Kitobni o'qish: «Из города Н...»

Shrift:

ИЗ ГОРОДА Н...

Часть 1-я 1998-й г.

"... - Но я уже люблю тебя...

... - Ну так вот: я сказала правду. Ты читал когда-нибудь русские романы? Внезапно, после двух встреч, герой говорит героине: "Я люблю вас". И это правда, и это ведет повествование прямо к трагическому концу.

- А какой трагический конец ты предвидишь для нас с тобой в Лиможе?

- Не знаю. Но так же, как героям русских романов, мне это безразлично. Поторапливайся...

... Он почти не разговаривал со своими, брился через день и пытался читать книги, избегая, однако, русских писателей..."

Ф. Саган

АВГУСТ

23. 08 . «…Тарантас его быстро катился по проселочной, мягкой дороге. Недели две как стояла засуха; тонкий туман разливался молоком в воздухе и застилал отдаленные леса; от него пахло гарью. Множество темноватых тучек с неясно обрисованными краями расползались по бледно-голубому небу; довольно крепкий ветер мчался сухой непрерывной струей, не разгоняя зноя. Приложившись головой к подушке и скрестив на груди руки, Лаврецкий глядел на пробегавшие веером загоны полей, на медленно мелькавшие ракиты, на глупых ворон и грачей, с тупой подозрительностью взиравших боком на проезжавший экипаж, на длинные межи, заросшие чернобыльником, полынью и полевой рябиной; он глядел... и эта свежая, степная, тучная голь и глушь, эта зелень, эти длинные холмы, овраги с приземистыми дубовыми кустами, серые деревеньки, жидкие березы - вся эта, давно им не виданная, русская картина навевала на его душу сладкие и в то же время почти скорбные чувства, давила грудь его каким-то приятным давлением...»

... Девушка перевела взгляд со страницы книги на окно. Там усиливался дождь, и то теплое ясное утро, из которого выехал сегодня поезд, грозило перейти в холодный, дождливый вечер. Состав, в одном из вагонов которого находилась наша героиня, оставив далеко позади столицу, на всех порах мчался в губернский город С... Девушка досадовала, думая о том, как неожиданно меняется погода, и, что она совершенно не готова к этим изменениям. Решительно ничего теплого и защитного в ее багаже не было. Она, то и дело, переводила взгляд с книги на окно, потом опять устремляла свой взор на белые страницы (внимательный читатель, конечно, узнал "Дворянское гнездо" Тургенева). Потом вовсе захлопнула книгу, и о чем-то надолго задумалась.

Дело происходило в двадцатых числах августа. Еще вчера, и даже сегодня утром, стояло совершеннейшее лето. Стояла жара, и пляжи были заполнены загорающими, праздными людьми. И в спокойной с блестками реке отражалось ясное, безоблачное небо. Но синоптики уже говорили о резком снижении температуры, а в атмосфере вовсю происходили изменения. Небо как-то сразу потемнело, налетел ветер и стал бросать на пыльную землю капли дождя. К вечеру стало понятно: лето кончилось.

За окном вечерело. Состав следовал по маршруту согласно расписания. Поля тонули в сгущающихся сумерках. В вагоне проводник разносил чай. В купе сменялись пассажиры. Кто-то давно сошел, кто-то недавно сел. Где-то негромко разговаривали. Зажгли свет. Состав приближался к пункту назначения.

Когда совсем стемнело и пассажиры начали томиться от долгой езды, на горизонте множеством маленьких огоньков зажглись микрорайоны.

Поезд, плавно меняя направление, снижая скорость, стал въезжать в губернский город Н... Застучали мосты, засветились разноцветные семафоры. Наконец, поезд вкатился на освещенные пути вокзала и остановился. Проводники открыли двери, сошли на платформы и, ежась от холода и дождя, провожали пассажиров. Пассажиры покидали теплые вагоны и ныряли в холодный вечер большого города. Спешили на троллейбусные остановки, в освещенные залы вокзалов, в суету привокзальной площади.

