Kitobni o'qish: «Пуховое одеялко и вкусняшки для уставших нервов. 40 вдохновляющих историй»

Я выпрашивала у Шоны эту рукопись год назад, когда она была написана еще только наполовину. Когда я наконец получила ее, то прочла от корки до корки за один присест, а затем села за свой ноутбук и написала четыре письма, отказываясь от проектов, которые были мне больше не нужны. Потом, совершив огромное усилие над собой, я позвонила партнерам и отменила еще две важные встречи. Книга «Настоящее лучше идеального» дала мне надежду, смелость и целеустремленность, которых мне так не хватало. Я до конца своих дней буду благодарна Шоне за эти мудрые советы. Они по-настоящему изменили мою жизнь.

Джен Хэтмейкер, автор книги «За любовь» и создательница проекта «7»

Большинство моих учителей и не задумывались о том, что они чему-то учат меня; они просто считали, что мы являемся друзьями. Шона – как раз одна из них, и то же самое можно сказать и об этой книге. Когда вы будете читать ее, вы вспомните свои незаслуженно забытые увлечения и радости, а также все то, что вы растеряли, пытаясь построить карьеру. Но самое главное – вас ждет честный разговор о вашей вере и о том, куда она приведет вас.

Боб Гофф, автор книги «Любовь действует»

Я плакала от радости, когда жадно глотала книгу «Настоящее лучше идеального». Ведь она напомнила мне, что больше нет нужды доказывать свою значимость, завоевывать свою любовь или сражаться за свое счастье. Слова Шоны – такие простые и такие убедительные – доказали мне, что на все это я имею право с рождения. И я не могу вспомнить никакой другой книги, которая бы донесла до меня столь важные и отчаянно необходимые истины.

Гленнон Дойл Мелтон, автор книги «Воин любви» и бестселлера «Держись, воин!», ведущая блога Momastery, основатель фонда «Together Rising»

Как друг Шоны, я горжусь тем, что, вместо того чтобы лезть из кожи вон и кому-то что-то доказывать, она начала проповедовать гармонию и христианство. Как читатель, я благодарен ей за то, что ее книга послужила для меня вдохновением и жизненным ориентиром. Для всех тех, кто тоскует по полноценной и духовной жизни, но продолжает довольствоваться своей работой, ее слова станут толчком, который им так необходим.

Дональд Миллер, автор бестселлеров «Страшно близко» и «Грустный как джаз»

Шона пробуждает в нас желание не проворонить нашу жизнь. Погоня за деньгами и карьерой стоит нам многих приятных привычек, поэтому гораздо больше, чем соблюдение различных правил и инструкций, нам нужна мотивация, чтобы наконец подумать о себе. Нам необходимо научиться жить по-настоящему и проводить максимум времени со своими друзьями и близкими, наслаждаясь этим даром, который подарил нам Господь. Пример Шоны заставил меня думать, как не проворонить мою жизнь, а ее книга обязательно научит вас, как не прозевать вашу.

Дженни Аллен, основательница сообщества IF: Gathering, автор книг «Все, что угодно» и «Неугомонные»

Мы живем в обществе, которое легко заставит нас крутиться как белка в колесе, если мы вовремя не остановимся. Все это может привести к тому, что наша жизнь будет наполнена бессмысленной работой, на которую мы совершенно не подписывались. Шона помогает нам оглянуться по сторонам и перестроить наше мышление. На страницах ее книги вы найдете необходимые советы и мотивацию, чтобы определить свои истинные ценности и начать более радостную и наполненную жизнь. В конце концов, именно сила духовной близости с окружающими помогает нам добиваться успехов во всех областях.

Доктор Генри Клауд, автор бестселлеров «Границы» и «Сила ближнего»

Я уже прочитала эту книгу семь раз подряд. Она вроде бы о том, что настоящее лучше идеального – но при этом сама является практически идеальной. Шоне удалось рассказать о том, что волнует лично меня.

Лорен Уиннер, автор книг «Девушка находит Бога», «Сохраняя веру» и «Бог во мне»

С изящной откровенностью Шона представила нам мемуары своего сердца, которое смогло преодолеть суету и хаос современного мира и обрело любовь и гармонию. Мое сердце тоже не могло не отозваться – прочитав эту книгу, я искренне полюбил саму Шону, всю ее семью и ее настоящую веру. Шона призывает нас не поддаваться первому искушению сказать «да» и предлагает нам альтернативный путь: путь проявления нашей воли, где мы можем сказать «нет». Но наше «нет» – это такое же «да», только в более глобальном смысле.

Скот МакНайт, автор книг «Братство различий» и «Голубой попугайчик»

© 2016 by Shauna Niequist

© Харханов Е., перевод на русский язык, 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

Посвящается моим мальчишкам.

Аарон, я благодарю Господа за твою страсть, любовь и бесстрашие.

Генри – за удивительную креативность, смелость и доброту.

Мак – за жизнерадостность, нежность и неподдельное очарование.

Предисловие
Брене Браун

Через несколько месяцев после того, как мы познакомились с Шоной на какой-то очередной конференции, она написала мне письмо, в котором интересовалась, не сможем ли мы встретиться во время ее будущей поездки в Хьюстон.

Я только что прочитала ее книгу «Хлеб и вино», и это вдохновило меня вместо обычной отговорки – «Ох, я бы с радостью, но я страшно занята» – выдать более дружелюбное: «Конечно! Приезжай, и мы поужинаем вместе».

Шона – истинный ценитель гостеприимства, дружеских посиделок и семейных ужинов, и эта ее черта кажется мне весьма заразительной и на редкость вдохновляющей. Разумеется, когда условленный день настал, мое вдохновение превратилось в отчаяние. В моем доме царил настоящий бардак, а я не успевала закончить очередную книгу, чувствуя себя при этом жутко уставшей и измученной. На тот момент самым хорошим вариантом для меня стал бы обычный вечер перед телевизором с чипсами и мексиканским соусом. В полном одиночестве.

Я спешно начала готовиться к приходу Шоны, хотя мне и хотелось все отменить. Но я вспомнила слова святого Бенедикта: «Всех приходящих странников надобно принимать, как Христа». Смогу ли я прогнать Сына Божьего и убежать от реальности ради фаст-фуда и любимого сериала? Честно говоря, думаю, что нет. Но бывают дни, когда я не так уверена в этом. Не переживай – Господь видит твои мучения. Мы часто говорим с Ним об этом.

В тот памятный день я решила принять Шону по-христиански – с любовью и от всей души. Я приготовила острую индейку по-мексикански, надела брюки поприличнее и пошла открывать входную дверь. Мы обнялись, после чего она взглянула мне прямо в глаза и спросила: «Как поживаешь?»

Было видно, что ей это по-настоящему интересно. Тогда я не выдержала и ответила ей со слезами на глазах: «Я устала. Я запуталась. Мне одиноко, но я стараюсь держаться».

Шона улыбнулась, и вдруг внезапно всплакнула: «Я тоже, подруга. Я тоже. Иногда жизнь довольно тяжела».

Наше дальнейшее поведение тем вечером было посвящено одной цели: мы решили быть настоящими, вместо того чтобы притворяться идеальными.

Думаю, что нельзя было представить лучшего способа поделиться этой мыслью с окружающими, чем книга, которую вы держите в руках. В ней Шона собрала множество историй – реальных, правдивых и понятных каждому, так что они получились одновременно обнадеживающими и немного неприятными (какой чаще всего и бывает правда).

«Настоящее лучше идеального» – это открытый призыв снова впустить тех, кто нам дорог, и даже самого себя, обратно в свою жизнь. Это нелегкое испытание, но Шона уже стоит у двери, и она точно знает, как сделать так, чтобы в этой жизни все почувствовали себя как дома.

Ибо призвал нас Бог не к нечистоте,

но к святости – как внешней, так и внутренней.

– 1-е послание к Фессалоникийцам 4:7 —

Мэри Оливер¹

ДИКИЕ ГУСИ²

Тебе не нужно творить добро.

Тебе не нужно ползти сотни миль по пустыне,

Искупая свою вину.

Тебе нужно лишь позволить своей хрупкой душе

Делать то, что ей нравится.

Поделись своей бедой, а я в ответ расскажу,

что гложет меня.

Пока эта земля еще вертится,

Пока солнце и чистые капли дождя

Ложатся на поля,

Луга и леса,

Горы и реки,

Пока дикие гуси в чистом голубом небе

Снова возвращаются домой,

Кто бы ты ни был, неважно, как тебе одиноко,

Но целый мир ложится к твоим ногам

И взывает к тебе, словно дикие гуси, что кричат в вышине,

Снова и снова определяя твое место

В мировом ходе вещей.

Введение. Обреченный корабль

Ах, любовь моя, напомни мне, что же я говорила?

Мне ничего не остается, как окружить себя

сушей, чтобы устроить себе постель.

Ах, любовь моя, напомни мне, что же я наделала?

Я слишком много выпила? Я больше не справляюсь?

Неужели я построила обреченный корабль?

– Песня группы «Florence and the Machine» —

Это история о любви, из тех, что я обожаю. Это история о том, как позволять любить себя, несмотря на все свое несовершенство и непримечательную внешность. Наконец, это история о самой серьезной перемене, которая когда-либо происходила в моей жизни.

Три года назад одним субботним вечером я лежала на диване в гостиничном номере в Далласе и глядела в потолок, полностью опустошенная. Я говорила себе: «Если вдруг кто-то еще захочет прожить за меня мою жизнь, которую я создала себе сама, то он вполне может попробовать. Но с меня уже хватит. Мне нужно начать жить по-новому».

