Kitobni o'qish: «Мой муж Лев Николаевич Митрохин»

© Софья Тюрина-Митрохина, 2024

© Оформление ООО «КнигИздат», 2024

Пишет читатель – учительница русского языка из Ириклинского:

 
«…Не отрываясь, прочитала
эти страницы о странной,
пылкой и неповторимой
любви…» Ольга Костина
 

Посвящается нашей дочери

Ксении Митрохиной

Моя фотография: она сделана за полчаса до представления моих документов для поступления на филологический факультет МГУ

Лев Митрохин – студент философского факультета МГУ

Сначала – мой рассказ о том, какой была я, когда мой будущий муж Лев Митрохин появился в моей жизни

Итак, я – выпускница Филфака МГУ, Свой диплом я писала, занимаясь в Лермонтовском семинаре Вл. Турбина и в Пушкинском семинаре профессора С. М. Бонди. Моя дипломная тема – «А. С. Пушкин. «Маленькие трагедии. Каменный гость». Кроме того, у меня есть и театральное образование: все пять лет учебы в МГУ я занималась также и в театральных студиях.

Но теперь МГУ – позади, театральные студии – тоже.

Кем же мне быть? Я хочу стать актрисой и еще хочу писать книги (сейчас издано уже 8 моих книг). Мне в этом поможет моя филология и мои пятилетние занятия в различных театральных студиях Москвы. Вот такие два пути кажутся мне в мои 22 года вполне совместимыми. Но на самом деле получилось так: мои актерские работы были только до рождения дочери Ксаны.

А моя филологическая карьера продолжается всю жизнь ¹.

… И вот сейчас, получив диплом филолога, я всё-таки хочу стать актрисой. Моего студийного образования для этого достаточно – целых пять лет лет я училась в лучших студиях Москвы.

Расскажу немного о моей театральной биографии: сначала, в студиях, я играла в маленьких драматических отрывках, а потом – в Студенческом театре МГУ, где режиссер Марк Захаров дал мне роль Эльзы в пьесе Шварца «Дракон». На репетициях он кричит на меня, ругается, но… произносит одну волшебную для меня фразу: «Черт знает, что такое: то вы делаете сцену лучше, чем профессиональные актрисы, а то – как будто бы ничего не умеете!».

Какое счастье!!! Как красиво он меня ругает… (я ведь слышу только первую часть фразы. Про остальное я думаю, что постараюсь, – и всё исправлю!). Ну, а сейчас, пока – я, в единственном составе, в Студенческом театре МГУ, репетирую роль Эльзы в спектакле по пьесе Евг. Шварца «Дракон»!

Но беда, связанная с этим спектаклем, пришла незаметно, она явилась в наш Студенческий театр МГУ в лице парткома МГУ, – члены парткома однажды явились на оценочный закрытый просмотр. Было тревожно: ведь еще в 1944 году режиссёр Николай Акимов поставил пьесу Евг. Шварца «Дракон» в Ленинградском театре комедии ², – но… после первых же показов спектакль этот был запрещён. Вердикт комиссии был таков:

1…Постановка излишне драматична, а ведь это же всего лишь сказка!

2…А уж образ главной героини Эльзы (Эльза! это – моя роль!) «трактуется совсем неверно». Потому что, по мнению парткома, – Эльза не должна так трагично и страстно переживать— ей надо быть легкой, веселой и наивной³(вот таким образом они советовали трактовать поведение Эльзы, которую предназначили отдать на съедение Дракону… Да уж, когда ты знаешь наверняка, что тебя съедят – это, по мнению данной комиссии— было очень весело!).

3…И вообще, вот что порекомендовали люди из партбюро: Эльзе лучше быть блондинкой, а мои темные волосы тоже излишне драматизируют театральный образ… Играть Эльзу надо оптимистично и радостно!

