Kitobni o'qish: «Сердце для твари»

Часть первая. Тварь

Гости потихоньку расходились. Старинные настенные часы в зале пробили одиннадцать ночи. Кто-то из приглашенных соседей благодарил хозяев квартиры за отличный вечер и вкусный ужин, кто-то старался успеть осушить напоследок рюмку-другую «Реми Мартин», купленного ради долгожданного торжества. Всех удивляло, что новые соседи так запросто позвали на новоселье незнакомых людей. От такого внимания веяло далекими и забытыми правилами человеческого бытия.

Марина под медленную итальянскую песню танцевала с семнадцатилетним Мишей – ровесником с девятого этажа, с которым познакомилась в этот праздничный вечер, устроенный родителями. Казалось, что парня знает давно – так легко было с ним общаться. Наверное, она ему тоже симпатична, раз не сбежал и терпит ее целых четыре часа.

Музыка закончилась, и – особенно счастливое мгновение – девушка почувствовала на щеке поцелуй, сделанный украдкой, но решительно. То, что было в мечтах, становилось явью. И от этого на глаза вдруг навернулись слезы. Миша заметил и ладонью легонько смахнул их.

— Извини, но ты мне правда нравишься, – поспешил он объясниться, думая, что обидел девушку. – Теперь мы сможем часто видеться, если, конечно, твои предки не решат снова переехать. Нас разделяют всего лишь два этажа да предстоящие экзамены, которые, вообще-то, меня мало волнуют.

— Хочется верить, что все будет именно так. Не извиняйся, – Марина, еле сдерживая волнение, по-быстрому чмокнула юношу в губы. – Родители давно хотели переехать в высотный дом. После поселковой жизни им это кажется пределом мечтаний. Так что уезжать не собираюсь. Пока. Но ведь и перемена мест роли не играет, если все будет на позитиве, верно?

Когда ушел последний гость, мать поглядела на гору посуды на столе и обреченно вздохнула.

— Ничего себе познакомились с соседями. Господи, я и не представляла, как их много даже на одном этаже – все равно всех позвать не получилось бы. Но ты не выдумывай, сама справлюсь, – остановила она дочь, которая уже надевала фартук. – У тебя сегодня много новых впечатлений. Не хочу, чтобы ты их портила. А что, хороший мальчик?

— Ну, мама, прекращай, – смутилась Марина, застигнутая врасплох вопросом.

— Ладно, я только спросила.

— Я, видимо, что-то пропустил? – поинтересовался только что вернувшийся отец, который провожал домой припозднившегося гостя. – Эх, не поспеваю за событиями и своими девчатами.

— Папа, это город, здесь жизнь течет быстрее. Так что нормально, что ты не успеваешь, –дочь, улыбаясь, обняла его и отправилась в свою комнату.

— Мужчина с верхнего этажа тоже говорил что-то подобное и лепетал про какие-то местные странности и про то, что необходимо быть осторожнее. Просто предупреждаю на всякий случай.

— Ха-ха, очень смешно. Папа, ты забываешь, что я уже взрослая, и меня вот этим всем уже не напугаешь.

Марина закрылась у себя и бухнулась на новую кровать, с удовольствием раскинув руки в стороны. Красота – наконец-то собственная комната, и к тому же с замком! Проходной двор закончился. Это большой плюс переезда. А сегодняшнее знакомство вообще все удваивает.

Радостью хотелось срочно с кем-нибудь поделиться. Конечно, в это время Анюта уже спит в своем поселке. Но если подруга хочет высказаться – это святое, и сон можно прервать.

Трубку взяли со второго раза. Недовольный заспанный голос старался быть вежливым:

— Милая, кредит-епендрит, обрати внимание на часы, если они у тебя есть, конечно.

— Зачем?

— Уверяю, ты сильно удивишься.