Мне было тридцать шесть. Мы с Аароном были женаты уже одиннадцать лет, и у нас были два мальчика – годовалый и шестилетний. Я заканчивала очередную книгу – прошел уже месяц после назначенного срока сдачи рукописи. Я писала ее дольше, чем все предыдущие, – и на этот раз она состояла из рецептов, что означало, что днем я сочиняла материал для нее, а вечером снова и снова занималась готовкой, привычным движением отправляя дюжину подгоревших кексов в мусоропровод, нарезая очередной кусок свинины и делая заметки на бумаге, забрызганной уксусом и посыпанной специями. По выходным же я часто путешествовала, выступала на конференциях, в церквях и домах престарелых.

Во многом мне нравилась такая жизнь – я любила своего мужа, обожала детей и была очень благодарна судьбе за то, что стала писателем. Но я как будто везла за собой ненужный прицеп и постепенно нагрузила его так сильно, что едва могла тащить. Этот прицеп был моей жизнью, и его тяжесть продолжала разрушать меня. Я понимала, что в тот момент мне не хватало всего того, чего я так отчаянно жаждала: духовной связи с окружающими, смысла жизни, гармонии с собой. Но что-то продолжало тянуть меня вперед – старые принципы и инстинкты, заставлявшие меня каждый раз лезть из кожи вон, даже когда мне был действительно необходим отдых.

Здоровье ухудшалось. Меня часто тошнило. Я постоянно не высыпалась. У меня нередко болела и кружилась голова. Спина отказывалась держаться прямо, а круги под глазами уже были больше похожи на синяки. Моя душа – которую я так часто открывала нараспашку и которой не переставала гордиться – спряталась куда-то внутрь меня, залечивая раны и ища поддержки. Моя способность чувствовать, ощущать и анализировать начала внушать мне сомнения. Моя вера пошатнулась – со временем она стала всего лишь очередной неудачной попыткой все исправить, подобно временному облегчению, которое приносят новые отношения.

Когда-то я любила свою жизнь, но постепенно рядом со мной стало неприятно находиться. Я превратилась в бледную копию самой себя.

Эта книга – описание моего долгого пути, тернистой дороги от усталости к спокойствию, от изоляции к общению, от суеты и многозадачности к гармонии тела и духа. И она также является приглашением – это дружеская рука, протянутая через страницы и приглашающая вас в такое же путешествие, которое совершила я, – так как это стало самой важной и перспективной переменой в моей взрослой жизни.

Вскоре после открытия, которое я сделала тем субботним вечером в гостинице, моя духовная наставница пригласила меня принять участие в одном мероприятии в Сан-Франциско, где она жила. Я искренне хотела отправиться туда, но в то же время меня терзали сомнения. Я не хотела оставлять своих детей. Я больше не могла самостоятельно решать, что делать и чего не делать, поэтому я нашла приглашение наставницы и послала в ответ бессвязное и путаное сообщение. В нем говорилось о том, что моя жизнь повернулась совсем не в ту сторону, в которую я предполагала, что я не знаю, к чему это приведет, и не могу притормозить, несмотря на прилагаемые усилия.

Она ответила мне сразу же. Всего одна строка, которую она послала мне, гласила: «Остановись. Прямо сейчас. Измени свою жизнь изнутри».

Почти два десятилетия советы этой мудрой женщины оказывали пророческое влияние на мою жизнь – в нужные моменты Господь помогал мне использовать ее слова для решения важных проблем. Но эти последние слова повлияли на меня даже больше, чем все остальные.

В тот момент я совершенно не представляла себе, как я могу изменить свою жизнь изнутри. Теперь, по прошествии более трех лет, я по-настоящему горжусь собой, когда оглядываюсь назад и осознаю, что именно это я и сделала, хотя и действовала самым изощренным и хитроумным способом.

Сперва я пыталась изменить внешние обстоятельства своей жизни – мне казалось, что я должна более эффективно распоряжаться своим временем или чаще убираться в доме. Но я быстро обнаружила, что все это совсем ни при чем. Также изменение жизни изнутри не относилось к списку дел и планированию рабочего графика. Мне нужно было меняться с помощью любви, собственного достоинства, Бога и всего, что связано с ним, – только так я могла достигнуть гармонии и найти новый смысл в своей жизни.

Так я начала изменять свою жизнь изнутри, и я хочу пригласить вас тоже принять участие в этом сложном творческом процессе.

Неудивительно, что этот процесс отнимает у нас много сил и энергии. Представьте, что мы решили заменить фундамент у дома, который стоит уже много лет. Это не просто косметический ремонт и перекрашивание фасада. Иногда проще выкопать новый фундамент и перенести дом. Мы меняем не внешность, а саму основу нашей личности.

В течение нескольких последних лет я часто посещала свою духовную наставницу, а также психолога и других специалистов. Я молилась и соблюдала пост. Я прочла огромное количество книг. Я прошла курс реабилитации в швейцарской клинике и даже какое-то время жила в приюте при иезуитском доме престарелых.

Пытаясь заработать денег и построить карьеру и потерпев в этом неудачу, я начала сначала, и все, что мне было нужно, – это чтобы Господь услышал меня. Вся моя прошлая жизнь была посвящена активным действиям, но отныне я больше никуда не торопилась, и больше всего мне помогли как раз моменты бездействия, когда я позволяла себе – или даже заставляла себя – остановиться, отдохнуть, отдышаться и пообщаться с близкими. Думаю, что в этом и заключается настоящая и полноценная жизнь, которую я наконец обрела. При этом я получала истинное удовольствие и бесценный духовный опыт.

Хочу сказать, что этот путь еще не пройден мной до конца. Но эта волшебная дорога уже завела меня достаточно далеко, чтобы понять, что именно таким образом я хочу прожить остаток моих дней. Мне уже почти сорок, я вовсю ощущаю кризис среднего возраста и мечтаю провести вторую половину своей жизни именно так.

Ричард Рор как-то сказал, что навыки, которые в свое время помогли вам пройти первую половину жизни, могут оказаться совершенно бесполезны во второй. Я сполна испытала это на себе: те качества, которые я развивала в юном возрасте, считая их по-настоящему ценными, через какое-то время совершенно утратили свою актуальность. Когда-то они помогли мне стать серьезной и ответственной, но в то же время отняли у меня все душевные силы. Они сделали меня опытной и практичной и мало-помалу, год за годом, помогали двигаться вперед, но при этом я растеряла все свое природное обаяние… и уже начинала скучать по тем временам, когда я еще была самой собой.³

Свою роль здесь сыграли и два моих вечных греха – моральное чревоугодие и гордыня, которые были мне нужны для того, чтобы убежать от реальности и что-то доказать окружающим. Я всегда мечтала попробовать и испытать абсолютно все, и мне всегда хотелось, чтобы меня воспринимали как настоящего профессионала. Противоположностью чревоугодия является умеренность, в самом широком смысле этого слова, а она никогда не была моей сильной стороной. А противоположностью гордыни, как утверждают, является беззащитность – то есть наша истинная сущность… не яркий образ, пускающий пыль в глаза, не полученное образование и не профессиональные достижения. Беззащитность – это и есть мы, со всеми нашими слабостями и недостатками.

Как будто мудрый и милосердный Господь решил посильнее надавить на мои самые глубокие раны – желание что-то доказать и желание убежать от действительности – и тем самым протянул мне руку помощи.

Сейчас я главным образом учусь оставаться в моем нынешнем состоянии – теперь я вполне обыкновенная, но, к сожалению, иногда сильно уставшая женщина. Совсем не бросающаяся в глаза, совершенно не впечатляющая. Но при этом живая и настоящая, одухотворенная и глубоко укорененная в своей любви к Господу, которая меняет все.

Я надеюсь, что на каждой странице этой книги вы найдете призыв сбросить тяжелый груз усталости, сомнений и суеты, чтобы начать жизнь, наполненную глубоким смыслом, живым общением и бескорыстной любовью.

Часть 1
Перевоплощение

Отец твой спит на дне морском,

Он тиною затянут,

И станет плоть его песком,

Кораллом кости станут.

Он не исчезнет, будет он

Лишь в дивной форме воплощен.

Чу! Слышен похоронный звон!

Морские нимфы, дин-дин-дон,

Хранят его последний сон.

– Уильям Шекспир, «Буря»⁴ —

Перевоплощение

Я сижу на террасе дома, и мне там гораздо комфортнее, чем в своей комнате: я становлюсь ближе к природе, наблюдаю за водой и деревьями, слушаю музыку волн и ветра.

Эпиграфом к этому разделу я взяла строки из пьесы Шекспира «Буря»: человек брошен в море, и под водой он превращается во что-то совершенно иное, что-то, «воплощенное в дивной форме».

Этот образ тут же вызывает в нашей памяти прекрасную и очевидную ассоциацию с крещением. Мы возвращаемся обратно в воду, чтобы возродиться для новой жизни. Мы оставляем позади все старые проблемы – грехи, сожаления, неудачи – и выходим из воды новыми и очищенными. Это и есть наше перевоплощение.

Сейчас я расскажу вам о метаморфозе, которая произошла со мной, – о моем путешествии из одного жизненного состояния в другое. Моя история будет также призывом изменить и ваш образ жизни. Независимо от вашего возраста, пола, профессии, политических взглядов, веры и сексуальной ориентации, я приглашаю вас к перевоплощению.

Я пришла к выводу, что в нашей жизни присутствует несколько эпизодов, которые изменяют нас, подобно конверсии, когда старое уже исчезло, а новое еще не пришло.

Лично у меня этот процесс затянулся примерно на четыре года – путь от усталости, режима многозадачности, лихорадочной и безумной жизни к спокойствию, отдыху и ощущению гармонии.

