперь важная причина есть. Я слишком волнуюсь за тебя. Так не может продолжаться.

– Я изменился, и это тут же стало поводом для тебя уехать обратно… – сын покачал головой. Его выражение лица стало злым. Злость медленно переполняла его от слов отца. – А ничего что я долго не мог привыкнуть к жизни здесь?! Очень долго! И можно сказать, что так и не смог привыкнуть. Лишь когда у меня эти друзья появились, я привык, и мне стало легче. Гораздо легче. Эти самые друзья, которые тебе так не нравятся! И ты тут же решил, что так больше не может продолжаться и надо ехать обратно. Здорово! Молодец! А раньше ты принять это решение не мог? К примеру, чуть больше года назад, когда вся моя жизнь разваливалась, и у меня не было друзей? Когда я был один?! Тогда ты не мог это решить?! Тогда это всё изменило бы.

– Сынок, тогда ведь просто… А сейчас....

– Стоп! – остановил его Стас, подняв руку вверх. – Дай договорить. А сейчас это ничего не изменит. А знаешь почему? Я тебе скажу. Потому что уже нечего исправлять. Поздно! Пути назад нет! И ты мне уже не поможешь! Я уже не тот человек, что был раньше и никогда им не стану.

– Сынок, Бог силен всё исправить, – заговорил отец, стараясь осторожно подбирать слова. Он видел, что сын уже начал рассуждать немного иначе и для мужчины это был знак, что вот сейчас может получиться достучаться до него. – Ты только приди к Нему, и Он тебе поможет. И я тебе готов помочь и мама. Ты только, пожалуйста…

– Не стану я приходить к Богу! – перебил отца Станислав, не дав ему договорить. – И ничем ты мне уже не поможешь. И чтобы ты знал, я уже работаю. Хочу тебе это напомнить. И ты мне больше не нужен. Можете уезжать, куда хотите! Я в любом случае останусь тут. С друзьями! Без вас! Справлюсь и один. Буду больше работать и как-нибудь проживу. Так что валите на все четыре стороны. Мне так будет даже лучше! Достали уже! Всегда думаете только о себе, а на мои чувства вам плевать. Так и мне плевать на ваши чувства. Я никуда с тобой больше не поеду. Никогда! Мне и одному хорошо будет жить. Я всё равно хотел от вас съезжать и жить один. Конечно, после института хотел, но можно и раньше это сделать. Не страшно! Хотя бы повод будет.

– Нет, ты здесь не останешься! – решил глава семейства.

– Это ещё почему? – даже с интересом посмотрел на отца парень. Ему было любопытно, какие же доводы сейчас будет использоваться тот, чтобы ответить на этот вопрос. И эти доводы уже смешили молодого человека.

– Потому что я тебе это не позволю! Ты здесь не сможешь выжить один. Ты просто не потянешь жильё, питание… Да у тебя просто денег не хватит. С этими твоими развлечениями, кинотеатрами....

– Как-нибудь разберусь!

– Сынок, да прекрати ты уже! Хватит так себя вести! Ну, почему ты так изменился?! Ты же был таким хорошим парнем, а стоило связаться с этими друзьями....

– Да не в них дело пойми ты уже! – крикнул парень, уже не в силах больше слушать такое про своих друзей. – Ты в этом виноват! Ты во всём этом виноват!

– Что ты такое говоришь, сынок? Почему это я во всём виноват? – не понял Виктор Петрович и уставился на сына удивлённым взглядом. Мама тоже заметно удивилась. – Не я же тебя так изменил.

–Но это всё из-за тебя! Всё случилось по твоей вине! Там мне было хорошо.… Ты тогда заставил меня приехать сюда! Я этого не хотел, но ты просто решил, что тебе так будет лучше. А на нас всех тебе было абсолютно всё равно!

– Сынок, что это ты говоришь? – даже смутился отец, не решаясь говорить сыну, сбавить тон и не кричать. – Я тебя не заставлял никуда ехать. Если бы ты настоял на своём, я не стал бы тебя заставлять ехать. Я лишь уговаривал тебя, и ты сам согласился. У тебя был выбор. Ты сам принимал решение.

– Был выбор… – засмеялся Станислав. – Ну, конечно! Ты лишь сделал видимость выбора. Но на самом деле его не было. Если бы я отказался, вы просто уехали бы, и ты точно не стал бы меня здесь обеспечивать. Мне пришлось бы идти работать и тогда точно и речи бы быть не могло, чтобы работать ветеринаром. У меня было только два выбора: ехать с вами и стремиться к своей мечте: работать ветеринаром. Или плюнуть на всё и просто работать, чтобы было на что жить.

– Ты чего, Стас? – ещё сильнее удивился мужчина и переглянулся с женой. – Я никогда не поступил бы так с тобой. Если бы ты решил остаться там, я давал бы тебе деньги до тех пор, пока ты не окончил бы институт и не смог бы найти работу. Я не бросил бы тебя на произвол судьбы. Такое чувство, будто ты меня плохо знаешь. Я же не такой, как ты говоришь!

– Ты именно такой, и я тебя прекрасно знаю. Ты так и сделал бы! Я уверен в этом. Ведь ты тогда упрямо настаивал на своём, лишая меня выбора. Ты просто лишил меня выбора, и мне пришлось поехать, а я этого не хотел. Если бы мы остались там,… если бы я остался там, всё было бы хорошо! Всё было бы, как и прежде. Но ты всё испортил! И теперь ещё недоволен, что я так изменился, – парень скривился. – Не тебе меня судить! Ты сломал всю мою жизнь. Я тебя ненавижу, понял меня?! И хватит ко мне цепляться вечно! Ты уже достал! – и с его уст посыпалась череда разнообразных ругательных слов и мата, которые относились непосредственно отцу. Мама от этих слов поморщилась и переглянулась с мужем. Такого они оба от сына не ожидали.

– Так! Всё! – поспешил закончить этот разговор отец, видя, как сын сильно злится. – Это не ты говоришь, Стас! За тебя сейчас говорит злость и стоящий за твоей спиной сатана. Тебе надо успокоиться, сынок. Я не буду с тобой говорить, пока ты в таком состоянии. Ты сначала успокойся, а потом уже поговорим. Хорошо?

– Я вообще не хочу с тобой говорить и видеть тебя тоже. Больше никогда не хочу тебя видеть! Достал уже, – Станислав оттолкнул со своей дороги отца и прошёл в прихожую.

Родители переглянулись и одновременно тяжело вздохнули. Разговор вышел совсем не так, как они планировали.

Сын быстро натянул куртку, обувь и поспешно покинул квартиру, не желая больше ни слышать, ни видеть родителей. Выйдя из подъезда, он остановился. Его такси ещё не приехало, так что надо было ждать. Молодой человек поёжился от холода и поплотнее запахнулся в куртку, жалея сейчас, что не надел шарф. Холод на улице стоял жуткий. Ночью внезапно нагрянули морозы, и теперь было очень холодно. Даже тёплая куртка не спасала Стаса от холода. Хорошо, что надо было лишь немного потерпеть, и он будет в тёплой машине. И гулять сегодня на улице не нужно, так как они собирались весь день сидеть дома у Коли.

Достав из кармана телефон, парень увидел в приложении, что такси уже подъезжает. Он с облегчением вздохнул. Меньше минуты и он уже залезал в тёплую машину.

– Недолго, надеюсь, ждал? – спросил таксист, окинув взглядом парня.

– Ну, нормально, – уклончиво ответил Станислав. Ему показалось, что он ждал очень долго, так как успел прилично замёрзнуть, но на деле прошло всего шесть минут.

– На улице жуть, как холодно, да? – улыбнулся таксист.

– Ага. Подморозило очень сильно.

– В такие дни хочется дома сидеть, не так ли? – продолжал улыбаться мужчина.

– Нет, не думаю, – задумавшись на пар секунду, отрицательно качнул головой молодой человек.

– Ну, кому как. Я был бы рад в такую погоду побыть дома. Ты пристегнись, пожалуйста, и мы поедем.

– Ага, хорошо, – послушно пристегнулся Стас.

– Замечательно, – таксист тут же нажал на газ и рванул вперёд. – Я что так долго ехал…. Дороги сейчас скользкие и там авария на дороге случилась. Сам чуть в аварию не попал, но всё обошлось. У меня-то шины уже зимние. Я к этому готовился! А вот некоторые… – и он продолжил болтать.

Станислав тяжело вздохнул и откинулся на спинку сиденья, уставившись в окно. После очередной ссоры с родителями ему хотелось посидеть в тишине и покое, но, видимо, ему это не светило. Таксист всё болтал и болтал, словно даже не мог заткнуться. А парню ничего не оставалось, как терпеть его болтовню.

Он достал из кармана телефон, желая чем-то отвлечь себя. Стас открыл одну из социальных сетей и начал листать ленту.

– Вот… – закричал таксист, и с его уст посыпалось множество нецензурных слов.

Молодой человек даже не успел поднять голову и оторвать взгляд от телефона, как тут… удар. И сильная боль, пронзившая всё его тело …. Всё погрузилось во тьму….

Глава 6. «не оставлю тебя и не покину тебя…»

– Где я?! – с этой мыслью Стас распахнул глаза.

Первые секунды вокруг был лишь один мрак. Постепенно мрак начал исчезать…. И он полетел куда-то вниз, далеко вниз. Он был, словно невесомый, и ему было даже не за что ухватиться, чтобы остановиться. Вокруг была лишь одна темнота. И вот всё остановилось. Мрак начал рассеиваться и всё окрасилось в красный цвет. В такой пронзительно красный, что у парня даже начало резать глаза. Куда бы он ни смотрел, был лишь этот красный цвет.

Тут Станислав почувствовал жар, что тут стоял. Здесь было так жарко…. Молодой человек опустил взгляд и увидел, что волосы на его руках мгновенно испарились. Он дотронулся до головы. Волосы на его голове тоже тотчас сгорели, не оставив ничего. Эта жара…. Она была настолько сильна, что голова Стаса перестала соображать. Он ничего не понимал! Он беспомощно крутил головой, надеясь увидеть хоть что-то, что спасёт его. Но вокруг была пустота. Он ничего не видел кроме этого пронзительно красного цвета.

Во рту в ту же секунду стало так сухо, что парень отдал бы сейчас что угодно хотя бы за один глоток воды. Он точно знал, что уже этот один глоток воды способен спасти его от этой жуткой жары, которую никогда ранее не ощущал. Так жарко…. Молодой человек был способен думать только об этом.

Жара была настолько сильной, что его мучила ужасная жажда. Глаза наливались кровью, и, казалось, вылезали из орбит. Язык прилип к нёбу так, что он никак не мог им пошевелить. Дыхание было учащённым, и Стасу казалось, что ему не хватает воздуха, и он вот-вот задохнётся. Всё тело было погружено в ужасный жар, парню казалось, что ещё немного, и он весь сгорит. Жаркий воздух проходил сквозь тело, обжигая его ужасным жаром.

В глазах молодого человека начало проясняться. Глаза привыкали к этому пронзительно красному цвету, и он увидел, что вокруг был огонь…. Настоящее пекло…. Вокруг были только языки пламени. Они окружали его. Парень ясно видел, как языки пламени лижут его тело. И медленно приходило осознание, где он. Он в аду! Он попал в ад!

– Нет, нет…. Нет…. – зашептал Станислав, с трудом шевеля непослушным языком, и им начинало овладевать отчаяние и жуткий страх. Он не хотел оставаться тут. Он не хотел оставаться в аду. – Нет…. Пожалуйста, только не это! Пожалуйста! – голос парня начал срываться на крик. С каждой секундой ему становилось всё жарче и жарче, а в голове звучали все его последние слова, что он говорил: «Ну, если вас в аду не будет, то замечательно! Могу и туда отправиться. Лишь бы вас не видеть!». И вот он был в аду…. Но он не хотел тут оставаться…. Ему было так страшно….

– Ааа… – начали доноситься до него чьи-то крики. Кто-то кричал так пронзительно и громко, что Стасу стало ещё страшнее.

– Только не в ад…. Пожалуйста, Боже! Пожалуйста! – кричал он. – Мам, пап, простите меня! Простите! Пожалуйста! – страх так сильно сковывал тело молодого человека, что он не мог даже с места сдвинуться, хотя ему хотелось просто бежать. Бежать подальше от этого места.

Вот только бежать больше было некуда! Вокруг было только пламя! Множество языков пламени вокруг и конца им не было видно. Стас посмотрел вверх, но и там он видел лишь пламя. Оно окружало его со всех сторон. Отчаяние, страх, злость на самого себя…. Всё это переполняло парня, и от этого он кричал ещё сильнее.

– Кто-нибудь! Прошу! Я не хочу…. Не хочу…. Пожалуйста, помогите! Боже, прошу Тебя! – молодой человек закрыл лицо, не в силах больше видеть это пекло вокруг.

Это пламя продолжало лизать его тело, заставляя Станислава морщиться от жара и боли, что начинала наполнять его тело. Ему хотелось, чтобы всё это был лишь страшный сон. Вот сейчас откроет глаза и он дома…. Но когда парень открыл глаза, он всё также был тут. В аду…. Отсюда не было выхода! Не было никакого выхода….

– Аааа! – заорал Стас, не в силах сдерживаться. Боль и жара были слишком сильны. Он крепко сжимал зубы, скрежетал ими, но боль оставалась. Она не отступала ни на секунду. – Простите меня! Мне так жаль! Мам, пап, простите! – кричал парень, хоть и понимал, что они его уже не слышат. Они больше никогда не услышат его, и он не сможет попросить у них прощения за всю боль, что им причинил. Ведь они были правы! Они были во всём правы!

– Ааааа! – донёсся до Стаса чей-то душераздирающий крик, и молодому человеку понадобилось около минуты, чтобы понять, что это его собственный крик. Это кричал он. Даже не кричал, а громко, что есть силы, орал.

– Боже, пожалуйста! – опять взмолился парень. – Я Тебя умоляю! Пожалуйста, прошу Тебя! Пожалуйста, Господи…. Прости меня! Господи, умоляю…. Пожалуйста!

Он продолжал что-то ещё кричать, но всё было впустую. Огонь никуда не уходил, боль и жара оставались, а на место отчаяния и злости приходила сильная тоска…. Он ведь больше никогда не сможет увидеть никого из друзей, из Церкви, не сможет увидеть родителей, Христа…. Всё было кончено!

– А тебе ещё сюда рано, – внезапно раздался чей-то громкий и такой добрый голос.

Станислав лишь немного приподнял голову и увидел такой яркий свет, что тут же опустил голову. Он не мог даже смотреть на этот силуэт, что был над ним.

– Ты ещё не должен быть здесь, – повторил голос. От одного этого голоса на душе парня становилось спокойнее. Страх утихал….

И тут молодой человек начал подниматься вверх. Жара и боль отступали, оставались там внизу, а он поднимался выше и выше. Парня вокруг снова охватила тьма, а он всё продолжал куда-то подниматься. Стас закрыл глаза, боясь, что сейчас вновь полетит вниз и вернётся в то жуткое место. Его глаза были плотно закрыты, а он продолжал всё лететь и лететь. И вот всё замерло….

Станислав на пару секунд застыл, боясь открыть глаза, а потом резко их распахнул. Он испуганно замер, боясь пошевелиться. Около минуты перед глазами всё расплывалось, а потом он смог разглядеть белый потолок, на который был направлен его взгляд. Паника внутри тут же исчезла. Он больше был не в аду!

Молодой человек отвёл взгляд слегка в сторону, пытаясь понять, где же он находится. Стас увидел отца, который сидел чуть поодаль на стуле и с интересом читал какую-то книгу. Стоило ему увидеть отца, его мгновенно наполнила такая радость…. Он был жив! Он мог видеть и отца, и маму, и всех остальных…. И для парня это было сейчас настоящее счастье!

Станислав тихонечко вздохнул и уже хотел приподняться на кровати, как понял, что не может пошевельнуться. Он напрягся, сделал ещё одну попытку, но и это ничего не дало. Сколько бы не напрягался, он не мог пошевелить даже пальцем. Его тело словно парализовало. Оно было таким тяжёлым, словно налито свинцом…. Молодой человек даже почти его не чувствовал. Все попытки пошевелиться, были провалены. Он даже голову приподнять не мог, чтобы окинуть взглядом комнату, где находился, и понять где же он. Медленно у него начиналась паника. Он ничего не понимал. Почему он не может двигаться?! Что с ним такое?! Стас ничего не понимал.

Парень направил взгляд на отца, который продолжал читать книгу, и приоткрыл рот, желая хоть слово сказать отцу, чтобы тот оторвался от книги и посмотрел на него. Станислав просто обязан был позвать отца и выяснить, что происходит, где он и почему не может двигаться. Молодой человек не мог больше так лежать и мучиться в неведении, не зная, что же с ним такое и что вообще произошло, что он не может двигаться. Но стоило ему открыть рот, как понял, что не может сказать ни слова. Он не мог пошевелить ни языком, ни губами…. Он не мог ничего сказать, как бы не пытался! Парень лишь беспомощно открывал и закрывал рот, но не исходило ни звука.

Дыхание Стаса стало тяжелее. Паника внутри всё росла и росла. Молодой человек не сдавался и всё продолжал пытаться пошевелиться или хоть что-то сказать, но всё было также впустую. Его дыхание становилось учащённым, пульс и сердцебиение от паники ускорились. Приборы, к которым он был подключён, сразу запищали, сообщая об изменениях в состоянии молодого человека. И только сейчас отец оторвал глаза от книги и посмотрел на сына. И тут же просто подскочил на месте, увидев, что тот очнулся. Он откинул в сторону книгу и в ту же секунду очутился возле парня.

– Тише, тише, сынок, – заговорил отец и начал ласково гладить сына по его светлым и густым волосам, желая успокоить его. Виктор Петрович сразу заметил испуганный взгляд сына или даже взгляд наполненный ужасом. И просто обязан был успокоить парня, понимая, что он начал паниковать. – Я рядом. Дыши спокойнее! Всё хорошо. Всё хорошо, сынок. Не переживай! – говорил мужчина, смотря лишь в глаза сыну. Стас опять приоткрыл рот, желая спросить, что же с ним такое, но у него не получилось выдавить ни слова. – Не надо, – покачал головой Виктор Петрович, заметив попытку сына заговорить. – Не пытайся говорить. Расслабься! Ты какое-то время не сможешь говорить. Со временем всё придёт в норму. Успокойся, пожалуйста. Просто постарайся дышать спокойнее. Хорошо? Давай, пожалуйста, сынок. Не переживай так. Всё будет хорошо! Я с тобой! Я рядом….

Мужчина продолжал ласково гладить сына по голове и говорить ему успокаивающие слова. От ласковых слов отца и его прикосновений на сердце Стаса стало теплее. Это тепло медленно расползлось по всему телу, помогая расслабиться. Он сделал очередной тяжёлый вздох и понял, что ему становится легче. Дыхание становилось спокойнее и спокойнее. И вот молодой человек совсем успокоился. Дыхание стало нормальным, пульс и сердцебиение тоже пришли в норму. Глядя в лицо отцу, и слыша его голос, Станиславу становилось гораздо спокойнее. Если он тут был рядом и говорил, что всё будет хорошо, то всё точно будет хорошо. Сын беспрекословно доверял отцу. Он точно не будет ему врать.

– Вот так. Молодец! – на лице главы семейства появилась добрая улыбка. – Умница! Сынок, мне сейчас нужно будет отойти буквально на минуту. Я врача позову и сразу вернусь. Я быстро. Не переживай, – он в последний раз провёл рукой по волосам сына, потрепал его по плечу и вышел из палаты.

Стас проводил его взглядом и тяжело вздохнул. Ему хотелось, чтобы отец оставался рядом и никуда не уходил, но и остановить его никак не мог. Оставаться одному молодому человеку было не по себе. Ему казалось, что стоит остаться одному, как что-то случится. Но вот он остался в палате один, и стены тут же словно начали давить на парня. Ему стало немного неспокойно, но он старался не паниковать, ведь отец пообещал, что вернётся быстро, а значит, паниковать не нужно было. Отец его точно не бросит.

Молодой человек смотрел по сторонам, изучая белый потолок и такие же белоснежные стены. После того ужаса, Стас был очень рад видеть эту белоснежную комнату. Теперь становилось понятно, что он точно в больнице. Но что с ним случилось? Почему он сюда попал?! Станислав не мог это понять, а спросить был не в силах, ведь не мог даже толком говорить. Точнее вообще не мог говорить! Но больше всего его тревожило, что он не мог двигаться, но из-за этого парень старался пока не переживать. Нужно было набраться сил и ждать отца. Он точно, когда вернётся, что-то да скажет ему.

Отец вернулся, как и обещал, быстро. Он ободряюще улыбнулся сыну и проговорил:

– Всё. Я вернулся, сынок. Сейчас врач подойдёт.

Усаживаться обратно на стул рядом с кроватью Виктор Петрович не стал. Он лишь слегка потрепал сына по волосам и остался стоять в стороне. Врач пришёл через пару минут.

– Здравствуй, Стас, – поздоровался с молодым человеком врач. На нём был тёмно-синий медицинский костюм. Врач был широкоплечий, среднего роста и немного полноватый. – Рад, что ты наконец-то очнулся. Мы все уже не надеялись на это, – парень внимательно смотрел на врача, пытаясь одним этим взглядом спросить: «Что же со мной случилось? Почему я не могу двигаться?!». Он очень хотел это знать. У него больше не было сил мучиться в неведении. – Полагаю, что тебя мучает множество вопросов, – словно прочёл мысли врач. – Для начала я представлюсь. Я твой лечащий врач – Иван Александрович. Кратко расскажу, что с тобой случилось. Подробности тебе сейчас не зачем. Ты провёл в коме три месяца!

Стоило мужчине это сказать, как дыхание у Стаса перехватило. Он пролежал в коме три месяца?! Молодой человек отказывался в это верить.

– Только ты не волнуйся! Самое главное, что ты всё же очнулся. Подвижность и голос со временем вернутся. Об этом не переживай. Ты восстановишься, но на это понадобится много времени. Наберись терпения и выполняй все рекомендации. Дышать старайся спокойно. Сейчас тебе помогает дышать носовой ингалятор, но через некоторое время мы его снимем, поэтому лучше сразу учиться дышать спокойно. Следи за дыханием! Пару дней тебя никто тревожить не будет, чтобы ты мог прийти в себя и немного окрепнуть. Мы будем только вводить тебе препараты, которые поддерживают обмен веществ и стабилизируют давление и температуру, а также укрепляют иммунитет. А потом уже для восстановления мышечных и других функций организма у тебя будут занятия на специальных тренажерах. Для их выполнения ты будешь также оставаться на кровати. Не переживай! К тебе будет приходить врач ЛФК. Это наш специалист, владеющий методиками проведения занятий лечебной физической культурой. Он и будет с тобой заниматься. Потом постепенно будем вводить и другие процедуры. Но не сейчас. Спешить так не будем. Сейчас я осмотрю тебя, – и врач приступил к осмотру.

Он внимательно ознакомился с информацией, что отображалась на приборах, к которым молодой человек был подключён. После этого врач немного осмотрел парня, но только так, чтобы не беспокоить его. После этого Иван Александрович отошёл в сторону, подойдя к отцу Стаса.

– Можете ему сейчас дать воды, – начал давать наставления врач. – Слишком много пока не давайте. Начнём с пары глотков. Также некоторое время не давайте ему засыпать. Сейчас ему вколют лекарство, и ему захочется спать, но лучше пока не давайте ему спать. Есть опасения, что он опять впадёт в кому. А я думаю нам это не нужно.

– Нет, не нужно, – покачал головой Виктор Петрович и кинул обеспокоенный взгляд на сына, который внимательно за ними наблюдал.

– Ему нужно некоторое время побыть в сознании. Поговорите с ним, расскажите что-нибудь, только не что-то такое, из-за чего он начнёт нервничать. Нервничать и переживать ему сейчас нельзя. Также его сейчас лучше стараться не трогать и не беспокоить. Тем более не пытаться поднимать и всякое такое. Просто говорите ему что-нибудь. И не заставляйте его пытаться говорить или двигаться. Это ещё рано!

– Хорошо, я понял.

Врач дал ещё пару наставлений и покинул палату. Не успел Виктор Петрович усесться на стул рядом с сыном, как зашла медсестра, вколола молодому человеку какое-то лекарство и ушла. Минута и глаза Стаса уже начали немного слипаться. Его клонило в сон.

– Нет, нет, сынок, – отец дотронулся до щеки сына. – Тебе нельзя спать! Не закрывай глаза! Давай я лучше тебе сейчас дам попить, – он быстро налил в стакан немного воды. – Вот. Сейчас я аккуратно приподниму твою голову, чтобы ты мог попить. Врач сказал это можно делать, чтобы ты не подавился. Ты старайся делать небольшие глотки. Не спеши много пить.

Отец, как и обещал, аккуратно приподнял голову сына и поднёс к его губам стакан с водой. Слегка наклонив стакан, он дал сыну сделать несколько глотков. Станислав был готов сделать ещё глотки, но отец убрал стакан, не допустив этого. Он аккуратно опустил голову парня обратно на подушку, а стакан поставил на тумбочку. Во рту молодого человека наконец-то перестало быть так сухо. Стас с облегчением вздохнул. Пить ему всё это время сильно хотелось, хоть он даже сам этого не понимал, так как слишком перенервничал.

– Вот так. Молодец! – губы Виктора Петровича опять растянулись в улыбке. – Ты только не засыпай. Хорошо? Эй, сынок, – глава семейства опять дотронулся до щеки сына, заметив, что тот начинает закрывать глаза. Глаза Стаса настырно слипались, и ему очень сильно хотелось их закрыть и уснуть. – Не засыпай. Смотри на меня, хорошо? – парень перевёл взгляд от потолка, куда до этого смотрел, на отца. – Вот так лучше. Молодец! Не засыпай. Тебе пока нельзя спать. Нужно немного побыть в сознании. Я не хочу, чтобы ты вновь впал в кому. Думаю, что и ты этого не хочешь.

В голове молодого человека опять промелькнули слова врача. Неужели он, и правда, пробыл в коме три месяца? Но врач точно не стал бы врать, к тому же он так уверенно это говорил. Это было похоже на правду, хоть Стас и не желал в это верить. А как же учёба?! А как же работа?! Внутри парня опять начинали появляться беспокойство и тревога. Дыхание стало чуть тяжелее.

– Сынок, что-то не так? – вглядывался в лицо сына Виктор Петрович, заметив, что его настроение вновь переменилось. – Тебя что-то тревожит? Ты самое главное ни о чём не волнуйся. Не надо ни о чём таком думать! Ты просто слушай меня и ни о чём не беспокойся. Давай я тебе расскажу, что у меня на работе происходило в последнее время, – и он начал увлечённо делиться с сыном различными историями с работы.

Чем больше говорил отец, тем меньше Стас о чём-то думал и переживал. Он просто концентрировался на голосе отца и наблюдал за тем, как меняется его мимика, как появляется и исчезает улыбка, как радостно сверкают его глаза и как шевелятся его губы. Отец всё говорил и говорил и, кажется, что его это совсем не утомляло. Он мог говорить сколько угодно. А тем временем все волнения и переживания у молодого человека ушли, и он мог только слушать отца и вникать в его слова. Глава семейства даже рассказывал что-то смешное, но ни смеяться, ни улыбаться у парня сил не было. Он мог только слушать.

Рассказывал отец достаточно долго или так показалось Станиславу. Его даже перестало так сильно клонить в сон. Потом зашла медсестра, поставила капельницу и разрешила молодому человеку подремать. Виктор Петрович успел дать сыну немного попить, и тот погрузился в сон.

Проснувшись, Стас с трудом разомкнул тяжёлые веки. Теперь у него и веки были словно налиты свинцом. Парень с трудом, но открыл глаза. Он отвёл взгляд в сторону и посмотрел на отца. Тот был всё также на своём месте и читал книгу. Молодой человек минут пять просто смотрел на отца, надеясь, что тот сейчас оторвётся от книги и посмотрит на него. Но тот продолжал увлечённо читать.

Через пять минут Станислав почувствовал, что у него в горле опять пересохло. Ему очень сильно хотелось пить. Парень, забывшись, попытался пошевелить рукой, чтобы привлечь внимание отца. Но у него не получилось ни на миллиметр сдвинуть руку, а пальцы вообще словно онемели. Поняв, что двинуться точно не сможет и, вспомнив, что врач это даже не разрешал, молодой человек от безысходности приоткрыл рот и попытался хоть что-то выдавить из себя. Ему очень сильно хотелось пить, а терпеть и ждать, пока отец сам обратит на него внимание, у него сил не было. Поэтому парень попытался заговорить и…. О чудо! Из уст вырвалось:

– Можно воды? – еле слышно хриплым и осипшим голосом прошептал он.

Виктор Петрович мгновенно встрепенулся и, оторвавшись от книги, посмотрел на сына. Сначала мужчина подумал, что ему просто показалось, ведь он знал, что парень ещё говорить не может. Но, увидев, что сын выжидающе смотрит на него, отец понял, что ему не послышалось.

– Да, конечно, сынок, – улыбнулся сыну глава семейства.

Он отложил в сторону книгу, налил в стакан воды и, приподняв голову парня, дал сделать ему несколько глотков. На этот раз Стас глотал воду очень жадно и делал глотки больше, но отец всё равно много пить ему не позволил. Уложив молодого человека обратно на подушку, он окинул его взглядом.

– Надеюсь, тебе лучше, – проговорил Виктор Петрович. – Не представляешь, как мы переживали за тебя все эти три месяца. Места себе не находили. И я очень рад, что ты очнулся и вновь с нами. Ты постепенно восстановишься, и всё будет хорошо. Всё обязательно будет хорошо! Ты не переживай, мы тебе во всём будем помогать. Если что-то будет нужно, ты можешь не стесняться и смело просить обо всём меня или маму. Она, кстати, скоро приедет. Как услышала, что ты очнулся, сразу начала отпрашиваться с работы. И сейчас как раз скоро подъедет. Так что скоро ты увидишь её. Может, через полчаса или час уже будет тут. Ей надо только некоторые дела на работе доделать и она сразу приедет. Долго ждать тебе не придётся. Если сможешь, то постарайся в это время не заснуть. Но если очень захочется, то, конечно же, можешь засыпать. Мы с мамой не хотим тебя мучить. Мы очень тебя любим! Но ты это итак знаешь, я думаю. Но очень хотелось тебе это сказать.

– Я… – попытался вновь заговорить Станислав, но его голос предательски сорвался. Ему очень хотелось сказать, что он тоже любит их, но сказать это не получилось.

– Не надо, сынок, – отец погладил его по руке. – Не нужно ничего говорить. Я понимаю, что тебе сложно говорить. Не напрягай себя! Ты ещё успеешь поговорить. Всё постепенно. Не спеши! Кстати, может, ты хочешь послушать музыку? Врач сказал, что тебе будет полезно слушать музыку или какие-то аудиокниги. Чтобы и голова больше работала и мыслительный процесс шёл. И чтобы память не пострадала. Это очень помогает для восстановления памяти, если какие-то моменты стёрлись, а после комы это не редкость. Так что это очень полезно! Если ты решишь послушать аудиокниги, то только скажи, и я куплю и скачаю. А сейчас ты хочешь послушать музыку? Ты можешь просто моргнуть два раза, если хочешь.

Стас поспешно моргнул два раза. Стоило отцу сказать про музыку, как ему тут же захотелось её послушать. Музыка всегда его успокаивала и помогала привести мысли в порядок. А именно это сейчас так нужно было парню.

– Хорошо, – кивнул Виктор Петрович и полез в сумку, которая лежала возле кровати. – Если хочешь, могу музыку включить в наушниках или без наушников. Не знаю как тебе удобнее. Ты в наушниках хочешь музыку послушать?

Сын опять моргнул два раза, как бы говоря «да». Музыку он, конечно же, хотел слушать в наушниках. К тому же молодой человек понимал, что если он музыку будет слушать без наушников, то будет мешать отцу, который читал книгу. А мешать ему парень не хотел. Тот итак сидел тут с ним и помогал ему. Доставлять отцу ещё больший дискомфорт он не желал.

– Я тебе купил вот такие наушники, чтобы тебе лёжа на кровати было удобнее слушать музыку. Да и нам такие наушники будет удобнее тебе надевать, пока ты не можешь двигаться, – мужчина достал из сумки большие наушники и телефон сына. – Вот так, – он надел на парня наушники. – Сейчас включу музыку. Включу, чтобы играло всё подряд, – глава семейства нажал на нужную кнопку. – Громкость нормальная? Это минимальная громкость. Могу громче включить.

Стас моргать не стал, и отец начал делать музыку чуть громче. И вот молодой человек два раза моргнул.

– Замечательно. Всё. Не буду мешать, – Виктор Петрович потрепал сына по плечу. – Слушай музыку. Если вдруг надоест, то ты просто посмотри на меня. Я буду периодически на тебя посматривать и сразу пойму, что тебе что-то нужно. А сейчас слушай музыку.

Отец взял в руки свою книгу и начал искать место, где остановился. Он водил глазами по тексту, ища нужную строчку. Станислав какое-то время смотрел на отца, наблюдая за ним. В ушах играла приятная музыка, помогая немного расслабиться. Медленно он перевёл взгляд на потолок и, слушая музыку, начал погружаться в свои мысли и воспоминания.

Мужчина, всё-таки найдя нужную строчку, поднял глаза и посмотрел на сына. Увидев, что тот уже не смотрит на него и слушает музыку, он хотел начать читать, но остановился. Глава семейства продолжал изучать глазами сына и тоже постепенно погрузился в воспоминания.

«Три месяца назад»

– Вот видишь, как он себя ведёт? – оставаясь всё таким же хмурым после ухода сына, говорил Виктор Петрович. – Как тут с ним спокойно говорить?

– Ну, надо постараться, – пожала плечами Лариса Викторовна. – Он ведь сам страдает. В этой злобе, без Бога…. Все без Бога страдают, и он тоже. Но наша задача лишь попытаться направить его. Сколько не кричи на него и не ругайся с ним, мы не сможем сами заставить его вновь измениться и вернуться к Богу. Это может сделать лишь сам Бог. А нам остаётся только молиться и верить, что Стас всё же одумается и вернётся в Церковь и к Богу.

– Я просто боюсь, как бы Бог сам не начал работать с ним и не наказал его за все эти слова, – вздохнул мужчина. – Ведь если за дело возьмётся Бог…. Или если Он снимет охрану со Стаса, то.… С ним может случиться такое…. Мне даже страшно об этом думать!

– Да, мне тоже, – жена тоже вздохнула и присела на диван.

– Вот я и хочу это предотвратить и очень боюсь этого, – пояснил глава семейства. – Но Стас не желает ничего слушать и продолжает упрямиться.

– Это не в наших силах исправить его, милый.

– Да, я всё понимаю. Без понятий, что ещё сделать.

– Только молиться! – выдала женщина и, поднявшись с дивана, направилась к кухне. – Милый, я пойду, начну делать обед. Надо чем-то занять себя.

– Хорошо, иди. Если будет нужна помощь, зови. А я пока буду к воскресному служению готовиться, – муж сел на диван и взял в руки Библию.

Лариса Викторовна в ответ только кивнула и прошла на кухню. А отец тем временем начал изучать Библию. Около двадцати минут в квартире царила полная тишина. Лишь Виктор Петрович шуршал на диване страницами Библии и делал заметки в блокноте, и на кухне гремела посудой женщина, готовя обед. Тишину нарушил громкий звонок на телефон главы семейства. Он поспешил отложить в сторону Библию и ответил на звонок.

– Я слушаю, – проговорил в телефон мужчина. Ему начали что-то говорить и чем больше они говорили, тем сильнее бледнел глава семейства. – Что?.. Нет…. Не может быть…. Я понял. Спасибо. А где?.. Хорошо. Скоро будем, – скинув вызов, он тут же бросился к спальне. – Дорогая, надо срочно одеваться. Выключай газ и беги сюда скорее. Надо немедленно ехать.

– А что случилось? – вышла из кухни удивлённая женщина и окинула взглядом бледного мужа.

– Стас… – пробормотал отец. – С ним случилась беда. Надо быстрее ехать!

Ларисе Викторовне даже не надо было больше ничего говорить. Она мигом выключила газ и поспешила в спальню. Переоделись родители в считанные минуты. Такси Виктор Петрович вызвал сразу же и, к счастью, оно приехало быстро. Они выскочили из дома, сели в такси и помчались в больницу. А там они мгновенно рванули в нужное отделение.

– Нам только что звонили. Сказали, что с нашим сыном Станиславом Лебедевым случилась беда, – затараторил глава семейства, подойдя к девушке, сидящей за стойкой регистратуры. – Что с ним? Как он? Его можно увидеть?

– Сейчас проверю, – кивнула девушка и полезла в компьютер. – Да, его не так давно привезли к нам. Его сейчас ещё оперируют. Можете подождать здесь, – она кивнула на лавочку.

– Хорошо, спасибо, – муж вместе с женой уселся на лавочку. Они оба очень нервничали и даже не могли скрыть своё волнение на лицах. С их единственным и горячо любимым сыном случилась беда и вот сейчас его оперируют. Как тут не переживать?

Операция продлилась несколько часов. За это время Виктор Петрович не один раз подходил к девушке и спрашивал, когда же операция закончится, и можно будет увидеть сына. Но каждый раз девушка со спокойным выражением лица говорила, что операция ещё идёт и нужно ждать. В какой-то момент мужчина даже перестал ей верить, и девушке пришлось подняться со своего места и пойти проверять точно ли идёт операция. Когда она вернулась и подтвердила это, отец вернулся на лавочку и продолжил ждать. Мама переживала за сына не меньше.

Когда наконец-то вышел врач и подошёл к девушке, родители тут же вскочили со своих мест.

– Как там Стас? Он в порядке? Всё прошло хорошо? Его можно увидеть? – Виктор Петрович засыпал вопросами врача.

Тот вопросительно посмотрел на девушку за регистратурой.

– Да, это они, – лишь сказала она.

– Пойдёмте со мной, – врач развернулся и двинулся вперёд по коридору.

Родители переглянулись и послушно пошли следом. Врач около минуты шёл по коридору и вот остановился перед одной из дверей.

– Стас там? – догадался Виктор Петрович.

– Да, но прежде чем я вас пущу туда, должен предупредить, что мы делали всё возможное, – заговорил доктор. – Во время операции его сердце отказало и перестало биться. Мы спасли ему жизнь и сейчас его состояние стабильное, но, к сожалению, он впал в кому. Мы надеемся, что он очнётся через пару дней, но точные прогнозы давать не можем. Остаётся только верить, что он недолго пробудет в коме. Травмы были очень серьёзными, и мы даже боялись, что он не выживет. Но всё обошлось. Ладно. Вы можете сейчас зайти и посмотреть на него, но сидеть пока с ним нельзя. Приходить к нему можно будет только с завтрашнего дня, когда мы его переведём в другое отделение. Заходите, – он открыл перед родителями дверь и пропустил их внутрь.

Они медленно прошли в помещение. Родители сделали пару шагов и замерли, увидев сына лежащего на кровати. Вид молодого человека был просто ужасен. Его голова была перевязана, но торчащие из-под бинта светлые волосы были все перемазаны в крови. На шее у парня был специальный бандаж, что говорило о том, что у него сломана шея. Всё его лицо были побитым. Одна бровь была разбита, губы разбиты, на скулах и носу были ссадины, а на лоб был наклеен широкий пластырь. Вся грудная клетка сына была надёжно перевязана, а левая рука была в гипсе. Обе ноги Стаса были также в гипсе. Он был весь в трубках, катетерах, зондах…. Парень даже дышать не мог самостоятельно, и был подключён к аппарату ИВЛ.

– Стасик… – при виде сына зарыдала мама. Она медленно подошла к нему и ласково погладила по правой руке. – О, Стасик…. Бедный мой мальчик!

– Боже мой… – забормотал Виктор Петрович, и по его щекам тоже потекли слёзы при виде сына в таком состоянии и от осознания, что тот впал в кому и теперь неизвестно когда очнётся. – Пожалуйста, только не Стас…. Сынок, – мужчина тоже подошёл к сыну и дотронулся до его руки. – Стас… Господи, пожалуйста…. Только не забирай его….

– Стасик! – заливалась слезами женщина и, склонившись над сыном, всматривалась в его бледное безжизненное лицо. Совсем недавно он был ещё в порядке, а сейчас…. – Стасик…. О, нет! Стасик….

– А вот и я! – раздался голос Ларисы Викторовны, которая в этот момент прошла в палату.

Виктор Петрович сразу очнулся. Он посмотрел сначала на жену, которая снимала с себя пальто, а потом перевёл взгляд на сына. Тот всё ещё слушал музыку. Глаза Стаса были слегка прикрыты. Парень даже не заметил зашедшую в палату маму и был всё также погружен в свои мысли. А отец, увидев закрытые глаза сына, даже сначала подумал, что тот уснул. Глава семейства неуверенно дотронулся до руки сына, боясь его потревожить. Молодой человек сразу приоткрыл глаза и взглянул на отца.

– Мама уже пришла, – улыбнулся отец и снял с сына наушники. – Потом ещё послушаешь музыку, сынок. Сейчас мама хочет тебя увидеть.

Станислав, услышав, что мама уже здесь, перевёл взгляд в сторону и увидел маму, которая уже подходила к кровати. Лариса Викторовна, стоило ей увидеть сына и встретиться с ним взглядом, тут же расплылась в счастливой улыбке.

– Стасик! – улыбаясь, заговорила она. – Я так рада, что ты пришёл в себя! Что ты очнулся.

– Присаживайся, дорогая, – уступил своё место жене Виктор Петрович, а сам отошёл в сторону, не желая мешать.

– Я так волновалась за тебя, – на глаза женщины навернулись слёзы. По щеке покатились несколько слезинок. – Я так переживала…. Ты так напугал меня! Стасик… – мама склонилась над сыном и поцеловала его в лоб. Потом, не удержавшись, поцеловала ещё в правую щеку, но и дальше не смогла остановиться и продолжила целовать его, оставляя на лице парня горячие и любящие поцелуи.

