Kitobni o'qish: «Боги»

Глава 1

«Обман, который всем сердцам знаком,

Приносит вред и тем, кто доверяет,

И тем, кто не доверился ни в чём»

Данте Алигьери из «Божественная комедия»

Моё первое детское воспоминание было мимолётным, расплывчатым. Я помню яркий свет и тёплые женские руки, ласкающие меня по щекам. Красивое лицо девушки, подёрнутое расплывающейся дымкой, с улыбающимися счастливыми, но утомлёнными глазами, так похожими на мои собственные.

Пожалуй, это единственное, что я чётко помню из детства.

Встав с кровати, я не удосужилась натянуть кофту, чтобы подойти к открытому окну, из которого сквозил прохладный ветерок. Была уже осень и на улице стояла постоянная промозглость. Сегодня было исключение чистое небо, окроплённое звёздами, холодно освещало ещё зеленую долину. Мне нравилось смотреть, как листья на моём подоконнике при малейшем дуновении ветра залетают в комнату, а новые, слетая с ближних деревьев, летят ко мне, заменяя улетевшие.

Освежившись, я повернулась обратно к своей комнате. Это была просторная спальня с высокими потолками, на которых были изображены лесные фрески. Большая кровать, окутанная лёгкой вуалью, стоящая в центре, дубовый письменный стол с подсвечниками, такого же фасона большой шкаф, полка со всевозможными клинками, подаренными родителями и туалетный столик.

Я вздрогнула, увидев в отряжении себя, стоящую в освещении звёздного света.

Моя стройная фигура быстро прошлась сквозь всю комнату к зеркалу. Оттуда на меня взглянула заспанная девушка лет семнадцати со сбившимися светлыми локонами и мятым шелковым ночным платьем. На бледной шее висел небольшой кулон в виде руны. Мои глаза слипались, размывая очертания отражения.

Я повалилась опять на кровать, чувствуя, что если не высплюсь, то умру завтра на уроках от недосыпа. Училась я в аристократической школе, куда пускали только медиумов и знатных людей. Я задумалась над тем, как странно люди нарекли отпрысков богов и простых смертных медиумы.

Перевернувшись на другой бок в кровати, я вспомнила, что уже сегодня мой класс поедет в главный город Королевства Богини Амелии – Амел, и застонала. Каждый год мы выбирались посмотреть на один из городов Королевств, чтобы культурно обогатить наши знания. И каждый раз это заканчивалось какой-нибудь неприятной историей.

К примеру, несколько лет назад, меня столкнули в фонтан с экзотическими рыбами, когда все прогуливались вдоль алей в Королевстве Бога Сайа. Помню, вода была ледяная, от чего я вся продрогла и в итоге простудилась. Мои одноклассники ещё долго припоминали мне это падение. И нет, я не была изгоем или зубрилой в классе, просто мои отношения с одноклассниками не сложились. Наверное, дело было сразу в нескольких вещах.

Первое, я происходила из знатного и богатого рода Блэр, у которого были свои поместья, слуги, реликвии и влияние. Мой отец, хоть и не был божественных кровей, находился на службе у самой Амелии Богини, управляющей нашим Королевством. Он был один из близких сподвижников нашей Правительницы. Скорее всего одноклассники, у которых были не столь влиятельные родители просто завидовали моей семье. В любом случае, Боги никогда бы не допустили, чтобы люди встали у власти, в этом мы были с ними равны.

Вторая причина крылась в одном неприятном инциденте, произошедшем со мной, когда мне было двенадцать. Эти неприятные события остались со мной навсегда, так же, как и шрам на моём запястье.

Я опять перевернулась на другой бок и незаметно для себя погрузилась в сон.

– Доротея! – крикнул женский голос из-за дубовой закрытой двери.

Я разлепила глаза. Комнату заливал слабый солнечный свет, льющийся из приоткрытого окна. Я забыла закрыть его на ночь, поэтому в спальне гулял ветер, разбрасывая мои бумаги по всему полу.

       Доротея! раздалось ещё одно восклицание, а за ним последовали настойчивые стуки в дверь.

Встаю! крикнула я, сбрасывая с себя пуховое одеяло и вставая босыми ногами на паркет.

Я отперла входную дверь, впуская в комнату свою старшую сестру Манон. Та, была полной противоположностью Доротеи. Темноволосая, статная и сдержанная, она всегда больше походила на мать, чем на отца. Высокие скулы, идеальная светлая кожа, без единого изъяна, и красивые мягкие губы, сейчас сложенные в тонкую линию.

Ты опаздываешь, Тея! воскликнула Манон, поглядывая на часы, висевшие рядом с её головой.

Я опять плюхнулась на кровать. До того времени, как я должна выйти оставалось всего пятнадцать минут.

Ты не успеешь собраться, тряхнула своей копной волос Манон и стащила меня с подушек на пол.

Я перевернулась на спину, наблюдая, как сестра достаёт из шкафа мою парадную одежду. Хоть она и была старше меня всего на год, вела себя, словно на десять лет.

Имели бы мы бессмертие, могли тратить его на эту возню с переодеванием, но Тея, наша смертная жизнь безумно коротка, поэтому хватит так много спать!

Я и сама могу одеться, отозвалась я, когда мне в лицо прилетел комок одежды.

Судя по всему нет, отрезала Манон. Отдала бы всё, лишь бы иметь бессмертие, – произнесла сестра, уже не обращаясь ко мне, а больше размышляя вслух.

Зато сейчас ты ценишь каждый момент, кинула я ей, вставая с пола.

Манон в ответ лишь хмыкнула.

Быстро сняв ночнушку, я накинула на себя темно зеленое платье с рукавами буфами и подпоясалась корсетом. Подойдя к туалетному столику, мне хватило пары минут, чтобы привести себя в порядок. Несмотря на поспешные сборы, мне нравилось осознавать, что выгляжу я очень даже неплохо. Лёгкий естественный румянец в сочетании с длинными ресницами и золотыми кудрями смотрелись воздушно и непринуждённо.

Поторопись, предупредила Манон, выпуская меня из спальни.

Добраться до школы мне не составило труда. Десять минут быстрой ходьбы вдоль почти пустынной дороги с заброшенными поместьями и я на месте. Учебное заведение было переполнено учениками, желающими поехать в столицу Королевства. Все они столпились подле высоких колонн, подпиравших входную арку. Белый мрамор входных ворот был красиво оплетён вьюном, начавшим уже желтеть.

Я, запыхавшаяся, вошла в толпу ребят. Никто и не заметил моего появления.

Все в сборе? —спросила старая женщина, вышедшая из тени дерева. Она была неприметной сухой старушкой с седыми волосами, заправленными в пучок. Это была учительница истории в этой школе. – Я пересчитаю вас, – сказала она, обводя всех взором. – Человек, которого я посчитала может садиться в поданные кареты.

Я кинула свой взгляд на выставленные одинаковые кареты, запряженные лошадьми разной масти.

Учительница начала пересчитывать студентов, смеющихся и гогочущих. Я, игнорируя их веселье двинулась вперёд, лавируя между одноклассников, чтобы встать в начало линии. Пропустив меня, профессор продолжила своё дело, а я забралась в одну из повозок, где пока что никто не сидел. И надеялась, что никто не будет.

Мимо проходили студенты, заглядывая в окно, чтобы увидеть, кто разместился на креслах. Я, вальяжно раскинувшись на мягкой оббивке, бесцеремонно закинула ноги в сапогах на противоположное сиденье. Так что желание со мной сидеть у многих отпадало. Для студентов, моё поведение могло казаться вызывающим. Поэтому я не разрушала эту видимость, если она помогала избегать проблем.

Наконец, карета тронулась, и я ощутила облегчение от того, что смогу спокойно насладиться парой часов в одиночестве.

Вид за окном начал меняться. Из холмистой местности он перерос в громадную лощину, лежащую между гор, усыпанную деревьями. Кое-где виднелись озёра, впадающие в реки и текущие по разные стороны едущих карет. Тихое постукивание лошадиных копыт быстро убаюкали меня, и я провалилась в глубокий сон.