Наша знакомая не поехала на троллейбусе, не взяла такси, а пошла пешком, несмотря на внушительных размеров спортивную сумку, которою она несла. Минув оживленную площадь, она вышла на одну из широких привокзальных улиц и устремилась вперед. Пройдя немного, она услышала позади себя голос.

- Девушка, может вам помочь? То есть, я хотел спросить: не окажите ли вы мне честь... И не дадите ли вы... Нет, не так... Барышня, не откажите ли вы мне в моей просьбе, оказать вам небольшую услугу? То бишь пронести вашу сумку.

Голос выдавал человека, несколько выпившего и пребывающего в веселом расположении духа. Не все слова ему удавалось выговаривать быстро и правильно. Наша знакомая не оглянулась и не остановилась.

- Подождите. Я действительно хочу вам помочь. У вас такая огромная сумка, вам, наверно, тяжело. Я вам просто помогу, причем совершенно бескорыстно.

И эти слова никак не тронули девушку.

- Что ж вы такая недоверчивая. Посмотрите на меня. Разве я похож на грабителя или на сексуального маньяка? Впрочем, на сексуального маньяка я, может быть, и похож. Ладно, открою вам секрет: я сексуальный маньяк, меня зовут Олег, мне двадцать шесть лет. Что ж вы и после этого откажите мне в моей просьбе?

На этот раз девушка остановилась и посмотрела на парня. Он оказался одного с ней роста, приблизительно одного возраста, недурен собой и кучерявый.

Парень, решивший уже было, что знакомство не состоится, опять воодушевился.

- Однако, какая у вас сумочка. Только, если можно, идите потише, а то я не буду успевать за вашей длинноногой фигурой... А знаете, я, действительно, сексуальный маньяк, - видимо, эта мысль ему понравилась, и он начал ее развивать. - Я и объявление в газете давал. Одинокий маньяк, симпатичный, с чувством юмора, двадцать шесть лет, рост сто восемьдесят сантиметров желает познакомиться с порядочной женщиной.

- С какой целью? - вступила в разговор наша знакомая.

- С целью эээ... с целью общения. Но мне почему-то никто не ответил. Может, мне стоило написать: с непорядочной женщиной? Может это больше подходит для маньяка? Скажите мне, как порядочная женщина: почему мне никто не ответил?

- Может быть я непорядочная женщина?

- Ну, тогда, скажите как непорядочная женщина. Вы бы мне ответили?

- Нет.

- Почему?

- "Одинокий" звучит как-то скучно и ... не соблазнительно.

- Да? Следующий раз напишу по другому. А вы не могли бы идти помедленней, а то я с трудом успеваю за вами. А давай познакомимся, - перешел он неожиданно на ты, - меня зовут Олег, мне двадцать шесть лет, рост...

- Ты уже говорил.

- А тебя как зовут?

- Можно мне не говорить?

- Можно. Все-таки ты быстро идешь.

- Мне холодно.

- Да, кстати, ты одета совсем не по погоде. Это я давно хотел тебе сказать. И... предложить тебе... свои носки.

Девушка приостановилась, видимо ожидая нечто другое, потом, осмыслив предложенное, также быстро зашагала дальше. Некоторое время шли молча. Потом Олег попросил ее подождать и перевесил на ее плечо сумку.

- Прошу прощения. Я тут... мне бы... Я сейчас, за угол. Впрочем, не буду объяснять, я сейчас облегчусь и приду. Пардон, мадам. Ты меня подожди, - говорил Олег, удаляясь, и будучи совершенно уверенным, что после этого девушка не захочет продолжать общение с ним. Так оно и случилось. Ему пришлось ее догонять.

- Однако, ты быстро ходишь. Что ж, давай сумку, - он самостоятельно, на ходу, снял с нее сумку и повесил на свое плечо. - Все-таки одень носки - тебе же холодно.

Ответа не последовало.

- Хорошие, шерстяные носки. Ты не думай, они совершенно чистые. Я только сегодня их одел.

- Я не смогу одеть твои носки, потому что у меня плотные туфли. И мы уже почти пришли.

