Kitobni o'qish: «Лабиринт на орбите»

Нечто на тему нехороших пришельцев, возможных сценариев развития ситуации в связи с этим на нашей Земле, немного популярного сейчас Содружества миров по игре EVE-online. Последнего совсем чуть-чуть в первой книге, чисто для антуража. В книге принята система баз, система координат Содружества, обозначения поколений техники, ранговость и классификация, описанная мною в моей первой серии книг по миру EVE-online – цикл «Технолог». Никаких пересечений с той линией не предвидится автором на момент начала написания книги.

Глава 1

Звездная система 22-К35-122Х по каталогу Содружества, жителям Земли более известная под названием Солнечная система.

Пространство в районе шестой по счету от звезды планеты, с кольцами из миллионов астероидов разного размера, космической пыли и еще кое-какого пустотного хлама, притянутого гравитацией гиганта, по-простому Сатурн. Триллионы тонн космических тел неслись по своим орбитам вокруг газового гиганта системы в полной тишине уже миллиарды лет, лишь кое-где можно было заметить вспышки среди этой серой безмолвной массы – это ценная порода давала отблески, когда солнечный свет попадал удачно на скол камня. Но те же миллиарды лет этого никто не видел, и даже в мощные телескопы, через которые ученые изучали иногда планету, эти блики заметить было практически невозможно. В какой-то момент времени пространство слегка видоизменилось: почти в непосредственной близости к несущемуся по круговой орбите каменному потоку стало разгораться странное свечение в виде расходящейся из одной точки серебристой пленки с фиолетовым отливом. Любой человек, поглядев на это явление, с вероятностью 100 % сказал бы, что это какое-то жидкое вещество, наподобие ртути или иного жидкого металла, который планомерно расширяется от точки возникновения во все стороны равномерно со скоростью нескольких метров в секунду.

В течение ближайших минут небольшое первоначальное пятно успело растянуться в круг диаметром до полукилометра, продолжая трепетать по всей своей огромной площади как живой организм, а затем расширение прекратилось, и вместе с этим поверхность успокоилась, став одной ровной большой круговой аномалией в пустоте. В конце всей этой нереальной для этой части космоса картины, в пространстве возле колец Сатурна висело идеально круглое мерцающее зеркало фиолетового оттенка. Неподвижность и идеальное спокойное состояние этого аномального объекта сохранялось недолго, еще минут десять, а затем из центра пятна стал «выдавливаться» чужеродный для Солнечной системы объект, имевший определенно искусственное происхождение. Само же «жидкое серебро» по мере выхода из него нового объекта как будто «натягивалось» на него, обволакивая своей сущностью – процесс проявления нового небесного тела продолжался минут двадцать. Искусственное сооружение появлялось как бы ниоткуда, а серебряная с отливом субстанция как будто хотела его защитить, оседая на его поверхности мерцающей серебристо-фиолетовой пленкой. Наконец незнакомец проявился полностью, став похожим на неправильный длинный угловатый огурец, а пленка на его поверхности стала быстро разгораться все ярче и ярче – за пару минут она взорвалась миллионом цветных шариков, быстро растворившись в черной пустоте космоса.

На месте серебристого кокона сторонний наблюдатель (если бы он тут имелся) мог созерцать звездолет неизвестной цивилизации – ничем другим эта штука не могла быть по определению: шестигранник длиной более полутора километров, с диаметров до километра. Вся поверхность нового участника этой звездной локации тускло блестела в лучах Солнца, словно матовая, граненая серебристая пуля. Затем объект ожил: в разных местах их него потянулись струйки газа, тут же распыляющиеся в пустоте пространства, также пришла в движение часть обшивки гостя, выпуская из себя разные конструкции в виде ферм, стержней и плоских прямоугольников. Повинуясь своим двигателям, звездолет стал медленно разворачиваться, одновременно поднимаясь вверх от опасного соседства со скоростными астероидными кольцами Сатурна, но пришельцу немного не повезло. Пару камешков, вращавшихся по дальним орбитам вокруг гиганта отдельно от основного потока своих братьев, успела влететь в борт путешественнику, слегка изменив идеальный внешний вид этой «пули»…

Борт тяжелого носителя проекта «Иб-сен», пятое поколение, верфи конгломерата Хаман. Приписан: империя Гармор, система Дино-2, клан «Эхойз».

– Нештатный выход из прыжка, касательное попадание в правую полусферу, секции № 34,35 разгерметизированы, секции № 22, 24 – прорыв внешней обшивки, потерь в экипаже нет,… вышли из зоны поражения, провожу оценку повреждений.

– Капитан в рубке – подал голос дежурный пилот, когда в помещение быстрым шагом вошел хозяин звездолета.

Сама рубка носителя представляла собой круглое помещение, стены которого казались полностью занятыми плоскими панелями экранов, на которых сейчас отражалась навигационная и тактическая обстановка системы желтого карлика, куда звездолет летел больше трех месяцев – здесь находилась цель его полета. Аналогично по кругу располагались рабочие места-ложементы оперативного офицерского персонала носителя: основной пилот, второй пилот, связист-локационщик, операторы бортового вооружения, операторы защитных систем, и еще парочка ложементов, которые не имели постоянных хозяев – их редко использовали. Вошедший мужчина отличался от любого землянина неестественным серым цветом кожи и белыми глазами, в которых плавали два маленьких черных зрачка – собственно, все остальные на борту этого космического скитальца тоже принадлежали к этой расе гуманоидов, которых в Содружестве называли гарморами или гарморцами. Империя Гармор являлась одним из крупнейших звездных образований в этом самом Содружестве, но обладала одним существенным отличием от остальных членов галактического образования людей – в империи легализовано право на рабство, а рабовладение является одним из столпов экономики Гармора.

– Как вы ухитрились влететь в астероиды, бараны? – капитан Бук Тарто находился в плохом расположении духа и сейчас искал на ком оторваться – кто додумался выходить в обычный космос вблизи астероидного потока? И почему без включенного щита?

– Простите капитан, но это один шанс на сотню – подал голос пилот, осознавая с грустью, что крайним сделают его, поэтому попробовал оправдаться – система почти не изучалась никем, как вы это сами знаете. По данным того разведчика, который обнаружил ее полторы сотни лет назад, здесь девять планет и ни одного астероидного поля – поэтому искин, скорее всего выбрал одну из двух планет-гигантов в качестве «якоря» при выходе из гиперпространства. Кто ж знал, что именно у этой планеты такое мощное астероидное поле в виде кольца,… издалека, кстати, очень красиво!

– Красиво? – Тарто потемнел лицом от прилива крови и злости – ты здесь для чего сидишь: чтобы любоваться красотами дикой системы или пилотировать мой корабль? Почему вышел из прыжка без щитов?

– Капитан, это я виноват – подал голос из динамиков бортовой искин звездолета по имени Гауд – данных о наличии астероидных полей действительно нет, поэтому мы посчитали лишним активировать щит. Это абсолютная случайность, ведь если бы я выбрал в качестве якоря другой газовый гигант, ничего бы не произошло,… шанс менее чем один на сотню, если не на тысячу, просто нам не повезло. Я провел оценку повреждений: ничего критичного, кроме потери нескольких квадратных метров обшивки – в указанных секторах отсутствовали разумные и ценное оборудование. Никто не пострадал из экипажа, бортовая эскадрилья не понесла никаких потерь в целостности конструкций – по моим оценкам, штатный инженер с техниками справятся с повреждениями за сутки,… вызвать инженера в рубку?

– Нет, зачем он мне тут нужен? Пусть идет и работает, раз задача ясна,… каков размер ущерба в деньгах, Гауд?

– Минимальный, босс – не более двенадцати тысяч кредитов – шесть листов брони, немного кабелей и работа ремонтного комплекса.

– Чтобы больше ни у кого не возникало глупых мыслей наплевать на протокол безопасности при выходе из прыжка в неизученной системе, всю сумму ущерба высчитать из зарплаты дежурного пилота,… с тебя Гауд взять-то нечего, к сожалению – капитан очень любил деньги и очень не любил их терять. Понятно, пилот?

– Понятно шеф – нахмурился последний, но показывать свое несогласие поостерегся – Бук Тарто не терпел возражений и часто рукоприкладствовал, считая, что экипаж следует держать в форме – какие будут указания по тактике, шеф?

– Пока висим и ждем остальных, на орбиту третьей планеты отправьте разведчика – пусть подключится к их информационным сетям и составит для нас парочку-другую языковых пакетов этих дикарей. Пусть сначала Гауд освоит эти пакеты, а потом мне на нейросеть прислать результаты разведки: все как положено – уровень развития, ведущие государства, степень возможного сопротивления нашему вмешательству… не мне вас учить, работайте!

В течение первых суток, пока техническая группа устраняла повреждения, вышел из прыжка корабль поддержки – многоцелевая посудина, частично являвшаяся складом, частично носитель и немного боевого направления на закуску. Этот звездолет выпрыгнул более удачно, ничего себе не повредив, а на вторые сутки выпал из гипера третий и последний участник похода, тоже неопределенного назначения. Нет, по классификации Содружества этот звездолет когда-то относился к типу средних транспортов, но многочисленные внешние и внутренние перестройки сделали из него смесь грузопассажирского транс-системного лайнера и медицинского мобильного госпиталя на три десятка лечебных капсул разной специфики. Основными из них были устаревшие «Эмга-42мед», которые планировалось использовать в этом рейде по одному из запланированных способов зарабатывания денег на отсталых аборигенах. Когда небольшой караван собрался, капитан решил занять стационарную орбиту вокруг третьей планеты – кислородного мира с разумным населением, которое обнаружил все тот же разведчик полторы сотни лет назад. Анализ поступающей информации по планете с названием Терра продолжался еще несколько витков вокруг нее, а в это время команда овладевала языковым пакетом аборигенов, который подготовил для нее искин звездолета Гауд. Хоть большинству экипажа языки отсталых туземцев и нафиг были не нужны, но базы лежали в сети каравана совершенно свободно и бесплатно, поэтому их учили все – тем более что заняться здесь особо было нечем, а так можно будет послушать ту истерику, которую уже подняли местные, обнаружив на своей орбите неизвестных визитеров. Через шесть оборотов планеты, или говоря языком аборигенов шесть суток, капитан собрал в кают-компании носителя офицеров клана, которые одновременно числились пайщиками акционерного общества с названием «Эхойз».

– Итак, коллеги – начал совещание Бук – наши аналитики подготовили доклад о том, что, по их мнению, мы будем делать в этой забытой всеми древними захолустной системе.

– Хм, а что тут есть варианты разве? – удивился один из офицеров – я думал, что мы используем полученную информацию, прилетим сюда, быстренько наловим себе рабов с хорошими показателями и свалим обратно,… разве мы тут не за этим, шеф?

– Нет, не совсем так – покачал головой Тарто – тут действительно есть варианты, и кроме того, не все так однозначно с этими самыми показателями у аборигенов, да и ловить их нам не с руки, ведь местные за свою недолгую историю научились довольно успешно убивать друг друга. На данный момент у них весьма эффективные системы ПВО, авиация и ракетные системы – мы можем больше потерять, спускаясь и взлетая туда-сюда с живым товаром, чем успеть наловить этот самый живой товар,… но давайте послушаем все же наших аналитиков, терпенье.

– Прежде всего, хочу начать с первого вопроса, который видится многим здесь присутствующим основным в данной точке пространства: потенциальные рабы с высокими показателями КИ и КО. Проведенный анализ показывает, что следует ограничиться лишь парой континентов, или скорее, территориями, поскольку разброс указанных величин по всей планете весьма велик, основываясь на наших критериях отбора. Например, континент Африка – полностью для нас бесполезен, уровень развития аборигенов с черной кожей крайне низок, что ставит крест на перспективе использовать их на работах со сложным оборудованием,… аналогично почти так же и континент южная Америка. А вот северная Америка – это одна из наших потенциальных площадок по вопросу набора рабочей силы, также сюда следует отнести материк Евразию, особенно его часть с названием Европа.

– Мы тут посмотрели пакет по анализу ситуации – прервали говорившего – здесь огромное количество узкоглазых людей во второй половине материка – высокий уровень технологий, быстрое развитие, вот только я считаю, что нам не хватало еще местных коритцев ловить! Их тут более двух миллиардов – предлагаю рассматривать территории, где за последние несколько сотен лет население изобрело что-то выдающееся, как оно само это считает,… и эту Азию сюда не учитывать – категорически против этих малоросликов!

Реакцию и высказанное мнение говорившего товарища поддержали, хоть и все знали, почему этому типу так не нравились низкорослые азиаты – в прошлом году мужчина лишился одного каравана, который полетел в сторону директората пощипать узкоглазых. Но не срослось – местные надрали зад серолицым и прибрали к рукам имущество мужчины, так что теперь он вынужден был зарабатывать на жизнь в должности офицера клана «Эхойз», лелея внутри себя планы о мести.

– Я продолжу – снова подал голос аналитик – предлагаю разместить на поверхности планеты несколько пунктов вербовки – вести дела будем на первый взгляд официально, хотя платить рабам не будем – это глупо! Три-четыре точки на территории северной Америки, и столько же на территории Европы, но не далее так называемых Уральских гор – западная часть материка густо заселена, и набрать кандидатов там будет намного проще, чем в восточной части материка.

– И что, просто откроем пункты вербовки и будем открытым текстом приглашать всех подряд? Сомневаюсь, что их властям понравится такое поведение на их же территориях – вот капитан сказал, что их войска могут нам здорово помешать в плане вывоза ценного живого имущества – как вы себе это представляете?

– Открытие вербовочных пунктов, это вторая часть плана – конечно же, нам не дадут просто так расположиться на их землях и вывозить население без согласия властей. Но мы ведь никого особо не собираемся спрашивать – я предлагаю план устрашения в несколько ходов, после которого по нашим расчетам, нас и наши пункты больше никто не будет трогать вообще. Итак, первый пункт: мы выходим на связь с планетой и ставим их перед фактом того, что они не одни в космосе, и что мы хотим предложить части населения работу в другом мире. По сути, они итак уже знают о нас, но мы пока молчали, а сейчас самое время поговорить.

– А вот когда вы говорите «мы выходим на связь с планетой», то вы кого имеете в виду конкретно? Эту их контору под названием ООН – там государственных образований больше, чем у нас экипажа?!

– Нет-нет, ООН – пустой звук, всего лишь видимость – вся деятельность этой шарашки сводится к постоянным заседаниям, где они выражают друг другу обеспокоенность и озабоченность. Нет, общаться будем с правительствами США, Канады, России и объединенного Евросоюза,… ну, можно сюда добавить еще пару стран, но это несущественно – местные коритцы и хаманцы нас не интересуют, мы это уже обсудили. И я продолжу: второй пункт нашего плана – чтобы не плодить у аборигенов (вернее у их властей) глупых надежд на то, что их мнение кого-то интересует, сразу сносим им всю орбитальную структуру. Там если разобраться, и такого понятия нет: жалкие спутники связи и шпионские недоразумения – цивилизация по факту на докосмическом уровне. Исключение сделаем лишь для их, так называемых космонавтов – на орбите вертится пародия на станцию – этих людей снимем аккуратно, проведем с ними разъяснительную беседу, чтобы они передали вниз наше видение ситуации, а саму эту «станцию» тоже сбросим им на головы. Потом всех космонавтов спустим вниз – сомневаюсь, что наш челнок попробуют сбить при посадке, ведь там их люди будут как-никак, а вот при обратном взлете очень может быть. И если это произойдет, то сразу кинем вниз несколько контейнеров с боевым вирусом – что-нибудь не слишком живучее, с периодом жизни не более суток – чисто чтобы напугать, нам ведь мертвая планета ни к чему?