Громкий стук раздался прямо над моей головой. В окно кареты стучал один из одноклассников, особенно недолюбливавший меня. Его семья была оппозицией Блэр ещё с незапамятных времён, поэтому наша вражда началась ещё в девстве и продолжалась до сих пор. В его крови была частичка магии, ибо одна из далёких родственниц его матери была медиумом. Однако эта связь не давала ему право вести себя, как последний подонок с окружающими.

Я была уверена, что он постучал в окно лишь затем, чтобы меня позлить.

Распахнув дверцу кабины, я вышла на свежий воздух. Холодный ветер пронизал меня сквозь тёплое платье и накидку. В столице стоял осенний туман, от чего мои локоны сразу стали влажными. Я закуталась поплотнее в свои одеяния и двинулась за одноклассниками, уже озирающихся по сторонам.

В этом городе я бывала довольно частно из-за отцовских дел. Хоть он и не желал, чтобы я здесь присутствовала, объясняя мне это небезопасностью большого города. Но в тумане я видела город Амен впервые. Высокие каменные сооружения стояли, окутанные белой дымкой, скрывая свои могучие шпили и крыши. Широкие улицы были почти пустынны в такую погоду. Поэтому люди выходили из домов лишь по надобности.

…уже на протяжении 17 лет наша Богиня Амелия заботится и опекает Королевство, донеслись слова профессора из тумана. Я ускорила шаг, чтобы догнать группу и тоже послушать лекцию. Земля, на которой мы живём считается одной из самых красивых земель во всех окружных царствах.

Я перестала слушать, поняв, что всё что говориться, я уже давним давно знаю. Легенды и истории слагаемые веками перестали меня интересовать уже давно. А изящное описание города, сделанное нашим проводником, всё равно ничего не давало. Сказания и легенды преследовали меня с детства. Отец любил рассказывать о захватывающих похождениях Богов, строительствах Королевств и войнах.

Оглянувшись по сторонам, я наткнулась взглядом на незнакомца, явно изучающего меня. Заметив это, он отвернулся и зашагал в противоположную сторону, размахивая чёрным плащом.

…нет ничего такого, что вы бы не могли найти в столице Амен, уловила я слова учительницы. Богиня, как и многие другие Боги заседают в своих дворцах в центре столиц. Оттуда они управляют и поддерживают свою землю. Конечно, все знают, что наша главная столица Кэпис, поддерживает всё и вся, сдерживая Королевства и Богов едиными. Именно они охраняют наш мир от опасной Пустоты. Главный правящий Бог выбирается раз в 50 лет голосованием, в котором участвуют как Боги, так и медиумы с людьми.

И никто не пытался захватить власть для полного контроля? перебила девочка из толпы студентов. Казалось, профессор смутилась этим вопросом, но всё же помедлив, ответила.

Разве 50 лет правления недостаточно для бессмертного Бога, могущего править в своём Королевстве? спросила она и продолжила свой рассказ, идя вдоль главной улицы, где блёклый свет фонарей мало помогал рассеять белую дымку.

А Боги никогда не устраивали кровавых войн за трон? спросила другая девочка, шедшая недалеко от меня.

Интересный вопрос, который я не так часто слышала.

Конечно устраивали, улыбнулась женщина. Однако это было много лет назад, более, чем тысячелетие. Ибо Богов не так легко убить. Их может поразить только сила равная им, а значит другой Бог. Люди и медиумы не способны причинить им смертельный урон. Но никто из Богов не хочет брать на себя столь высокую ответственность. Убивая своего собрата, они обрекают себя на себя Божественное проклятие, ложащееся на всех будущих потомков. Да и смертные казни были отменены уже вот тысячелетие назад…

Спустя час такой ходьбы и разговоров об Амен и его достопримечательностях, нас отпустили погулять одних. Я тут же скользнула в туман, идя знакомыми путями к набережной, куда часто ходила вместе с Манон в детстве.

На секунду мне показалось, что за мной опять кто-то наблюдает. Обернувшись по сторонам и никого не заметив, я ускорила шаг и почти тут же столкнулась с парнем, который стукнул по карете, когда я спала. Он появился из тумана слишком тихо и незаметно, чтобы я сумела среагировать. Сумев удержать равновесие и не упав на каменную мостовую, я угрюмо посмотрела на мальчика.

Что ты тут делаешь одна, Тея? спросил он, засунув руки в карманы. Высокомерие и надменность так и сквозили в его ухмылке. Весь вид этого высокого брюнета говорил о его несносном характере.

Ничего такого, что могло тебя заинтриговать, Дориан, огрызнулась я.

Поведай нам, раздался другой сладкий голос и из тумана вынырнул друг Дориана Роберт. Вёл он себя не лучше первого.

Это не ваше дело, ощетинившись, я попыталась пройти сквозь парней, но те преградили путь.

Так быстро сдалась и уже уходишь? – спросил Дориан, сверкнув своими тёмно– карими глазами. Испугалась нас?

Я знала, что эти слова предназначались для провокации и мне не следовало реагировать на них. Всё же, проигнорировать было бы слишком просто.

– Ничуть, – парировала я. Мне не стоит боятся людей, которые самоутверждаются за счёт других.

Я увидела, как лицо Роберта исказила гримаса, больше похожая на оскал. Он никогда не умел держать себя в руках. Его кулак быстро рассёк воздух, метя мне прямо в нос. Я ловко увернулась. Тренировки по самообороне с отцом не прошли даром. Мой собственный кулак полетел прямо в солнечное сплетение Роберта, что застигло его врасплох. Он скрючился от боли, хватая ртом воздух.

Дориан, наблюдавшей за этой сценой, лишь хмыкнул.

Не дожидаясь пока Роберт придёт в себя, я ринулась с места бежать по направлению к набережной. Внезапно, поскользнувшись, я грохнулась о каменный тротуар, больно ударившись коленями.

Сзади меня раздался оглушительный взрыв смеха. Из тумана я увидела размытое очертание фигуры Дориана, который и был источником смеха.

Не пройдя и двух шагов, я опять упала, сопровождаемая очередным гоготом. Дориан не обладал большой магией, но его сил хватало на то, чтобы досадить мне.

Выругавшись, я упала опять.

Неожиданно, меня подняли чьи-то сильные руки. Неловко встав на две ноги, я посмотрела на помогшего мне человека. Тот уже стоял спиной ко мне, смотря на двух парней на другой стороне улицы.

Дориан и Роберт прекратили смеяться, хватаясь за свои горла, они начали задыхаться. Роберт упал на колени, скребя ногтями мостовую и издавая хриплые звуки. Даже из дали я смогла заметить страх за свою шкуру в его глазах.

– Стойте, – сказала я, видя, как наливается кровью лица парней. Пускай они и были заносчивыми и высокомерными, всё же никто не заслуживает такой участи. – Остановитесь!

Незнакомец, испустив вздох, обернулся.

Это был красивый молодой юноша с копной пшеничного цвета волос. У него был ровный нос, невероятно привлекательные глаза зелёного цвета и острые скулы. Он был выше меня чуть ли не на голову, так что мне пришлось приподнять взор, когда я его рассматривала. Его чёрный плащ был слегка приоткрыт, открывая такого же цвета элегантный костюм. На долю секунды, парень показался мне знакомым.

Кажется, он разглядывал меня с тем же любопытством, что и я его.

Надеюсь, больше они вас не побеспокоят, промолвил незнакомец, улыбнувшись своими ровными зубами.

– Надеюсь, – лишь отозвалась я, рассматривая красивые черты лица. Он явно был медиумом, судя по силе, с которой он заставил парней упасть на мостовую, да и из знатного рода. Когда он поправлял плащ, я сумела заметить дорогой перстень на указательном пальце. Обычно, такие драгоценности носили люди, принадлежавшие к какому– либо роду Богов.