Стас слегка морщился, не в силах как-то остановить маму, что ему немного хотелось сделать. Не то чтобы парню были неприятны поцелуи. Ему наоборот было очень приятно, что мама пришла, и он был очень рад её видеть, но столько поцелуев…. Это был уже перебор. Молодой человек и раньше не позволял маме особо тискать себя, а сейчас…. Но он даже не мог как-то помешать ей, ведь сейчас был не в силах ни двинуться, ни что-либо сказать. Он лишь терпел.

– Всё. Хватит уже, дорогая, – остановил жену глава семейства, тоже поняв, что мама уже перебарщивает. – Не смущай его. Достаточно. Понимаю, что ты рада, что он пришёл в себя, но смущать его не надо. Он итак сейчас испытывает большой дискомфорт и не может ни двинуться, ни что-либо сказать. Ещё сильнее смущать его не надо!

– Да, верно, – успокоилась мама и отодвинулась от сына, наконец-то оставив его в покое. – Прости, Стасик, – она ласково погладила парня по голове. – Я просто так обрадовалась.

Станиславу очень хотелось сказать, что ничего страшного, и он сам очень рад видеть маму и всё понимает, но всё это сказать был не в силах. Сын лишь смотрел на маму, вглядываясь в её лицо, которое уже боялся, что больше никогда не увидит.

– Стасик, сыночек мой, тебе уже лучше? – спросила Лариса Викторовна.

– Пожалуйста, не заставляй его говорить, – попросил отец. – Ему сейчас тяжело говорить и он же не так давно очнулся. Врач попросил не спешить так. Всё постепенно.

– Да я просто хотела услышать его голос, – заметно расстроилась женщина, поняв, что голос сына не услышит.

– Понимаю, но не надо его мучить. Услышишь ещё его голос.

– Да, – в этот момент смог выдавить из себя Стас, собрав все силы в кулак. Сказать уже одно это слово ему было трудно и, проговорив его, он тяжело вздохнул. Дыхание его стало более тяжёлым. Но оно того стоило, ведь мама так хотела услышать его голос и она его услышала. Молодой человек сделал это только ради неё.

– Стасик… – на лице мамы вновь засияла улыбка. – Спасибо тебе большое!

– Сынок, у тебя дыхание стало более учащённым, – заметил Виктор Петрович. – Помнишь, что врач сказал? Следить за дыханием. Не забывай следить за ним. И лучше больше ничего не говори. Отдохни! На сегодняшний день ты сказал достаточно.

– Да, папа, прав, Стасик, – согласилась женщина. – Спасибо тебе большое, что дал мне услышать твой голос, но больше ничего не говори. Отдыхай! Как голос восстановится, сможешь болтать сколько захочешь.

– Сынок, ты пить случайно не хочешь? – поинтересовался отец. Станислав перевёл взгляд на него и несколько раз моргнул. – Вот, дорогая, дай ему попить, – мужчина налил в стакан воду и протянул его жене. – Только аккуратно.

– Хорошо, – мама не торопясь приподняла голову сына и дала ему попить воды.

Стас сделал три глотка и хотел дальше пить воду, как отец подал голос:

– Ему пока много пить нельзя. Потом плохо может стать. Сегодня врач сказал немного давать воды и, если организм отреагирует нормально, то завтра уже можно больше пить.

– Ладно. Врача надо слушаться, – женщина положила голову парня на подушку и отдала стакан мужу. После этого она поправила одеяло и нежно погладила сына по голове. – Это просто замечательно, что тебе становится лучше, Стасик. Ещё немного и тебе будет ещё лучше, и ты сможешь говорить и двигаться. Ты у нас большой молодец и точно быстро поправишься. Но спешить всё равно не нужно. Врачу виднее, что, как и когда делать. Так что надо слушаться его и выполнять все его советы и рекомендации. И тогда всё будет замечательно! Верно, я говорю, милый? – она переглянулась с мужем.

– Всё верно! – закивал головой отец и, придвинув второй стул, уселся рядом с женой. Он тоже хотел видеть сына и общаться с ним. – Всё обязательно будет хорошо!

– Ну, раз ты говорить пока не можешь, то я могу что-нибудь рассказывать, – решила Лариса Викторовна. – Например, сегодня на работе уже произошло кое-что интересное. Моя коллега…. – и она погрузилась в рассказ.

Станислав внимательно слушал маму, смотря ей в лицо. Ему было очень радостно видеть её, слушать, как она что-то рассказывает, и наблюдать за ней. И он с интересом слушал её. Парню хотелось задавать вопросы и нормально общаться с мамой, но на это он пока не был способен. Он мог лишь слушать. Отец принимал участие в разговоре и сам задавал маме разнообразные вопросы, что-то вставлял, добавлял и тоже что-то пытался рассказать, что мама, конечно же, ему позволяла.

Общались они достаточно долго. Точнее родители ему много всего рассказывали и делились с ним чем-то. Стас даже не знал, чем закончилось общение. Когда родители отвлеклись и что-то обсуждали друг с другом, у него начали слипаться глаза. Долго сопротивляться молодой человек не стал и уснул. Он даже не слышал, как родители пили чай у него в палате, ещё немного общались, а потом мама поцеловала его в лоб и ушла. А парень продолжал также спать.

Просыпался Станислав ещё несколько раз. Он проснулся прямо перед отбоем. Благо отец ещё был рядом и смог дать немного попить, а также благодаря ему парню не пришлось скучать. Сын немного послушал отца, который начал ему что-то рассказывать, послушал музыку, потом ему поставили ещё капельницу, вкололи лекарство, и он опять уснул. Ночью Стас тоже просыпался не один раз.

Проснувшись, первый раз ночью и увидев, что темно, молодой человек даже не надеялся, что отец рядом. Но он был приятно удивлён, когда увидел его рядом. Отец даже не спал, и это было на руку парню, который ночью захотел пить. И пил в течение ночи он не один раз, а три раза. Отец лишь немного задрёмывал, но постоянно просыпался, смотря на сына и проверяя всё ли с ним хорошо. И так мужчина видел, что сын проснулся, и мог дать ему воды.

В середине ночи Станислав крепко уснул и проспал до самого утра, дав возможность Виктору Петровичу немного расслабиться и отдохнуть. А в течение всего дня сын тоже частенько засыпал. Его постоянно клонило в сон. Он даже порой не замечал, как к нему подходили медсёстры. Они меняли капельницы, что-то кололи ему, зачем-то переворачивали его и что-то делали с ним. Весь этот день парень был сам не свой и в сознании был лишь совсем немного, а в основном спал. И это было даже к лучшему, ведь отец мог отдохнуть, спокойно заняться какими-то своими делами и даже немного вздремнуть.

После обеда Виктора Петровича сменила мама, но Стас даже это особо не заметил. Он увидел это лишь когда проснулся, немного послушал маму и опять уснул. И так длилось весь оставшийся день. Он даже за весь день не стал слушать музыку, хоть мама ему это и предлагала. Но парню было совсем не до музыки, ведь ему постоянно хотелось спать. А засыпать с наушниками в ушах у молодого человека желания не было. Так что он только, когда просыпался, смотрел по сторонам, изучал глазами комнату, слушал маму или отца, который был до неё, или наблюдал за тем, что они делают, думал о чём-то, а потом засыпал.

А вот уже на следующий день Станислав спал не так много. Его сон за прошедший день немного нормализовался, он смог проспать почти всю ночь, не просыпаясь, и проснулся в положенное время утром. До обеда парень заснул лишь один раз, а в остальное время просто лежал в кровати, слушал маму, которая всё ещё была с ним, слушал музыку и пытался о чём-то думать, чтобы было не так скучно лежать без движений.

После обеда маму сменил глава семейства. Во второй половине дня Стасу уже совсем не хотелось спать, поэтому он просто лежал в кровати и наблюдал за всем происходящим в комнате. Виктор Петрович немного пообщался с сыном. Слушать музыку сын отказался. Отец настаивать не стал.

После небольшого общения мужчина разогрел себе еду, захотев кушать, и начал обедать. Молодой человек же, лёжа на кровати, лишь наблюдал за ним. Конечно же, ему немного хотелось поесть нормальной еды, но врач это пока не разрешал и его кормили лишь через назогастральный зонд. Сопротивляться Стас не пытался, так как, во-первых, ему было всё равно как есть, а это было даже не болезненно и это было главное. А во-вторых, у него всё равно не было выбора. Двигаться он не мог, говорил с трудом… Он даже не смог бы попросить дать ему нормальной еды. Так что парень мог только лежать и смотреть, как отец с аппетитом ел какой-то суп, который был у него в тарелке.

Виктор Петрович взгляд сына замечал, но от еды не отрывался. И вот в очередной раз, взглянув на сына и заметив его взгляд, он остановился и задумался. Пару минут окидывая сына задумчивым взглядом, мужчина поднялся из-за стола, где сидел, и направился к сыну вместе с тарелкой в руках. Взгляд Стаса сразу стал удивлённым. Он не понимал, что отец делает.

– Сынок, может быть, ты хочешь немного супа? – внезапно предложил глава семейства, усевшись на стул рядом с кроватью. – Тебя уже долгое время кормят лишь через зонд. Давай может быть дам тебе нормальной еды? Ладно, эти три месяца тебя кормили через зонд. Ты был в коме и никак не мог поесть нормальную еду. Но сейчас ты очнулся. Ты уже как два дня пьёшь воду, и твой организм реагирует нормально. Думаю, что стоит попробовать поесть немного нормальной еды. Конечно, врач ещё не давал разрешения, но не думаю, что это будет так плохо. Мне кажется, что врач будет даже рад, что ты уже начал есть нормальную еду. Давай попробуем? Хочешь?

Станислав лишь смотрел на отца, даже не моргая. Да, ему хотелось поесть нормальной еды, но он опасался, что ему ещё нельзя есть обычную еду и если он поест, случится что-то плохое. Конечно, парень понимал, что надо доверять отцу, но поделать с собой ничего не мог. Страх был, и деть его он никуда не мог. Ведь он даже двигаться сейчас не мог. Вдруг он даже не сможет поесть? Или, когда отец будет его кормить, что-то случится? А ничего из этого молодой человек не хотел и очень всего этого боялся. Ему казалось, что не стоит рисковать.

– Сынок, ну, хотя бы совсем немного, – продолжил уговаривать Виктор Петрович, видя, что сын не даёт положительного ответа. – Хотя бы пару ложек. Это уже будет хорошее начало. Суп очень вкусный! Его мама готовила. Тебе понравится! Заставлять я тебя не буду. Тебе решать. Если тебе хочется, то соглашайся. Хотя бы немного съесть нормальной еды…. Почему бы и нет?

Стас всё также смотрел на отца.

– Сынок, ну, ты чего? – отец потрепал сына по плечу и улыбнулся. – Тебе не о чем волноваться. Я помогу. Ты лишь съешь хотя бы пару ложек и всё. Это будет замечательное начало. Поправляться же надо. Ты очень сильно похудел за это время. Так что пора бы уже начинать и кушать лучше, и идти на поправку. Мне кажется, что ты сам этого хочешь. Не думаю, что тебе нравится вот так лежать и не иметь возможности подвигаться или поговорить. А может быть, если ты начнёшь кушать нормальную еду, быстрее пойдёшь на поправку, восстановишься и вернёшься в строй. Ну, сынок?..

Парень пару секунд раздумывал, а потом всё же несколько раз моргнул, поддавшись уговорам. Всё же отец был прав и может это поможет быстрее пойти на поправку. Попробовать стоило. К тому же поесть суп ему, правда, немного хотелось.

– Замечательно! – обрадовался мужчина. – Молодец! Сейчас дам немного супа, только уложу тебя удобнее. Немного приподниму тебя, – он отставил суп на подоконник и немного приподнял сына на кровати, чтобы было удобнее кормить его. Приподняв подушку и подложив её под шею и голову парня, Виктор Петрович отпустил сына. – Так, надеюсь, удобно?

Станислав поспешно подтвердил это. Ему, правда, было удобно. Даже удобнее, чем было до этого. Лежать в одной позе ему уже успело надоесть, а полежать хоть немного в другой позе было неплохо.

– Ещё хотя бы побудешь в другой позе, – подметил отец, взяв в руки тарелку с супом. – А то сидеть в одной позе, конечно, утомительно. Давай теперь кушать.

Глава семейства не спеша дал сыну немного супа. Много кушать парень сам не захотел. Суп был очень вкусным, но мало того что молодому человеку было не слишком удобно кушать в такой позе, так ему было ещё неудобнее от того, что кормил его отец. И так как кушал он первый раз за всё это время, Стас быстро утомился пережёвывать и глотать пищу и смог сделать только пять глотков супа. Когда отец попытался дать сыну ещё супа, решив, что у того проснулся аппетит, и он готов дальше есть, парень отказался. Мужчина заставлять его не стал и доел суп сам.

– Может тебя опустить, чтобы ты мог немного поспать? – предложил Виктор Петрович, увидев, что у сына начинают закрываться глаза. – Уложить тебя нормально? – молодой человек никак отвечать на это не стал. – Оставить тебя так? – Стас сразу два раза моргнул. Он, правда, хотел остаться пока в такой позе. – Хорошо. Если тебе так удобнее, то лежи пока так.

Станислав ещё некоторое время наблюдал за отцом, а потом задремал, утомившись. Но долго он не смог дремать. Он проснулся очень быстро с чувством, что что-то не так. В горле возник какой-то странный комок, и парень даже не мог понять, в чём дело. Он попытался прочистить горло, но сил у него на это пока не было. Молодой человек сделал несколько глотательных движений, надеясь, что хоть это поможет избавиться от комка в горле, но это ничего не дало. Он хотел уже посмотреть на отца, желая попросить у него воды, надеясь, что хотя бы вода поможет, как тут его начало рвать. Он даже сам не понял как, но в этот момент у него как-то получилось повернуть голову на бок.

Виктор Петрович мгновенно подскочил с места, схватил с пола какой-то небольшой тазик и, слегка приподняв сына, подсунул тазик, чтобы его рвало именно туда, а не на кровать и пол. Пару минут молодого человека продолжало рвать, и он даже не мог остановиться. Отец лишь придерживал его за шею и плечи и держал тазик, с жалостью смотря на сына. И вот наконец-то всё прекратилось. Мужчина уложил сына обратно на кровать, а тазик поставил на пол.

– Сейчас. Секундочку, – отец немного протёр лицо сына полотенцем. Парень был весь мокрым. – Сейчас позову врача. Я мигом, – и глава семейства выскочил из палаты.

Стас даже не стал провожать его взглядом, так как ему было слишком плохо. Ему было очень жарко, во рту сразу пересохло, а живот немного побаливал. Сейчас ему было не до того, чтобы переживать из-за ухода отца, провожать его взглядом или даже о чём-то думать.

Врач вместе с отцом пришли через пару минут. Иван Александрович сразу начал осматривать молодого человека.

– Сначала всё было нормально, да? – спрашивал мужчина, осматривая парня. – После чего его начало тошнить? Он много воды выпил или что? Или просто так внезапно начало тошнить?

– Ну, сначала всё было нормально. А до этого я лишь дал ему немного супа. Там ничего вредного нет. Его моя жена делала. И он съел всего пять ложек. Не больше.

– Что? – сразу обернулся доктор. – Вы что его кормили?

– Ну, да.

– Я ещё не давал позволения его кормить! – выражение лица Ивана Александровича стало строгим. – Я что сказал, что можно его кормить?!

– Ну, нет, но я подумал… – смутился Виктор Петрович.

– Я не говорил, что его можно кормить. Я не разрешал этого делать! Я сказал слушаться моих рекомендаций и не спешить. А вы что сделали?! Его ещё нельзя было кормить. Нужно делать всё постепенно. Его организм был к этому не готов. И вот поэтому его и стошнило и сейчас ему плохо. Молодцы! Нечего сказать!

– Ну, я же не знал… – растерялся глава семейства. – Я думал, что ничего страшного не будет.

– Но, как видите, ему стало плохо! – указал на парня врач. – Он итак ослаблен, а теперь ему ещё хуже. Довольны?!

– Но я…. Я же не хотел. А что теперь делать? Как ему помочь?

– Я сейчас назначу пару капельниц и некоторые лекарства, – выдал Иван Александрович. – Стас, тебе придётся немного потерпеть, а потом станет легче. Крепись! – он похлопал молодого человека по плечу. – Ты сильный парень, так что справишься. А вы, – врач обернулся обратно к отцу пациента и окинул его взглядом, – больше не спешите и выполняйте строго мои рекомендации. Видите что вышло?!

– Да, хорошо. Я понял, – Виктор Петрович выглядел очень виноватым. – Больше такое не повторится. Мне так жаль….

– Надеюсь, что не повторится. Сейчас отправлю к вам медсестёр, чтобы помогли поменять постельное бельё. Капельницы и лекарство они сейчас принесут. Ждите, – и с этими словами врач ещё раз посмотрел на молодого человека и вышел из палаты.

Стоило ему уйти, отец сразу подошёл к сыну. Он окинул его сочувствующим взглядом и заговорил:

– Сынок, прости, пожалуйста, меня. Мне жаль, что всё так вышло. Мне, правда, жаль, что всё так получилось. Прости меня! – мужчина ласково погладил сына по руке. – Я не хотел, чтобы так всё вышло. Мне даже в голову не приходило, что может такое произойти. Прости! Я больше таких ошибок не допущу. Честное слово, сынок! – он снова погладил сына по руке, продолжая просить у него прощение.

Стас лишь смотрел на отца безразличным взглядом. Ему было сейчас совершенно всё равно на извинения отца. Он даже не злился на него, так как у него не было на это сил. К тому же он ведь сам согласился поесть суп, так что и его вина была тоже. Но в любом случае молодому человеку сейчас было не до этого. Ему было просто очень плохо.

Медсёстры подошли минут через пять после ухода врача. В руках они держали новое постельное бельё, а санитары следом привезли каталку, чтобы было, куда переложить парня, пока меняют постельное бельё.

– Поможете нам его переложить? – обратилась одна из медсестёр к Виктору Петровичу, который стоял в стороне и переминался с ноги на ногу, не зная, чем может помочь и что делать.

– Да, конечно, – сразу согласился отец и подошёл поближе к кровати.

– Встаньте вот здесь, – попросила женщина. – И придерживайте его за шею и плечи. Самое главное, чтобы голова не заваливалась. Всё? Вы готовы? – мужчина положительно кивнул. – Поднимаем, – они только начали его поднимать, как боль в животе стала ещё сильнее. Это заставило Стаса поморщиться.

– Нет, – простонал он едва слышно, но его тут же услышали и остановились.

– Почему, сынок? Что не так? – удивился Виктор Петрович и посмотрел на сына. Но стоило ему взглянуть на парня, как он увидел, что тот морщится от боли. Отец тут же понял, что с сыном что-то не так. – Тебе больно? – спросил он. Станислав в ответ попытался только едва заметно кивнуть, но и это у него не вышло.

– Я сейчас позову врача, – всё поняла медсестра и покинула палату.

Вместе с врачом она вернулась быстро. Тот вновь подошёл к молодому человеку. Иван Александрович окинул пациента внимательным взглядом и начал ощупывать его живот.

– Когда будет больно, подай какой-нибудь знак. Можешь моргнуть несколько раз хотя бы, – попросил врач.

Он продолжал ощупывать живот парня и, когда нажал на одну точку на правом боку, боль стала сильнее. Из уст Стаса сорвался тихий стон, который он не смог сдержать.

– Понятно, – отступил в сторону доктор. Он взглянул на Виктора Петровича, который выжидающе смотрел на него. – Мне нужно будет проверить анализы вашего сына и отвезти его на пару обследований, но есть подозрение, что воспалился аппендикс. Это ещё не точно. Нужно всё проверить, что дать точный ответ.

– Хорошо, – кивнул головой мужчина.

– Переложите его на каталку и везите на МРТ и КТ. Ещё надо бы сделать УЗИ и рентгеновское исследование брюшной полости, – командовал врач. – Всё. Вперёд.

На этот раз никто медлить не стал. Санитары вместе с медсёстрами быстро переложили молодого человека на каталку.

– Всё будет хорошо, сынок, – ободряюще улыбнулся сыну отец, потрепав его по плечу. – Я буду здесь. Не переживай ни о чём!

Глава семейства больше ничего сказать сыну не смог, потому что его увезли. Стасу же было абсолютно всё равно, куда его везут и что с ним делают. Он был готов на всё, лишь бы живот перестал болеть. Поэтому он стойко терпел, когда проводили все необходимые обследования. Парень даже периодически закрывал глаза и немного задрёмывал, но быстро просыпался от различного грохота. Не успел он опомниться, как его привезли обратно в палату. Перекладывать обратно на кровать его не спешили.

– Мы провели все обследования, – сообщил Иван Александрович, пройдя в палату следом за пациентом, которого завезли на каталке. – Да, всё верно, это аппендикс. Его нужно вырезать. Надо делать операцию. Все анализы и обследования это подтвердили.

– Что? – не ожидал услышать такое Виктор Петрович. Он сразу вскочил со стула, где до этого сидел. – Какая операция? Вы о чём?! Вы посмотрите, как ему плохо, – он махнул рукой на сына. – Он еле разговаривает. А что с ним будет после операции… Ему станет лишь ещё хуже. После прошлой операции он впал в кому. А если он снова впадёт в кому?!

– Виктор Петрович, я понимаю, ваши опасения, – вздохнул врач. – Но если не сделать операцию, ему будет хуже, чем вы можете представить. Нужно оперировать! К тому же он вряд ли вновь впадёт в кому, так как в прошлый раз он впал в кому от полученных травм, а они были серьёзные. Эта операция не такая сложная. Я её делал множество раз, и она пройдёт быстро и легко. Волноваться не о чем. В любом случае операцию нужно проводить.

Отец тяжело вздохнул и с жалостью посмотрел на сына. Ему очень не хотелось подвергать сына таким испытаниям, но выбора не было. Станислав тоже перевёл взгляд от врача и взглянул на отца.

– Сынок, ты согласен? Ты не против операции?

Стас, соглашаясь, несколько раз моргнул. Разумеется, он боялся операции, особенно после слов отца, что после прошлой операции он впал в кому, но парень понимал, что выбирать не приходится. Живот ныл очень сильно, и молодой человек понимал, что, если врач говорит, что надо делать операцию, значит надо её делать. Спорить было глупо. Оставалось только согласиться. Врач был профессионалом в этом, и надо было ему доверять. Да и Стас очень сильно хотел избавиться от боли. Операция была необходима!

– Хорошо, – глава семейства опять вздохнул и повернулся обратно к врачу. – Пусть будет по-вашему. Когда операция?

– Не будем долго тянуть. Сейчас сразу и проведу операцию, – моментально сориентировался доктор. – Через полчаса примерно. Нужно всё подготовить. Его тоже подготовьте, – он кивнул медсёстрам и вышел из палаты.

Станислав проводил его взглядом и, когда врач ушёл, сделал глубокий вздох. Он уже рассчитывал, что может расслабиться и заняться восстановлением, но жизнь послала ещё одну трудность и испытание. Это парня уже утомляло, но надо было набраться сил и терпеть дальше. Ведь впереди была операция, а после ещё и восстановление после неё. Нужно было приготовиться и настроиться.

Пока Стаса и саму операционную подготавливали к операции, отец всё время крутился возле сына, пытаясь его поддержать и как-то помочь. Но как бы он не старался, у него это не особо получалось. Молодой человек всё равно очень нервничал, и поделать с этим ничего не мог. И вот наконец-то парня повезли к операционной. Ему сделали какой-то укол, всё закружилось, завертелось и последнее, что он помнил, как ему поднесли к лицу маску, он сделал пару вздохов и отключился.

Станислав уже около двадцати минут лежал на кровати, смотря то на потолок, то на стену, то на отца, который читал книгу. У молодого человека сильно ныл шов, бок, болела спина и шея. Он уже не знал, куда от этой боли деваться. Он пытался отвлечь себя какими-то мыслями, но ничего не получалось.

Парню неимоверно хотелось заговорить и попросить у отца обезболивающее, но он был так слаб, что не мог даже разомкнуть уста и сказать слово. Он мог только смотреть на отца. А тот даже не отрывал глаза от книги, увлечённо читая что-то и не обращая на него внимания. Сын попытался опять приоткрыть рот и позвать его, но безрезультатно.

Глаза молодого человека начали становиться влажными. От беспомощности наворачивались слёзы. Стас уставился в потолок, напрягаясь и пытаясь удержать слёзы. Плакать, когда рядом сидел отец, он не хотел. Казаться слабым перед ним сын не желал. Но вот силы всё же совсем сдали, и по щеке побежала первая слеза.

– Сынок, что такое? – наконец-то взглянул на него глава семейства. Он поспешно отложил в сторону книгу и вытер со щеки парня слезу. – Тебе что-то нужно? – мужчина заглянул в лицо сыну.

Станислав, встретившись взглядом с отцом, уже в который раз попытался приоткрыть рот и сказать хоть что-то, но сил также не было.

– Ты пить хочешь? – спросил Виктор Петрович и положил ладонь ему на плечо. Молодой человек попытался хотя бы отрицательно качнуть головой, если не получалось ничего сказать, но голова даже не шевельнулась. Ему ничего не оставалось, как просто продолжать смотреть на отца, молясь, чтобы он догадался, что ему нужно. – Тебе больно? – всё же догадался мужчина, заметив измученный взгляд сына и слёзы, стоящие в его глазах. Стас поспешно моргнул, пытаясь так сказать «да». – Я тебя понял. Сейчас попрошу для тебя обезболивающее. Я быстро, сынок, – отец ободряюще улыбнулся ему и вышел из палаты.

Станислав проводил его взглядом. Как только отец прикрыл за собой дверь, он с облегчением вздохнул, радуясь, что отец всё же посмотрел на него, понял, что ему надо, и сейчас скоро ему станет легче. Только этого парень и хотел.

Виктор Петрович, выйдя из палаты, сразу направился к медсёстрам.

– Там моему сыну нехорошо. Можете ему, пожалуйста, обезболивающее дать?

– Да, конечно, – кивнула одна из медсестёр. – Я сейчас принесу обезболивающее лекарство. Вы ещё проверьте, пожалуйста, не поднялась ли у него температура. После операций очень часто такое бывает. Лучше это проверить и держать на контроле температуру.

– Хорошо, я проверю, – мужчина взял из рук другой медсестры градусник.

– Я сейчас подойду, – женщина направилась к одному из кабинетов.

Глава семейства ждать её не стал и поспешил вернуться к сыну. Стоило ему пройти в палату, как Стас сразу посмотрел на него, надеясь, что обезболивающее лекарство уже принесли.

– Сейчас обезболивающее принесут, – поспешил успокоить сына отец, заметив его взгляд. Виктор Петрович, подойдя к парню, дотронулся тыльной стороной ладони до его щеки, а потом до лба. Они были очень горячими. – Сейчас надо измерить тебе температуру, – он установил градусник.

Усевшись обратно на стул, мужчина подождал пару минут и, вновь взяв в руки градусник, посмотрел на него.

– Да… Это нехорошо, – пробормотал отец и кинул встревоженный взгляд на парня.

Станислав лишь взглянул на отца. По его возгласу несложно было догадаться, что у него температура. Но сыну дела до этого не было. Ему было самое главное, чтобы боль ушла, а медсестра никак не приходила. И только молодой человек вспомнил её, как дверь открылась и прошла медсестра. Она вколола пациенту обезболивающее и собиралась уже уйти.

Прямо около двери её перехватил Виктор Петрович и начал что-то у неё спрашивать. А парень даже не прислушивался к разговору. Он замер в ожидании, когда боль начнёт уходить. И, прислушиваясь к своим ощущениям, почувствовал, что боль становится меньше и меньше. Ему становилось лучше. Но тут же за место боли он ощутил, что просто весь горит. Его внезапно бросило в жар, в горле стало сухо…. Молодому человеку стало очень жарко.

Сын уже хотел посмотреть на отца, желая попросить у него воды или что-то такое, что поможет ему избавиться от этого жара, как тот положил ему на лоб что-то холодное и очень приятное. Парень даже не успел разглядеть что это. Жар мгновенно немного ушёл, и стало легче. Молодой человек взглянул на отца с благодарностью.

– Так лучше, сынок? – поинтересовался отец. Стас вновь лишь моргнул, пытаясь так что-то сказать. – Это хорошо, – мужчина удовлетворённо кивнул и, ещё раз смочив полотенце, которое парень на это раз смог разглядеть, в тазике, продолжил смачивать лоб сына. – Прости, что сразу не понял, что с тобой что-то не так и не заметил этого. Я должен был это заметить. Извини.

Сын попытался приоткрыть рот и сказать отцу, что ничего страшного, и он его не винит, но у него не получилось издать ни звука.

– Ничего не говори. Просто расслабься и отдохни.

Станислав около минуты смотрел на отца, который продолжал держать холодный компресс у него на лбу, помогая сыну немного избавиться от жара. От прохладных рук отца на плече и лбу, а также от мокрого полотенца ему стало гораздо легче. Холодные руки отца успокаивали его и помогали расслабиться. Молодой человек слегка прикрыл глаза, давая себе возможность полностью расслабиться. И вот лежа с холодным компрессом на лбу он медленно погрузился в воспоминания.

«Шесть лет назад»

Стас быстрым шагом шёл по лесу. Звонко щебетали птицы, приятно шелестели листья…. Но парень шёл быстро, не обращая ни на что внимания. Ему хотелось скорее завершить эту прогулку по лесу и добраться до озера, где родителям захотелось устроить пикник. Они смогли его уговорить пойти с ними на пикник летом. Сын пытался отказываться и говорил, что хочет погулять с друзьями, но они всегда умели его уговаривать. И вот сейчас у них опять это получилось. Молодому человеку пришлось сдаться и пойти с ними на пикник. И он лишь хотел скорее пройти по этому лесу. Леса он не любил и предпочитал держаться от них подальше. Но ради родителей ему пришлось зайти в этот лес, чему парень был совсем не рад.

Станислав сделал очередной шаг и угодил прямо в грязь, испачкав немного джинсы и сами кроссовки.

– Ну, что такое?! – заворчал молодой человек и начал пытаться чистить джинсы, не желая ходить в грязной одежде. – Ненавижу леса!

– А ты не беги так, сынок, – улыбнулся Виктор Петрович, когда они наконец-то догнали сына. – Иди не спеша и смотри под ноги. Как мы. Тогда и не наступишь на грязь или лужу.

– Ага…. Как тут идти медленно, когда тут эти… – Стас резко стукнул по руке, прихлопнув комара, – кровососы. Достали уже! Только остановишься, а они тут же пытаются тебя сожрать. И как они ещё вас не сожрали…. Вы идёте так медленно….

– На нас они почему-то не садятся, – развела руками мама.

– Видимо, им твоя молодая кровь пришлась по вкусу, – пошутил глава семейства и засмеялся. Лариса Викторовна тоже засмеялась от слов мужа.

– Очень рад! Да что ж такое…. – парень прихлопнул очередного комара. – Пойдёмте уже быстрее, – он вновь двинулся по тропинке, желая уже пройти этот ужасный лес.

– Не спеши так, Стасик, – попыталась притормозить сына мама. – Ты лучше посмотри по сторонам. Как тут красиво! Оглядись хотя бы!

– Не собираюсь смотреть по сторонам, – отрезал Станислав. – Остановлюсь, а они тут же набросятся на меня и попытаются сожрать. Эти кровососы…. Ненавижу леса!

– Сынок… – только смог проговорить мужчина и вновь засмеялся.

– Смейся, смейся, – отмахнулся от отца молодой человек. – Вот сейчас я уйду подальше, и они нападут на тебя. Так смеяться уже не будешь!

Родители переглянулись и опять засмеялись. Сын кинул на них недовольный взгляд и пошёл ещё быстрее, уже жалея, что вообще согласился пойти на пикник.

Вспоминая сейчас это, Стас жалел, что тогда не ценил этот прекрасный момент. Он не обращал внимания ни на эту красоту, что была рядом с ним, ни на то, как тогда всё было хорошо. Он замечательно ладил с родителями, у него было много друзей и…. Всё было просто замечательно! От этих воспоминаний сердце парня защемило, но он продолжал погружаться в воспоминания.

И вот ему начало казаться, что он сейчас там, в лесу, в своём шестнадцатилетнем теле рядом с родителями. Ему вспоминалась вся эта красота, что была в тот день. Вот он посмотрел наверх, любуясь кронами таких красивых зелёных деревьев. Он смотрит по сторонам, кружится, желая разглядеть получше деревья и небо, что спряталось за ними. На его лице сияет счастливая улыбка и ему так хорошо…. Он может идти, спокойно двигается, ловко передвигается. Свежий воздух, шелест листьев, пение птиц…

В этот момент молодой человек почувствовал, что отец убрал с его лба холодный компресс и свои руки. Это мгновенно вырвало его из таких приятных воспоминаний. Он нехотя приоткрыл глаза и посмотрел на отца. Тот тоже внимательно смотрел на него. Когда отец встретился взглядом с сыном, он спросил:

– Теперь тебе лучше?

Станислав слегка кивнул и это впервые у него получилось. Конечно, кивок вышел совсем слабым и незаметным, но это уже был большой шаг. Парень тут же этому обрадовался. Отец кивок заметил, и его губы расплылись в радостной улыбке.

– Давай немного попей, – мужчина взял с тумбочки стакан с водой. – Пока у тебя температура, тебе надо пить побольше, чтобы её сбить.

Сын послушно выпил воду, полностью опустошив стакан. Теперь и во рту Стаса больше не было так сухо.

– Прекрасно! – глава семейства вернул стакан на место. – Теперь попытайся уснуть. Тебе надо отдохнуть.

Молодой человек спорить даже не пытался. Он закрыл глаза, хотя был уверен, что уснуть не сможет. Но теперь ему было ещё лучше и парень, расслабившись, быстро уснул. Виктор Петрович же продолжал вглядываться в лицо сына. И, смотря на него, тоже погружался в воспоминания.

«Два месяца назад»

Мужчина сидел рядом с кроватью сына, изучая его лицо. Ссадины и побои на лице успели зажить, но голова была также перевязана, шейный бандаж всё ещё не убирали, а руки и ноги были также в гипсе. Парень был очень бледным. Дышать самостоятельно он немного мог, но ему всё же помогал с этим носовой ингалятор. Трубки, катетеры и зонд тоже оставались на своём месте.

Отец тяжело вздохнул и дотронулся до щеки сына. Никакой реакции!

– Сынок, ну, очнись, пожалуйста, – попросил он. – Пожалуйста, приди в себя. Нам очень тебя не хватает! Мы так скучаем…. Я так скучаю по тебе…

– Виктор Петрович, можно вас на секунду? – заглянул в палату Иван Александрович.

– Да, конечно. Я скоро вернусь, сынок, – глава семейства провёл рукой по щеке Стаса и покинул палату. – Что такое? – он посмотрел на врача. – Есть какие-то изменения?

– В том то и дело, что нет. Совершенно никаких изменений. Плавающие движения глазных яблок, повышенный мышечный тонус, нет цикла сон-бодрствование…. И так длится уже долгое время! Он до сих пор не очнулся, и мы опасаемся, что он, скорее всего, больше не придёт в себя. Он ни на что не реагирует! Никакой реакции! Мы хотим вас подготовить к тому, что ваш сын либо не очнётся вовсе, либо очнётся, но до конца своей жизни будет овощем. А это, мне кажется, тоже не очень хорошо! Для него же самого! Мы не можем давать никаких хороших прогнозов. Слишком тяжёлый случай и мы предлагаем….

– Нет! – сразу отрезал мужчина, даже не став дослушивать врача. – Этого не будет! Я не позволю! Мой сын очнётся. Он придёт в себя и с ним всё будет хорошо. Я это точно знаю! И я не позволю его отключить от аппаратов жизнеобеспечения. Он будет в порядке! Я это точно знаю! И он очнётся…. Нужно только больше времени.

– Но, Виктор Петрович… – хотел начать спорить Иван Александрович.

– Нет, этого не будет! – стоял на своём отец. – Даже не говорите ничего. С ним всё будет хорошо!

– Хорошо, ладно, – отступил врач. – Мы продолжим наблюдать за его состоянием и надеяться, что он очнётся. Не буду вам мешать, – и поспешил удалиться.

А глава семейства вернулся в палату. Он подошёл к кровати и рухнул на колени.

– Боже, пожалуйста, – взмолился Виктор Петрович, взяв ладонь сына в свою ладонь и слегка сжав её, – прошу Тебя, спаси его. Помоги ему очнуться! Я не могу его потерять. Умоляю Тебя, смилуйся! Смилуйся над ним! Спаси его…. – и мужчина продолжил свою горячую молитву за сына. Он не терял веру ни на секунду и точно знал, что Бог силен, спасти Стаса и с ним всё будет хорошо.

Отец улыбнулся, продолжая смотреть на сына. Бог всё же смиловался над Стасом, и вот он очнулся и с каждым днём всё больше и больше восстанавливается и приходит в норму. Глава семейства не сомневался, что ещё немного и сыну будет ещё лучше. Сегодня он смог кивнуть головой, а может быть завтра сможет лучше говорить. А потом будет вообще болтать с ним и мамой. И всё будет замечательно!

Мужчина еле удержался, чтобы не взять ладонь сына в свою ладонь, как тогда. Он вовремя остановился. Будить сына и беспокоить его Виктор Петрович не желал. Поэтому он взял в руки книгу и продолжил читать, желая себя чем-то занять.

Стас смотрел по сторонам. Со всех сторон от него было то самое жуткое пекло. Огонь…. Он был опять в аду.

– Нет, нет! – закричал что есть мочи парень. – Только не опять! Только не опять сюда. Пожалуйста, Боже! Я не хочу…. Умоляю Тебя не надо! Пожалуйста! Господи!

Ему опять стало очень жарко. Эти языки пламени окружали его столбом, и он не мог никуда деться. Было лишь это пламя и он.

– Аааа! – заорал от боли Станислав. – Пожалуйста! Не надо! Мам, пап…. Кто-нибудь спасите! Спасите меня! Умоляю! Прошу!

Но его никто не слышал. Это пламя жгло его тело, причиняло сильную боль. Но сильнее были страх, отчаяние, тоска, паника…. Он снова попал в ад!

– Нет, нет…. Это неправда…. Я не тут, – зашептал молодой человек и закрыл лицо руками. – Я просто сплю. Проснись! Проснись! Проснись!

– Проснись! – словно раздался чей-то крик рядом.

Стас вздрогнул всем телом и распахнул глаза. Вокруг было темно. Парень не мог понять, где находится. Он всё ещё в аду или нет?! Молодой человек в панике смотрел по сторонам, ничего не понимая. Его дыхание стало тяжёлым, учащённым…. Что происходит?! Где он?!

– Сынок, сынок, что такое? – вмиг оказался рядом с сыном Виктор Петрович. – Ты чего это? – он внимательно вглядывался в лицо сына и его широко раскрытые от ужаса глаза. – Всё хорошо. Всё в порядке. Ну, что с тобой такое? Что случилось? Что не так? У тебя что-то случилось? Что-то болит? – засыпал он вопросами парня. Станислав в ответ слегка качнул головой, начиная успокаиваться. Он всё ещё в больнице рядом с отцом. Всё было хорошо! Ад лишь приснился ему.

Мужчина продолжал вглядываться в лицо сына, не понимая ничего. Он дотронулся до его лба, желая проверить горячий ли лоб. И сразу почувствовал, что сын был весь мокрый. Вся его голова от этого страшного и жуткого сна вспотела и была мокрой.

– Ну, ты чего, сынок? – удивлялся отец. – Сейчас. Потерпи немного, – он взял полотенце и начал заботливо протирать лицо сына. – Всё хорошо. Что ты так разнервничался? Всё в порядке.

Стас какое-то время вглядывался в лицо склонившегося над ним отца. Когда тот полностью протёр его лицо и немного шею и довольный отстранился, парень позволил себе вновь закрыть глаза. Несмотря на этот кошмар, что ему приснился, его клонило в сон. И он мгновенно уснул, оставив удивлённого отца без ответа, что же с ним такое случилось во сне, что он так перепугался. Отцу оставалось лишь гадать, что это было. А сын на этот раз спокойно уснул и погрузился в другой более приятный сон.

– Давай ещё пару ложек, – Виктор Петрович кормил сына лёгким бульоном. – Вот. И ещё….

– Нет, всё хватит, – отрезал Станислав, слегка отвернув голову в сторону. – Я больше не хочу.

– Ладно, как скажешь, – не стал настаивать отец. – Ну, ты хотя бы немного съел. Это уже хорошо. Врач предупреждал, что пока такой сильный аппетит у тебя не будет и тебе достаточно немного есть. Хотя бы ты стал нормально питаться.

– Ага, – безразлично проговорил молодой человек.

Мужчина отставил в сторону тарелку с бульоном, надеясь, что потом сын ещё захочет поесть. Стас уже начал немного кушать, но лёгкую и простую еду, вроде бульона, йогурта, всяких каш…. Какую-то еду, чтобы надо было долго жевать, парню пока не давали. Но это уже был большой прорыв, ведь недавно он вообще ничего не ел, и его кормили через назогастральный зонд. И вот он начал немного кушать, чему родители были очень рады.

– Как ты вообще, сынок? – спросил отец, положив ладонь на плечо сыну.

– Спроси это у меня, когда я хотя бы двигаться смогу, – пробубнил тот.

– Ну, ты уже можешь немного поворачивать голову и кивать или качать головой, а это уже замечательно, – не терял оптимистичный настрой глава семейства. – Совсем недавно ты даже это сделать не мог, а уже получается. Совсем скоро ещё больше двигаться сможешь. Так что думай только о хорошем.

– Ага. Прямо вообще круто. Повернуть голову могу, – продолжал хмуриться парень. – Здорово!

– Ну, не хмурься, сынок, – Виктор Петрович потрепал сына по волосам и улыбнулся. – Всё будет хорошо! Не надо думать о плохом и расстраиваться. С таким настроем ты быстрее поправиться не сможешь.