– А если попробуют вывести на орбиту нечто военное с надеждой поцарапать нам шкурку? – рассмеялся капитан, поглядывая на коллег.

– Да там и выводить нечего: военных технологий для сражений в космосе у них нет, а даже если и попытаются – что ж, собьем, а потом кинем еще по контейнеру.

– Да, но так мы восстановим против себя всех аборигенов – никто не пойдет в вербовочный пункт, сочтя нас агрессорами, решивших зачистить всю органическую жизнь на планете для ее колонизации другой цивилизацией. Вы же сами сказали, что воевать с ними внизу нам неудобно – больше потеряем, чем возьмем,… в чем тут смысл таких действий?

– Как я уже сказал, этих «космонавтов» мы обработаем в прямом смысле этого слова – пропустим через наши лечебные капсулы, покажем свои возможности, кое-что поправим в их телах, о чем ни они, ни их медицина, скорее всего и не догадываются. А потом сразу выйдем в эфир на основных новостных каналах с речью, суть которой сведется к тому, что мы прилетели дать их населению возможность выбрать новую жизнь в новом мире. Или можем вылечить много кого и много чего – не бесплатно, конечно же, но вот возникла такая проблема с их чиновниками. Последние атаковали наш бот, на котором мы привезли полностью здоровых космонавтов, а нам в ответ такая благодарность – то есть мы можем многим помочь с их болезнями, но ваши правительства хотят такой сервис только для себя и небольшой группы приближенных к власти людей – остальным аборигенам хватит и местной медицины. Потом все просто, как мне видится эта ситуация: беспорядки, революции, и в конце всего этого хаоса лояльные к нам новые чиновники – а дальше уже простой процесс набора рабов вполне официально, без спешки и сражений. Конечно, куда и в каком качестве попадут все эти люди в конечном итоге никому знать не обязательно – зато таким путем сбережем и экипаж и технику.

– И что мы тут будем делать все это время, пока там внизу аборигены будут проводить перевыборы?

– В основном, сидеть ровно на попе и развлекаться – улыбнулся аналитик – и вот как раз тут есть еще одна идея, как заработать вполне легально и без обмана… «Шоу на выживание» в прямом эфире этой дикой планетки!

Докладчик победно осмотрел всех присутствующих, но лица у всех рейдеров выражали примерно одно и тоже: скепсис и непонимание ситуации. Поэтому тяжело вздохнув, аналитик продолжил свой доклад, вываливая на головы слушателей детали своего плана.

– Идея основана на предположении, что все разумные примерно везде одинаково мыслят: все захотят посмотреть в прямом эфире реальную кровь, льющуюся из их соотечественников, смерть от различных ловушек, животных или механизмов и так далее. У них когда-то такие зрелища были широко распространены,… еще на заре становления цивилизации, а потом туземцы понемногу стали ограничивать такие развлечения, но ведь интерес не пропал – уверен, что желающих заплатить за просмотр такого рода шоу наберется много, очень много. Кстати, у них тоже был период рабовладения, да и сейчас есть места, где одни живут в качестве рабов, а другие в роли их хозяев – просто это беззастенчиво скрывается и стыдливо замалчивается, но факт остается фактом. Вломимся в их трансляционные сети и откроем свой круглосуточный развлекательный канал – никто не станет мешать новому действующему лицу после контейнеров с вирусом.

– А зачем нам их деньги? – нахмурился один из офицеров – что на них тут можно купить, это же недоразвитый мир по нашим меркам. Рабов будем затягивать сюда по вашей схеме – это понятно. А как заставить аборигенов идти на эти самые испытания, если там они будут дохнуть пачками? И вообще – как это все будет выглядеть?

– Во-первых, стимулы: здесь есть несколько вариантов – большие денежные суммы в их валюте или ценных на планете металлах – тут вообще проблем не вижу, так как трансляции будут платными. Местные называют такой вид доступа к контенту кабельным телевидением, а учитывая, что мы перед этим сильно сократим их видео-развлечения, когда снесем спутники с орбиты, то наша популярность гарантирована. Без проблем внедримся в их информационное пространство – кто будет много возмущаться, с теми разберемся, но я предполагаю, что сами операторы таких услуг выйдут на нас с предложением о сотрудничестве. Захотят примазаться, срубить кредитов – все как везде! Вместо денежных стимулов можем предлагать кандидатам услуги нашего медицинского сектора: например, бывшие военные или инвалиды, у которых нет денег на наши услуги – такой тип аборигенов – это наш кандидат на шоу 100-процентов. Тут можно даже их лечить перед самым шоу, чтобы туземец смог полноценно в нем поучаствовать, а не подохнуть в первом же испытании из-за неполной функциональности тела – так сказать авансом, зато какая реклама нам! Получится так: смотрите, у этого мужчины отсутствовала левая нога после службы в армии, он мучился с протезом, а инопланетяне его вылечили – значит, не врут о своей продвинутой медицине,… гарантированный приток кандидатов, да и тех, кто сможет оплатить свое лечение – без вариантов, коллеги!

– Да, это все понятно, но зачем все же нам их деньги? – снова полюбопытствовали из зала – что нам с ними делать, куда потом девать?

– Основная масса пойдет на выплаты призов выжившим, хм, ну, то есть тем, кто пройдет все испытания по договору – не нам же платить из своего кармана?! Не забывайте, что все это лишь прикрытие нашего основного плана – набрать в спокойной обстановке аборигенов с высокими показателями. Оставшуюся часть пустим на закупку у местных природного сырья – предлагаю закупать высоколиквидные товары, занимающие мало места: в первую очередь драгоценные камни и кристаллы. Добавлю еще по стимулам: испытания будем устраивать таким образом, чтобы сразу не дохли, да и пачками, чтобы не ложились – это плохо скажется на рейтингах и притоке желающих рискнуть, а кроме того предлагаю особо удачливым давать возможность подписывать долгосрочные контракты для работы в наших мирах – не всем же ошейники одевать! Не сомневаюсь, что среди общей массы претендентов, которые посетят наши пункты на планете, мы найдем много ценного материала с высокими показателями КИ и КО – зачем такой высококачественный товар убивать или портить как либо. Разыграем все тонко, чтобы внешне все выглядело так, будто бы человек умен, целеустремлен и его ждет хорошая карьера в звездном Содружестве. Кстати, все шоу будем записывать – не сомневаюсь, что на такие зрелища у себя дома найдем богатых покупателей.

– Надо будет добавить возможность подсказок в прямом эфире со стороны зрителей – вставил один из офицеров – это тоже поднимет популярность канала у местных. Да и неплохо бы и нам иметь такую возможность – участвовать время от времени в качестве технического консультанта, все же это наше предприятие! И кстати, где и как мы это все разместим физически?

– Есть две почти пустые в данный момент палубы на транспорте – искин сейчас готовит проект перепланировки под наше шоу и просматривает их интернет на предмет подобных представлений. Сделаем некий микс из испытаний на логику, находчивость и просто на выживание – для последних наловим десяток-другой их агрессивной живности разного плана, а недостаток добьем своими дроидами. Механизмы немного упростим, переделаем, уберем все вооружение и защиту, чтоб выглядело интригующе в глазах зрителей, ну а на крайний случай есть безобидные ремонтные дроиды. Можем и своих бойцов подписать за кредиты, но мне кажется, что это не понадобится.

– Хорошо, идею все поняли, я надеюсь – обвел всех взглядом капитан звездолета – приступайте, чего висеть тут зря, итак почти неделю по местному времени экипажи томятся от безделья, пора и начать уже кредиты зарабатывать!

Жан-Жак, француз, 44 года, отставной военный.

Жак любил за традиционными утренними круассанами с черным кофе смотреть телевизор – за последние два месяца там произошли существенные изменения в характере вещания, причиной которых стало появление в солнечной системе инопланетян. Как тогда оказалось, пришельцы хоть и выглядели вполне по-человечески, если не считать странного оттенка кожи и неестественно белых глаз, но больше смахивали на мертвецов своей бледностью,… да и повели себя весьма неоднозначно. Все надежды человечества о братьях по разуму, дружественных гуманоидах и всяких прочих розовых соплях быстро разбились в столкновении с реальностью. Абсолютно равнодушные ко всем проблемам Земли, серые гости прилетели к нам с простой целью набрать себе низкооплачиваемых гастарбайтеров – в обещания о высоких заработках для тех, кто пройдет успешно некие профтесты никто особо не верил – но вариантов у землян было мало. Жан плохо помнил, с чего там все началось тогда – толи пришельцы хотели некоторую территорию для своего консульства, толи еще что-то не поделили с правительством, но действовали серые жестко и быстро. Сначала пропала вся связь, завязанная на спутники, и вместе с ней большинство телеканалов – дикторы и комментаторы местных кабельных сетей тогда наперебой вещали об агрессивных звездных гостях, в один момент лишивших землян последних достижений в области коммуникаций.

Но Жак идиотом не был, хоть и прослужил всю жизнь в армии – скорее всего, руководство страны (да и не одной Франции, вероятно) не смогло договориться о каких-то преференциях для себя, или о чем-то подобном, и пришельцы немного для острастки слегка усложнили человечеству жизнь. Потом пару стран из тех, которые что-то пытались развивать в космосе, решили проверить гостей на прочность и почти синхронно (маловероятно – скорее как-то договорились) вывели на орбиту нечто военное, чтобы показать, кто есть кто. Вернее, попробовали вывести: США и Россия потеряли свои аппараты еще на стадии работы ускорителей в верхних слоях стратосферы – Жак немного интересовался космическими разработками планеты в свободное время, которого сейчас у него было море. Так вот: то, что две страны попыталось вывести на орбиту, туда не долетело, благополучно упав обратно – что-то нырнуло красиво в океан, распугав акул, а что-то грохнулось на головы случайным людям, никаким образом не связанными с этими странами и космосом в том числе. В тот же день пришельцы оккупировали часть каналов, выступив с речью, смысл которой укладывался в несколько фраз: «Мы прилетели не воевать, нам есть что предложить тем, кто хочет перемен – не бесплатно, конечно же! А вот ваши правительства не хотят перемен, и они подло атаковали наш мирный челнок. Но воевать мы тоже умеем!» Тогда погибло много людей – серые не особо выбирали виновных и просто накидали сверху какой-то гадости, в результате чего население планеты в один день сократилось миллионов на двести – вирус сбросили даже в Китае на Пекин, хоть и желтокожие старались, как всегда держать нейтралитет. Кстати, забегая вперед скажем, что вербовочные пункты открылись только в нескольких странах – в северной Америке, Европе и один пункт на севере России.

В результате скоропостижных «выборов» сейчас во Франции (да и везде, судя по всему) вполне лояльные к пришельцам чиновники, а сами гости устроили на планете сеть вербовочных пунктов, где можно пройти специальный медосмотр и получить (или не получить) разрешение на перемещение на орбиту. Жак еще вспомнил попытку заблокировать работу таких центров, когда стало известно, что пришельцы явные расисты: цветных не пропускали дальше входа – для Франции, где количество чернокожих и мулатов достаточно велико, такой подход сильно не понравился населению, и оно решило лично разобраться с наглыми гостями, раз уж новое правительство умыло руки от проблемы. И еще интересный факт – все вербовочные пункты серодлицые расположили не в столицах – для этого выбирали города поменьше, но обязательно на берегу моря или океана – например, такой пункт располагался на окраине Тулона, в Америке таких пунктов оказалось два – в Норфолке и Сан-Франциско, а в России почему-то в холодном Архангельске. Так вот о том народном штурме Тулонского вербовочного пункта: митингующих собралось прилично – Жак смотрел все это в прямом эфире, хоть ехать до Тулона ему недолго из его городишка. Он ожидал сюрпризов от пришельцев, которые, по его мнению, обязательно будут, и они обязательно не понравятся демонстрантам, учитывая, как бесцеремонно те сбросили вирус и в один момент убили более двухсот миллионов.

В общем, толпа заблокировала здание, которое выбрали себе серые – старые помещения пожарной службы, как сказала ведущая, освещавшая митинг прямо там, в прямом эфире. Все началось как обычно: лозунги типа «Нет расизму,… убирайтесь туда, откуда прилетели и так далее». Из здания вышла девушка с мегафоном – обычная француженка, не серая гостья и попросила от греха подальше очистить пространство и не мешать работе пункта. Подруга говорила без акцента – возможно, этот факт еще сильнее распалил демонстрантов, и толпа повалила в ее сторону с недвусмысленными криками и намерениями ворваться внутрь. Дальнейшие события Жак запомнил на всю оставшуюся жизнь: мадам быстро метнулась обратно в здание, уронив в панике мегафон, и в то же самое время створки ворот, где раньше стояли пожарные машины раскрылись, и оттуда полезла инопланетная боевая техника – тут Жан не мог ошибиться никак. Люди по своей природе не любят, мягко говоря, разных жуков, пауков и прочую многоногую дрянь, а то, что выползло из бывшей пожарной части вообще снесло всем мозги. Бронированные шестиногие монстры с лазерами, бластерами и еще чем-то, что бывалый вояка даже не смог для себя обозначить. Около дюжины механических чудовищ принялись косить в прямом смысле слова митингующих без всяких предупреждений и сантиментов – в этот день мир узнал, что смерть может передвигаться не только на гусеницах и колесах, но и ходить на манипуляторах.

Судя по всему, агрессивные механические насекомые атаковали людей еще чем-то, так как камера фиксировала падающих на землю митингующих, держащихся за голову и вопящих что-то невразумительное. Пауки ходили вокруг здания вербовочного центра, добивая раненых и лежащих без заминок, не разбирая дороги – многие погибли после того, как их тела пробило насквозь металлическими лапами роботов, а потом мрачная участь постигла и съемочную группу. Жак помнил тот момент – вот идет репортаж, вокруг хаос, крики, вопли и ужас – телеведущая тоже что-то кричит в прямом эфире, срываясь на плач,… а потом камера падает на газон и остается лежать там боком, и изображение у всех на экранах телевизоров тогда тоже перевернулось синхронно с камерой. Затем в кадр попала верхняя часть тела и голова ведущей – та тоже держалась за голову, стеная от боли, а потом эта голова взорвалась кровавым фонтаном, и в последний момент своей работы камера успела передать вид снизу на приближающегося инопланетного робота, который наступил на нее – на этом репортаж в прямом эфире закончился. Как оказалось впоследствии, примерно такая же картина приключилась и в Америке – местные негры, латинос и прочие представители местного цветного этноса тоже вышли на пикет, многие даже пришли с оружием – все-таки Америка свободная страна. Но и там все закончилось печально для демонстрантов.