— Ой, ну извини, что разбудила. Хватит дуться, у меня очень важное сообщение, которым могу поделиться только с тобой. Ведь ты меня всегда понимаешь, ты самая лучшая…

— Ладно, Мара, не подлизывайся, говори скорее, что там у тебя стряслось.

И Марина рассказала вкратце о новоселье, а потом почти полчаса посвятила Мише. Возможно, могла продолжать еще дольше, но слушать про сплошные достоинства незнакомого юнца Анюте надоело.

— Поздравляю, Мара, ты сошла со ума.

— Что?

— Нет, в хорошем смысле слова. Все нормально. Это все-таки с тобой произошло. Тот момент, когда чувства к человеку затуманивают мозги, и прекрасен, и опасен – можно натворить дел. Чем спокойнее его переживешь, тем быстрее продвинешься в личных делах. Время это покажет.

— Мне некогда ждать, я и так старая – уже семнадцать лет. Да, конечно, не восемьдесят, но все же.

— Вот что, сейчас поздно. Давай действовать по сказочному методу. Фразу «Утро вечера мудренее», надеюсь, помнишь? А завтра проведи простой тест. Если на второй день знакомства парень поцелует тебя при встрече – видать, скоро оставит. Если после – значит, все серьезно.

Утром невыносимо долго тянулось время. Правда, отец не успел позавтракать, а мать впопыхах выбежала к заехавшим за ней коллегам из больницы, забыв в прихожей ключи от квартиры. Что ж, прогулка вечером отменяется, иначе некому будет пустить ее домой. Мать как пчелка – вся в заботах, грех обижаться. Еще молодец, выглядит при этом на тридцать в свои сорок пять лет.

В дверь постучали. Наконец-то Миша! Он удивительно точен. Нужно придумать какой-нибудь специальный сигнал на всякий случай. Но это потом, а сейчас – тест. Главное, не показывать волнение… А вдруг вообще не поцелует?

— Привет, май фрэнд, ты меня помнишь, или шузы случайно привели сюда? – Марина старалась казаться современной.

— Такое красивое лицо не забудешь, – сказал юноша и поцеловал ее в щеку. – Только давай без гламура. Тебе это не идет. Эй, это дружеский совет. Чего ты так расстроилась сразу?

Мише было невдомек, что сейчас он провалил важный тест. Теперь ему больше чем на дружеские отношения, можно не рассчитывать. Анюта как в воду глядела, засомневавшись в Мише. Жаль, так хорошо все начиналось. А может, не все еще потеряно? Зачем делать поспешные выводы?

— Ничего, все нормально – совет принят к сведению. Постараюсь больше не выглядеть глупо, – налетевшая на Марину грусть сменилась улыбкой. – Из школы также идем вместе?

— А то, – Миша обрадовался смене настроения подруги. – Мы, кстати, могли бы вместе готовиться к экзаменам.

— Только не у тебя – мама не разрешит.

Солнце расщедрилось на тепло после нескольких холодных дождливых дней. Благоухала сирень, как бы призывая забыть о делах и погрузиться в безмятежность. По дороге к школе ребята кое-как обогнали пожилую женщину, которая неспешно шла по центру и не давала возможности для маневра даже встречным прохожим. Висящий на плече Марины рюкзак слегка ее задел.

— Никакого уважения! Буром прут, того и гляди снесут! Наглые, даже не извинятся! – поднялась сзади ребят буря возмущений.

— Эй, бабка, отстань! – через плечо бросил Миша.

— Я тебе покажу бабку, гаденыш! – старуха погрозила кулаком.

— Пожалуйста, извините меня, – приостановилась Марина. – Но вас действительно было трудно обойти.

Тут она поймала такой взгляд бабки, от которого пошли по коже мурашки. Казалось, каждая из многочисленных морщинок излучала злость. А крупная бородавка возле правого глаза тряслась в такт нервному тику. Марина испуганно схватилась за руку одноклассника.

— Хочешь сказать, я объемная и уродливая? – зашипела старуха.

— Пойдем отсюда, – потащил девушку прочь Миша. – Здесь одноразовой медицинской помощью не обойтись.

Ребята прибавили шагу. Через несколько секунд гневные слова заглушил детский гомон на пришкольном дворе. Можно вздохнуть с облегчением, но у Марины было плохое предчувствие.

День прошел напряженно. Встреча с новым классом – еще тот стресс. Правда, Миша постоянно оказывался рядом и выручал из сложных ситуаций. Учителя – не лучше. Будто разом забыли, что в жизни не все складывается, как хочется. Каждый выпытывал, зачем сменила школу под конец учебы, а после ответа сердобольно качал головой и уверял, что экзамены теперь точно не сдать.

Город показывал зубки, и ему надо было срочно продемонстрировать свои. После очередного вопроса Марина огрызнулась: «Не ваше дело». Мимо куривших на улице одноклассниц, которые презрительно смотрели на новенькую, она демонстративно прошла, показав средний палец. Это могло плохо кончиться, не будь рядом друга. Миша, как громоотвод, гасил проблемы в зародыше.

— У тебя все так легко получается. Другой пришлось бы сильно постараться, чтобы за день испортить со всеми отношения, – юноша укорил Марину, когда они возвращались домой.

— Как видишь, у меня талант. Могу давать мастер-классы.

— Конечно, часть из них этого заслуживает, не спорю. Но где твое чувство самосохранения? Дурочка, а вдруг меня не будет поблизости. Так что прошу, включай иногда свой ум.

— Короче, я люблю и берегу свой ум. Поэтому он у меня когда надо, включается, а когда не надо – выключается, – парировала недовольная девушка. Нотаций от Миши она не ожидала услышать.

Хотя на улице еще было светло, бронзовая, с красноватым отливом луна в полную величину уже села на крышу соседнего дома. Она вызывала одновременно чувство тревоги и ощущение чего-то нереального, колдовского.

— Ого, я такой луны еще не видела. Какая огромная!

— А давай ее рассмотрим поближе.

— Это как?

— Да с крыши. У меня ключ есть. Только, слышишь, никому не рассказывай.

— Хорошо тебе без суперконтроля – родители в командировке. А мои здесь. Ой, у меня же мать ключи забыла. Блин, пойдем скорее.

Мама Марины уже стояла возле подъезда и с кем-то вела оживленную беседу. Пока никто не видит, Миша поцеловал девушку прямо в губы и тут же забежал в подъезд со словами:

— Если надумаешь, приходи. Такое зрелище может быть единственным в жизни.

— Вот и моя дочь, думала, не дождусь, – заметила Марину мать. – Знакомься, это наша новая соседка Ираида Карловна. Она тоже недавно переехала сюда, как и мы.

Собеседница повернулась к девушке. Это была та самая старуха, с которой утром произошел конфликт. Крупная бородавка на ее глазу опять задергалась.

— А-а, черноглазая красавица с роскошными кудряшками и очаровательной чистой кожей. Хороша, нечего сказать. Кстати, соседка, это вот она меня сбила с ног. И вместе со своим дружком обзывала уродиной, – голос старухи был глухим и походил на мужской.

— Марина, что я слышу! – ахнула мать. – Быстро извинись перед тетей Идой. Неужели Миша на тебя так плохо влияет?

— Короче, не буду я извиняться. Она все врет!

— Ага, значит, мальчик тоже здесь живет? – уточнила тетя Ида.

— Да, на самом верхнем этаже, – мать Марины посмотрела на окна квартиры юноши.

— Знаете, мне извинения ваши не нужны. Сейчас напишу заявление, завтра в полицию отнесу – пусть разбираются.

— Вы что, правда, так сделаете? Да простите их, Бога ради. Они же молодые, глупые. Им еще экзамены надо пережить.

— Что ж, посмотрим, как у них это получится.