– Ничего. Твоего настроя хватит на нас двоих! – усмехнулся молодой человек, окинув взглядом отца.

– Могу поделиться, – засмеялся мужчина. – Мне не жалко.

Стас на это отвечать ничего не стал, лишь слегка улыбнувшись. Его радовало, что он может уже говорить, но эта беспомощность и невозможность самостоятельно сесть или пошевелить рукой, ногой – очень сильно били по парню. Он сесть мог только с помощью родителей, а из-за наставления врача они стали чаще заставлять его сидеть и бережно придерживали его, пока он сидел. Сам молодой человек не мог даже спину держать. Да что там спину…. Он даже шею самостоятельно не мог держать. У него просто не получалось приподнимать голову, сколько бы он не пытался.

Родители всё также поили его, приподнимая голову, но уже начинали давать ему воду через соломинку. Правда, для этого сыну тоже немного надо было приподнимать голову, что также ему помогали сделать родители. А, когда кормили парня, они по-другому усаживали его, чтобы он был в приподнятом состоянии. Так Станиславу было немного удобнее, и он мог дольше сидеть в такой позе, но невозможность самостоятельно кушать тревожила его. Ему не очень нравилось, что родители постоянно его кормили. Это напрягало молодого человека. Конечно, их забота была ему приятна, но когда они его кормили, он ощущал себя ещё беспомощнее. А чувствовать себя таким беспомощным рядом с родителями ему не нравилось.

И вот сейчас отец опять его кормил, и Стас почувствовал себя каким-то беспомощным рядом с ним. И это заставило парня немного напрячься, из-за чего он не мог расслабиться и спокойно общаться с отцом.

– Сынок, может, ты что-то спросить хочешь? – заговорил отец, желая продолжить разговор и видя, что сам сын молчит. – Мы так долго не могли поговорить, и ты сам не мог ничего сказать. И вот ты сегодня, наконец, спокойно можешь говорить…. Может у тебя есть какие-то вопросы или ты что-то хочешь сказать? Мне самому было очень сложно от того, что я не мог с тобой пообщаться. Я очень рад общению с тобой. Хочешь что-то узнать или может тебе что-то рассказать? Или тебе вдруг что-то нужно…. Ты только скажи.

– Да, на самом деле я хочу кое-что спросить, – кивнул молодой человек.

– О! Замечательно! – обрадовался Виктор Петрович. – Спрашивай.

– Три месяца назад, когда я впал в кому… – Станислав запнулся. Глава семейства не перебивал и внимательно смотрел на сына, заинтересовавшись, что он хочет спросить. – Что тогда случилось? Что со мной случилось? Последнее что я помню это, что мы ссорились, потом темнота и… – он опять запнулся.

Перед его глазами возник ад, но про него парень рассказать отцу просто не мог. Ведь он помнил свои слова об аде, что он тогда сказал отцу и что тот ему говорил. Молодой человек очень боялся, что отец начнёт его ругать и упрекать в том, что он его тогда не слушал и чуть не попал в ад на вечные мучения. Да, Стас понимал, что заслуживает это, но выслушивать от отца такое был не готов. Ему от одной мысли об аде было страшно, и вспоминать его было не по себе. А рассказывать такое и слышать от отца, что он был не прав и терпеть, как тот его ругает…. Парень был не в силах. Он знал, что это не выдержит. Поэтому поспешил замолчать.

– …и… – отец ожидал от сына продолжения, с интересом смотря на него. – Что было?.. Что ещё ты помнишь?

– …и я очнулся! – завершил предложение Стас, упустив рассказ об аде.

– Больше ничего? – не смог скрыть своего удивления глава семейства.

– Нет, – соврал парень.

– Ладно. Тогда я всё расскажу, – мужчина вздохнул и приступил к рассказу. Было видно, что ему тяжело всё это вспоминать и тем более рассказывать. – Да, всё верно, ты поссорился с нами и ушёл. Ты собирался куда-то. Как я понял, позднее ты сел в такси и куда-то поехал. Когда ещё ты был дома, мы пытались тебя остановить, мы не хотели, чтобы ты уходил, но у нас ничего не вышло. Ты ушёл…. И там, на дороге, случилась такая авария… – он запнулся и вновь вздохнул, опустив глаза вниз. Вспоминать это ему было всё труднее и труднее. – Многие погибли. Одна из машин влетела прямо в твоё такси. Удар был сильным! Он пришёлся лоб в лоб. Ты сильно ударился и очень пострадал…. Если бы не ремень безопасности, всё было бы ещё хуже. Хорошо, что ты пристегнулся тогда. Но твой диагноз и без этого был жутким: закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга тяжелой степени с формированием гематом и кровоизлияниями. Тебе пробило голову, отбило лёгкие, сердце…. Ты получил семь переломов костей таза и боковой массы крестца справа. Во время операции, когда боролись за твою жизнь, у тебя остановилось сердце. Тебя спасли и всё обошлось. Слава Богу! Но ты впал в кому второй степени. Вроде бы…. Я в этом не очень понимаю. Ещё ты во время аварии сломал пару ребер, ноги были сломаны, одну руку сломал… Короче тебя сильно поломало! Уже, конечно, вроде всё зажило, но из-за комы… Из-за комы и из-за того, что после того, как ноги зажили, они были в неподвижном состоянии, могут быть трудности. По крайней мере, на правой ноге кости немного неправильно срослись вроде как…. В любом случае понять, что делать, можно будет только после того, как ты встанешь на ноги. А на это нужно время!

– Понятно, – ещё сильнее нахмурился сын. Эти новости его совсем не радовали.

– Но ты не переживай, сынок, – глава семейства положил ладонь ему на плечо. – Мы обязательно справимся. Мы тебе во всём поможем. Ты можешь ни о чём не переживать. У тебя есть мы, и мы поможем!

Молодой человек лишь слегка кивнул головой, но отвечать ничего на слова отца не стал. Он, правда, до этого не помнил о том, как садился в такси и куда-то ехал. Это совершенно вылетело из головы парня, но стоило отцу это рассказать, как Стас вспомнил ту жуткую боль, что охватила его, когда был ещё в такси. И потом ад…

Станислав покачал головой, не желая сейчас думать про ад. Думать о нём парню совершенно не хотелось. Это было слишком больно, тяжело и страшно. Лучше было думать о чём-то другом. И он под внимательным взглядом отца, который наблюдал за каждым его движением, начал лихорадочно придумывать, чтобы ещё такого спросить. И, к счастью, придумать это он смог быстро. Молодой человек уже давно хотел это спросить, и его давно это тревожило.

– Пап, а я уже давно хотел спросить, а что там с моей учёбой? И ещё работой? Я ведь столько времени пробыл в коме…. Меня, надеюсь, не исключили? – спросил, наконец, Стас, и в его голосе прозвучали взволнованные нотки. Эти две темы очень его тревожили.

– Так это тебя тревожило, – наконец-то смог понять мужчина. Его губы растянулись в лёгкой улыбке. – Понятно. И как я сразу не догадался, что тебя это тревожит…. Можешь не переживать, сынок. Всё хорошо! Я в институте обо всём договорился и взял тебе академический отпуск. Как только ты поправишься, продолжишь учиться. Так что всё будет хорошо! А насчёт работы… ты сейчас на больничном. Хотя, если честно, я хотел вообще твои документы оттуда забрать, но мама настояла, чтобы я этого не делал. Когда ты поправишься, если вдруг поймёшь, что возвращаться туда и работать там дальше не хочешь, то уже сам заберёшь документы. Так что можешь не переживать! Всё под контролем.

– Ага! Не переживать… – парень передразнил отца и скривился.

– А что не так? – не понял глава семейства, окинув сына непонимающим взглядом. Его странную реакцию он не понял. – Всё же вроде хорошо.

– Ничего нехорошо! – отрезал Станислав. – Я три месяца провёл в коме. Столько пар пропустил и теперь… Как я смогу всё это наверстать?! Я лично без понятий… Не уверен, что после стольких пропущенных пар и упущенных знаний, я справлюсь.

– Ты справишься, сынок. Я помогу, мама поможет… Мы прорвёмся! Всё будет хорошо!

– Ага, – фыркнул молодой человек.

– Не волнуйся так, сынок, – успокаивал его Виктор Петрович. – Тебе сейчас точно надо не об этом переживать. Сначала ещё немного восстановись, а потом уже будешь думать об учёбе. Но так переживать точно не надо. Тебе это сейчас и нельзя! Не думай пока об этом, хорошо?

– Это тебе легко говорить! Не ты ведь столько месяцев пропустил и столько знаний потерял, а я…. И не уверен, что….

– Так, сынок, хватит, – не дал договорить мужчина. – Перестань, пожалуйста. Я тебя хорошо знаю и точно уверен, что ты справишься. Ты умный парень, и уверен, что преподаватели тебя так мучить не станут. Они войдут в ситуацию и помогут тебе. Оценки точно поставят, если ты хотя бы немного всё подучишь и будешь что-то знать. Совсем без знаний ты не останешься!

– Меня не устраивает какая-то оценка! – не желал успокаиваться Стас. – Я вообще-то хочу….

– Сынок, прошу тебя, перестань! Всё хорошо! Не нервничай так. Сделай глубокий вздох и перестань переживать. Всё обязательно будет хорошо! Тебе дадут время всё сдать. Все в курсе, в какой сейчас ты ситуации. Там не звери и не станут тебя терзать. Ты всё сдашь и получишь диплом. Сейчас у тебя одна забота: восстановиться и встать на ноги. А потом уже всем остальным займёшься. Только успокойся, пожалуйста. Не хватало, чтобы у тебя от нервов, пропал аппетит. Ты итак похудел сильно. Тебе надо наоборот хорошо кушать, набирать вес и поправляться. Понял меня?

– Ладно, – парень сделал глубокий вздох. Слова отца подействовали, и ему стало чуточку спокойнее. В любом случае отец точно был прав, и сейчас об этом лучше было не думать. – Хорошо. Ты прав.

– Так-то лучше, – остался доволен глава семейства.

Около минуты сын молчал, погрузившись в свои мысли, а потом поинтересовался:

– Пап, а как там Буся? Она в порядке, надеюсь? С ней всё хорошо?

– Очень скучает по тебе, – с улыбкой на губах выдал отец. – В первый месяц вообще почти не ела. Переживала за тебя и не понимала, куда ты делся. Мы её с трудом уговаривали кушать. Она ела очень редко и лишь когда совсем голодная была. Потом через месяц немного успокоилась и стала кушать чаще. Но всё равно она грустная. Сидит, не играет, не разговаривает, не урчит, не мурчит…. Ничего не хочет. Вкусности всякие ей предлагаем, а она не хочет. Играть тоже не хочет. Скучает по тебе! Да, любит она тебя очень сильно.

– Бедняжка, – вздохнул парень. – Но увидеться мы точно нескоро сможем.

– Ну, мы можем сделать кое-что другое, – мужчина загадочно улыбнулся.

– Что?

– Мы можем устроить звонок по видеосвязи. Мама из дома позвонит по видеосвязи нам. И ты сможешь увидеть Бусю, и она услышит твой голос. Может немного оживится! Думаю, будет здорово.

– Да, это будет очень круто! – оценил Стас и улыбнулся.

– Значит, точно сделаем этот звонок, – решил Виктор Петрович.

В палате опять повисла тишина. Станислав задумался о Бусе и о том, как она скучала по нему и волновалась. И с каждой минутой, думая о кошке, ему всё больше и больше хотелось её увидеть. Глава семейства задумчиво смотрел на сына, не решаясь задать один вопрос, который его очень беспокоил. Но вот он всё же решился, придвинулся к сыну и заговорил:

– Сынок, а я уже давно хотел у тебя спросить… – начал отец. Стас повернул к нему голову. – Скажи, пожалуйста, а ты помнишь что-то из того, что мы тебе говорили, когда ты был в коме? Мы с тобой постоянно разговаривали, много всего тебе рассказывали, говорили…. Ты что-то слышал?

Парень отрицательно покачал головой. Он что-то слышать в принципе не мог, так как помнил только ссору с родителями и ад. Теперь ещё он вспомнил аварию, но всё остальное…. Нет!

– Жаль, – немного расстроился мужчина. – Ну, ничего страшного. Мы можем всё теперь тебе рассказать. Сейчас ты хотя бы можешь говорить и что-то отвечать. Или спрашивать. А это замечательно. А хочешь, я расскажу, как…

– Пап, на самом деле, я устал и больше не хочу говорить, – поспешил прервать разговор Станислав. Он, и правда, почувствовал усталость, а по энтузиазму отцу, понял, что разговор будет длиться долго. К этому парень был не готов и долго что-то обсуждать не особо хотелось. Сейчас после всего услышанного ему хотелось немного погрузиться в свои мысли, поразмышлять и ничего не говорить. – Я хотел бы послушать аудиокнигу. Можно?

– Да, конечно. Хорошо, – не стал спорить Виктор Петрович и полез за наушниками и телефоном. – Аудиокниг я уже много закачал. Начать с первой?

– Да, давай, – подтвердил молодой человек. Сейчас он как никогда был рад, что вчера попросил отца накачать аудиокниг. И вот теперь ему было чем заняться. А самое радостное было то, что он мог говорить и если что имел возможность попросить выключить аудиокнигу, если ему надоест слушать её или он решит отдохнуть.

– Если устанешь слушать аудиокнигу, ты только скажи, – проговорил отец и надел на сына наушники. – Всё. Включаю. А я пока почитаю.

Парень кивнул, и мужчина включил аудиокнигу. Стас слегка прикрыл глаза, расслабляясь. В ушах зазвучал приятный голос, и молодой человек начал медленно погружаться в свои мысли.

Парень лежал на кровати, уставившись в потолок. В наушниках играла музыка. Он слушал её уже около получаса и ему это изрядно надоело. Стас перевёл взгляд на отца, который читал книгу, и заговорил:

– Пап, можешь, пожалуйста, выключить музыку?

Виктор Петрович сразу оторвался от книги и повернул голову к сыну.

– Ага, хорошо, – он снял с сына наушники и выключил музыку. – Если решишь ещё послушать музыку, говори.

– Вообще я хочу есть, – выдал парень, почувствовав сильный голод. Его живот противно заурчал. – Я сейчас не отказался бы от того супа, что ты мне предлагал недавно.

– Это замечательно! – заметно обрадовался отец, радуясь, что у сына появляется аппетит. – Сейчас подогрею его. Пару минут и всё будет готово. Подожди немного.

– Ага, жду. Куда я денусь? – на лице Станислава появилась лёгкая улыбка.

Мужчина отложил в сторону книгу. Достав из холодильника суп, он несколько минут подогрел его в микроволновке. Немного попробовав и убедившись, что суп не слишком горячий, глава семейства вернулся к сыну. Он немного приподнял парня, устроил поудобнее и приготовился кормить. Отец, взяв в руки тарелку с супом, поднёс поближе ко рту сына и уже хотел зачерпнуть немного ложкой и дать ему, как тут тарелка случайно накренилась. Её содержимое полилось прямо на грудь и живот Стаса. Несмотря на то, что Виктор Петрович проверял, чтобы суп был не слишком горячим, он был немного горячим. И стоило ему политься на молодого человека, как тот тут же зашипел от боли.

– Что ты творишь?! – прорычал парень, морщась от боли. Мало того, что было немного больно, так ещё неприятно от того, что отец пролил на него суп, а он даже не мог ничего сделать, ведь не двигался. Станислав в тот же миг вновь ощутил свою беспомощность.

– Прости, пожалуйста, сынок. Прости! – мужчина быстро поставил тарелку на тумбочку, схватил полотенце и начал протирать живот и грудь сына.

– Больно вообще-то! – воскликнул Стас, продолжая морщиться и наблюдать, как отец вытирает его. Это было ещё более унизительно и неприятно.

– Прости, сынок, я не хотел. Правда, не хотел, – извинялся глава семейства, не останавливаясь и схватив с тумбочки упаковку влажных салфеток. – Прости, пожалуйста! Это случайно вышло….

– Если ты не в курсе, то я просто двигаться не могу. Чувствительность у меня в порядке, – выражение лица молодого человека стало недовольным. Он больше не морщился, так как отец вытер его насухо, но теперь чувствовал себя каким-то униженным. Униженным настолько, что гнев и недовольство он сдерживать не мог….

– Сынок, прости меня, пожалуйста, – отец на всякий случай протёр сына влажными салфетками и заново насухо полотенцем. – Мне так жаль…. Прости, пожалуйста. Ты только не злись! Я не хотел….

Парень пробурчал что-то нечленораздельное и отвернул голову в сторону, что есть силы, сжимая зубы от злости. Он с трудом сдерживал себя, чтобы не налететь на отца и не начать с ним ссориться, что ему очень сильно хотелось сделать. Мало того, что отец из-за своей неаккуратности едва не обжёг его, так ещё и сильно унизил. Понятное дело, что сын злился. Он просто не мог не злиться. И сейчас он даже смотреть на отца не хотел, не то чтобы его слышать.

Виктор Петрович какое-то время копошился, выкидывая салфетки и убирая грязное полотенце, а также доставая новое чистое и сухое полотенце. Только после этого он сел обратно на своё место. Глава семейства кинул взгляд на тарелку, где ещё оставался суп, на недовольного парня и неуверенно подал голос:

– Сынок, давай может, ты всё же поешь? Ты же так и не поел, когда я…. Покушаешь? Ты же голодный. Я буду аккуратно. Честно!

– Ну, уж нет, – скривился Стас. Аппетита у него уже, и правда, не было. Он был слишком недоволен, чтобы сейчас что-то есть. Тем более из рук неаккуратного отца! Молодой человек не хотел, чтобы отец унизил его ещё больше своей неаккуратностью. – Обойдусь! Мне уже не хочется.

– Сынок, да ладно тебе, – мужчина потрепал сына по плечу. – Ну, я же, правда, случайно. Я ведь не хотел…. Это случайно вышло! Не злись.

– Посмотрим, как бы ты отреагировал, если бы не мог двигаться и на тебя вылили тарелку горячего супа, – фыркнул Станислав. – Я уже наелся. Спасибо огромное!

– Сынок…. – Виктор Петрович тяжело вздохнул и замолчал. Он пару минут окидывал взглядом сына, опять посмотрел на тарелку с супом, на парня и, не зная, как искупить свою вину, ещё более неуверенно проговорил: – Сынок, ну, если тебе больно, хочешь, я попрошу для тебя какое-то обезболивающее или что-то вроде этого… Какую-то мазь… Не знаю, может, тебя успело обжечь. Я ведь не знаю, что ты чувствуешь…. Хочешь?

– Себе оставь. А от меня отвали, – грубо брякнул молодой человек, покосившись на отца. – И без тебя тошно! Достал уже…

– Чем я тебя достал, сынок?

– Он ещё спрашивает… – закатил глаза Стас, как будто это было само собой разумеющееся. – Да ты вечно то пытаешься мне что-то рассказывать, на что мне просто наплевать, то втягиваешь меня в свои глупые разговоры. Достал!

– Сынок, ну, что ты?.. – заметно расстроился мужчина от слов сына.

– А что не нравится?! – нахмурил брови парень. – Думаешь, мне нравится лежать тут, не имея возможности двинуться и слушать твою болтовню? Думаешь, мне хорошо?! Думаешь, мне это интересно слушать? Мне нет дела до твоей болтовни. Я уже по горло сыт ей! А когда я не мог говорить, ты целыми днями болтал. Хотя бы сейчас могу надеть наушники и спокойно послушать музыку или аудиокнигу, но я не могу лежать в наушниках целый день. А ты всё болтаешь и болтаешь… Достал! Сколько можно болтать?!

– Но я думал, что тебе скучно, и просто хотел…

– Ты всегда просто хочешь, но только раздражаешь меня, – перебил отца сын, даже не дав ему договорить. – Твоя болтовня мне точно не помогает! Она ничем не способна помочь. Только раздражает! И ты меня раздражаешь! Видеть тебя уже не могу….

– Сынок, ну, ладно тебе…. Ну, что ты?.. Успокойся! Понимаю, что тебе тяжело, но… Я же ведь просто….

– Не надо меня успокаивать! Тебе не понять каково мне. И даже не смей говорить, что понимаешь, как мне тяжело. Сомневаюсь, что у тебя хоть раз в жизни было такое, что ты не мог двигаться. У тебя точно такого не было!

– Да, у меня такого не было, – не стал спорить глава семейства. – Но всё же….

– Вот именно, у тебя такого не было, – оборвал его молодой человек. – Вот и не лезь в то, чего не понимаешь! Ты ещё и пытаешься издеваться надо мной и пользоваться тем, что я не могу ничего сделать. Как же ты достал….

– Сынок, ну, я же, правда, случайно пролил на тебя суп, – выражение лица Виктора Петровича было виноватым. – Ну, прости, пожалуйста!

– Да не о нём сейчас речь!

– А о чём тогда? Сынок, я вовсе не пытаюсь издеваться над тобой. Что ты такое говоришь? Я тебя вообще не понимаю. В чём дело? Что такое, сынок?

– Ты пользуешься тем, что я не могу двигаться для своей выгоды! – даже слегка повысил голос Стас. – Ты даже не позвал моих друзей. Пользуешься моментом специально, чтобы я не мог с ними общаться. И по-любому просто не пускаешь их ко мне! Лишь бы не видеть их рядом со мной и не давать им общаться со мной, да? Верно, говорю, пап?! Лишь бы самому общаться со мной! И это, по-твоему, не издеваюсь?!

– Я их звал, сынок.

– И где же они тогда? – посмотрел по сторонам Станислав, делая вид, что ищет глазами друзей.

Отец лишь опустил голову и молчал. Парень пару минут смотрел на него, ожидая ответа. Но ответа никак не было, что заставило его злиться ещё больше. Он не понимал, почему отец молчит? Он что врёт, что звал их?! На отца это было не похоже. Молодой человек должен был добиться правды.

– Где?! – Стас повторил свой вопрос ещё громче.

Мужчина медленно поднял глаза и посмотрел на сына с жалостью. Как только парень поймал взгляд отца и увидел его выражение лица, тут же всё понял и замер. Они просто не захотели прийти! В этом всё было дело!

– Мне очень жаль, сынок, но, когда я им позвонил, они отказались прийти, – с трудом выдавил из себя глава семейства. – Мне очень жаль. Они не захотели увидеть тебя!

Дыхание Станислава просто перехватило от слов отца. Он отказывался в это верить! Он отвёл взгляд от мужчины и уставился в потолок, пытаясь осмыслить слова отца. Виктор Петрович продолжал смотреть на сына с жалостью, понимая, как ему сейчас тяжело. Он потрепал сына по плечу, желая так его утешить, но молодой человек даже ничего не почувствовал, слишком погруженный в себя.

Ему просто не верилось, что друзья так с ним поступили. Они ведь не способны на такое…. Нет! Это неправда. Отец врёт! Но зачем ему врать? К тому же он так смотрел… И ему самому было сложно это говорить. Он не мог врать. Это была правда. И от этого ему было ещё больнее. Он вспоминал, как ухаживал за друзьями и заботился о них, когда они были в больнице. А когда помощь понадобилась ему, они просто бросили его. Молодой человек сильно сжал зубы, сдерживая внутри боль, что так и рвалась наружу.

Глава семейства всё также с жалостью смотрел на сына, не зная, как может поддержать его или помочь ему. Внимательно смотря на парня, он постепенно вспоминал, как тогда звал его друзей.

«Три месяца назад»

Стас чуть больше недели назад только впал в кому. Время шло, а он никак не приходил в себя. Родители чуть ли не целыми днями пытались с ним разговаривать, надеясь, что это сможет привести сына в сознание, но ничего не помогало. Тот также пребывал в коме.

– Сынок, ну, что же ещё ради тебя сделать?.. – вглядывался в лицо сына растерянный отец. Он уже не знал, что предпринять, чтобы тот очнулся. – Когда же ты очнёшься? Очнись, пожалуйста. А может быть… – мужчина задумался. – Сынок, я позову твоих друзей. Вы же были так близки. Может быть, когда они поговорят с тобой, ты придёшь в себя. Может, они смогут помочь. Я им позвоню, – он потрепал сына по плечу, взял телефон Станислава в руки и, быстро найдя номер одного из его друзей в телефоне, нажал на вызов. Пошли гудки.

– Стас, ну, наконец-то! – раздался голос парня в трубке. – Ну, куда ты пропал?! Мы тебе всё звоним, звоним, пишем, а от тебя нет ответа. Куда ты подевался вообще?

– Здравствуй, Коля, – заговорил Виктор Петрович. – Это не Стас. Это его отец.

– А! Здравствуйте, – удивился молодой человек. – А где Стас? Почему не он звонит? Это же его телефон.

– Я как раз по поводу этого и звоню, – мужчина грустно вздохнул. – Со Стасом случилась беда. Чуть больше недели назад, как раз когда Стас ехал к вам, он попал в аварию… – голос отца сорвался. Говорить ему было тяжело.

– Стас в порядке? – заметно заволновался Коля.

– Ну, почти… – глава семейства окинул взглядом сына. – Он жив, но получил серьёзные травмы во время аварии. У него сломаны ноги, рука, он шею сильно повредил, ему пробило голову…. Он впал в кому.

– В кому? – повторил парень. – И когда очнётся?

– Врачи точно не знают. Пока никаких изменений в состоянии Стаса нет. Врачи говорят, что мы можем только пытаться говорить с ним в надежде, что он слышит. Это может помочь ему очнуться. И я вот подумал…. Стас же был так близок с вами. Может быть, вы подъедете, проведаете его и заодно пообщаетесь с ним? Может быть, это поможет ему быстрее очнуться. Подъедете? Вы можете подъехать в любое удобное для вас время. Здесь постоянно рядом со Стасом я или его мама. Вы можете подъехать, и мы вас пустим. А вы пообщаетесь с ним. Хорошо?

– Ну… – Коля задумался. – Знаете, лучше не стоит, – отрезал он.

– Почему?

– Ехать в больницу, сидеть там с ним…. Нет! Пожалуй, не стоит.

– Но это же нужно Стасу. Это может помочь ему быстрее очнуться. Я же вас не заставляю сидеть с ним весь день. Пообщайтесь с ним хотя бы немного. Это уже будет хорошо. И может помочь. Он же ваш друг! Вам что так сложно приехать сюда, посидеть тут немного и поговорить с ним? Это необязательно делать сейчас. В любое удобное для вас время!

– Нет, мы не приедем! – твёрдо сказал парень. – Он был нашим другом, но кома…. Даже если он очнётся, то будет долго восстанавливаться и многие люди, просыпаясь от комы, становятся другими. Да он может и не очнуться…. Тратить время мы точно зря не станем! Стас бы нас понял. Так что мы не станем приезжать, сидеть там с ним и тем более общаться. Нам это не нужно! А у Стаса есть вы. Вот вы этим занимайтесь! Извините! Мы ничем не можем помочь. Разговоры точно ничего не дадут! Даже не доказано, что люди, находящиеся в коме, что-то слышат. Так что нет. Мы не будем говорить с ним!

– Но, Коля… – растерялся от такого Виктор Петрович. Этого он точно не ожидал. – Стасу ведь это нужно!

– Стасу это точно не нужно, – решительно возразил молодой человек. – И мы не можем знать, что ему нужно на самом деле. В любом случае нам это не нужно. Быть няньками…. Сейчас…. Никогда этим не занимался и не стану. Ради Стаса уж точно! Не такой уж он нам и близкий друг. Он совсем недавно с нами, так что…. Жертвовать временем ради него мы не станем. Я всё сказал. До свидания! – и он скинул вызов.

Глава семейства отодвинул телефон от уха, с удивлением на него смотря. Медленно мужчина перевёл взгляд на сына, осознавая, что тот опять остался без друзей. Он опять был один! И отцу было очень жалко сына. Друзья просто бросили его! Бросили в самый нужный для него момент. Просто оставили его…

Виктор Петрович не отрывал взгляда от сына. С каждой секундой ему становилось всё более жалко и жалко его. Мужчина понимал, как сильно бьёт предательство. А Стасу было ещё больнее, ведь он сейчас был в такой тяжёлой ситуации. Только очнулся от комы, не мог двигаться, начал недавно говорить и тут ещё и предательство друзей. Отец даже представить не мог насколько тяжело и больно сыну. Он очень хотел как-то помочь ему или утешить его.

Конечно, можно было бы предположить, что тогда Коля, просто не подумав, ответил и потом об этом пожалел и мнение изменил. Но через какое-то время Виктор Петрович опять звонил, но другому другу Стаса. Ответ был такой же. Также мужчина звонил, когда сын уже очнулся. И всё было точно также! Ребята не желали помогать другу, поддерживать его и быть рядом с ним. Они, и правда, бросили его. Предали!

Отец ещё пару минут вглядывался в лицо сына, а потом положил руку ему на плечо, слегка сжал плечо и утешающе начал говорить:

– Сынок, ты только слишком сильно не расстраивайся. Понимаю, что тебе больно, тяжело и обидно от такого поступка друзей, но помни, что ты не один. У тебя есть мы! И мы с тобой рядом и не бросим тебя! Мы ни за что тебя не оставим и поддержим. Всё будет хорошо. Ты не один! Сынок…

– Убери руки. Не трогай меня, – брякнул Стас, кинув на отца раздражённый взгляд.

Злость была слишком сильна, и молодой человек больше не мог сдерживать её. И сейчас он больше всего злился на отца за его доброту к нему. Ведь отец тогда предупреждал его о друзьях, а он его не слушал. И вот друзья его предали. И, несмотря на это, отец утешал его и пытался поддержать, за место того, чтобы ругать. Сын вообще не мог это понять. Почему отец так добр к нему?! Он же этого не заслуживает! Он сам натворил делов, связался с этими ребятами и заслуживал этой боли. Но отец даже не пытался корить его за это, а просто утешал. Почему?! Он ведь из-за этих друзей так часто ссорился с ним, обижал его своими словами, поступками, говорил столько гадостей…. Неужели отец всё это забыл и даже не злился из-за этого?! А если это так, то….

Совесть Станислава сейчас слишком сильно била по нему. И от этого он злился ещё сильнее. Эта беспомощность, доброта отца, попытки поддержать его…. Всё это вмиг так сильно навалилось на парня, что он не мог сдерживаться. И просто набросился на отца.

– И вообще отвали уже от меня! Хватит со мной говорить. Ты уже достал! Оставь меня в покое! Я хочу побыть один. Уходи!

– Сынок, успокойся, пожалуйста, – Виктор Петрович слегка улыбнулся сыну и как можно ласковее погладил по руке, надеясь, что получится успокоить парня. – Не нервничай так. Я просто хочу помочь. Всё хорошо! Не злись, пожалуйста! Мне жаль, что так вышло с твоими друзьями, но я же вовсе не….

– Я же тебе сказал: не трогай меня! – молодой человек начал лишь ещё сильнее злиться. – Убери от меня свои руки. И нечего меня успокаивать. Отвали уже! Проваливай! Оставь меня в покое! Сейчас я хочу побыть один. Отвали! Уходи!

– Сынок, не надо, пожалуйста….

– Проваливай! – прикрикнул Стас. – Ты что меня не слышишь, что ли? Проваливай, говорю! Не желаю тебя видеть! Живо! Уходи!

– Хорошо, ладно, как скажешь, – сдался отец и поднялся со стула. – Я оставлю тебя ненадолго одного. Успокойся пока. А я пойду, пройдусь. Чуть позже вернусь! Только не нервничай так, сынок.

Глава семейства направился к выходу. Станислав проводил его взглядом и, когда за ним закрылась дверь, просто заплакал от бессилия. У него уже не было сил ни на что. Он уже устал от своей беспомощности, от невозможности двигаться и что-либо сделать. А также от доброты отца и понимания, как много он причинил ему боли, а отец, не смотря на это, так добр к нему. Парень от всего этого устал, и, стоило отцу уйти, по его щекам потекли слёзы. Ему было сейчас слишком больно, плохо и тяжело. Просто не осталось сил бороться! И Стас тихо плакал, даже не имея возможности вытереть слёзы.

Парень плакал около десяти минут, а может даже больше. Потом он немного успокоился, глубоко вздохнул и просто лежал, уставившись в стенку и думая обо всём, что сегодня случилось.

Отец вернулся через пятнадцать минут после того, как Стас уже успокоился. В его руках был пакет из магазина. Видимо, мужчина, пока всё равно надо было немного пройтись, решил сходить в магазин. Первым делом, вернувшись в палату, он кинул взгляд на сына. Убедившись, что тот вроде в порядке, глава семейства положил пакет на стол, снял с себя куртку и уселся на стул рядом с кроватью.

– Ну, что ты успокоился? – спросил отец, заглянув в лицо сыну. Стас даже не посмотрел на него. – Ну, почему ты злишься, сынок? Что не так? Тебе что-то нужно? Ты только скажи. Я всё сделаю.

– Хочу пообщаться с мамой, а не с тобой, – пробурчал молодой человек, не поворачивая голову. – Тебя я больше не хочу видеть.

– Хорошо, сынок, – не стал обижаться на эти слова Виктор Петрович. – Как скажешь. Мама завтра придёт к тебе. Я её попрошу пораньше прийти. Пообщаешься с ней. Всё? Хорошо? Ты доволен?

Станислав только скривился, но говорить ничего не стал. Отец вздохнул и, поднявшись со стула, пошёл разбирать пакет с покупками. Пока он занимался этим, то периодически посматривал на сына. Но тот уставился в одну точку и на него даже не смотрел.

Разобравшись с покупками и убрав всё нужное в холодильник, мужчина вернулся к сыну, прихватив со стола йогурт. Какое-то время он в нерешительности смотрел на парня, пытаясь понять, достаточно тот успокоился или нужно ещё немного времени. Прождав около десяти минут, глава семейства всё же решился не в силах больше сидеть в тишине и просто смотреть на сына и заговорил:

– Сынок, может быть, всё же поешь? Я вот йогурты для тебя купил. Съешь хоть что-нибудь. Хоть немного…

– Ага. Чтобы ты ещё раз на меня что-то пролил?! – не удержался, чтобы не съязвить, Стас. – Нет уж. Спасибо! Мне хватило.

– Это же йогурт, сынок. Тут я на тебя ничего пролить в принципе не смогу. Давай! – не желал сдаваться отец. – Я же знаю, что ты хочешь кушать. Я аккуратно. Честное слово! Не оставаться же тебе голодным. Пожалуйста, сынок. Если ты будешь отказываться от еды, тебе лучше не станет. Нужно кушать, чтобы скорее поправиться. Я же случайно это сделал. Больше такое не повторится. Честно тебе говорю, сынок! Пожалуйста, перестань злиться на меня. Поешь немного?

Парень наконец-то повернул голову к отцу и окинул его недовольным взглядом. Злость становилась всё меньше и меньше, и голод начинал возвращаться. Поесть что-нибудь, правда, было нужно. Молодой человек пару минут задумчиво смотрел на отца, решая соглашаться или нет, а потом всё же нехотя кивнул.

– Хорошо, – улыбнулся мужчина. – Я честно аккуратно.

Сын в ответ опять поморщился. Он очень не хотел брать что-то из рук отца и принимать его помощь, но выбора не было. Есть ему хотелось, и неизвестно, сколько придётся ждать маму. Да и ждать её и быть всё это время голодным, было глупо. Проще было принять еду из рук отца и избавиться от голода, чем мучиться. Помощь отца ему была просто необходима. Без него он был ещё беспомощнее.

Поэтому Стас нехотя, но начал есть.

Мама смогла прийти только на следующее утро. Сын с нетерпением её ждал. Отец пытался ещё вечером поговорить с ним, но тот говорить с ним не желал. Парень просто каждый раз прерывал разговор и просил либо наушники, либо тишины. А периодически просто притворялся, что спит. Лежал с закрытыми глазами и думал о друзьях, всей этой ужасной ситуации, отце и так далее. Подумать Стасу было о чём.

А Виктору Петровичу ничего не оставалось, как заниматься своими делами. Вечером мужчине пришлось ещё кормить сына, но так особо они не взаимодействовали. Не общались, ничего не обсуждали, парень особо ни о чём таком отца не просил, и в основном в палате висела тишина. Если Станиславу было всё равно на эту тишину, то главу семейства эта тишина тяготила. Но разговорить сына или успокоить у него не выходило. Оставалось надеяться, что это сможет сделать мама, когда придёт к нему.

Мужчина хотел позвать жену, чтобы она пришла ещё вечером, но она так устала на работе, что он не стал заставлять её сидеть со Стасом весь вечер и ночь. Пришлось это время просидеть отцу с ним, а вот на утро они поменялись, и глава семейства пошёл работать. Виктор Петрович пытался нормально попрощаться с сыном, но тот даже не стал с ним говорить, лишь недовольно покосившись на него. И только когда молодой человек остался наедине с мамой, они начали общаться.

– Стасик, ну, ты чего начал ссориться с папой? – с удивлением посмотрела на сына Лариса Викторовна. – Что такое у вас случилось?

– Да достал он меня уже, – вмиг нахмурился Станислав. – Не хочу его видеть! Мам, а можешь ты со мной постоянно быть? А то он чаще со мной находится, и я…. Не хочу больше его видеть! – повторил он. – Достал уже меня.

– Стасик, ну, ты чего? – улыбнулась женщина. – Что не так? Нет, ну, папа рассказал, что он на тебя вчера случайно суп пролил, но он же не нарочно. Не надо на него так злиться из-за этого! Он сам себя очень винит за эту случайность. Ему очень стыдно перед тобой. Не обижайся из-за этого.

– Да при чём здесь это? – поморщился парень. – Я не из-за этого так злюсь.

– А из-за чего тогда, Стасик? Я просто не могу понять.

– Раздражает он меня! – буркнул Стас.

– Стасик, не надо так. Тебе вообще нервничать нельзя. А тем более злиться на папу… просто не за что. Не за эту же случайность. Тем более ничего страшного не случилось. Папа быстро сориентировался и всё вытер. Всё обошлось! Не переживай и тем более не нервничай так.

– Всё обошлось… – поддразнил сын маму. – А могло и не обойтись!

– Ну, пожалуйста, хватит, Стасик. Думая об этом и нервничая, тебе лучше не будет. Такое, между прочим, могло случиться и со мной. И на меня ты также злился бы?

– А что, мам, по-твоему, это что вообще нормально, что он на меня вылил горячий суп? – вопросом на вопрос ответил молодой человек. – А если бы суп был погорячее и он меня обжог бы? И у меня потом ещё были бы ожоги! Это, по-твоему, нормально?! Я итак двигаться не могу, а он пытается мне ещё больше жизнь испортить. И мне всё равно, что он это случайно сделал. Не может быть аккуратнее, значит нечего лезть! Аккуратнее надо быть, когда имеешь дело с человеком, который даже не может двинуться с места. А потом бы у меня что-то болело, кроме ноющего бока, спины и шеи. Круто! Словно реально издевается надо мной. А ты, мама, в отличие от него, всё всегда делаешь аккуратно, а он…. Достал! Видеть его не хочу! В следующий раз ещё что-нибудь выльет на меня для большего счастья. Ага…. Например, кипяток…. Круто будет! А если с ним так сделать? Как он отреагирует? Ему это точно не понравится. А я, видите ли, должен не злиться!

– Стасик, ну, не злись, пожалуйста. Понимаю, что это было неприятно, но папа, правда, это не нарочно сделал. Он не хотел тебя как-то обидеть. Что ты злишься на него? Раньше же ведь он всё делал нормально и аккуратно. Просто он очень устаёт.

– Как будто я тут на курорте и отдыхаю! – поджал губы парень. – Да мне даже говорить до сих пор трудновато. Мне нелегче!

– Понимаю, Стасик, – мама нежно погладила сына по голове. – И папа тебя понимает. И мы изо всех сил пытаемся помочь и поддержать тебя.

– Ты-то может, и пытаешься мне помочь и поддержать меня. А он… – молодой человек сделал паузу. – Больше вредит, чем помогает! Достал!

– Стасик, тебе надо просто немного успокоиться. И я знаю, что тебе поможет успокоиться и расслабиться, – с этими словами женщина решительно поднялась со стула.

– И что же? Сомневаюсь, что мне сейчас что-то поможет успокоиться и расслабиться.

– А ты подожди немного, Стасик, – ободряюще улыбнулась сыну мама. – Доверься мне! Я точно знаю, что это поможет.

Стас вздохнул и замолчал, наблюдая, как мама начала копошиться. Она доставала что-то из холодильника, грела что-то в микроволновке, усердно перемешивала, дула и вот подошла к нему.

– Вот, взгляни, Стасик, – Лариса Викторовна поднесла поближе к сыну кружку и показала ему её содержимое. – Горячий шоколад!

– Ооо, – не удержал возглас парень и медленно расплылся в улыбке. – Это будет кстати. Спасибо большое, мам!

– Вот видишь! – она тоже улыбнулась. – Это уже немного повысило тебе настроение. А как начнёшь пить горячий шоколад…. Ещё и успокоишься! И станет легче. Сейчас только ещё немного подую, – женщина начала усердно дуть на горячий шоколад, не желая, чтобы сын пил его таким горячим. – Вот. Теперь можно пить.

– Давай скорее, – не терпелось молодому человеку отведать горячего шоколада.

Мама сунула в кружку соломинку и поднесла её прямо к губам сына, дав ему глотнуть слегка горячего напитка.

– Ммм, – простонал Станислав от удовольствия, и его улыбка стала ещё шире. – Очень вкусно! Как я скучал по горячему шоколаду. Такая вкуснота….

– Наслаждайся! – Лариса Викторовна потрепала сына по волосам, продолжая держать кружку и давая сыну дальше пить напиток. – Стасик, ну, скажи, пожалуйста, что такое папа тебе сделал? – продолжила она разговор. – Почему ты так на него злишься?

– Мммм, – что-то невнятное промычал парень, продолжая пить горячий шоколад. Говорить об отце ему сейчас не хотелось.