Я всё ещё пристально наблюдала за незнакомцем, когда тот, спросил:

Не желаете прогуляться? учтиво поинтересовался тот.

Я, уже отбившая желание посетить набережную и заинтригованная новым знакомым, быстро согласилась. Он галантно предложил руку, и я с удовольствием за неё ухватилась.

Как вас зовут? поинтересовалась я, начиная светскую беседу. Хоть я и была иногда нелюдима и саркастична, меня обучили прекрасным манерам. Так что общаться с высшим обществом мне было не в новинку. Этот молодой человек так и веял высшими сливками.

Лоэн, – отозвался тот, вглядываясь в густой туман. А ваше?

Доротея, промолвила я, бросив взгляд на нового знакомого. На вид ему было не больше двадцати трёх, но он уже имел пару шрамов на шее и кусочке уха.

Красивое имя, вам дала его ваша матушка? поинтересовался Лоэн, теперь обернувшись ко мне в пол– оборота.

Нет я сама себе его дала при рождении, фыркнула я, отбрасывая формальный тон. Конечно, мама.

– Простите, а ваша фамилия случайно не Блэр? – спросил Лоэн, чуть блеснув глазами.

– Верно, – удивилась я его осведомлённости. – Откуда вы…

– Перейдём на ты, – предложил он, подходя к первому встречному кафе, откуда веяло ароматом свежей выпечки. – Я знаю твоего отца, – пояснил Лоэн, открывая дверь. Раздался звон колокольчиков, и мы вошли в уютное помещение. – Я никогда не встречался с ним вживую, но слышал о нём и его семье. Мистер Бернард довольно известная личность.

Приятно слышать, улыбнулась я, прежде чем сделать заказ у миловидной женщины, стоящей за прилавком. Вы не здешний?

Почему вы так посчитали? поинтересовался Лоэн.

Если вы медиум, но не знаете моего отца, работающего в Амен, то это означает, что вы не частый гость в здешних краях, пояснила я, насыпая в кружку пару больших столовых ложек сахара.

Вполне логично, согласился парень. Вы правы, но не полностью. Я не здешний, однако раньше бывал в этих местах часто.

Остаток дня, я провела в компании Лоэна. Он оказался весёлым и лёгким в общение. Ни в какое сравнение с Дорианом и Робертом. Лоэн проводил меня прямиком к каретам, где его заметили некоторые одноклассницы, с завистью наблюдавшие, как взрослый человек галантно подаёт мне руку и усаживает в экипаж.

Только тронувшись, я осознала, что не спросила, где он живёт и надолго ли в городе. Я лишь понадеялась, что встретила его не в последний раз.

Глава 2

– Распакуй конверт, Тея, – попросила Манон, проверяя утреннюю почту.

Она выхватила из принесённой стопки своё письмо от неизвестного мне посланника и напрочь забыла об остальном.

Мы сидели всей семьёй за утренней трапезой. На улице стояло солнце, вливаясь в комнату, словно пытаясь возместить вчерашнюю непогоду. Мама и папа сидели на против меня, кушая приготовленные яства.

Отложив вилку и нож, которым только что собиралась резать яичницу, я взялась за почту. Всё ещё держа в зубах хлеб, я раздала письма матери и отцу. Но один конверт заинтересовал меня, ибо на нём значилось:

«Семейству Блэр, с почтением от двора Амелии»

– Пап, – сказала я, проглатывая непомерно большой кусок хлеба. – Можно открыть?

Бернард ответил лёгким кивком головы, продолжая уплетать свой завтрак.

Разорвав узорчатую печать и вытащив само письмо, написанное на желтоватом пергаменте, я принялась читать в слух:

«Мистер и Миссис Блэр, а также их достопочтенные дочери, имеют честь быть приглашёнными на осенний бал во дворце Амелии, Богини и повелительницы нашего Королевства. Пиршество состоится через неделю, в семь часов вечера.

Настоятельно просим одевать осенние цвета, дабы почтить этот сезон года.

Будем рады видеть вас среди гостей.

Всего наилучшего,

Двор Амелии»

Неплохо, – отозвалась мама, отрываясь от завтрака. Её прямые волосы были стянуты в узел заколкой, чтобы не мешали есть. Однако из него выпала одна прядь, что очень даже шло ей. Подумав про себя, насколько красива моя мама, я ответила:

Мы поедем?

Не вижу никаких причин, чтобы не ехать, – ответила она, смотря своими ясно голубыми глазами, как день.

Пожалуй, я поеду, сказала Манон, откладывая своё письмо рядом на стол. У меня есть один… кхм… знакомый, который тоже будет на этом балу.

Знакомый? улыбнулась я, подавляя смешок. Манон запустила в меня булочкой с корицей. Я ловко уклонилась от неё, показав язык сестре.

Краем сознания, я подумала о Лоэне. Вдруг и он будет присутствовать на празднике. Было бы неплохо развлечься вместе, а не в одиночестве.

Всю неделю я только и жила мыслью о предстоящем балу. Не будь у меня Манон, я бы сошла с ума. У меня не было лучших подруг, которым я могла бы излить душу, ровно, как и друзей мужского пола. Причины такой нелюдимости я уже объясняла. Однако, моя сестра не относилась к тем людям, которых страшило бы что-либо. Она всегда выслушивала меня, если мне нужно было выговорится. Взамен я помогала ей. Мы были лучшими друзьями и по совместительству кровными родственниками, хотя и не походили друг на друга.

Мы вместе подобрали подходящие наряды. Пускай я и не была в кругу тех девушек, которые идут постоянно на поводу у моды, мне нравилось, как я одеваюсь.

Алые бархатные платья, чуть отличавшиеся деталями, сели на нас идеально. Приталенный открытый верх в сочетании с обтягивающим подолом и лёгкой красной накидкой– были прекрасными осенними костюмами.

Повозку с лошадьми было решено вызвать к пяти, чтобы доехать без опозданий. Хотя мы бы и так опоздали из-за пробок, возникших на подъезде к столице. Похоже было, что Богиня разослала приглашения чуть ли не всему Королевству. Только это могло объяснить многолюдность и толкучку в городе.

Наконец, высадив нас у самых входных дверей дворца, кучер поспешил удалиться. Я, поправила смявшуюся ткань руками, а затем перевела свой взор на дворец.

Это было красивое мраморное сооружение, стоявшее на пригорке и окружённое высокими деревьями. Войдя в парадные двери, первым, что бросилось мне в глаза было великолепие и шик дворца. Большие зеркала в золотой оправе, множество цветущих и благоухающих деревьев, канделябры, повешенные на стены с невероятными пейзажами Королевства. Мне нравился этот дворец, он словно отвечал всем моим критериям об идеальном месте жительства.

– Я разыщу вас позже, – бросила Манон, прежде чем скрыться в толпе наряженных придворных. Я, рассчитывающая провести вечер с сестрой, поплелась вслед за родителями.

Все вместе мы вошли в тронный зал, где уже звенела музыка и были расставлены столы с кушаньем. Приятный аромат сладкого донёсся до моего обоняния. Осмотревшись, я не заметила никого из знакомых. Невольно вспомнив о Лоэне, я пригляделась к танцующим. Среди всей кучи разноцветных платьев и костюмов, его не было видно.

Как только к отцу подошёл разодетый вельможа, я быстро ускользнула в толпу танцующих, чтобы не было неловких сцен.

Есть мне не хотелось, поэтому я побрела в поисках безлюдного и укромного места, чтобы насладиться прохладой вечера. Подойдя к просторному балкону, где развился плющ, я услышала знакомые голоса. И тут же из-за угла, вышли Дориан и Роберт.

– Маленькая Тея опять в одиночестве? – ехидно спросил Роберт.

Я тут же ощетинилась, но стараясь сохранять спокойное выражение лица, ответила:

– Удивлена, что вас пригласили. Не знала, что Амелия приглашает всякий сброд.

Лицо Роберта побагровело от злости, а Дориан лишь ухмыльнулся, откинув назад свои тёмные волосы.