Для меня это – удар! Марк Захаров, спасая спектакль, призывает Ию Саввину исполнить мою роль. Ведь она – известная актриса, звезда, – и начинала когда-то здесь, в студенческом спектакле, играя главную роль в пьесе П. Когоута «Такая любовь» (режиссер – Ролан Быков). Ия Саввина дает своё согласие, и репетирует теперь мою роль Эльзы. Мне очень сочувствуют мои товарищи по сцене…

Но однажды… о, чудо! Ия Саввина простудилась, – поэтому Марк Захаров срочно вызвал меня, – и я играла свою Эльзу в том же, своем, трагическом, ключе (спектакль шёл в каком-то подмосковном клубе). Но, увы – я играла в последнем спектакле, в спектакле № 17… Потому что пьесу все-таки запретили по причине её бьющей через край «идеологичности». Сейчас спектакль «Дракон» идет в Москве, в театре на Покровке и в МХТ им. Чехова, а также и в других городах РФ. Пьеса эта шла также и на сценах многих театров мира.

Знакомство с моей судьбой, будущим мужем – Львом Митрохиным. Кем был Николай Алексеевич Митрохин, его отец, который будет приходиться мне тестем?

Однако – я забежала вперед. Студенческий театр случится чуть позже, – а именно, – тогда, когда я встречу своего будущего мужа. А сейчас – я пока с ним не знакома и просто стою в очереди в букинистическом магазине, чтобы сдать букинистам учебники, теперь уже отслужившие свой срок в моей жизни. В очереди, прямо передо мной стоит пара, он и она, они тоже сдают свои отслужившие им книги. Мы познакомились, они позвали меня в гости … и знакомят меня с Ним, – моим будущим мужем, моей первой любовью – Львом Митрохиным.

Он старше меня на шесть лет. Он – кандидат философских наук и работает в «Литературной газете». Мы стали встречаться. Получив ближайшую зарплату, он приглашает меня в кафе, потом – в ресторан. Я бы обошлась без этих приглашений. Он ведь сразу рассказал мне, что он – сын репрессированного генерала и поэтому шансов у него на престижную работу никогда не будет. Я узнала также, что Лёва помогает своей маме и сестре, которые нуждаются в его помощи.

Лев Митрохин – фотография студенческих лет

Моя фотография – сделана после окончания филфака МГУ

Его отец, генерал МВД, Николай Алексеевич Митрохин, служил в команде маршала Г. К. Жукова. Сразу же после «Одесской ссылки» Жукова назначают служить в Свердловском Округе. Николай Алексеевич Митрохин также уезжает в Свердловск. В семье тогда решили, что его жена Наталья Ивановна с сыном-первокурсником, студентом философского факультета МГУ и маленькой дочкой Таней остаются в Москве. Считали, что это назначение в Свердловск – всего лишь временное. Однако, пребывание маршала Жукова и его окружения в Свердловском Округе продолжается с 1948 по 1953 годы.

Здесь, в Свердловске, Николая Алексеевича Митрохина в июле 1950-го года арестовывают по ложному доносу, обвиняют в «измене Родине» и требуют признаний в том, чего он не совершал. Его жестоко допрашивают, и он умирает в лагере в 1952 году.

А на Втором курсе философского факультета МГУ учится его сын Лев Митрохин. И теперь ему, как «сыну врага народа», грозит исключение из Университета. На заседании Комсомольского бюро МГУ Льву Митрохину предлагают отказаться от отца и тогда… обещают дать ему возможность продолжать обучение. Но студент Митрохин не соглашается предать своего отца и отказаться от него, назвать отца – «изменником Родины.

Ситуация очень тяжелая, однако, друзья отца помогли юноше остаться студентом философского факультета МГУ. Правда, он уже не мог выбирать себе то направление в обучении, которое касалось бы политики. Предложили заняться историей религии. Он согласился.