- А ты все-таки попробуй. Может и налезут. Они теплые. Попробуй. - Олег еще некоторое время уговаривал ее одеть его носки, пока они не очутились у некоего подъезда.

- Все, мы пришли. От всей души благодарю за оказанную помощь.

- Что вы. Не извольте беспокоиться. Сущие пустяки.

- Все-таки ты мне помог.

- Не стоит благодарностей. Пустяки.

- В любом случае, спасибо.

- Пожалуйста. - Олег медлил отдавать сумку. - А вы...- неожиданно он опять перешел на вы, - не дадите ли вы мне свой контактный телефон?

* * *

Олег шел домой еще весь в настроении общения с красивой незнакомкой. В кармане его куртки лежал сложенный листок с номером ее телефона.

Незнакомка же, поблагодарив Олега за помощь, поднялась на несколько этажей и позвонила в дверь. Было уже довольно поздно. Но, несмотря на это, дверь открыли сразу – видимо, этого звонка ждали. На пороге стояла вся радостная девушка, ровесница нашей героини. Они бросились обниматься.

- Наконец-то!

- Привет, Сашка.

- Привет, Алинка.

- Слушай, ты вся промокла.

- Да, так неожиданно погода изменилась. Я замерзла. Здравствуйте, Андрей Петрович. Здравствуйте, тетя Валя.

- Здравствуй, Алина. Ты бы нам сказала, я бы тебя на машине встретил.

- Да нет, мне просто хотелось пешком пройтись. Я и Сашке сказала не встречать меня. Мне всегда хочется, когда я сюда приезжаю, с вокзала пройтись по городу пешком. Ну, давай свою сумку, и на кухню. Быстренько, горячего чая с лимоном и медом. Тебе для профилактики нужно съесть лимон. А то как бы не заболела после таких прогулок.

Саша, дочь хозяев квартиры, и Алина, девушка, которая только что приехала, были старинными приятельницами, еще с первых классов школы. Они давно не виделись и с большим нетерпением ждали встречи друг с другом.

Сидели на кухне. Хозяева потчевали Алину чаем. Алина рассказывала им свои новости. Потом родители ушли спать. Подруги остались на кухне и стали делиться уже своими, женскими историями. Между прочим, Алина рассказала про своего сегодняшнего провожатого.

24.08

На следующий день, в квартире Сашиных родителей, где-то около полудня раздался телефонный звонок. Трубку, после нескольких гудков, подняла Сашина мама.

- Добрый день.

- Здравствуйте.

- Вы не могли бы позвать к телефону... барышню.

- Барышню?

- Да, молодую барышню. Мы вчера познакомились, и она оставила мне этот телефон.

- Как зовут барышню?

- Не знаю. Видите ли, она мне не сказала.

- Ну хорошо, подождите минутку.

Сегодняшнее утро прошло для Олега (а звонил именно он) в воспоминаниях о вчерашней встрече и в ожидании обеда, когда, на его взгляд, позвонить было бы уместным. Занимаясь обычными выходными делами (был субботний день), он придумывал предстоящие фразы и вечернюю программу на тот случай, если она согласится. Вчерашняя встреча была одной из тех встреч, которые, если вначале и кажутся обычными, то потом, вдруг, заставляют вспоминать о себе. Олег изрядно волновался, вспоминая свое вчерашнее поведение. Да, конечно, он вел себя излишне развязано. Не нарушил ли он этим в самом начале возможность дальнейших свиданий? Но она оставила свой телефон. Это обнадеживало. Еще немного болела голова от вчерашнего вина.

Тетя Валя позвала свою дочь.

- Звонит молодой человек, который желает поговорить с барышней, но не знает ее имя.

- Да мам, это меня, - Саша подняла трубку. - Алё.

Олег несколько растерялся. Конечно, вчерашний разговор был слишком скоротечным, чтобы хорошо запомнить голос. Да и говорил большей частью он. Но все же ему показалось, что голос не тот.

- Алё. Привет.

- Здравствуй.

- А... Послушайте, это вчера я вас провожал?

- Да Олег. Спасибо, что помог донести мне сумку.

- А... Как себя чувствуешь? Не заболела?

- Вроде нет, спасибо.

Олег растерянным голосом, с мыслью о том, что говорит он все-таки с кем-то другим, пригласил ее вечером в кафе. Саша, взявшая на себя роль Алины, спросила: может ли она прийти со своей подругой. Он ответил, что, пожалуй, так будет даже лучше, и они, условившись о времени и месте встречи, попрощались до вечера.

* * *

Ветер несколько унялся, но дождь не переставал и только иногда спадал, но потом опять усиливался и грозил перерасти в хронический, не проходящий, затем такой осенний, на несколько недель. И, как будто, эти небесные потоки решили остаться в городе, поселиться на этих улицах, и порядочно испортить настроение ее жителей. Резко понизилась температура, и всем стало ясно - наступила осень. Еще позавчера многолюдные вечерние улицы, сегодня почти опустели. Горели в парке одинокие желтые фонари. Листва клена металась со стороны в сторону, преследуемая ветром, и громким шепотом делилась своим недовольством с листвой липы. Дождь барабанил по жестяным крышам, по подоконникам, по тротуарам, шумел в водосточных трубах, лился на асфальт, соединяясь с другими ручьями, бурным патокам устремлялся к решеткам ливнестоков, а дальше уже путешествовал в городских недрах.

Дождь танцевал на открытых улицах и площадях свою дробную пляску.

Дождь лил на городской песчаный пляж. На еще хранящиеся на нем остатки безмятежного пребывания здесь горожан: пластиковые бутылки, пакеты и банановую кожуру. На уже одинокие и брошенные до следующего сезона кабинки, грибки и лавочки.

Дождь стучался о зыбкую, взволнованную поверхность воды реки. Река еще хранила в себе тепло последнего месяца лета, но была уже не приветлива и, как бы не хотела впускать в себя никого через мутную поверхность с высокой рябью и множеством мелких разбегающихся кружков. Река текла издалека, из-за горизонта, изгибалась в городе несколькими поворотами, ныряла под четыре моста, и текла дальше, в свои поля, луга и леса.

* * *

Они сидели в кафе и, несколько оправившись от первого смущения, знакомились, пили заказанный вермут, разговаривали. В свитерах, в осенних ботинках. Рядом на полу, лежали открытые, мокрые зонты. За большим тонированным стеклом на летней террасе мокли неубранные столики. Дальше играла непогода.

- А что ты вчера ходил один?

- Так, праздно шатался, развеивался, - несколько неохотно отвечал Олег. - А вы все-таки признаетесь, как вас зовут?

- Алина.

- Саша.

Саша продолжила.

- Угадай с двух раз: с кем ты говорил по телефону?

Олег посмотрел на нее.

- С тобой? - Он слегка покраснел. - У меня было чувство, что что-то не так. И я даже думал, что встречу сегодня совсем других девушек, которые вчера познакомились с совсем другим парнем, при схожих обстоятельствах.

После некоторого молчания он продолжил.

- Я так понимаю, Алина вчера откуда-то приехала.

- Я приехала из М...

- Правда? А что ты там делала?

- Я там живу. Сюда я приехала к Саше в гости.

- Так это телефон Саши? Ага, все понятно. Но все равно не понятно. Ты не местная?

- Я даже не знаю, местная я или нет. Я жила в Н… со второго по десятый класс. А родилась я в Германии.

- Да?

- Мои родители там в то время работали. Они врачи, служили в воинской части. И я там в школу пошла. Потом мы переехали сюда, и здесь я школу закончила. Училась вместе с Сашей. Да и вообще, у меня здесь много знакомых, и, наверно, это пока мой самый родной город. Потом родители переехали в Вильнюс - отец оттуда родом. Они бы и раньше переехали, но решили подождать пока я закончу здесь школу. Потом они уехали в Вильнюс, я в Германию на год.

- Как в Германию? Опять в Германию?