– Не следует тебе так говорить с медиумом, – сказал он с улыбкой, которая так и сквозила желчью. – Вдруг, что случиться?

В этот момент мне так захотелось отвесить ему пощёчину. Нет, чтобы оставить меня в покое и дать наслаждаться вечером. Дориан всегда находил время чтобы испортить мне настроение. Я почувствовала, как злость на парня вскипает изнутри. Но в ту же секунду, я ухватилась за свой кулон в виде руны на груди. Он всегда помогал мне справится с тем или иным чувством. Я носила его очень давно. Сколько я себя помню, никогда не снимала. Кулон превратился в неотъемлемую часть меня, помогающую восстановить душевное равновесие.

– Забыла, как говорить? – спросил Роберт в затянувшейся паузе.

На этот раз я бы не сдержалась и дала бы ему по лицу, если бы не шаги за углом. Все мы обернулись и увидели девушку прекрасной красоты. Никогда прежде я не встречала таких грациозных и прекрасных созданий. Она была облачена в мантию тёмного зеленого оттенка, что невероятно подчёркивало её бледный аристократический цвет кожи и такие же зелёные глаза. На вид ей было не больше двадцати пяти, но в ней чувствовалась властность и непоколебимость, приходящая с годами. Её сопровождали двое слуг, на которых я сначала не обратила внимания. Они стояли чуть позади дамы, придерживая подол её платья.

Краем зрения я заметила, что Роберт и Дориан склонили свои головы и поспешно сделала тоже самое.

– Оставьте нас, – сказала девушка. Я не поняла к кому она обратилась, но услышала, как Дориан промолвил:

– Да, ваша светлость.

Я подняла свой взор на женщину, которая внимательно рассматривала меня своими яркими зелёными глазами. Я молча стояла, заворожённая её красотой.

– Ты Доротея, – утвердительно промолвила она.

В ответ я просто кивнула.

– Я Амелия.

– Приятно познакомится с вами, ваше святейшество.

Повисла пауза, в которой Амелия пристально меня оглядывала.

Простите, но разве я, обычная простая смертная, достойна вашего времени и внимания? – спросила я, понимая, что с моей стороны это выглядело крайне неучтиво, как будто с издёвкой.

Глаза Амелии прищурились, вглядываясь в моё лицо. От Богини повеяло чем– то сладковатым, дурманящим. Тут же это наваждение исчезло, как только я тряхнула головой.

– Я лишь хотела знать кто ты, – промолвила Амелия и больше не проронив ни слова, удалилась, оставив меня в полном одиночестве.

Хоть Амелия и имела чудесную внешность, она была слишком высокомерной, отдалённо напоминая Дориана своим поведением. Хотя, наверное, за тысячелетья, такой способ общения со смертными вошёл у неё в привычку. Это было первое божественное создание, которое я видела так близко, но оно не произвело на меня благоприятных впечатлений.

Подождав пять минут, я решила спустится в тронный зал, где издали могла наблюдать за Богиней.

– Ма…

      Я обернулась, узнав знакомый голос.

– Мадмуазель, – закончил Лоэн, сверкнув блистательной улыбкой. Сегодня он облачился в восхитительный камзол бардовых цветов, прилизав назад свои светлые волосы.

– Я думала, что больше никогда тебя не увижу, – улыбнулась я, протягивая свою руку в алой перчатке.

– Меня пригласили на осенний бал, поэтому я решил поразвлечься. Посмотреть, как проводят праздники жители Королевства Амелии.

Ты приехал в Королевство по политическим причинам? спросила я, думая о том, что Лоэн мог бы находится на службе у Богини в силу своего молодого возраста. Хотя, я даже не была уверена в том, что он так уж молод.

Не совсем, улыбнулся он. Мне нужно было кое-что найти в этих краях.

Я хотела было разузнать о нём побольше, но он успел прервать меня раньше.

– Не хочешь потанцевать?

Не дожидаясь моего ответа, Лоэн втолкнул меня в толпу танцующих, закружив в танце. Пускай это и были прекрасно проведённые часы за столь же приятным занятием, меня волновал Лоэн. Он был красив, приветлив, но не отвечал на мои вопросы прямым тексом. Так было и в первую нашу встречу.

– Прошу меня простить, – наконец промолвил он, убирая свои нежные руки с моей талии. В тех местах, где они лежали, повеяло холодом. – Мне нужно отлучиться на минут пятнадцать. Я тебя найду.

С той же фразой в этот вечер меня покинула Манон.

Я проследила взглядом, куда направился Леон. Он, проталкиваясь через толпу, вышел в коридор, где обменялся парой слов с неизвестным мне мужчиной, и они вместе двинулись в сад. Подстёгиваемая любопытством, я решила последовать за ними. Лоэн был скрытным и обладал явно большой магической силой, если ему было подвластно удушить сразу двух парней. Если эта слежка поможет мне лучше понять, кто он, то плевать на этику.

Выйдя из дворца, я побрела по гравию, приподняв подол своего длинного наряда.

Тёмная беззвёздная ночь окутывала территории Королевства, от чего путь был едва виден. Лишь свет из окон здания, освещал тропинку.

Услышав тихие голоса, я приостановилась за большим кустом, подстриженным под ограду. Голос Лоэна был сразу отличим от низкого бархатного незнакомого баритона.

– … разве не разумнее удостоверится и перепроверить?

– Я вам сказал, – зло ответил Лоэн голосом, которого я не слышала у него прежде.

– То есть он у вас?

– Она, – поправил второго собеседника Лоэн.

Моё сердце забилось чаще. Если они говорили обо мне, то не лучше ли было убежать и постараться не попадаться ему на глаза? Я тут же отбросила эту мысль, поняв, на сколько она глупа. Возомнила себя слишком значимой фигурой, чтобы играть главную роль в чужом спектакле.

– Всё же, я не могу вам довериться, – сказал незнакомец, явно настороженно относившийся к Лоэну. – Когда освободите его…

Лоэн издал рык, от чего у меня по коже пронеслись мурашки.

– Разве вы не понимаете, что мне нужна ваша помощь, чтобы освободить его? Какой мне будет прок от вашей поддержки после его освобождения? Какая от вас польза, если вы не поможете мне сейчас?

– У меня ещё есть время подумать, – отрезал незнакомый голос холодным тоном.

Послышались шаги, и я вдавилась в куст, как можно сильнее, пытаясь стать незаметной. Сначала мимо меня прошёл незнакомец в синих одеяниях, лицо которого я так и не смогла рассмотреть. Через несколько минут, за ним последовал Лоэн, явно разозлённый и рассерженный.

Выждав минуты три, я направилась во дворец, продрогшая от холода. Издали я видела, как он пытался меня найти, блуждая по коридорам. Словно тень, я следовала за ним, твёрдо решив выяснить, что ещё он скрывает. Но в этот вечер, я так ничего и не добилась. Остаток бала, Лоэн общался, пил и танцевал, словно забыв обо мне.

Глава 3

Когда мне было лет шесть, отец отвел меня в свой кабинет и показал потайную дверцу, за которой он хранил арсенал оружия. Возможно, любая другая девочка не зажглась бы идеей о драках и битвах, но для меня это был способ самовыражения, выплёскивание моих чувств. Видя мою заинтересованность, господин Блэр начал давать мне уроки по фехтованию, самообороне, лучному делу, умению держать правильно клинок и много чему подобному. Мама, прознав о моём новом увлечении, пришла в ужас, который отец смог унять только спустя часа ссоры и причин, по которым мне можно обучаться этому ремеслу.

Я никогда не была пугливой. Даже наоборот, меня привлекала опасность. Имея положение, деньги и все привилегии, я имела так же и клетку, стандарты общества, в которые должны была подходить. Поэтому любая вылазка под личиной чужой маски делала меня живой. (когда я иногда выбиралась, мне доводилось сталкиваться с бандами или грабителями. На них я оттачивала мастерство клинков. Счастье, что семья не знала, чем я занимаюсь.)