У него есть старший брат Саша (сын отца Николая Алексеевича от первого брака, он – военнослужащий, офицер. Под давлением высших чинов старший сын генерала Николая Алексеевича Митрохина, Александр Николаевич Митрохин, – всё же отказывается от своего отца. И Лёва на долгие годы прерывает общение с братом, – много лет он не может его простить за это.

О судьбе своего отца и о том, какие испытания выпали на долю семьи, – Лёва мне рассказал сразу. Рассказал он – в форме предупреждения о том, что, в силу перечисленных обстоятельств, карьеры он теперь не сделает, и я вообще должна подумать – стоит ли мне с ним общаться.

Но для меня ничто не могло быть препятствием, я готова разделить с ним любую его судьбу. Я была очарована им… Я была влюблена беспредельно…

Фото из студенческих лет

Как быстро это чувство охватило меня!

Но вот прошел всего лишь месяц нашего знакомства, а он – уезжает, по профсоюзной путевке, в какой-то дом отдыха в Одессе. Путевка эта была оформлена еще до нашей встречи. Провожая его, я дарю ему куклу Буратино и предупреждаю, что Буратино будет зорко следить за его поведением.

Моё фото с Буратино – эту куклу я подарила Лёве в первый год моего присутствия в его жизни

…Как жаль, что он уедет! Но не надо бояться, ведь я получаю от него вот такие нежные письма:

«Смотрю на Буратино и радостно (часть Москвы, тебя) – и грустно: может быть, именно из-за него ты несколько дней будешь жить впроголодь. Как ты там одна? Не подведут ли импульсы? – столько проходимцев – и все на одного – маленького и слабого. Чорт бы побрал добряка-директора ⁴.

Пиши.

Очень жду. Целую всю.

Береги душу. Она – самое существенное и нужное.

Грустно что-то.

И подписывается: «Совсем твой – Лёва».

Он и я

Я – студентка МГУ, 2 курс

«Не представляю, как это, если бы не было тебя» (Следующее письмо, – он пишет мне из этого же санатория ⁵).

Дорогая моя девочка!

Что-то ты там без меня расхрабрилась («а то забуду»). Вот, видишь, – пишу. Испугался.

Погода совсем южная – и жизнь поэтому – в лучшем своем виде. Началась полоса романов – группируются временные пары, затягиваются любовные узлы, публика опаздывает к завтраку и зевает целыми днями…

Я стал шоколадный, но никому не даюсь. Это до тех пор пока ты меня «не забудешь». А тогда тебе будет плохо. Мне, впрочем, – тоже (Когда письмо от него слишком задержалось – я действительно ему так написала).

(Он часто бывает в Домах отдыха – там в основном и пишет свои книги…Когда отключаешься от городской суеты легче созидаются идеи).

Может быть, тебе стоит позвонить моей маме (Наталия Ивановна).

Скучаю, жду, помню. Мне страшно, что с тобой будет, когда я приеду. Думаю, что меня следует тогда держать в холодильнике и – Да здравствует тот Гавайский Ром! И благослови Господь тех, кто о нас думает, ждет, волнуется… Не представляю, как это, если бы не было тебя.

Про еду ты меня, скорее всего, обманываешь. Смотри, с некоторых пор я согласен только на третий размер. Ты велишь мне поцеловать Буратино (подаренная мною перед его отъездом – игрушка). Чем за тебя целовать Буратино, я лучше поцелую тебя с ног до головы.

Иду к морю – жариться. Лицо – для всех, остальное – для тебя. Это так хочу я, а ты что-то расхрабрилась.

Совсем твой. И… Лёва. 9. 09. 1958 г.

Драматический театр имени И. А. Гончарова в Ульяновске

Ульяновская разлука

Но вот в Москву приезжает моя мама и требует немедленно ехать с ней в Ульяновск – такова воля моего отца. Я не могу его ослушаться, я – его любимая дочка, и у меня – культ моего отца. Мама увозит меня в Ульяновск.