Что характерно, власти во всех странах не стали больше пробовать как-то воевать с пришельцами – мертвые Вашингтон, Москва и Пекин тонко намекали, что расклад сил и возможностей явно не в пользу землян. А кроме того, представители пришельцев не показывались лично на планете – в вербовочных пунктах работали нанятые по интернету обычные люди из тех стран, где располагались эти центры. Инопланетники никак не вмешивались в дела нашей цивилизации (если не считать вирусной атаки) – только прием, обследование претендентов и резюме на пригодность – ты или подходишь, или нет. С последним дело обстояло двояко: на шоу по выживанию брали почти всех, хотя желающих было не так уж и много после того как жители планеты посмотрели несколько первых репортажей с орбиты, которые транслировались специальным кабельным каналом круглые сутки. По мнению Жака, выжить после серии различных по сложности комнат-загадок у простого обывателя шансов совсем мало – скорее среднестатистический гражданин (или гражданка) имел больше шансов склеить ласты уже на втором-третьем испытании. Хотя народ тонкой струйкой шел к пришельцам – призы для очень многих виделись весьма привлекательно, особенно медицинские услуги для прошедшего весь конкурс претендента, не говоря о деньгах. А вот для желающих переселиться в империю Гармор, как называли гости свою родину, условия, скорее всего, сильно отличались от условий участия в конкурсе. Как утверждалось в разных непроверенных источниках, на десять-пятнадцать тысяч пришедших на осмотр, гарморцы брали в лучшем случае парочку, притом что существовала предварительная запись на прием через тот же интернет, чтобы не создавать в центрах очередей.

Пришельцы требовали от кандидатов на переезд в их государство заполнить анкету, где надо было подробно описать свою профессиональную подготовку, уровень полученного образования, опыт работы, научные труды и еще кучу всего. Вероятнее всего, до 80 % анкет отсеивалось еще на стадии их предварительного просмотра, в оставшиеся 20 % входили почему-то в основном технические специалисты, медики со стажем и научные работники, имевшие подтвержденные монографии и диссертации в той или иной области науки. Жак не принадлежал ни к одним, ни к другим, ни к третьим – да и желания куда-то лететь у него не имелось, так как за свою службу в армии он успел вдоволь налетаться, наездиться и набегаться, не говоря о том, что и навоевался там досыта. Как бы в подтверждение последней мысли заныло левое колено – небольшой подарок от одной из последних «турпоездок» засел в очень сложном для хирургов месте, которое они не решились резать – иногда колено болело, иногда ныло тупой слабой болью, в основном на смену погоды. По этой причине Жан переехал на берег Средиземного побережья Франции, ведь, как известно, море хорошо сглаживает перепады давления в атмосфере – маленький городок между Тулоном, где располагалась контора инопланетян и Ниццей,… скорее деревенька, чем городишко.

Глава 2

Деньги после длительной службы на государство вроде и были, но по меркам самого мужчины их количество явно маловато – поэтому вот уже вторую неделю он смотрел это убийственное шоу, которое непрошеные визитеры назвали почему-то «Лабиринт на орбите». Жак смотрел и трезво оценивал свои возможности – многие испытания, по его мнению, были ориентированы на ловкость и риск – то, чего ему не занимать, и то, чего было явно мало в случайных кандидатах там наверху. Вот только колено серьезно снижало его маневренность, перечеркивая остальные преимущества. Досмотрев сюжет об очередном соискателе, вояка выключил телевизор и потянулся к лаптопу – ему показалось, что в первый раз, когда он читал официальные условия участия в этой «игре» между кланом «Эхойз», как себя называли пришельцы и любым жителем планеты Земля с кодовым номером системы 22-К35-122Х по каталогу некоего звездного Содружества, он что-то пропустил мимо внимания или не до конца понял.

– Ага, вот… – палец вояки скользил по тачпаду, прокручивая документ – вот, нашел!

Оказывается любому претенденту на роль игрока в шоу «Лабиринт на орбите» могли провести восстановительные процедуры по методике их цивилизации, при этом сумма финального вознаграждения могла измениться в меньшую сторону – этот пункт расписывался в шаблоне договора весьма расплывчато.

– Хм, то есть, если я соглашусь на роль подопытного мяса, то мне авансом вылечат ногу – это понятно как раз, ведь шоу с хромым на одну конечность вряд ли окажется интересным – поэтому и так суетятся. Хм-хм, подать заявку, что ли – Тулон близко, и, в конце концов, за ноги меня никто тянуть не будет,… хотя оговоренная минимальная сумма денежного приза в 50 миллионов евро вполне себе сумма, ради которой можно и рискнуть. Куплю яхту и поплыву…мечты…

Заполнение формы-заявки на сайте игры «Лабиринт на орбите» заняло у вояки полчаса – вопросов оказалось немного, но некоторые сильно озадачили отставника, например: «Согласны ли вы питаться человечиной, если прижмет? Или «Что вы больше цените в себе: левый глаз или левую почку?» Ответ на заявку пришел на следующий день – интернет, как ни странно работал все это время исправно, несмотря на зачистку орбиты пришельцами, чего нельзя было сказать о мобильной связи и спутниковом телевидении. Бывшего военного приглашали на собеседование в Тулонский пункт набора кандидатов, где он пройдет обследование, и в случае, если кандидатура будет одобрена (в чем сам Жак не сомневался, так как желающих калечиться было не так и много), то ему сразу предложат полет на орбиту. Все вопросы предлагалось обсуждать после медосмотра. Ехал и размышлял: правильно ли он поступает, в очередной раз рискуя своей жизнью за деньги, причем в первый раз в жизни не по приказу, но долго себя не терзал сомнениями. У людей, всю жизнь проведших в разных военных операциях и авантюрах, риск и азарт от ощущения опасности вкупе с ощущением уверенности, которое придает оружие в руках, всасывается в натуру такого человека. Поэтому думал не долго: фактически, все решил еще вчера, отправив свою заявку с сайта – все же полсотни миллионов евро, это серьезная цифра, ради которой можно и рискнуть здоровьем, особенно когда тебе за сорок и основная часть жизни уже прошла. Знакомую по тому кошмарному видеорепортажу старую пожарную часть отыскал быстро – возле здания теперь даже машины никто не ставил, поэтому уверенно припарковался у бордюра и зашел внутрь. Там его не стали долго мурыжить – несколько молодых француженок заставили слегка затрепетать от волнения сердце старого служаки, но подруги знали свое дело, и вскоре Жак уже забирался голяком в невиданный ранее им диагност, как объяснила ему предназначение аппарата одна из девушек. Внутри благополучно уснул, надышавшись каким-то газом.

– Хм, а как же…? – нахмурился вояка, когда спустя некоторое время вылез из агрегата и подвигал коленом.

– Вы о восстановлении, да? – улыбнулась дежурной улыбкой вербовщица – это не к нам, это все наверху, когда подпишите договор. Мы проводим лишь диагностику и отправляем результат работодателю, потом ждем его решения. Кстати, можете здесь не ждать – обычно, ответ приходит в течение суток, и мы тогда отправим вам письмо, когда вам надо явиться сюда – набирается некая по количеству команда, потом гарморцы спускают челнок и забирают претендентов, им летать за каждым человеком невыгодно.

– Гарморцы? – у Жана имелось несколько вопросов, на которые ему отвечали еще минут пятнадцать, после чего тем для продолжения разговора не осталось, и он вышел на улицу к своему автомобилю, а уже через три часа оказался дома. Нет, поговорить желание имелось, но девушка высказалась в том плане, что наниматели за ними следят и не поощряют пустые разговоры нанятого ими персонала. Подписание контракта откладывалось на несколько дней, которые Жак собирался потратить на завершение всех своих дел в деревне – что-то ему подсказывало, что он не пропадет там со своими навыками и вернется обратно уже другим человеком.

Майкл, 38 лет, американец – пилот гражданских авиалиний, полгода назад не прошедший очередную квалификационную комиссию, по факту – безработный.

Когда шесть месяцев назад Микки провалил очередную медкомиссию – что-то там со зрением не так оказалось внезапно, он неделю не выходил из дома – пытался успокоиться, принимая алкоголь в качестве лекарства. Потом немного отпустило – в принципе, ничего особо трагичного, если разобраться – можно и в мелких частных авиакомпаниях попробовать полетать, не везде так строго. Хотя, чего самому себе врать – опрыскивать поля, это совсем не то, чем он занимался последние полтора десятка лет до этого момента – в общем, жизнь дала трещину. Сначала ушла жена – самое ласковое слово, которое он услышал за тех несколько недель, пока думал чем заняться, оказалось «лузер». Но так как по непонятным ему причинам детей у них так и не появилось, то разрыв с супругой Майкл воспринял философски – хоть больше никто не будет выедать ему мозг по вечерам, когда прайм-тайм, и пиво идет лучше всего. Потом на его сознание обрушились эти инопланетяне, как будто последних событий в жизни ему было мало – польза от них в первое время лично для Микки оказалась только одна. После показательного уничтожения орбитальной сети спутников мобильная связь резко просела в качестве и покрытии, и Майкла перестали донимать частые звонки его бывшей, по старой привычке что-то от него требующей и громко кричащей в трубку.

Это, несомненно, был плюс, а вот уничтожение всего живого в Вашингтоне он воспринял крайне болезненно – патриот своей страны под действием паров алкоголя все время рвался в бой, но каждый раз сам себя же и останавливал в последний момент. Во-первых, оружия у него никогда не имелось во владении, соответственно и опыта в его применении никакого, да и все знакомые отговаривали – воевать, по сути, не с кем, враг недоступен. Да и столица осталась стоять там же, где и стояла все это время – просто там умерло все живое за неполные двое суток от неизвестного вируса. Пришельцы же спокойно сидели там, где их никто не мог достать – все технологии землян оказались бессильны перед парочкой звездолетов – воевать в космосе человечество еще не научилось. В тот момент США потеряли почти два миллиона людей, и Микки еще подумал, что если бы инопланетяне больше понимали в структуре его страны, то атаковали бы не политический Вашингтон, а стратегический Нью-Йорк – потерь было бы намного больше, а так в основном, пострадали лишь чиновники страны. Впрочем, все достаточно быстро наладилось – новое правительство взяло ситуацию под контроль, положение с миллионами трупов в Вашингтоне медленно, но решалось, а пришельцы тем временем перешли к дальнейшим действиям. Открыли представительства и стали вербовать людей в свой мир, что для многих американцев выглядело весьма заманчиво – улететь к звездам, это же чуть ли не самая давняя и желанная мечта человечества.

Майкл тогда еще проанализировал их предложение по найму – конкретно у него там очень высокие шансы найти работу, невзирая на какую-то непонятную фигню с глазами – медицина серых людей гарантировала почти идеальное здоровье любому почти до самой смерти. Тут все пояснялось вполне понятными словами: «Болеть вряд ли будешь, но вот от старости мы тебя не убережем, извиняй». А потом бац, и круглосуточный телеканал с орбиты и эта игра на выживание в прямом эфире, сорвавшая со многих маску добропорядочности и человечности – пилот узнал, что оказывается огромная масса людей на планете ставит деньги на жизнь или смерть своих земляков, не говоря о том, что сам канал оказался платным. Вся цензура пала одномоментно, открыв миру новый взгляд на телешоу. Но не все, конечно же, восприняли это спокойно – Микки помнил те кошмарные репортажи, когда оскорбленные расовой дискриминацией, цветные жители Америки и им сочувствующие решили показать наглым пришельцам, что народ в этой стране сила. Новое правительство почему-то не спешило выяснять отношения с визитерами, и Майкл в душе это понимал – а вдруг еще чего побольше скинут на парочку городов – тогда коллапс гарантирован.

Для демонстрантов, кстати, все закончилось плохо: невиданные до сего момента чудовищные ходячие машины пришельцев залили кровью улицы возле вербовочного пункта в Сан-Франциско – полиция приехала только вместе с труповозками констатировать факт смерти нескольких тысяч людей. Пилот тогда еще подумал, что основной закон робототехники, который гласил что «Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред», сформулированный А. Азимовым, неизвестен конструкторам этих машин, как и их теперешним хозяевам. Как оказалось, самих пришельцев на поверхности планеты нет – роботами-убийцами каким-то образом руководили с орбиты, а внутри работали нанятые опять же через интернет рядовые американцы в возрасте 25–30 лет, то есть атаковать пункты вербовки, смысла нет никакого. В общем, пару жестких уроков и к серым больше никто не лез, вернее к их центрам по набору и вербовке переселенцев и игроков, желающих рискнуть жизнью за приличные деньги. Звездные гости оказались кончеными расистами и прагматиками, которым было плевать на мнение американцев, ООН и всего земного шара. Майкл так и не смог потом себе объяснить для чего он заполнил и отослал анкету на участие в этой игре – толи стало скучно пить пиво в пустом доме, глядя в ящик, толи денег серьезных захотелось? Но, так или иначе, через полгода после того, как от него сбежала жена, назвав тряпкой и неудачником, он получил приглашение на обследование в Сан-Франциско, где сейчас и находился.

– Скажите, Майкл, а программа эмиграции вас не интересует? – поинтересовалась девушка у пилота, когда он вылез из диагностического гроба, как сам для себя назвал эту штукенцию с колпаком и массой разных прибамбасов внутри – вы ведь квалифицированный пилот, а гарморцы берут таких специалистов охотно.

– Не-не, мне и в Америке хорошо, и если тут не выгорит, поеду к фермерам, буду летать над полями и поливать их всякой дрянью – улыбнулся летчик в ответ – глупо переезжать неизвестно куда, чтобы там делать то же самое, что и здесь! Кстати, а вот я хотел уточнить: правда, как написано на сайте игры, что претендентам бесплатно проводят лечение и устранение дефектов здоровья?

– Да, но только после подписания договора на участие в игре, не совсем бесплатно, но это мелочи, и не здесь – мы лишь набираем группы подходящих кандидатов к перелету на орбиту – девушка как-то странно посмотрела на пилота, с сочувствием, что ли…

Теперь Микки оставалось лишь обождать пару дней, что, по словам той же мадам из центра, вполне нормальный срок и больше пары дней ждать не придется. Думая о полете в космос и предстоящем шоу, мужчина вернулся домой, а девушка тяжело вздохнула, когда тот вышел из здания – все претенденты почему-то думали, что там наверху ничего особо смертельного с ними не произойдет, расценивая эту инопланетную забаву, как нечто вроде шоу «Форт Буайяр».

Коля, 28 лет, украинец, бывший работник охранного агентства, в данный момент безработный телохранитель.