Схватив свой излюбленный клинок с перламутровым эфесом, я набросила чёрную мантию и выскользнула в окно.

Стояла холодная ветряная ночь, гонявшая тёмные тучи по небу. Тёмная рубашка и штаны надёжно защищали от непогоды и скрывали мою женскую сущность. Конечно, если хорошо присмотреться ко мне, то стало бы понятно, что это молодая девушка, облачённая в мужской костюм. Но, в такое позднее время люди старались не останавливаться и не оглядываться на прохожих. Это было мне на руку.

Город, в который я вылазила лежал в близи моего дома. Он был не маленьким, но не шёл в сравнение с Амен.

Я тихо скользнула по крыше, перепрыгивая с одного дома на другой, хватаясь руками за печные трубы там, где необходимо.

Сегодня я преследовала цель – Дориан и его дружок Роберт. На днях подслушала их разговор, не нарочно, о том, что они собирались посетить лучший местный паб, где продавалась отменная выпивка и было всегда много народа. За последний месяц мои стычки с этими двумя чуть ли не перерастали в драки, что чертовски мне досаждало. Если мне повезёт этой ночью, я отомщу за себя за незаслуженно нанесённые мне оскорбления.

Ночной клуб так и привлекал взоры горожан, проходивших в столь позднее время. Разноцветные огни падали на тротуар, где толпились люди, стоящие в очереди на вход. Войти вместе со всеми – такая задача казалась мне слишком лёгкой. Я обвела взором местность, открывавшуюся мне со стороны крыш. Здание, в котором находился клуб было идеальным квадратом с дырой посередине, откуда доносилась музыка.

Я поспешила туда. Взглянув на дворик, у меня чуть не закружилась голова. Землю и крышу разделяло по меньшей мере этажа четыре, если не больше. Если бы я прыгнула, то переломала себе ноги. Осмотрев периметр двора, я заметила выступающие из некоторых балконов колонны и провода, проведённые для подвешивания свечей. Не теряя времени, я ухватилась за первый уступ, стараясь избегать смотреть вниз, и полезла на один из балконов, подстраховывая себя сплетением из верёвок – проводов.

Наконец спрыгнув на первый балкон, я перевела дух. Пожалуй, дальше мне стоило просто спуститься вниз по лестнице, предварительно пройдя через комнату, куда вёл балкон. Я дёрнула заржавевшую ручку, явно не открывавшуюся уже давно и тихо выругалась. Удалось мне попасть именно туда, где дверь заперта.

Я высунулась из окна, оглядывая пути отступления. Мои страховочные верёвки так и висели, ударяясь о балкон, но вот до выступа я бы не смогла дотянуться, даже если бы применила всю свою атлетическую силу. Спрыгнуть с него мне не составило труда, а вот забраться…

Тут, я услышала, как внизу раздался знакомый противный мне смех. Там гоготал Роберт, стоящий вместе с попивающим из бокала алкоголь Дорианом. Вокруг них стояла группа оживлённо болтающих прелестных девушек, одетых слишком откровенно и холодно для такой ночи. У Дориана тоже был развязный вид: сбитые волосы, полу расстёгнутая рубаха, нахальная ухмылка. Хотя последнее было его постоянным отличительным признаком. Я поморщилась, смотря, как Роберт наклонился к молоденькой даме и прошептал ей что-то на ухо, от чего девушка зашлась звенящим смехом и покраснела. Я с неприязнью подумала о том, что кому-то наверняка нравятся такие богатые маменькины сыночки, тратящие деньги на право и на лево и постоянно глумящиеся надо всем.

Дориан взял за талию другую девушку, показывая рукой куда-то вверх. Сначала я испугалась, что он заметил меня, но тут же осознала, что он указывает на окно, предлагая уединиться. Вместе с Робертом и ещё двумя девушками они направились внутрь здания.

Я посмотрела на те окна, куда указывал Дориан. Приглядевшись, увидела, как в них сверкают огни. Я ошибочно подумала, что они идут в уединённые комнаты, компания направлялась на другую вечеринку. Тем лучше было для меня.

Рядом с теми окнами был ещё один балкон, куда я и собиралась залезть. Перебравшись за ограждение, я осталась без опоры. Круглые покатые колонны, обходящие всё здание, не давали ни единого выступа. Поэтому мне оставалось только прыгать. Собрав всю свою волю в кулак, я оттолкнулась от мраморного парапета и прилетела кубарем на другой этаж, больно стукнувшись коленом о каменное кашпо завядшего дерева.

Здесь музыка слышалась сильнее, чем где-либо, отдавая вибрацию в воздух. Я схватила дверную ручку и распахнула балконную дверь, выпуская орущую мелодию в ночь.

Моего появления никто не заметил, что играло мне на руку. Среди танцующих, я приметила две знакомые головы – тёмную и рыжую. Мои несчастные жертвы, развлекающиеся на полную катушку. Они кружились в самой гуще танцующих, не замечая никого вокруг.

Я распахнула свою мантию, которая давила на плечи и сдерживало мои действия, но зато надела поплотнее повязку на рот и нос. Меня никто не должен был узнать. Как хищница, я закружилась в танце вокруг парней, подступая всё ближе и ближе, вытесняя всех остальных. Я преследовала две цели, одна из которых была напугать мальчишек, а вторая обокрасть. Оба они имели семейные кольца, которыми дорожили. Или, по крайней мере, дорожили их родители. Я страстно желала завладеть этими семейными реликвиями, дабы поквитаться с ними.

Подобравшись настолько близко к парням, чтобы видеть каждую деталь их одежды, я постаралась незаметно для них, отходить, уводя мальчиков к стене. Они, не замечая с кем и как танцуют, опьянённые алкоголем, послушно повиновались ритму песни.

Я перехватила руку Роберта с кольцом, заставив его покрутить меня, что он покорно сделал. Кольцо, бывшее чуть большое его владельцу, пропитанное потом, соскользнуло с руки, как по маслу. Я быстро сунула его в карман.

Дориан уже нашёл себе пару, вместе с которой чуть ли не обжимался в танце. В отличие от Роберта, Дориан не был сильно пьян и смотрел разборчивее с кем танцует. Но сейчас всё его внимание было приковано на хорошенькой даме в красном корсете, чем-то напомнивший мне моё бальное платье. Обойдя эту пару, я начала задевать парня, чтобы тот привык к тому, что до него кто-то дотрагивается, а затем, как и с Робертом, перехватила его руку, чтобы закружить в своей. Мои пальцы нащупали кольцо с большим камнем и уже начали стаскивать его с руки, как Дориан схватил моё запястье, уставившись своими тёмными глазами в незнакомку.

Поняв, какую оплошность я допустила, я бросилась ему на шею, стараясь сбить его с толку. Парень вместе со мной отлетел к стене. Я больно пришибла его к портьере, от чего у него сбилось дыхание. Не теряя времени, я втолкнула Дориана в дверной проём, не имя понятия куда ведёт этот проход. На счастье, здесь оказалось безлюдно. Прижав парня к стене, обставленной зеркалами, я удивилась, как они не разбились при таком толчке. Дориан, ещё не до конца осознавший, что произошло, начал вырываться и лягаться. Я тут же поняла, что рукопашной борьбе его никто не учил. Мальчик всегда полагался на свою силу медиума.

– Тише, тише, – прошептала я ему на ухо, слыша свой устрашающий голос словно из далека, – успокойся.

Я почувствовала, как тело Дориана расслабляется вместе с его мышцами, поэтому я ослабила хватку, но на всякий случай вытащила свой перламутровый клинок, приставив его к нежной коже горла. Конечно, убивать я его не собиралась, но припугнуть ещё как хотела. Заметив, его суматошный и обречённый взгляд, во мне растеклось удовлетворение.

– Отдай мне кольцо, – приказала я спокойным тоном, понимая, что для парня это звучало, как смертный приговор. И всё же он, не сводя с меня глаз, повиновался. Через секунду, в моём кармане лежали уже два семейных кольца, которые, когда-нибудь в последствии, я собиралась вернуть их семьям, но только после долгих поисков семейной реликвии и неизвестного вора.