Когда я оглядываюсь на свою прошлую жизнь, я вижу несколько таких метаморфоз, которые произошли со мной ранее. Одна пришлась на старшие курсы колледжа, когда я распрощалась с вечным хаосом и беспорядком и пришла к новому образу жизни – в гармонии с Господом и Его заветами. Вторая метаморфоза случилась, когда мне было двадцать девять и меня уволили с работы, которой я отдавалась всем сердцем. Кроме того, я была беременна. Я сидела и изучала условия договора на свою первую книгу, и все не решалась его подписать. Тот год слегка напоминал гонку по пересеченной местности и был погружением в новую жизнь, связанную с писательством и материнством. Но параллельно с этим я никак не могла забыть свою старую сущность и старую работу, которые уже обе утратили свою актуальность.

Когда-то много лет назад один мудрый приятель рассказал мне, что никто из нас не меняется по-настоящему до тех пор, пока боль не достигает критической отметки. Дальнейшие события в моей жизни показали, что он был абсолютно прав. Причина, заставляющая нас что-то изменить в жизни, – это почти всегда какая-либо крупная неприятность, которую уже никак нельзя исправить, но нельзя и продолжать жить с ней; выражаясь медицинским языком – нечто неоперабельное.

В каждом из трех моих перевоплощений та жизнь, которую я создавала до этого, рушилась в одночасье. Когда мне был двадцать один год, моя жизнь состояла из алкоголя, свиданий и книг, и только одно из этого реально помогало мне.

Когда мне было двадцать девять, моя привязанность к работе уже превратилась в настоящую патологию, и теперь мне кажется, что увольнение стало настоящим Божьим даром, позволившим мне наконец завершить этот этап моей жизни.

Что же касается нынешней метаморфозы, то моя оторванность от собственной души и от людей, которые мне небезразличны, стала для меня настолько болезненной, что теперь мне приходится в очередной раз перестраивать всю свою жизнь.

Я всегда являлась олицетворением того, что мой муж обычно называет «католическим сознанием», в отличие от протестантского. Я не знаю, откуда это во мне, могу лишь предположить, что всему виной мое воспитание: я росла в Чикаго и была со всех сторон окружена католиками из Ирландии, Италии и Польши. В то время мы были настоящими белыми воронами в нашей церкви и поэтому больше любили встречаться в кинотеатре, без довлеющих над нами священников и крестов.

Тем не менее думаю, что в большей степени это особенное католическое сознание сформировалось у меня благодаря моим ранним увлечениям, которым я верна и по сей день. Эти увлечения – чтение, совместные ужины и плавание. То есть, другими словами, – литургия, причастие и крещение.

Я совсем не витаю в облаках. Я твердо стою на земле и считаю себя отъявленным материалистом. Более того, я ценю природу и воспринимаю окружающий мир в основном с помощью своих органов чувств. Все, что происходит вокруг меня, я в первую очередь пропускаю через свои ощущения, а уж потом как следует осмысливаю.

Поэтому неудивительно, что мое перевоплощение началось именно на природе. Все детство я проводила лето в одном небольшом городке на озере Мичиган под названием Саут-Хейвен. У моих дедушки и бабушки там был загородный дом, а также собственная яхта. Они и познакомились на этом причале. С тех самых пор этот городок и ровная гладь озера Мичиган глубоко отпечатались в моей душе.

Последние несколько лет каждый июль мы с мужем и детьми арендовали один и тот же домик на берегу – выкрашенный голубой краской, с широкой террасой и цветущими розовыми гортензиями. Мы любили гулять по пляжу и причалу и обожали мороженое из местной лавки. Каждый день мы плавали на лодке по озеру, иногда даже по два раза в день. Почти все продукты мы покупали на местном рынке, и особенно любили замораживать вишню и чернику, чтобы потом наслаждаться ей круглый год. Этот небольшой городок в Мичигане находится всего в трех часах езды от нашего дома в пригороде Чикаго, но каждый раз мы как будто попадали на другую планету. Я всегда вздыхала с облегчением, когда мы сворачивали с шоссе на знакомую улочку, а вид озера, которое можно было разглядеть за домами, заставлял мое сердце биться чаще.

В этот раз мы, как обычно, приехали на каникулы в июле – уставшие от работы, не выспавшиеся из-за детей, раздраженные из-за очередной книги, которую я все никак не могла закончить.

Оглядываясь назад, я теперь ясно вижу, что тогда действительно дошла до предела: я часто плакала, постоянно злилась на все подряд, беспокоилась по пустякам и совершенно потеряла связь с близкими, с Господом, да и с самой собой.

В тот момент я постепенно начала менять свой образ жизни, а каждые следующие каникулы на озере закрепляли эти изменения и становились новой перезагрузкой.

И вот на дворе опять июль, но я пока не могу сообщить вам, что уже завершила этот путь и полностью осмыслила его. Тем не менее с превеликой радостью и несказанной гордостью я могу признаться, что я совершенно точно изменилась и перестроилась изнутри. Я оставила в прошлом некоторые привычки, которые раньше считала правильными и необходимыми, а теперь нахожу вредными и опасными – например, излишнее усердие, стремление доказывать свою значимость, вечерние задержки на работе, пренебрежение своим здоровьем и духовными потребностями, излишняя вера в собственный энтузиазм вместо настоящей веры в Господа.

Моя жизнь проходит теперь под знаком спокойствия, безмятежности и духовного общения. Мне потребовалось более трех лет, чтобы понять все это, и, как в любом новом деле, мне часто случалось ошибаться и начинать все сначала. Но в итоге я обрела гармонию и твердую опору, которые теперь определяют мою жизнь. Я тысячу раз пыталась найти опору, но всегда где-то в других местах, и очень удивилась, когда поняла, что эта гармония находится внутри меня и, возможно, находилась там всегда.

Я всегда доверяла в первую очередь внешним факторам, считая, что не стоит слушать свой внутренний голос, что мои собственные желания и предпочтения могут сбить меня с пути, что гораздо мудрее и безопаснее прислушиваться к окружающим – голосам других людей, голосам толпы. Я верила, что жизнь нужно оценивать с помощью внешних критериев, а не тех, которые спрятаны в моей собственной душе.

Точно так же я всегда отдавала большую часть своей энергии окружающим, веря, что лично со мной ничего не случится, что я просто рабочая лошадка, что мне не нужен специальный уход или, прости Господи, какая-то психологическая помощь. Я была твердо убеждена, что такая помощь требуется лишь слабым и нежным существам. Я же была паровозом и трудовой пчелой и тащила все на себе. Я обедала на ходу, спала в одежде и приносила себя на алтарь собственной работы, не замечая криков о помощи со стороны своего организма и позабытой души, принимая их за надоедливое зудение комаров.

Теперь я знаю, что все это помогало мне поверить в то, что Святой Дух присутствует не только в окружающем мире, но и во мне самой. Я понимала это умом, но вся моя жизнь доказывала совершенно обратное. Теперь я также знаю, что лучшее, что я могу подарить этому миру, – это не сила или энтузиазм, а крепкий дух и истинная вера.

Теперь я сожалею, что столько лет огорчала близких, появляясь в их жизни лишь мимоходом и ненадолго. Сколько возможностей для общения я упустила, когда была слишком занятой, слишком усталой, слишком нервной и одуревшей от работы.

Теперь я знаю, что существует и другой путь.

Мне больше не нужно расстраивать саму себя и тех, кого я люблю, чтобы добиться того, что мне необходимо.

Мне больше не нужно жить такой жизнью.

В бешеном ритме

Какая-то часть меня постепенно дошла до своей крайней точки, а затем щелкнула и сломалась. И никаким способом больше нельзя вернуть ее в прежнее состояние. Кажется, я наблюдаю завершение очередного этапа своей жизни.

Возможно, такие вещи имеют свойство повторяться. Кто-то недавно сказал мне, что все мы переживаем глобальное обновление каждые семь лет. Предположим, это действительно так. Может быть, это связано с рождением ребенка – которого мы так долго ждали, который с таким трудом появился на свет и стал самым юным членом нашей дружной семьи. Может быть, я просто перестала справляться со своими обязанностями – написанием книг, соблюдением крайних сроков, частыми перелетами и постоянным общением с коллегами. А возможно, это Господь, предоставив мне продолжительный тайм-аут, позволил начать новую главу моей жизни.

Я поняла, что всегда являлась сторонником теории «дело в количестве, а не в качестве», но этим летом во мне что-то изменилось. Мой внутренний голос заявил, что больше так продолжаться не может.

Пора было прекращать всю эту нервотрепку: холодная пицца на ужин, командировки, сдача книг в срок, ночные посиделки – все эти вещи, пусть я даже и привязывалась к ним, не делали меня по-настоящему счастливой. В моей жизни было очень много всего, и что-то неизбежно требовалось сократить. Меньше стресса. Меньше слез. Меньше шума. Меньше телевидения. Меньше алкоголя. Меньше Интернет-шопинга. Меньше ненужных дел, пусть даже речь идет о поездке, походе в кино, прогулке на лодке или детском празднике. В моих сутках помещалось по 50 и даже по 100 часов, тогда как они были рассчитаны всего на 24.

Как-то на встрече с друзьями мы разговаривали о будущем: как угадать, что ждет нас через несколько лет, и какие жизненные изменения двигают нас вперед. Один приятель заявил, что удовлетворение собственных желаний начинается с ответа на вопрос: если бы в твоем календаре не было никаких дел, а на банковском счету лежали миллионы, что бы ты сделал? И я мысленно представила первое, что пришло мне в голову: я бы просто остановилась и передохнула. Я бы не делала ничего особенного. Я бы просто немного поспала. И от этой мысли я чуть не заревела.

Важно не то, чего я добилась в этом году и сколько поездок совершила – ради отдыха или по работе – или сколько часов спал или не спал мой младший ребенок (несмотря на то, что ключевое слово здесь – не спал). Я обязательно расскажу вам об этом. Я просто хочу объяснить, почему я так устала. Я хочу напомнить вам, как я жила все эти годы, чтобы вы оценили мое состояние и почувствовали себя такими же усталыми, разбитыми и несчастными, как и я.

При этом мне вовсе не хочется, чтобы вы считали меня слабой. Не подумайте, что столько сил у меня могла отнять какая-то ерунда – постоянно плачущий ребенок или работа над очередной книгой. Я не отношусь к тому большинству нормальных людей, которые устают после рабочего дня. Я сильная и полная энергии. Я вполне работоспособная и феноменально выносливая.

Почему-то я давно считала своим долгом доказать (хотя никому до этого нет никакого дела), что я могу вынести такую безумную жизнь. А я вынесла очень многое. Я рожала и теряла детей, писала книги, вела мероприятия, участвовала в марафонах и устраивала всевозможные приемы, ужины и вечеринки. Я делала целую кучу разных дел.

И после всего этого я ужасно уставала. Я скучала по своим друзьям, с которыми так редко встречалась. Я ужасно спала. Я срывалась на детях чаще, чем бы мне хотелось, а потом лежала в кровати и чувствовала себя виноватой из-за этого. На то, чтобы попросить мужа помочь мне помыть посуду или посидеть с детьми, у меня уходило больше времени, чем на разговоры о его планах и мечтах.

И в чем тогда был смысл? Я вынесла все это! Я доказала свою значимость! Но только кому? Кому было дело до меня? Кто являлся моим авторитетом? Что я пыталась доказать? Что бы я потеряла, если бы прекратила свой бесконечный марафон и перешла на шаг, менее похожий на изнурительную многокилометровую гонку с препятствиями?

Скорее всего, я просто верила, что в будущем у меня появится больше свободного времени, поэтому, если мне понадобится совершить что-то для души – прочитать книгу, устроить вечеринку, пробежать пару километров или съездить в интересную поездку, – у меня будет время заняться этим когда-нибудь потом.

Но, к сожалению, мне неизвестно это слово – потом. Я всегда гордилась этим. А теперь посмотрите, куда это привело меня. Я была разбитой и несчастной, я измучилась и выбивалась из графика до такой степени, что даже мои любимые увлечения становились похожи на скучные обязанности, а мои тайные желания и фантазии приходили ко мне только в часы одиночества и во сне. Моя самая заветная мечта заключалась в том, чтобы побыть одной? Что ж, похоже, что мои дела были совсем плохи.

Здесь должен был быть какой-то другой выход. И я должна была обнаружить его. Мне требовалось найти силы, чтобы обрести новый вкус к жизни. Мне нужно было перестроить свой график, чтобы в нем было поменьше работы и побольше отдыха – столько, сколько мне было необходимо, чтобы не просто справляться со всеми трудностями без особых потерь, но и чтобы чувствовать себя гармоничной и жизнерадостной, добродушной и мотивированной. Такой, какой я не была уже многие годы.

В эти дни мне остро не хватало пространства, тишины и спокойствия. У иудеев для этого существует шаббат. Мне требовалось расчистить место вокруг себя, приглушить шум и обдумать дальнейшие действия. Мне было нужно не так уж много. Меньше ненужных шмоток. Меньше суеты. Меньше причин лезть вперед и что-то кому-то доказывать. Меньше погони за деньгами. Меньше пререканий с детьми, чтобы они быстрее сели в машину, чтобы мы купили больше шмоток, которые мы потом рано или поздно выбросим. Меньше слепого потребления. Меньше ощущений того, что мой мозг разбит на части, желудок распух, а жизнь не поддается контролю.

Представьте себе, что вы ведете машину на огромной скорости и музыка оглушающе гремит из открытых окон. Визжа тормозами, вы въезжаете на стоянку, вылезаете из машины и вбегаете в супермаркет. Вы озираетесь по сторонам и наконец находите отдел напитков. Вы открываете банку клубничной газировки, и она весело льется вам на лицо и за шиворот. Вы продолжаете жадно глотать эту липкую сладкую жидкость, наконец останавливаетесь, вся испачканная и облитая, и бежите обратно к машине, навстречу новой цели, чтобы опять нестись по дороге с музыкой, включенной на полную громкость.

Именно так я чувствовала себя. А мне хотелось всего лишь поесть клубники. В полной тишине. Без огромных скоростей, без музыки, без вредной газировки, стекающей по лицу и шее. Мне была нужна настоящая клубника, а не ее жидкий заменитель. И я не знала, как получить ее в том состоянии, в котором я находилась. Я жила в бешеном ритме.

У каждого из нас имеется свой основной недостаток. Его еще называют «темной стороной». Это те главные черты, которые определяют вашу индивидуальность, выделяют вас из общего ряда и отличают от других, но это также и те черты, которые, если не контролировать их, могут погубить вас. У меня таким недостатком является чрезмерная любовь к жизни – неуемная энергия, любопытство и жажда знаний.

Мне очень непросто совладать с этими качествами. Я надеюсь, что уже научилась преодолевать их, что теперь я исправляю свой жизненный дисбаланс более эффективно, чем десять лет назад. Думаю, я победила свою «темную сторону».

Но в те дни я по-настоящему пошла вразнос и вскоре поняла, что на этот раз со мной происходит нечто большее, чем простая регулировка и выравнивание моего несчастного дисбаланса. Речь шла о капитальном ремонте, пересмотре приоритетов и начале новой жизни с чистого листа.

А все потому, что я жила в бешеном ритме, который продолжал разрушать меня.

Бежим по кругу

Я никогда не подозревала, что нуждаюсь в тишине и спокойствии, пока не стало слишком поздно, пока недостаток покоя не начал причинять мне жгучую боль. Как-то в выходные заболел мой старший сын Генри, а как только он пошел на поправку, захворал муж. Я отчаянно надеялась, что мои больные выздоровеют, но в понедельник утром к ним добавился младший сын – он свалился с насморком, а остальным стало хуже – у старшего появился страшный лающий кашель, а у моего мужа Аарона – простуда и температура.

В итоге я жутко разозлилась. На кого – уже не помню, так как винить в чужих болезнях обычно некого. Меня взбесило то, что я попала в ловушку, из которой не было выхода. Мне предстояло еще много раз вытирать нос, гладить пижаму, отмерять еще одну дозу микстуры. Я хотела сбежать из этого ада.

Трое больных, зависящих от меня, казались мне страшным кошмаром, в котором мне предстояло прожить оставшуюся жизнь. Долгие годы я брала на себя роль ответственной стороны. Это означало – мне приходилось думать обо всем. Я исправляла ошибки, делала несколько дел одновременно, строила планы. Особенно тяжело мне приходилось, когда у меня накапливалось много работы и я не успевала выполнить все домашние дела – поменять штаны Генри и подгузник Маку, подписать родительское разрешение для школы и записаться к зубному врачу.

Если быть до конца честной, то я пыталась компенсировать свое отсутствие дома двойным усердием в выполнении домашних обязанностей. Я как будто говорила – взгляните, ведь я позаботилась обо всем! У вас же есть все, что нужно, и даже про запас! Посмотрите, вы даже не заметили, что меня не было целый день, ведь все белье поглажено, посуда помыта, а планы на завтра точно утверждены. По натуре я домосед, поэтому мне всегда нужно устроить так, что когда я нахожусь дома, то это по-настоящему: с домашней едой и вымытыми до блеска полами – настолько дома, насколько это вообще возможно.

Итак, в то первое утро, когда Генри заболел, я убиралась после вечеринки, которая прошла у нас накануне – десять взрослых и десять детей. Еще днем ранее я распаковывала чемоданы после нашего возвращения из Саут-Хейвена. Я стирала постельное белье и вставляла одеяла в новые пододеяльники, бегала по дому и раскладывала вещи по шкафам.

Я называю это фальшивым отдыхом. Хожу по дому в пижаме. Дети лежат на диване, смотрят мультфильмы и едят вафли. Аарон читает или спит. Со стороны кажется, что я тоже отдыхаю. Но это не так. Я составляю в уме бесконечный список дел, возвращаю вещи на свои места, меняю постель, вытираю пыль с мебели.

Кто-то может сказать, что в этом и заключаются обязанности матери и домохозяйки, что все эти дела женщины выполняют уже сотни лет: занимаются домашним хозяйством, пока мужчины и дети отдыхают. Пусть так, но эта женщина уже выжата как лимон, и она не хочет оставаться такой всю жизнь.

Итак, в субботу и воскресенье я делала вид, что отдыхаю, пока муж и дети расслаблялись по-настоящему. Они собирали конструктор «Лего» и рано ложились спать. Они смотрели фильмы и ели разные домашние сладости. Ну а я не вылезала из почты, заказывала подарки на Рождество, мыла полы и уже потихоньку начинала собираться в следующую поездку.

Я притворялась, что отдыхаю, вместо настоящего отдыха, а потом обнаружила, что устала по-настоящему. Это кажется абсурдным – взрослая женщина, мать, не умеющая правильно отдыхать. Тем не менее вот она я – мне пришлось превратиться в младенца, чтобы научиться тому, что дети умеют интуитивно.

Неотъемлемой частью нашей взрослой жизни является отдых души и тела. Кроме того, вырастая, мы учимся сами удовлетворять свои потребности, так как вряд ли кто-то согласится сделать это за нас.

Честно говоря, все мужчины, с которыми я знакома, не особенно страдают из-за этого. Они привыкли есть, когда они голодны, спать, когда они устали, бежать, когда они торопятся, и бросать своих жен, когда они уже не могут жить вместе с ними. Но даже у самых мотивированных, целеустремленных и сильных женщин, которых я знаю, не всегда получается полностью удовлетворять свои потребности.

Недавно мы с одной подругой говорили о том, что нам очень нравится, когда нас считают совершенно неприхотливыми – мы обе хотим казаться мягкими, покладистыми, «своими в доску». Но все это заканчивается тем, что мы стесняемся просить о том, что нам нужно, из страха прослыть слишком требовательными и стервозными. Нет ничего хорошего в том, что окружающие считают меня беззаботной и неконфликтной… если на самом деле этот тщательно создаваемый образ разрушает мою индивидуальность, не удовлетворяет мои потребности и заставляет меня молчать.

Я пришла к выводу, что при таком безумном режиме дома мне было совершенно не обязательно ходить на работу. И это была чистая правда. Так я сделала первый шаг. Но все оказалось гораздо сложнее, чем мне представлялось: внутренний голос, который велел мне крутиться как белка в колесе, мог с тем же успехом найти мне занятие не в офисе, а дома. Дело было не в деньгах, а в понимании того, что вся эта нервотрепка никогда не принесет мне желанного счастья. Это уже было похоже на настоящую наркотическую зависимость, и я всякий раз попадала в одну и ту же ловушку: если я буду максимально стараться, то буду чувствовать себя удовлетворенной. Я буду горда собой, а значит, счастлива. Хотя на самом деле получалось совсем наоборот – я озлоблена и обессилена, зато полы в доме чисто вымыты.

Кто сказал мне, что этот порядок принесет мне необходимое счастье? Вряд ли счастье достигается подобным образом. Почему я считала, что домашние дела являются таким достойным времяпрепровождением? Кто внушил мне, что отсутствие пыли на полках имеет огромное значение? Вероятно, здесь сыграли свою роль мои голландские корни, а также тот факт, что я росла на католическом Среднем Западе.

Кроме того, я знаю, что любая деятельность так или иначе мешает проявлению моих чувств, и это тоже становится наркотиком. Я готова бегать кругами вокруг своего дома, складывать одежду и греметь дверцами шкафов, подметать и разбирать вещи, чтобы не позволить себе почувствовать сексуальное желание.

Все это наконец подводит нас к главной цели нашего разговора, касающейся чувств и отношений между мужчиной и женщиной. Любима ли я? Нужна ли я кому-то? Обращают ли на меня внимание? Надежный ли я партнер?

Почти всю свою жизнь я отвечала на эти вопросы, сначала выдумывая разные религиозные абстракции, а затем познавая все на практике. Во времена моей юности я проводила время в основном в загородных поездках, ночных барах и клубах и тому подобных развлечениях. А затем в один прекрасный день вся эта безумная энергия оказалась направлена на работу, при этом моя постоянная жажда движения, покинув танцпол, буйно расцвела в офисе.

Я давно поняла, что одиночество никогда не настигнет меня, если я буду крутиться, как белка в колесе. Сперва я убегала от него, когда путешествовала, танцевала и просиживала вечера напролет в местных барах. Затем я старалась избавиться от него, когда изо всех сил пыталась уложиться в поставленный срок написания очередной книги. Потом я игнорировала его, когда бегала по квартире, собирала игрушки и меняла постельное белье, то есть не далее, как вчера.

Вы можете придумать себе наркотик – то есть нечто, способное заглушить вашу боль, – взяв за основу что угодно: занятия спортом, просмотр телесериала, работу, секс, шопинг, волонтерскую деятельность, уборку, соблюдение диеты. Любое из этих занятий может на время помочь вам забыть о ваших проблемах – для этого и существуют наркотики. И в дальнейшем, если вы будете продолжать в том же духе, то постепенно шопинг, сериалы, работа или любой другой вариант расслабления заслонит ваши реальные интересы и привязанности и не даст вам полноценно общаться с теми, кого вы любите. Это обратная сторона наркотиков – они изолируют вас от мира.

У большинства из нас имеется целый набор таких приятных привычек, и нам ужасна даже сама мысль, что однажды мы можем лишиться их. А ведь это и есть настоящий ужас: совершенно не защищенные, уязвимые, оставшиеся один на один со своими слабостями – мы не сможем существовать, оказавшись во власти своих привязанностей. Но именно так мы и учимся, и растем над собой, а наша жизнь начинает по-настоящему меняться.

Свергаем кумира

Постоянная занятость – это болезнь духа.

– Юджин Петерсон⁵ —

Я происхожу из старинного рода крестьян и рабочих-жестянщиков, то есть людей, считающих работу важным делом, которое принято ценить и уважать. Я заработала свои первые деньги, когда мне было одиннадцать, во время летних каникул. Я проехала три километра на велосипеде до магазина для серферов, который находился в порту Саут-Хэйвена. Его молодой хозяин с приятелями сначала отсыпались после вчерашней вечеринки, а потом, когда ветер начинал усиливаться, хватали свои доски и бежали к морю, я же в это время украшала витрину магазина и переставляла ценники и товары.

В старших классах на меня начали возлагать большие надежды, так как я училась по программе углубленного изучения ряда предметов. Меня ожидала высокая стипендия престижных колледжей, но для этого я должна была показывать высокие результаты тестов и выполнять кучу дополнительных занятий, расширяющих мои знания. Вдобавок несколько дней в неделю я работала волонтером, а по вечерам помогала в местной церкви – я была прикреплена к нашему школьному пастору и, одна из немногих, посещала воскресную школу. Затем я работала в магазине Gap и закусочной Boloney’s, которая располагалась недалеко от школы.

В колледже я и так жила полной духовной жизнью и не утруждала себя посещением церкви, но при этом я брала полную классную нагрузку каждый семестр, работала в библиотеке, а также в летнем лагере, где я буквально носилась туда-сюда с утра до ночи.

Я рассказываю все это, чтобы вы увидели, что я работала без остановки много-много лет. Работа стала для меня настоящим смыслом жизни, за что я очень благодарна, ведь она научила меня самоорганизации, дисциплине, полезным навыкам, общению и личной ответственности.

Но в какой-то момент честное и добросовестное исполнение своих обязанностей превратилось для меня в недостижимый идеал, которому становилось все сложнее соответствовать, в катастрофическое ускорение темпа жизни, в привычку игнорировать сигналы своего организма и свои чувства. И все это для того, чтобы стать самым лучшим работником из ныне живущих.

По мере того как я осознаю все факторы, которые привели меня к переломному моменту, я понимаю, что одним из них несомненно являлась моя вера в то, что усердная работа может помочь мне забыть о моих проблемах, что напряженный труд – это всегда благо, что отдых и неторопливость – удел слабых, а не таких высокоразвитых гениев, как я.

Страшно вспомнить все те ужасные испытания, которым я подвергала свое тело и свой разум, чтобы поддержать мою репутацию высокоэффективного специалиста. Горько думать, сколько раз мне пришлось отказать тем, кому я искренне симпатизировала, из-за своего стремления казаться сильной женщиной. Сколько раз я оставалась в полном одиночестве, пожертвовав своей верой ради исключения пары пунктов из тех списков дел, которые я всегда обожала составлять.

Высокие результаты стали моей навязчивой идеей, которой я поклонялась и которую ценила превыше всего. У всех нас возникают конфликты веры и стереотипов личности, поэтому одно из самых ранних воспоминаний о себе у меня связано с уверенностью в том, что меня поддерживает моя извечная находчивость. Я не была красавицей. Я не обладала какими-то выдающимися способностями. Но я всегда достигала поставленных целей, и мне казалось, что именно моя находчивость служила ключом к тем дверям, в которые я отчаянно хотела войти.

Я не могла представить себе мир, полный неограниченной любви и доброты, где люди просто заходят в двери, потому что они открыты для всех. Тот мир, который имел смысл для меня, состоял из зарабатывания денег и подтверждения своего профессионализма, и в нем я преуспевала, лихорадочно пытаясь доказать свою значимость. И то же самое делали все окружающие меня люди.

Но в скором времени случилось несколько событий. Мне бы хотелось сказать, что, когда я испытывала проблемы со здоровьем, я тут же обращалась к врачу, начинала следить за собой и как-то меняла свой образ жизни. Но это было не так. Я продолжала эту бешеную гонку, даже когда была больна и беременна, и в итоге у меня случился выкидыш. Я продолжала и тогда, когда испытывала постоянное головокружение – морскую болезнь на суше, когда не могла заснуть до трех часов ночи и не реже двух раз в неделю испытывала жуткий стресс.

Но в дальнейшем я поняла, что я вкладываю в работу много сил и времени, а отдача совсем не такая, как я себе представляла. При этом мои ожидания продолжали расти. Когда ты посвящаешь себя тому, чтобы стать самым ответственным человеком в мире, многие действительно начинают брать с тебя пример. Это по-настоящему работает. Поэтому список дел, отмеченных в моем календаре, становился все длиннее, а задачи, которые я брала на себя, – все сложнее и рискованнее.

В то же время я все сильнее убеждалась в том, что была глубоко несчастна. Разумеется, я чувствовала себя несчастной не всегда. На вопрос, нравится ли мне то, как я живу, я давала дежурные заученные ответы, что у меня все в порядке. Но в те редкие моменты, когда я позволяла себе быть искренней, я с удивлением осознавала, что такой образ жизни не приносил мне никакого счастья.

Окружающие называли меня способной и целеустремленной. Кроме того, они признавались, что всегда могут рассчитывать на меня. Все это было мне очень приятно. Но это не шло ни в никакое сравнение с настоящими чувствами и переживаниями, которые давала любовь, дружба и искренние эмоции. Я была хороша только в своей работе.

Я верила, что работа может спасти меня, сделать меня счастливой, решить мои проблемы; что если я полностью вывернусь наизнанку, то счастье будет ждать меня как награда за проделанную работу. Но все было напрасно.

Наградой за работу становилась новая работа, а также новые ожидания и новая ответственность. Думаю, что я бы легко смогла проводить тренинги для всех желающих, где бы я учила их всегда уступать в споре, не произносить слов «нет» или «с меня хватит», не требовать увеличения сроков или расширения полномочий. А так как меня вечно просили об одолжении, то я еще не успевала оглянуться, как уже несла ответственность за всех.

И я была так вымотана, что даже не могла вспомнить, каково это – жить полноценной эмоциональной жизнью. Я чувствовала себя измученной работой, но получалось, что я сама мучила ее, а не наоборот. Я выдумывала себе все новые занятия, чтобы скрыться от повседневности и сбежать от самой себя. Я боялась увидеть ту сторону моей личности, которая пряталась за моими внешними успехами. Тем не менее я желала посмотреть на нее и познакомиться с ней. Я хотела научиться различать ее и в дальнейшем постепенно вытаскивать ее на поверхность.

Убираем лишние скамейки

Надеюсь, что ты можешь гордиться своей жизнью. Если ты обнаружишь, что у тебя все совсем не так, то надеюсь, что тебе хватит сил, чтобы начать все заново.

– «Загадочная история Бенджамина Баттона» —

Я пришла на вечеринку у бассейна, где также присутствовали мои старинные и самые верные подруги. Я познакомилась с ними еще в старших классах, поэтому они были мне как сестры. Каждый, кто знал вас подростком, а теперь по-прежнему желает проводить с вами время, без сомнения является вашим настоящим другом. Прибавьте к этому бесценную возможность шантажировать вас вашими детскими фотографиями и историями о ваших любовных похождениях – все это уже является достаточной причиной, чтобы хранить подругам верность. Мы не так часто видимся друг с другом, но когда собираемся вместе, то быстро входим в привычный ритм общения, как будто вновь услышали старую песню времен нашей юности.

Пока мы наблюдали, как наши дети забираются на трамплин и ныряют в бассейн, а муж Дженни жарит курицу, мы попивали холодный лимонад и вели разговор, который мы всегда начинаем, когда собираемся вместе: мы должны встречаться чаще. Я всегда так занята, как и все мы. Вы знаете, что дети отнимают все свободное время. Школа, не так ли? И эта безумная работа. Уроки фортепиано и хоккейные тренировки. Общение со свекровью, детские праздники, переезды и литературные вечера – как найти свободную минутку?

И разговор заканчивается всегда одним и тем же: ничего не поделаешь.

Мы дружно согласились с этим утверждением и продолжили потягивать лимонад, болтая ногами в воде и крича детям, чтобы они не бегали возле бассейна.

По дороге домой я все не могла забыть этот разговор, и особенно его последнюю фразу: ничего не поделаешь.

Мы были классическими тридцатилетними американскими женщинами. Мы получили образование, вышли замуж, родили детей, построили карьеру, а теперь вели домашнее хозяйство. При этом мы окончательно решились вести такой образ жизни, где мы были постоянно чем-то заняты, испытывали вечный стресс, теряли связь с близкими и были истощены физически и морально.

Тем не менее все это помогает нам не чувствовать себя виноватыми, не так ли? Ведь если быть до конца честными, то кто еще должен управлять нашей судьбой, как не мы сами? Кто заставляет нас жить именно такой жизнью? Или, может быть, мы не хотим знать ответ на этот вопрос, предпочитая верить, что мы действительно не можем нести ответственность за свои поступки?

Как-то, много лет назад, мы с Аароном беседовали с пастором одной недавно открывшейся, но уже популярной среди прихожан церкви и еще с одним нашим знакомым – более опытным пастором. Первый рассказывал о том, как его церковь вдруг стала популярной, а он не мог помешать этому, так как, по его словам, это был совершенно неконтролируемый и необратимый процесс.

Второй пастор решил подсказать ему:

– Сами того не зная, вы запланировали все это, и в таком результате нет ничего удивительного. Ведь вы специально и намеренно выстроили именно большую церковь. Вполне логично, что ее посещает много прихожан.

Молодой пастор продолжал возражать, все еще не находя никаких причин для необъяснимого роста популярности своей церкви.

– Но ведь мы никак не способствовали этому, – настаивал он.

– Отнюдь, – заявил второй. – Выслушав ваш рассказ, я понял, что вы продолжали ставить все новые скамейки для прихожан, из-за чего их число постоянно росло.

В этот момент у нас с Аароном произошел настоящий взрыв мозга. Мы понятия не имели, что существует такой, альтернативный вариант поведения. Мы привыкли к постоянному движению вперед. Больше, выше и быстрее – вот что ценилось в нашем мире. Мы первый раз слышали о том, чтобы кто-то специально оставил что-то небольшим или осознанно делал что-то медленно.

Этот разговор произошел больше десяти лет назад, пока мир еще не завоевали натуральные продукты и изделия ручной работы, коллекционные издания и авторская кухня.

И хотя все это сейчас является последним писком моды, но для тех из нас, кто привык к формуле «чем больше, тем лучше», сложно осознать, что нам удалось научиться лучше управлять своей жизнью – что у нас появились возможности, позволяющие распоряжаться ей по нашему усмотрению.

Пару недель назад мы всей семьей играли в «Лего», и мы с Аароном спросили Генри, чего бы он хотел в следующем году. Больше путешествий и приключений? Не желает ли он еще раз поиграть в футбол? А может, он мечтает научиться играть на фортепиано, или переехать в другой город, или хочет спать на двухэтажной кровати?

И он ответил: «Я хочу больше вот таких моментов, чтобы мы почаще собирались дома все вместе. Мне это нравится больше всего». Мы с Аароном переглянулись, дав понять друг другу, что мы услышали этот сигнал и приняли его к сведению.

Мы с мужем оба – импульсивные и увлекающиеся натуры. Мы – люди творческих профессий, и ни один из нас никогда не работал в офисе от звонка до звонка. Когда мы еще не были женаты, мы работали почти круглосуточно и нас это нисколько не напрягало. Пока у нас не родились дети, мы продолжали в том же духе – мы арендовали на двоих один офис с двумя комнатами, где постоянно перекрикивались через стену, и частенько возвращались домой уже поздно вечером.

Но теперь наше поведение в корне изменилось, с появлением в нашем доме двух несмышленых и неуправляемых существ. И хотя мы меняемся именно ради них, я замечаю, что эти перемены благотворно влияют также и на наших соседей, родственников и религиозную общину, в которой мы состоим. Также я прекрасно вижу, как они благотворно влияют на наш брак.

Когда ты любишь свою профессию – это дар небес, но при этом тебе приходится жертвовать другими областями жизни.

В последнее время мы с Аароном много разговаривали о нашей семье, работе и свободном времени, пытаясь правильно расставить наши жизненные приоритеты и определить, что же для нас важнее.

Когда ты являешься профессионалом в своей области – это приносит тебе несказанное удовлетворение. Играть с детьми в Черепашек Ниндзя несколько часов подряд – несомненно куда менее приятно. Все мы очень любим внезапные командировки и срочные задания, ведь тогда мы можем ощутить это маленькое удовольствие от хорошо выполненной работы, или прилив радости от того, что мы кому-то помогли, или какие-то другие положительные эмоции.

Многие по-прежнему продолжают притворяться, что у них нет выбора – они наконец добились долгожданного успеха, и теперь его необходимо закрепить. Новые возможности продолжают возникать со всех сторон, и в такой ситуации мы просто обязаны тут же броситься им навстречу.

Другими словами, мы приносим все новые скамейки.

Если я работаю в таком режиме, что мне не хватает сил, чтобы заниматься своей личной жизнью, то мне необходимо убрать часть скамеек. Если я начну соглашаться на всяческую дополнительную работу, то мои дети будут каждый вечер видеть меня уставшей и измотанной и мне тоже придется избавиться от части скамеек.

Я знаю, что иногда позволяю работе брать над собой верх. Я также знаю, что у меня плохо с математикой, иначе я могла бы приносить еще большую пользу, чем сейчас. Пару раз у меня бывали моменты, что я пряталась за своей работой, так как мне это было легче, чем выдержать неприятный разговор с любимым человеком.

К сожалению, даже найдя свое призвание, мы не всегда оказываемся на высоте и иногда заблуждаемся. И, чтобы остаться на плаву, нам иногда требуется убрать часть скамеек. У нас появляется больше полномочий, а значит и больше обязанностей, чем было раньше. Мы сами решаем, в какую сторону повернуть. Это означает для нас не только большую свободу, но и большую ответственность.

Все то же старый вопрос: «Но что с этим поделать? Ничего не поделаешь».

Лично я собираюсь убрать пару скамеек.

Слово, способное все изменить

Если и существует слово, способное все изменить, то это, разумеется, слово «нет». Я столько лет продолжала повторять слово «да», не придавая этому особого значения. И вдруг я поняла, что все эти «да» я потратила напрасно и, чтобы обрести мир и покой в душе, мне следовало учиться говорить «нет».

Людям нравится, когда им говорят «да», и они привыкают к этому – они начинают строить планы, а затем всегда добиваются своего, ведь им ни в чем не отказывают. Если вы всю жизнь отвечали «да» и вдруг начнете говорить «нет», то это вызовет у окружающих небольшой шок. К такому поведению сложно привыкнуть сразу. Это вполне нормально.

Вы наверняка знаете, что слово «да» имеет для меня большое значение. Вероятно, вы видели его на моем свитере, на серьгах, на сумке. У меня есть даже татуировка с этим словом! И я отношусь к этому вполне серьезно. Слово «да» очень важно для меня – громко и смело произнося его, я становлюсь частью этого прекрасного мира, вместе со всем, что в нем есть: любовь и тяжелые испытания, смех сквозь слезы и радость творчества, взлеты и падения. Слово «да» – мой настоящий талисман.