Сразу надо сказать, что проблем со здоровьем, которые могли сделать из Николая безработного по причине физических недостатков, у парня не имелось. «Здоров как бык!» – примерно так можно было охарактеризовать нашего третьего героя – 180 см роста, накачанная в меру рама, несколько шрамов, придающих его лицу некий штрих мужественности и поднимающий шансы Коли у женского пола. Как ни странно, но имелось высшее образование, что впрочем, никак не помогло и не воспрепятствовало карьере бодигарда. Причина временного безработья оказалась стара как мир: последний клиент, которого Ник (по-модному Коля) опекал, оказался женой одного бизнесмена, которому все время не хватало времени на жену, ребенка и вообще на свою семью. Таких есть много, которые все время куда-то гонят и гонят, рубят и рубят бабло, а потом в один прекрасный день падают от инфаркта и прозревают, когда понимают, что своей семье они, по большому счету и не нужны,… разве что деньги. Так вот о последней Колиной работе: мадам явно была обделена мужским вниманием, и, как потом сама призналась парню, как только увидела своего нового охранника, сразу поняла, что у нее дрожат коленки только от одного его внешнего вида, и стоит Нику лишь немного обратить внимание на свою подопечную, как та без вопросов раздвинет ноги.

Парень оказался не дурак в таких вопросах: выгода очевидна и слепому – дамочка подбрасывала новому «бойфренду» приятные подарки, а тот в свою очередь совмещал приятное с полезным. В общем, и зарплата идет, и бонусы капают, да и физиологически все в порядке – где только бодигард не шпилял свою подопечную, но лучше всего им обоим нравилось в машине. Ничего сверхъестественного и экстраординарного, обычный «кукурузер» – в число талантов нашего героя умение водить автомобиль входило наряду с умением стрелять, работать ножом и конечностями – в смысле, профессиональный мордобой. Так вот о машине: парочка практиковала заезжать в пригородную зону, своего рода курортный довесок к мегаполису – небольшой лесной массив, где каждые 50 метров кто-то что-то жарил – или шашлычок на мангале, или подругу на траве. Вот в таком лесу, выбрав место на съезде с трассы, и занимались сексом Коля и его фигуральная начальница, она же охраняемый объект. Но не все коту масленица – подлые коллеги-завистники стуканули кому надо, в результате чего мадам оказалась битой ногами супруга как-то вечерком, что называется «не снимая ботинок». Колю тоже попытались воспитать некие неизвестные типы под вечер – тут все получилось не совсем так, как планировали те ребята – наш герой оказался не пальцем деланный и умел работать правильно всеми конечностями. В результате короткого знакомства тихим украинским вечером несколько самоуверенных парней отгребли слегка по лошадиному и быстренько ретировались.

Бодигард сразу понял, откуда ноги растут, но сделать ничего в ответ не смог – во-первых, муж его уже бывшей дамы сердца нанял новых людей в охрану, причем из другого ведомства-конкурента. Коля еще тогда подумал, усмехаясь, что от перестановки слагаемых шлюшка не станет светской львицей с утонченными манерами. Во-вторых, что оказалось хуже, Ника попёрли из его конторы – потеря денежного клиента отрицательно была воспринята руководством агентства, и парня попросили на выход, да еще и последнюю зарплату зажали под предлогом внезапных финансовых потерь по вине уволенного. Особо он не переживал – платили ему до этого момента хорошо, да и сексуально озабоченная дамочка подкидывала ему еще столько же в качестве бонуса за качественное «обслуживание». Поэтому когда мир содрогнулся от последствий вирусной атаки по трем городам-столицам самых крупных ядерных государств, Николай только тогда узнал, что эти серые человечки уже некоторое время существуют в действительности, и это все не выдумки журналистов. До этого он особо не увлекался просмотром зомбоящика, новостями не интересовался в частности, так что все, что на тот момент он мог сказать по этому поводу, свелось к фразе:

– Кто больше всего говорил о своей мировой значимости, тот больше всего получил по зубам! Хотя Китай в этом смысле отгреб не по детски – это ж надо осмыслить цифру: почти двадцать миллионов трупаков за сутки… ё моё, кошмар, это как СССР потерял за четыре года войны с фрицами. А с другой стороны, при их полутора миллиардном населении это меньше двух процентов…

Надо сказать, что бездельничал после увольнения Коля недолго, не более месяца, пока изучал вопрос с пришельцами уже целенаправленно и всесторонне, а потом ему предложили «подработку», от смысла которой он сначала офигел. Как-то утром, возвращаясь с пробежки, озадаченно протер глаза, когда увидел возле своего подъезда машину своей бывшей клиентки – на этот раз дамочки внутри не оказалось, зато парня ждал сюрприз. Его решили проведать муж давалки и его новый личный охранник – последнего Николай не знал, но скользя по фигуре и оценивая товарища, в голове у нашего героя зрели нехорошие мысли – а не один ли это из тех двух, которые хотели его проучить в тот вечер увольнения из агентства? Коротко стриженый оппонент нагло улыбался, рассматривая безработного в профиль – пришлось выдать свою «фирменную» улыбку в ответ – чересчур веселое выражение лица визитера слегка поблекло, а Ник скользнул взглядом по машине. Кроме собственно шефа этой компании и охранника, внутри сидел третий тип на месте водителя, но тот не делал попыток выйти наружу, лишь смотрел сквозь стекло на Ника – Коля и ему послал радостную улыбочку. Охранник на отдыхе оценил расклад: если сейчас резко вырубить главного бодигарда, то водитель не успеет на помощь к шефу, а Николай никогда не ходил с пустыми карманами.

Например, сейчас вокруг его пояса была надета своеобразная удавка: кусок троса толщиной два миллиметра в нейлоновой прозрачной оплетке с двумя своеобразными петлями на концах – в «базовом» варианте трос играл роль нестандартного пояса, снять который было делом пары секунд. Таким можно придушить, если надо, а можно и серьезно рассечь лицо, причем кровь потом легко смыть, учитывая нейлоновую оплетку – как провод в изоляции. Не сказать, что нечто серьезное, но полицаи не придерутся, если что – под холодное оружие тросик, который продается во всех строительных магазинах, этот предмет не подходил никак. Очевидно, в лице героя что-то изменилось в такт его мыслям, так как охранник напрягся, а сам шеф поднял руку в примирительном жесте.

– Здравствуй Коля! – бизнесмен говорил нехотя, словно общаться с любовником своей жены ему противно, но в то же время сам бывший факер-мачо чувствовал, что этому типу что-то от него надо, и это что-то уж точно не драка в его дворе – расслабься, я сюда по делу заехал!

Тип стал вещать, но Коля, если честно, не все понимал – его бывший клиент что-то рассказывал об этих самых инопланетянах где-то там наверху, о какой-то игре на выживание и о продвинутой медицине чужаков, которая лечила и восстанавливала все, или почти все, как утверждали эти самые инопланетяне. Парень слушал всю эту бредятину вполуха, продолжая разглядывать охранника – и чем дольше он его разглядывал, тем больше утверждал себя в мысли о том, что это один из тех, кто получил от него по ребрам – в мозгу парня зашевелилась гадкая идея отвалить люлей этому типу прямо здесь и сейчас.

– А что? – думал парень, пропуская половину слов рогоносца мимо сознания – расклад в мою пользу: приехали ко мне втроем, напали, я защищался… хм.

Тут его слух резанула цифра «лимон баксов», и боец вернулся в реальность из мира фантазий.

– Ну-ка Вася, еще раз насчет миллиона бакинских,… что ты там сказал? – Ник специально обратился так к бывшему работодателю, так как того все называли строго Василий Федорович, и слово «Вася» бизнесмена сильно раздражало, ибо он считал, что такое простое обращение к нему сильно снижает его значимость в глазах окружающих – повтори, я что-то задумался.

Лицо Василия Федоровича пошло красными пятнами, и Коля приготовился к активным действиям – однако к его немалому удивлению, тот сдержал себя и повторил снова то, что повергло в шок нашего героя.

– То есть ты хочешь мне предложить рискнуть жизнью у этих… – Коля поднял голову вверх – за миллион долларов? Значит, меня там могут разрезать лазером пополам, или сожрет какая-то тварь, а ты мне за это типа миллион убитых енотов, да? А-ха-ха-ха,… рассмешил – я почитал от нефиг делать их условия – так вот пришельцы предлагают полсотни лямов евроденег тому, кто пройдет двенадцать комнат, а ты приперся сюда с жалким миллионом? Вася, ты реально жлобский даун и рогоносец – я в курсе расценок!

– Ты ничтожество… ты мою жену… – бизнесмен чуть ли пеной исходил, а Коля держал руки под курткой на тросике, ожидая неприятностей от гостей, но тип снова его удивил, полностью овладев собой.

– Ого, как его приперло, раз такое стерпел – думал бывший бодигард, не отводя взгляда от охранника рогоносца – тот ему сильно не нравился.

– Те деньги там – теперь бизнесмен показывал пальцем вверх – их еще надо получить, а я предлагаю сделку прямо сейчас – тебя все равно никто не возьмет на работу, уж я постарался, будь уверен! Спокойно, парень, не дергайся и не делай такое злое лицо… Так вот: получаешь прямо сейчас миллион долларов, идешь на эту игру, и если не помрешь и выживешь – ключевое слово «если», тогда вместо приза у серых оформляешь на меня курс их лечения по полной программе. Я изучал этот вопрос: пришельцам наплевать на наши деньги, непонятно в чем тут их интерес, но точно не в нашей валюте. А кроме того я помогу поставить тебе этот миллион на тотализатор на себя же – в случае прохождения, получишь серьезные бабосы. В итоге ты ничего не теряешь,… ну, или почти ничего – вернешься богатым, а я здоровым – договор?

Николай тоже успел провентилировать вопрос и находился в курсе таких сделок: богатые люди со всего мира вполне легально искали исполнителей для решения своих проблем со здоровьем – как раз с прилетом пришельцев поговорка «Здоровье за деньги не купишь» утратила актуальность. Последствия аварий, кома, паралич, диабет и его последствия, слепота – сейчас это все можно было вылечить двумя путями: или купить у пришельцев лечение, или пройти «Лабиринт на орбите», где тебя вылечат от всего бесплатно – главное, не подохнуть в процессе! Все вопросы медицина инопланетян решала без вопросов – кроме проблем с мозгом – и это Ник тоже знал из интернета, ведь серые гости открыто рекламировали и завлекали в свои сети землян. Кого-то манили фантастическими мирами и продвинутой техникой, а кого-то более привычными земными деньгами с множеством нулей. Но вопрос здоровья решался во всех случаях – летел ты к ним наемным работником, или же проходил двенадцать комнат лабиринта и возвращался богатым и целым назад на Землю, хотя таким счастливчикам предлагалось податься на ПМЖ к ним, не спускаясь более на поверхность планеты. Но Василий Федорович явно хотел прокатиться на дурачка – такса на такие договора стартовала с десяти миллионов вечнозеленых бумажек – здесь все зависело от кошелька «нанимателя» и желания рискнуть здоровьем «наемного работника», что и озвучил в простой форме Ник бизнесмену.

– Сосать! – сказал бодигард и вытянул средний палец вверх – за лимон пусть вон твой новый бамбино корячится, он сможет, я в него верю, хе-хе… или на крайняк пусть твоя жена слетает в космос, все же полсотни миллионов у.е. вашему бизнесу не помешают. И потом, что такое один миллион долларов – даже дом не купишь нормальный, про машину я вообще молчу! НО! Я могу войти в положение, и за скромные двадцать миллионов помочь твоей больной семье!

Как ни странно, бизнесмен почти не сопротивлялся, а Николай мучился вопросом, что же такое плохое обнаружилось у рогоносца, раз тот не моргнув глазом, отдает такие деньги? Дальше все завертелось: охранника взяли в оборот, навестили некую серьезную подпольную контору под легальной вывеской, где все деньги Коля поставил сам на себя, получив необходимые документы о принятой ставке на руки. Кидалова он не опасался – фирма работала частично с пришельцами, что давало гарантии выплаты в случае успешного прохождения лабиринта, и частично с госструктурами МВД – государство тоже было в доле. На данный момент ставки колебались в районе 1 к 16, что в случае благополучного исхода авантюры давало нашему герою скромную сумму в триста двадцать миллионов зелени. За несколько месяцев этого шоу пока только один претендент смог пройти все двенадцать комнат – им оказался выходец из солнечной Италии, который трижды в ходе прохождения попадал в реанимационную капсулу, а получив свои деньги, изменил внешность, дактилоскопию, фамилию и затем пропал для всех заинтересованных лиц среди миллиардов землян. Оказалось, что пришельцы могли и такое устроить с человеком – естественно тоже за деньги!

Николай отправился в Германию, где в портовом Киле находилось ближайшее к Украине ведомство серых по найму – с безвизом у него все было окей, а следующий по дальности пункт находился в Архангельске, но там однозначно холоднее, да и вдвое дальше. Вот что ему бросилось в глаза, хоть об этом многие писали в сети, так это то, что все приемно-вербовочные пункты пришельцы устраивали на берегу морей или океанов – с чем это связано никто не знал, а сами серые гости не объясняли землянам ничего. В общем, чтобы не злить читателя скажем, что вскоре все трое наших героев оказались наверху, где с ними разбирались уже самые настоящие инопланетяне, которые серостью своей кожи чем-то напоминали обычных мертвяков, только на этот раз продвинутых и весьма активных.

Жан-жак, орбита Земли, судно поддержки «Бифах-4300», медицинский сектор.

– Так, дикий, видишь капсулу? – местный доктор оказался не слишком дружелюбным типом – раздевайся и прыгай внутрь, судя по твоей карте, работы тут на десять-двенадцать часов, пока все заживет. А пока будешь валяться там без дела, выучишь кое-что полезное. Вот эту штучку не снимать, пока не пройдешь всю серию,… ну, или пока не окочуришься, а-ха-ха-ха.

Бывший военный почувствовал легкий укол, когда серый медик прижал к его шее за ухом овальную пластинку размером 2х1,5 см – судя по объяснениям типа, это некий самоучитель у пришельцев, а значит вещь полезная, и ею придется пользоваться во время нахождения здесь.

– Э… а как я тебя понимаю? – удивился вояка – и что я там буду учить, и почему нельзя снимать эту штуку?

– Какой любопытный дикий попался,… впрочем, как и все, хм, пока вы спали, мы вам и закачали в голову наш язык, чтобы время даром не терять – тут тебе не курорт, ты наш инструмент для заработка! В общем, залью тебе правила соревнований: договор, описание условий прохождения, инвентарь,… короче, дикий – спать!

Проснулся Жак неизвестно через сколько – часы и всю одежду с туфлями у него отобрали перед медосмотром, так что определить, что там со временем не мог, да и не особо это важно в данной ситуации. Комната напоминала ему купе поезда, только что верхней полки не имелось – металлический умывальник с интересным краником и такой же интересный с виду унитаз в углу – воду из крана пить побоялся, хоть и хотелось промочить горло. Себя обнаружил голым, рядом с умывальником в нише пакет с одеждой – такое себе трико желтого цвета – Жан поморщился, когда осмотрел себя в нем в небольшом зеркале. Костюм одевался на голое тело – белья почему-то не дали, вместо обуви подобие знакомых теннисок, но ноги сидели в этой обуви весьма уютно и плотно. Однако цвет трико раздражал: как будто цыпленок или заключенный. К трико шел зачем-то пояс со множеством круглых металлических заклепок, каждая сантиметр в диаметре – только успел подумать, а для чего собственно на тренировочное трико натягивать пояс, как ответ внезапно всплыл в голове. Оказалось, что это совсем и не пояс, а держатель инвентаря – каждая такая нашлепка или пара, это фиксатор предметов, которые время от времени будут попадаться игроку в лабиринте.

Потом подумал о самой игре и снова в голове просветление: так работала система заливки знаний у пришельцев – вояка еще подумал, что даже эта технология уже сама по себе огромный прорыв, и это так называемое Содружество далеко ушло вперед по сравнению с Землей. Что касается самой игры: претендент на финальную награду должен пройти в случайном порядке двенадцать комнат лабиринта – сами комнаты он выбирает наобум, двигаясь по общим коридорам уровня, где и расположен этот самый лабиринт. Вход в выбранную комнату возможен, если над ней светится зеленый огонек – если красный, то значит, там уже есть кто-то, кто проходит испытание и игроку следует пройти дальше в поисках свободной комнаты. Испытания делились на несколько групп по характеру: на логику, на скорость прохождения и смешанные – выживание, логика, боевка с кем-то или чем-то. Что характерно: во всех комнатах игрока будут пытаться поджечь, порезать, откусить что-то, или сделать с ним еще что-либо нехорошее, что вредит здоровью. Время на прохождение комнаты не регламентировалось, кроме испытаний на скорость прохождения – это понятно, и после каждого помещения человек мог отдохнуть в безопасной зоне, которых в каждой комнате имелось две. Первая, стартовая зона при входе, небольшой квадрат не более квадратного метра, где ничего не происходило, и гарантировалась полная безопасность – там ничего не могло напасть, ударить и так далее игрока. Считалось, что с этой площадки претендент мог осмотреться, понять, куда он попал и что ему предстоит тут делать, чтобы выйти во вторую безопасную зону.

Выход мог быть виден, мог быть сокрыт, и его требовалось обнаружить, если в этом заключалась цель испытания – за дверьми вторая безопасная зона, где кроме всего прочего находилась мини-кухня с продуктами и напитками, лечебная капсула, могущая вылечить даже оторванную в процессе прохождения ногу,… или даже две! Конечно, при условии, что претендент сможет добраться до нее и залезть внутрь – принцип запуска тоже всплыл в голове военного. Вроде ничего сложного, если не считать того, что когда тебе отрежет ногу ловушка, можно потерять сознание надолго, а за это время кандидат на продвинутое лечение вполне вероятно умрет от потери крови. Или еще от чего-то – неизвестно ведь, что на тебя там может напасть – укусит, к примеру, ядовитая змеюка и все, кранты, даже до капсулы не доползешь! Также игрок может пользоваться любыми найденными предметами в качестве оружия или инструмента для прохождения комнат. Для этого и выдавался пояс – нечто вроде пояса строителя-монтажника, но проще – никаких там фиксаторов, петель и замков, просто линия металлических пластинок-держателей.

– Что ж, пора выдвигаться – сидя здесь я не скоро заработаю своих пятьдесят миллионов – вздохнул француз, еще раз неодобрительно осмотрел себя и вышел из комнаты. Надо хоть одну пройти за сегодня – по описанию, кроме капсулы, кровати и сантехблока, там есть мини-кухонька с продуктами и питьем,… жрать что-то хочется – интересно, а сколько я так пролежал в отключке,… и вообще, сколько я уже тут на орбите?

Вышел в коридор – заметил, что дверь сразу закрылась с характерным щелчком, и над ней загорелся красный светодиод – вероятно скоро (или нет?) туда поместят нового игрока, решившего испытать свою удачу. Сам коридор напоминал ему нечто из компьютерных игр в жанре бродилок-постапокалипсиса: стены в пятнах и странных разноцветных потеках, пол хоть и относительно чистый, но не блестит и не первой свежести, неплохое освещение и двери, которых было тут много, а сам коридор разветвлялся метрах в двадцати от него в трех направлениях. Все надписи, сделанные на неизвестном в принципе ему языке, он понимал: «Ангар технических дроидов № 3» – скорее всего, это тот же язык, на котором он говорил с тем доктором. Судя по стрелке и цифре 3, здесь есть и другие помещения для этих странных «дроидов», да и смысл этого слова ему был пока не ясен, хотя определенные ассоциации вертелись в мозгу. Рассматривая окружающий антураж, заметил другого игрока, который тоже удивленно рассматривал коридор и стоял к Жаку в данный момент спиной.

– Что, не решаешься войти? – окликнул вояка незнакомца и тот обернулся на звук голоса – давай вместе, я вот в эту дверь, а ты в соседнюю,… чего тянуть, надо лавэ зарабатывать!

Незнакомец как-то нервно кивнул и через минуту оба синхронно зашли каждый в свою комнату, начиная отсчет испытанию. Жак сразу огляделся, как только замок позади привычно щелкнул, оповестив игрока о том, что назад пути нет: помещение, ориентировочно по десять метров в каждую сторону, металлические стены, окрашенные в ровный темно-зеленый цвет. В противоположном углу заметил дверь с зеленым огоньком возле ручки – в данной комнате искать выход не требовалось. Пол представлял собой набор разноцветных плит размерами около 50х50 см на глаз: присутствовало всего пять цветов этой мозаики: белый, серый с красными пятнами, желтый, черный и какой-то неопределенный цвет, который Жан затруднялся для себя обозначить – нечто вроде фантазии пьяного художника. Освещение хорошее, все отлично видно, сверху ничего не висит, не торчит и не болтается – по полу ничего не бегает и почти полная тишина, нарушаемая слабыми скрипами и щелчками со всех сторон, скорее всего, это звуки корпуса звездолета.

– Вероятно, надо определить опытным путем, на какой квадрат можно наступать, а на какой… тоже можно, но один раз! – вслух подумал отставник, не сходя с места.

Безопасная зона выделялась своей фактурой под ногами игрока – скорее, нечто металлическое, гофрированное – мужчина нагнулся, чтобы проверить свои догадки на ощупь и прикоснулся к метровой пластине рукой.

– О! Кстати, колено – не разгибаясь присел и улыбнулся своим внутренним ощущениям – нормально подлечили, не обманули серомордые… Да и вообще, если быть объективным, я себя чувствую лучше, чем до того момента, когда зашел в их челнок – тяжесть в животе пропала – теперь главное не опростоволоситься и не сдохнуть тут, тем более, что все это смотрят сейчас там внизу,… и где собственно камера?

Словно в ответ на вопрос, из потолка выпала в одном месте деталь размером с ячейку подвесного потолка, и внутрь комнаты влетел шарик, зависший в метре от головы мужчины – Жан сразу напрягся, ожидая неприятностей, забыв на секунду о том, что он все еще в безопасной зоне. Но летающая конструкция не подавала признаков агрессии, продолжая тихо гудеть и покачиваясь в воздухе, словно лодка на мелкой волне.

– Ага, папарацци! – ухмыльнулся мужчина и посмотрел себе под ноги, определяя, куда сделать первый шаг – чертова онлайн-трансляция,… начнем, пожалуй.

Глава 3

Решение стать на белую плиту пришло после трехминутных раздумий: серую с красными разводами пластину отмел интуитивно, поскольку рисунок ему напоминал почему-то пол с разлитой кровью – слишком явной казалась аналогия. Черную проигнорировал из-за ассоциаций с похоронами, тут мысленно проложил цепочку логических заключений: кровь на полу – труп – гроб – похороны.

– Ну уж нет, подохнуть в первой же комнате, это слишком! – потер щеку бывалый вояка и отмел в сторону также ту непонятную многоцветную мазанину, как тоже сомнительную.

Затем перенес вес на правую ногу и стал опускать левую ногу на белую плиту, граничащую с безопасным квадратом. По мере переноса веса квадрат уходил немного вниз, но подозрительных щелчков или скрежета он не слышал – интуиция подсказывала, что пока безопасно. Процесс первого шага растянулся на полную минуту, по окончании которого перенес туда же и правую ногу, вздохнув глубоко. Летающая камера не сдвинулась с места, лишь немного изменив свой наклон – линза объектива диаметра в районе трех сантиметров смотрела точно в грудь игроку, как тому казалось. Осмотрелся – плита ушла в пол на сантиметр, но его никто не резал и не кусал пока что – расположение цветных квадратов по всему помещению на первый взгляд выглядело хаотично, и как ни старался француз понять систему, у него ничего не получалось. Стараясь не задеть случайно соседние плитки, попробовал сесть на одно колено, чтобы получше рассмотреть швы между ними – в мозгу забрезжила нехорошая идея насчет всяких разных ножей, циркулярных пил, которые могут вдруг возникнуть в таком месте, если он встанет не туда.

– Хм, вроде вплотную сидят – усомнился претендент, медленно вставая из неудобной позы, в которой провел пару минут, изучая пол, ведь со зрением у него все отлично, и пока никаких видимых опасностей для себя он не видел – хотя, что я знаю о возможностях этих серых? Может там лазер какой двигается, а ему так много места не требуется – хватит и двух миллиметров,… если не одного!

Следующий белый квадрат находился через плиту от него – мужчина прикидывал, сможет ли он перепрыгнуть и не промахнуться мимо – вокруг белого пятна насчитал три серых с пятнами «крови», два черных и два желтых. Попробовал обувью поверхность плиты – вроде не скользкая, шансов, что нога «поедет» не много – решив, что чем больше стоишь и думаешь, тем тяжелее решиться на действие, уперся левой ногой в пол, а правую отвел назад настолько, насколько позволяли ограниченные условия квадрата. Качнулся пару раз туда-сюда телом, примеряясь, и прыгнул – хлоп, почти идеально вошел в плиту, которая глухо просела от мгновенной массы, упавшей на нее – первый прыжок пройден, все нормально. Снова осмотр местности – прямая, короткая дорожка к дверям выхода отсутствовала, но были варианты более долгих маршрутов, если ориентироваться лишь на белые квадраты. Жак подумал, что из пяти цветов оставить лишь один безопасный слишком нелогично – не его месте мог бы быть, например африканец – и тот бы вполне мог выбрать черные квадраты, пользуясь своим мировоззрением.

– Нет, чернокожий тут не может появиться – вслух разговаривал с собой игрок, разгоняя тишину вокруг – цветных граждан Земли пришельцы почему-то не любят, так что, как мне кажется, я прав в своих догадках…

Жан потратил на преодоление десяти метров полчаса – чаще всего получалось перепрыгнуть промежуточный квадрат с первого раза, хоть их расположение получалось таким, что двигался к двери он сложной змейкой. И так пока не застопорился в месте, где белый квадрат находился через два цветных, а так далеко он не решался прыгнуть, опасаясь не вписаться и задеть соседний участок пола. Таким образом, требовалось определить опытным путем еще один цвет – после секундного раздумья выбор пал, как ни странно, на черный, так как их вокруг него было расположено аж пять штук.

– Палку бы какую – озабоченно озирался вояка, но пол комнаты он уже осмотрел десяток раз – все идеально чисто, очевидно по замыслу устроителей шоу, эта комната проходилась без подсобных инструментов.

Но так как ничего не обнаружил, то хочешь, не хочешь, но придется пробовать своей ногой – Жак определил для себя, что пусть это будет левая. Но сначала кое-как снова умостился на коленях, опустив голову до пола, тщательно рассматривая фактуру черной плиты. Сразу за ней тоже шла черная пластина, но ее он собирался перепрыгнуть – это, если все пройдет нормально с первой.

– Вроде цельная с виду, только поверхность слегка шершавая на ощупь, не такая гладкая, как белая – вояка даже осторожно, еле касаясь пальцами, погладил соседний квадрат – чтобы это значило? Не проверишь – не узнаешь!

Игрок со всей силы надавил ладонью на плиту, положив руку в ближний к себе угол – пластина из неизвестного металла лишь слегка скрипнула, но не сдвинулась с места – очевидно, требовалось более серьезное усилие. Так что пришлось встать и перенести вес тела на левую ногу, когда она встала в тоже место, куда пытался нажать рукой – результат озаботил и омрачил претендента. Из самой середины плиты блеснул лучик яркого фиолетового света и ушел в потолок – все произошло в мгновение, но Жак успел все заметить, и особенно ему не понравилась микро-дырочка в потолке, наводя на определенные мысли.

– Боевой лазер, не сойти мне с места! – пробормотал он тихо, разглядывая пол и потолок поочередно – а почему больше не светит, а? Скорее всего система простая тут: одно нажатие – один импульс,… ну-ка, проверим еще разок-другой.

Покачался немного на стыках черной и белой плит туда-сюда – лучик послушно появлялся и исчезал, а дырочка над головой слегка почернела и расширилась. Поняв систему прошел две черные плиты по краям, оказавшись снова на белой – до выхода оставался один стандартный уже бросок через одну плиту и проблемный участок перед самими дверьми, где засел еще на пятнадцать минут, пока не нашел решение. Его сложность заключалась в том, что два последние ряда непосредственно примыкавшие к выходу занимали желтые и серые с красными пятнами участки – в первом случае плита при нажатии на нее выдавала пять импульсов одновременно: в центре и по углам, независимо от того, куда наступал. Во втором случае серая с пятнами пластина выпускала из своих недр пять шипов высотой до пяти сантиметров на глаз – и первое, и второе пробивало его обувь, его стопу, а если неправильно стать на первую, то и все остальное выше по телу. Жак почему-то не сомневался, что тонкий лучик только на вид такой тонкий и слабенький – но вот если на его пути окажется его голова, к примеру, то он и ее пройдет, как горячий нож масло. В результате длительных размышлений и дальнейших коротких действий, к двери он допрыгнул с одной покалеченной ступней, пробитой шипом на серой плите, и еле удержался на ногах, когда вцепившись в ручку, привалился к стене.

Дверь открылась без вопросов, и раненный в ногу боец ввалился в комнату, шипя от боли и оставляя за собой кровавый след – затем дверь сама же и захлопнулась, а в правом углу он услышал легкое жужжание и движение – все шло по плану, как это было описано в правилах состязаний. А там было сказано, после каждого испытания игрок имеет право на бесплатное лечение в капсуле «Эмга-42мед», название которой ему ни о чем не говорило. Впрочем, затраты на такое восстановление входят в комплекс услуг организаторов шоу «Лабиринт на орбите» и не вычитаются из суммы призовых выплат. Давалась также краткая инструкция по пользованию продвинутым инопланетным девайсом: все просто – желательно раздеться (зависит от степени повреждений у игрока и его состояния после прохождения комнаты), активировать прикосновением сенсор «Диагностика и лечение», лечь на спину в капсулу и повторно коснуться уже второго сенсора на боковине внутренней части аппарата,… и все! Инструкция сопровождалась небольшим роликом, который прокручивался в голове у игрока – попутать что-то сложно, разве что руку оторвет в комнате,… тогда могут быть определенные трудности при активации.

Жак не один раз получал ранения, поэтому, когда шип вонзился в его стопу, ломая там косточки, невольно застонал от боли, но в целом перенес очередное ранение стоически – доковылял до капсулы, оставляя за собой полоску своей крови на полу, разделся, пару раз ткнул куда показали в инструкции и уже через минуту провалился в спасительное забытье. Через снова же неизвестно какой промежуток времени пришел в себя – здесь, вдали от дома и человечества, понятие дня и ночи пропало из его жизни – пока не пройдет все двенадцать комнат, до того момента можно о времени забыть. Осторожно вылез из этой «ванны», осмотрел стопу, перед тем, как опереться на нее – визуально как новая,… наступил… тоже нормально, затем с повеселевшим настроением стал одеваться. Что приметил: старых комбинезона-трико и порванных теннисок не нашел – вроде как грязное и окровавленное порванное шмотье утилизировали – это показалось нормальным. Оделся и почувствовал себя увереннее – все же находиться голым перед камерами как-то не комильфо – шарик ненавязчиво висел в углу комнаты и пялился на игрока своей камерой. Скорее всего, пришельцы стремились показать в реальном времени все, в том числе и процесс появления раненного кандидата из лечебной капсулы – мол, смотрите, мы не обманываем – был раненый, а стал снова здоровым.

Тут накатил голодный спазм в животе, вынуждая хозяина пошевелиться и покормить свой организм – здесь тоже трудностей не ожидалось, так как закачанные чудесным образом в голову знания сразу подсказали, что и как тут делать, чтобы поесть. Пища предлагалась двух типов: фасованная в разных по виду, весу и форме упаковках (напитки шли отдельно), а кроме того наличествовал агрегат, указанный в материалах, как пищевой синтезатор, который мог выдать нечто вроде комплексного обеда. Сенсорный экран с прокруткой – такой себе небольшой 6–7 дюймовый планшет, встроенный в переднюю панель аппарата – листаешь, выбираешь, подтверждаешь выбор и вуаля – поднос на четыре отделения. Все внутри горячее, просто и функционально: суп или нечто, его заменяющее, гарнир с основным блюдом, тарелка салата (холодная, конечно) и несколько треугольников, напоминающих белый хлеб. Это то, что выбрал себе Жак – вариантов каждого вида насчитал около двух десятков – не ресторан, конечно, но и не Макдональдс с его бургерами, бургерами и снова бургерами с кока-колой. Немного расстроило отсутствие привычных национальных блюд и черного кофе, да и алкогольных напитков в меню не имелось почему-то – сам раздел напитков как-то удручал – даже гадской колы там не оказалось! Вся кухня незнакома – названия понятны и читаются без вопросов, спасибо тому доктору – да и на вкус вполне пристойно и съедобно. Минут за десять или около того все съел не торопясь, разглядывая попутно обстановку комнаты отдыха.

Поскольку торопиться ему некуда особо – регламент лабиринта не имел временных ограничений, то после плотного обеда игрок решил немного поспать – неизвестно какие сложности ждут его в следующей комнате и сколько уйдет времени на ее прохождение. Заходить в новое помещение уставшим или не выспавшимся неправильно – хороший солдат, это сытый и отдохнувший солдат! Тут его внимание привлек экран, где он прочитал свое имя – там светились какие-то цифры – поборов любопытство, все-таки лег и закрыл глаза, решив, что сами цифры никуда не денутся от него.

– …Так-так-так, и что тут у нас? – какое-то время спустя Жак стоял возле встроенного в стену небольшого экрана, на котором читались несколько строк (конечно же, на языке пришельцев) – так, статистика кандидата,… прогресс 1 из 12, это понятно, да, это обо мне, хм. Количество сеансов экспресс лечения: один,… хм, значит, первый раз, когда меня тот доктор осматривал и инструктировал, не считается – неплохо, ведь если подумать, то получается, что эта процедура для серых как рядовая недорогая операция, раз первый случай не учитывают. Представляю, сколько они дерут с богатых, кто хочет еще немного пожить без проблем,… так, а вот это интересно: «баланс игрока Жан-Жак» – один миллион евро, интересно, но непонятно. То есть, если принять, что за одну комнату дают по миллиону, то сумма как-то не сходится, ведь двенадцать это не пятьдесят, как ни крути. Хотя,… если еще раз подумать, то вероятнее всего, цена меняется по ходу в зависимости от сложности испытания, может и от тяжести полученных в процессе ран, с которыми игрок добирается до капсулы – возможно-возможно.

Также француз заметил еще какие-то цифры, которые ничего не объясняли, несмотря на залитый в голову язык: например показатель КИ=138 оставался для него загадкой, в то время, как привычный рост и вес вопросов не вызывали. Еще мужчина обратил внимание, что шарик-папарацци висит там же, где и висел до момента, как он заснул – и даже сейчас, когда он находился в другом углу комнаты, не делал попыток приблизиться, даже окуляр камеры смотрел в сторону капсулы. Немного поразмышляв над этим фактом, отставник пришел к выводу, что для игрока оставили небольшой кусочек жизненного пространства в зоне сантехблока – вряд ли зрителям интересно, как сидит на унитазе их герой, а экран с показателями сессии находился рядом, и значит, информация на нем предназначалась лишь непосредственно игроку. После легкого перекуса двинулся к выходу, размышляя по пути, стоит ли брать с собой в путь банку напитка, или не стоит – трико не имело карманов, а попытка прицепить металлическую на вид банку с газировкой к поясу провалилась – круглые держатели отказывались фиксировать там пойло, посчитав, что это не инвентарь. Жан некоторое время удивлялся этому факту, прижимая в бесплодных попытках предмет к поясу, но, в конце концов, просто взял одну баночку в руки,… чисто так, мало ли.

Дверь щелкнула за спиной и засветилась красным – в коридоре он находился в одиночестве, и все соседние выходы тоже горели красными огоньками – поглазев на все это, кивнул сам себе и пошел искать двери с зеленым огоньком. Пошел к развилке, где долго не думая, двинул прямо, никуда не сворачивая. Шел не торопясь минут десять, пока снова не попал на развилку: тут вариантов было только два – направо или налево, в результате несложных действий оказался в новом помещении, и замок сзади снова щелкнул, отрезая путь обратно. На этот раз помещение оказалось гораздо больше – комната уходила вперед так, что противоположная стена еле просматривалась, освещение шло точками в шахматном порядке и уступало по силе и яркости предыдущей комнате. Что касается антуража, что все пространство оказалось заставленным ящиками кубической формы по одному, два и более – самую высокую конструкцию оценил в четыре контейнера, поставленных друг на друга – и это только то, что виделось с входа. Никаких разноцветных пластин на полу не обнаружилось, да и сам пол, по сути, не различался: все свободное от ящиков место оказалось засыпано оранжевым песком – Жак осторожно потыкал ногой в него сразу за квадратом безопасной зоны – на ощупь не более пяти сантиметров толщины, под которым чувствовалась твердая поверхность. Сами же конструкции из ящиков оказались расставленными в три ряда, уходящие вглубь комнаты, с проходами между ними не шире метра – почти как в порту ставят контейнеры. Но самое главное, что понял игрок – тут есть еще кто-то или что-то – до ушей доносился непонятный царапающий звук, время от времени сменявшийся на знакомое «пик-пик». Последний звук сильно напоминал французу ослабленный сигнал от клавиатуры его микроволновки, когда он выбирал режим работы устройства, тыкая пальцем в кнопки – постояв пару минут в раздумьях над этим странным звуком, мужчина решил, что в его положении самым логичным будет забраться на самый высокий набор ящиков и оттуда нормально осмотреться.

Сделав несколько пробных шагов по тонкому песку, медленно двинулся к крайнему правому от себя ряду, так как именно там высота поднималась ярусами – один, потом два ящика один на одном и так далее до четырех по высоте. Шел спокойно и легко – в пустыне бывал не раз, а тут ноги почти не ехали и не проваливались в песок – сказывалась его малая толщина. Так добрался до первого нижнего ящика и легко взобрался, дальше не стал притормаживать и легко повторил маневр еще три раза, пока не оказался на высоте четырех метров. Не высоко, но и не низко – так подумалось вояке, оценившему нынешнее свое положение – даже с четырех метров можно убиться, если упасть неправильно. С высоты удалось немного лучше рассмотреть этот склад – на глаз, противоположная к входной двери стена находилась на расстоянии пятидесяти-шестидесяти метров, ящики стояли рядами, а ширина помещения не превышала десяти метров, если считать по рядам и проходам. По высоте все оказалось неоднозначно и хаотично: например, тот штабель из четырех коробок, где он сейчас сидел, имел удобный подход лишь с одной стороны, а с другой провал – один ящик в самом низу, то есть три метра полета с приземлением на крышку ящика и неясными перспективами такого финта.

– Хм, прыгнешь, а перекатиться некуда, места мало – думал вслух Жан и снова услышал тот странный царапающий звук где-то впереди, и затем снова тот «пик-пик» и снова скрежет – мне кажется, что там какой-то механизм, который или застрял или ждет меня в засаде,… больше никаких ассоциаций.

Так как звуки не приближались и не усиливались, наш герой продолжил осматриваться: потолок находился на расстоянии метров двух и по внешнему виду похож был на металл. В полуметре сверху поперечная балка, низ которой почти на уровне его головы, и следующая такая же поперечная балка шла метров через шесть. Жак прикинул, что при необходимости по ней можно перебраться на противоположную сторону ангара – профиль конструкции позволял забраться на нее и пройти эти десять метров поверху, хотя такой маневр не всем будет по силам. Такому, как он это будет несложно сделать – это все же не карабкаться по низу фермы, цепляясь руками и ногами – хоть и теоретически несложно, но нетренированному человеку этого лучше не делать. На середине пути руки и ноги ослабнут, силы оставят и свалишься вниз и как минимум что-то сломаешь, а как максимум… развивать тему дальше не стал. Также обратил внимание на еще одну длинную балку, вернее две – ниже поперечных шли маленькие по размеру строго вдоль стен помещения, а их вторые концы терялись в сумраке ангара – освещение скрывало отсюда конец помещения.

– Монорельс, что ли? – спросил сам себя вояка – или складская кран-балка, вот только самого механизма не вижу… антураж, или…? Так, а где выход, отсюда не разглядеть дальнюю стенку, ящики еще закрывают,… придется двигаться вперед.

Пришлось слезать обратно тем же путем, так как прыгать на три метра вниз мужчина посчитал глупостью – приметил в пяти-шести метрах вглубь рядом похожую конструкцию, куда планировал также залезть и осмотреться. Новая точка наблюдения преподнесла два сюрприза и оба двигались – теперь человек точно знал, что издает эти непонятные звуки. Оказалось, что между рядами ящиков ползали два местных робота – не такие огромные и страшные, как те боевые, что убивали людей в Тулоне, но и немаленькие. Детально рассмотреть местных пауков-механоидов не удалось, так как освещение в ангаре оставляло желать лучшего, но и этого хватило, чтобы понять главное – под их манипуляторы лучше не попадать. Шесть ходулек, бочкообразный корпус, из которого выходило четыре клешни спереди и сбоку и еще две сзади – все это чем-то заканчивалось, и это что-то сильно не нравилось Жану даже издалека – от шести механических рук своими двумя не отбиться. По-хорошему, их следовало тихо обойти, тем более что ряды ящиков не везде стояли впритык, создавая поперечные проходы – два механических организма это хуже чем один – подумал вояка и заметил на следующей по ходу стопке нечто темное и продолговатое. Сразу возникло в голове видение оружия, и то, как бравый солдат расстреливает из лазерной винтовки механических уродцев – сполз на пол осторожно, так как паучки находились недалеко – нарезали странные круги вокруг парочки контейнеров. Кстати, тот скребущий звук производили их «ноги», когда втыкались в редкий песок и отталкивались от покрытия под ним, а звуки «пик-пик» они издавали, когда натыкались на преграду или друг друга и давали задний ход.

– Совсем как грузовики, когда включают заднюю передачу – подумал наш герой, благополучно обошедший противника и забравшийся на заинтересовавшую его стойку из коробок – да они издеваются! Это же монтировка,… это что: тонкий намек на Half-Life, что ли?

Жан сидел на верху пирамиды и огорченно вертел в руках монтировку – темно синий инструмент длиной полметра с загнутым, раздвоенным клювом, слегка расплющенным – розовая надежда на продвинутую инопланетную винтовку лопнула как мыльный пузырь. Следуя логике тех, кто подбросил ему эту игрушку, он должен попытаться завалить тех двух дроидов вот этим – слово «дроиды» как-то само прижилось в его мозгу, когда он разглядывал тех паучков. Однако трезвый расчет и оценка сил подсказывала, что против металлического бойца с таким количеством клешней у него нет шансов даже с этой фомкой – порвут его как тряпку, тем более что там определенно есть что-то режущее и горячее на тех клешнях,… не сойти ему с этого места. Кстати о месте: сейчас он снова проводил рекогносцировку, стараясь сидеть тихо – есть ли у этих механизмов слух или нет – проверять лично желания не имелось.

– Кстати, а вот интересно, что в этих ящиках? – помнится, разбивая такие коробки в Half-Life, можно было найти в них много полезного хлама,… хм, у меня ведь фомка – не для этого ли ее подкинули, и вот этот одинокий ящик как раз подойдет для проверки гипотезы! Он относительно далеко от этих роботов, не связан с рядом стоящими – надо попробовать…

Рубка тяжелого носителя «Иб-сен».

В помещении кроме капитана и дежурного пилота находилось еще шестеро человек – все пришли сюда, чтобы посмотреть, как идут дела на транспорте, где вот уже который месяц местные аборигены калечились, подыхали, но упрямо продолжали прибывать на орбиту, чтобы испробовать свои силы. Так как в этой системе бояться рейдерам было некого и нечего, то капитан разрешил высшему офицерскому составу и дежурной смене использовать голоэкраны рубки для просмотра телешоу. Хоть такие устройства имелись у всех в каютах и кают-компании в том числе, тем не менее, сидеть по одному, и говорить с экраном было не комильфо, поэтому люди собирались в маленькие группы и обсуждали детали шоу между собой. Капитан уже успел обсудить с супер-карго каравана тему благородных металлов и прочих местных ценностей, которые бравые десантники накрали в тех городах, которые попали под показательную бомбардировку вирусными бомбами. Пока аборигены приходили в себя, знающие толк в таких операциях гарморцы спустили челноки в эти города и выгребли все ценное из хранилищ банков, прихватив заодно и местную валюту – туземцы себе еще напечатают, да и металла тоже наковыряют. Пока все это держали на носителе, лишь валюту в виде бумажек переправили на транспорт, где шло шоу – мало ли, может, повезет парочке местных и им потребуется выплатить приз, хоть и доходы от самого шоу уже превысили самые смелые ожидания. В этом смысле рейдеры держали слово, так как оно ничего им не стоило, если разобраться – первый, и пока единственный выживший туземец получил свои обещанные полста миллионов, немного затем их потратил на изменение внешности и биологических данных и отбыл обратно к себе на планету – принимать предложение об эмиграции отказался. Гарморцы и не особо настаивали – поток претендентов стать рабом не прекращался на планете, выбрать было из чего – а так даже лучше получалось – победитель никуда не пропал, ну, а то, что пожелал остаться инкогнито в новом облике – так это его пожелание.

– Что у нас с загрузкой криокапсул? – поинтересовался капитан вслух, конкретно ни к кому не обращаясь, но ответил ему бортовой искин Гауд.

– На данный момент в анабиоз погружено почти четыре тысячи разумных со средними показателями КИ от 146 до 166, имеются также два десятка экземпляров с КИ больше 166, этих поместили отдельно в блок № 35А на транспорте.

– Ну что ж, неплохо – улыбнулся Бук Тарто – сами к нам идут, воевать не надо – отличный план. Еще пару месяцев и можем стартовать обратно – десять тысяч разумных с такими характеристиками нас озолотят по возвращению,… не понял,… а что этот абориген там делает?

Присутствующие тоже обратили внимание на один из экранов, куда транслировалась картинка из ангара, заставленного ящикам – капитан и все остальные сразу узнали место, где техническая группа экипажа держала разные запчасти и материалы для ремонтных работ в дальних рейдах. В основном в ящиках хранились концентраты смесей (КССМ), но были и исключения. И в данный момент один из туземцев-участников шоу пытался вскрыть один из таких ящиков – и это было странно, ведь совсем рядом кружилась парочка ремонтных дроидов, которые хоть и были тупыми без своего командного центра, но могли легко обнаружить этого «ремонтника» и слегка его порезать или припечь. Идею использовать ремонтные механизмы подал инженер звездолета – в наличии имелся старый ремонтный комплекс «Реш-3.32» с ресурсом ниже 35 % – выбросить жалко, а продать некому – немного поколдовали над дроидами, и в результате получили отряд слабеньких бойцов с набором режущих и горячих инструментов – этому аборигену хватит и одного робота, чтобы откинуть копыта.

– Э… он хочет добраться до содержимого – произнес один из офицеров и все фыркнули, так как это итак было понятно – а что в этом ящике? Камеру передвиньте ближе к нему, посмотрим на маркировку…АХ345245КК114 – и чего там лежит, Гауд?

– Ничего стратегического, лукотин – быстро ответил искин – отправить к нему дроидов, чтобы отогнали от запаса?

– Нет, лично не вмешиваться – подал голос капитан – это даже интересно будет, наверняка думает, что там оружие и боеприпасы, ха-ха-ха…

– Мясо сошло с ума – рассмеялся один из офицеров, и его поддержало несколько человек.

Через некоторое время раздались удивленные возгласы – абориген вел себя нестандартно: вместо того, чтобы продвигаться дальше в поисках выхода, он сначала потоптался возле открытого контейнера, повертел в руках слиток лукотина, и что-то пробормотал на своем языке – никто не смог уловить смысл фразы, несмотря на загруженный пакет местных языков. Потом положил слиток обратно, крышку тоже водрузил на место, но укреплять ее не стал – не дурак, слишком сильно шуметь побоялся, хоть ведь и не знал, что дроиды в этом ангаре (а их тут имелось всего три штуки – третьего туземец еще не обнаружил) имели простую программу реакции на громкие звуки. И пока все обстояло относительно тихо, оба жучка крутились возле одной из пирамид – такой вот простой алгоритм, в который ни искин, ни управляющий центр комплекса не вмешивались. Туземец снова стал действовать, чем снова удивил присутствующих через пару минут.

– А в этом ящике что, Гауд? – игрок забрался на самый верх кучи коробок, снизу которой крутилось этих два дроида и снова стал вскрывать один из верхних контейнеров – пока что смысл его действий не доходил до присутствующих и все лишь молча наблюдали за действиями этого типа.

– А теперь что он делает?

– Точно свихнулся – мясо собирается воровать концентрат!

– Нет, он все делает правильно – возразил другой серый – нестандартно, но правильно.

– В этом ящике инарин – донесся голос искина носителя и присутствующие зашептались – данный тип концентратов считался одним из самых дорогих в своей группе,… дешевле уникальных смесей, вроде лартина, но все же, все же… всех заинтересовал этот игрок и его маневры.

– Какой умный туземец! Хм, а какие ставки на него сейчас…?

Жан-Жак, ангар с ящиками, второе испытание.

Фомка оказалась хороша, а контейнер, который одиноко торчал в среднем ряду, вскрылся без вопросов – шум, который он сам и создавал, оценил, как средний – после каждого рывка затихал и прислушивался. Но нет: те два паука продолжали бессмысленно нарезать круги все по тому же маршруту где-то левее и дальше, звук «пик-пик» исправно сигнализировал об их маневрах и не приближался, поэтому вояка еще минут десять осторожно ковырял коробку. Внутри оказались бруски неизвестного ему металла – параллелепипеды по 0,5 м длиной и по четвертаку сантиметров в ширину и высоту – светлого цвета, вроде серебра, с небольшим желтым отливом. Ничего определенного по этому поводу Жаку в голову не приходило, и он некоторое время топтался возле коробки, думая, как это можно использовать в его положении.

– Вот дерьмо! – выругался военный, разочарованный содержимым – а где оружие, броня, аптечки,… как мне завалить этих дроидов, закидать их, что ли? О!

Хищная ухмылка не сходила с лица игрока, пока он ставил на место крышку – лупить по ней не стал, пусть разбираются с ней роботы, они железные! Небольшой разведывательный рейд показал точное местоположение странно ведущих себя инопланетных работников – бывалый вояка не сомневался, что эти штуки тут не для антуража – рано или поздно, но они начнут бегать за ним, и еще непонятно, кто по таким лабиринтам с песком бегает лучше: ветеран со стажем или шестиногие уродцы. Куча ящиков, вокруг которых кружилась странная парочка почти идеально подходила под план, созревший в голове Жака – пирамида сложена так, что залезть на нее можно с двух сторон, высота добавлялась ступенчато – в случае чего, удрать оттуда можно без проблем, как думалось игроку. Кроме того, на самом верху, а это четвертый ярус, размещался не один, а два контейнера, что сразу подсказало идею Жану, к осуществлению которой он сразу же и приступил, едва поднявшись и посмотрев вниз – паучки нарезали круги, иногда отвлекаясь на соседнюю пирамиду, но на него так и не реагировали.

Тут мужчина немного застопорился: сейчас он начнет вскрывать один из ящиков и это привлечет внимание двух роботов, скорее всего, и вот тут вопрос – умеют ли они карабкаться по вертикальным поверхностям? Открыть коробку без шума не удалось – монстрики реагировали на звуки и что-то там начинали делать, но что именно он не знал, так как продолжал поднимать крышку и не отвлекался. Во-первых, не высовывался для осмотра, чтоб его визуально не обнаружили – мало ли как среагируют, увидев его, ведь вполне могут иметь тепловые датчики,…а вдруг это роботы-альпинисты? Во-вторых, после каждого скрипа замирал и ждал, пока там внизу успокоятся – к привычному уже скрежету примешивались некие жужжащие звуки и шипение – опять же, что это значит, непонятно, а уточнять у паучков лично не стал. Таким вот способом минут за двадцать снял крышку с одного из ящиков и осторожно положил ее на нижний ярус пирамиды – внутри тоже обнаружились похожие слитки полуметровой длины, но темнее, со слабым зеленоватым оттенком – по ощущениям, раза в два или полтора тяжелее.

– Та же фигня! – проворчал вояка, взяв в руки слиток – где армор, мать вашу, серые? Эх… это, конечно, не золото, но для моего плана сойдет!

Дальше стал неспешно выкладывать на краю второго ящика конструкцию, которая по его расчетам должна если не добить, то серьезно повредить механических ползунов снизу. Нечто вроде консоли, на которой располагал бруски – половина длины на ящике, а половина свисала над проходом, где ползали «организмы». Все достаточно шатко, сложные расчеты по таким строительным конструкциям не входили в число хобби вояки, так что все методом тыка, чтоб раньше времени не обрушилось вниз – один туда, два сюда и так далее. Построив нечто, на что ушло почти два десятка брусков, понял, что все держится на соплях – стоит добавить хоть один, как вся схема полетит вниз. Поэтому прижал на всякий случай ногой нижнюю часть, взял в руки еще один брусок и осторожно перегнулся вниз – скорее вытянул голову, чтобы посмотреть, что там внизу и как? В принципе, Жак еще до начала этого строительства изучил график движения парочки механизмов – двигались они по простой, незамысловатой траектории между штабелями, раз в пятнадцать минут встречались как раз под тем местом, где он и выстроил эту консоль и сейчас прижимал ее ногой. Существовала вероятность накрыть их обоих одним обвалом примерно в тот момент, когда оба дроида встречались и разъезжались в противоположных направлениях, предварительно издав серию своих «пик-пик».

– Первый пошел! – воскликнул мужчина, снимая ногу с нижней болванки и бросая наверх ту, что держал в руках.

Внушительная масса почти бесшумно преодолела четыре метра высоты и обрушилась на дроидов – мертвая тишина ангара взорвалась грохотом падающего металла. Получилось немного не так, как рассчитывал партизан – механизмы не засыпало, но ущерб был нанесен существенный – один паук остался с двумя работающими лапами с одной стороны и сейчас совершал хаотические метания, пытаясь встать. Возможно ему еще что-то повредило, так как корпус в паре мест оказался пробит – прочность конструкции робота не вызвала уважения у человека, хотя, если подумать, то это ведь не боевые модели из числа тех, что крошили людей в Тулоне – тех так просто не взять, скорее всего. Второй механизм тоже двигался, только делал это еще хуже первого – вот у него, скорее всего, повредились оптические датчики,… или что там у них есть для ориентации в пространстве. Одновременно со своими метаниями оба паучка бессистемно запускали свои рабочие манипуляторы – Жак этот момент тоже отнес к результатам своей атаки. К тому же, теперь он смог получше разглядеть устройство этих клешней, и это его не обрадовало – механизмы относились к ремонтным моделям, так как имели в своем оснащении много разных инструментов. По одной фрезе, газовой горелке, вспыхивающей время от времени огнем, чем-то длинным и вертящимся, и самое неприятное, что заметил партизан – по паре лазерных резаков.

– Прямо как два джедая от Лукаса – сплюнул вояка, не имевший желания лично встречаться со сдвинутыми устройствами и их инструментами – может провести точечные бомбовые удары, у меня тут еще половина ящика таких болванок?

В течение следующих двадцати минут занимался пародированием бомбардировщика – брал один брусок в руки и целился, поднимая болванку над собой – потом кидал со всей силы,… получалось неплохо на его взгляд: сила броска плюс ускорение на четырех метрах высоты давали положительные результаты. Начал с того, что казался ему более целым: прикинул, что как не кидай отсюда металлом, все равно придется спускаться вниз, чтобы добить – тут он надеялся на монтировку – не зря же ее сюда положили?! Приготовившись уже спускаться, чтобы окончательно упокоить двух паучков, был неприятно огорчен, когда из глубины ангара к нему прибежал еще один такой же – видимо сильный шум от падения пирамиды из брусков привлек к нему сюда неповрежденный агрегат и проблема сразу усложнилась. Гость сразу обнаружил человека и попытался добраться до него, но к альпинизму этот тип дроидов оказался плохо приспособлен – одолев полметра по нижнему ящику, не смог закрепить успех, и сорвался обратно – при этом пара манипуляторов, в том числе с фрезой издали высоко тональный звук: так бывает, когда обороты резко повышаются.

– Черт возьми – омрачился Жан – этот вроде поумнее, уворачивается от слитков,… интересно, он последний или есть еще неучтенные работники…?

Глава 4

Так как в голову ничего толкового не лезло, то продолжил бомбардировку, пытаясь таким образом добить хотя бы тех двух первых – новенький механизм вел себя совсем не так тупо, как его два первых брата-неудачника. Что характерно, как-либо резать, пилить или поджигать ящики он не пытался – вероятно, стоял запрет на порчу имущества, что немного успокоило игрока, а то мало ли, начал бы тут крошить все подряд в попытке добраться до наглого вредителя на верху стеллажа. Поскольку никаких умных мыслей по нейтрализации нового игрока у Жака по-прежнему не добавилось в мозгу, то решил немного отдохнуть – может что-то и придет на ум. Для этой цели затащил наверх крышку с соседнего ящика и приколотил как мог на старое место – получилось твердое спальное место 1х2 метра, где и улегся, не особо тревожась о противнике внизу – как показала практика, лазить вертикально инопланетные дроиды не могут. Даже незаметно задремал, откуда его вырвал новый звук – как будто что-то металлическое сверлили или резали – разогнав дрему, перевернулся на живот и выставил голову из-за края лежки.

– Ух ты, скорая роботизированная помощь! – пробормотал Жан, наблюдая сценку внизу.

А сам механизм явно пытался что-то проделать с одним из поврежденных товарищей – очевидно, пытался привести его в чувство, то есть отремонтировать. Данное действие сильно не понравилось нашему герою, и он снова сорвал крышку с соседнего ящика – внутри еще оставалось немного брусков. Пара точных попаданий по реаниматору, и тот поспешно ретировался из зоны досягаемости стрелка-брускометателя, издавая при этом резкие звуки своими инструментами. Несмотря на кажущийся успех, Жак понимал, что его положение весьма шаткое – тягаться с полностью функциональным механизмом ему не по силам – одно попадание фрезы по руке или в бок, и все – прощай Франция! А еще следовало учитывать тот факт, что местонахождение выхода он пока не обнаружил,… да и запас брусков подошел к концу – можно конечно и соседний открыть, наверняка там тоже самое лежит, но дроид держал дистанцию, и заманить его под завал ему виделось весьма проблематичным.

– Патовая ситуация – вздохнул мужчина и снова улегся на спину – ни он ко мне, ни я к нему, мда…

Сколько прошло времени с тех пор, как он покинул безопасный пятачок возле дверей не определить, но определенно часов пять-шесть, так как серьезно хотелось пить, да и поесть вояка не отказался бы, если честно. Тут он вспомнил о банке с каким-то напитком, который притащил сюда из первой комнаты и оставил на входе, так как прицепить к поясу не смог. Оценил диспозицию и отказался от броска за живительной влагой, хоть туда было всего лишь метров восемь-десять – баночка отчетливо виднелась на полу, сиротливо лежащая и намекающая, что ее надо использовать. По сути, таким маневром он сам себя загонит в ловушку: дроид, однозначно последует за ним – хоть и не нападет, поскольку там безопасно, но заблокирует там – тогда вопрос его кончины будет лишь вопросом времени, пауку-то есть-пить не надо! С такими мыслями Жан валялся на ящиках и пытался придумать план – дроид почти не издавал звуков, как будто его там и нет: «Ждет меня, чтоб черти его задрали!», констатировал факт вояка, но проверять лично не стал – тупо смотрел в балку, которая проходила как раз над ним. На крайний случай можно будет попробовать перебраться по ней на другую сторону – там тоже пирамида, но на один ярус ниже, а уж прыгнуть на метр вниз ему ничего не мешает. Через полчаса бесцельного лежания снова услышал звук, который производил искусственный шестиногий работник – перевернулся и посмотрел вниз – увиденная картина его немного озадачила и слегка обрадовала.

Рабочий механизм тянул за собой один из поломанных – в смысле производимых действий у Жана не возникало сомнений – очевидно паучку поступил приказ на эвакуацию поврежденной техники из зоны «боевых» действий, а может, он и сам додумался до такого,… кто их знает, насколько умны сами по себе инопланетные роботы? Вот те первые два, например: крутились по одной траектории, словно две заводные игрушки – а вот третий попался сообразительный не в меру… В любом случае мужчина решил воспользоваться моментом, пока один паук тащит за собой второго и продвинуться дальше вглубь ангара – уже приметил себе следующую точку, где собирался устроить новый наблюдательный пункт. Но сначала стоило рвануть к входу за водой – со своего теперешнего положения смог проследить, как и куда проследовал реаниматор со своим больным – мягко спрыгнул на нижний ярус, стараясь не шуметь, потом еще ниже, еще… и короткий забег до входного пятачка. Затем также обратно, только на этот раз залез на другой стеллаж немного дальше, чтобы видеть с новой позиции место, где валяется второй металлический собрат – тут и дождался возвращения робота, не став понапрасну рисковать. Минут через десять игрок уже сидел на площадке верхнего яруса новой пирамиды и блаженно щурясь, пил маленькими глотками пузырящуюся жидкость – газировка шипела и булькала на его языке и медленно стекала по горлу дальше – отлично, теперь можно и серьезно раскинуть мозгами, да и чертов выход следует поискать!

К радости человека, выход он вскоре нашел, даже два: один вполне стандартно в противоположной от входа стене тускло давал о себе знать крохотным, еле различимым зеленым огоньком – перед выходом пустое пространство метра по три в каждую сторону. Хуже всего было то, что рядом с дверью выхода виднелось отверстие сервисного люка, куда дроид затащил обоих поломанных пауков – затащил и больше оттуда не появлялся. Мужчина подумал, что это может быть ловушкой, и механизм вполне возможно сидит там в глубине тоннеля и ждет игрока, чтобы срезать его на финише. Второй выход обнаружился в потолке ангара: небольшая висячая лестница, по которой следовало подняться на метр, дотянуться до люка и открыть его. Там тоже светился зеленый огонек, но сам люк открывался, очевидно, внутрь или в сторону сдвигом – со своей позиции Жак не мог быть в этом полностью уверенным. До самой лестницы можно было дотянуться с верхнего штабеля ящиков, а вот как туда забраться мужчина сразу не понял – контейнеры оказались сложены просто в одну колонну, рядом не имелось никаких более низких площадок, чтобы просто залезть наверх. В конце концов, вояка сообразил, что это крайний правый ряд, и прямо над колонной ящиков проходила поперечная балка, на которую, в свою очередь забраться можно лишь по нижней продольной. Сама же продольная железяка являлась, соответственно, одной из несущих ферм местной кран-балки, которую Жак смог наконец-то разглядеть у самой крайней стены – там же разглядел и сам механизм, стоящий в полной тишине и бездействии. Эта мнимая безмятежность не нравилась мужчине, но спускаться к двери, возле которой сто процентов засел хитрый дроид, он не хотел.

– В принципе… в принципе, я ничем не рискую – думал вслух вояка, рассматривая конструкции над головой – если кран вдруг «оживет», то меня он не сможет достать – несущая основа для него снизу, а я буду сверху,… ну, по крайней мере, мне отсюда так все кажется.

Встал и зацепился руками за конструкцию, закинул ноги, подтянулся и через пару секунд уже стоял на поперечной ферме, уходящей к нужной ему правой стороне ангара. Места для маневров откровенно имелось мало: нога не помещалась поперек профиля, частично свисая на пару сантиметров спереди и сзади – встал прямо, чтобы ставить ноги полной ступней. Вниз старался не смотреть – не то, чтобы боялся высоты, но и шесть метров тоже не детские забавы – если свалишься, то уже не соберешься! Канатоходцем себя не считал, но похожее упражнение делал в армии не раз – почти не волновался, когда делал новый шажок вперед, балансируя руками – кстати, монтировка, которую подвесил сзади на крепления, жутко мешала, болтаясь там и легко толкая в задницу каждый раз. На середине пути ожила кран-балка – мужчина лишь почувствовал усиливающуюся вибрацию ступнями ног, а затем внизу мелькнула сама штукенция, проехав снизу и удалившись в противоположную часть ангара – игрок расценил этот жест, как психологическую атаку, так как здесь его ничего достать не могло в принципе. Не став тянуть быка за хвост, схватился обеими руками за лестницу и подтянулся – уже через минуту стоял двумя ногами на перекладине ступеньки и тыкал рукой в люк – вторая рука осталась на лестнице, помогая удерживать телу равновесие. Здесь его ждал еще один сюрприз – ручка на люке отсутствовала – открыть выход он не мог, как ни нажимал его в разных местах. К тому же, здесь было плохо видно, так как источники света находились ниже и ближайший располагался в трех метрах далее по линии ряда коробок.

– Что за хрень? – злился Жак, безуспешно пытаясь оттолкнуть квадратную плиту выхода или хотя бы чуть-чуть ее сдвинуть – тупая серая шутка,… открывайся, черти тебя забери!

Долго стоять в таком положении становилось неудобно – лестница, по сути, представляла собой набор сваренных круглых стержней, а не ступенек в привычном виде, и в мягкой обуви нога быстро начинала уставать, так как вся нагрузка ложилась на небольшой участок ступни. Переминаясь с ноги на ногу, чтобы немного ослабить напряжение, мужчина наткнулся рукой на углубление в панели мнимого выхода – на ощупь, отверстие ощущалось глубиной до сантиметра, и внутри палец упирался в перегородку, разделенную двумя дырками поменьше – что это такое и для чего, пока идей не имелось. Постояв так некоторое время, спустился на ферму, давая рукам и ногам отдохнуть – нижняя часть лестницы находилась на расстоянии вытянутой руки, чем и воспользовался, чтобы спокойно стоять и отдыхать. Нелепость ситуации, в которую он попал, откровенно злила вояку, ведь в правилах было сказано однозначно, что все, что связано с выходами из комнат обязательно подсвечивается зелеными огоньками – поэтому думал, а в чем собственно смысл этого места?

Особенно донимало то непонятное отверстие со странными выемками внутри него – неосознанная мысль вертелась в мозгу, но не хотела пока оформляться в законченную гипотезу: ведь для чего-то подсветили эту чертову плиту! Когда ноги отдохнули, снова залез к ней, и теперь занимался лишь одной странной дыркой – но безрезультатно – внутри ничего не нажималось и не крутилось, как ни старался. Вспомнил о висящей за спиной фомке – снял свободной рукой и попытался воткнуть короткий конец инструмента в швы между плитой и потолком – с таким же успехом он мог попробовать засунуть туда ноготь, например. Озарение пришло внезапно, когда решил засадить в отверстие нечто тверже своего пальца – короткий, раздвоенный на конце кусок монтировки вошел в отверстие, как к себе домой. Мужчина воодушевился и поворочал в дырке инструментом – совпав в каком-то положении с прорезями, монтировка со щелчком погрузилась еще на сантиметров десять внутрь и там застряла.

– И что дальше? – пробормотал наш герой, пытаясь сдвинуть люк, но плита стояла мертво – может, еще что-то надо сделать,… и что?

Подергал инструмент – казалось, что он там застрял или его там что-то удерживает – не став тянуть на себя, немного сдвинул длинный конец фомки, как рычаг – мысль оказалась правильной, так как рука вместе с рукояткой плавно пошла по кругу, где провернувшись на 90 градусов, замерла, упершись в стопор. Одновременно Жан услышал два щелчка: один прямо над головой, а второй снизу – точного направления определить не мог, но звук наталкивал на мысль, что внизу что-то открылось или разблокировалось. Так как вытянуть обратно фомку не смог: или так было задумано, или ее все же заклинило в дырке, то вниз уже спускался без инструмента – явно этот верхний выход лишь видимость и придется-таки спускаться вниз, что не радовало игрока. Снова осторожное передвижение по поперечной ферме – вроде ничего сложного, но ноги слегка уже устали от постоянного напряжения мышц – в процессе перемещения на левый ряд ящиков упустил из внимания кран-балку, которая в этот раз не давала о себе знать никак. Мысли в этот момент были поглощены вопросом преодоления трехметрового открытого пространства перед последним рубежом и вопросом наличия где-то там злобного хитрого робота в засаде. Спрыгнул мягко на верхний ярус, опустился на четвереньки и стал осторожно двигаться задом вниз на третий ярус контейнеров – тут о себе дала знать та самая кран-балка, о которой он благополучно забыл на секунду. Конструкция двигалась почти бесшумно и появилась внезапно, так что военный не успел среагировать: удар массивным крюком пришелся в правое плечо.

Хоть скорость у подлого механизма оказалась и невысока, но энергии удара хватило, чтобы сорвать мужчину с яруса и бросить вниз. Летел, конечно, недолго – всего метр, но падение получилось неудачное – повторный удар в покалеченное уже крюком плечо вспыхнул в голове вояки звездами и бросил в темноту бессознательного состояния. И снова тяжелый на этот раз процесс возврата в реальность – болела голова, очевидно еще и ею приложился об ящик, когда упал, плечо ныло тупой болью – попробовал пошевелить рукой, но сделал только хуже, застонав от боли. Кроме того, шея и задняя часть головы ощущались какими-то мокрыми, что ли – предположил, что поранил голову и что-то на ней рассек до крови – предположение оказалось правильным, когда смог левой рабочей рукой ощупать затылок и шею. Также немного болела спина, но тут все понятно – раз упал на голову, то и спине досталось – пошевелил ногами, по очереди согнул их в коленях, потом также по очереди поднял и спокойно вздохнул – позвоночник цел, и это радует. Заметил, что злополучная балка с крюком висит точно над ним, как будто насмехаясь – выругался, сплюнул и стал пробовать сесть – на это ушло минут пять, после чего привалился спиной к верхнему ящику и осмотрелся, подводя итоги. А итоги оказались неоднозначными! Из плюсов: кроме неработающей руки, все остальное в норме – считать рану на голове проблемой не стал, тем более что кровь уже свернулась и не текла – вторым плюсом стало обнаружение того, что двери внизу стояли теперь приоткрытыми и из щели прорывался свет. Тут возникла гадская мысль о том, что пришельцы хитрят: ведь дверь сразу подсвечивалась зеленым огоньком, то есть по условиям турнира изначально доступна для выхода игрока. А тут потребовалось еще и вверх карабкаться, чтобы ее открыть.

– Нет, это я, скорее всего, усложняю – сказал вслух Жан, глядя на крюк прямо над собой – сам себе внушил, что там заперто, и она не откроется с первой попытки, дроид выползет и покромсает котенка… Но теперь все рано деваться некуда и надо спускаться, хотя с одной рукой это будет тяжелее,… гребаный Half-Life! – злобно добавил вояка и опять сплюнул.

Боль в спине и плече понемногу отпускала – плечом и рукой старался не двигать и ничего не делать – сползал вниз неожиданно долго и больно, все же правше (каким был Жан) неудобно что-то делать без основной конечности, но все-таки добрался до песка. Дроида так и не услышал и не увидел: возможно, механизм где-то чинил своих собратьев, а возможно и сидел в засаде – лючок сервисного канала так и оставался открытым, но проем оставался темным, да и звуков оттуда не доносилось все это время. К спасительной дверце путь проходил как мимо данного отверстия, так и с противоположной стороны – именно второй, более длинный путь и выбрал наш герой, осторожно ступая на песок и поминутно прислушиваясь – а вдруг в ангаре еще кто-то появился… или что-то? Почти добрался до двери, как взвыло чувство опасности, выработанное в армии в разных «турпоездках» – опасность связывалась именно с открытым чревом люка. Уже протягивая руку к ручке и наблюдая полоску света, осветившей его обувь, краем глаза успел приметить, как нечто гибкое и длинное с жужжащим звуком метнулось из темной дыры и вонзилось в ногу. Жак закричал от боли, когда почувствовал, как что-то его буквально прогрызает насквозь, но не остановился, а повалился прямо в открывшуюся дверь – инородное тело сверлило его ногу и пыталось утянуть обратно.

Уже падая от сильнейшей боли и внезапно накатившей слабости, почувствовал, как это нечто вырвалось из его тела, попутно оторвав и кусок его плоти – нечто, похожее на шланг или металлический кабель. Дверь резко захлопнулась за игроком, отсекая его от хитрого дроида – кроме него, напасть было некому – значит гаденыш тихо сидел в темноте лаза и ждал человека, а потом выстрелил в него своим гибким манипулятором. От сильнейшей боли, которая усилилась еще и новым ударом в поврежденное плечо при падении, Жак потерял на некоторое время сознание, а когда вновь пришел в себя понял, что дела плохи, и надо попытаться добраться до лечебной капсулы. В глазах все расплывалось, мир вокруг странно окрасился в серые тона, в висках шумело, а внутренний голос нашептывал, что надо собраться и действовать, иначе так и от потери крови можно помереть. Встать нормально на ноги получилось с пятой-шестой попытки – дырка оказалась в левой ноге, и оттуда порядочно натекло крови, не говоря о внешнем виде самой рваной раны. В мозгу все переплелось: человек пробовал вспомнить правила пользования медицинским девайсом в разделе того, что там требовалось делать перед тем, как туда залазить – обескровленный организм давал сбои и путался в полученной ранее информации. Как в тумане снял пояс и стянул окровавленные кеды – затем пару движений возле пульта, когда пытался попасть в сенсор, который расплывался перед глазами – повалился внутрь, сдерживая стоны, и снова ударился многострадальным плечом. Новый обморок… новое пробуждение – показалось, что вокруг стало холоднее – не став больше тянуть, нащупал второй сенсор и ткнул туда, смутно различая надвигающуюся крышку капсулы и тихий звук ее движения. Уже на грани отключения почувствовал, как будто что-то лазит по нему в разных местах, но сил поднять голову не оставалось, так что улетел из реальности, так и не поняв, что там такое по нему ползает.

Майкл, первая комната.

Бывший пилот пребывал в слегка озадаченном состоянии: этот незнакомый серый человек сказал, что дефект зрения устранен, и еще ему что-то параллельно подлечили – по ощущениям ничего не изменилось внутри него: видел, как видел,… хз, может на той комиссии что-то попутали? Ладно, чего уж там – теперь он тут и все осталось позади, а вот эти непонятные знания в голове его удивили гораздо сильнее – он ведь точно знал, что вся эта информация для него совершенно новая, что все эти мысли не его воспоминания! Как там этот местный доктор сказал: «Немного полезной информации тебе не повредит, чтобы сразу не скопытился» – еще и рассмеялся тогда так зажигательно, как будто это смешно! Первое помещение, куда зашел Майкл, сразу озадачило: метр входного пятачка, а за ним стена на метра три высоты, перегораживающая проход – в ней вход или дыра – какое слово тут подходит лучше, он не сразу сообразил. В общем, двигаться можно только в это отверстие, что он и сделал, немного потоптавшись возле него, ощупывая стену руками – материал напоминал пластик, но грубый по фактуре и холодный – этот факт тоже озадачил пилота, ведь пластмасса считается относительно «теплым» материалом по своим тактильным качествам,… или нет? То, что в первой же комнате он попал в самый настоящий лабиринт, мужчина понял уже на десятой минуте и усмехнулся, продолжая двигаться – надо же, в игре «Лабиринт на орбите» он сразу же попал в главный аттракцион, как ему тогда подумалось.