Я расслабилась, чувствуя, что дело сделано. Радостное пьянящее чувство наполнило меня, притупив инстинкты самосохранения.

Вдруг я почувствовала сильнейший толчок в грудь, от чего отлетела назад, разбив одно из зеркал. Осколки градом посыпались на меня, разрезая плащ. Дориан, отошедший от шока, стоял, шатаясь, словно только что залпом выпил крепкий бурбон.

– Ты… – выдохнул он, глядя во все глаза на меня, сидящую в осколках стекла. С ужасом я осознала, что моя маска слетела при падении, а хвостик выбился из-под мантии, давая понять, кто я на самом деле.

Резко вскочив на ноги, от чего перед глазами запылали звёздочки, я ринулась бежать обратно по коридору в залу с музыкой. Позади я услышала топот ног и крик парня, звавший охрану. Не церемонясь, я проталкивалась через толпу, ища выход. Наконец, выбежав в коридор, я за озиралась по сторонам, ища лестницу на крышу. Увидев нужный указатель, рванула по ступеням вверх.

Позади послышались крики и гул рокочущей музыки.

– Стой, воровка! – послышался крик Дориана, но я уже была на крыше. Холодный воздух приятно повеял мне в лицо, освежая и собирая мысли воедино. Я, не дожидаясь пока мои преследователи выбегут наверх, помчалась по черепицам к соседней улице, где скатилась по дождевому скату вниз и продолжила свой путь домой бегом, петляя в лабиринте улочек.

Бежала я с получасу, пока запыхавшаяся, не достигла родной усадьбы. Перелезая через ограду, которой была ограждена территория поместья, я порвала мантию, но сейчас это было не так важно. Нужно было добраться до окна и затем, притвориться спящей.

Забравшись по лозе в свою комнату, я стянула плащ, неряшливо бросив его на стол, спихнула свои запачканные в грязи сапоги, затолкав их под кровать и остановилась, ощутив странное чувство.

Что-то было не так в комнате, кровать, которую я оставляла не заправленной была красиво застелена, а на ней лежал маленький букет из пионов и папоротников. Я осторожно подошла к кровати, опасливо глядя на цветы.

– Я думал застать тебя ближе к полуночи, – раздался голос позади меня. Я резко повернулась, а моё сердце бешено ударилось о рёбра с такой силой, что я чуть не задохнулась от неожиданности. Я так спешила разделаться с мантией и сапогами, что не заметила, как к оконным перилам прислонился Лоэн. Это его силуэт мрачно маячил напротив тонкой прозрачной тюли. По моему телу пробежали мурашки. Что ему нужно от меня в такой час?

Наверное, все эти чувства явственно отразились на моём лице, отчего незваный гость сказал:

– Не бойся меня, Доротея, я не причиню тебе вреда.

Его тон и вправду был успокаивающим, но я тут же вспомнила, как он разговаривал с незнакомцем на балу. Тогда, его голос не был даже приближённо похож на этот. Я ничего не ответила, продолжая неподвижно стоять. Одной рукой я нащупала свой клинок, и на минуту мне полегчало от его твёрдой рукоятки.

– А ты не такая простая, – начал Лоэн, отходя от окна. В сумраке я смогла разобрать его улыбку, которая показалась мне зловещей. – С кем ты водишься девочка? Ты же из дворянской семьи. У тебя есть буквально всё: положение, деньги, семья…

– Если ты пришёл читать мне нравоучения, то ты нашёл странное время для этого, – прервала его я.

Воцарилось молчание, прерываемое шуршанием тюли от холодного ветра.

– Мне просто стало интересно, зачем тебе всё это? Зачем подвергать себя опасности?

– Тебя это никак не касается, – огрызнулась я, ещё крепче ухватив клинок. – Зачем ты сюда явился?

– Разузнать, как ты, – просто ответил Лоэн.

Я непонимающе уставилась на него.

– Ты не отвечала мне на письма, – пояснил тот. – Я подумал, что что-то случилось. А последний раз на балу, я не смог тебя отыскать.

– Мы с родителями уехали раньше, чем планировали, – соврала я, даже не колеблясь.

– Врёшь, – без тени улыбки возразил Лоэн. – Я видел твою семью на балу. Вы пробыли там до двух, если я не ошибаюсь.

– По крайней мере не я одна лгунья, – сказала я так тихо, что мои слова можно было принять за шуршание листьев на улице.

Лоэн застыл, всматриваясь в моё лицо, ища подсказки о чём я толкую.

– Повтори, – попросил он.

– Не я одна лгунья, – уже громче промолвила я.

– Что ты имеешь ввиду?

Я разрывалась между желанием сказать ему правду, обвинить его в пособничестве, в коварном плане, но другой голосок в моей голове спрашивал: откуда ты знаешь, что он поступает дурно? Это не моё дело, чем он занимается, и я не имела никакого права подслушивать его разговор с тем неизвестным. Но мне казалось, что речь идёт обо мне… Возможно, я никогда не решилась бы сознаться, что была свидетельницей тайной встречи, но адреналин в моей крови не выветрился до конца, поэтому я сказала:

– Я слышала твой разговор в саду на осеннем балу.

Лицо Лоэна никак не изменилось, превратившись в каменную маску безразличия, за которой, я была уверена, прятался весь спектр чувств.

– Что же ты слышала? – поинтересовался мой собеседник, сложив руки за спину.

– Ты говорил о том, что у тебя есть что-то. Или кто-то… – я запнулась, не решаясь сказать следующую фразу. – Что у тебя есть я.

С минуту, Лоэн хранил молчание, а затем, неожиданно разразился громогласным смехом, который совсем сбил меня с толку. Я молча смотрела, как он пытается, опершись на полку с оружием, совладать со смехом.

– Что ты смеёшься? – наконец не выдержала я.

– Ты так драматично сказала последнюю фразу, – сквозь новый приступ смеха сказал парень.

Я стояла, не зная, что делать. Вроде только что я смертельно боялась этого человека, думая, что он может меня убить, а сейчас он сам чуть ли не умирал от смеха, когда я призналась, что подслушала тайный диалог.

– Я понимаю, что подросткам всегда лестно ставить себя в центр проблем, – начал Лоэн, немного успокоившись. – Но я думал, что ты немного умнее.

Слова о том, что я возомнила себя центром какого-то заговора, оскорбили меня, но в то же время, дали понять, что я слишком поспешно сделала выводы из услышанного. Ведь верно, ни Лоэн, ни незнакомец не называли имён. А то, что парень только недавно познакомился со мной не значит, что я единственная новая знакомая. Почему я решила, что речь идёт обо мне?

– Так ты говорил о ком-то другом? – спросила я, желая убедиться в своей догадке.

– Да, – лаконично ответил Лоэн, давая понять, что подробностей он не расскажет.

– Так о ком? – поинтересовалась я, снедаемая любопытством, вытиснившим все остальные чувства.

– Не о ком, а о чём, – размыто ответил парень, и приложил палец к губам, приказывая молчать.

Я прислушалась.

Где-то неподалёку послышался стук копыт и ржание лошадей. Затем к ним прибавились и крики. По звукам, наездники остановились у нашей усадьбы. Только сейчас я вспомнила о событиях этой ночи и о том, что меня узнал Дориан. Я ринулась к пальто, в котором оставила две семейные реликвии.

На первом этаже раздался глухой стук, оповещающий о гостях.

Лихорадочно, я вытащила два кольца, поспешно засунув их за отклеившуюся фреску, где у меня был потайной шкафчик.

Лоэн с интересом наблюдал за моими действиями.

– Это из-за того, что произошло ночью? – спросил он, смотря, как она, зайдя за ширму, переоделась в ночную одежду.

– Да, – бросила я ему. – Тебе срочно нужно уйти.

– Зачем? – лениво протянул он, изящно проводя пальцем по длинному мечу, висящему прямо перед ним.

Только этого не хватало, чтобы меня застали ночью полуголой в компании мужчины более двадцати лет. Как я это объясню?

– Прочь из моей комнаты! – прикрикнула я, кидаясь на кровать и распахивая одеяло.

Внизу послышались гневные голоса и быстрые шаги загремели на лестнице. Лоэн даже не успел и рта открыть, как в комнату ворвался Дориан, от кого изрядно попахивало алкоголем и женским парфюмом. Он, зарычав, бросился на меня, потянув свои руки к моему горлу. Парень не успел меня и пальцем тронуть, как его сшиб с дороги Лоэн, бросаясь схватить мальчишку, который начал извиваться в его стальной хватке.

– Что здесь происходит? – вскричал женский голос.

Я обернулась посмотреть, кто вошёл.

На пороге комнаты показался мой отец, завернутый в халат, мать, накинувшая первое нелепое платье из гардероба, охранник из ночного клуба и отец Дориана, которого я видела второй раз в жизни.

– Что здесь происходит? – повторил твёрдо мой отец, оглядывая место сражения двух молодых людей. Он посмотрел на меня, прикрывающуюся одеялом, на валяющийся букет цветов, спихнутых в спешке с кровати, на открытое окно, из которого дул холодный ветер и наконец опять на парней. – Молодые люди, объясните, что вы делаете в спальне моей дочери?

– Ваша дочь, – начал разъярённый Дориан, от которого так и веяло злобой. – Украла у меня семейное кольцо (слышится, как семейные трусы).

Он показал палец, где недавно покоился перстень, украденный мною.

– По моим расчётам, моя дочь находилась всю ночь в своей опочивальне, – хладнокровно возразил господин Блэр.

– Она была в главном пабе города сегодня ночью, – сказал Дориан.

– Ты был в клубе? – спросил отец Дориана до сей поры, хранивший молчание.

Парень кивнул. И судя по выражению лица его отца, никто не позволял ему делать такую вольность.

– Я требую вернуть мне моё кольцо, – сказал Дориан, отряхивая пыль со своей рубашки.

– Я его не крала! – возразила я, делая, как можно более невинное выражение лица.

– Тогда кто, сегодня угрожал мне расправой в коридоре с зеркалами? Кто отобрал моё кольцо приперев меня в угол? Кто ударился о зеркальную стену, что та рассыпалась? – зарычал парень, от чего мне стало не по себе.

На это мне нечего было ответить. Я так устала, что мой мозг не хотел выдумывать остроумные истории о том, где и как я провела ночь. Тем более, если Дориан будет настойчивым, мою комнату проверят и обнаружат грязные сапоги и рваное пальто, в котором я уверена, остались кусочки зеркал.

– Позвольте мне сказать слово, – вежливо попросил Лоэн, как всегда, выказывая учтивость.

Мой отец кивнул, давая ему право высказаться.

– Этой ночью Госпожа Доротея была здесь. И не только она тому свидетель. Я пришёл к ней в полночь, что может засвидетельствовать мой конюх, который стоит неподалёку от сюда, где я его и оставил вместе с лошадью. Госпожа Доротея провела всё время в своём поместье.

– Но я видел…– начал Дориан.

– Ваши слова не могут считаться корректными, ибо вы прибываете в состоянии алкогольного опьянения, – возразил Лоэн. – И если я не ошибаюсь, то в подобных заведениях продают не только алкогольные напитки, но и дурманы, которые замутнят ваше сознание. Но даже если бы Госпожа Блэр и была в ночном клубе, то какой был бы у неё мотив вас грабить? Осмелюсь сказать, что её семья одна из самых благополучных и богатых в округе. Ей это было просто не нужно, – он замолчал, наслаждаясь тем, как смысл слов достигает сознания Дориана. – Очень занятно то, что вы сразу начали подозревать Доротею, даже прежде, чем разобраться со всем и отрезветь.

Я, незаметно для всех, перевела дух, мысленно благодаря Лоэна за помощь. Мой отец тоже с благодарностью смотрел молодому человеку в лицо.

– Пойдём, – приказал отец Дориана, сражённого этой тирадой наповал. – Дома будет разговор.

Тот беспрекословно повиновался родителю и не взглянув на меня, удалился из комнаты.

Глава 4

На следующий день, родители провели мне строгую беседу на счёт моих ночных похождений и дружбе с незнакомцами, хотя последнее и не было поставлено мне в вину, мать всё же была очень обеспокоена этим обстоятельством.

– Ты никогда не знаешь, чего ждать от мальчишек, – сказала она, хмурясь.

– Ма–ам, – возмущённо воскликнула я, зная, что за этим может последовать другой разговор о парнях.

– Я ничего не имею против того, чтобы у тебя был сердечный друг…

Мои щёки ярко вспыхнули румянцем от мысли, что родители приняли Лоэна за моего парня.

– Он не мой молодой человек, – возразила я, отвернувшись к горе посуды, оставленной после завтрака. – Лоэн просто мой друг.

– В любом случае… – продолжила она, не давая мне закончить. – Будь аккуратна.

– Мне бы хотелось узнать, кто он? – вымолвил отец, не обращавший внимание на нашу перебранку или делавший вид, что не обращает. – И где вы познакомились?

Я без подробностей описала нашу первую встречу, о том, как он вступился за меня перед мальчишками и об осеннем бале, где мы провели какую-то часть времени. О подслушанном разговоре не было и речи. Для начала мне нужно было самой разобраться в мотивах парня и выяснить, что он из себя представляет. Господин Блэр слушал меня очень внимательно, а под конец просто хмыкнул.

– Он показался мне знакомым, – ответил он.

– Возможно, Лоэн из знатного рода, и, может, ты встречал, когда-то его родителей? – предположила я.– Он же медиум.

На этом разговор был исчерпан. Я обошлась сравнительно легко и отделалась всего маленьким выговором. Поднявшись к себе в комнату, я обнаружила Лоэна, сидящего на кровати и вертевшего в руках мой вчерашний букет цветов. Я захлопнула дверь от чего молодой человек, вздрогнув, обернулся. Его зелёные глаза, озорно блеснув, оглядели меня с ног до головы, оценивая мой утренний гардероб. Я была одета в простое кремовое платье с завязочками на рукавах, невероятно подчёркивающую мою худобу.

– Я отнёс семейные реликвии обратно Роберту и Дориану, – сказал вместо приветствия он, вставая с места.

– Ты ждёшь благодарности? – неожиданно колко произнесла я.

Пускай им и двигали только положительные чувства, он не должен был просто так забирать из дома мой куш, который достался мне такими усилиями.

– Похоже мне её не видать, – лишь бросил он, подходя к окну и уже садясь на парапет. Сбитая с толку таким быстрым уходом, я просто стояла и смотрела, как парень собирается прыгать на землю.

– Ты пришёл только для этого? – спросила я, не зная, как ещё задержать незваного гостя.

– Да, а так как мне здесь не рады, не имею привычки обременять людей своим обществом, – сказал тот.

Пожалуй, зря я огрызнулась так в начале нашего диалога.

– Я не говорила, что не рада тебе, – возразила я, упирая руки в бока.

– Но ты и не сказала обратного, – парировал Лоэн, смотря мне в глаза.

Наша битва взглядов продолжалась с минуту. Каждый не мог так просто сдать свои позиции и прекратить перепалку.

– Мы вчера не закончили говорить, – переменила я тему, видя, как меняется лицо молодого человека. Не то чтобы ему не была приятна эта тема, просто он не хотел обсуждать её сейчас. Я, напротив, хотела выяснить всё, что мне было интересно.

Лоэн опять забрался в комнату, закрыв окно спальни, чтобы шум ветера не мешал нам говорить.

– Разве вчера я недостаточно много сказал?

– Возможно, но я хочу знать ещё, – ответила я.

Может быть, я и переходила эту невидимую черту приличия, которая граничила с безумством, но мне было слишком интересно, что скрывал Лоэн. Или, по крайней мере, я желала выяснить добры ли его помыслы или же нет.

– О чём ты говорил тогда на балу?

– О ключнице, – ответил тут же парень.

Это мне ничего не говорило.

– Что это за ключница?

– Не твоё дело, – отрезал Лоэн, становясь почти таким же агрессивным, как в ту осеннюю ночь.

– Я ведь могу всё доложить отцу, – сказала я, вступая на опасную дорожку. Я почти никогда не манипулировала словесно людьми. И тем более, не приплетала отца. Но никто бы не одобрил из родителей того, что я не выясняю странные обстоятельства. Господин Блэр с детства меня учил, вкапываться и докапываться до сути. «Если вцепить когти, то они должны рвать, а не оставлять лишь царапины» – сказал он мне, когда-то. Вот и сейчас я старалась ухватиться за правду всеми силами.

– Угрожаешь влиятельным отцом? – усмехнулся Лоэн, делая шаг ко мне. Невольно, я отступила назад, вспомнив, как он чуть не задушил двух моих одноклассников.

– Расскажи мне, – приказала я. Хоть мы и находились друг от друга на приличном расстоянии, глаза Лоэна на секунду остекленели, словно он ушёл в себя, ища ответы.

– Разгадка, нужная для освобождения одного Бога, – сказал он, явно противясь тому, что говорит.

– Зачем тебе она?

– Чтобы вытащить его из темницы, куда он был посажен незаслуженно и жестоко.

Лоэн, отшатнулся, осознав, что сболтнул лишнего. Минута, когда я ощущала нашу невидимую связь пропала, заменяя себя пустотой.

– Тебе нельзя было это знать, – промолвил он. И впервые я ощутила, как этот парень почувствовал панику.

– Я не знала, что есть тюрьма для Богов, – произнесла я, поражённая услышанным. Мне всегда казалось, что высшие существа живут в мире и согласии, что сохранялось на протяжении вечности.

– Не тюрьма, – возразил Лоэн. – Лишь одна клетка.

– Одна клетка для Бога? – переспросила я, недоумевая.

– Да, – угрюмо ответил Лоэн, поворачиваясь к окну, явно собираясь прыгать. Я, не думая, быстро подбежала к нему, останавливая за рукав чёрной рубахи.

– Стой…

– Разве тебе недостаточно того, что ты уже узнала? – спросил он опять, как в начале нашего разговора. – Мало выведать мою тайну, так ещё докопаться решила? Запомни, Доротея, я не должен тебе был ничего рассказывать, а ты меня вынудила. Теперь, моя жизнь, как и твоя, в опасности. За мной могла быть слежка, а значит и за тобой. Ты сама вляпалась во всё это, не по моей вине.

Я остолбенело слушала все эти упрёки, решаясь на следующий шаг.

– Расскажи мне всё до конца, – выдохнула я, приняв решение. – Если мне всё равно грозит опасность, то я должна знать из-за чего.

Лоэн явно воздержался от того, чтобы не закатить глаза к потолку.

– Доротея, если я тебе расскажу, то не знаю в какие заварушки тебя это может втянуть, – предостерёг он.

Но я уже решила. Я очень сомневалась, что от того, что я услышу, что-то серьёзное измениться. Будучи уверенной, что за нашим домом не следят, а даже если и так, то на меня до сих пор не напали, хотя я общалась с Лоэном на протяжении долгого времени. Поэтому опасений нет. Однако, если я не выясню, что скрывает этот медиум, то тогда просто умру от любопытства и неизвестности.

– Расскажи, – приказала я, увидев, как меняются глаза Лоэна.

– Лучше я покажу, – возразил он, спрыгивая с окна. Недолго думая, как есть в платье, я прыгнула следом в кусты, на сырую землю.

Оглядевшись, я увидела, что Лоэн уже перемахнул через забор и направился к ближайшей мельнице, стоящей неподалёку. Я, едва поспевая за ним, побежала следом. А когда подошла к заброшенному строению, увидела красивую каштановую кобылу с приятными чёрно-белыми пятнами.

– Садись, – приказал Лоэн, беря поводья и усаживаясь в седло. Я, не имевшая особой практики в конной езде, уселась сзади, неловко обхватив его за талию. Не успела я освоиться в новом положении, как парень рванул с места, пришпорив коня. Мне оставалось лишь хвататься своими ладонями за его тело, чтобы не слететь на бегущую под копытами землю.

На такой большой скорости мы промчались довольно долгое время. Лоэн, как будто бы заметал следы, делая нелепые круги вокруг одного и того же места. Был уже полдень, когда мы остановились и парень спешился. Я продолжала сидеть на коне, оглядываясь по сторонам.

Это был густой лес, находящийся, где-то далеко от города. Здесь я никогда не гуляла и даже не ходила. Сомневаюсь, что смогла бы найти дорогу обратно.

Полуразрушенная ограда старинного поместья, возвестила меня о том, что мы подошли к нужному месту.

Молча, Лоэн привязал кобылу и помог мне слезть с животного. Тишь леса и невозмутимость проводника начали меня напрягать.

Он отворил ржавую калитку, открывшуюся со скрипом, и прошёлся по каменной заросшей дорожке к зданию, которому на вид было не меньше четырёхсот лет или даже больше. На дверях был выгравирован красивый камень, окружённый кругом и рунами, наверняка рассказывающие его происхождение. Не задерживаясь в холе, Лоэн, пройдя сквозь обширный коридор, повёл меня в подвалы. Я невольно поёжилась от исходящего из подземелья холода.

– Куда мы идём? – спросила я, не выдерживая его молчание.

– Просто иди, – сказал Лоэн и ступил на шаткую каменную лестницу, ведущую во мрак. Мне не оставалось ничего другого, как следовать за ним. Наши шаги гулко отдавались от стен, пока мы спускались. Добравшись до последней ступеньки, мне потребовались пара секунд, чтобы глаза привыкли к полумраку, и я осмотрелась.

Это было обширное подземелье, освещённое слабыми свечами фиолетового оттенка. Их свет падал на повешенные на стены карты, записи, доски с каракулями и рисунками. Кое-где стояли горшки с цветущими травами, явно выращиваемых для определённой цели. По середине комнаты стоял круглый стол, где были разложены кипы бумаг, ручек, записных блокнотов и разной мелочи. На одной из стен я приметила выгравированное кольцо, древней резьбы, которое было сделано ещё до того, как Лоэн разложил здесь свои вещи. Оно выглядело гораздо более древним, чем обстановка в подвале.

– Это наш штаб, – кратко пояснил Лоэн.

– Наш?..

Но мой вопрос остался без ответа, ибо в этот момент из проёма на противоположной стороне зала, вышла высокая фигура женщины. В полумраке я не могла разглядеть её черты лица, но судя по лёгкой походке, стройному подкаченному телу и грации, это была красивая девушка лет двадцати. Она была облачена в чёрную рубаху с кожаными штанами, что меня не мало удивило и я тут же прониклась к новой знакомой симпатией.

– Знакомься, это Кайа.

Девушка, явно в недоумении уставилась на меня своими тёмными карими глазами. Её каштановые, почти чёрные локоны подпрыгнули, как только она неодобрительно выдохнула, надув свои пухлые губы.

– Что это всё значит? – спросила Кайа, переводя свой взор на Лоэна.

– Знакомься, это Доротея, – проигнорировал ей Лоэн.

– Я спросила, что происходит? – повторила девушка, подпирая руки в боки.

– Она заставила меня рассказать о том, чем мы занимаемся, – ответил парень, смотря в глаза этой красотке, как будто старался передать ей мысленно информацию.

– Она знает…

– Нет, я сказал, что покажу, – возразил Лоэн, резко её оборвав.

Кайа стояла, словно статуя, размышляя над словами парня, а затем, быстро кивнув, протянула мне руку для пожатия. Я почувствовала силу в девушке, когда та, угрюмо сжала мои пальцы.