Но «да» не бывает без «нет». Другими словами, если вы любите разбрасываться словом «да», то вы неизбежно начнете говорить «нет» в ответ на многие важные вопросы, даже не замечая этого. Я тоже часто неосознанно произносила «нет» между моими безудержными и бесконечными «да», чтобы отдохнуть, расслабиться, вернуться с небес на землю, выслушать собеседника и узнать его получше, закономерно потратив на это больше времени.

Все мои «да» привели меня к поверхностному образу жизни – отчаянному и опустошающему, который в конце концов стал мало похож на то глубокое и дерзкое «да», которое я искала.

И если вы, как и я, тоже сказали «да» слишком много раз и обнаружили, что все ваши добрые и благородные намерения в конце концов оставили вас ни с чем, то слово, которое поможет вам все изменить, – это слово «нет».

Я знаю. Я тоже его не люблю. Слово «да» – веселое и искрящееся и прекрасно смотрится на сумке или футболке. А слово «нет»? Представьте себе, что вы увидели кого-то, одетого в свитер, на котором красуется одинокая надпись «нет»? Лично я не ожидала бы от него ничего хорошего.

Тем не менее слово «нет» стало тем инструментом, с помощью которого я начала менять свою жизнь, ведь теперь я сама расставляла свои приоритеты и решала, что для меня является более важным.

В моих ушах звучали слова моей духовной наставницы: «Остановись. Прямо сейчас. Измени свою жизнь изнутри». Невозможно изменить что-то и при этом не нарушить его основную структуру. Тем не менее именно это и делает слово «нет» – оно приостанавливает безумный темп нашей жизни и дает нам шанс оглянуться вокруг. Таким образом мы получаем возможность точно оценить, что мы сделали для самих себя.

Мне было очень тяжело научиться говорить слово «нет». Поначалу это получалось у меня из рук вон плохо, неуклюже, иногда слишком демонстративно, а порой даже с дополнительными разъяснениями, поэтому мой собеседник часто просто переставал понимать, что же я имела в виду. Более того, я без конца переспрашивала: «Ничего страшного? Все в порядке? Ведь мы же друзья, не так ли? Ты правда не возражаешь?»

Но, как и всегда, когда вы чему-то учитесь, это становится гораздо легче со временем. Вы начинаете создавать мышечную память, помогающую вам запомнить, каково это – говорить о том, что вы на самом деле чувствуете, в чем нуждаетесь, чем ограничены. И начинает происходить очень интересная вещь – некоторые люди внимательно вглядываются вам в глаза и как будто хотят сказать: «Я тоже так хочу». Ваша честность и внутренняя свобода позволяют им быть такими же, как вы.

Но есть и те, кто не желает смиряться с переменами в вашем поведении. Они предпочитают, чтобы вы продолжали бесконечно потакать их желаниям, за что они, может быть, соизволят сказать вам спасибо. Или же они настолько привыкают к тому, что бешеный ритм их жизни помогает им преодолевать все препятствия, что ваши совершенно неожиданные слова «прости, но я не могу» становятся личной обидой для их системы ценностей.

Не держите на них зла. Но и не тратьте на них слишком много времени. Лучше держитесь поближе к тем, кто ценит ваше «нет», кто поддерживает вас за высказывание вашей реальной точки зрения, кто приветствует перемены, произошедшие с вами, а не просто удовлетворяет с вашей помощью собственные потребности или потакает своим капризам.

Мы с несколькими близкими подругами, которых я знаю уже целую вечность, решили дружно перестать постоянно говорить «да» и теперь регулярно делимся впечатлениями, стараясь всеми силами поддержать друг друга. Мы общаемся каждый день, и основные темы наших разговоров такие: «Чем еще ты готова пожертвовать? Как мы можем облегчить этот процесс? Достаточно ли ты отдыхаешь? Что, если я посижу с твоими детьми пару часов?»

Вместо бесконечного соревнования, кто из нас больше занят, сильнее устал или больше заработал, мы теперь постоянно ищем способы облегчить жизнь друг другу, наконец заняться тем, что нам действительно нравится, и быть меньше связанными ненужными делами и невыполнимыми обещаниями. Эти подруги являются моими палочками-выручалочками, помогающими мне научиться нелегкой науке говорить «нет», поддерживающими меня, когда я проявляю нерешительность, и я им за это весьма благодарна.

И не волнуйтесь: слово «нет» никогда не станет у вас словом-паразитом. Как ни странно, оно способно стать вашим ответом на практически любые жизненные трудности. Но со временем, когда вы перестроите вашу жизнь и она будет больше подходить вам по всем параметрам, будет наполнена тем, что вам по-настоящему интересно, и освобождена от всего ненужного, тогда вы сможете снова пару раз сказать «да». Но на какое-то время слово «нет» станет тем ключом, который откроет вам двери в лучшую жизнь.

Не боимся обижать

Некоторые из нас чувствуют себя очень неловко, когда им приходится кого-то обижать. Они считают, что если мы привыкли вести себя вежливо, то мы никогда никого не огорчим. Им кажется, что если мы чуть-чуть постараемся, правильно распределим свое время, а также будем достаточно скромными и бескорыстными, то мы никогда никого не обидим. Боюсь, что таких людей ждет жестокое разочарование.

Я знаю это, так как сама когда-то была одной из них. Долгие годы я лезла из кожи вон, чтобы окружающие воспринимали меня как серьезного и ответственного человека. Мне казалось, что если я заслужу такую репутацию, то это принесет мне счастье и удачу. Быть трудоголиком – вот что являлось для меня единственным достойным путем в жизни.

В итоге эта бешеная гонка отняла у меня все силы, наполнила жгучей обидой, разлучила с лучшими друзьями, и даже моя ответственность со временем куда-то исчезла. Во мне что-то щелкнуло, и злоба, копившаяся внутри меня, перевесила мои положительные качества. Я действительно сильно изменилась.

Теперь я точно знаю: нельзя прожить, никогда никого не расстроив. Однажды вы непременно не оправдаете чьих-то ожиданий или не исполните чью-то просьбу. У вас не получится сделать все как надо. Вы не сможете выполнить чье-то задание как следует. И вполне логично, что этот человек будет обижен или расстроен из-за вас. У него останется неприятный осадок от общения с вами. Или вместо этого он начнет унижать или стыдить вас – например, скажет что-то вроде: «Думаю, ты просто не можешь работать как следует», или «Ты не очень-то способный», или «Я думал, что могу рассчитывать на тебя». Эти удары ниже пояса направлены в самое больное место таких, как я – тех, кто придает большое значение тому, чтобы оправдывать чужие ожидания.

Но есть и хорошие новости: вы сами начнете решать, кого вы готовы расстроить и кому собираетесь сказать «нет». И со временем вам будет все легче переносить огорчение окружающих.

На этом этапе вам потребуется глубокая и истинная вера, а также немалая целеустремленность. Иначе вы не сможете точно расставить свои приоритеты, сдадитесь и свернете с пути к вашей большой цели ради выполнения незначительных мелких задач.

Понятное дело, что поиск своей цели может занять долгое время и на пути к ней у вас будет появляться соблазн делать выбор в пользу сиюминутных удовольствий и быстрых результатов, а также получения одобрения от начальства. Но гонясь за положительными отзывами и словами похвалы в свой адрес, мы часто отвлекаемся от настоящей любви и нашей истинной цели.

Принимать правильные решения мне обычно помогает само время, ведь, когда я тороплюсь, я всегда говорю «да». И наоборот, когда у меня есть свободная минутка, я лучше повторю сама себе: «Подумай о том, что для тебя важнее всего – о своей любви и истинной цели. То, о чем тебя сейчас просят, не принесет тебе больше любви. Также это не поможет тебе достичь цели».

Некоторым из нас тяжело огорчать тех, кто пользуется авторитетом, или тех, кого мы хотим впечатлить, или тех, кто кажется нам уважаемым и достойным подражания. Лично я поняла, что расстраивать окружающих мне не позволяет моя склонность к преувеличению моей близости с кем-то, и поэтому мне становится крайне важно не ранить этого дорогого для меня человека. Но, присмотревшись повнимательнее, я замечаю, что сама вовсе не являюсь для него настолько близким другом. Разумеется, это открытие вовсе не наносит мне глубокую сердечную рану, его действие больше похоже на легкую досадную неприятность. А это совершенно разные вещи. Также существует большая разница между прекращением дружбы или семейных отношений и высказыванием всей правды о чужих недостатках. Теперь я уверена, что многие мои дружеские отношения только укрепляются, когда я более откровенно говорю о том, на что реально способен мой собеседник.

Те из нас, кто не сильно заботится о том, что о них думают другие, особенно не страдают оттого, что огорчают окружающих. Честно говоря, я сама еще не достигла этого уровня. Думаю, что женщинам это тяжелее, чем мужчинам, а особенно трудно приходится матерям, ведь с рождением ребенка мы неизбежно становимся добрее, чувствительнее и сентиментальнее.

Я каждый раз напоминаю себе: это не принесет мне больше любви, поэтому, если я скажу «да», это не приведет меня ни к чему хорошему. Я не стану лучше, а, наоборот, буду испытывать лишь злость и обиду.

В этом году я дала себе слово совершать только вполне конкретные и определенные поступки, и если то, что хотят от меня, не входит в этот список, то это становится помехой на моем пути. Поэтому понимание своих целей и приоритетов на ближайшее время так важно для нас – в этом случае наши поступки становятся безошибочным показателем верности решений, которые мы принимаем.

Представьте себе ваши отношения в виде концентрических кругов: внутренний круг – это ваша вторая половина, дети и лучшие друзья. Следующий круг – остальные родственники и менее близкие приятели. Затем просто знакомые, коллеги и т. д., в направлении к внешним границам. Поставьте себе цель как можно реже расстраивать людей, находящихся в самом центре. А затем понемногу двигайтесь к периферии – старайтесь не огорчать и тех, с кем вы не особенно близки, кому не нужны ваши преданность и самоотверженность.

А для того, чтобы у вас это получилось, вам необходимо дать даже самым близким людям – а точнее, в первую очередь именно им – реальные представления о том, на что вы готовы ради них.

Мы расстраиваем людей, потому что мы ограничены. Нам приходится привыкнуть к мысли о пределах наших возможностей, чтобы смириться с тем, что из-за этого мы расстраиваем близких людей. У меня есть ограниченное количество времени. Я обладаю ограниченным запасом энергии. Я имею ограниченные способности к серьезным отношениям.

И вам станет легче. Первые несколько раз, когда мне приходилось произносить слово «нет», были просто невыносимыми. Но когда вы начнете регулярно говорить правду о том, на что вы действительно способны, а что, наоборот, вам не по силам, кем вы на самом деле являетесь, а на кого совсем не похожи, то вы удивитесь, насколько сильнее окружающие станут поддерживать вас. Вы внезапно заметите, насколько меньше вы будете заботиться о тех, кому, в общем-то, тоже нет никакого дела до вас.

Когда вы будете говорить: «Это я могу сделать, а вот это – нет», – вы будете ощущать настоящую свободу. Вы сможете искренне любить свою работу, так как вам больше не придется придумывать различные хитрости, чтобы вас любили и уважали. Вы сможете спокойно ценить то добро, которое вы будете дарить окружающим, ведь вы будете делать это от всей души, а не по чьей-то просьбе или из-под палки.

Слово «да» – это мой инстинктивный ответ, моя «стандартная настройка». Но я все равно стремлюсь к тому, чтобы время, проведенное с Аароном, разговоры с ним, а также моя честность и вера помогли мне яснее разглядеть как то, что в моих силах, так и то, на что я не способна, и все это со спокойной душой и без лишнего возмущения. Мое «нет» – это тоже «да», но в более глобальном смысле.

Недавно одна приятельница, которую я знаю не слишком хорошо, попросила меня помочь ей. Во мне тут же проснулись все мои старые импульсы. Да без проблем! Я же твоя подруга! Проси что хочешь! Затем я подождала какое-то время, а потом очень вежливо отказала ей. Тем не менее в итоге мы обе вполне справились с этой ситуацией. Все это – лишь первые шаги на пути к вашему будущему счастью и гармонии.

Чему учит вода

Начало и конец этой истории связаны с водой, и наши каникулы на озере – это тема, проходящая через все повествование. Вода продолжает оставаться для меня постоянным духовным образом.

Эта книга, если бы я писала ее не словами, могла бы быть показана линией на карте США – сперва она бы петляла туда-сюда, а затем направилась в Чикаго, чтобы потом привести к любимому городку на озере, расположенному в ста километрах от нашего дома.

Именно на этом озере я осознала, как далеко я зашла или как далеко мне еще предстоит двигаться. А возможно, и то и другое. На озере я пересмотрела свои приоритеты, чтобы они стали больше соответствовать моей истинной сущности.

Я иногда задумывалась о том, а не переехать ли нам туда навсегда – в этот маленький городок на озере Мичиган? Но мне казалось, что тогда мы бы привезли туда часть суеты большого мегаполиса и в скором времени нам бы понадобилось новое место, чтобы перезарядить там свои батареи. Часть магии этого озера заключается именно в том, что оно не является нашим настоящим домом – оно находится в другом месте, и это другое место позволяет нам более ясно увидеть ход и дальнейшее направление нашей жизни.

Таким образом, пусть нам не обязательно постоянно жить на озере, но мне все равно необходим тот образ жизни, который я ощущаю там, чтобы понять и осмыслить, как я живу все остальное время. Озеро дает мне то, к чему я могу стремиться – оно напоминает мне о моих реальных целях, оптимизирует жизненный темп, задает правильный формат поведения. Благодаря ему я чувствую связь с Господом и ощущаю себя частью нашего прекрасного мира, вместе со всеми населяющими его людьми, и я не отягощена ничем ненужным.

Во время тех каникул моя жизнь стала определенно менее яркой. Хотя в то же время она стала более радостной – по меркам этого крохотного городка, где подобные вещи имеют значение только для меня и моих близких. Здесь происходит гораздо меньше событий – публикуется меньше книг, проводится меньше культурных и развлекательных мероприятий, отсюда редко выезжают, люди здесь менее активны в соцсетях. Остается только природа, которая все так же прекрасна и безмятежна и при этом полна настоящей жизни и гармонии – то есть всего того, что я так тщательно и долго искала.

По моему опыту, если вы хотите получить такой же результат – начните с внешних изменений, так как это действительно лучший способ. Определите себе новые моральные обязательства и начните рисовать концентрические круги, составьте список ваших знакомых и начинайте говорить «нет» вместо «да». Со временем это освободит вас от того ада, в котором вы находились, позволит вам дышать полной грудью, и тогда вы сможете перейти к следующему этапу – ответу на вопрос: зачем я делаю это? Что заставляет меня жить в таком головокружительном темпе? Почему я верю, что бесконечная работа спасет меня? Зачем я жертвую собственным здоровьем и счастьем, чтобы у окружающих сложилось впечатление, что я серьезный и ответственный человек?

Во время наших предыдущих поездок на озеро я уже пыталась начать свой путь к спокойствию и душевному равновесию. Но тогда это получалось у меня плохо, я постоянно вспоминала о работе и других важных делах и теряла концентрацию, продолжая отвечать «да» на любой вопрос. Чтобы наконец прекратить эту бешеную гонку, мне требовалось нечто большее, чем просто смутное желание что-то изменить. У некоторых из нас страсть к вечному движению так сильна и непреодолима, что порой достаточно лишь одного слова или жеста, чтобы она снова овладела нами.

Один приятель как-то заметил, что погоня за карьерой отбила у меня всякое желание ездить по стране и общаться с моими читателями. Ведь в итоге я стала удовлетворяться тем, что они могли просматривать мой блог, а личное общение с ними мне было уже не столь необходимо. И я считала это вполне нормальным. Я ответила ему, что делала это специально. Ведь, в конце концов, я писатель, а не оратор, но, с другой стороны, я не смогу написать новую книгу, если буду думать только о работе и совсем забуду о самой себе.

У меня было чувство, что мне не удавалось проявлять свои лучшие качества, вместо этого мне приходилось притворяться более сильной и выносливой, чем я была на самом деле. Это помогало мне справляться со своей работой, ведь настоящая я – нежная и капризная – запросто могла не выдержать.

Чем больше мы взрослеем, тем сильнее нам хочется сохранить то лучшее, что есть в нас. При этом самое интересное заключается в том, что в молодости мы боролись с этими качествами. Нам казалось, что они делают нас странными и непохожими на других и что от них нет никакой пользы. Мы считали свои врожденные особенности детскими и наивными и полагали, что они никак не пригодятся нам на практике. Но оказалось, что именно в этих особенностях и заключается наша индивидуальность. Это и есть мы – такие, какие есть, независимо от того, как мы сможем применить эти качества в реальной жизни.

Сейчас отличная погода для написания книги: пасмурно, холодно, ветрено. Если ненадолго выглядывает солнце, то вся магия внезапно нарушается. Но, с другой стороны, когда холодает, я уже не могу открыть балконную дверь, а ведь стояние на балконе является одним из самых приятных моментов моего домашнего уединения.

Когда я вглядываюсь вдаль, я могу разглядеть реку, сваи, старые корабельные доки. Деревья выросли выше крыш, и мне начинает казаться, что я нахожусь в доме на дереве. С реки дует свежий ветер. Иногда его порыв проносится по комнате, и тогда с тумбочки слетают листы бумаги, а дверь скрипит старыми петлями.

Последние выходные мая – те самые, когда мы наконец приехали на озеро, – оказались на удивление приятными, и во многом это случилось благодаря моим героическим усилиям: ведь раньше мы проводили их за безумным шопингом, готовкой и планированием меню на следующую неделю, бесконечными гостями, готовящимися проектами, текстами и всевозможными встречами. Мы предпринимали отчаянную попытку начать летние каникулы бодрящим коктейлем, парой порций мороженого и приятной лодочной прогулкой, что в итоге заканчивалось глубоко под вечер.

Но в этом году все было совсем иначе. Мы полдня проторчали на пляже, так как там было все, что нравится детям, – песок, солнце, а также бесконечные возможности для веселых игр, шумной беготни и радостного визга. Мы рано легли спать, ведь после такого насыщенного дня дети должны были как следует отдохнуть. Проснувшись, мы все утро просидели в пижамах. Мы сидели за столом на кухне Голубого дома и поедали пончики, запивая их кофе. Мы жарили зефир на костре и рисовали на асфальте. Мы поедали мексиканские лепешки с местного фермерского рынка, а дети ели клубнику на лужайке. Мы никуда не торопились. Это было так просто, но удивительно приятно. Я поняла, что мне было нужно совсем немного, что нельзя объять необъятное. Долгие годы я пыталась угнаться за двумя зайцами, и мне казалось, что это вполне достижимо.

Но я ошибалась. Мои извечные грехи – гордость, заставлявшая меня постоянно кому-то что-то доказывать, и моральное чревоугодие, толкавшее меня вперед – показали мне неверный путь. Вместо них я выбрала покой и естественность.