– Ты знаешь, Стасик, – мама слегка улыбнулась, – когда ты был в коме, нам приходилось очень много заботиться о тебе. И нам было так приятно и так радостно это делать. Ведь последнее время ты нам совсем не давал о тебе заботиться. Учился, гулял с друзьями, работал…. Был очень занят! Даже почти не общался с нами. Я не говорю, что нас радовало, что ты лежал в коме, но заботиться о тебе нам было приятно. Врачи нам сказали, что за пациентами, лежащими в коме, тяжело ухаживать и что медсестёр не хватает, и ты можешь в какой-то момент остаться без должного ухода. Нам посоветовали кого-то нанимать для тебя отдельно, чтобы о тебе заботились, если мы не хотим, чтобы с тобой что-то случилось, и мы…. Мы, не задумываясь, сказали оба, что никого нанимать не будем, и медсёстрам не позволим делать всю работу. Сказали, что постараемся быть с тобой постоянно и сами позаботимся о тебе. Нам рассказали, как надо ухаживать за тобой. Чтобы не было никаких пролежней, нам нужно было переворачивать тебя каждые два-четыре часа с боку на бок и обтирать трижды в сутки специальными мазями, а также своевременно поить и кормить через зонд для предупреждения обезвоживания и истощения и так далее. Нужно было делать много всего! Но мы очень старались. Ради тебя, Стасик!

Сын внимательно смотрел на маму, не понимая, зачем она всё это рассказывает. Но женщина продолжала, даже толком не смотря на Стаса.

– Если честно, когда всё это только случилось и ты впал в кому, я хотела уволиться. Хотела бросить работу и быть тут с тобой постоянно. Каждую минуту! Даже не отходить от тебя! Но папа не дал мне это сделать. Он сказал: «Нет, дорогая, так не подойдёт! Ты будешь с ним постоянно, а я что?.. Я так не хочу. Так не устраивает меня! Мы будем чередоваться. Иногда будешь ты рядом с ним, а иногда я. Тогда и я смогу быть рядом со Стасом и ты. И я тоже буду о нём заботиться. Я тоже хочу видеть Стаса! Я без него не могу!». И очень часто он сидел с тобой ночами, – мама слегка улыбнулась от нахлынувших воспоминаний. – Да что там врать?.. Папа постоянно сидел с тобой тут ночью. Мне сложно было спать тут всю ночь, а, если я спала всего пару часов, то мне было очень тяжело, и я не могла ни нормально заботиться о тебе, ни работать. Поэтому папа настоял, чтобы он с тобой был почти каждую ночь. Ему для сна хватало пары часов. Ну, иногда он мог поспать по четыре или пять часов. Но не более! А мне это давалось сложнее. Я тут с тобой ночами не бываю по этой самой причине. Мы же не можем себе позволить платную палату, где была бы ещё одна кровать. Поэтому папа спит, где получается. Иногда на стуле засыпает, а иногда медсёстры ночью его укладывают на раскладушке. Не знаю, видел ты это или нет…. Папа говорил, что ты раньше него всегда засыпаешь.

– Мам, к чему ты это говоришь? – наконец не выдержал Станислав и напрямую спросил.

– Я хочу, чтобы ты понимал, как сильно папа любит тебя, – Лариса Викторовна заглянула сыну в глаза. – Он очень любит тебя! Он готов ради тебя на всё. Он сидел с тобой целыми ночами, когда ты был в коме, не смотря на то, что врачи говорили, что это не нужно. Он просто не хотел оставлять тебя одного. А порой он ночами молился за тебя! Спать не мог и просто молился. Он любит тебя, Стасик!

Парень смущённо отвёл взгляд в сторону. Всё, что ему сейчас сказала мама, немного удивило его, но он был рад, что это услышал. Теперь отец открылся ему с немного другой стороны, и молодой человек…. Он больше просто не мог злиться на него. Тем более из-за такой ерунды. Его начинала мучить совесть из-за того, что он так набросился на отца. Он был не прав! Он несправедливо отнёсся к нему.

– В любом случае ты прости меня, Стасик, – всё ещё говорила женщина. Сын с удивлением на неё посмотрел, не понимая, за что она просит прощение. – Я не могу быть с тобой постоянно. Хочу, но…. Это не получится! Папа тоже хочет тебя видеть. И у него сил побольше. Так что мы будем и дальше меняться, и он также будет с тобой. Ничего не выйдет с твоей просьбой, чтобы я постоянно была с тобой. Даже при большом моём желании, не получится. Ты же, надеюсь, не обижаешься?

– Нет, нет, – поспешил успокоить её парень. – Не обижаюсь. Я понимаю.

– Ты уже всё выпил? – мама заглянула в кружку. – Умница! Тебе сделать ещё?

– Нет, пока хватит. Спасибо, мам! – поблагодарил сын.

– Не за что, Стасик, – Лариса Викторовна опять погладила парня по голове, слегка растрепав его волосы, и направилась к раковине.

Пока она мыла кружку и копошилась, убирая молоко, шоколад и другие продукты, Стас наблюдал за ней задумчивым взглядом. Молодого человека мучил один вопрос, что он хотел всегда задать родителям. Он уже давно не мог это сделать и вот сейчас опять вспомнил этот вопрос, и сейчас был наедине с мамой. Это был самый подходящий момент, чтобы задать этот вопрос.

– Мам, а можно задать, наверное, немного странный вопрос?.. – неуверенно начал сын, когда женщина уселась обратно на стул рядом с ним.

– Конечно, Стасик. Задавай! – её взгляд стал заинтересованным.

– Помнишь, когда мы только приехали сюда, мы гуляли, и вы говорили, что вам тут очень нравится, и вы хотите тут жить, – напомнил Станислав, и мама положительно кивнула головой. – Вы говорили серьёзно? Вы хотите остаться тут жить навсегда?

– На самом деле, нет, Стасик, – призналась Лариса Викторовна. – Мы этого совсем не хотим. Нам очень нравилось в родном городе, и там было как-то спокойнее…. Там нам больше нравится! И там больше наших знакомых, друзей и людей, что нам дороги.

– Тогда почему вы так говорили?

– Мы видели, что тебе нравится город, поэтому решили так сказать. Ради тебя! Чтобы, если ты решишь, что тебе тут нравится, и захочешь тут остаться жить, не стеснялся и сказал нам об этом смело. Мы притворялись только ради этого. Да, город красивый, но…. Дома всегда лучше!

– Значит, вы тогда меня обманули… – догадался парень. – Опять обман…. Класс!

– Стасик, не обижайся. Мы не желали этим поступком тебе зла. Просто хотели так дать тебе понять, чтобы ты не стеснялся и чуть что сказал, что хочешь тут остаться. Всё было ради этого. И вообще, Стасик, какая разница, где мы живём? Самое главное, что мы есть друг у друга. А остальное неважно. Не так ли?

Молодой человек только открыл рот, желая сказать: «Я готов быть где угодно, лишь бы не с вами», как тут перед его глазами внезапно возник ад. Именно эти слова он сказал в последнем разговоре, а потом попал в ад. Повторять эти слова он больше не желал. И сейчас, стоило ему вспомнить про ад, парня всего передёрнуло.

– Ты чего, Стасик? – заметила мама, что что-то переменилось в настроении сына. – Что-то не так?

– Нет, всё нормально, – отрезал Станислав и повернул голову к маме. – Ты права. Самое главное, что мы есть друг у друга. Остальное неважно. А теперь давай, пожалуйста, лучше поговорим о чём-нибудь другом.

– Давай, – Лариса Викторовна вновь улыбнулась.

– Кап… Кап… Кап… – мелодично отбивала капельница. Стас внимательно наблюдал, как капля за каплей падает в трубку. Вот одна капля упала, вторая следом упала и так друг за другом.

От скуки молодой человек уже около десяти минут смотрел на капельницу. Потолок он уже успел рассмотреть вдоль и поперёк за всё время, что тут лежал. Стены также успел рассмотреть. Оставалось только смотреть на капельницу. Больше парню было нечем заняться.

Мама ушла уже давно. После её ухода он сразу уснул, хотя знал, что примерно через десять минут должен подойти отец. Но Станислав так утомился от общения с мамой, что не удержался и уснул. И вот он проснулся, а отца в палате не было. Молодой человек понятия не имел где он, да и не мог никак это узнать. Оставалось только лежать в кровати и ждать его возвращения.

Стоило сыну подумать об отце, как скрипнула дверь, сообщая, что тот вернулся в палату. Парень переводить взгляд на него не стал, смотря, как очередная капля падает в трубку.

– Ой, сынок, ты уже проснулся, – заметил мужчина, что Стас уже не спит. – А я думал, ты ещё спишь. Решил пройтись немного. Прости. Не думал, что ты так быстро проснёшься. Хотел, как обычно, быть рядом, когда ты откроешь глаза, но не получилось.

Станислав оторвал свой взгляд от капельницы и перевёл на отца. Тот минут пять возился, снимая куртку, роясь в каких-то вещах, и только после этого подошёл к нему и уселся на стул. Молодой человек окинул отца взглядом, думая о словах мамы. Они до сих пор звучали в его голове. «Он очень любит тебя!» – словно вновь говорила сейчас ему мама. И от этого совесть мучила парня ещё сильнее. Он больше не мог ждать и молчать. Пока отец был рядом и не пытался начать какой-то разговор, он должен был заговорить.

– Слушай, пап, – неуверенно начал Стас, и отец тут же с интересом на него посмотрел, радуясь, что сын с ним заговорил, – прости, что так набросился на тебя вчера. Сам не знаю, что на меня нашло. Я столько всего тебе наговорил…. Я, если честно, так не считаю, и ты меня вовсе не раздражаешь. Это не так! Просто я даже….

– Ничего страшного, сынок, – улыбнулся глава семейства, не став заставлять сына договаривать. – Врачи предупреждали, что у тебя может быть, переменчивое настроение и иногда ты можешь быть даже импульсивным и раздражительным. Так что я всё понимаю и не злюсь на тебя. Не волнуйся! Всё хорошо. В твоей ситуации понятно, что это может быть. К тому же я сам был немного виноват. Я же на тебя пролил суп и спровоцировал тебя. Тебе итак тяжело и вспышку гнева тебе было сложно сдержать. Я всё понимаю!

– Да это ерунда! – бросил молодой человек.

– Нет, не ерунда, – решительно возразил мужчина. – Это могло быть серьёзно, будь он более горячий. Так что…. Ты правильно сделал, что вспылил на меня. Это было даже полезно мне. Ведь я должен быть аккуратнее.

– Да ладно тебе, – не хотел парень, чтобы отец винил себя. – Это же ведь просто случайность и….

– Да, это случайность, но это не оправдывает мою неосторожность! В любом случае я рад, что ты больше не злишься на меня. Это для меня самое главное. Спасибо, сынок. Мне было тяжело, когда ты так злился на меня. А теперь давай лучше закроем эту тему. Впредь я постараюсь быть как можно аккуратнее, а ты, надеюсь, постараешься так не злиться на меня.

– Хорошо, – губы Стаса растянулись в улыбке.

– Вот и прекрасно, сынок, – на лице отца опять появилась улыбка. Он потрепал сына по плечу. – Пить, кстати, будешь? Ты же ведь только проснулся и может быть, пить хочешь.

– Да, было бы здорово, – не стал отказываться молодой человек.

Виктор Петрович дал ему попить воды, поставил стакан на место и окинул парня взглядом.

– Значит, моя болтовня тебя не раздражает? – на всякий случай спросил глава семейства. – Или я тебя сам не раздражаю, а болтовня раздражает? Ты только скажи честно, потому что доставлять тебе какой-то дискомфорт я не желаю. Так что если тебе не нравится, что я что-то рассказываю, то ты только скажи и я не буду это рассказывать. Раздражает или нет?

– Нет, это не так, – отрезал Станислав. – Вовсе не раздражает. Прости. Всякую ерунду тебе наговорил…. Когда ты что-то рассказываешь, это наоборот помогает не сойти с ума от скуки и этих четырёх стен. Так что всё хорошо! Можешь и дальше рассказывать, что хочешь. И извини, что это наговорил тебе! Сам не могу понять, почему так внезапно вспылил…. Я вообще это говорить даже не хотел и так не думал и тут….

– Не надо извиняться, сынок, – мужчина положил ладонь на плечо сыну. – Я понимаю, что на тебя столько всего навалилось и тебе тяжело. Так что просить прощение не нужно. Я не обижаюсь на тебя. Можешь не переживать. Самое главное, что мы это прояснили и больше никакой неловкой тишины не будет. Это уже замечательно! Надеюсь, больше мы ссориться не будем.

– Да, я тоже, – согласился молодой человек и тяжело вздохнул. Этот разговор дался ему тяжело.

Отец только открыл рот, чтобы ещё что-то сказать, как тут у него зазвонил в кармане телефон.

– Извини, сынок. Сейчас отвечу. Секунду, – и он достал из кармана телефон и поспешил принять звонок. – Да, слушаю…. Ага…. Понял…. Уже внизу?.. – Стас сразу посмотрел на отца заинтересованным взглядом. Кто внизу? С кем отец говорит? – Да, я понял…. Хорошо. Поднимайтесь!.. Да, всё будет…. Не переживайте! – он скинул вызов и убрал телефон обратно в карман.

– Кто это? – тут же поинтересовался Станислав, ничего не понимая. – Кто поднимается?.. Ты с кем говорил?

– Скоро узнаешь, – как-то загадочно проговорил Виктор Петрович, заставив сына немного напрячься. Что отец задумал?

Мужчина поднялся со стула и подошёл к двери. Выглянув в коридор, он повернулся обратно к сыну. Тот внимательно за ним наблюдал. Глава семейства вытащил из кармана телефон и посмотрел на экран, видимо, следя за временем.

– Ну, и что происходит? – спросил парень. – Кого ты ждёшь?

– Скоро всё узнаешь, сынок, – повторил отец, не отрываясь от телефона.

– Кто тебе там звонил? – не отставал молодой человек. Он обязан был всё выяснить до тех пор, пока незваный гость придёт. К подобным сюрпризам Стас был не готов. – Кто поднимается?!

– Не торопись, сынок. Скоро уже всё узнаешь! – махнул рукой мужчина и вновь выглянул в коридор.

– Да что не так?! Может, ты скажешь уже, что происходит? Кто там пришёл? Пап!

– Ладно, ладно. Я скажу, – сдался Виктор Петрович и посмотрел на сына. – Там к тебе приехали твои друзья.

– Что? – не смог скрыть своего удивления парень, меньше всего ожидая услышать это. – Но ты же сказал…

– Не эти. Сынок, тебя приехали навестить Денис, Андрей, Богдан и Света.

– Ты шутишь что ли? – ещё сильнее удивился Станислав, не веря, что его бывшие друзья приехали в Санкт-Петербург, чтобы его проведать. А самое главное, зачем они это сделали?!

– Нет. Они уже поднимаются. Сейчас подойдут, – глава семейства в очередной раз выглянул в коридор. Вновь обернувшись, улыбнулся. – А вот и они. Сейчас пущу их!

– Нет! Не надо, – поспешно сказал молодой человек, желая остановить отца.

– Почему?

– Я не хочу их видеть! Не надо пускать их.

– Да ладно тебе, сынок. Ты итак лежишь тут целыми днями. Ты общаешься только со мной, мамой, медсёстрами и врачом. Надо пообщаться ещё с кем-нибудь. Пообщайся с ними!

– Нет, я этого не хочу! – стоял на своём Стас. – Не хочу ни видеть их, ни общаться с ними. Не надо! Я возражаю. Мне это не нужно.

– Сынок, пожалуйста, перестань. Поговори с ними. Хотя бы просто немного пообщайся. Я тебя не заставляю много общаться с ними. Хотя бы немного поговори и всё. Это уже будет хорошо.

– Я не хочу, пап! Я же говорю, что возражаю. Кого-кого, а их видеть не желаю! А тем более говорить с ними. Нет! Не нужно никого пускать. Мне итак нормально.

– Сынок…. – Виктор Петрович тяжело вздохнул и посмотрел в коридор. – Ну, знаешь, Стас, – он повернул голову обратно к сыну, – ты уж прости, но не пустить их я могу. Они проехали более 12 часов только для того, чтобы навестить тебя. Поэтому я не могу отпустить их ни с чем. Я их пущу сюда, и ты их выслушаешь. Понятно?

– Нет, не надо, пап! Пожалуйста! – Парень поморщился, не желая после новости о предательстве новых друзей, видеть старых друзей, которые ещё ранее его предали. Это было слишком больно и тяжело для него. К такому он был не готов и не желал это переживать вновь. Не желал вновь видеть старых друзей, вспоминать, как те предали его и бросили, а, увидев их, он точно начнёт вспоминать и смерть Сергея, и предательство новых друзей и…. У него итак было мало сил. Молодому человеку казалось, что выдержать всё это он не сможет. Он не желал видеть друзей и должен был убедить отца не пускать их. Нужно было предотвратить это, пока не поздно. – Прошу тебя, пап. Не надо. Я не хочу….

– Хватит, Стас, – перебил его мужчина. – Просто выслушай их. Не знаю, из-за чего ты на них обиделся, но выслушай их. И не обижайся на меня, пожалуйста. У меня нет другого выбора. Прогонять их я не стану. Просто не смогу. Они приехали только ради тебя! Поэтому послушай их. Можешь даже не отвечать, если не хочешь или…. Короче сам разберёшься! Но выслушать их придётся. Понятно?

– Пап… – предпринял ещё одну попытку остановить отца Станислав, но тот уже сделал шаг из палаты.

Сердцебиение парня стало быстрее. Он напрягся, понимая, что встреча с друзьями неизбежна. Ему очень хотелось сейчас вскочить и броситься прочь из палаты, лишь бы не видеть ребят, но он не мог даже шевельнуться, как и раньше. Лишь беспомощно наблюдал за происходящим, ожидая этого ужасного мига.

– Проходите, ребята, – наконец раздалось.

Первый в палату зашёл сам отец, а следом за ним проследовали Денис, Андрей, Богдан и Света. Они сделали несколько шагов к кровати Стаса и остановились. А у молодого человека, стоило ему увидеть друзей, мгновенно перехватило дыхание, и он с трудом сохранил самообладание. Он сделал каменное выражение лица и просто смотрел на бывших друзей, понимая, что эмоции лучше вообще не показывать.

– Вы пока общайтесь, а я пойду, прогуляюсь, – решил Виктор Петрович. – Не буду вам мешать.

И отец покинул палату. Станиславу очень хотелось крикнуть что-нибудь ему, остановить его, чтобы он не уходил и не оставлял его наедине с ребятами, но парень лишь плотнее сжал губы и молчал. Так делать было бы очень глупо, даже если сильно хотелось. Уже ничего нельзя было исправить.

И вот они остались наедине. Какое-то время ребята молча смотрели на него. Денис первый осмелел, сделал шаг вперёд, подойдя к парню поближе и заговорил:

– Привет, Стас, – он как можно дружелюбнее улыбнулся. Стас еле удержался, чтобы не скривиться от его слов и улыбки. – Выглядишь ужасно! Ты очень бледный…. Как ты себя чувствуешь? Твой отец сказал, что тебе уже лучше. Это так? – Станислав ничего не отвечал, также молча продолжая смотреть на ребят. – Стас, скажи хоть что-нибудь, пожалуйста. Не молчи.

– Может, ему ещё тяжело говорить? – предположила Света, вглядываясь в лицо молодого человека. – Давайте не будем его мучить?

– Его отец сказал, что он уже спокойно говорит, – напомнил Андрей. – И голос уже вернулся. Так что говорить он может. Стас, скажи хоть что-нибудь, пожалуйста. Зачем молчать? Мы поговорить с тобой хотим.

– Я не желаю с вами разговаривать! – холодным голосом проговорил парень, понимая, что молчать тоже будет глупо. – И видеть вас тоже не желаю.

– Стас, ты чего это? – удивился Денис. – Нет, ну, мы уже узнали, что ты изменился, но мы-то тебе что сделали? Что не так? Почему ты не рад нас видеть? Почему ты не хочешь с нами общаться? Мы же твои друзья!

– Никакие вы мне не друзья! – решительно отрезал Станислав. – И давно уже ими не являетесь!

– Вот, кстати, об этом, Стас, – кивнул Богдан и, скрестив руки на груди, выступил вперёд. – Почему ты нас стёр из своей жизни?

– Я стёр? – не удержавшись, скривился молодой человек. – Ну, конечно…. Не сомневался, что вы попытаетесь меня сделать виноватым!

– Стас, ты хоть объясни, в чём дело? – спросила Света. – Мы же не можем понять, что тогда произошло и почему ты внезапно стёр нас из своей жизни. Всё было нормально и тут раз….

– Что ты несёшь?! – парень резко перебил девушку. – Да ничего не было нормально! И вообще это вы первые…. Так всё! Хватит! Не желаю это обсуждать и говорить с вами. Уходите!

– Нет, раз уже начал, то договаривай, – не желал уходить так просто Денис. – Что мы первые? Мы хотим знать. Хотим понять, что тебя побудило сделать это. Что тогда случилось? Скажи нам, пожалуйста. Мы, правда, очень хотим это понять. И понять тебя!

– А сами, видимо, вы это уже забыли? – нахмурился Станислав.

– А ты напомни!

– Хорошо. Как скажешь! – молодой человек окинул всех друзей раздражённым взглядом. – Вы уже забыли, как тогда почти два года назад игнорировали меня? – он даже немного повысил голос, желая достучаться до ребят и дать им понять, что он им не рад после этого. – Вы первые начали стирать меня из своей жизни! Вы дали мне понять, что вам общение со мной больше неинтересно. Вы просто игнорировали меня! Я вам пишу сообщение – игнор. Предлагал созвониться и пообщаться – опять игнор. И так было очень долго…. Думаете, я такой глупый и не понял, что так вы пытались дать мне понять, что вам надоело со мной общаться? Я это практически сразу понял. Ну, конечно…. Разве круто общаться с каким-то другом, который находится далеко? Конечно, не круто! Тратить своё время на общение в социальных сетях, на созвоны по видеосвязи…. Разве это интересно, когда рядом есть реальные друзья? Конечно, неинтересно! Вот вы и стали меня игнорировать. И не надо это скрывать и врать мне! Я итак знаю, что это так! И в итоге я долго ждал, когда же вы признаетесь мне, перестанете врать и притворяться и дадите понять, что дружба со мной вам больше неинтересна, но вы продолжали усердно притворяться. Словно ничего и не было! Но я это заметил. Ведь я остался тогда один. Так что вы просто предали меня и кинули! Я надеялся, что вы хотя бы ради нашей бывшей дружбы будете искренни со мной и признаетесь, но даже этого не произошло. Я долго ждал и потом понял, что раз вы не можете признаться, должен сделать всё сам. Просто стереть вас из своей жизни и всё! Это лучше, чем продолжать общаться с лицемерами, которые пытаются притворяться друзьями, хотя на самом деле больше ими не являются. Думаете, мне было всё это приятно?! Это ваше предательство…. Думаете, после этого я должен быть рад вас видеть? Нет! Я вам не рад! Поэтому сделайте одолжение и просто уходите. Не хочу вас видеть!

– О, Стас! – тяжело вздохнул Денис, и ребята переглянулись. – Ты всё неправильно понял. Это всё вовсе не так!

– Ну, конечно… – усмехнулся парень. – Как будто я не думал, что вы так будете говорить.

– Выслушай нас, пожалуйста, Стас, – попросил Богдан. – Это же всё, правда, не так!

– Стас, прости, пожалуйста, нас, – Денис подошёл ещё ближе к другу, оперевшись одной рукой на его кровать. – Ведь мы тогда реально были очень заняты. Мы тебе не врали и не притворялись! Мы приходили домой очень поздно и были такими уставшими, что сразу заваливались спать. Прости, что не понимали, что это значит для тебя. Мы не понимали, насколько тебе тут было одиноко и тяжко без нас. Прости! Нам даже было не понять, каково тебе, ведь у нас всё было по-другому и мы…. Не понимали тебя! Прости, прошу тебя! Мы не игнорировали тебя! Мы видели сообщения, но просто из-за усталости забывали на них отвечать. Было так много дел…. Мы готовили для тебя небольшой сюрприз, и тогда…. Мы и подумать не могли, что ты решишь, что мы не хотим с тобой общаться, что нам надоела дружба с тобой и что мы игнорируем тебя. Это всё не так! Мы даже не хотели, чтобы ты так думал. Ты всё неправильно понял, дружище!

– Никакой я тебе не дружище! – сразу вспылил Станислав. – И нечего оправдываться! И врать мне тоже не нужно! Это уже даже глупо!

– Глупо не верить нам, Стас, – присоединился к разговору Андрей. – Ты нам дорог и мы тебе не врём. И более того можем доказать, что мы и не собирались прекращать дружбу с тобой. И доказать, что тогда не игнорировали тебя и тем более не врали. И сейчас не врём! Когда ты удалил нас отовсюду и заблокировал, мы очень взволновались. Мы ничего не поняли и были так удивлены…. Кстати, глупо было также просто удалять нас, ничего не объяснив. Но об этом уже не имеет смысла говорить. Так вот когда ты это сделал, мы очень удивились и начали беспокоиться. Мы постоянно звонили твоим родителям и узнавали, как ты и пытались узнать, почему ты это сделал. А если ты и сейчас нам не веришь, то спроси у родителей! Они подтвердят. Можем хоть сейчас позвать твоего отца, и он это подтвердит. Мы очень часто звонили, но и твои родители тоже не знали, почему ты это сделал, и были также удивлены. Нам оставалось лишь гадать. Твои родители лишь рассказывали нам, как у тебя дела и немного говорили нам про твою жизнь. Так мы узнавали, что у тебя сначала один друг появился, потом ещё друзья появились…. Твои родители рассказывали, что ты сначала как-то странно себя вёл, потом этот друг появился…. И нас всех это так удивляло…. И твои родители очень удивлялись, что между тобой и нами произошло. Но и мы сами были в шоке! Понимаешь теперь, Стас? Нам не было всё равно на тебя! Ты нам до сих пор дорог, и мы приехали в Петербург только ради того, чтобы проведать тебя и узнать, как ты сейчас чувствуешь. Потому что ты нам очень дорог! Сам посуди, Стас, если бы мы не хотели с тобой общаться, и если бы нам было на тебя всё равно, мы стали бы звонить твоим родителям и интересоваться как ты и тем более приезжать сюда? Мы просто забили бы на тебя и всё. Жили бы своей жизнью! Понимаешь?! Ты наш друг, и мы не хотим тебя терять. Очень не хотим. Надеюсь, и ты этого не хочешь. А теперь можешь говорить. Ты всё знаешь. Суди сам!

– Ну, я… – молодой человек запнулся, не зная даже что сказать после слов Андрея. Он смотрел то на Андрея, то на Дениса, то на Богдана, то на Свету. Они все так внимательно на него смотрели и ждали ответа, что парень даже растерялся. Он вообще не знал, что теперь сказать и лишь лихорадочно пытался придумать, как бы выкрутиться и что ещё придумать, чтобы у друзей не получилось ничего сказать против. И тут парень понял, что надо говорить. – Да, это ты, конечно, всё красиво рассказал. Молодец! Но как ты, Дэн, – он устремил недовольный взгляд на Дениса, – кое-что объяснишь?

– Что объясню? – не понял тот.

– Ещё до того, как я вас всех удалил, папа мне посоветовал самостоятельно вам позвонить и пообщаться с вами. Я выбрал тебя. Хотел позвонить тебе и поговорить. И, когда я тебе позвонил, ты просто сделал вид, что меня даже не знаешь. Спросил: «А кто это?», – передразнил бывшего друга Станислав. – Это, по-твоему, нормально?! Как ты это объяснишь?! Или, по-вашему, это в норме вещей? Притворяться, что ты не знаешь друга, когда он тебе звонит?.. А я считаю, что это не нормально! И после этого можно даже не притворяться, что вы дорожите дружбой. Это мне помогло всё понять! И подтолкнуло к решительным действиям. После этого я понял, что медлить больше нельзя! И просто сам перестал вам писать. А позднее удалил вас! Потому что я не желаю общаться с лицемерами, что пытаются меня обманывать. И не желаю…

– Стоп, стоп, Стас! – остановил его Денис. – Это случайно было не 23 октября?

– Не помню. Вроде. А что?

– Кажется, я понял, когда ты мне звонил, – парень улыбнулся. Станислав ещё сильнее удивился, не понимая, почему Денис улыбается. Он столько всего сказал, подловил его на слове, раскрыл обман ребята, а тот ещё и улыбается. – В этот день я потерял телефон. Нигде не мог его найти, а потом понял, что оставил его в кафе, где начал подрабатывать. И, видимо, как раз когда ты позвонил, ответил кто-то из моих коллег. Наверное, он просто пытался понять, кто позвонил, чтобы потом уже сказать, чтобы ты связался со мной и сообщил где мой телефон. Я позднее нашёл телефон, но о звонке, к сожалению, мне не сказали. Это точно было в этот день! Так как твоих звонков я в принципе не помню и не стал бы так говорить. Ты сам подумай, Стас, стал бы я так говорить, а потом спокойно писать тебе сообщения и пытаться позвонить тебе? Нет. Я старался бы как можно меньше с тобой переписываться. Но я этого не делал! Ты ошибся! Это лишь была случайность! С тобой говорил не я. Стас, пойми уже ты наш друг! Ты всегда им был и будешь. И мы тебя не бросим. Ты нам дорог и, пожалуйста, не отталкивай нас больше. Прошу тебя! Мы проделали весь этот путь ради тебя. Ради того, чтобы проведать тебя. И ради этого разговора с тобой!

– Но я… – молодой человек опять запнулся, не зная, что теперь говорить. Он был очень смущён, растерян и не знал что думать. Он смотрел на ребят и… понимал, что они не врут. Медленно приходило осознание и понимание того, что он просто ошибся по поводу них и сам же из-за своей ошибки едва не потерял самых лучших своих друзей. Но вот они сейчас стояли напротив него, проделав большую дорогу ради этой встречи, и смотрели на него. И чувство вины от их взглядов всё росло и росло. Станислав понимал, что очень виноват перед ними. Они за всё это время не забывали про него и дорожили им! Они переживали за него. Они даже приехали проведать его в больницу, а он…. Он поступил по отношению к ним просто ужасно! – Ну, я даю…. Вот я… – и парень начал себя ругать всеми нецензурными словами, что ему сейчас приходили на ум.

– Стас, Стас, не надо так себя ругать, – поспешил прервать друга Богдан. – Мы же ведь всё понимаем. Обида сильная вещь! Если она захватывает сердце, то ты ничего не можешь с собой поделать. С ней сложно бороться. А тем более тебе было так одиноко. Не кори себя так! Мы тоже виноваты в том, что всё так вышло. Мы недостаточно поддержали тебя в тот момент, когда были нужны. Начали реже общаться с тобой. И нам очень стыдно, что всё так вышло и что мы тогда расстроили тебя. Прости, пожалуйста, нас!

– Да, прости нас, Стас! – присоединилась к нему Света. – Нам очень-очень стыдно перед тобой! Мы не должны были себе такое позволять. Мы должны были хотя бы немного уделять тебе времени, чтобы тебе было не так обидно. А мы…. Прости!

– Нет, вам не за что извиняться, ребята! – возразил Станислав. – Это вы меня простите, пожалуйста. Не знаю, сможете ли вы это простить, но мне жаль, что всё так вышло, и что я так поступил с вами. Я…. Даже не знаю смогу ли как-то и когда-то искупить свою вину перед вами. Но мне реально очень жаль, что так всё вышло. Простите меня! Если вы не сможете простить, то я всё пойму. И не стану вас винить! Столько лет из-за какой-то моей обиды мы не могли общаться, и вам пришлось волноваться из-за меня. Мне очень стыдно, что я так повёл себя! Простите, что я….

– Стас, – Денис решительно сел на стул рядом с кроватью друга и положил руку ему на плечо, – конечно же, мы прощаем. И ни в коем случае не злимся на тебя и не обижаемся. Уже всё забыто! Мы рады, что ты перестал на нас злиться. И будем очень рады продолжить общение с тобой.

– Ты серьёзно? – не верилось в это парню. Он не мог поверить, что ребята готовы так быстро и сразу его простить.

– Да, Стас, мы серьёзно, – с другой стороны подошёл Андрей и тоже положил руку ему на плечо. – Мы хотим продолжить общение с тобой. Очень хотим! Ведь нам было очень тяжело, когда мы не могли общаться с тобой. Нам тебя очень не хватало! И разговоров с тобой. Ты наш друг и дорог нам!

– Да, Стас. Это так! – поддержал ребят Богдан, а Света лишь закивала головой и заулыбалась.

– Я буду лишь рад возможности вновь общаться с вами, – губы молодого человека растянулись в улыбке.

– Ну, тогда замечательно! – Денис легонько похлопал друга по плечу. – Значит, будем общаться. Это прекрасно!

– А я же обещал тебе, что приеду, если ты перестанешь с нами общаться. Как видишь, я сдержал своё слово, хоть и не сразу! – заявил Андрей.

– Точно! – вспомнил Стас, и все ребята дружно засмеялись. – Вы, конечно, очень удивили меня этим приездом, – признался он, когда они перестали смеяться. – Приехали для того, чтобы меня увидеть…. Ну, вы даёте! Ничего себе!

– Мы, если честно, хотели ещё раньше приехать, – честно сказала Света. – Ещё когда ты был в коме, но твой отец нам не разрешил. Сказал, что пока нам не зачем приезжать. А вот когда ты очнулся…. Мы здесь уже почти неделю. Просто твой отец никак не разрешал нам прийти сюда. Ждал, пока ты немного окрепнешь, и у тебя будут силы на общение с нами. И вот мы этого дня дождались. И наконец-то увидели тебя! Очень соскучились по тебе!

– Да, жаль, что тебя обнять нельзя, – вздохнул Денис. – А так мы были бы рады тебя обнять.

– Ну, я пока двигаться не могу, так что не стоит.

– Да, не будем рисковать, – согласился Андрей.

– А вы здесь надолго?

– Ну, ещё на некоторое время задержимся, – уверенно сообщил Денис. – Сразу уезжать не хотим. Немного пообщаемся с тобой, ещё не один раз навестим тебя, может, с чем-то поможем и потом уже поедем. Пока даже дату не знаем! Так что можешь расслабиться. Мы пока с тобой.

Станислав, не удержавшись, опять улыбнулся. Ему впервые за всё это время было настолько хорошо. Он был с друзьями, мог с ними общаться, и на душе было спокойно и тепло…. Молодой человек был очень счастлив, что помирился с ребятами. Это было для него настоящее счастье!

Общались друзья ещё достаточно долго. Ребята много всего рассказывали, делились различными историями, впечатлениями от Петербурга, и Стас сам с радостью говорил с ними и чем-то делился. Когда вернулся Виктор Петрович, ребята даже не хотели расставаться, но сделать это пришлось, так как было уже поздно и к тому же Стасу надо было отдыхать. Мужчина проводил их и закрыл дверь палаты. Усевшись на своё место, он окинул взглядом сына, улыбнулся, видя, что тот вполне довольный, и заговорил:

– Поговорили? Замечательно! На самом деле, там много тех, кто хочет тебя навестить. Они хотели проведать тебя ещё, пока ты был в коме, но я никого к тебе не пускал. Боялся, что они наговорят тебе лишнего или как-то навредят. Но теперь думаю можно их пустить. Не всех в один день, конечно. Я не хочу, чтобы ты утомился. Понемногу буду пускать к тебе ребят, и разрешать навещать тебя!

– Каких ребят? Ты о чём? – удивился парень, с непониманием смотря на отца.

– Много ребят из Церкви хотят тебя проведать, а также твои одногруппники и даже коллеги. Их очень много на самом деле! Так что скоро тебе придётся много общаться.

– Молодёжь из этой Церкви? – переспросил Стас.

– Да, и не только молодёжь. Скоро всех увидишь. Не спеши так!

– И одногруппники?

– Да, и они тоже, – подтвердил глава семейства. – Что ты так удивляешься? Все хотят проведать и узнать как ты. Ничего странного в этом нет. Так ладно, – он глянул на часы. – Тебе надо немного перекусить, а то потом кушать будет поздно.

Отец уверенно двинулся к холодильнику. Сын проводил его взглядом, всё ещё не веря в эти слова. Молодёжь из Церкви и одногруппники хотят его навестить? Но ведь им было всё равно на него! Они никогда не проявляли к нему особого интереса и теперь…. Станиславу казалось, словно сейчас его глаза открываются и все люди, что были рядом с ним когда-то, предстают перед ним в другом свете. Всё было уже не так, как когда-то он считал.

– Нет, нет, только не снова! – кричал Стас, стоя среди огня. – Пожалуйста, не надо! Я не хочу…. Прошу нет! Я хочу обратно! Умоляю….

Парень кричал, кричал, но огонь никуда не отступал. Он неумолимо обжигал молодого человека, заставляя его морщиться от боли.

– Прошу! Господи, умоляю! Не надо! Только не снова сюда! Боже, пожалуйста…. Неееет! Аааа!

Станислав вздрогнул и распахнул глаза. Это вновь был лишь страшный сон. Он был также в палате, и всё было хорошо. Парень сделал глубокий вздох, пытаясь успокоиться.

– Сынок, ты в порядке? – не спал отец и, немного наклонившись к сыну, начал внимательно вглядываться в его лицо. Он положил руку ему на плечо.

– Да, конечно, – попытался выдавить улыбку Стас, но у него ничего не получилось.

Виктор Петрович внимательно смотрел на сына, а перед его глазами предстал разговор, что у него был буквально вчера с женой.

«Вчера вечером»

Мужчина тихо прошёл в палату и сразу посмотрел на сына. Тот мирно спал. Лариса Викторовна, увидев мужа, поднялась и уверенно подошла к нему.

– Ну, как тут дела, дорогая? – спросил глава семейства. – Всё хорошо?

– Не уверена, – покачала головой женщина и кинула на сына взволнованный взгляд. – Милый, он опять так просыпался. Вздрагивает и взгляд такой испуганный. С ним что-то не так. Но говорить что не так, не хочет. Не знаю, как это узнать. Что-то его так сильно тревожит… Ему снятся кошмары. А он ничего не говорит!

– Только не надо давить на него, хорошо, дорогая? Мы можем только продолжать пытаться спрашивать, что ему снится. Рано или поздно он точно это скажет. Надеюсь, что как можно скорее.

– Будем ждать тогда, – не стала спорить мама и вновь посмотрела на сына. – Хотя мне очень больно видеть, что его так сильно что-то тревожит, но не иметь возможности поддержать его. Так жалко его…. Проснулся после комы, не может двигаться, только говорить начал, а тут ещё эти кошмары…. Бедный Стасик!

– Да, мне тоже его жалко, – кивнул Виктор Петрович и тоже повернул голову к сыну. – Интересно, что ему такое снится….

Мужчина вздохнул. Стасу опять приснился кошмар, и отцу было уже невыносимо видеть, как того что-то тревожит. Неспроста же ему снятся кошмары. Это точно было с чем-то связано. И глава семейства очень хотел выяснить с чем. Больше стоять в стороне и молчать он не мог. Он слишком сильно волновался за сына! Пора было выяснить, что его тревожит.

– Сынок, – начал решительно говорить отец, – я вижу, что с тобой что-то не так. Расскажи, пожалуйста, что с тобой происходит? Тебе снятся кошмары не просто так. Тебя что-то беспокоит? Поделись со мной. Прошу тебя! Я попытаюсь тебе помочь. Или поддержать тебя. Если ты будешь молчать, тебе лучше не будет. Я ведь люблю тебя и не хочу, чтобы ты страдал. А из-за этих кошмаров, ты страдаешь! И я это вижу. Скрывать это у тебя не получается. Скажи мне всё! И может быть тебе станет легче. Поделись хоть со мной этим. Пожалуйста, сынок! Мне очень больно видеть, как ты постоянно просыпаешься от этих кошмаров такой испуганный и…. Я уже не могу за этим молча наблюдать. Поговори со мной! И тебе станет легче от этого и мне. Зачем что-то скрывать? Я всегда готов поддержать тебя и помочь. Я очень прошу тебя, сынок! Скажи.

Станислав открыл рот, желая, как обычно, сказать, что всё в порядке и ничего страшного ему не снится, как остановился. Он внезапно понял, что сам больше не в силах мучиться с этими кошмарами. Эти кошмары очень сильно пугали его, и переживать это в полном одиночестве он больше не мог. Стоило рассказать всё это отцу. Может быть, он сможет как-то помочь ему? Как-то успокоить или поддержать?.. Надежда была теперь только на отца. Тот сам предлагал помощь и был готов выслушать его. Ему это было очень важно и ему хотелось это знать. Сын точно знал, что отец не врёт. К тому же парень видел, как отец любит его, и закрываться от него и дальше было глупо. Нужно было открыться и всё рассказать. Пора довериться отцу!

– Хорошо, я скажу, – выдал, наконец, Стас.

– Давай. Я тебя слушаю! – слегка улыбнулся мужчина, внутри очень радуясь, что сын наконец-то поделится с ним тем, что его так сильно беспокоит. Но очень сильно радоваться не стоило, ведь это что-то так сильно тревожило парня, и это было серьёзно. Глава семейства точно это знал. Радость сейчас была неуместна.

– Когда я тебе сказал, что помню только нашу ссору и больше ничего, я соврал, – начал рассказывать молодой человек. Он отвёл взгляд в сторону, уставившись в стену. Смотреть отцу в глаза и рассказывать такое Станислав был не в силах. Он понимал, что сам во всём виноват и это чувство вины, совесть и страх были слишком сильны. Сразу видеть реакцию отца от его рассказа сын был не готов. – Я помню ещё кое-что…. После аварии я… – он запнулся. – Я помню, что случилось после аварии. Помню ни больницу, ни врачей…. Ничего из этого! Когда уже случилась авария, я очнулся и был…. – он сделал глубокий вздох, набравшись смелости, и выпалил: – Я очнулся и был в аду! Ты не подумай, что мне это мерещилось. Мне это не мерещилось! Всё было по-настоящему! Я попал в преисподнюю. Всё было точно так, как написано в Библии, хотя…. Намного хуже! Мне это точно не казалось, потому что я ощущал этот жар, что там был, видел повсюду огонь.… Ему не было конца! Чувствовал, как это пламя прожигает меня…. Чувствовал эту жуткую боль…. Сильную жажду…. Такую, что готов сделать что угодно, лишь бы сделать глоток воды! Всё было реально! Я слышал крики людей, что там уже страдают.

Рассказывать это ему было всё труднее и труднее. От этих воспоминаний и произнося всё это вслух, молодому человеку становилось ещё более жутко и страшно. Он словно вновь ощутил ту боль. На глаза стали наворачиваться слёзы. Они уже начали блестеть в глазах, норовясь вот-вот заскользить по щекам.

– Всё было реальнее, чем можно представить, – продолжал парень. – Это отчаяние, боль, страх, безысходность…. Это всё даже не передать словами. Я был уверен, что там застрял навечно. Не было никакого выхода или шанса не спасение. И я понимал, что оттуда не переходят никуда. Если ты туда попал, то всё.... Это конец! Но тут я увидел какой-то свет и Кто-то сказал, что мне ещё сюда рано. Я не знаю, Кто это был, но это и неважно. И тогда меня вытянуло оттуда, и я уже очнулся. Именно это мне снится постоянно. Именно ад я вижу постоянно во сне, поэтому просыпаюсь сам не свой. Он не всегда снится, но очень часто. Чтобы я не делал, опять вижу его во сне! Вряд ли я когда-то смогу это забыть. Я вижу это постоянно. Даже сейчас если закрою глаза, я увижу его. От этого никуда не деться! И там, в аду, я осознал, как ты был прав, пап. Прости, что тогда не слушал тебя. Ведь ты мне говорил, что такая жизнь приведёт меня прямиком в ад. Туда я и попал, когда чуть не умер в аварии. Мне не стоило тогда говорить, что я хочу попасть куда угодно, лишь бы там не было вас. Даже в ад…. Ведь это место…. Это место мучений и страданий! Туда я точно не хочу.

Я до сих пор был бы там, если бы меня не спасли и если бы Бог не решил вернуть меня обратно. Если бы не решил, что мне ещё не время попадать в ад на вечные страдания. Но ещё бы немного и было бы ничего не исправить. Прости, пап, что тогда так противился твоим словам и не желал тебя слушать. Ушёл из Церкви и…. Мне не стоило так говорить, так вести себя, так жить и тем более уходить от Бога. Ты был прав на счёт всего этого. Без Бога меня ждёт только это. Ад! Вечные муки. И, пап, я… – Стас наконец-то смог повернуть голову к отцу и посмотрел на него. И только сейчас увидел, как тот смотрел на него, а по его щекам текли слёзы. И он даже не пытался их остановить, а просто тихо плакал, смотря на сына таким взглядом полным жалости, сожаления и ужаса. Это тут же удивило парня и заставило замолчать. – Ты чего? Ты почему плачешь? – спросил удивлённый Станислав. Даже он до сих пор не плакал и сдерживал слёзы, хоть уже из последних сил. А почему плакал отец?.. Это ему было непонятно. Что его настолько сильно расстроило, что он начал плакать?

– Мой сын успел пережить клиническую смерть и побыл в аду… – тихим голосом проговорил Виктор Петрович. Слёзы не прекращая текли по мужскому грубому лицу, а взгляд был всё таким же и направлен прямиком на парня. – И он пробыл там три месяца! Думаешь, я могу на это реагировать равнодушно?

– Ну, я там пробыл не три месяца, а один день, – неуверенно исправил его молодой человек. – Для меня-то прошёл один день. Может быть даже меньше. Пару часов.…

– Ты забыл что ли, сынок? Один день, как тысяча лет и тысяча лет, как один день. Для тебя прошёл один день, но на самом деле прошло три месяца. Ты там был три месяца! Поэтому ты не мог раньше очнуться и даже не слышал нас. Ты был в аду, – слёзы потекли ещё обильнее по лицу мужчины. Он положил руку сыну на плечо, слегка сжав его.

– Пап, ну, не надо, – Стасу стало неловко от слёз отца. – Сейчас я в порядке. По крайней мере, я не там, а тут сейчас.

– Да, сейчас ты не там. И, надеюсь, больше никогда там не окажешься.

– Ну, знаешь, пап, я тоже не горю желанием туда возвращаться, – Станислав слабо улыбнулся, желая разрядить обстановку и успокоить отца. Тот продолжал также сидеть и вглядываться ему в лицо. Глаза главы семейства были очень грустные, но слёзы текли уже не так сильно. И только стоило парню об этом подумать, как по щеке отца пробежала ещё одна слеза. – Пап, ну, пожалуйста, перестань, – попросил он, не в силах больше видеть плачущего из-за него отца.

– Не хочу, чтобы ты вновь оказался в аду… – прошептал Виктор Петрович, наконец-то отпустил плечо сына и провёл рукой по лицу, убирая слезы. – Пожалуйста, сынок, больше никогда не поступай так с нами и в особенности с собой. Не уходи от Бога! Я не хочу, чтобы ты вечно мучился в аду. И Бог этого не хочет. Не отступай от Него! Никогда не оставляй больше Бога. Пожалуйста!

– И не собираюсь!

– Хорошо, – мужчина тоже слабо улыбнулся. Он уверенно наклонился и обнял сына, прижав его к себе.

– Пап, я же ещё не могу двигаться. Я не могу тебя обнять, – напомнил Стас, чувствуя себя неловко в его объятия и не имея возможности двинуть рукой и обнять в ответ отца.

– Это неважно! – покачал головой глава семейства, лишь ещё сильнее прижимая к себе сына. – Мне это сейчас нужно. Я уже давно хотел тебя обнять. И мне кажется, что тебе это нужно!

Молодой человек отвечать ничего не стал. Он как никогда ощущал себя в безопасности и покое. От этих объятий ему стало спокойнее. Страх и беспокойство отступили. Он точно знал, пока отец рядом, всё будет хорошо и обратно в ад он не попадёт. Его никто не посмеет забрать, пока рядом находился отец. Одна из слезинок, что парень так долго сдерживал, всё же потекла по щеке. Расслабившись, Стас совсем забыл про слёзы, что всё ещё застыли в глазах.

– Пап, то есть ты совсем не злишься на меня? – спросил на всякий случай молодой человек.

– Что ты, сынок? – не отпуская его, отозвался отец. – Как я могу на тебя злиться? И за что мне злиться на тебя?

– Ну, ты ведь так долго пытался достучаться до меня, говорил, к чему приведёт эта моя жизнь, уход от Бога и…. – парень запнулся. – А я тебя не слушал! Продолжал упрямо делать всё тебе наперекор. И вот к чему это привело…. Ты совсем не злишься?

– Сынок, даже если я буду тебя ругать, что это даст? Ты итак серьёзно пострадал. Ты попал в ад! А это…. После этого уже точно не имеет смысла тебя ругать или даже злиться. Этот кошмар, что ты пережил, не сравнится с любым другим уроком. Самое главное, что ты смог осознать, что был не прав. А ещё самое главное, чтобы ты больше никогда не уходил от Бога. Но думаю, ты сам это понимаешь и точно не уйдёшь. Ведь ты был в этом месте и точно туда больше не хочешь.

– Ни за что на свете! – отрезал Стас, и по другой его щеке тоже потекла слеза.

– Вот и хорошо! – отец отпустил сына и уложил обратно на кровать. – Ты не хотел сразу мне это говорить только потому, что думал, что я буду тебя ругать и злиться?

– Ну, не совсем, – немного смутился молодой человек, только сейчас поняв как это было глупо. Если бы он раньше рассказал это отцу, то ему уже давно было бы легче. – Это в принципе было тяжело рассказывать, если ты не заметил. Это было очень тяжело!

– Ну, это я понимаю! Мне было даже слушать это тяжело. Но мы с мамой не один раз пытались у тебя узнать, что же тебе такое снится. И ты не говорил. Причина же была также и в этом? Не так ли, сынок?

– Ну, да. Я же понимал, что попал туда по своей вине и не знал, как вы на это отреагируете. Вот и подумал….

– Сынок, – мужчина улыбнулся, – мы тебя ругаем только когда это необходимо. Когда ты совершаешь ошибку и не замечаешь этого. Как и было раньше. А если мы видим, что ты сам сокрушаешься о каких-то совершённых ошибках, страдаешь и тебе тяжело…. Как мы можем тебя ругать, когда это видим? Мы ни в коем случае не можем тебя ругать. Даже не думай об этом! И на будущее запомни, что в таком случае мы тебя точно ругать не станем. Так что ты можешь не переживать и в таких ситуациях всегда подходить к нам и говорить, что тебя тревожит. И мы поможем и поддержим! Для этого мы у тебя и есть! Понятно?

– Да, предельно ясно, – губы парня тоже растянулись в улыбке.

– Если честно, – улыбка с лица Виктора Петровича внезапно пропала, – я даже не представляю, как тебе было там больно и страшно….

– Я предпочёл бы это забыть!

– Да? – отец окинул сына внимательным взглядом. – Чтобы опять совершить те же ошибки и попасть в ад? Лучше уж помнить об этом, жить с этим, но стараться жить праведно, идти за Богом и избежать этого места. Так мне, кажется, будет гораздо лучше.

– Хотя да. В этом ты прав, – быстро поменял мнение молодой человек.

– Так-то лучше! Сынок, ты, надеюсь, вернёшься в Церковь?

– Ты это ещё спрашиваешь? – усмехнулся Стас. – Разумеется!

– Это очень хорошо, – был рад мужчина. – Теперь мне ещё сильнее хочется, чтобы ты скорее поправился и вернулся в Церковь.

– Как будто я этого не хочу….

– Ну, будем молиться, просить Бога, чтобы дал тебе сил и помог восстановиться и это произойдёт быстрее.

– Ну, да.

– А мы же маме это расскажем? Ты же не против? Мама просто тоже за тебя волнуется и ей хочется это знать. Скажем?

– Да, только расскажи уже ты. Я больше не хочу это рассказывать. Мне достаточно того, что я об этом помню, и мне это снится.

– Всё будет хорошо, сынок, – отец взял ладонь сына в свою ладонь и слегка сжал её. – Теперь всё обязательно будет хорошо! Мы теперь об этом знаем и поддержим тебя. Избавить от этого не сможем, но сможем быть рядом. Так что всё будет хорошо!

Стас опять слабо улыбнулся, понимая, что ничего отвечать на это даже не нужно.

Общались они ещё около получаса. Они поняли, что надо завершать разговор, только когда глаза парня начали слипаться.

– Ещё очень рано, сынок, – кинул взгляд на время Виктор Петрович. – Поспи ещё немного. Надеюсь, что больше тебе ничего страшного сниться не будет. В любом случае тебе надо поспать. Хотя бы ещё немного. Я же вижу, что ты сам хочешь спать. А поговорить мы ещё успеем.

– Да, пожалуй, ты прав, – согласился Станислав и сонно зевнул. – Посплю ещё немного.

– Да, я тоже вздремну, – отец улёгся на раскладушку, что была рядом. – Но ты не переживай. Я рядом.

– Ага… – лишь смог выдавить из себя молодой человек, закрыл глаза и тут же уснул.

Станислав лениво приоткрыл глаза. Солнце уже ярко светило, освещая всю палату. Несложно было догадаться, что уже утро. Парень повернул голову, думая, что отец всё ещё лежит на раскладушке. Но раскладушки уже не было, а отец сидел на стуле. Вот только он дремал, облокотившись об его кровать. Мужчина положил руки на кровать сына, устроил на них голову и в такой позе прямо на стуле дремал. Стасу очень не хотелось беспокоить отца, но его мучила сильная жажда, и ему было просто необходимо сейчас попить воды.

– Пап, – сын позвал отца хриплым и немного осипшим голосом. – Пап! Папа. Пап, – настойчиво звал он, но тот его не слышал, продолжая дремать. – Пап. Папа! – голос парня становился всё более хриплым и слабым. Ему приходилось говорить как можно громче, но даже это не помогало. Разбудить отца не получалось.

Станислав тяжело вздохнул. У него частенько с утра после сна очень сильно пересыхало горло, а голос был осипшим и хриплым, из-за чего ему было тяжело говорить. Помогала молодому человеку только вода. Ему достаточно было сделать хотя бы пару глотков, прочистить немного горло и становилось лучше. И вот сейчас опять было также. Сын чувствовал, что ещё немного и его голос совсем сядет, и он не сможет говорить. Оставалось надеяться, что вот хотя бы сейчас получится разбудить отца.

– Пап! Пап! – парень ещё раз позвал отца, но опять никакой реакции. Стас вновь вздохнул. Он бросил взгляд на руку отца, которая лежала прямо возле его руки. Молодой человек понимал, что надо было всего на пару сантиметров подвинуть руку и дотронуться до руки отца. Прикосновение точно сразу разбудило бы его, но сын даже это не смог сделать. Он даже на один сантиметр не смог сдвинуть свою руку, а дотронуться до отца…. Стас изо всех сил напрягался, пытаясь сдвинуть руку, но всё было безрезультатно. Ничего не получалось! – Пап! – уже шёпотом начал звать его парень. В полный голос звать его у Станислава уже не было сил, и он боялся, что так голос совсем пропадёт. Хотя надежды, что шёпотом получится разбудить отца, у него не было. – Пап! – в очередной раз проговорил Стас, не веря, что это что-то даст.

И тут глава семейства дёрнулся и поднял голову. Он взглянул на него сонными глазами, наконец-то проснувшись.

– Я что уснул?.. – проговорил мужчина и заметил взгляд сына. – Ты давно проснулся?

– Не совсем. Крепко ты спишь.

– Ты что меня звал? – догадался отец. – Ой! Извини, пожалуйста, сынок. Я не думал, что задремлю. Ждал, пока ты проснёшься, и…. Ты, наверное, пить хочешь? Сейчас, – он поспешно налил воды и дал парню попить.

– Да, так лучше, – улыбнулся молодой человек, вдоволь напившись. В горле больше не было так сухо, и он мог спокойно говорить. – Спасибо.

– Не за что, сынок, – махнул рукой Виктор Петрович. – Ты прости, что не слышал, как ты меня зовёшь. Что-то я уснул….

– Ничего страшного, – успокоил его Станислав. – Всё нормально. Я всё понимаю.

– Но всё равно я не должен был так засыпать.

Глава семейства и дальше что-то говорил, немного ругая себя, но Стас лишь внимательно смотрел на него и вспоминал слова мамы. Да, отец, правда, выглядел очень уставшим. Раньше сын даже не замечал этого. Но сейчас ясно видел, какой тот уставший. У него были уставшие и сонные глаза, небритая щетина и бледный цвет кожи, а также растрёпанные волосы. Отсутствие нормального сна и отдыха сказывались на нём.

– Ты ещё кушать не хочешь? – внезапно последовал вопрос от мужчины.

– Нет, не хочу пока, – отозвался Стас.

– Хорошо. Если захочешь, скажи, – глава семейства взял с тумбочки свой телефон и хотел уже что-то посмотреть на экране, как тот внезапно выскользнул и полетел на пол.

Станислав резко дёрнул рукой, желая поймать телефон, но, понятное дело, у него это не получилось, и телефон упал на пол. Молодой человек перевёл взгляд на отца, ожидая, когда он поднимет телефон, но тот почему-то замер и смотрел на него с удивлением. Парень только хотел спросить, что с ним, но не успел даже рта раскрыть.

– Сынок, ты шевельнул пальцами! – ахнул отец и посмотрел на его правую руку. – Ты пошевелился! Сынок!

– Что? Да? – тоже удивился Стас. – Я не почувствовал.

– Давай ещё раз. Попробуй!

Сын посмотрел на свою правую руку, напрягся и… немного шевельнул пальцами. Они шевельнулись лишь чуть-чуть, но шевельнулись!

– Да! Сынок, ты молодец! – радовался Виктор Петрович. – Ты уже немного двигаешь пальцами. Если так будет дальше продолжаться, то ты вообще скоро сможешь ходить. Умница!

Молодой человек посмотрел на отца, на руку, вновь пошевелил пальцами, но на этот раз ещё лучше и медленно на его губах появилась счастливая улыбка. Он шёл на поправку!

Глава 7. «Зрячий слепец»

Стас открыл глаза, проснувшись ото сна. Он сразу повернул голову и посмотрел на стул, где обычно всегда сидел отец. Но сейчас там было пусто. Парень немного приподнял голову и посмотрел на окно, пытаясь понять утро сейчас, день или вообще ночь. К великому сожалению, окно было закрыто плотными шторами и из-за них нельзя было понять какое сейчас время суток и сколько примерно часов.

Молодой человек повернул голову в сторону двери, надеясь, что сейчас отец вернётся. Одному находиться в палате сыну было очень скучно, к тому же ему очень хотелось пить. Его горло сильно пересохло, и парню очень хотелось сделать хотя бы глоток воды, чтобы избавиться от этой сухости во рту. Вот только, сколько бы Станислав на дверь не смотрел, отец не возвращался, и непонятно было, когда он вернётся. Ведь вполне возможно, что отцу понадобилось куда-то уехать или он вообще пошёл в магазин. Сын ведь даже не знал, сколько сейчас времени и уже мог быть день, а значит, отец спокойно мог пойти в магазин.

Из груди молодого человека вырвался тяжёлый вздох. Ждать возвращения отца с каждой минутой было всё невыносимее и невыносимее. Стас повернул голову, и тут его взгляд упал на бутылку, стоящую на тумбочке. Тумбочка была прямо рядом с кроватью, и надо было лишь чуть-чуть потянуться, чтобы достать до бутылки. Парень ещё раз кинул взгляд на дверь, думая, что может быть вот сейчас кто-нибудь зайдёт к нему и ему не придётся тянуться за бутылкой, что не особо хотелось делать. Но всё также никто не заходил. Он сделал глубокий вдох, готовясь к этой тяжёлой задаче: дотянуться до бутылки.

И вот Станислав немного приподнялся на кровати, изо всех сил напрягая мышцы. Приподниматься ему было очень трудно, потому что всё его тело было словно налито свинцом и было таким деревянным, занемевшим, тяжёлым…. Парень почти его не чувствовал. Даже немного приподняться на кровати было сложно, но после нескольких попыток у него это вышло.

Наконец-то приподнявшись, молодой человек потянулся правой рукой за бутылкой. Ещё лёжа на кровати ему казалось, что бутылка близко и дотянуться до неё будет просто, но теперь, тянувшись, он никак не мог до неё достать. Она стояла гораздо дальше, чем казалось парню до этого. Ему казалось, словно она сама отдалилась, и теперь до неё было не дотянуться. Сколько бы Стас не тянулся, достать её не выходило. Но он продолжал упрямо тянуться к бутылке, желая утолить сильную жажду. Тут силы у него иссякли, и он резко рухнул прямо на бок, едва не свалившись с кровати. Но Станиславу повезло, и он упал на край кровати.

– Ауч! – зашипел от боли парень. Он приземлился прямо на шов, который до сих пор немного ныл и не успел зажить. Правой рукой молодой человек тут же схватился за бок и с тоской посмотрел на бутылку. Левой рукой можно было бы легко дотянуться до бутылки, но вот только он ещё не мог ей двигать.

– Стас, ты что делаешь?! – раздался внезапно голос отца, и мужчина в тот же миг оказался возле сына. Он помог ему нормально лечь на кровати. Посмотрев на шов и убедившись, что тот не разошёлся, Виктор Петрович с облегчением вздохнул. – Сынок, ты чего? Тебе нельзя пока так двигаться. Рано ещё. Тем более без присмотра. А если бы ты вообще с кровати упал? Ты мог бы себе что-то повредить или шов мог бы разойтись, а это всё было бы не очень хорошо. Не спеши так, пожалуйста. Двигайся только тогда, когда кто-то будет рядом. Понимаю, что тяжело так лежать, но надо потерпеть.

– Да я просто пить хотел, – Станислав посмотрел на злополучную бутылку, которая всё также стояла на тумбочке. – Думал, что смогу дотянуться до бутылки.

– Она вообще пустая, так что зря ты так рисковал, – покачал головой отец. Он взял со стола новую бутылку, дал её сыну, а старую бутылку выкинул в мусорное ведро. – Мог бы меня дождаться. Что так мучиться?

– Ну, я решил, что ты нескоро вернёшься, – признался сын, жадно глотая воду из бутылки. – Мало ли, сколько сейчас времени и куда ты ушёл. А пить хотелось…. Так что я и решил попробовать. Я же уже могу немного двигаться.

– Но ты ещё недостаточно двигаешься! И врач сказал, что пытаться вставать или даже приподниматься тебе можно только под чьим-то контролем. А ты решил самовольничать…. Ну, ты, сынок, даёшь…. Аккуратнее же надо быть! А то мало ли…. Я итак за тебя переживаю, а ты ещё такое делаешь. Сам же себя подвергаешь опасности.

– Ну, прости, – улыбнулся Стас. – Больше такое не повторится!

– Надеюсь, – глава семейства окинул сына недоверчивым взглядом. – И вообще как ты мог подумать, что я ушёл надолго? Я никогда надолго не ухожу. Ну, точнее стараюсь надолго не уходить. Максимум могу быстро в магазин сбегать и вернуться. А это не больше пятнадцати минут занимает. Не так уж и долго.

– Ну, вдруг ты увидел, что я сплю, подумал, что я буду долго ещё спать, и решил пойти прогуляться? Такое же возможно! К тому же я уже немного двигаюсь, хорошо говорю, и ты мог бы подумать так сделать. Мало ли…. Я же даже не знаю, сколько сейчас времени. Вдруг уже день и ты решил пойти ненадолго на улицу?

– Слишком много ты думать стал, сынок, – засмеялся мужчина. – Нет, я точно не стал бы идти куда-то надолго, когда нахожусь тут с тобой. Ты ещё слишком слаб и плохо двигаешься, так что куда-то уходить надолго я точно не стану. Можешь не беспокоиться об этом! Даже не думай так! И, кстати, сейчас ещё утро. Но в магазин я, если что, уже успел сходить. И ещё… – отец задумался. Он посмотрел на правую руку сына и уверенно полез в сумку. – Я долго думал об этом…. Правой рукой ты уже вроде бы хорошо двигаешь, так что можно тебе отдать телефон. Вот он! – Виктор Петрович достал телефон. – Он во время аварии лишь немного пострадал. Тут вот царапина… – он показал на достаточно приличную царапину на экране. – Мы хотели тебе новый телефон купить, но сейчас вообще денег нет на это. Все деньги ушли тебе на лекарства, антибиотики и так далее. Трат было очень много, пока ты был в коме и поправлялся. Больница все эти траты не была готова взять на себя, поэтому нам пришлось много всего покупать. Так что побудешь пока с таким телефоном, хорошо?

– Да, конечно, пап. Мне в принципе без разницы, каким телефоном пользоваться. Самое главное, чтобы он был. Так что не волнуйся! К тому же я всё понимаю. Царапина – это не страшно!

– Хорошо тогда. Бери, – мужчина вложил в руку сына телефон. – Если вдруг понадобится, то сможешь и время посмотреть или, если опять возникнет такая ситуация и ты меня или маму не увидишь рядом, то за место того, чтобы пытаться что-то сделать сам, позвонишь. И узнаешь как раз где мы. А также я на всякий случай для тебя спрошу номер сестринского поста. Ну, если вдруг нас рядом не будет, чтобы не кричать и звать их, просто позвонишь им и попросишь подойти. Хорошо?

– Да, замечательно! – парень разблокировал телефон и посмотрел в экран.

– Только не сиди много в телефоне. Сейчас врач это не рекомендует, так как ты ещё слишком слаб. Так ты слишком быстро устанешь.

– Ладно, сидеть много не буду. Здесь и делать в принципе долго нечего, – Стас открыл одну из соцсетей, немного пробежался глазами по новым сообщениям, которых было много, и, не став пока ни на что отвечать, заблокировал телефон.

– Ты, кстати, давно проснулся?

– Даже не знаю. Может быть, минут пятнадцать или двадцать назад.

– Ну, да. Меня не было не так уж и долго, – немного задумавшись, выдал отец. – А ты за это время уже успел едва не упасть с кровати. Не спеши так, сынок. Всё постепенно надо делать и скоро уже ходить сможешь.

– Да, было бы хорошо. Постоянно лежать уже невыносимо.

– Ну, ты хотя бы сидеть уже можешь и немного держишь спину и шею. Совсем недавно ты даже это делать не мог. А уже можешь! Так что это уже большой прогресс!

– Ну, это верно. Кстати, насчёт этого, – Станислав начал немного приподниматься, – поможешь сесть?

– Конечно, сынок, – глава семейства поднялся со стула, придержал немного спину парня и помог ему сесть на кровати.

– Так лучше! – воскликнул сын и откинул голову на подушку, что была за его спиной.

– Кстати, завтрак уже был. Ты, наверное, кушать хочешь? Могу предложить омлет или кашу овсяную.

– Ну, кашу я точно не хочу, – поморщился молодой человек. – Я столько уже этих каш съел…. Лучше омлет.

– Хорошо, как скажешь, – не стал спорить отец. Он быстро достал еду, разогрел омлет, а также попутно сделал чай и после этого поставил завтрак на тумбочку, пододвинув её ещё ближе к Стасу. – Всё готово. Можешь завтракать. Вот ещё хлеб, – положил на тумбочку два кусочка белого хлеба мужчина.

– Спасибо, – благодарно улыбнулся парень и, развернувшись вполоборота к тумбочке, не спеша приступил к завтраку.

Ел Стас уже самостоятельно, так как одной рукой уже немного мог двигать. Да, конечно, она была слабой, и ей было сложно двигать, но в любой случае эту руку надо было тренировать и вот постепенно, кушая самостоятельно и выполняя всякие движения сам, он тренировал руку. Молодой человек сам первый отказался, чтобы родители его кормили, хотя они это предлагали. Больше таким беспомощным он себя чувствовать не желал. Парень уже мог немного двигаться, и надо было этим пользоваться и крепнуть ещё больше.

И вот сейчас он с удовольствием съедал вкусный омлет, периодически тянувшись правой рукой то к вилке, то к кружке, то к хлебу. Завтракать так было трудновато, так как он не мог даже левой рукой себе помогать, но гораздо приятнее, чем когда его кормили. Виктор Петрович всё также сидел рядом, желая, если что, помочь сыну. Чтобы не смущать Стаса, он читал книгу, но постоянно поглядывал на сына, убеждаясь, что у него всё хорошо получается и он справляется.

Станислав улыбнулся, смотря на фотографии друзей в социальных сетях. Денис, Андрей, Богдан и Света были такие счастливые. Стояли вместе на поляне и улыбались. И глядя на эту фотографию, молодой человек не мог не улыбнуться. Он уже перечитал все сообщения в социальных сетях, ответил, кому мог, и теперь просто просматривал фотографии и различные новости. Отца в палате пока не было. Он убедился, что у сына всё хорошо и больше ему пока ничего не нужно и сказал, что отойдёт минут на десять. Парень останавливать его не стал.

К тому же теперь у него был телефон и при необходимости он мог всегда позвонить отцу. Переживать об этом Стасу больше не нужно было. Да и парень был рад немного побыть один. Отец не давал ему сидеть в телефоне, а как только тот ушёл, молодой человек смог достать смартфон и начать отвечать на сообщения.

Станислав начал просматривать страничку Дениса, желая узнать, что же у него там нового появилось. Поняв, что хочет пить, он положил телефон на колени, взял в руки бутылку, которая теперь лежала у него на кровати, и сделал несколько глотков. Только после этого вернулся к телефону.

Тут скрипнула дверь, сообщая, что отец вернулся. Парень нехотя оторвал взгляд от телефона и посмотрел на отца. А тот как-то странно улыбнулся ему и заговорил:

– Сынок, тут у тебя ещё посетители!

– Кто?

– Какие-то ребята из института. Имена не стал спрашивать. Но думаю, ты их знаешь. Сейчас пустить их можно?

– Да, давай, – Стас заблокировал телефон и отложил в сторону.

Виктор Петрович тем временем открыл дверь и сказал кому-то:

– Ребята, можете заходить!

Станислав поудобнее устроился на кровати, поправил одеяло и сделал глубокий вздох, готовясь к встрече с однокурсниками. Он не знал, кто к нему пришёл, но к встрече надо было приготовиться и настроиться. Однокурсники к нему ещё ни разу не приходили, так как он был всё время не готов к встрече с ними. Те порывались прийти и навестить его, но сам парень хотел во время этой встречи иметь возможность хоть немного двигаться. Но вот теперь он мог двигаться и был готов встретиться с ребятами.

Отец повернулся обратно к сыну и посмотрел на него, но взгляд молодого человека был направлен на дверь. В палату постепенно прошли Инна, Гриша, Дима, Оля, Виталик и Давид. Если ещё первым двум Стас был немного удивлён, но приходом Давида в больницу он был вообще шокирован. Ведь они раньше никогда не ладили, и тут тот решил его навестить. Это было настоящим шоком для парня. Но приятным шоком. Не смотря ни на что, он был даже рад его видеть.

А вот приходу Димы, Оли и Виталика молодой человек почти не удивился. Они написали ему много сообщений в социальных сетях, всё пытались интересоваться как он и к тому же именно с ними он постоянно хорошо общался в институте. Так что их приходу Станислав удивился ещё меньше и также был очень рад их видеть.

– Привет, Стас, – поздоровались с ним однокурсники.

– Привет, ребята, – улыбнулся парень.

– Мы хотели прийти к тебе уже давно, но нам всё говорили, что ты не слишком хорошо себя чувствуешь, – выдала Инна. – И вот смогли прийти к тебе лишь сейчас.

– Да, я, и правда, не слишком хорошо себя чувствовал, – подтвердил Станислав. – Это так. Я очень рад вас видеть.

– Мы тоже рады тебя видеть! – воскликнула Оля. – Как ты себя чувствуешь?

– Уже гораздо лучше. Но на полную поправку, конечно же, нужно ещё время.

– Да, это понятно, – кивнул Гриша. – Кома – это не шутки! После неё люди всегда долго восстанавливаются.

– Гриша! – цыкнула на него Инна. – Давай только без пессимистичных мыслей. Мы пришли поддержать, а не о плохом говорить.

– Да это же просто факт, а не пессимистичные мысли, – надулся молодой человек.

– Гриша! – девушка окинула его строгим взглядом.

– Да всё нормально, – засмеялся Стас. – Так всё и есть. На это я обижаться точно не стану.

– Ну, ты если что скажи, и я тут же его… – Инна показала руками жест, означающий, что она его придушит.

– Это делать не нужно! – успокоил её парень, продолжая смеяться.

– А так ты в порядке, да? – поинтересовался Дима. – Нам сказали, что ты уже вроде двигаться начал.

– Да, двигаюсь уже немного, – улыбнулся Станислав и немного поднял правую руку. – Пока только одна рука двигается.

– Ну, ничего страшного. Скоро и вторая рука начнёт двигаться, и совсем пойдёшь на поправку. Не заметим, как ты уже с нами будешь сидеть в институте, и готовиться к экзаменам.

– Да, экзамены это больная тема, – поморщился молодой человек. – Я же три месяца пропустил. Придётся очень много всего нагонять, учить, делать всякие работы…. Чувствую, как я выйду отсюда, придётся туго.

– Кстати, насчёт этого, Стас, – вперёд выступил Давид и уверенно полез в портфель. – Мы тебе кое-что принесли, – он начал доставать кучу всяких папок, листков, тетрадей и даже несколько учебников. – Так как мы понимали, что, когда ты очнёшься после комы, будешь долго восстанавливаться, и учиться тебе будет очень тяжело, мы договорились помочь тебе. Мы с ребятами распределились, и кто-то взял на себя выполнение для тебя некоторых работ, кто-то взялся записывать все задания, что ты пропустил и уже после следить, кто какие работы выполнил и хранить их, а некоторые взялись за ведение конспектов для тебя. Так…. Сейчас…. – парень начал растерянно смотреть по сторонам, не понимая, куда лучше положить кипу листков, папок и тетрадей.

– Вот сюда можешь положить, – быстро сориентировался Виктор Петрович, который всё ещё находился в палате. Он немного освободил стол и помог Давиду положить на стол всё, что они принесли для Стаса.

– Короче мы, таким образом, немного облегчили тебя работу, – улыбалась довольная Инна. – Сейчас тебе нужно будет лишь читать конспекты, стараться как можно больше учить, запоминать и выполнить лишь некоторые работы. Ну, точнее сейчас подготовиться к ним, а выполнять их нужно будет непосредственно в институте, когда ты полностью поправишься.

– Ребят, не стоило… – очень смутился Станислав, не ожидая такого от однокурсников. – Правда, не стоило…. Это же ведь не ваша работа. Это должен был делать сам я, когда полностью восстановился бы и…. Ребят, ну, что вы….

– Стас, нам было несложно это сделать, – покачал головой Виталик. – И мы понимали, как это тебе поможет, когда ты вернёшься к учёбе. Мы не хотим, чтобы тебе потом пришлось задерживаться ещё на год. Так ты скорее сможешь вернуться к учёбе, освежить все знания и получить новые. И, что самое главное, сможешь получить диплом вместе с нами. А мы этого очень хотим!

– К тому же мы своих не бросаем! – заявил Дима. – Ты в нашей группе! Ты наш однокурсник, и мы обязаны были помочь. Как можно иначе? Не бросать же тебя в беде. Твоя ситуация была очень серьёзная и оставаться в стороне и спокойно себе заниматься своими делами, понимая, как тебе потом будет тяжело, когда ты очнёшься, мы не могли.

– Да и к тому же большую часть работы сделали Давид и Инна, – добавила Оля. – Мы все лишь выполняли разные работы для тебя, где-то что-то записывали, сохраняли, а вот уже они всё это добавляли в папки, печатали для тебя на компьютере все лекции, чтобы тебе было потом удобнее читать, и распечатывали всё. Нам лишь надо было сущие мелочи сделать. Практические работы сделать для тебя было проще после выполнения своих работ. Так что не переживай!

– Сущие мелочи, – всё ещё был в шоке молодой человек. – Ну, вы даёте, ребят…. Удивили, так удивили…. Потратили своё личное время, проделали столько всего…. Ничего себе!

– Спасибо вам большое, ребят, – Виктор Петрович окинул однокурсников сына внимательным взглядом. – Стас так переживал, как он справится с учёбой, когда восстановится, как он сделает все эти работы и всё это запомнит, а вы…. Спасибо вам огромное! Вы существенно упростили работу Стасу. Я вам очень благодарен, потому что сам переживал за учёбу сына. А теперь…. Теперь ему будет легче.

– Да ладно вам, – теперь смутилась Инна. – Мы не могли не помочь. Как же не помочь в такой ситуации? Да мы не так уж и много времени на это тратили. Давид печатает быстро, так что мы просто каждый день старались уделять этому немного времени, поэтому так-то много времени мы не тратили.

– Ну, всё равно, – улыбнулся Станислав. – Каждый день в своё свободное время занимались этим, а это…. Невероятно круто! Спасибо вам! Я тоже вам очень благодарен. Вы даже не представляете, насколько сильно я переживал. А теперь с вашей помощью мне, правда, будет гораздо легче. Теперь я точно справлюсь! Постараюсь даже с сегодняшнего дня немного уделять времени учёбе. Спасибо огромное!

– Ой, Стас, не благодари! – бросил Давид. – И вы тоже не благодарите! – он посмотрел на отца одногруппника. – Это, правда, ерунда! Я как раз и для себя записывал лекции и для тебя, Стас, всё сохранял в отдельный файл. Только тут, если честно, ещё не все лекции. Если бы мы всё принесли, это было бы слишком много. У меня многое на компьютере осталось. Не знаю, как будет удобнее, чтобы я это распечатал и принёс или прислать это тебе на почту, Стас?

– Пришли это ему на почту, – за сына ответил отец. – Пока он всё это, – мужчина указал на листки и тетради, что лежали на столе, – просмотрит, ему уже станет ещё лучше. А там он либо домой уже поедет, и там будет учиться, либо я ему ноутбук принесу, и он будет там просматривать оставшиеся лекции. В любом случае разберёмся. А тебе ещё раз хочу сказать спасибо. Хоть ты и говоришь, что это ерунда, ты проделал огромную работу для Стаса. И ты большой молодец! Спасибо тебе!

– Да не за что, – был очень смущён Давид.

– Спасибо вам всем, ребята!

– А мы тут ещё немного фруктов купили для тебя, Стас, – неуверенно проговорила Оля, держа в руках небольшой пакет. – Мы не знали, что тебе можно, поэтому набрали всего понемногу. Вот, – она протянула пакет отцу однокурсника, понимая, что сам парень точно не сможет взять пакет.

– Ребят, ну, зачем вы тратились?! – ещё сильнее смутился Станислав. Одногруппники словно решили совсем смутить его своей заботой. – Не стоило! У меня итак всё есть.

– Да, тратиться вам точно не стоило, – поддержал сына Виктор Петрович, но пакет из рук Оли взял.

– Это гостинцы! – заявил Виталик. – Без них в принципе нельзя навещать больных. А тем более Стас после комы и вон как похудел. Ему просто необходимо побольше есть. Так что пусть ест и поправляется!

– Спасибо! – поблагодарил тот и его губы расплылись в улыбке.

– Так, ну, все деловые вопросы мы наконец-то решили, – усмехнулся Дима и плюхнулся на стул рядом с кроватью друга. – Теперь можно и обсудить что-то другое. Давай рассказывай, что тут и как у тебя? Как дела? Что интересного?

– Да, тут у меня точно ничего интересного нет, – отрезал Стас. – Сплошные капельницы, – он кивнул на капельницу, которая сейчас у него стояла, – лекарства, таблетки, процедуры и так далее. Ну, и эти четыре стены! Рассказывать точно нечего. Лучше вы рассказывайте, что нового в институте? Что нового у вас?

– Ну, если хочешь это знать… – Молодой человек лукаво улыбнулся и посмотрел на Давида и Инну, которые стояли рядом и друг на друга посматривали. – Тут есть что рассказать…

И ребята начали рассказывать, что и у кого есть новенькое. А также что интересного происходило в институте за это время. А рассказать ребятам, и правда, было что. И было много всего. Они всё рассказывали, говорили, говорили, перебивали друг друга, желая чем-то поделиться. Атмосфера в палате Стаса мгновенно стала живой, весёлой и лёгкой. Ребята принесли вместе с собой необыкновенный позитив и лёгкость.

Закончить общение пришлось только тогда, когда они увидели время. Тогда уже они поняли, что пора расходиться. У них ещё были свои дела, и им пришлось попрощаться с однокурсником и уйти. Перед уходом ребята пообещали, что ещё обязательно придут и навестят его. Станислав задерживать ребят не стал, так как понимал, что долго у него они быть не могут. К тому же ему вполне хватило общение с ребятами, и он даже немного утомился от него. Пора было от общения отдохнуть.

Виктор Петрович закрыл за ребятами дверь и повернулся к сыну.

– Какие хорошие ребята, сынок, – не смог сдержать улыбку отец. – А ты так переживал на счёт учёбы. Как видишь, твои однокурсники тебя не бросили. Помогли тебе!

– Да, это очень круто! – на лице парня тоже появилась улыбка. – Я вообще этого не ожидал! Если честно, я даже сомневался, что кто-то из них станет помогать мне. А они…. Удивили!

– Да, как видишь, люди умеют удивлять, – развёл руками мужчина. – Ты в них ошибся! Они оказались не такими, как ты думал.

– Что есть, то есть, – даже не собирался спорить молодой человек. – В них я ошибался. Это точно!

– Ты, если честно, ошибался во многих, сынок.

– Ты о ком?

– О ребятах из Церкви, что тебя уже посещали не один раз, – пояснил глава семейства. – Ты тоже в них ошибался. Думал, что им на тебя всё равно, а оказалось, что это не так. И ты сам это увидел! Они пришли сюда к тебе, проведали тебя, побыли с тобой…. Ты им тоже очень важен и им никогда не было всё равно на тебя. Понимаешь, сынок, да, люди порой могут тебя не замечать, могут быть вроде бы и зрячими, но и одновременно слепыми к другим людям. Но это же всего лишь люди! Все люди могут быть такими и могут совершать ошибки. Это просто сущность людей! Наша сущность! Даже христиане могут совершать ошибки и поступать как-то не очень правильно, ведь все ошибаются. Даже христиане не святые. Только Бог всегда всё видит и всегда поступает правильно. И Он всегда готов поддержать нас и помочь, даже когда мы этого недостойны. Именно поэтому надо всё делать только ради Бога, а не для того, чтобы сделать приятно другим людям или чтобы тоже что-то получить от них в ответ. Если честно порой даже родные люди могут поступать неправильно. Все люди могут совершать ошибки и не надо их так корить за это и обижаться на них. Ведь все мы всего лишь люди! Только Бог никогда не совершает ошибки, и только Он идеален. Мы же люди несовершенны, и надо всегда об этом помнить. Прежде чем обижаться на кого-то и думать, что ты кому-то безразличен. Ведь это может быть не так, и тебе потом будет стыдно, что ты так думал о них. Понимаешь, сынок?

– Да, теперь понимаю! – кивнул головой Стас. Он, правда, это понимал и осознавал, как был не прав.

– Ладно, теперь по поводу этих лекций, что тебе принесли…. Ты хочешь немного отдохнуть или сразу хочешь посмотреть, что они там тебе принесли?

– Да я только болтать с ними устал, а лекции посмотреть можно. Не хочу откладывать на потом.

– Это правильно! – улыбнулся отец и, подойдя к столу, взял одну из папок. – Вот Давид сказал, что надо с этого начинать. Там одни из первых лекций.

– Хорошо, – Станислав протянул руку к папке, что давал ему отец. Он взял в руку папку, отец отпустил её, давая сыну возможность забрать её себе. И тут же она выпала из рук парня прямо на пол, так как была очень тяжёлой, и Стас просто не удержал её. Рука у него была ещё слишком слаба.

– Прости, – поспешно поднял папку глава семейства и положил сыну на колени. – Забыл, что у тебя ещё рука слабая. Лучше пока буду подавать тебе всё так.

– Ого! – заглянул в папку Стас. – Да уж…. Тут много всего. Читать придётся много.

– Тогда не буду мешать, – Виктор Петрович уселся на стул и взял в руки свою книгу. – Если что-то понадобится, ты только скажи.

– Ага… – кивнул молодой человек и, оторвав голову от подушки, немного нагнул её над папкой, начав читать лекции.

Сначала Станислав лишь листал папку, пытаясь, понять, где какая дисциплина. Разобравшись, он начал вчитываться в лекции. Какое-то время он спокойно читал, склонившись над папкой. Потом спина и шея начали гудеть, и парню ничего не оставалось, как откинуться на подушку, а правую руку с папкой немного поднять, чтобы было удобнее читать. Но рука устала ещё быстрее. Стас опять оторвался от подушки и склонился над папкой. Прошло всего пять минут, а шея и спина вновь начали противно ныть.

Молодой человек отодвинул в сторону папку и, откинувшись на подушку, тяжело вздохнул. Читать в такой позе у него больше не было сил.

– Я, наверное, потом продолжу, – сказал парень, заметив взгляд отца.

– Устал?

– Да шея ноет, когда читаю, – поморщился парень и дотронулся до шеи. – А если держу папку в руке, то рука ещё быстрее устаёт. Потом продолжу. Только немного отдохну.

– Если хочешь, я могу прочитать тебе вслух пару лекций, – предложил мужчина.

– Ты серьёзно? – с удивлением посмотрел на него сын, не ожидая такого предложения.

– Да! А что? Мне несложно, – отец взял папку. – К тому же я обещал, что мы с мамой будем тебе помогать с учёбой. А у тебя вон ещё, сколько всего! – он махнул рукой на стол, где было ещё много папок и тетрадей, не считая три учебника, что лежали сверху. – Работы много. А если ты так будешь мучиться и столько всего читать, сильно напрягая шею, лучше не будет. Шею нужно укреплять понемногу. И руку также. Так что давай я тебе почитаю, а ты внимательно слушай и старайся запоминать. Хорошо?

– Да, давай, – закивал молодой человек, только радуясь этому. – Спасибо.

– Не надо благодарить, Стас. Вот это точно ерунда. Сидеть просто так, пока ты мучаешься и пытаешься читать лекции, я точно не хочу. Ты лучше скажи, где остановился, – глава семейства немного придвинулся к сыну, давая ему заглянуть в папку.

– Вот здесь, – указал Станислав. – Как раз про болезни пищеварительных систем собирался читать.

– Ага. Понял, – Виктор Петрович удобнее устроился на стуле и начал читать: – Вирусный гепатит собак. Очень опасное инфекционное заболевание, поражающее органы пищеварения собак и ведущее к дегенеративно-некротическим и воспалительным процессам в печени животного.…

Стас внимательно слушал каждое слово, стараясь всё запомнить.

Андрей, Денис, Богдан и Света прошли гуськом в палату. Станислав и Виктор Петрович уже ждали их.

– Здравствуйте! – первым делом поздоровались ребята с отцом друга. – Привет, Стас.

– Привет, ребята, – улыбнулся друзьям парень. Он был очень рад их видеть и даже не пытался это скрывать.

– Здравствуйте, ребята, – отозвался мужчина. – Рад, что вы сегодня зашли.

– Мы сами рады, что у нас сегодня это получилось! – воскликнула Света. – Вчера так много дел было, что даже не успели заскочить. А вот сегодня у нас много времени.

– Да, так что сможем нормально пообщаться! – выдал Богдан. – Мы уже успели побольше познакомиться с этим городом, так что у нас много впечатлений.

– А в музее Фаберже были? – тут же спросил Станислав.

– Да, мы побыли во многих местах, которые ты нам советовал.

– Так, ребята, вы всё равно, наверное, будете долго общаться… – Виктор Петрович неуверенно поднялся со стула. – Может быть, побудете со Стасом, а я пока на работу съезжу?.. На пару часов хотя бы. Если ты, сынок, не против, – он вопросительно посмотрел на сына. – Если ты не хочешь, чтобы я уезжал, ты только скажи. Я могу остаться и побыть тут.

– Нет, езжай, конечно, пап, – не стал держать его молодой человек. – Что тебе тут торчать, пока мы общаемся? Я же понимаю, что тебе неинтересно слушать нашу болтовню. К тому же я сам уже немного двигаться могу, так что не пропаду.

– Мы с ним побудем до вашего возращения! – заявил Денис. – Поможем с чем-нибудь, если понадобится. Так что всё будет хорошо! Езжайте спокойно. Стас не останется один. Не переживайте.

– Хорошо. Спасибо, ребят, – мужчина быстро накинул куртку, залез в ботинки и шагнул к двери. – Если что-то будет нужно, звоните. Ну, если вам нужно будет раньше уйти, тоже звоните. Хоть Стас и говорит, что уже может двигаться и не пропадёт, оставлять его одного я пока не хочу.

– Хорошо, мы поняли, дядь Витя. Всё сделаем! – успокоил его Андрей.

– Замечательно! Тогда я пошёл, – и глава семейства, напоследок окинув палату и в особенности сына взглядом, вышел в коридор.

– Я думал, что он так и не решится уйти, – засмеялся Богдан и уселся на стул возле стола. – Сложно ему это было!

– Да, оставлять меня одного надолго он вообще не хочет, – тоже засмеялся Станислав. – Даже говорит стараться не двигаться, пока его нет. Ну, если ему нужно куда-то отойти. Когда я вообще не двигался, только он и мама сидели со мной. Хорошо, что теперь хотя бы он позволяет оставаться со мной в палате кому-то из молодёжи, из Церкви или вам. А то так он безвылазно сидел то со мной, то на работе, и я видел, как он уставал. Он почти не отдыхал и мало спал.

– Да, это, конечно, не очень хорошо, – покачал головой Андрей, разместившись на стуле возле кровати друга. – А по нему видно, что он ещё до сих пор какой-то уставший.

– Ну, он уже хотя бы больше стал отдыхать и спать, – подметил парень. – Я всю ночь сплю, не просыпаясь, и отец тоже может себе спокойно это позволить. Да и для того чтобы попить воды мне больше не нужно его звать. Пить я теперь хотя бы могу сам, – он покрутил бутылку в руках. – Так что у него уже меньше переживаний. Может позволить себе больше отдыхать.

– И это хорошо, что он разрешает кому-то другому сидеть с тобой, – проговорила Света и села на третий стул. – И сам может отдохнуть, и мы можем с тобой спокойно пообщаться. А частенько с тобой сидит кто-то из Церкви?

– Нет, пока такое было только два раза. И то они сидели со мной не так уж и долго. Может час, может больше…. Точно не скажу! Папа дал мне телефон только сегодня, так что теперь я и за временем могу следить и переписываться с кем-то.

– Ну, это мы заметили! – улыбнулся Денис. – Ты нам сразу сообщения написал, так что мы заметили.

– Ну, да. Верно, – Стас сделал глоток воды и окинул палату взглядом. – Дэн, а ты что собрался так стоять?

– Ой, – друг посмотрел по сторонам, но свободных стульев больше не было. – Все места заняли. Молодцы!

– А что ты хотел? – развёл руками Андрей. – Ты стоял, болтал со Стасом, а мы во время разговора заняли стулья. Мы-то стоять не хотим!

– Классно, ребята. Молодцы! – нахмурился Денис.

– Садись сюда, Дэн, – молодой человек немного сдвинул в сторону ноги, освободив место на кровати. – Я точно не хочу, чтобы ты стоял.

– О! Спасибо, Стас, – обрадовался парень.

– А пока ты ещё не сел, можешь, пожалуйста, подать со стола яблоко? Пожевать что-нибудь хочется. Если хочешь, можешь взять и себе яблоко. Их много. Или если кто-то из вас хочет, можете взять.

– Ага! Сейчас, – усмехнулся Андрей. – Будем мы грабить лежачего больного!

– Скажешь тоже. Грабить, – прыснул от смеха Станислав.

– Ну, не грабить, а отбирать, – поправился друг. – Смысл всё равно тот же самый.

– Вот. Держи, – протянул яблоко Денис и уселся на кровать.

– Спасибо, – поблагодарил Стас и откусил кусочек. – И ничего вы не отбираете. Их реально много! Недавно только родители мне яблоки покупали, а потом ещё мне однокурсники их принесли. Так что я без понятий как теперь столько яблок съем. А родители отказываются их брать. Говорят примерно то же самое, что и вы. Так что от вашей помощи я точно не отказался бы!

– Нет уж, Стас, – стоял на своём Андрей. – Ты вон как похудел. Лучше ешь побольше, чтобы набрать вес. Я у тебя отбирать не буду.

– Да что вы мне все про вес говорите? Я итак это знаю. Практически каждый пытается мне про вес сказать и про то, как я похудел. Уже устал это слушать! Я в курсе, что похудел.

– Стас, просто это очень бросается в глаза, – выдал Денис. – И мы очень беспокоимся за тебя. Не привыкли тебя видеть таким. Вес тебе точно набирать нужно.

– А я, пожалуй, одно яблоко возьму, раз Стас предлагает, – решительно взяла яблоко девушка. – Мне тоже хочется что-то пожевать.

– Света! – с укором посмотрел на неё Андрей.

– Спасибо тебе большое, Светик! – обрадовался Станислав. – Ешь и никого не слушай. Если захочешь, бери ещё.

– Вот! Слышите? – гордо подняла подбородок Света. – Так что я буду есть. Стас разрешает!

– Ну, Света… – покачал головой Андрей, сделал мину, и ребята дружно засмеялись.

– А это тебе однокурсники столько лекций и заданий принесли? – обратил внимание на стол Богдан.

– Ага. И это ещё не всё. Многие лекции мне по почте отправит один одногруппник.

– Жуть! – парень открыл одну из папок и заглянул в неё.

– На самом деле всё не так уж и ужасно! Благодаря ребятам из института мне придётся делать не так уж и много всего. Они мне уже сделали много работ и пообещали, что сейчас, пока я полностью не поправлюсь, будут делать ещё практические работы и лекции. А мне нужно будет лишь сделать немного работ, перечитать лекции, что-то подучить и иметь хоть какие-то знания. Так что всё не так уж и ужасно. Я боялся, что будет хуже!

– Да, слава Богу! – воскликнул Денис. – Повезло тебе с одногруппниками.

– И не говори, – не стал спорить молодой человек. – Даже сам не знал, что мне так с ними повезло. И тут они меня так удивили….

– Да, понимаю, – Богдан захлопнул папку. – Ладно! Об учёбе давайте не будем говорить. Сменим тему!

– Для него это больная тема, – захихикала Света. Ребята переглянулись и дружно залились смехом. Лишь Богдан хмуро поглядывал на друзей.

– Сынок, сейчас я прочитаю место Писания из Матфея 5 глава. Думаю, нагорную проповедь ты хорошо помнишь.

– Да, помню, – подтвердил Стас, смотря на отца.

– Я всё же напомню и прочитаю главу. «Увидев народ, Он взошел на гору; и, когда сел, приступили к Нему ученики Его. И Он, отверзши уста Свои, учил их, говоря: Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими. Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня…».

Виктор Петрович читал главу дальше, а Стас внимательно слушал. Глава семейства уже давненько начал читать Библию сыну. После того их разговора, когда парень рассказал про ад, отец начал предлагать читать ему Библию. Ведь надо было как-то возвращаться в прежнее духовное состояние, а это всегда сделать тяжело. Отец не собирался заставлять сына слушать, как он читает Библию, но молодой человек сам согласился. Он не возражал, чтобы отец читал ему Библию. Они даже вместе немного рассуждали. Петь они никак не могли, а молиться мог только один отец. Станислав на колени или на ноги встать ещё не мог, поэтому просто лежал в кровати, а отец молился. Единственное, что парень мог делать, это мысленно молиться, что и делал.

И сейчас мужчина вновь предложил парню почитать Библию и порассуждать, и тот согласился. И они уже читали и рассуждали второе место Писания.

– А теперь давай немного порассуждаем, – поднял глаза от Библии отец и посмотрел на сына. – Для начала я хотел бы сказать, что проповедь, как ты знаешь, начинается с блаженств, или можно даже сказать благословений. Они дают представление об идеальных гражданах Христова Царства. Качества, которые здесь описаны и одобряются, противоположны тем, которые ценит мир. Это первое благословение предназначено для нищих духом. Это относится не к природному состоянию, а к обдуманному выбору и дисциплине. Нищие духом – это те, которые сознают собственную беспомощность и полагаются на Божье всемогущество. Они сознают свою духовную нужду и находят её восполнение в Господе. Царство Небесное принадлежит таким людям, а в нём самонадеянность не является достоинством и самовозвышение является пороком.

Блаженны плачущие, наступит день, когда они утешатся. Это не скорбь из-за превратностей жизни. Это печаль, которую испытывает человек, общаясь с Господом Иисусом. Она появляется тогда, когда человек приходит со своими мирскими разочарованиями и грехом к Иисусу. Это печаль не только о собственном греховном состоянии, но и об ужасном состоянии мира, о том, что он отвергает Спасителя, и о том, что отвергающие Его милость обречены на погибель. Эти плачущие будут утешены в грядущий день, когда «отрет Бог всякую слезу с очей их»…

Договорить глава семейства не смог, так как резко зазвонил его телефон.

– Извини. Сейчас отвечу, – Виктор Петрович схватил телефон и поспешил принять вызов. – Я слушаю…. Приветствую! Да…. Хорошо. Давайте…. Поднимайтесь…. Ждём! – он убрал телефон от уха и взглянул на сына, который наблюдал за ним. – К тебе опять пришли. Так что продолжим чуть позже, – он положил Библию на тумбочку.

– А кто пришёл? – заинтересовался Стас.

– Это из Церкви. Они уже поднимаются. Скоро будут тут. Звонили вот спросить можно ли сейчас тебя навестить.

– Вовремя они, – улыбнулся молодой человек. – Интересно и чтобы они делали, если бы меня нельзя было навестить сейчас?

– Они сказали, что проезжали мимо и решили заехать. Так что не думаю, что это для них было бы такой трагедией. Да, может быть, немного расстроились бы, но просто поехали бы дальше по своим делам.

– А, ну, это тогда другое дело. А кто это ты не спросил?

– Вова. Ну, то есть Владимир. Со своей дочерью приехал.

– А кто его дочь?

– Честно, не помню, – задумался отец. – Ну, так-то я её видел, но имя…. Что-то совсем забыл. Вроде как-то на букву «н» или «в». Да ты, наверное, её знаешь!

– Ну, тогда скоро увижу. Скорее всего, знаю её. Я вроде из молодёжи всех знаю.

– Ну, тогда точно знаешь её имя! Сейчас поднимутся, и как раз увидишь её. И этого брата. Пойду как раз встречу их и провожу в твою палату, – глава семейства уверенно поднялся со своего места и вышел из палаты.

Стас же удобнее устроился на кровати, готовясь к встрече с братом Владимиром и его дочерью. Парень был без понятий кто она, но ему уже было интересно увидеть её.

– Вот палата Стаса. Проходите, – раздался голос отца рядом с палатой.

В палату прошёл русоволосый мужчина средних лет, а следом за ним шла… Вероника. Увидев её, Станислав замер. Он так давно её не видел, и увидеть девушку сейчас было настоящим счастьем. Она была так же красива и прекрасна, как и раньше. На её лице сияла чудесная милая улыбка, а глаза была такие добрые и яркие, что так и хотелось в них смотреть.

– Приветствую! – поздоровался молодой человек, и на его лице засияла радостная улыбка, которую он был просто не в силах сдержать при виде девушки. – Привет, Вероника.

– Привет, – девушка ещё ярче улыбнулась и, подойдя к нему, протянула руку.

– Привет, Стас, – Владимир тоже подошёл к парню.

Станислав пожал руку сначала девушке, а потом её отцу, не прекращая улыбаться.

– Так ты Вероника! – хлопнул себя по лбу Виктор Петрович. – А то я пытался твоё имя вспомнить, но начисто забыл.

– Да, я Вероника, – кивнула девушка.

– Просто Стас спросил, кто там к нему пришёл, – объяснял глава семейства. – Я сказал, что брат Владимир, а твоё имя начисто забыл. Извини, пожалуйста.

– Ничего страшного, – махнула рукой Вероника, ничуть не обижаясь на мужчину.

– Стас, как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Владимир, окидывая парня внимательным взглядом. – Тебе уже лучше?

– Да, гораздо лучше, – ответил молодой человек, с трудом оторвав взгляд от девушки и переведя его на её отца. – Уже спокойно могу говорить и немного двигаюсь. Раньше даже сидеть нормально было сложно. Вообще не мог сидеть! А теперь получается и шею, и спину держать. Так что мне с каждым днём всё лучше! Спасибо что спросили.

– Ну, слава Богу, что ты поправляешься. Это замечательно! – воскликнул мужчина. – Мы постоянно за тебя молимся. Молимся, чтобы Бог помог тебе быстрее поправиться и восстановиться. Стараемся даже посты иногда брать и молиться за тебя. Мы очень переживали за тебя, когда ты ушёл от Бога и перестал приходить на собрания. А потом это случилось… Мы начали ещё больше за тебя молиться! И будем молиться и дальше, чтобы ты поправился и вернулся в Церковь и в особенности к Богу.

– Здорово. Спасибо, – немного растерялся от слов брата во Христе парень. Он даже не мог подумать, что кто-то настолько за него переживал, когда он ушёл из Церкви и что за него даже постоянно молились и брали посты. Это было шоком для молодого человека, но ему было очень приятно это слышать.

– Весь хор про тебя постоянно спрашивает, Стас, – заговорила Вероника. – Все интересуются, как ты и что с тобой там. Не у всех получается тебя навестить, но те, у кого это, получается, потом рассказывают всё. У меня самой долгое время не получалось тебя навестить. Но я так хотела проведать тебя… И тут папа предложил заехать к тебе! Я тут же, не задумываясь, согласилась.

– Это круто! Я очень рад вас обоих видеть! – губы Станислава вновь растянулись в улыбке. – Спасибо, что пришли.

– Мы все по тебе очень скучаем, Стас! Поправляйся скорее и возвращайся к нам в хор.

– Постараюсь скорее поправиться. Мне самому уже надоело тут лежать. Никогда не любил больницы, а тут ещё так надолго застрял…. Не терпится уже домой вернуться. Скорее бы….

– Да, понимаю, – засмеялся Владимир. – Вероника как-то в больнице лежала с отравлением, и каждый день говорила мне, как устала лежать в больнице и как хочет домой. А она лежала всего неделю!

– Пап! – немного покраснела дочь и бросила на отца взгляд, пытаясь заставить его замолчать.

– А что? Разве было не так? – окинул её взглядом мужчина. – А ты, Стас, уже вон, сколько времени лежишь в больнице! И держишься… Молодец!

– Ну, а куда мне деваться? Пока полностью не поправлюсь в любом случае выйти отсюда не смогу. Так что приходится лежать, восстанавливаться, выполнять все рекомендации и советы врачей… Выбирать не приходится! К тому же со мной постоянно то папа, то мама, а с ними не так скучно.

– Да, твои родители молодцы! – улыбнулся Владимир и повернул голову к отцу Стаса. – Настоящие герои!

– Ну, бросить Стаса мы никак не могли, – развёл руками Виктор Петрович и взглянул на сына. – Мы слишком переживали за него, когда он был в коме. И тут он очнулся…. Оставить его мы никак не могли! Мы обязаны были быть рядом. К тому же понимали, как нужны ему. Он же ведь даже не двигался сначала. Приходилось со всем ему помогать. Это сейчас он начал немного двигаться, но ещё многое не может делать сам. Так что оставлять его одного мы никак не можем, да и слишком сильно переживать будем, если он останется тут один, а мы будем на работе. И поработать спокойно всё равно не получится, так что лучше стараться быть рядом с ним. Да и от скуки не только мы спасаем Стаса. К нему вон постоянно кто-то приходит. То друзья, то кто-то из Церкви, то одногруппники… Так что, слава Богу! И мы можем побыть со Стасом и помочь, и другие приходят, а мы можем наоборот отдохнуть или по делам съездить.

– Да, слава Богу! – согласился Владимир. – Кстати, Стас, мы же не с пустыми руками пришли, – он полез в сумку, которая была у него в руках. – Вот, мы тебе принесли небольшой пирог. Вероника сама его испекла. Как узнала, что мы завтра заедем навестить тебя, решила испечь пирог. Чтобы ты мог что-нибудь вкусненькое поесть. Мы же понимаем, что больничная еда надоедает, а что-то вкусненькое и невредное поесть здорово. Вот пирог, – мужчина достал небольшую круглую коробку и открыл её, показывая парню пирог.

Пирог был небольшой, но очень аппетитный на вид. Одна его половина была с малиновой начинкой, что было понятно по цвету начинки и нескольким ягодкам малины по краям, а вторая с лимонной начинкой. Начинки было очень много и это было заметно невооружённым взглядом. А запах что от него шёл… У Стаса вмиг проснулся аппетит.

– Ого! Ничего себе! Спасибо большое, Вероника! – восхитился он, взглянув на пирог.

– Не за что, – смущённо опустила ресницы девушка. – Надеюсь, он тебе понравится.

– Он очень вкусный, Стас, – уверенно сказал Владимир. – Вероника готовит его несколько раз в месяц, и мы просто обожаем этот пирог. Потом тебе точно захочется ещё этого пирога.

– Я не сомневаюсь, что он вкусный, – продолжал с аппетитом поглядывать на пирог молодой человек. – Спасибо большое!

– И вы тоже обязательно угощайтесь, брат Виктор, – повернулась к мужчине Вероника.

– Конечно. Спасибо! – улыбнулся Виктор Петрович.

– Куда его можно поставить? – спросил Владимир, посмотрев по сторонам.

– Вот сюда можно, – кивнул на стол глава семейства и помог Владимиру поставить пирог. – Благодарим. Если хотите, можете попить чаю с нами. Как раз тоже поедите пирог, и мы ещё пообщаемся.

– Нет, к сожалению, попить чаю мы не сможем, – отказался мужчина, посмотрев на часы. – Мы были бы рады остаться, попить чаю, побыть ещё тут с вами и пообщаться, но, если честно, нам надо ехать. На собрание сейчас как раз едем. Так что мы спешим. Не хотелось бы опоздать.

– Да, езжайте, конечно, если вы спешите, – кивнул Станислав, не желая удерживать Владимира и Веронику. Конечно, ему хотелось ещё немного пообщаться с девушкой и её отцом, а также насладиться их обществом, но, если им надо было спешить, то удерживать их было глупо. – Спасибо большое, что заехали. Я был очень рад видеть вас! И был рад пообщаться с вами. Хотя бы немного, но пообщались. Это уже замечательно!

– Мы тоже были рады увидеть тебя, Стас! – просияла девушка. – Давай скорее поправляйся. Будем ждать твоего возвращения к нам!

– Хорошо! Я сам жду возвращения и в хор и в Церковь, – Стас окинул глазами Владимира и Веронику, остановив взгляд на девушке. – В особенности жду, когда смогу выйти из этой больнице и увижу что-то кроме этих четырёх стен. Эти четыре стены точно надоели! По молодёжи я тоже очень соскучился. Передай всем «привет» от меня.

– Конечно, передам! И мы обязательно ещё как-нибудь заскочим к тебе, Стас, – пообещала Вероника. – Постараемся даже с кем-то из ребят к тебе прийти или с кем-то из хора. А можем быть и с папой к тебе заскочим.

– Да, обязательно заскочим и навестим тебя, – подтвердил Владимир. – Рад был тебя проведать, Стас. Поправляйся! С Богом!

– С Богом, – отозвался молодой человек.

– С Богом, – попрощалась Вероника и напоследок ещё раз улыбнулась парню.

– Ещё раз спасибо, что зашли, – не удержался, чтобы не поблагодарить Виктор Петрович. – И за пирог спасибо.

Владимир с Вероникой лишь заулыбались, кивнули головами, посмотрели ещё раз на Стаса, который провожал их взглядом, и покинули палату. Глава семейства закрыл за ними дверь. После этого он подошёл к столу и взглянул на пирог. Окинув его взглядом, мужчина повернулся к сыну.

– Вот видишь, тебя ещё из Церкви пришли навестить, – с улыбкой проговорил отец.

– Ага.

– А ты Веронику знаешь, да?

– Да, она тоже в хоре поёт. Так что мы знакомы. Всё верно.

– Сынок, а ты, правда, хочешь, в хор вернуться? – неуверенно спросил Виктор Петрович.

– Ну, наверное… – задумался Станислав. – В Церковь то я точно вернусь, а в хор…. Ну, если ребята обратно примут, то почему бы и нет? Было бы неплохо туда вернуться и продолжить там петь. А что? Ты против что ли?

– Нет, нет! Что ты?! – выставил ладони вперёд мужчина, поспешно закачав головой. – Я только этому рад. Возвращайся, конечно, туда. Ребята, уверен, с радостью тебя обратно примут.

– Ну, тогда, конечно, вернусь! – твёрдо сказал сын.

– Я думаю, что сейчас лучше чай попить с пирогом, – задумчиво выдал глава семейства, опять посмотрев на пирог. – Раз уж нам его принесли…. Ты же, наверное, сейчас хочешь его попробовать?

– Да, я был бы рад его попробовать!

– Тогда сейчас дам тебе пирог и сделаю чай, – решил отец и сразу закопошился, доставая всё нужное для чая. – А продолжим рассуждать об этом месте Писания чуть позже. Немного перекусим.

– А ты же тоже, надеюсь, будешь? – на всякий случай поинтересовался парень. – Ведь и тебя тоже угостили. Да я сам даже не смогу всё это съесть.

– Ну, если ты не возражаешь, то я тоже возьму кусочек, – не стал спорить мужчина. – Сейчас всё сделаю.

Он быстро заварил чай, вскипятил воду и уже через десять минут на тумбочке стояли две кружки с горячим чаем. Глава семейства ловко разрезал пирог и положил кусочек себе и сыну на тарелки.

– Вот! Всё готово! – продекламировал он и поставил на тумбочку две тарелки. – Кушай, сынок. Я положил тебе сразу два кусочка с двумя вкусами. Надеюсь, сможешь съесть.

– Точно смогу! – молодой человек пододвинул к себе тарелку и попробовал кусочек пирога. Попробовав его и прожевав, он простонал: – Ммм! Нереально вкусно!

– Да, пирог вкусный, – согласился Виктор Петрович, тоже попробовав. – Вероника, и правда, испекла классный пирог!

– И не говори! – Стас отправил в рот ещё один кусочек пирога, с удовольствием его пережёвывая.

– Хорошая кандидатура для тебя! – подметил отец.

– В смысле? – не понял парень и с удивлением посмотрел на него.

– Ну, в качестве будущей жены. Ты же ведь уже взрослый парень и жениться рано или поздно придётся. Так что это хорошая кандидатура. Девушка очень милая, заботливая и прекрасно готовит!

– Да ладно тебе, пап! – засмеялся молодой человек.

– А что? Я говорю серьёзно! – стоял на своём мужчина. – Подходящая жена для тебя. Думать-то об этом уже можно начинать. Хотя бы немного.

– Ой, хватит, – отмахнулся от него сын, продолжая смеяться, и вернулся к еде.

– Ну, об этом, конечно, нужно будет молиться, спрашивать у Бога, какая жена тебе наиболее подходит, а потом уже делать предложение. А так девушка очень хорошая!

– Пап, перестань! – поморщился Станислав.

– Ладно, ладно, – засмеялся глава семейства. – Кушай. Не буду пока об этом.

Парень окинул отца пристальным взглядом и отправил в рот очередной кусочек пирога, запив его горячим чаем.

Огонь, пламя, жар, жуткая боль, страх, отчаяние…. Стас с ужасом смотрел по сторонам. Вновь ад! Пекло!

– Нет! Нет! Нет! – твердил он, смотря по сторонам. Станислав закрыл глаза, пытаясь проснуться. – Нет! – вновь крикнул парень и, резко открыв глаза, он просто подскочил на месте.

Оперевшись правой рукой на кровать, молодой человек, приподнявшись, тяжело дышал, пытаясь прийти в себя. Опять этот кошмар… Его сердце бешено билось, вены в висках пульсировали, а дыхание вновь сбилось.

– Опять этот кошмар, сынок? – с жалостью посмотрел на сына Виктор Петрович, сидящий на стуле возле кровати.

Тот лишь кивнул головой, продолжая пытаться восстановить дыхание и успокоить сердцебиение.

– Всё хорошо, сынок, – отец положил ладонь на плечо парня и слегка сжал его. – Всё в порядке. Ты здесь. Ты не там. Ты тут со мной. Не переживай!

– Ага, – ничуть не успокаивало это Стаса.

– Постарайся думать о чём-нибудь хорошем перед сном, – посоветовал глава семейства, продолжая сжимать плечо сына. – О Боге! И в особенности о том месте, что Он приготовил для своих святых. Думай о Нём. Хорошо? И тебе точно станет легче. И кошмары перестанут так мучить тебя. Размышляй о Боге, а об этом месте даже не думай.

– Хорошо, – опять кивнул молодой человек и встретился взглядом с отцом.

– Иди сюда! – мужчина решительно обнял сына, заметив застывшие в глазах парня слёзы. Эти сны слишком сильно били по нему и пугали его. – Всё будет хорошо! – похлопал его по плечу Виктор Петрович. – Ты туда не вернёшься!

– Надеюсь…. – слабым голосом проговорил Станислав.

– Точно не вернёшься! – был в этом уверен отец. – Потому что ты вернёшься к Богу и будешь следовать за Ним! А следуя за Богом и служа Ему…. Бог точно не допустит, чтобы Его дитя оказалось в аду. А все мы Его дети!

– Да, ты прав, – молодой человек сделал глубокий вздох, наконец-то успокаиваясь.

– Так-то лучше, сынок, – улыбнулся мужчина и отпустил сына. – Ложись дальше спать. Ещё рано просыпаться.

– А почему ты ещё не спишь? – парень окинул взглядом отца, опустившись обратно на подушку.

– Я ещё не хочу. А ты спи. Тебе нужно побольше спать.

– Хорошо, – Стас прикрыл глаза, погружаясь обратно в сон.

– Спокойной ночи, сынок, – донёсся до него голос отца.

– Технологические линии по изготовлению концентрированных кормов, травяной муки и других сыпучих кормов, а также линии их раздачи (грубых и сочных кормов) необходимо оборудовать соответствующими магнитными уловителями, – читал очередную лекцию Виктор Петрович сыну. – Для выявления и удаления металлических тел из кормушек и из небольших количеств сыпучих кормов целесообразно применять специальные магнитные щупы….

Стас, лёжа на кровати, слушал отца, вникая в каждое слово. Точнее он очень старался вникнуть в каждое слово, но, конечно, это было сложно. Проще было бы вникнуть и всё понять, читая лекции самостоятельно. Но молодому человеку до сих пор было трудновато много читать. Спина и шея быстро уставали, а рука ещё быстрее уставала. Поэтому, как только он уставал, лекции ему начинал читать отец. И Станиславу приходилось сосредотачиваться и внимательно слушать.

Парень снизу вверх смотрел на отца, наблюдая, как быстро его глаза бегают по тексту. Он посмотрел по сторонам. Стас не знал, когда там закончится эта лекция, но ему уже надоело лежать и хотелось сесть. Вот только перебивать отца он не желал. Молодой человек боялся, что тот собьётся и потом не сможет найти, где остановился. Поэтому сын хотел просто дождаться, когда отец сам остановится и тогда он уже сможет его попросить помочь ему сесть, что у него ещё не получалось делать самостоятельно.

Время всё шло, шло, а отец никак не останавливался. Виктор Петрович спокойно читал, читал и читал, словно тексту и не было конца. Станислав тихонько вздохнул. Лежать ему было уже просто невыносимо. Молодой человек вновь посмотрел по сторонам и покосился на свои ноги. Двигать ими он уже мог чуть лучше. Сын взглянул на отца, подождал ещё немного, поразмышлял пару минут и понял, что должен попытаться сам сесть, чтобы не перебивать отца. Стоило хотя бы попробовать.

Стас начал неуверенно двигаться. Он согнул немного ноги в коленях, правой рукой опёрся на кровать, оттолкнулся ногами и резко сел. Парень даже сам не ожидал, что у него это получится, но у него это получилось, и это было не так уж и сложно, как он думал. Молодой человек с облегчением вздохнул и только сейчас понял, что отец замолчал. Он повернул голову и заметил его взгляд. Мужчина с удивлением смотрел на сына.

– Ничего себе! – заговорил ошеломленный отец. – Ты смог сам сесть! Молодец!

– Да, я сам удивлён, что у меня получилось, – улыбнулся Стас. – Был уверен, что не получится.

– А почему меня не попросил помочь?

– Не хотел тебя перебивать, – честно ответил парень. – Да и решил сам попробовать. Надо же учиться делать всё самостоятельно. Не вечно тебе мне помогать!

– Ну, это верно, – не стал спорить глава семейства. – Ты молодец! Это уже прогресс. Умеешь сам садиться…. Умница! Ты точно скоро начнёшь ходить, раз уже сам научился садиться на кровати.

– Может быть. Я двумя ногами уже спокойно двигаю, – молодой человек вновь согнул ноги в коленях, как бы демонстрируя, что может спокойно ими шевелить, – и правой рукой могу нормально двигать. А вот левая рука… – он с тоской взглянул на левую руку. – Ей я вообще с трудом передвигаю. Даже пальцами с трудом шевелю, – Стас еле-еле пошевелил пальцами левой руки. – Ими и сложно шевелить. Она словно и не хочет двигаться. Чувствую её лишь немного. Словно она онемела и всё…. Двигаться не хочет!

– Да, это печально, – подметил Виктор Петрович и дотронулся до левой руки сына. – Ого! Какая она холодная!

– Ну, это я тоже не ощущаю, – признался парень. – Прикосновения чувствую, но чтобы рука была холодная.… Нет!

– Ничего! Подвижность вернётся! – твердо сказал отец. Он положил папку на колени сына и начал слегка массировать левую руку, начав с пальцев. – Мы подобный массаж тебе делали, когда ты был в коме. Врач сказал, что его надо делать, так как он поможет, чтобы кровь лучше поступала. Вроде как…. Ну, то есть…. Как сказал врач, подобный массаж улучшает кровообращение, нормализует обмен веществ, восстанавливает силы, активирует работу головного мозга и даже избавляет от депрессии. Так что этот массаж очень полезен! Может быть, он поможет, чтобы ты быстрее смог двигать этой рукой. И чтобы тебе это было легче! Попробовать стоит.

– Понятно, – кивнул Станислав, наблюдая за отцом.

Молодой человек какое-то время наблюдал, как тот массирует его левую руку, а потом перевёл взгляд на его лицо. Лицо отца было очень сосредоточенным. Было видно, что он знает, что делает.

Стас вглядывался в его лицо и заметил небольшую седину на висках отца. Парень точно помнил, что раньше никакой седины у отца не было, и эта седина немного удивила сына. Он не понимал, когда отец успел поседеть. Вроде бы совсем недавно у него не было ни единого седого волоса, а сейчас чуть ли не весь висок был седой.

– У тебя седина? – удивлённым голосом заговорил сын, не в силах сдержать своего изумления. – Когда ты успел поседеть? Ты же вроде недавно был вообще не седой, а сейчас…

– Да, она уже как три месяца. Видимо, ты просто раньше не заметил, так как не очень хорошо себя чувствовал, и тебе было просто не до этого.

– Она уже три месяца? – ещё больше удивился парень.

– Ага. Появилась как раз в тот день, когда ты попал в аварию и впал в кому. Как видишь, на некоторых подобный стресс отпечатывается таким образом. В виде седины! Слишком сильно перенервничал, когда с тобой это случилось. Мама потом уже, когда мы вернулись домой, сказала мне, что я поседел немного. Если бы не она, я, наверное, даже не сразу это заметил бы.

– Да, это не круто…. У тебя не тот возраст, чтобы уже быть седым.

– Ничего страшного, сынок, – безразлично махнул рукой мужчина. – Мне как-то всё равно на это. Она всё равно рано или поздно появилась бы. Так что не переживай! Тем более самое главное, что с тобой всё хорошо. И что мне волноваться из-за седины? Жена у меня есть, сын тоже есть, а больше мне и не нужно.

– Как будто ты уже больше не хочешь ещё одного ребёнка.

– Хочу, конечно, – не стал врать отец. – Так! Не отвлекай меня. Массаж хотя бы десять минут надо делать, а ты со мной болтаешь. Мне ещё вон нужно будет тебе дочитать лекцию.

– Ладно, ладно, – улыбнулся Стас. – Спасибо!

– Вот благодарить точно не нужно, сынок, – продолжал делать массаж глава семейства. – Да и не за что! Всё. Не мешай.

Станислав лишь улыбался, наблюдая за тем, как отец с сосредоточенным выражением лица дальше как можно старательнее массирует его левую руку.

Глава 8. «Прости меня, Боже…»

Стас сделал глубокий вздох и медленно спустил ноги с кровати. Да, он уже не один раз сидел на кровати, но ноги спускал с кровати в первый раз после того, как очнулся от комы. И молодой человек очень сильно переживал. Ему было не по себе, и он волновался, что просто не сможет встать с кровати и сделать пару шагов. Ведь ещё недавно он даже ногами двигать не мог и руками, а теперь ему надо было встать с кровати и пойти. Конечно, парень переживал. Это был для него очень волнительный момент. Ноги у него уже неплохо двигались, двумя руками он также мог шевелить, но поделать с собой ничего не мог и всё равно волновался.

Двигаться дальше молодой человек не спешил. Он пару минут смотрел на свои ноги, пытаясь понять, сможет ли ими сделать хотя бы несколько шагов по палате. Даже пару шагов будет хорошо. Но Станислав очень боялся, что не справится. А если он сейчас не сможет пойти…. Ему придётся тут пролежать ещё дольше, а этого ему совсем не хотелось. Он понимал, что и родители устали тут сидеть с ним, да и ему самому надоела больница. Стасу не терпелось вернуться домой, но теперь всё зависело от того пойдёт он или нет.

Парень медленно поднял голову, взглянул сначала на врача, что стояла неподалеку и ждала от него дальнейших действий, а потом на отца. Тот тоже смотрел на него. Все ждали, когда он встанет.

– Давай, Стас, – не выдержав, всё же проговорил Виктор Петрович. – Вставай.

– Не торопите его, – покачала головой врач. – Пусть сделает это, когда будет готов. Ему надо настроиться, набраться сил и сделать это самому. Поэтому пусть не спешит. Время у нас есть. Стас, вставай, когда будешь готов!

– Извини, сынок, – тут же смутился отец.

Станислав ничего отвечать не стал. Он был слишком сосредоточен на задаче, что сейчас должен был выполнить. Эта задача была слишком важна! Остальное парню было сейчас неважно. Молодой человек немного пошевелил ногами, проверяя нормальная ли подвижность ног. Ноги чуть-чуть двигались, но он опасался, что этого не хватит для того, чтобы пойти. Но врач сказала, что этого достаточно и пойти он сможет. Наоборот если он не пойдёт, будет нехорошо. Нужно было доверять врачу и встать.

Парень сделал ещё один глубокий вздох и всё же оторвался от кровати. Стас выпрямился и твёрдо встал на ноги. Оказалось, что это не так уж страшно, как молодой человек думал. Он достаточно твёрдо стоял на ногах и чувствовал опору. Ноги вполне хорошо держали его, и стоять он мог нормально.

– Замечательно! – была довольна врач, наблюдая за пациентом. – Теперь попробуй сделать один шаг.

Станислав кивнул, вновь кинул взгляд на ноги и немного выдвинул одну ногу вперёд, пытаясь сделать шаг. Но стоило ему сделать это, как он тут же пошатнулся и упал бы на пол, если бы его вовремя не подхватил отец, который стоял рядом. Мужчина пододвинул стул и усадил на него сына. Парень тяжело вздохнул, не скрывая своего разочарования от того, что у него даже шаг не получилось сделать.

– Это нормально. Ничего страшного, – успокоила его врач. – Пусть Стас немного посидит. Подвигает чуть-чуть ногами, отдохнёт. И мы продолжим. Сначала будет сложно ходить. Потом шаг за шагом станет легче. Самое главное не бояться упасть.  Стас, страх упасть, как раз-таки будет управлять твоей способностью двигаться, и ты просто не сможешь сделать шаг, так как будешь бояться, что потеряешь равновесие. Но, как мы уже знаем, с равновесием у тебя всё хорошо. Мне достаточно было просто увидеть, как ты встал и уверенно стоял. Теперь нужно просто не бояться сделать шаг. Ничего страшного не случится! С тобой рядом и я и твоей отец. Так что мы поддержим и поможем! Ты точно не упадёшь. Мы просто этого не допустим.

– Да, Стас, – поддакнул Виктор Петрович, положив руку на плечо сыну. – Я-то уж точно упасть тебе не дам. Так что не переживай об этом.

– Ты готов или тебе нужно ещё немного времени? – спросила врач.

– Ещё минуту, – выдал молодой человек, пытаясь настроиться.

Станислав ещё немного пошевелил ногами, пытаясь убедить себя, что ноги в порядке и сделать шаг он сможет. Потом парень глубоко вздохнул и кивнул.

– Да, я готов!

– А можно ему немного помочь? – не желал отходить от сына мужчина. – Может ему будет легче, если кто-то будет рядом с ним и будет его поддерживать?

– Да, конечно, можно, – не стала запрещать врач. – Только вы самое главное не подталкивайте его. Шаг он должен делать сам. Лишь слегка поддерживайте на тот случай, если он будет падать.

– Хорошо! Подталкивать я не и собираюсь. Сынок, поднимайся, – отец слегка дотронулся до локтя сына.

Стас медленно поднялся на ноги и остановился.

– Я помогу, – глава семейства аккуратно взял сына за локоть, а другую руку положил ему на плечи, слегка придерживая его.

Молодой человек посмотрел на отца. Сейчас он как никогда был рад, что отец рядом. Парень очень переживал, что сам не сможет сделать шаг и пойти, а рядом с отцом ему тут же стало немного спокойнее. Если понадобится, тот поддержит его и упасть ему не даст. Сын опустил глаза, взглянув на свои ноги. Стоял он на ногах крепко, и в таком положении ему было не страшно, что упадёт. Осталось только пойти.

Стас устремил свой взгляд вперёд на дверь, представляя себе, как выходит из палаты и идёт домой. Именно это мотивировало его больше всего. Пора было идти! Стоять дальше на месте было просто нельзя. И Станислав начал пытаться сделать шаг. Он с трудом выдвинул ногу вперёд, сохраняя равновесие и пытаясь делать всё не слишком долго. Парень понимал, что если будет всё делать очень медленно и долго, то точно потеряет равновесие и упадёт или испугается и не сможет дальше пойти, что тоже было плохо. Но и слишком быстро делать всё тоже было нельзя, так как его ноги были к такому не готовы. Ноги были очень тяжёлые и непослушные. Они словно не хотели выдвигаться вперёд, чтобы дать молодому человеку сделать шаг. Но Стас пересилил себя и сделал первый шаг. Он продвинулся немного вперёд.

– Прекрасно! Молодец! – похвалила его врач. – Один шаг ты сделал. Это уже прекрасно!

Станислав довольно улыбнулся. Он так боялся сделать этот один шаг, но вот он его сделал и ему на душе тут же стало хорошо и радостно. Он смог это сделать! Как бы ему ни было страшно, у него получилось.

– Можешь сделать ещё пару шагов и достаточно, – решила врач. – Сейчас можешь либо немного постоять и отдохнуть или сразу пойти. Это уже по твоему самочувствию и желанию. Самое главное, что ты смог сделать один шаг. Это уже хорошо! Многие наши пациенты не могут сразу сделать шаг и не по одному дню только стоят и мы с ними делаем разные упражнения, чтобы они могли пойти. А ты молодец! С первого раза пошёл. Умница! С тобой мы точно быстро двинемся вперёд. Отдохнёшь немного?

– Давайте лучше сразу, – не желал ждать Стас. Ему очень хотелось пойти дальше, ведь от этого одного шага ему было так радостно, а что будет, если он сделает ещё несколько шагов?! Парень даже не представлял, как будет рад. И ему не терпелось сделать ещё пару шагов.

– Замечательно! Давай сразу! – обрадовалась женщина.

Виктор Петрович, стоя рядом с сыном, тоже не смог сдержать радостную улыбку. Успехи сына необычайно радовали его, а его целеустремлённость и желание скорее поправиться радовали ещё больше.

– Давай, сынок, – всё также поддерживал сына отец.

Станислав сделал ещё один шаг, но на этот раз более уверенно. Конечно, ноги были всё такие же непослушные и тяжёлые, но теперь такого страха не было и ему было проще сделать шаг. Следом молодой человек сделал второй шаг и третий. После этого слегка пошатнулся, начав терять равновесие. Но отец, стоящий рядом, тут же удержал его, не дав упасть.

– Молодец! Достаточно! – воскликнула врач. – Можешь вернуться в кровать и отдохнуть. Пока что достаточно нагрузки для тебя. Несколько шагов – это уже просто прекрасно. Ты большой молодец, Стас! Не расстраивайся, если тебе пока сложно делать шаги или если тебя немного шатает во время ходьбы. Потом со временем всё пройдёт и станет легче. Да, пока тебе нужен кто-то рядом, чтобы поддерживать тебя. Один пока точно не ходи! И даже если кто-то рядом будет, старайся придерживаться за что-то. Это нужно для того, чтобы привыкать потом ходить одному. И слишком не спеши. Ты итак молодец и можешь делать всё не спеша. Такими темпами мы тебя уже скоро выпишем.

– Это было бы круто, – сразу просиял парень, медленно шагая обратно к кровати.

– Но пока говорить об этом рано! Поговорим об этом потом. А сейчас я буду наблюдать за тобой, и следить за изменениями.

– Хорошо, – молодой человек с помощью отца опустился обратно на кровать и откинулся на подушку, давая себе возможность расслабиться.

– Вы можете понемногу начинать ходить по палате и без меня, – сообщила врач, посмотрев на отца пациента. – По несколько шагов делать и отдыхать. И так можете почаще повторять, чтобы ноги крепли. Из палаты пока не стоит выходить. Рано ещё. Потом вместе со мной Стас из палаты выйдет, и тогда уже можете и вдвоём выходить. Но пока что не надо. Достаточно будет и по палате ходить. Самое главное старайтесь это в течение дня делать по несколько раз.

– Хорошо. Я за этим прослежу! – пообещал Виктор Петрович. – И буду ему помогать.

– Это правильно! Ты пока отдыхай, Стас, и потом можешь ещё походить, – дала наставление женщина. – Я завтра обязательно зайду к тебе, и мы ещё сделаем пару упражнений. Те упражнения, что я тебе уже показала, не забывай делать. Надо их тоже стараться чаще повторять, чтобы все мышцы окрепли.

– За этим я тоже прослежу! – сразу подал голос глава семейства, даже не дав ничего сказать сыну.

– Хорошо. Я пойду. До завтра, Стас.

– До свидания! Спасибо, – попрощался с врачом парень, и она вышла из палаты.

Когда отец и сын остались наедине они переглянулись.

– Ну, видишь, сынок, – улыбнулся мужчина, – ты уже можешь немного ходить. А ты так переживал, что не сможешь в ближайшее время пойти. Надо было не волноваться зря! Видишь, как всё хорошо? Скоро вообще будешь ещё лучше ходить, а потом домой.

– Да, уже не терпится вернуться домой, – вздохнул Станислав. – Больница жуть как надоела!

– Как будто мне не надоела! – на губах Виктора Петровича появилась лёгкая усмешка. – Я тут тоже вообще-то с тобой почти целыми днями. А мама при желании даже не смогла бы тебя удержать сейчас, когда ты начал ходить. Ты хоть и похудел, но немного тяжёлый. К тому же уже вес стал обратно набирать и становишься ещё тяжелее. Вон как хорошо стал есть! Мама просто не удержала бы тебя, когда ты начал падать. Так что мне ещё чаще придётся с тобой быть, чтобы помочь. По крайней мере, пока ты не станешь ещё лучше ходить. А потом посмотрим…. Так что я тоже хочу уже скорее домой. Больницу уже видеть не могу!

– Ну, ты хотя бы на улице бываешь, – подметил молодой человек. – А я там давно не был. Хочется хотя бы глоток свежего воздуха сделать. Сейчас я хотя бы начал ходить и смогу подойти к окну и выглянуть на улицу. Это уже будет неплохо! Но на улицу всё равно охота.

– Понимаю тебя, сынок. Ничего! Осталось немного потерпеть. Ещё чуть-чуть и тебя выпишут. Потерпи.

– Ну, а что мне остаётся? – развёл руками Стас.

Глава семейства похлопал сына по плечу, улыбнулся ему и поднялся со стула.

– Ты сейчас чем хочешь заняться? Позаниматься или может быть музыку послушать? Или аудиокнигу?

– А общаться ты уже со мной не хочешь? – не удержался, чтобы не подколоть его парень. – Я тебе уже надоел?

– Нет, конечно, сынок, – засмеялся мужчина. – Ты мне не надоел. Просто тебе же надо чем-нибудь позаниматься, прежде чем ещё немного походить. А по учёбе у тебя ещё много заданий. Нет, ну, если ты хочешь со мной пообщаться, то давай. Поговорить с тобой я всегда рад.

– На самом деле я перекусил бы немного.

– Хорошо. Тебе что-то более сытное дать или подойдут фрукты?

– Давай просто фрукты, – не задумываясь, сказал Станислав. – А то кто-то же мне сейчас сказал, что я толстый….

– Я не говорил этого! – опять засмеялся отец, кинув взгляд на сына. Тот лишь весело улыбнулся. – Ты худой, как щепка. Тебе наоборот ещё побольше надо есть, чтобы набрать прежний вес.

– А кто мне сказал, что я тяжёлый? – поймал его на словах Станислав. – И что мама не сможет меня удержать? Разве это не намёк, что я толстый?

– Ну, конечно, ты тяжёлый! – повторил Виктор Петрович, перемывая фрукты. – Ты же взрослый парень и лёгким никак не можешь быть, не смотря на то, что похудел. В особенности тяжёлый для женщины. Для меня-то ты не особо тяжёлый, а вот для мамы…. Она даже пакеты более четырёх килограммов носит с трудом. А тут ты….

– Ты меня сравнил с пакетом? – сделал обиженное выражение лица парень.

– Стас! – опять прыснул глава семейства и на этот раз сын поддержал его смехом. – Ну, что ты такое говоришь?! Ты же понял, что я имел в виду. Прекращай! Что-то ты шутить много стал последнее время.

– И что это плохо? – улыбался молодой человек.

– Слишком смешишь меня, – мужчина подошёл к сыну и протянул ему тарелку с фруктами. На тарелке был банан, яблоко, порезанное на дольки, груша, апельсин, а также разрезанный персик. – Лучше ешь и займи чем-нибудь свой рот. Очень много болтаешь!

– А мне уже болтать нельзя? – усмехнулся Станислав и взял из рук отца тарелку.

– Так много не рекомендуется!

– А! Так значит! – кивнул сын и засмеялся. – Ну, понятно.

– Ешь уже лучше, – Виктор Петрович взял в руки свой ноутбук, начав что-то изучать. – У тебя итак много дел. А ты болтаешь!

– Ну, вот. Уже и поговорить нельзя, – состроил мину парень и взял из тарелки апельсин, начав его есть.

Отец покосился на сына, опять засмеялся и продолжил что-то изучать в ноутбуке.

Стас сделал шаг, ещё один, ещё один и остановился прямо возле дверного проёма. Дверь была открыта, и виднелся коридор. Парню хотелось немного выйти в коридор и там пройтись, так как в коридоре он ни разу не был, а ему очень хотелось хоть ненадолго сменить эти четыре стены, покинуть палату и увидеть что-то другое. Видеть одни и те же стены ему было уже невыносимо. Но молодой человек знал, что ему ещё было нельзя покидать палату. И оставалось только смотреть на коридор. Станислав сделал ещё один небольшой шаг вперёд.

– Ты куда? – тут же притормозил его отец. – Тебе ещё нельзя по коридору ходить. Врач сказала рано. Ноги должны ещё больше окрепнуть, прежде чем выходить из палаты.

– Да, я знаю, – махнул рукой сын. – Я и не собираюсь выходить из палаты! – он немного выглянул в коридор. Там всё было такое же белое и лишь двери палат были серые. Все палаты были закрыты, и стояла полная тишина. – Как тихо…

– Конечно. Здесь же лежат только самые серьёзные больные, – выдал мужчина и тоже выглянул в коридор. – Ты тоже долгое время не мог ни ходить, ни двигаться, ни говорить. Тут почти все вроде тебя. Кто-то в коме, кто-то после комы отходит, кто-то серьёзно пострадал в аварии и так далее. Здесь всем не до веселья, болтовни и шума! Полная тишина и покой.

– Да уж, – поморщился парень. – От этой тишины и покоя уже в ушах свистит.

– Ну, это ты сейчас начал поправляться и тебе надоела такая тишина. А когда ты лежал, и тебе было плохо, тебе тоже было не до шума и хотелось покоя, – подметил глава семейства. – И многие такие же! Им хочется тишины и покоя и он тут есть. А такие как ты…. Надолго не задерживаются. Претенденты на выписку!

– Ну, это да, – не стал спорить молодой человек. – И как врачам нравится такая атмосфера? Они же тут постоянно находятся. Понимаю, что это их работа, но такая напряжённая и унылая атмосфера. Брррр….

– Обычно это же работа по призванию. То есть люди это настолько любят, что идут сюда работать. Я точно не смог бы тут работать. В такой атмосфере и каждый день видеть людей в таких тяжёлых ситуациях…. Жуть!

– Согласен!

– Но врачи большие молодцы! – добавил отец. – Они делают очень важные и нужные вещи. Нужно их очень ценить! Они порой терпят таких людей…. Терпят их капризы. Очень сильные люди!

Стас лишь опять кивнул, продолжая смотреть в коридор, слегка оперевшись на дверной косяк. Мужчина немного постоял рядом, посмотрел в коридор, а потом проговорил:

– Давай может обратно, сынок? В коридор тебе всё равно идти пока нельзя. Да и думаю тебе надо отдохнуть. Врач сказала понемногу ходить. Рисковать много ходить сейчас не стоит.

– Да, давай, – нехотя оторвался от дверного косяка парень и развернулся обратно к кровати.

Не спеша с помощью отца, он вернулся на кровать. Долго ходить молодой человек ещё не мог. Ноги быстро уставали, и хотелось присесть или даже прилечь, но хотя бы было уже полегче ходить. Ноги были уже не такие непослушные и тяжёлые. Шаг за шагом давался проще. Тренировки и упражнения делали своё дело и помогали.

– Ладно. Я ещё немного почитаю лекции, – решительно взял в руки папку с лекциями Станислав.

– Хорошо. Давай, – не стал спорить Виктор Петрович и только потянулся к своему ноутбуку, как ему на телефон кто-то позвонил.

– Кто это?

– Не знаю, – пожал плечами отец, взглянув на экран. – Сейчас узнаю. Алло!

Пару минут глава семейства разговаривал по телефону. Стас наблюдал за ним, не решаясь начать читать лекции. И вот тот убрал телефон от уха и повернул голову к сыну.

– Ну, кто это?

– Какой-то брат из молодёжи, – выдал мужчина. – Сейчас поднимется сюда.

– Интересно, – выражение лица парня стало задумчивым. – Кто это на этот раз? Имя не сказал?

– Нет. Сейчас поднимется и увидим.

– Ну, да, – молодой человек с ожиданием посмотрел на дверь.

– Кстати, сынок, о том нашем разговоре, о врачах, – внезапно начал говорить Виктор Петрович. – Ты же, по сути, тоже врач и это же тебе нравится. Работа по призванию! Тебе это всегда нравилось.

– Ну, я ветеринарный врач, – поправил его Стас. – И пока что я не врач.

– Ну, скоро им будешь! Не суть!

– Может быть, буду….

– Точно будешь! – был уверен отец. – Так я это к чему…. Ты же так удивился, как врачам нравится такая атмосфера. Я вот тоже не могу понять, как тебе может нравиться так возиться с животными, что ты готов работать ветеринарным врачом и постоянно ими заниматься. Но ты это любишь! Твоя работа по призванию. Вот и им это нравится. Скорее всего….

– Ну, не сравнивай, пап! С животными работать приятнее, чем с такими больными. И в такой атмосфере, что постоянно может с кем-то что-то случится и надо за всем следить…. Напряжённая атмосфера.

– Кому что нравится, сынок, – улыбнулся мужчина. – Вот, например ты….

Тут заскрипела ручка двери, и глава семейства просто не успел договорить. Виктор Петрович и Стас повернули голову к двери. Дверь открылась, и в палату прошёл Эдуард. Увидев его, молодой человек очень удивился.

– Эдуард? – не смог скрывать своего удивления Станислав.

– Пожалуйста, просто Эдик, – слегка поморщился парень, показывая, как сильно ему не нравится полное имя. – Не люблю, когда меня называют Эдуардом. Эдик!

– Ну, хорошо. Привет.

– Привет! – губы Эдуарда растянулись в лёгкой улыбке. Он посмотрел на отца Стаса. – Здравствуйте.

– Здравствуй, Эдик, – поздоровался с ним мужчина. – Рад, что ты решил прийти навестить Стаса.

– Да, я уже давно хотел, но всё занят был. Как ты, Стас? Как самочувствие?

– Намного лучше! – сразу расплылся в улыбке молодой человек. – Говорят, что могут в ближайшее время выписать.

– Но болтать об этом ещё рано, Стас, – покачал головой отец.

– А что? – сделал невинное выражение лица парень. – Я лишь сказал, что говорят. Я же не сказал, что меня скоро выпишут.

– Ему точно гораздо лучше, – посмотрел на Эдуарда Виктор Петрович. – Болтать очень много стал! Раньше он так много не болтал. Даже до всей этой ситуации так много не болтал. А теперь затыкаться не хочет.

– Понятно, – засмеялся Эдуард.

– Эй! – нахмурился Стас. – Я вообще-то три месяца молчал. Сейчас поговорить нельзя?!

– Говори, говори! – отступил мужчина. – На здоровье!

– Вот так-то! – гордо вскинул голову молодой человек. – И не надо мне тут….

– Значит, уже идёшь на поправку? – переспросил Эдуард. – Врачи не говорили через сколько выписывают тебя? Через неделю?

– Врачи лишь сказали, что такими темпами быстро выпишут его, – сообщил Виктор Петрович. – А про срок вообще не говорили! Стас только ходить начал. А они не выпишут его, пока он ещё лучше не восстановится. Так что о сроках говорить рано.

– А, ну, понятно.

– А мне недавно говорили, что такие пациенты как я кандидаты на выписку, – напомнил Станислав. – И как теперь тебе верить?

– Я это просто так сказал, – отмахнулся от сына отец. – Что ты сразу начинаешь? Я просто имел в виду, что такие больные надолго не задерживаются.

– Выкрутился… – усмехнулся парень. – Видишь, Эдик? Вечно он так!

Эдуард лишь опять захихикал, наблюдая за Стасом и его отцом.

– Ну, знаешь ли, сынок… – хотел что-то ещё сказать мужчина, как ему опять помешал договорить телефонный звонок. – Ой. Это с работы. Вы тогда тут общайтесь, а я отойду. Скоро вернусь.

– Иди, иди, – бросил ему напоследок сын. Когда дверь за отцом закрылась, Станислав посмотрел на Эдуарда. – Если честно, я удивился, что ты пришёл. Ты не обижайся, но я вообще не ожидал тебя увидеть. Мы же ведь вообще почти не общались. Если ещё со многими ребятами я хоть немного общался, то с тобой…. Вообще не общался! Да ты и редко бывал на служениях.

– Да, это так, – не стал отпираться парень. – Наверное, я должен извиниться. Прости, пожалуйста, что даже не пытался наладить контакт с тобой.

– Да не надо извиняться, – поспешил остановить его Стас. – Всё нормально!

– Нет, не нормально. Я чувствую себя виноватым перед тобой. Я помню, как ты подходил ко мне, пытался общаться со мной, а я…. Я каждый раз так холодно относился к тебе…. Даже перед твоим уходом из Церкви, также вёл себя. Это было неправильно! Некрасиво и не по-христиански! Поэтому прошу, прости меня за это. Мне очень неловко за такое поведение.

– Нечего прощать, Эдик, – улыбнулся Станислав. – Всё хорошо! Не переживай.

– Я могу объяснить, почему так вёл себя, – продолжал молодой человек.

– Это необязательно….

– Нет. Я хочу! – настаивал тот. – Дело в том, что на тот момент, когда ты приехал к нам, начал ходить в Церковь и пытался общаться со всеми нами и мной…. На этот момент у меня было тяжёлое положение в Церкви. Да и в жизни было нелегче. Перед твоим приходом я не так давно стал членом Церкви. Принял водное крещение и так далее. И перед твоим приездом кое-что случилось…. Я натворил серьёзных делов, очень сильно согрешил и меня поставили на отлучение. И я это тяжело пережил. Я понимал, что виноват, но было очень тяжело и плохо. Мне казалось, что от меня отвернулись все, и я всех сторонился. В жизни у меня всё разваливалось, и было всё очень плохо. Я ничего не хотел! Ни общаться с кем-либо, ни ходить на служения, ни служить Богу…. Ничего! И тут приехал ты. Подошёл ко мне и сказал: «Привет. Меня зовут Стас. Я переехал к вам в город совсем недавно, а раньше ходил в Церковь в другом городе», и я уставился на тебя, не понимая, что ему нужно…. У меня была чуть ли не депрессия, и тут ты…. И я лишь что-то буркнул тебе и ушёл. Но ты такого отношения не заслуживал. Прости за это!

Я долгое время не мог вернуться к Богу, продолжить нормально ходить в Церковь и то не ходил на служения, то ходил. Мне было тяжело! И только после того, как это случилось с тобой…. Я был на том служении, когда твои родители вышли вперёд, начали всё рассказывать…. Они так плакали…. И тогда меня словно током ударило! Я понял, что моё время не вечно. Я живу так, словно бессмертен, а моё время так коротко. Я могу умереть в любой момент! Я не знаю, когда это случится. Я могу идти домой, и тут меня собьёт машина. И всё! Больше ничего не исправишь! Ты же ведь тоже даже не догадывался, что с тобой случится такое и тут вдруг…. Но ты выжил, а я могу умереть. К тому же у меня нет родных, которые меня так поддержат. Мои родные мертвы и…. Я понял, что хватит тратить время впустую. Пора встать и начать вновь следовать за Богом! Хватит жить так, словно я бессмертен. Пора подняться и идти дальше, как бы ни было сложно и больно! И я пошёл! Начал чаще посещать служения, приходить на молодёжные собрания, начал служить Богу…. Если бы не твой пример, то я и не смог бы подняться. Конечно, не говорю, что это хорошо, что с тобой такое произошло, но…. Я не мог после всего этого не прийти к тебе и не поговорить с тобой. Я тебе благодарен за всё!

– Ну, благодарить нужно точно не меня, а Бога, – смутился парень. – Я тут вообще не при чём.

– Это я понимаю. Но всё равно спасибо! Спасибо за то, что благодаря тебе произошло.

– Ну, что ты…. – совсем растерялся Стас.

– Я просто очень хотел это рассказать и всё объяснить, – подвёл итог молодой человек.

– Спасибо, что рассказал это. Я в любом случае был рад это услышать и узнать.

– А ещё я замечал, как ты старался общаться с ребятами, но что у тебя ничего не получилось. И видел, что тебя это очень расстраивало.

– Ну, это… – забормотал Станислав.

– Так и есть! – оборвал его парень. – Я не знаю, обижаешься ты на них ещё или нет, но хочу тебе сказать, что они…. Если вдруг они как-то глупо шутили или что-то вроде этого, знай, что они не желали тебе зла. Они всё это делали не со зла! Не подумай так! Они просто порой очень глупо шутят, как и бывает у многих людей. Некоторые не умеют шутить и не думают, каково другим. Они не задумывают о чувствах других людей. Такова бывает сущность людей! К сожалению…. На самом деле среди молодёжи есть многие серьёзные ребята. Но они с тобой особо не общались, так как им казалось, что ты не слишком общительный и стеснительный, поэтому не хотели тебя беспокоить. А не замечали тебя они порой просто потому, что были невнимательными к другим. У людей такое бывает! Понимаешь?

– Откуда ты всё это знаешь? Ты же ведь редко был с нами.

– Когда я вновь начал ходить, я решил с ребятами поговорить о тебе, – признался Эдуард. – И сказал, как часто замечал, что тебя расстраивает их нежелание общаться с тобой. И тогда уже они мне всё это сказали. А я решил сказать тебе. Понимаешь теперь?

– Ну, я, конечно, уже не обижался на них, но всё равно спасибо, что рассказал это. Теперь многое понимаю…

– Вот и прекрасно! – обрадовался молодой человек. – А вообще эти ДВРщики порой бывают отстранёнными от других ребят. В особенности, когда приходит кто-то новенький…. А если приходит кто-то из мира…. Так это вообще отдельная тема!

– Кто? ДВРщики? – удивился Стас.

– Ааа….. Ты не знаешь это сокращение, – понял Эдуард и улыбнулся. – Дети верующих родителей. Мы, ребята, пришедшие из мира и не имеющие верующих родителей или обоих верующих родителей, называем вас так. Ты тоже к ним относишься, между прочим. У тебя же оба родителя верующие.

– Воооот каааак…. – протянул парень и кивнул. – Для нас придумали такое сокращение…. Надо запомнить.

– Запомни! ДВРщики зачастую не могут сразу принять ребят пришедших из мира или новеньких людей из других Церквей. Эта проблема очень серьёзная в нашей Церкви. Но её, если честно, не все замечают. Но она есть…. И всегда была, к сожалению. Я сам по себе это ощутил! Но я-то уже к этому привык и теперь мне важнее служить Богу и идти за Ним, чем переживать о каком-то общении и друзьях. Мне больше это неважно и не особо интересно. Так-то мне есть с кем пообщаться. Но друзей…. Никогда не было!

– Это печально, – вздохнул Станислав.

– Да я и не особо расстроен! – безразлично махнул рукой молодой человек. – Привык уже и мне итак комфортно.

– Ну, это всё равно как-то нехорошо. Друзья всем нужны.

– Ну, может быть и нужны, – не стал спорить Эдуард, – но я и так уже привык жить. Мне нормально! У тебя-то друзья есть?

– Да, есть, – сразу заулыбался Стас. – Из моей родной Церкви. Они приехали ко мне сюда в Петербург, чтобы узнать, как я. Это было очень круто с их стороны! И приятно! А ехать им пришлось двенадцать часов. Они частенько меня навещали, приходили чуть ли не каждый день…. Уезжать вообще не хотели! Но, к сожалению, уехать им пришлось. Но мы постоянно переписываем, – он показал на телефон. – Так что без общения с ними я не остаюсь. Они лучшие друзья, что у меня были!

– Тебе повезло! Цени таких друзей.

– Обязательно!

– И береги такую дружбу! – добавил парень и хотел ещё что-то сказать, как тут открылась дверь палаты.

– Извините, что так долго, ребята, – проговорил Виктор Петрович, пройдя в палату. – На работе были некоторые проблемы. Пришлось их решать. О чём общаетесь?

– Да так, – не стал вдаваться в подробности Эдуард. – Я вообще уже спешу. Мне сейчас на работу надо. Я был бы рад ещё тут побыть и пообщаться, но дел вообще по горло. Так что извините!

– Ничего страшного, Эдди, – покачал головой Станислав. – Мы всё понимаем. Можешь идти, если спешишь. Спасибо, что зашёл. Рад был с тобой поговорить!

– Да, я тоже был рад с тобой поговорить, – улыбнулся в ответ молодой человек. – И проведать тебя тоже был рад. Поправляйся скорее и возвращайся к нам. Буду ждать тебя! Если успею до твоей выписки, то ещё раз навещу.

– Это будет здорово!

– Да, если появится возможность, обязательно приходи, – присоединился к сыну глава семейства. – Мы всегда всем рады!

– Хорошо. Ловлю на слове, – Эдуард двинулся к двери. – С Богом!

– С Богом, Эдди, – попрощался мужчина.

Стас только открыл рот, чтобы попрощаться с парнем, как тут внезапно засмеялся. Виктор Петрович и Эдуард тут же с удивлением на него посмотрели, не понимая, почему он смеётся. Эдуард даже остановился от удивления, ничего не понимая.

– ДВРщики! – сквозь смех проговорил Станислав. – Ну, вы даёте!

– Что ещё об этом думаешь? – не смог сдержать улыбку парень. – Да, да. Вот так!

– Что? Кто? Вы о чём? – ничего не понимал отец, смотря то на сына, то на Эдуарда.

– Ну, ДВРщики…. Дети верующих родителей, – кратко пояснил Эдуард и кивнул на Стаса. – Мы их так называем!

– Серьёзно? – тоже засмеялся Виктор Петрович. – Интересно….

– Я пойду. С Богом! – ещё раз попрощался молодой человек.

– С Богом! – всё же смог выдавить из себя Стас, продолжая смеяться.

Станислав дочитал лекцию и перелистнул страницу, желая начать читать ещё одну лекцию.

– Нет, всё! Хватит! – отобрал у него папку глава семейства. – Надо глазам дать отдохнуть. Хватит читать.

– Ну, пап… – попытался забрать папку сын, но отец уже положил её на стол. – Мне ещё много надо прочитать.

– Успеешь, – отрезал мужчина. – Это не значит, что надо так много читать и мучить себя. Я же вижу, что у тебя глаза уже устали. Так что отдохни! Надо сменить вид деятельности. Хочешь поесть?

– Сменить вид деятельности говоришь? – повторил за ним парень, задумавшись. – Нет, есть я не хочу. На самом деле я немного прошёлся бы по коридору. Врач же сказала, что уже можно там ходить, и я хотел бы пройтись. Надоело сидеть в четырёх стенах!

– Ну, если хочешь, то пойдём, – сразу согласился Виктор Петрович. – Мне, если честно, тоже надоело сидеть в палате. Так что я с радостью пройдусь с тобой по коридору.

– Замечательно! – обрадовался Стас.

Он спустил ноги с кровати и поднялся на ноги.

– Ты только так не спеши, – попросил глава семейства. – Врач сказала, что тебе пока спешить нельзя. Всё делай не торопясь!

– Да, да. Я помню, – отмахнулся от него молодой человек и медленно направился к выходу из палаты.

Пару дней тренировок сделали своё дело. Станислав ходил уже гораздо лучше, а сегодня с врачом даже ходил по коридору. И вот ему опять захотелось прогуляться там. На ногах он чувствовал себя гораздо уверенней, хоть и немного страдала координация. Иногда парня даже пошатывало, и он начинал терять равновесие, но всегда рядом с ним была либо врач, либо отец, и его могли поддержать. К тому же в коридоре Стас всегда шёл возле стены, стараясь придерживаться за неё, чтобы точно не упасть.

В коридор молодой человек сейчас вышел также медленно. Рядом с ним шёл отец, беспокоясь, как бы сын не потерял равновесие и не упал. Он на всякий случай слегка придерживал его за локоть. Станислав так же, как во время тренировки с врачом, начал идти по коридору возле стены. Пару шагов вперёд, пару шагов назад, придерживаясь за стену. Потом он ещё увереннее пошёл по коридору, но старался не спешить.

Парень, таким образом, гулял по коридору, с интересом поглядывая по сторонам и наслаждаясь возможностью пройтись. Этого ему очень не хватало! Отец ходил следом за ним, не отпуская сына ни на шаг. Так они прошли коридор от начала и до конца четыре раза. А молодой человек всё не спешил возвращаться назад.

Он прошёл коридор ещё раз и в начале коридора возле поста медсестёр притормозил. Стас облокотился двумя руками об стол медсестёр, позволяя себе немного расслабиться.

– Устал? – сразу забеспокоился отец, заглянув в лицо сыну.

– Нет. Просто хочу постоять немного тут.

– Хорошо. Постой, – не спорил мужчина, но в сторону отходить не стал, положив на всякий случай руку на плечо сына. Глава семейства не хотел, чтобы тот пошатнулся и упал, что-нибудь себе повредив. Хоть парень и опирался на стол, всё равно лучше было подстраховаться.

Станислав тем временем посматривал по сторонам, изучая пост медсестёр. Его молодой человек видел первый раз. Точнее раньше он тоже лежал в больнице и видел пост, но именно этот пост медсестёр видел впервые. Когда он ходил по коридору с врачом, она ему даже не дала дойти до поста. Они буквально немного прошлись и вернулись в палату. И вот сейчас Стас наконец-то мог тут постоять и рассмотреть пост. Медсестёр на месте не было, так что парень мог даже не переживать, что он кого-то смутит своим взглядом.

– Кстати, я тут подумал… – заговорил отец и сразу улыбнулся. Сын с непониманием посмотрел на него. – Я, если честно, даже не мог подумать раньше, что буду второй раз учить тебя ходить. Мне просто вспомнилось сейчас, как ты был маленьким, а я учил тебя ходить. Ты постоянно падал, но я тебя поднимал. И ты продолжал учиться ходить!

– Ну, спасибо, пап, – нахмурился парень.

– Что ты сразу хмуришься? – засмеялся Виктор Петрович. – Я же это не к чему-то плохому говорю. Просто вспомнилось….

– Как будто я хочу второй раз учиться ходить, – всё ещё был хмурый молодой человек. – Я это не хочу и не хотел!

– Ну, это я понимаю, сынок, – глава семейства потрепал сына по плечу. – Но зато теперь, пройдя такое, тебе ничего не будет страшно. Ведь то, что ты сейчас пережил.… Это не идёт в сравнение ни с чем другим!

– Это да, – согласился Стас и начал вновь смотреть по сторонам.

Мужчина опять стал каким-то задумчивым, погрузившись в очередные воспоминания, которые заставляли его улыбаться.

Какое-то время они так стояли на одном месте. Станислав поглядывал по сторонам, всё ещё не желая возвращаться в палату, а отец был погружен в приятные воспоминания. Глава семейства первый пришёл в себя. Он посмотрел на сына и уже хотел предложить ему ещё пройтись и вернуться в палату, как его телефон завибрировал. Виктор Петрович достал телефон, посмотрел на экран и сразу радостно улыбнулся.

– Сынок, сейчас мама придёт, – сообщил он.

– Да? – посмотрел на него Стас, понимая, что сейчас отец скажет вернуться в палату, а туда ему совсем не хотелось. Да, парень был рад маме, но возвращаться в палату сейчас был не рад.

– Как насчёт выйти из отделения и встретить маму возле лестницы? – внезапно предложил мужчина, продолжая улыбаться.

– Что? Ты серьёзно? – не смог скрыть своего удивления сын, не ожидая такого предложения.

– Да, абсолютно серьёзно. Здесь недалеко. Сможешь там как раз немного на скамейке посидеть. Хочешь?

– Да, конечно, хочу.

– Тогда пойдём. Мама уже скоро поднимется, – глава семейства первый сделал шаг в сторону выхода из отделения, не отпуская плечо сына. – Сделаем маме небольшой сюрприз. Она же не знает, что ты уже можешь по коридору ходить. И тут раз мы её встретим!

– Круто! – губы сына растянулись в улыбке. – Мама будет рада!

– Ага!

Парень и мужчина не спеша покинули отделение. Виктор Петрович подвёл сына к лестнице, и они замерли, ожидая, когда покажется мама. Послышали шаги. Станислав переглянулся с отцом, и они одновременно улыбнулись. И вот показалась мама.

– Сюрприз! – одновременно, не сговариваясь, сказали они.

– Стасик? – не ожидала увидеть сына Лариса Викторовна. – Стасик! – и она тут же его обняла. – Ты уже так хорошо ходишь. Умничка!

– Ты только аккуратней, дорогая, – попросил муж.

– Да, да, хорошо, – отпустила его женщина, и тот тут же слегка пошатнулся.

– Я про это и говорил! – глава семейства придержал сына за плечи.

– Всё нормально, пап, – успокоил его молодой человек, продолжая улыбаться. – У меня не настолько плохо с координацией.

– Подождите… – опомнилась мама. – Стасик, тебе ещё, наверное, нельзя сюда выходить.

– Всё нормально, дорогая! Врач уже разрешила Стасу ходить по коридору, и он достаточно хорошо передвигается там, – выдал Виктор Петрович. – Так что мы решили выйти сюда и встретить тебя. Сделать тебе сюрприз!

– И он удался! – просто сияла от радости женщина, смотря лишь на сына.

– А так Стас, и правда, молодец. Ходит уже очень хорошо!

– Умница! – похвалила сына Лариса Викторовна. – Так скоро тебя, правда, выпишут. Молодец!

– Этого я и хочу, – даже не стал скрывать Стас. – Надоела уже больница.

– Я не думаю, что тебя станут ещё долго держать. Мне кажется, что ещё немного и тебя выпишут, – твёрдо сказал отец. – Самое главное, чтобы анализы были в порядке.

– Будем надеяться! – кивнула мама.

– Стас, ты лучше присядь, – махнул рукой на скамейку мужчина. – Побудем немного здесь и пообщаемся. Садись! А то ты уже долго на ногах. Надо им дать немного отдохнуть, а то потом до палаты добраться даже не сможешь.

– Да смогу я добраться, – был уверен в себе парень.

– Лучше присесть, Стасик. И я тоже хочу посидеть, – женщина первая уселась на скамейку и указала сыну на место рядом с собой. – Что стоять?

– Ну, хорошо, – он всё же опустился на скамейку рядом с мамой.

– Ну, как у тебя дела, Стасик? – спросила Лариса Викторовна, когда сын сел рядом. – Как чувствуешь себя? Всё сегодня хорошо было? Ты прости, что стала реже приходить к тебе. Ну, точнее меньше общаться с тобой, и тут мало бываю. Я очень хочу, но…

– Не беспокойся, дорогая. Я ему уже всё объяснял, – подал голос отец, не желая, чтобы жена переживала. – Всё нормально! Мы об этом говорили.

– Да, мам, что ты?! – махнул рукой Станислав. – Не надо извиняться. Я же всё понимаю. Да и к тому же тебе было бы сложнее мне сейчас помогать. Я же ходить начал, а тут больше помочь может папа.

– Вот именно, – поддакнул глава семейства. – Так что не беспокойся, дорогая!

– Хорошо, – успокоилась мама. – Тогда давайте делитесь, что у вас нового. Мне интересно всё!

Стас улыбнулся и начал увлечённо рассказывать обо всём, что сегодня происходило за день. А рассказать ему было что, и он был готов поделиться с мамой всем. Она же с интересом слушала сына. Виктор Петрович, стоя напротив родных, периодически что-то добавлял или вставлял. Так они общались достаточно долго. Они всё говорили и говорили, смеялись над чем-то, дружно шутили, и им было как никогда хорошо. Так пообщаться втроём последнее время у них нечасто получалось, и теперь они наслаждались. А сын ещё наслаждался от того, что мог общаться с родителями где-то кроме палаты.

Когда прошло прилично времени, у молодого человека начала уставать спина от сиденья на твёрдой скамейке. Парень же привык в основном лежать, и вот так долго сидеть ему было немного трудновато. Он устало откинулся на спинку скамейки, пытаясь немного расслабиться.

– ДВРщик тебе уже отдыхать пора, – сказал отец, заметив, что сын уже устал.

– Не называй меня так, – засмеялся тот.

– Как ты его назвал? – удивилась Лариса Викторовна. – ДВРщик? Почему именно так? Что это значит?

– Ну, к нам тут на днях заходил один брат из молодёжи, – начал рассказывать глава семейства, улыбаясь. – И он сказал, что, таких как Стас, они называют ДВРщики. Дети верующих родителей! Вот я и иногда называю теперь Стаса ДВРщиком.

– Но вообще-то, пап, ДВРщики – это во множественном числе. А я тут один, – заявил молодой человек и развёл руками. – Так что так меня называть точно нельзя.

– Ну, тогда РВРщик, – нашёлся мужчина. – Ребёнок верующих родителей.

– Скажешь тоже… – ещё пуще засмеялся Станислав.

– Интересно звучит, – улыбнулась мама.

– А вообще я серьёзно, сынок. Тебе уже надо отдохнуть, – повторил отец уверенным голосом. – Ты уже долго тут сидишь, и я вижу, что ты уже устал. Пора отдыхать! Такой большой нагрузке подвергать тебя ещё рано.

– Да, согласна с папой, – поддержала мужа Лариса Викторовна. – Пойдёмте в палату.

– Ну, хорошо, – не стал спорить парень и послушно поднялся со скамейки.

До палаты мама пошла вместе с мужем и сыном. Шли они, также не спеша, так как родители понимали, что быстро идти Станислав пока не может, да ему и нельзя это делать. А парень, идя к палате, понял, что отец был прав. Он и правда устал, и сил у него оставалось немного. Но до палаты он смог дойти, хоть и с трудом. А там добрался до кровати и завалился на неё, откинувшись на подушку. Наконец-то Стас мог расслабиться.

– Стасик, а я вот всё хочу спросить… – заговорила Лариса Викторовна, усевшись на стул и окинув сына взглядом. Он с интересом посмотрел на маму, заинтересовавшись, что же она хочет спросить. – Как с кошмарами? Больше они тебя не мучают?

– Да, мне тоже это интересно, сынок, – присоединился к разговору Виктор Петрович. – Я, конечно, вижу, что ты перестал так просыпаться, но вдруг кошмары ещё иногда снятся, и я просто этого не замечаю. Ты лучше скажи.

– Да нет. Всё нормально! Они больше не снятся, – сообщил молодой человек. – Точнее последнее время больше не снились. Так что всё в порядке!

– Вот видишь, Стасик, – тут же радостно улыбнулась мама. – Они перестали сниться. А ты переживал, что они будут постоянно сниться. Но всё наладилось!

– Да, верно, – кивнул сын. Кошмары, и правда, начали исчезать. Последнее время они вообще не снились ему. Всё начало налаживаться и парню казалось, что это благодаря родителям, которые каждый раз успокаивали его и поддерживали. От их поддержки ему становилось спокойнее и кошмары начали исчезать.

– Это хорошо, что они перестали сниться! – радовался отец. – Это замечательно! Будем надеяться, что эти кошмары больше никогда не будут сниться.

– Надеюсь, что не будут! – поддержал его Стас.

– Ладно, давайте о плохом не будем, – решила Лариса Викторовна. – Лучше давайте знаете, о чём поговорим… – и она ловко сменила тему, начав обсуждать совершенно другое.

Станислав и Виктор Петрович быстро втянулись в очередной разговор и начали общаться с мамой. Они оба были очень рады общению с ней. Друг с другом им, конечно, тоже нравилось общаться, но по общению с мамой они скучали. И теперь могли им немного насладиться, чему оба были рады.

Ещё неделя тренировок, занятий с ЛФК врачом, анализов, процедур и вот лечащий врач, Иван Александрович, с широкой улыбкой на губах зашёл в палату. Он окинул взглядом Станислава, Виктора Петровича, которые с ожиданием смотрели на него, и выдал:

– Всё хорошо! Я тебя выписываю, Стас. Больше тебе тут делать нечего.

– Да! Ураааа! – не удержался от возгласа парень. Отец сразу заулыбался, радуясь, что сын наконец-то едет домой, и похлопал его по плечу. – Наконец-то! Спасибо! Вы извините, конечно, но жуть как хочу домой.

– Понимаю тебя, Стас, – кивнул врач. – Но помни все мои советы, рекомендации и наставления! Их обязательно нужно выполнять. А также необходимо выполнять те упражнения, что тебе показывали. Мышцы у тебя ещё не так сильно окрепли и их надо понемногу укреплять. Понятно? А ещё никакой сильной физической нагрузки, никакой физкультуры и никаких тяжестей тебе таскать пока нельзя. Вот когда я разрешу, тогда можно будет.

– Хорошо, понятно! – улыбался молодой человек.

– Физкультура тебе запрещена, а вот делать те упражнения можно. Вот ещё здесь есть также все рекомендации, если вдруг что-то забудете, – мужчина протянул несколько листков бумаги с каким-то текстом Виктору Петровичу. Тот только потянулся, чтобы взять эти листки, как Станислав их забрал.

– Спасибо, – заглянул в эти листки парень.

– Я за всем прослежу, Иван Александрович. Не переживайте! – заявил глава семейства, кинув взгляд на сына.

– Упражнения там тоже есть, – проговорил врач. – Не все, но есть. Мало ли что-то забудете. Выписка будет уже скоро готова. Анализы все замечательные, результаты хорошие и мы просто обязаны выгнать тебя отсюда, Стас. Мы тут держим только серьёзно больных! А ты такой здоровый нам тут не нужен. Ходишь по коридорам, болтаешь, весело смеёшься…. Другие пациенты тебе завидуют уже. Пора тебя выгонять! И так передержали немного для профилактики.

– Я рад, что вы выгоняете меня, Иван Александрович, – засмеялся молодой человек, оторвавшись от листков. – Спасибо вам большое!

– Да, спасибо вам! – присоединился к сыну Виктор Петрович. – Вы столько сделали ради Стаса…. Так помогали нам, заботились о нём и…. Спасибо большое!

– Не за что, – махнул рукой мужчина. – Это вам спасибо. И в особенности тебе спасибо, Стас, что так быстро смог поправиться. За тебя мы очень волновались! Даже сначала боялись, что ты не очнёшься от комы, а ты очнулся, и смог так быстро поправиться и встать на ноги. Это замечательно! В нашей работе это очень важно и всегда радует. Слишком много ситуаций бывает, когда всё так плохо, что приходится прощаться с пациентом. А вот это печально…. Спасибо, что с тобой такое не произошло. Ты очень сильный парень! Так… – он посмотрел на время. – Ты уже можешь собираться. Выписка будет готова примерно уже через пятнадцать минут, и вы сможете поехать домой.

– Ураааа! – опять не удержался от возгласа Станислав.

– Не слишком бурно радуйся, – на этот раз засмеялся доктор и двинулся к выходу из палаты. – А то наши больные пациенты, которым ещё тут долго лежать, будут ещё сильнее тебе завидовать. Так что тихо! Радоваться будешь уже дома.

– Хорошо, – успокоился Стас и уселся на край кровати.

Иван Александрович окинул его взглядом, опять улыбнулся и вышел из палаты. Как только Виктор Петрович и парень остались наедине, они сразу переглянулись.

– Ну, вот наконец-то поедешь домой, сынок, – потрепал его по плечу мужчина.

– Ага! – молодой человек мечтательно вздохнул, уже представляя, как хорошо будет вновь оказаться дома.

– Ты давай вещи собирай. Или я за тебя должен собирать вещи? Ты больше не лежачий больной. Так что давай! Начинай собираться! Всё равно на кровати лежать не хочешь.

– Да надоело мне уже на ней лежать, – поднялся на ноги Станислав.

– Ну, тогда давай. Собирайся!

– Собираюсь я, собираюсь, – начал копошиться парень, собирая вещи.

Собрал вещи он быстро. Ожидая врача, молодой человек уселся на стул и начал листать лекции. Их оставалось уже не так много, но всё равно читать ещё нужно было. Виктор Петрович, усевшись на кровать сына, что-то печатал в ноутбуке. Сегодня глава семейства пришёл специально для того, чтобы забрать сына домой.

Врач заранее сказал, что, наверное, сегодня будет выписывать парня, если все анализы будут в порядке. Поэтому отец приехал в больницу и вместе с сыном начал ждать ответа врача. Они оба с нетерпением ждали ответа и были рады такому результату, ведь им обоим хотелось уже попрощаться с больницей и в ближайшее время сюда не возвращаться. А если и возвращаться, то только для небольшого обследования, а не продолжительного нахождения в больнице. Больница надоела и парню и его родителям.

Как только Стас начал неплохо ходить, отец перестал сидеть с сыном весь день, позволяя себе поспать дома, а также сходить на работу. Молодой человек уже так сильно в помощи не нуждался и мог со всем справиться сам. А в случае необходимости ему также могли помочь медсёстры. Парень даже не возражал, что отец перестал сидеть с ним в палате. Он прекрасно всё понимал и сам был рад хотя бы немного вновь почувствовать себя самостоятельным.

Глава семейства многое ему не позволял делать, но, находясь в палате один, Станислав мог делать почти всё, что хотел. Он мог спокойно встать в любой момент и походить по палате, не спрашивая разрешения отца или даже пойти пройтись по коридору. И мог сам спокойно разогреть себе еду, не переживая, что отец начнёт на него ругаться за то, что он не попросил сделать это его, а начал делать это сам. Сын наконец-то смог чуть-чуть почувствовать себя самостоятельным, чего ему очень сильно не хотелось.

Прямо перед новостью о выписке врач предупредил, что какое-то время молодому человеку придётся посидеть дома и учиться также из дома, чтобы окончательно поправиться и восстановиться. Хоть Стасу и хотелось сразу вернуться в обычный режим жизни, он понимал, что ему просто пока не хватит сил на то, чтобы ходить в институт и сидеть там на парах. Поэтому надо было немного подождать с этим. Дома всё равно было ещё много дел, а теперь парню было ещё проще брать у ребят лекции. Так что обременять никого ему больше не нужно было.

Время пролетело быстро, и Иван Александрович принёс выписку. Они наконец-то могли ехать домой. Сын был необычайно счастлив от этого и не удержался, чтобы ещё раз поблагодарить и врача, и даже медсестёр, которые также не один раз помогали пациенту. Виктор Петрович тоже благодарил, но более сдержанно, лишь с улыбкой наблюдая за радостью Стаса. И вот они наконец-то спустились вниз.

– Вот это кайф! – простонал Станислав, наконец-то оказавшись на улице и вдохнув как можно больше свежего воздуха. Он остановился, смотря по сторонам и наслаждаясь свободой, которой не было в стенах больницы.

– Пойдём в такси, кайфушник! – поторопил сына отец, уже спускаясь с лестницы.

– Как ты меня теперь назвал? – засмеялся парень и пошёл следом за отцом.

– Ты всё прекрасно услышал, – махнул рукой мужчина. – Зачем переспрашивать?

– Это звучало забавно, – подметил молодой человек, продолжая смеяться. – И я посмотрел бы, как бы ты себя вёл, если бы долгое время не мог выйти на улицу и наконец-то смог бы это сделать. Тебе также хотелось бы не спешить и вдоволь насладиться свежим воздухом.

– Успеешь ещё насладиться! А сейчас такси ждёт. Ты наконец-то возвращаешься домой и гулять можешь хоть каждый день. Так что вдоволь надышишься свежим воздухом и нагуляешься!

– Ой-ой! – усмехнулся Стас. – Что таким скучным то быть? И куда ты так бежишь? Я ещё так быстро идти не могу. Нет, ну, ты можешь уже бежать к такси, а я как-нибудь не спеша дойду.

– Не прибедняйся, сынок, – обернулся к сыну отец и окинул его взглядом. – Я видел, как ты уже ходишь. И ты ходишь нормально. Уж точно не так медленно, как сейчас идёшь. Так что прекращай ёрничать и пошли скорее. Такси уже ждёт нас пять минут вообще-то!

– Ну, пап… – вздохнул Станислав и нехотя ускорил шаг. – Что ж таким быть?! Мне хочется не спеша пройтись.

– Не хмурься, сынок, – приобнял его за плечи Виктор Петрович. – Как вернёмся домой, можем все вместе выйти и немного прогуляться. Чтобы ты мог и воздухом подышать и прогуляться. Хорошо?

– Ладно, давай.

– Замечательно. Садись в машину, – подошли к машине мужчина и парень.

Стас послушно уселся в машину на заднее сиденье. Он облокотился об спинку сиденья, посмотрел вперёд и замер, уставившись на лобовое стекло. Ему мгновенно вспомнился тот злополучный день, и всё случившееся замелькало перед его глазами. Вот он садится в такси, слушает болтовню водителя, говорит с ним, достаёт телефон и тут….

Молодой человек вздрогнул, вновь ощутив всю ту боль и ужас, что пережил после аварии. И больница…. Парень покачал головой, пытаясь прийти в себя, но ничего не помогало. Ему начало становиться не по себе в машине. В тот день из-за аварии он едва не умер. Его жизнь едва не закончилась и теперь…. Станиславу было просто страшно опять куда-то ехать в такси. Вдруг подобное вновь случится? Вдруг он опять попадёт в аварию? Переживать опять весь этот ужас он не желал.

Стас открыл дверцу машины и уже хотел вылезти наружу, как его остановился отец, который как раз только убрал в багажник вещи сына и собирался садиться в машину.

– Ты куда собрался? – удивился глава семейства, придержав дверь машины и не дав парню выйти.

– Может, давай пешком пройдёмся? – неуверенно проговорил тот, кинув взгляд на водителя, который уже вернулся в машину.

– Пешком? – ещё сильнее удивился Виктор Петрович. – Ты чего, сынок? Пешком тут идти долго. Сомневаюсь, что ты это расстояние пройдёшь. Да и у меня нет желания столько идти пешком, да ещё и с сумками. Доехать быстрее. Здесь буквально пять минут или чуть больше и будем дома. Сиди.

– Ну, а может?.. – не хотел сдаваться молодой человек.

– Перестань, сынок. Мы доедем.

– Ну, ладно, – тяжело вздохнул Станислав и уселся обратно на своё место.

Мужчина продолжал стоять на том же месте, придерживая дверь, и также с удивлением смотрел на сына. Он видел, что с ним что-то не так, но не мог понять что именно. Поэтому он вглядывался в профиль парня, словно пытаясь прочитать его мысли, чтобы понять, что с ним происходит сейчас. Стас уже даже не смотрел на него, смотря лишь перед собой.

Глава семейства ещё около минуты вглядывался в лицо сына и тут заметил, что тот даже немного побледнел. Отец проследил за его взглядом и увидел, что парень смотрит прямо на лобовое стекло и был очень напряжённый, словно что-то очень сильно его беспокоило. Виктор Петрович сразу понял, что происходит с сыном. Ему просто стало страшно, что та ситуация повторится и он вновь попадёт в аварию! Всё дело было в страхе. Ведь после всего того ужаса, что Стас пережил, понятно, что теперь он боится, что такое повторился.

Мужчина кинул взгляд на водителя, посмотрел на переднее сиденье и уверенно уселся на заднее сиденье рядом с сыном. Садиться сейчас на переднее сиденье и оставлять тут сына одного, он не желал. Если молодого человека сейчас что-то тревожило, и ему было плохо, то он обязан был быть рядом.

– Можем ехать, – сказал Виктор Петрович водителю.

Водитель кивнул, завёл машину и поехал вперёд. Глава семейства повернул голову к сыну, но тот всё также не смотрел на него, а теперь наблюдал за дорогой.

– Сынок, всё хорошо? Тебя что-то беспокоит? Я вижу, что с тобой что-то не так! – не слишком громко, не желая, чтобы водитель их слушал, заговорил отец, вглядываясь в лицо сына.

– В тот день я как раз сидел там, – Станислав кивнул головой на переднее сиденье. – И тут эта авария…. Как думаешь, что со мной может быть не так?

– Не беспокойся, сынок, – мужчина положил руку на плечо сыну и слегка сжал его. – Всё будет хорошо!

– Ага… – не смог сдержать горькую усмешку парень. – Откуда тебе знать, что такое не случится вновь? Ты не можешь это знать и гарантировать это мне. А это может случиться…

– Да, верно. Я не могу это гарантировать и знать такое, – подтвердил глава семейства и ещё сильнее сжал плечо сына. – Но я могу верить, что такое больше не случится. И могу верить, что Бог такое больше не допустит! И ты должен в это верить, сынок! Ты это прошёл не просто так. Это было испытание для тебя и теперь…. Если ты будешь жить праведно, служить Богу и не оставишь Его, то такое вновь не произойдёт. Бог не допустит! Понимаешь?

– Ага… – не особо успокоили слова отца молодого человека. – Понимаю.

– Не переживай так, – Виктор Петрович похлопал его по плечу. – Ты лучше пристегнись! – посоветовал он и сам пристегнулся.

– Ну, тогда ремень безопасности мне не особо помог. Он меня вроде как не спас!

– Ну, он помог тебе не умереть! Если бы не он, всё было бы много хуже. Ты точно не выжил бы. Так что лучше всегда пристёгиваться. И сейчас тоже. Это нужно для твоей же безопасности и здоровья. Мало ли…. Искушать судьбу точно нельзя. Тем более искушать Бога!

– Как скажешь, – всё же пристегнулся Стас.

– Молодец! Оставь ты эти страхи, сынок. Хватит переживать. Просто доверь всё Богу и не бойся, что подобное произойдёт. Бог защитит! Ты что забыл, какая сила у молитвы? И тем более у веры! Христос сам сказал, что «если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас». Нет ничего невозможного для нас, сынок! Самое главное верить и всё будет хорошо.

– Ну, да. Ты прав.

– Посмотри на меня, – попросил отец. Молодой человек повернул голову к нему и встретился с ним взглядом. – Не сомневайся в этом! Верь Богу. Не мне. Богу! Потому что только Он способен сделать невозможное. И только Он может по-настоящему тебя защитить. Понятно?

Станислав лишь кивнул в ответ. Мужчина ободряюще улыбнулся парню и опять легонько хлопнул его по плечу. Молодой человек повернулся к окну и посмотрел на улицу. Они быстро пролетали мимо домов, других машин, людей…. Они уже были почти рядом с домом, и не успел он опомниться, как машина остановилась возле их подъезда.

– Вот мы и дома, сынок! – воскликнул глава семейства, когда они вышли из машины. – Видишь, как быстро! А ты хотел пойти пешком. Пешком мы шли бы ещё долго. А так уже почти дома.

– Ага, – Стас улыбнулся, смотря на дом. Ему не терпелось подняться и зайти в квартиру. Сейчас уже скоро он сможет и увидеть Бусю, и маму, и квартиру, которая стала для него такой родной. Сейчас парню как никогда хотелось домой. Ему хотелось скорее ощутить себя в покое, безопасности и почувствовать себя комфортно. Не так, как в больнице.

– Спасибо большое, – поблагодарил водителя мужчина и протянул деньги. – Сумки я выну сам. Помогать не нужно.

– Хорошо, – водитель убрал деньги, кинул взгляд на Стаса и сел обратно в машину.

Виктор Петрович открыл багажник и начал оттуда доставать сумки сына. Молодой человек решительно подошёл к отцу и потянулся к одной из сумок.

– Давай я тебе помогу, – проговорил он. – Что тебе одному всё таскать опять?

– Нет, – отрезал глава семейства и не дал сыну взять сумку. – Забыл наставление врача? Он запретил тебе таскать тяжести.

– Так это не тяжести, а просто сумка, – не желал сдаваться Станислав. – Тебе одному по лестнице будет неудобно всё нести. Дай помогу! Сумки же не такие тяжёлые, чтобы бояться мне их давать.

– Ладно. Возьми эту, – отец нашёл самую лёгкую сумку и протянул сыну, понимая, что он всё равно не отстанет. – И достаточно с тебя! Я не стану заставлять тебя таскать сумки сразу после выписки из больницы.

– Тоже мне…. Заставлять таскать сумки, – засмеялся парень. – Сумки то лёгкие!

– Вообще-то не слишком лёгкие, – возразил мужчина, достав из багажника остальные сумки и захлопнув багажник. – Там же лекции, что тебе приносили, учебники, всякие папки и твои личные вещи.

– Ну, тогда тебе тем более нужна помощь, – вывел вердикт сын. – Дай ещё сумку.

– Нет, Стас! Всё. Хватит с тебя и одной сумки. Пойдём, – Виктор Петрович уверенно двинулся к подъезду. – Лучше возьми ключи и будешь дверь открывать, – он отдал сыну ключи.

– Хорошо, – молодой человек первый подошёл к двери, ускорив шаг, и, открыв дверь, пропустил сначала в подъезд отца, а потом зашёл следом.

Поднимались по лестнице они не спеша. Станислав в принципе пока не мог быстро подниматься по лестнице, а отец не мог быстро подниматься из-за сумок. Но вот они поднялись и подошли к двери. Парень вставил ключ в замок, провернул его два раза и распахнул дверь.

– Ну, наконец-то дом! – с облегчением вздохнул Стас и следом за отцом прошёл в квартиру.

– Дорогая, мы вернулись, – чуть повысив голос, сообщил глава семейства.

– Стасик, привет, – выглянула из кухни мама, радостно улыбаясь. – Рада, что ты наконец-то вернулся домой. Здесь тебя так не хватало!

– Я сам рад вернуться домой, – улыбнулся сын и поставил сумку на пол, собираясь уже нагнуться и снять обувь.

– Мяу! Мяу! Мяу! – раздалось громкое мяуканье, и в прихожую пробежала Буся. Она в тот же миг увидела хозяина и мгновенно запрыгнула на руки, прижавшись к нему.

– Буся! – тут же просиял молодой человек и обнял кошку. – Моя хорошая, я тоже рад тебя видеть! Моя девочка! – он ласково гладил Бусю.

– Да, она теперь точно счастлива, – подметил мужчина, тоже улыбаясь, и, подхватив все сумки, направился вглубь квартиры.

– Она так скучала по тебе, Стасик, – выдала женщина и нежно погладила кошку. – Это долгое расставание с тобой она пережила с трудом.

– Я тоже очень скучал по тебе, Бусенька, – продолжал обнимать кошку Станислав и начал одной рукой снимать с себя куртку.

– Давай, может быть, я её подержу, а ты спокойно разденешься? – предложила мама, потянувшись к кошке.

– Нет, не надо, – отказался парень. Выпускать сейчас её из рук он не хотел. Ему хотелось на как можно дольше продлить миг близости с любимой кошечкой.

Стас не торопясь снял куртку, которую тут же подхватила мама и повесила. Также, не отпуская кошку, он разулся и двинулся вглубь квартиры. Далеко идти парень не стал и плюхнулся на диван в гостиной. Мама в гостиную прошла следом за ним.

– Да, этого момента она с нетерпением ждала, – не удержалась, чтобы не засмеяться, Лариса Викторовна, видя, как Буся цепляется когтями за кофту сына.

– Мы оба с ней этого момента с нетерпением ждали, – улыбался молодой человек, гладя кошку и приговаривая ей ласковые слова.

– Стасик, а маму ты обнять не хочешь? Бусю ты рад видеть, а маму? Я ведь тоже по тебе скучала и мне тебя очень не хватало. Да и последнее время мы виделись не слишком часто.

– Ну, мам, ты меня хотя бы могла навещать в больнице, а с Бусей мы не виделись очень долго, – заявил сын, не отпуская кошку. – Она меня навещать не могла.

– Вот так вот, дорогая, – развёл руками Виктор Петрович, уже стоя в гостиной недалеко от дивана. – Быстренько променял тебя на кошку.

– Прекратите, – поморщился парень. – Мам, я, конечно же, скучал по тебе, но не так, как по ней. И обнять тебя пока не могу. Вот когда Буся отпустит меня, тогда и обниму. А ты, Бусенька, не слушай их, – он обратился к кошке, заглянув в её глаза. – Ты моя самая лучшая, зеленоглазая красавица!

– Мур! Мяу! – словно ответила Буся и начала ласкаться об лицо хозяина.

– Да уж…. – уже с какой-то завистью проговорил отец. – Нас она так не любит. Никогда так не делала нам.

– Она просто очень соскучилась, – нежно гладя кошку, сказал сын. – Об меня она тоже так ласкается редко.

– Стасик, а как у тебя вообще… – только заговорила женщина, как тут резко поморщилась и вскочила с дивана. – Я сейчас вернусь, – и она быстро покинула гостиную.

– Что это с мамой? – удивился Стас и, подняв глаза, посмотрел на отца.

– Да так, – махнул рукой мужчина и выглянул в коридор. Хоть глава семейства и попытался показать, что это ничего страшного, по нему было видно, что он волнуется за жену, и это от сына у него утаить не получилось.

Станислав с подозрением посмотрел на отца, но спрашивать больше ничего не стал. Лариса Викторовна вернулась через пять минут. Она посмотрела на мужа, сына и уже хотела сесть обратно на диван и продолжить разговор, как Стас спросил:

– Ну, и что это было, мам? Что с тобой? Я же вижу по вашим лицам, что что-то не так! Что вы пытаетесь скрыть? Что-то не так?

– Ну… – женщина переглянулась с мужем. – Милый, скажем ему?

– Ну, давай, – кивнул Виктор Петрович, немного подумав.

– Что «скажем»? – ничего не понимал молодой человек. – Что такое?

– Сынок, мы должны тебе сказать небольшую новость, – начал отец и, подойдя к жене, легонько приобнял её. – В нашей семье через восемь месяцев будет пополнение. Мама беременна!

– О! Ничего себе! – губы сына растянулись в улыбке. – Вы не шутите? – родители лишь закивали головами, подтверждая свои слова. – Ну, это круто! Это очень здорово! Это просто замечательная новость! Вы этого долго ждали…. Поздравляю вас! Я очень рад, что у меня всё-таки появится братишка или сестричка. Пол, кстати, известен или нет?

– Нет ещё, – покачала головой мама. – Он будет известен только после 13–14-й недели. А может даже позже.

– Ну, это и неважно, – парень всё же спустил с рук Бусю и поднялся. – Я очень рад за вас, – он по очереди обнял каждого из родителей.

– Спасибо, сынок, – глава семейства последний обнял сына. – Вот и небольшое благословение от Бога за пройденные испытания.

– Ты о чём? – изумился Станислав.

– Да неважно, – похлопал его по спине мужчина, переглянулся с женой и они одновременно улыбнулись. Отец отпустил парня, и тот опустился обратно на диван. – Хоть что-то заставило тебя встать и отпустить кошку. А также обнять маму!

– Ой, пап… – закатил глаза молодой человек. – Не начинай!

– Да я просто шучу, – засмеялся Виктор Петрович и уселся на диван рядом с сыном. – Я же понимаю, как сильно ты по ней скучал. Это же меня ты постоянно доставал вопросами как там Буся. И требовал кучу её фотографий.

– Было дело, – не стал спорить Стас и захихикал, вспомнив это.

– Вот-вот!

– Мы сами очень рады, что у нас будет ещё хоть кто-то, кроме тебя Стасик, – выдала мама и дотронулась до своего живота. – Мы так обрадовались, когда это узнали….

– А когда вы это узнали?

– На самом деле недавно. Буквально неделю назад. А по срокам забеременела я примерно тогда, когда ты ещё был в коме. Прямо перед тем, как ты очнулся. Мы даже это не планировали и не думали, что так получится. И тут вдруг…. Я беременна! Такое счастье наконец-то вновь ещё раз вынашивать дитя.

– А почему сразу это мне не сказали? – удивился сын.

– Ну, ты тогда ещё восстанавливался, и тебе было не слишком хорошо, поэтому мы решили с этой новостью подождать.

– Поэтому папа постоянно говорил, что ты не сможешь даже помочь мне, когда я начал ходить, – догадался молодой человек. – Не просто потому, что тебе будет тяжело мне помогать и удерживать при необходимости. А ещё из-за этого….

– Да, было дело, – признался глава семейства. – Я слишком переживал за маму, не хотел подвергать её какому-то стрессу или нагрузке, поэтому попросил побольше отдыхать. Хотя она рвалась к тебе в больницу! Но мы с ней договорились. И она была дома.

– Ну, это правильно, – поддержал отца Станислав. – В таком положении лучше не слишком нагружать себя.

– А, кстати, Стасик, – мама как-то загадочно улыбнулась и опять переглянулась с мужем, – мы хотели с тобой посоветоваться. Ведь ты уже взрослый, и мы хотим и твоё мнение учитывать в этом деле.

– О чём речь? – стало интересно парню. Он нежно погладил кошку, которая улеглась у него на коленях, но глаз с родителей не сводил. Эти слова мамы даже заставили его немного напрячься.

– Мы хотели с тобой посоветоваться, как его назвать, – закончила женщина. – У нас самих есть некоторые варианты. Но много времени обсуждать это у нас не было, так что решили это обсудить сейчас с тобой.

– Ну, хорошо. И какие у вас варианты?

– Ну, мы думали назвать, если будет девочка, то Стефания. Да, имя немного восточное и необычное, зато подходит. Стас и Стефания! Классно же, не так ли? – сын задумчиво пожал плечами. – А если мальчик, то можно назвать Самуил или Святослав. Тоже будет неплохо звучать.

– Почему именно на «С»?

– Ну, мы хотим, чтобы имя нашего второго ребёнка немного сочеталось с твоим именем, – честно ответила мама. – А ты что возражаешь?

– Нет. Мне, если честно, без разницы! Пусть начинается имя на ту букву, которую вы хотите. Всё равно!

– А ты, сынок, как думаешь, как лучше его назвать? – задал вопрос сыну Виктор Петрович. – Мы свои варианты сказали. Может, у тебя идеи есть? Мы с радостью их выслушаем.

– Ну, если будет девочка, то даже не знаю. В принципе также без разницы, – махнул рукой Станислав. – А если будет мальчик… – он на секунду задумался и уверенно выпалил: -… то тогда Сергей!

– Почему именно Сергей? – стало интересно отцу.

– Моего друга так звали, – сказал молодой человек и его лицо даже немного посерело. Радость мгновенно убавилась.

– Почему звали? – улыбнулся мужчина. – Он что имя поменял?

– Он умер, – кратко ответил парень, не желая рассказывать подробности. Вот подробности родителям не стоило знать. Тем более сейчас было не место и не время такое рассказывать.

– Оу! Это печально, сынок, – вздохнул глава семейства и переглянулся с мамой. – Хорошо. Сергей так Сергей. Будем думать! Может быть, так назовём.

В гостиной повисла неловкая тишина. Родители переглядывались, не решаясь ещё что-то спросить у сына, а Стас лишь молча смотрел то на них, то на Бусю, гладя её рукой. Он понимал, что родителям хочется знать, но первый рассказывать это не собирался.

– Стасик, – всё же решилась начать мама и подсела на диван с другой стороны от сына, – а скажи нам, пожалуйста, когда это произошло? Когда ты был в коме? Ты об этом узнал недавно?

– Он умер ещё чуть больше года назад, – выдал Станислав. – Даже можно сказать два года назад. Короче давно! Когда я сказал, что он уехал, он уже был мёртв. Он никуда не уезжал. Просто умер….

– Ого…. – из груди женщины вырвался печальный вздох. – Бедный парень. Он же такой молодой был. Вроде твой ровесник и тут вдруг…. Бедняжка! Мне очень жаль, Стасик. Наверное, тебе было тяжело пережить его смерть, – она погладила сына по плечу.

– А что случилось? – хотел знать подробности Виктор Петрович. – Что произошло? Почему он внезапно умер? Как это вышло?

– Ну… – молодой человек поморщился. Вспоминать это ему было очень тяжело и больно. – Это я виноват в его смерти. Он умер по моей вине.

– В смысле? – не смог скрыть своего удивления отец. – Что ты такое говоришь, сынок? Что там случилось? Почему ты в этом себя винишь? Я сомневаюсь, что ты в этом виноват. Это же ведь смерть…. Тут не может быть виноватых.

– Нет, я виноват! – твёрдо повторил парень, смотря лишь на Бусю. Смотреть сейчас на родителей и рассказывать такое он был не в силах. – Я не поддержал его, когда был ему нужен. И он покончил с собой. Так что он умер по моей вине. И неважно, почему ему нужна была помощь. Я не поддержал его, и теперь его нет.

– Оу, сынок, – мужчина приобнял сына за плечи и ободряюще похлопал по плечу, – мне так жаль. Очень жаль! Не надо себя в этом винить. Понимаю, что ты ругаешь себя за то, что тогда не поддержал его, но этим ничем не поможешь делу. Такие люди…. Самоубийцы…. Они всегда найдут способ совершить это. Да, это печально, что Сергей погиб, но это точно не твоя вина. Это вина сатаны. Он допустил эту мысль в сердце Серёжи, помог ему развить её и тот сделал это. А ты тут не при чём! Не вини себя!

– Но ведь вы советовали, чтобы я позвал Серёжу в Церковь и рассказал ему про Бога, но я не захотел, – напомнил Стас. – И вот что вышло…. Так что это моя вина!

– Нет! – отрезал отец. – Если бы Бог знал, что Серёжа Его не отвергнет и примет, то подобное не допустил бы. Даже если бы у тебя не хватило сил сделать это и позвать Сергея в Церковь, Бог отправил бы на твоё место другого человека, который справился бы. А так…. Это произошло и значит, что может быть Сергей и не смог бы идти за Богом и служить Ему. От некоторых людей просто полностью это закрыто. Как бы это ни было больно говорить!

– Но всё же я ведь…

– Нет, сынок, – даже не дал договорить ему Виктор Петрович. – Не говори так! Ты тут не при чём! Не смей винить себя! Мы всё отдаём в руки Бога. Потери неизбежны. Смерть неизбежна! Печально, когда умирают молодые люди, но значит так должно быть. Не надо так из-за этого изводить себя. Тем более сейчас. Ты сам был не в лучшем состоянии, когда общался с Серёжей. Так что на тебе никакая ответственность не лежала. Не переживай так!

– Стасик, а это же случилось, как раз перед тем, как ты начал меняться, – заметила мама. – Именно это тебя так изменило, да?

– Не знаю, – пожал плечами сын. Он, правда, это точно не знал.

– Да, походу это тебя так поменяло, – поняла женщина и тяжело вздохнула. – Стасик, мне так жаль, что мы тогда были недостаточно близки к тебе, чтобы ты мог это нам рассказать. Ты тогда даже не смог нам довериться и рассказать такое…. Прости за это! Мы обязаны были быть рядом и заметить, что именно с тобой не так и помочь тебе. А мы…. Прости, пожалуйста. Это тебя так поменяло, а мы даже не смогли помочь в самый нужный момент. И вот что произошло из-за этого всего…. Из-за того, что мы были слепы и не смогли тебе помочь. И ты в итоге совсем упал, ушёл из Церкви и….

– Мама, не надо, – поднял голову Станислав и поспешил остановить её. – Вы тут вообще не при чём. Это всё не ваша вина. Это только моя вина! Это я позволил тьме войти в моё сердце и всё пошло поехало. Вы тут не при чём!

– Но мы должны были тебе помочь, Стасик….

– Мам….

– Так, я думаю, что пора закрыть эту тему, – решительно сказал глава семейства и поднялся с дивана.

– Да, поддерживаю, – с облегчением вздохнул парень. – Спасибо.

– Давайте займёмся чем угодно другим, кроме обсуждения таких тем. Это мы ещё сможем обсудить, а сейчас у нас вообще праздник. Стас вернулся домой! Надо это отпраздновать. Так что прекращай грустить, дорогая. Не время для грусти!

– Да, ты прав! – натянула улыбку женщина. – Самое главное, что ты сейчас в порядке, Стасик. Верно? Ты же в порядке?

– Конечно, мам, – улыбнулся молодой человек. – Более чем!

– Вот и прекрасно! – резюмировал мужчина. – А теперь есть несколько предложений. Давайте сначала попьём чаю, съедим торт и потом гулять. Или, если тебе надо отдохнуть, сынок, то можешь отдохнуть, а потом попьём чаю.

– Да, я полежал бы, но буквально десять минут. Не больше, – парень поднялся с дивана.

– Хорошо. Тогда пойду, поставлю чайник, – обрадовалась Лариса Викторовна.

– Замечательно! Сынок, иди пока отдыхать, а мы чаем займёмся и торт порежем, – решил отец.

– Ага, – Стас направился к своей комнате. Кошка тут же кинулась следом за ним.

В комнате молодой человек притормозил. Ему было радостно вновь вернуться сюда. Он довольным взглядом окинул комнату. Здесь всё осталось, как и было. Станислав бросил взгляд на сумки возле стола. Задерживаться парень не стал и решительно прошёл к кровати и рухнул на неё.

Вновь оказавшись на мягкой и удобной кровати, он прикрыл глаза от наслаждения. Ему было очень хорошо и радостно. Он вновь был дома с родителями, с кошкой и всё было как раньше. А может даже лучше, ведь теперь мама была беременна, и у них должно было появиться пополнение в семье. А это очень радовало сына. Брата или сестру он хотел всегда. И вот скоро сможет их получить. Ну, кого-то одного, но молодому человеку было вообще неважно, кто это будет. Самое главное, что он будет не один у родителей.

Стас был очень счастлив и даже не представлял, сколько радости ещё принесёт ему этот день, ведь впереди было чаепитие с родителями и прогулка. Парень был в предвкушении от этого дня. А тот разговор даже не особо расстроил его. Ему на душе стало лишь легче, что родители теперь всё знали, и у него не было от них никаких секретов. Теперь ему было как никогда легко, хорошо и спокойно.

В первое же воскресенье Станислав поехал на служение с родителями. Чувствовал себя он достаточно неплохо, да ему и самому не хотелось пропускать служение. Он уже давно не был на собраниях, и теперь его просто тянуло в Церковь. Поэтому молодой человек поехал с родителями. А в молитвенном доме с трудом пройдя мимо народа, который был очень рад вновь видеть Стаса, они уселись на свободное место.

Сесть они сегодня решили все вместе. Родители были слишком рады возвращению сына в Церковь и не желали сидеть далеко от него. А Стас был даже рад в первое воскресенье после своего возвращения сесть с родителями, а не сидеть одному. Одному ему было бы сидеть тяжелее, а с родителями было проще.

На лавочке парень уселся поудобнее, откинулся на спинку, расслабился и лишь наблюдал за всеми, кто проходил в зал и занимал места.

– Видишь, Стасик, как все тебе рады, – улыбнулась мама, проводив глазами очередного брата, который подошёл к Стасу и поздоровался с ним, порадовавшись его возвращению. – Все очень скучали по тебе!

– Ну, я по ним тоже скучал, – кивнул молодой человек.

– О! Стас! – оказался рядом с ним Павел. – Ты вернулся. Рад тебя видеть!

– Приветствую, – поздоровался с руководителем хора Станислав, дружелюбно улыбнувшись.

– Привет, – мужчина уверенно наклонился и обнял Стаса. – Приветствую, – он поздоровался и с родителями парня, пожав им руки. – Как ты себя чувствуешь, Стас? У тебя всё хорошо?

– Да, всё замечательно! Слава Богу!

– Это прекрасно, – обрадовался руководитель хора. – Мне говорили ребята, что ты хочешь в хор вернуться. Когда планируешь это сделать? Я буду очень рад вновь тебя видеть в хоре.

– Ну, мне сначала надо ещё лучше восстановиться. Может быть, через неделю или две недели уже вернусь в хор.

– Ну, конечно, восстановись до конца сначала. Можешь так не спешить. Возвращайся тогда, когда будешь готов. А мы будем тебя ждать.

– Хорошо. Понял, – улыбка Станислава стала ещё ярче.

– Я очень рад тебя видеть! – Павел похлопал его по плечу. – После служения обязательно поговорим, а сейчас мне надо к ребятам. Ты же не сразу уходишь?

– Наверное, не сразу, – неуверенно ответил парень. – Ну, это зависит от моего самочувствия. Если буду хорошо себя чувствовать, то ненадолго задержусь. На молодёжное служение оставаться точно рано, а так немного пообщаться…. Было бы хорошо!

– Тогда постараюсь сразу после служения к тебе подойти, – решил мужчина. – Давай! – и он направился к хору.

Родители переглянулись, и мама только хотела что-то сказать, как к ним подошёл Эдуард.

– Стас! Привет! – радостно улыбаясь, сказал тот.

– Привет, Эдик, – не удержавшись, тоже улыбнулся Станислав и даже поднялся с места, чтобы поздороваться с ним.

– Ну, надо же, как ты быстро поправился, – удивился Эдуард после объятий со Стасом. – Вроде только недавно я к тебе приходил, и ты уже тут. Вот это да! Шустрый ты!

– Да просто ты приходил уже тогда, когда мне было лучше, – выдал молодой человек. – Я уже тогда немного ходил, и это было лишь дело времени, когда меня выпишут. Я немного потренировался, меня чуть-чуть подержали и отпустили. И вот я тут!

– Но всё равно быстро, – подметил парень. – Молодец!

– Это их заслуга, – махнул рукой на родителей Стас. – Не моя! Если бы не они, я ещё тюленем валялся бы на кровати и жалел себя.

– Скажешь тоже, сынок, – засмеялся отец. – Тюленем!

– А разве не так? – посмотрел на него молодой человек. – Это же ты в основном заставлял меня заниматься. И мама!

– Ну, тогда твои родители тоже молодцы! – вывел вердикт Эдуард. – Спасибо, что заставили его заниматься и что вот теперь он здесь! Я очень рад, наконец, видеть Стаса.

– Мы сами очень рады видеть его тут, – сказала Лариса Викторовна. – И рады, что он поправился.

– Ты уже полностью восстановился или ещё нет?

– Пока что ещё нет. Нужно ещё некоторое время. Может пару недель и всё. Смогу и к учёбе нормально вернуться, и в хор, и на молодёжные служения ходить. Сегодня на молодёжное служение точно оставаться не буду. Не хочу рисковать!

– Это правильно, – согласился парень. – Ладно. Служение уже вот-вот начнётся, а надо ещё псалмы все просмотреть. Пойду к ребятам, – и он сделал шаг в сторону хора.

– Подожди! – затормозил его Станислав, смотря на него с удивлением. – Ты что теперь тоже в хоре?

– Да, в хоре. Я и раньше там пел, но потом надолго ушёл. И вот решил вернуться. Пока только рад этому.

– Ты теперь тоже в хоре…. – повторил молодой человек, с задумчивым выражением лица. – Круто!

– Так что теперь ждём твоего возвращения, Стас! Возвращайся скорее!

– Постараюсь!

– Ловлю на слове! – окинул его пристальным взглядом Эдуард и двинулся к хору. – Смотри у меня! – сказал он напоследок и ушёл.

Станислав лишь засмеялся от слов друга. Посмотрев на родителей, сын увидел, что они с улыбками на лицах о чём-то говорили. Молодой человек подался вперёд, желая присоединиться к разговору, но в этот момент к кафедре подошёл служитель, и собрание началось. Родители замолчали и посмотрели на служителя. А Стасу ничего не оставалось, как повернуться и начать тоже слушать служителя.

Собрание шло медленно. Каждая проповедь болезненно била по парню, напоминая ему о прошлых ошибках, что он совершил, отойдя от Бога. Теперь каждая проповедь чем-то укоряла его, и молодому человеку становилось стыдно и перед родителями, и перед друзьями, и перед близкими людьми, и в особенности перед Богом. Он совершил столько ошибок в мире…. Станислав даже раньше не думал, что на всё это способен. Способен так сильно погрязнуть во тьме, грехах и этой грязи. И теперь ему было очень стыдно тут просто так сидеть, запачканным в таких грехах.

Парень во время проповедей старался смотреть лишь вниз себе под ноги. На проповедника он вообще смотреть не мог, так как ему было слишком стыдно. Стас периодически поглядывал на родителей, но они спокойно слушали проповеди и на него даже не поглядывали. Но самому сыну почему-то постоянно казалось, что родители вот-вот сейчас начнут с осуждением поглядывать на него, вспоминая какие-то его ошибки. Конечно, это не происходило, но молодой человек отделаться от подобных мыслей просто не мог. И из-за этого он ещё больше напрягался и ругал себя за все совершённые грехи и ошибки. Сейчас парень даже начал себя ругать за то, что тогда не послушался родителей и связался с теми друзьями, а позднее ушёл из Церкви. Послушайся он их сразу, ничего такого бы не было.

Станислав тихо вздохнул. Очередная проповедь также сильно била по нему. Ему уже было мучительно слушать это обличение. Он был бы рад отвлечься и не слушать проповедь, но просто не мог. Даже посматривая по сторонам, молодой человек не мог перестать слушать проповедника. С трудом он вытерпел эту проповедь и с облегчением вздохнул. Можно было немного расслабиться.

Когда собрание уже подходило к концу, внезапно за кафедру вышел служитель и заговорил:

– Дорогие братья и сёстры, я хотел бы с вами поговорить на важную тему. Мы все знаем, что естественным результатом веры в Иисуса Христа является покаяние, – услышав это слово, Стас сразу напрягся. Он понял, о чём будет идти речь. – Необходимость покаяния существовала в мире со времён Адама и до наших дней. Мы приходим на Землю, чтобы расти и развиваться. Этот процесс длится всю нашу жизнь. В течение этого времени все мы грешим. Всем нам необходимо каяться. Иногда мы грешим по незнанию, иногда из-за слабости, а иногда – из сознательной непокорности. В Библии мы читаем, что «нет человека праведного на земле, который делал бы добро и не грешил бы». Это написано в Екклесиасте 7 глава 20 стих, а в 1-е Иоанна 1 глава 8 стих написано следующее: «если говорим, что не имеем греха, обманываем самих себя, и истины нет в нас». Что же такое грех? Апостол Иаков сказал: «Итак, кто разумеет делать добро и не делает, тому грех». Иакова 4:17. Иоанн описал грех как «всякую неправду». 1-е Иоанна 5:17 и «беззаконие» 1-е Иоанна 3:4. Грешили все жившие на Земле, кроме Иисуса Христа, Который вёл совершенную жизнь. Из великой любви к нам Небесный Отец уготовил для нас возможность каяться в своих грехах. Поэтому я хотел бы сейчас призвать сюда всех, кто хотел бы покаяться. Кого что-то так сильно тревожит, что ему тяжело и больно, выходите. А мы за вас помолимся! – и служитель начал тихо молиться.