- Я выиграла школьный конкурс по немецкому языку и, как победительница, поехала. Жила в семье этаких добропорядочных бюргеров. Я и сейчас с ними переписываюсь. Они мне каждый год присылают подарки на Рождество.

- У них что же, нет своих детей?

- Есть. Но у них такие понятия, что нужно помогать кому-нибудь. Они религиозны, ходят в церковь. - Алина продолжила. - А до этой поездки я поступила в столичный институт иностранных языков.

- Так, как же ты училась, если жила в Германии?

- Я не училась. Брала академический отпуск.

- А в Вильнюс потом не захотела ехать?

- Нет. Мне захотелось жить отдельно от родителей. Даже в разных городах.

- Однако ты смелая девушка. У тебя была насыщенная молодость.

- Меня так воспитывали. Меня вообще очень своеобразно воспитывали...

Они сидели за столиком, мало прикасаясь к пище и напиткам, больше говорили. Вернее, говорила одна Алина. Саша почти все время промолчала. Олег только спрашивал. Олегу, действительно, было так интересно, что он даже забывал про вино, что было ему совсем не свойственно, и только под конец вечера он спохватился и постарался наверстать упущенное. Сейчас же он расспрашивал Алину, и, почти не отрываясь, смотрел на нее.

Алина была высока ростом и замечательно сложена. Обладала длинными, хорошо ухоженными, прямыми светлыми волосами. Овал лица несколько удлинен. Черты лица правильные, хорошо очерченные. Глаза голубые, что в сочетании со светлыми естественными волосами делало ее заметной и выделяющейся. То есть, это была особенная, высокая красота, которая, впрочем, не кичится собой. Алина была всегда доброжелательна и ровна с людьми. Олег, наблюдая за ней, поймал себя на мысли, что эта девушка как-то особенно привлекает его, и эта особенность состоит, видимо, в том, что сочетает в себе замечательную природную красоту и самостоятельную работу над своим характером. Может быть, даже дрессировку самой себя. Еще Олегу запомнились кисти ее рук, несколько удлиненные с красивыми пальцами. При разговоре Алина делала немного коротких, но выразительно красивых жестов.

Саша в тот вечер почти не говорила. Она наблюдала за обоими и иногда курила, единственная за столом. Саша была компанейская девушка, как правило, все разговоры велись через нее. Сегодня же как-то само собой сложилось, что ей выпала роль слушательницы.

Олег в середине вечера ненадолго отлучился.

- С вашего позволения, барыни-сударыни, я ненадолго удалюсь. Мне бы... эээ... как бы это культурно выразиться.

- Не стоит объяснять, куда ты идешь, - заметила Алина.

Когда Олег ушел, Саша обратилась к подруге.

- Ты, кажется, взялась завоевать этого мальчика?

Алина пожала плечами. После некоторой паузы она спросила у Саши.

- Ты стала курить?

- Да. Это помогает... собраться.

Появился Олег.

- Ты быстро.

- Долго ли умеючи. Мы, кажется, остановились на твоем воспитании.

- Да, меня своеобразно воспитывали. С самого детства учили быть самостоятельной. Я даже к стоматологу сама ходила еще, кажется, в первом классе. У меня был свой круг домашних обязанностей, за которые я отвечала. За школьные оценки мне платили деньги.

- За оценки платили деньги?

- Родители говорили мне, что это как бы моя работа. И тогда даже было все тщательно разработано. За пятерку - столько-то рублей, за четверку - ничего, за тройку - минус столько-то, за двойку - еще больше. Если контрольная, то все тарифы умножались на два. За четвертные и за годовые оценки тоже были свои премиальные, или, наоборот, - штрафы. В зависимости от того, как я оканчивала четверть.

Bepul matn qismi tugad.

43 675,14 s`om
Yosh cheklamasi:
16+
Litresda chiqarilgan sana:
18 noyabr 2026
Yozilgan sana:
2026
Hajm:
70 Sahifa 1 tasvir
Mualliflik huquqi egasi:
Автор
Yuklab olish formati: