Kitobni o'qish: «Кровь и гордость»
КРОВЬ И ГОРДОСТЬ
Глава 1
Солнце встало с утра, и к полудню село будто вымерло. Собаки ушли под навесы, куры забились в тень у плетня, на улице не было ни души, и только в садах, за каменными оградами, изредка перекликались женщины, звавшие детей обедать. Воздух над дорогой дрожал, и пыль, поднятая чьей-то арбой, висела долго, не садясь.
Аза вышла со двора с медным тазом на бедре. Бельё в нём отяжелело от воды, и она держала таз обеими руками, чуть отставив локоть. Мать осталась дома у печи: тесто подходило, младшая капризничала, и на реку пошла Аза, хотя солнце уже жгло затылок сквозь платок.
Тропа спускалась за домами, между ореховым деревом и старой стеной, которой давно перестали класть камни. Здесь было тенисто и пахло нагретым камнем и полынью. Аза шла быстро, привычно ставя ногу на выбитые ступени, и думала о том, что после полоскания надо набрать ещё воды на вечер: колодец у них обмелел.
Река внизу обмелела тоже. Вода шла между камней узко и быстро, обнажая серые плиты, вылизанные до блеска, на которых удобно было разложить бельё. Аза выбрала место у плоского камня, поставила сверху таз, закатала рукава и наклонилась. Вода оказалась ледяной, какой была всегда, даже в такую жару.
Она полоскала и не слышала ничего, кроме собственных рук, поэтому, когда за спиной всхрапнула лошадь, вздрогнула и выпрямилась слишком резко, разбрызгав воду по подолу.
На тропе над берегом стоял незнакомый парень, а рядом с ним, опустив голову к воде, перебирал камнями гнедой конь. Парень придержал повод, шагнул ниже и сказал:
