Kitobni o'qish: «Не убежишь!»

Ruth Rahlff

SPOOKI: DEN GEIST AUFGEBEN

GIBT’S NICHT!

© 2022 by CARLSEN Verlag GmbH, Hamburg, Germany

First published in Germany under the title SPOOKI: DEN GEIST AUFGEBEN GIBT’S NICHT!

All rights reserved

© Перевод на русский язык Капустюк Ю. Б., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Глава 1

В тот понедельник нагрянула беда в виде маленького чёрного пуделя.

Разумеется, осознал я это слишком поздно. Это было утро понедельника, а по понедельникам со мной всегда приключалось что-то ужасное. Какой-то закон природы, честное слово.

На прошлой неделе Деймон так туго завязал мою баскетбольную футболку, что мне потребовалось двадцать минут, чтобы превратить фаршированную колбасу обратно в одежду. Естественно, я опоздал на тренировку, и, естественно, мне пришлось выслушать выговор господина фон Хагебума, нашего учителя физкультуры и информатики.

А в предыдущий понедельник Деймон нарочно опрокинул на мою клавиатуру свою колу. К сожалению, для господина фон Хагебума это было не столь очевидно, и я целый час тщательно вытирал её ватными палочками. Само собой, после уроков.

По сравнению с этим пудель с розовым ошейником не показался мне чем-то опасным.

А зря.

Первое, что я заметил – это то, что Озорник замер в нескольких шагах от меня и вздыбил шерсть на загривке.

– Эй, спокойно, – произнёс я. – Разве ты не видишь на его ошейнике блестящее сердечко? Такую собаку нельзя воспринимать всерьёз.

Озорник меня не слушал. Его глаза превратились в узкие щёлочки, он враждебно наклонил голову и зарычал. На месте пуделя я бы немедленно дал дёру, но тот продолжал с важным видом двигаться к нам, как будто под его лапами была не тропинка, а трап частного самолёта.

Не дойдя до нас, он вдруг остановился, принюхался и подскочил на месте, как будто наткнулся задом на колючую изгородь.

Это лишь подлило масла в огонь.

– Ты только взгляни! Он такой крошечный, что спокойно пройдёт под твоим животом. Ты можешь пописать на его голову!

Пудель задрожал всем телом, испуганно огляделся и тоже зарычал.

Из пасти Озорника закапала слюна, но прежде, чем я успел его образумить, кто-то крикнул:

– Люцифер, ко мне!

Я вздрогнул. Что здесь забыл господин Тарантино?

Наш новый сосед тоже сразу меня узнал.

– Роберт!

Озорник оскалился.

– Озорник, прекрати! – прошептал я.

Озорник обиженно посмотрел на меня.

– Иди домой! – прошипел я.

Пёс возмущённо взвыл.

Тарантино наклонился к Люциферу и принялся успокаивать своего пуделя.

– В чём дело, милый? Тебя что-то напугало?

Озорник учащённо дышал и тыкался в меня носом.

– Нет, тебе нельзя со мной на занятия. Когда до тебя, наконец, дойдёт? Когда я школу окончу?

Тарантино вскинул брови и бросил на меня растерянный взгляд. Неудивительно! Тем более что Озорник разочарованно заскулил.

Растерянность на лице Тарантино сменилась замешательством.

– С кем ты разговариваешь, Роберт? – в недоумении спросил он. И за это тебе спасибо, Озорник!

Спонтанного ответа мне в голову не пришло. Правде Тарантино всё равно бы не поверил.

– Что за поведение?! Наверное, мне стоит поговорить с твоими родителями.

К счастью, его прервало громкое жужжание.

Он в изумлении поднял глаза, и я проследил за его взглядом. Над изгородью домика смотрителя появился маленький чёрный предмет. Дрон!

Люцифер в мгновение ока позабыл обо всём. Он рявкнул на эту штуковину, но дрон плавно развернулся и пролетел над его головой. Однако от Люцифера было не так легко избавиться. Он погнался за дроном через дорогу, спровоцировав серию возмущённых автомобильных гудков.

– Люцифер! – в ужасе заорал Тарантино.

Разумеется, пудель его не услышал и лишь прибавил скорость.

Тарантино лихорадочно ждал, когда в потоке движения образуется брешь.

– Что это было, Роберт? Ты до смерти напугал моего бедного малыша своим рычанием.

– Я?! Но… – Прежде чем я смог продолжить, я увидел, как Озорник бежит через дорогу прямо сквозь грузовик с мороженым! За Озорника я не переживал. Но что касается Люцифера, то я опасался худшего.

– Озорник! – закричал я.

– Роберт! – взревел Тарантино.

Я уже упоминал, что это было утро понедельника?

В отличие от Тарантино, Озорник не обращал на меня внимания и как сумасшедший гнался за пуделем и дроном в сторону школы. Проклятье! Если он догонит Люцифера… Этого ни в коем случае нельзя допустить!

Глава 2

Улучив подходящий момент, мы с Тарантино перебежали через дорогу и ринулись следом.

Вон там – дрон повернул, а вскоре и вовсе скрылся за крышей дома. Я слегка сбавил скорость. К сожалению, на Люцифера это так не подействовало, и он продолжал мчаться со всех ног.

Озорник его почти настиг.

– СТОЯТЬ!

Обе собаки неслись прямо к школьным воротам. Как назло, именно там стоял Деймон! Разумеется, в компании Авы и Юстуса. С каждой минутой понедельник становился всё удачнее.

Я побежал быстрее. У меня ещё был шанс предотвратить самое худшее… но я опоздал.

Люцифер промчался между ног Деймона, едва там не застрял, встряхнулся и побежал дальше. Деймон потерял равновесие и в поисках опоры вцепился в шерсть на шее Озорника, продолжавшего преследовать пуделя.

Деймон вздрогнул и побледнел, но через мгновение всё закончилось. Озорник в погоне за Люцифером скрылся за углом, а Деймон резко обернулся и увидел незнакомую девочку с рюкзачком.

– Ты спятила? Смотри, куда прёшь! – накинулся он на неё.

Вот чёрт, ещё одна неприятность.

Я притормозил, а Тарантино промчался мимо и скрылся за школьной стеной.

Я должен был поспешить за ним и собаками, но Деймон схватил девочку.

– Эй, ты что толкаешься? Ослепла, что ли?

Девочка держалась на удивление хладнокровно. Она лишь нахмурилась и решительным рывком высвободилась из хватки Деймона.

Ава и Юстус шагнули вперёд и преградили ей путь. Ава хотела схватить её за руку, но девочка вовремя увернулась и бросила на неё взгляд, от которого Ава побледнела и быстро опустила руку.

Вот незадача! Что мне делать? Ловить Озорника, или вмешаться в эти разборки?

Девочка была на полголовы выше остальных, но их было трое, а она одна. Кроме того, она была совсем не виновата в том, что Озорник наткнулся на Деймона.

Но вдруг пудель пострадает из-за Озорника?

Если что-то случится с его ненаглядным Люцифером, Тарантино гарантированно обвинит в этом меня. И тогда он точно захочет поговорить с моими родителями. И тогда… Нет, мне нужно было избежать этого любой ценой.

Прозвенел звонок на первый урок. Несколько опаздывающих школьников спешили к главному входу. Занятия вот-вот должны были начаться. Наша классная руководительница фрау Ватанабэ терпеть не могла, когда её ученики опаздывали. Но Деймона это не волновало. Он схватил рюкзак девочки и расстегнул молнию.

– Убери руки! – бросилась она на него.

Двое пятиклассников обернулись на её громкий голос, но, узнав Деймона, поспешно ретировались.

Девочка в ярости уставилась на Деймона.

– Немедленно верни рюкзак! – потребовала девочка, и её глаза гневно вспыхнули. Но Деймон лишь небрежно прислонился к стене, играя с застёжкой-молнией и ехидно ухмыляясь.

Я нервно сглотнул, расправил плечи и подошел к этим четверым.

Глава 3

– Привет, ребят.

Согласен, не самое оригинальное приветствие.

Деймон нахмурился.

– Привет, ребят? – с издёвкой повторил он.

Многообещающее начало.

Деймон, Ава и Юстус таращились на меня как на насекомое, которое они собирались раздавить подошвами своих суперкрутых кроссовок. Девочка воспользовалась их оцепенением и схватила рюкзак.

– Я с тобой ещё не закончил! – рявкнул Деймон.

Ава и Юстус преградили ей путь. Деймон выпятил грудь псевдо-бодибилдера и схватил меня за плечи. Мы стояли так близко, что я мог сосчитать веснушки на его лице. Одиннадцать, двенадцать…

Он гадко улыбнулся и схватил меня за шею.

– Э… это твой велосипед? – Я указал на него подбородком, ведь в тот момент это было единственное, чем я мог двигать.

Деймон не ответил и стиснул меня ещё крепче.

– Зелёный горный велосипед? – выдавил я. – Тот, что прямо сейчас увозит мусоровоз?

Весьма кстати мусоровоз за спиной Деймона характерно зашипел, и Деймон, как по команде, отпустил меня и развернулся.

Грузовик откатился дальше и заслонил стоянку для велосипедов. Деймон вытянул шею, пытаясь что-то разглядеть.

Удивлённые Ава и Юстус отпустили девочку и неуверенно посмотрели то на своего предводителя, то на мусоровоз.

Я кивнул девочке, чтобы та поскорее ушла. Но, к моему изумлению, она покачала головой.

Мусоровоз тронулся с места, и даже Деймон с его сообразительностью уровня тостера догадался, что его обманули.

– Эй! – рявкнул он, но я вовремя отпрыгнул, и он не успел меня поймать.

Юстус снова схватил девочку, а Ава набросилась на меня сбоку.

Издалека донёсся хриплый лай, который я узнал бы из сотен собачьих голосов.

– Озорник! Ко мне!

Если бы он знал, что я в беде, он примчался бы со скоростью Mach-3.

Несколько секунд ничего не происходило.

Повторяю: ЕСЛИ бы он знал…

Ава злобно ухмыльнулась.

– Роберт, ты разговариваешь сам с собой?

– Идиот, – усмехнулся Деймон.

– Пялится в пустоту и болтает сам с собой, – подхватил Юстус и в ожидании бурных оваций посмотрел на Деймона.

И что теперь? Деймон погладит его по головке, угостит конфеткой и скажет: «Молодец, мой мальчик»?

– Потому что никто не хочет с ним разговаривать. – Ава подняла идеально выщипанные брови и бросила на меня пренебрежительный взгляд.

В прошлом году эти трое внезапно решили превратить мою жизнь в ад – и я вынужден признать: к ЭТОЙ задаче они относились со всей ответственностью.

Я вздохнул.

– Я просто подзывал свою собаку.

– С каких это пор у ТЕБЯ есть собака? – презрительным тоном осведомился Деймон. – Мне об этом ничего не известно.

Что ж, в этом не было ничего удивительного. Все совокупные знания Деймона могли запросто поместиться на одном стикере. Так что многого ждать от него не приходилось.

– Эй, он задал тебе вопрос! – рявкнул на меня Юстус, продолжая удерживать девочку.

Она попыталась вырваться, но этот идиот с эмоциональным интеллектом тряпки только сильнее её сжал.

Что ж, отлично.

– Деймон, ты не заметишь моего пса, даже если он помочится на твою ногу, – откровенно произнёс я.

Наступила тишина: мой ответ с трудом пробивался сквозь извилины Деймона.

Клянусь, я почти увидел, как в его голове щёлкнуло: ЩЁЛК! Он вытянул руку и ударил меня кулаком в грудь, так что я пошатнулся и навалился на Юстуса.

Девочка воспользовалась ситуацией, ткнула Юстуса локтем в живот и высвободилась из его хватки.

Ошеломлённый, он уставился на неё в полном недоумении.

Это был идеальный момент для побега!

На другой стороне улицы появилась фрау Ватанабэ. Идеальный момент оказался безнадёжно испорчен, о побеге не могло быть и речи.

– Надеюсь, вы просто знакомитесь, – крикнула она нам. – Деймон, мне ведь не нужно напоминать тебе о нашем пятничном разговоре?

Она подошла к школьным воротам, возле которых мы стояли, и улыбнулась.

– Изабелла, я сердечно рада приветствовать тебя в нашем классе. Как здорово, что ты так быстро обрела здесь новых друзей, – произнесла учительница, глядя то на девочку, то на меня.

Изабелла посмотрела мне в глаза и криво улыбнулась.

– Я тоже так считаю, – сказала она.

Глава 4

Через несколько минут мы все вошли в класс, и я с облегчением проскользнул на своё место. Как хорошо, что всё обошлось. Теперь меня беспокоили только Озорник и пудель. И Тарантино.

– Это Изабелла Мендоса, ваша новая одноклассница, – объявила фрау Ватанабэ.

Она представила Изабеллу остальным ученикам и рассказала, что Изабелла только что переехала сюда с мамой из Калифорнии, где прожила два года.

И её занесло именно сюда? Вот бедняжка!

– Рядом с Робертом есть свободное место. – Фрау Ватанабэ указала на мою парту в последнем ряду. – И это как нельзя более кстати, потому что знаете что? Вы живёте на одной улице!

– Ага, – буркнула Изабелла.

– Ага, – проворчал я, и фрау Ватанабэ счастливо улыбнулась.

– Пожалуйста, постарайтесь сделать так, чтобы Изабелла чувствовала себя с нами комфортно, – продолжила она и направилась к учительскому столу.

– Мы это уже сделали, – пробормотал Деймон и с ненавистью посмотрел на нас. Это он умел делать мастерски, и это было едва ли не единственное, что он умел.

Фрау Ватанабэ села.

– Итак, дорогие мои, я обсудила с директором школы тему нашего интерактивного классного проекта.

– Круто! – вырвалось у Авы.

– Ава, ты же знаешь, как вести себя на уроке, – мягко упрекнула её фрау Ватанабэ.

Ава тихо застонала, подняла руку и подождала, когда фрау Ватанабэ позволит ей высказаться.

– Я лишь хотела выразить свою радость по этому случаю, – преувеличенно официально произнесла она. Но, как и в большинстве случаев, фрау Ватанабэ эту выходку не оценила и хмуро посмотрела на Аву. – Гм-м, так что это за классный проект? – поспешно спросила Ава. – Вы нам ничего нам не рассказывали.

Фрау Ватанабэ кивнула.

– Да, это премьера, и я не хотела вас разочаровывать, если бы вдруг ничего не вышло.

Фрау Ватанабэ была единственной учительницей, которая относилась к подобным вещам серьёзно, и именно поэтому она мне так нравилась. Всем остальным учителям было глубоко наплевать на наши чувства. Или же они относились к тому типу преподавателей, которые считали своей первостепенной задачей ввергнуть нас в самое большое несчастье, какое только возможно. Например, наш учитель информатики.

– Что мы будем делать? – спросил Ахмед и, заметив взгляд фрау Ватанабе, тоже с опозданием поднял руку.

Учительница сложила ладони и подалась вперёд.

– На этот раз тема классного проекта – животные. А точнее, домашние питомцы.

Все хором затараторили. То есть почти все. Изабелла молчала, как и я. Если не считать нескольких летучих мышей, пары крыс и совы под крышей, у нас не было никаких домашних животных, которых я мог бы принести в школу и, самое главное, показать. Или блуждающие огоньки тоже считались питомцами?

– Пожалуйста, тише! – Фрау Ватанабэ умиротворяюще подняла руки. – Само собой, таких питомцев, как пони, мы не рассматриваем. Но хомяк, собака или кошка вполне сгодятся. Только, пожалуйста, не берите животное крупнее овцы. У кого есть домашний питомец?

К моему удивлению, руки подняли почти все, даже Изабелла.

– Каролинская коробчатая черепаха, – прошептала она, перехватив мой взгляд.

Ага.

– У нас дома двадцать одна длинношёрстная морская свинка, – объявила Лоретта. – Они чувствуют себя комфортно только в стае.

– А у нас сиамская лысая кошка. Я не знаю, разрешит ли мама взять её с собой. Она очень ценная и даже завоевала несколько наград, – воскликнула Прити.

Деймон закатил глаза.

– Я принесу свою змею Титана.

В глазах Прити мелькнул страх.

– Если она неопасна, – заметила фрау Ватанабэ, – и только в террариуме, договорились?

Деймон кивнул и обвёл взглядом класс.

– Эй, уродец, а как насчёт тебя?

Чёрт возьми! Ну почему он никак не оставит меня в покое?

– Деймон! – вмешалась фрау Ватанабэ. – Я запрещаю произносить такие слова.

– Но у этого урода есть собака, он сам сказал, – защищался Деймон. – Ну же, уродец, почему бы тебе не показать её нам?

– Деймон, только не это слово! – пыталась вразумить его фрау Ватанабэ. Ава и Юстус захихикали. Деймон вызывающе ухмыльнулся и начал раскачиваться на стуле.

– Он слишком труслив, чтобы привести сюда собаку. Или её у него вообще нет.

При слове ТРУСЛИВЫЙ внутри меня перегорели все предохранители.

– Я не трус! И у меня есть собака, ирландский волкодав.

– Чё? – выпалил Деймон, потерял равновесие и ударился о парту.

Не удостоив его вниманием, я скрестил руки на груди в надежде, что остальные последуют моему примеру.

К сожалению, моя надежда просуществовала лишь долю секунды, после чего рассыпалась в прах, как вампир при первом луче солнца. И никто иной как фрау Ватанабэ всадила мне кол прямо в сердце.

Она приветливо улыбнулась и, не ведая, что творит, произнесла:

– Роберт, как хорошо, что у тебя есть собака. Собаки – настоящие друзья и помощники человека.

– Хотел бы я взглянуть на собаку, которая захочет, чтобы этот урод с ней дружил, – выпалил Деймон.

– Деймон! – возмутилась фрау Ватанабэ.

– Разве вы не говорили, что нам нельзя приносить ничего крупнее овцы? – осведомилась Лоретта, подняла свой мобильный и нажала на дисплей. – Ирландские волкодавы крупнее овец.

Спасибо, Лоретта. Спасибо! Наконец-то вопрос решён.

Но ведь был понедельник, и потому фрау Ватанабе продолжила:

– Скажи-ка, Роберт, твоя собака хорошо выдрессирована?

– Э-э… да.

– О, в таком случае мы сделаем исключение. – Учительница кивнула мне и улыбнулась. – Или кто-то возражает?

– Нет, – рявкнул Деймон. – Мы все заинтригованы… Собака. Уверен, его пёс окажется таким же уродцем. Вот будет умора!

– Деймон, хватит! После урока мы побеседуем с глазу на глаз, – резким тоном произнесла фрау Ватанабэ и добавила, уже более дружелюбно: – Итак, вопрос решён. Детали обсудим в ближайшие дни.

Она пригладила свой чёрный пучок и глубоко вздохнула.

– А теперь открывайте тетради. Начнём с эссе. Сегодняшняя тема: «Мои подруги и друзья. Почему они так для меня важны».

Что я мог сказать по этому поводу? Я всё испортил, окончательно и бесповоротно, – думал я, отчаянно вгрызаясь в шариковую ручку. Как я покажу классу своего Озорника? Невидимого пса-призрака! Ну я и влип!

Глава 5

После урока я перекинул через плечо рюкзак и прокрался в компьютерный класс. В глубине души я расслабился, решив, что сегодняшних неприятностей с лихвой хватит на монтаж всех серий на ближайшие полгода!

Очередное заблуждение. Оказалось, что этот день приготовил для меня куда больше.

Едва я опустился на стул, как ко мне решительным шагом подошёл господин фон Хагебум.

– Роберт, это чистой воды кол, – он швырнул на стол два листка бумаги.

Все головы в классе обернулись в мою сторону. Лоретта посмотрела на меня с сочувствием, Ахмед нервно заморгал. Деймон усмехнулся и беззвучно прошептал: «тупица».

Господин фон Хагебум положил ладони на парту и уставился на меня.

Он стоял так близко, что я чувствовал аромат его дорогого лосьона после бритья. На нём, как всегда, было нелепое худи, узкие джинсы и суперстильные кроссовки.

– Алло! Земля вызывает Роберта! – Он махнул рукой перед моими глазами, его кожаные браслеты почти коснулись моего носа. – Если не возьмёшь себя в руки, то за следующую работу получишь кол с минусом. По информатике. Это совсем не прикольно, поверь!

По его мнению, быть прикольным чрезвычайно важно.

– Ещё как не прикольно! – усмехнулся Деймон, и господин фон Хагебум удовлетворённо хмыкнул.

Я мог бы ему всё объяснить, но, во-первых, он не поверит ни единому моему слову, а во-вторых, у меня только проблем прибавится. А их и без того хватает.

– Роберт, это информатика, а не вуду!

Ава и Юстус захихикали.

– Э… ну… это не моё, – объяснил я.

– Что? Господину что-то не нравится? – Господин фон Хагебум скрестил руки на груди и посмотрел на меня так, словно мои плохие оценки оскорбляют его лично. – Господи, Роберт! Кто сдался – тот уже проиграл.

Лоретта энергично кивнула, хотя это высказывание не тянуло даже на то, чтобы висеть в виде магнита на холодильнике.

Господин фон Хагебум указал на компьютеры вокруг нас.

– В классе ты работаешь сносно. Но все твои домашние и письменные работы никуда не годятся. Ты едва справляешься с самыми элементарными задачами.

А разве могло быть иначе? Единственным устройством в нашем доме, имеющим хоть какое-то отношение к технологиям, являлся дверной звонок. Ах, да, ещё старый дедушкин видеомагнитофон. Ни то, ни другое мне в программировании не помогало. Чтобы поработать на компьютере, мне приходилось идти в библиотеку. А тот компьютер редко оказывался свободным.

– В следующем месяце. Последний шанс! – проурчал мне на ухо господин фон Хагебум. – The ball is in your court¹. – Он выпрямился, развернулся в облаке лосьона после бритья и обратился к классу. – Мы напишем тест. Кто не справится, тот вылетит с курса. И это будет иметь серьёзные последствия. А именно: П-Е-Р-Е-В-О-Д в другой класс. – Он многозначительно посмотрел на меня. – Так что, если у кого-то проблемы с другими предметами, этот тест лучше не заваливать.

Деймон усмехнулся.

Тот факт, что несмотря на отсутствие мозгов он умудрялся не сильно отставать в информатике, можно было считать биологическим чудом. Никто не знал, как ему это удавалось, и, наверное, меньше всего он сам. Я обхватил голову руками и тихо застонал.

Глава 6

В городе не было переулка старее Цвизельгассе – это я узнал от дедушки, а уж он-то в этом разбирался. В конце концов, он своими глазами видел, как сотни лет назад там возводились первые дома. И дом, в котором жили мы, определённо был из них самым древним.

Фрау Ватанабэ на днях объяснила нам смысл выражения «кто-то или что-то пережил(о) свои лучшие времена».

К нашему дому это не относилось. Скорее всего, хороших времён у него не бывало никогда. На чёрно-белых фотографиях дедушки, которым более ста лет, он уже выглядел кривобоким. Он стоял в конце длинного, извилистого тупика, в окружении деревьев и кустов. Наш сад был больше и гуще, чем все остальные сады в этом районе, и его окружал высокий ржавый забор, не подпускавший к дому гостей. Но у нас гостей и так никогда не бывало.

Я вечно боялся, что кто-нибудь из строительного управления обратит внимание на наш дом, настолько прогнившим и ветхим он выглядел. В окнах виднелись щели, стены покрывали трещины. На протяжении столетий к зданию во всех углах пристраивались балконы, эркеры и башенки, но в большинство из них я бы ни за что не забрёл по доброй воле.

На тот свет я не спешил.

Возле садовой калитки я услышал шорох в кустах соседнего дома.

О! Может быть, там прятался Люцифер? Вернее, то, что от него осталось после столкновения с Озорником?

Прежде чем я успел это проверить, ветви живой изгороди раздвинулись, и передо мной возникло лицо Тарантино.

Сегодняшний день продолжал устраивать мне сюрпризы.

Сосед держал на руках Люцифера и обвинительно щёлкал языком.

Насколько я мог видеть, пудель не пострадал, хотя вид у него был изрядно потрёпанный. С шерсти свисали комья грязи и длинные шипы, а тело покрывал светло-серый слой пыли. Он бросил на меня радостный взгляд и восторженно завилял хвостом – видимо, сегодня он повеселился от души. А вот Тарантино, судя по его лицу, так не считал.

– Бедняга напуган до смерти, – произнёс он и с укоризной протянул мне Люцифера. – Я непременно хочу обсудить это с твоими родителями. Из-за всей этой беготни мне даже пришлось позвонить на работу и сказать, что я заболел.

Тарантино был кем-то вроде художника; по крайней мере, так он всем представлялся. Судя по всему, особого успеха безвкусные портреты собак ему не принесли. Поэтому он полдня работал в городской библиотеке.

– Как думаешь, что скажут твои родители по поводу такого поведения? – строго спросил он, и моя шея покрылась мурашками.

– Ничего, – ответил я.

– Потому что они ничего не знают! – торжествующе произнёс он.

– Нет, потому что я веду себя хорошо.

Он вскинул брови.

– Двенадцатилетний ребёнок, который хорошо себя ведёт? Это такой же миф, как лев-вегетарианец!

– Э… да, конечно. – Я взвалил на плечи рюкзак. – Но Люцифер сам сбежал.

Люцифер с энтузиазмом завилял хвостом, словно соглашаясь.

Тарантино ахнул от неожиданности, а я поспешил добавить:

– Ну всё, мне пора, – и решительным шагом направился к нашей калитке.

– Стой! Подожди! – Тарантино хотел побежать за мной, но колючие заросли у забора преградили ему путь. – Передай кое-что твоим родителям! – крикнул он мне вслед. – На следующей неделе состоится собрание соседей. Будем обсуждать вывоз мусора с нашей улицы.

– У нас почти нет мусора, – попытался отговориться я. Но он так легко не сдавался.

– Вздор! В любом доме, в котором проживает несколько человек, скапливается мусор. Кроме того, важно, чтобы в собрании приняли участие все жители улицы.

– Я передам, – пообещал я и побежал быстрее. Передо мной распахнулась садовая калитка. Спасение!

Три прыжка – и я в безопасном месте. Я захлопнул калитку и побежал к входной двери. Едва я ступил в коридор и швырнул на пол рюкзак, мне навстречу выплыла мама.

– У тебя был тяжёлый день, милый? – спросила она. – Проходи скорее! Папа попробовал новый потрясающий рецепт.

Мой желудок сделал сальто, но не от радости. Однако расстраивать папу в мои планы не входило – кроме того, я ведь даже не знал, что он приготовил.

Обычно для меня готовили самые обычные блюда, такие как пицца, спагетти или рыбные палочки. К сожалению, мама и папа несколько столетий не практиковались, и поэтому чаще всего что-то шло не так: папа либо забывал добавить важные ингредиенты, либо устанавливал не ту температуру, либо неверно рассчитывал количество.

Помимо этого, мама как-то призналась, что при жизни у них служили специальные работники, которые готовили им пищу, а они сами захаживали на кухню лишь в исключительных случаях.

Итак, собранные воедино, эти факты многое объясняли.

В салоне, как называла мама нашу гостиную, дедушка оторвал взгляд от газеты. На первой странице красовался заголовок «Невероятная высадка на Луну!»

Что ж, похоже, он перекочевал в тысяча девятьсот шестьдесят девятый год.

– Что ты такой бледный, мальчонка? Призрака что ли увидел? – воскликнул он и оглушительно расхохотался над своей шуткой.

– Что с тобой? – встревоженно спросил папа.

– Озорник здесь? – осведомился я и присел на диван рядом с папой, стараясь не касаться чучела головы горностая на мамином палантине.

Папа стоял, погрузив правую руку в цилиндр до самого плеча.

– А что? Разве он тебя не встретил? – удивлённо спросил он и медленно вытащил руку.

– Нет, и это…

Цилиндр дёрнулся, и из него выскочила усатая мордашка. Он снова принялся за своё!

– Ты же обещал больше не колдовать с кроликами, – укоризненно произнёс я. – Они каждый раз жутко пугаются.

Папа виновато пожал плечами.

– Да… э-э… извини. Он случайно угодил в мой цилиндр.

Я забрал у него цилиндр, схватил дрожащий комочек и отнёс его на веранду. Стоило мне опустить его на землю между осыпавшимися каменными обломками, как он сразу же отскочил.

– Я правда не знаю, как это произошло, – попытался оправдаться папа и смущённо провёл рукой по волосам.

– Врёшь, Генри! – пробурчал из своего кресла дедушка. – Это был один из твоих так называемых фокусов, которые уже столько раз заканчивались плачевно.

Папа стыдливо сгорбился, разминая костлявые пальцы.

– Ничего страшного, – утешил его я.

– Но ты никак не можешь отказаться от этого жалкого колдовства! – продолжал возмущаться дедушка. – Посмотри на себя, во что это тебя превратило!

– Зато тут я в подходящей компании, – заметил папа. – Так что там с Озорником?

Прежде чем я успел ответить, вошла мама с миской супа.

– Попробуй, Роберт.

– Спасибо, – вяло произнёс я и погрузил ложку в тёмно-красную жидкость.

– Приятного аппетита. – Мама просияла и проплыла мимо меня к камину. – Папа приготовил крем-суп из спаржи.

– О. – Я запнулся и замер, ложка зависла у моего рта. Я знал белую спаржу, и зелёную… Но откуда взялись тёмно-фиолетовые стебли? И разве сезон спаржи не миновал? Я осторожно опустил ложку.

Вероятно, папа заметил моё замешательство, поскольку поднялся из-за стола и пролетел сквозь стену на кухню.

– В качестве плана Б я приготовил спагетти по-неаполитански, – крикнул он и вернулся в комнату с дымящейся порцией макарон. – Я сомневался, что это хорошая идея – добавить к спарже свекольный сок.

Я набросился на спагетти и принялся рассказывать, как прошёл день.

– Тупой негодяй! – возмутился дедушка. – Говоришь, опять этот Деймон? – Он поднял голову и сердито стукнул ею по столешнице. – Думаю, мне стоит к нему присмотреться! А потом…

– Нет! – быстро прервали его мама, папа и я.

Я даже представить себе не мог, что случится, если дедушка начнёт следить за Деймоном.

Дело не только в том, что лучшие времена дедушки давно миновали, но и в том, что тем самым он нарушил бы одно из наших железных правил. Какие бы проблемы ни возникали у меня в мире людей, решаться они должны были без помощи других призраков. Никто ни в коем случае не должен был догадаться, что я живу в семье, состоящей из одних призраков. Поэтому мама или папа вмешивались в мою жизнь лишь в исключительных ситуациях. В случае крайней необходимости они могли воплощаться и обретать человеческий облик. Однако процесс отнимал у них все силы, и они прибегали к нему лишь тогда, когда другого выхода не было.

В последний раз они воплощались в тот день, когда я пошёл в школу. Да и то совсем ненадолго, после чего были вынуждены распрощаться под каким-то предлогом.

– Ну, ладно. Как хотите! Но потом не приходите и не нойте у меня над головой, – проворчал дедушка. Оскорблённый, он встал, взял голову под мышку и исчез за стеной.

– У меня есть новость, которая тебя приободрит, – сменила тему мама. – Скоро у нас будут гости.

– Круто. – Я невозмутимо продолжал есть. Если у нас и бывали гости, то только из мира духов. И в большинстве случаев маме и папе в их компании было куда веселее, чем мне.

Папа энергично закивал.

– Твой кузен Лоренцо.

– Не знаю такого.

– Знаешь, – возразил он. – Просто не помнишь вашу последнюю встречу. Ты тогда был слишком мал.

– Он примерно твоего возраста, – подбодрила мама, выжидательно глядя на меня.

– Если вычесть несколько столетий, – проворчал дедушка. По-видимому, ему надоело дуться, и он просунул голову в закрытую дверь.

– Его отправляет к нам его отец, – продолжила мама, – потому что в данный момент он очень занят. Кроме того, Лоренцо нужна компания – он слишком часто оказывается предоставлен сам себе. Как и ты, милый!

– У меня всё отлично, – запротестовал я, но мама проигнорировала моё возражение.

– Уверена, вы прекрасно поладите.

Вот была бы сенсация! Все призраки в нашем окружении были древними или даже супер-древними. Не то чтобы я возражал. Вовсе нет. Но ведь они жили в абсолютно другом веке.

Глава 7

После обеда я решил заняться компьютерной проблемой. Тянуть было нельзя: мне срочно требовался мобильный телефон, компьютер или ноутбук. У всех они были! Это не спасло бы меня от обстрелов со стороны Деймона, зато помогло бы с домашним заданием по информатике. Смартфон! Разве я хотел слишком многого? Я ведь не требовал снабдить меня игровой приставкой или очками виртуальной реальности!

Но сначала мне нужны были деньги.

Я колебался. Наши сокровища мама и папа хранили наверху, на чердаке.

Лестница была крутой и такой узкой, что пальцы ног едва удерживались на скользких ступенях, пока я бесшумно полз вверх. Дверь жутко заскрипела, и я остановился и затаил дыхание. Вокруг всё было спокойно.

С изъеденных червями деревянных балок свисала густая, как куски ткани, паутина. Я подавил кашель и огляделся. В последний раз сундук находился под световым люком, но его там больше не было. Я отодвинул изъеденную молью обивку и заглянул за покрытое плесенью кресло. Пусто.

– Ты что-то ищешь? – спросил тихий голос. Я подпрыгнул и ударился головой о балку.

– Дедушка! Обязательно так меня пугать? – Я потёр висок.

Дедушка фыркнул и рассмеялся.

– Отлично! Больше мне не придётся сегодня бродить по окрестностям и стращать народ.

Он залетел на одну из балок и опустил голову в заброшенное птичье гнездо.

– Так что ты тут делаешь? Разве тебе не полагается играть в футбол на улице на солнышке или заниматься чем-то ещё, чем занимаются мальчишки твоего возраста?

Я скорчил гримасу. Футболом я не интересовался, а даже если бы и интересовался, то от Юстуса я знал, что отец сопровождал его в каждой игре и болел за него с трибун. А моего папы там и видно бы не было, в прямом смысле слова!

– О, чёртов полтергейст, – выругался дедушка, когда я рассказал ему, что собираюсь делать с золотыми монетами. – Твои родители меня к сбережениям больше не подпускают. Даже не спрашивай, где они их от меня прячут.

Во время своих ночных вылазок дедушка не только разбазаривал кучу золота и ценных украшений, но и любил просаживать их в игровых автоматах. Кроме того, он всегда был невероятно щедр. Маме и папе это нравилось ровно до тех пор, пока их наследство почти не иссякло. С тех пор нашим общим бюджетом распоряжался отец.

Мы обыскали весь чердак, но не нашли ни одной монетки. Ничего не поделаешь: придётся при первой же возможности попросить денег у папы.

Я толкнул калитку, и она скрипнула. А ведь я смазывал её буквально на позапрошлой неделе!

Каждый раз, когда я это делал, дедушка ныл:

– О, да брось ты! Я люблю этот звук, он пронзает меня до мозга костей.

Тем не менее, я предпочитал следить за тем, чтобы этот раздражающий скрип не привлекал к нам внимание всего района. И уж тем более Тарантино.

Прямо на углу Цвизельгассе на небольшой площади стоял высокий дом, на первом этаже которого располагался киоск. Его владелец, господин Смирнов, предлагал своим покупателям гигантский ассортимент товаров. И это при том, что его магазинчик был настолько тесным, что помимо самого господина Смирнова в нём мог уместиться только один человек, максимум двое.

Я прогуливался по площади, ожидая, когда выйдут покупатели, и мой взгляд упал на квартиру над киоском.

Она выглядела по-новому, не так, как обычно: засаленные оконные стекла стали такими чистыми, что сверкали на солнце, а ещё кто-то повесил занавески. Квартира была ненамного больше магазина, я в этом убедился, когда однажды затащил туда с господином Смирновым несколько поддонов с банками слаймов доктора Воббла. Значит, туда заехала Изабелла, ведь фрау Ватанабэ сообщила, что мы живём на одной улице.

Фрау Сингх вышла из магазинчика со своей дочерью, и я смог туда зайти.

– Здравствуй, Роберт, – поприветствовал меня господин Смирнов и указал на неприметную коробку возле витрины. – Сегодня утром прибыли новинки.

Мой желудок заурчал от волнения, и я стал протискиваться мимо привычных конфет и журналов. Дальняя часть магазина была заставлена пыльными жестяными банками, яркими париками и игрушками для ванны, от которых так резко пахло пластиком, что кружилась голова.

Я разорвал коробку с комиксами и осмотрел стопку журналов.

Я заглядывал сюда не реже раза в неделю, в основном по понедельникам, когда нужно было отвлечься. Время от времени я даже позволял себе приобрести журнальчик.

Господину Смирнову больше всего нравились смешные комиксы, а меня интересовали супергерои. Конечно, ведь обладать суперсилой – это круто! Но особенно меня занимал такой вопрос: как супергероям удавалось прикидываться нормальными в повседневной жизни? Взять, к примеру, человека-паука. Он жил совершенно неприметно, и никто и не подозревал, что в костюме паука он спас множество жизней. Как у него это получалось? Никто ни о чём не догадывался, и оставаться в тени – не менее великое его достижение, чем все его подвиги. Хотел бы я так же: казаться обычным и не беспокоиться о том, что меня раскроют. И, разумеется, я бы не отказался от нескольких суперспособностей.

– Ну как? Что-нибудь нашёл? – спросил господин Смирнов, вытирая засаленной тряпкой узкий прилавок.

– Мне всё понравилось, – вежливо ответил я.

Он ободряюще кивнул.

– Дай знать, если захочешь, чтобы я отложил для тебя журнал, пока ты копишь деньги.

Тем самым он захлопнул крышку гроба, как говаривал мой дедушка, то есть угодил в самое яблочко. В данный момент в моём кошельке не было ничего, кроме старого клыка и нескольких ворсинок, и если папа не выделит мне несколько золотых монет, я не смогу приобрести до Рождества ни одного журнала. Не говоря уже о смартфоне.

Я со вздохом положил журнал на место, попрощался и побежал домой в надежде, что Озорник уже успел вернуться.

Глава 8

К сожалению, это было не так. Озорник дома так и не появился.

– Как насчёт партейки в покер? – спросил дедушка, когда я вошёл в гостиную. – Это тебя отвлечёт.

– О, – пробормотал я, пытаясь придумать какую-нибудь отговорку. Но прежде, чем я её нашёл, в дверь позвонили.

Звонок?! В нашу дверь?! Ошеломлённый, я выглянул в коридор.

– В дверь звонят, – ахнула мама.

Дедушка отложил газету:

– Даже не помню, когда это случалось в последний раз.

– Целую вечность назад. – Папа был так взволнован, что его контуры размылись.

Мой взгляд упал на шрам в форме полумесяца на моём запястье. Он вдруг начал покалывать, и я на ватных ногах направился к двери. Снова раздался звонок, и сквозь матовое стекло я различил два смутных очертания. Поколебавшись, я медленно нажал на ручку.

– Озорник! – ошарашенно вскричал я. – Что с тобой?

Шерсть Озорника спуталась и торчала во все стороны. Где он шлялся? Тут я увидел, что на лестнице стоит кое-кто ещё.

– Изабелла?

– Это твой пёс, да? – улыбнулась она. – Клёвый. И кличка у него прикольная.

Я с трудом кивнул. В голове пронеслись миллион вопросов.

– Как ты узнала, где я живу? – Какой же я идиот! Гораздо важнее…

– От фрау Ватанабэ, – Изабелла погладила Озорника.

– И где…

– Где я его нашла? В парке. Только что. Я сразу поняла, что он твой.

Да, но как?..

Я открыл рот, чтобы, наконец, задать крайне важный вопрос, но в кармане Изабеллы загудело.

– О. – Она вытащила мобильник и проверила сообщения. – Моя мама. Мне пора.

– Эй, подожди минутку! Ты…

Она была почти у калитки.

– Не стоит благодарности. Я люблю собак. – Она ухмыльнулась и воскликнула: – Крутое упражнение!

Крутое… упражнение?! Она имела в виду явно не меня. Я проследил за её взглядом.

– Дедушка! – Он висел на вишнёвом дереве рядом с крыльцом, вернее, небрежно болтался на двух пальцах.

– До завтра! – Изабелла помахала нам и исчезла.

Я в недоумении уставился на Озорника.

– Она тебя видела, – прошептал я. – И дедушку! Почему она вас ВИДЕЛА?

Озорник поднялся на задние лапы и лизнул мне лицо.

– Что это за милая барышня? – озорно ухмыльнулся дедушка и слетел с дерева. Я присел рядом с Озорником и погладил его взлохмаченную шерсть. Озорник задыхался, вскакивал и радостно катался по траве.

– Артур, принеси, пожалуйста, ещё одну свою кость, – попросила мама с порога двери на веранду. – Животное всегда быстрее успокаивается, если что-то грызёт.

– Мои запасы тают на глазах, – проворчал дедушка, но всё равно полетел выполнять просьбу. Вернувшись, он бросил Озорнику локтевую кость, которая, судя по размеру, принадлежала саблезубому тигру. – Мне впору искать новый источник снабжения – с таким-то аппетитом, как у этого пса.

Пока дедушка задумчиво потирал подбородок, папа с беспокойством поглядывал на него:

– Гм-м… что ты имеешь в виду под источником снабжения?

Глава 9

Вскоре после того, как я лёг спать, мама и папа залетели сквозь стену в мою комнату.

– Э, что случилось? – спросил я и резко вскочил, потому что они в очередной раз забыли постучать.

– Ничего, – ответила мама. – Просто хотели тебя проведать.

Папа бодро улыбнулся.

– Всё будет хорошо, приятель. Главное, Озорник вернулся.

Если бы Озорник был моей единственной заботой… Он лежал возле кровати и крепко спал. Видимо, сегодняшняя вылазка вконец его измотала.

Мама поцеловала меня в щёку такими ледяными губами, что по моей коже побежали мурашки.

– Мы найдём животное для твоего классного проекта.

Папа нетерпеливо кивнул.

– Например, паука из подвала. А как насчёт жабы из фонтана на заднем дворе? Милейшие создания!

Разумеется, они хотели, как лучше. Но как вы думаете, что сказал бы Деймон, если бы я заявился в класс с жабой? Скорее всего, он немедля скормил бы моего предполагаемого питомца своей змее.

Мама полетела к двери.

– И не волнуйся из-за господина фон Хагебума. Все эти новомодные штучки чрезвычайно переоценены.

– И я того же мнения, – поддержал её папа. – Мы сотни лет прекрасно обходились без телефонов и компьютеров.

– И кол с минусом – это неплохо, – заверила меня мама и улыбнулась. – Главное, чтобы с тобой всё было в порядке, и ты был здоров.

– Но мне нужен компьютер. Или хотя бы сотовый телефон. Не могли бы вы дать мне несколько золотых монет? Пожалуйста!

– Почему это так важно? – спросил папа и вздохнул. Он выглядел каким-то… смущённым.

– У всех в классе есть телефоны. Только я опять как изгой.

– Мой дорогой мальчик. – Мама вернулась к моей кровати. – В этом ты ошибаешься.

– Точно. – Папа кивнул. – Поговори со своими одноклассниками. Уверен, тебе удастся им объяснить, насколько неважна, даже вредна вся эта техника!

– Верно! Ты только подумай обо всём этом вредном излучении! – живо добавила мама. – Вместо того, чтобы отвлекаться на эти штуки, вам лучше встретиться и во что-нибудь поиграть.

Они были реально не от мира сего!

С этими словами они удалились сквозь закрытую дверь. Я повернулся на бок, натянул до подбородка одеяло и закрыл глаза. Но о том, чтобы заснуть, не могло быть и речи.

Я застонал. Этот идиотский классный проект, а ещё тест по информатике… Если господин фон Хагебум поставит мне кол с минусом, и я останусь на второй год – как это решит мою проблему? Никак. В следующем году у меня возникнут те же трудности. Если только они не изменят учебную программу, а уж это полнейшая утопия. Я беспокойно ворочался, пока не понял, что больше этого не вынесу. Осторожно перешагнув через Озорника, я спустился по лестнице.

Из салона доносилась тихая музыка. Сквозь полуоткрытые створчатые двери я видел, как мама и папа медленно парят над полом, раскачиваясь в такт музыке. Я как можно тише открыл дверь в подвал и вышел на лестницу. Я на ощупь пробирался по длинному коридору, и впереди мелькнул яркий свет, а в нос ударил едкий запах дыма.

Как и ожидалось, дедушка сидел на своём гробу. Рядом с ним на мамином украшенном золотом блюдце медленно догорала и превращалась в пепел одна из его старинных сигар.

– Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться, – раздался из телевизора мрачный голос.

Дедушка опять смотрел свой любимый гангстерский фильм.

Я опустился на гроб рядом с ним, и он подскочил на месте.

– Как же ты меня напугал, мальчонка! – укоризненно произнёс он. – Ты в могилу меня сведёшь. Почему ты не в постели?! – Он хмуро посмотрел на меня. – Ах, понимаю, ты волнуешься. – Он отложил в сторону пульт и поправил бабочку. – К счастью, у тебя есть я! По крайней мере, для одной из твоих проблем у меня решение есть. – Он бросил на меня многозначительный взгляд, подплыл к старой корзине для белья и приложил палец к губам. – Но ни слова твоим родителям, даже под страхом смерти! Понял? – крикнул он бандитским голосом, погрузил руки в корзину и выбросил на пол несколько провонявших полотенец. Затем извлёк оттуда помятый журнал и сунул его мне в руки. К моему удивлению, журнал был всего недельной давности.

– Откуда он у тебя?

– О, нашёл на днях во время прогулки по кладбищу, – ответил дедушка. – Он лежал в мусорном ведре у компоста со старыми цветами.

– Ага. – Я в недоумении пролистал журнал. Реклама поддерживающих чулок и лестничных подъемников, а также сплетни о членах какой-то королевской семьи. И это станет решением моих проблем?!

Дедушка перевернул страницу и указал на кроссворд.

– Вот!

– Кроссворд? – Я был окончательно сбит с толку.

Он нетерпеливо постучал пальцем по странице журнала.

– Смотри сюда, мальчонка, – прорычал он. – Что ты видишь?

– Э-э-э-э… сплошные квадратики с вопросами?

– Нет, картина! Посмотри на картинку!

Что я должен был в ней разглядеть?

Дедушка постучал по бумаге.

– Вот это устройство!

Ах, так вот что он имел в виду! Смартфон.

– Это и есть приз?

– Совершенно верно. – Дедушка гордо ухмыльнулся. – Я принял участие в розыгрыше призов. Понятия не имею, куда твой отец запрятал наши золотые запасы. Но, насколько я знаю Генри, пройдёт целая вечность, прежде чем этот скряга расколется.

Я удручённо кивнул. На экране началась перестрелка.

Дедушка сунул мне под нос фотографию.

– С этой штукой ты быстро станешь таким же профессионалом, как и все остальные в твоём классе. А потом и вовсе утрёшь нос этому проклятому Деймону.

– Ты правда участвовал в розыгрыше?

Он нетерпеливо кивнул.

– У нас оставался один конверт и клей.

– И на почте приняли твоё письмо? – Я даже представлять себе не хотел, как выглядел заклеенный конверт. Дедушка предпочитал действовать в соответствии с девизом: сто раз отрежь, и один раз отмерь!

Он поднял плечи.

– Естественно. Пока никто не смотрел в мою сторону, я обклеил весь конверт марками и пододвинул его к прилавку. Как по волшебству, так сказать! А сейчас на нём столько марок, что его можно было бы отправить даже в Новую Зеландию. – Он весело рассмеялся.

О боже, если он и в самом деле выиграет для меня смартфон… это будет настоящим безумием.

Я тут же воззвал к своему разуму: этого всё равно никогда не произойдет.

Дедушка мрачно смотрел на меня.

– Немедленно прекрати это предотвращающее заклинание!

– Я не умею колдовать! – возразил я.

Он сердито сверкнул на меня глазами.

– Не спорь! Ты вполне в состоянии это сделать! А ещё ты мог бы проходить сквозь стены и общаться с нами мысленно. Просто ты в это не веришь. Меня сводит с ума тот факт, что ты считаешь, что ты не такой, как мы. – Он вздохнул.

– Я ПРАВДА не такой, как вы! – воскликнул я, но он отмахнулся.

Мы молча смотрели на экран. Даже если дедушка выиграет конкурс, это ещё не значит, что я заберу смартфон себе. Не зря же он хранил свой видеомагнитофон здесь, внизу, в подвале. Мама и папа на дух не переносили все эти технические прибамбасы, как они их называли. Папа сопротивлялся любым новомодным штучкам, а мама считала, что телепатии в качестве средства общения вполне достаточно.

Проблема заключалась в том, что для них, призраков, такая схема работала идеально. Я же был человеком – и в телепатии разбирался не лучше, чем в информатике.

– Оставь это мне, – сказал дедушка, словно услышал мои мысли.

Он полетел обратно к корзине для белья и спрятал в неё журнал.

– С твоими родителями я договорюсь. Они безнадёжно старомодны. – Он с вызовом посмотрел на меня. – Но пока телефон не окажется здесь, им ни слова. Понял?

Я кивнул.

– Мы поставим их перед фактом. Не дай бог Офелия раньше времени произнесёт какое-нибудь предупредительное заклинание или выкинет какой-нибудь другой фокус-покус.

Поставим перед фактом? Это же конкурс, розыгрыш призов? Как он мог быть уверен, что выиграет этот телефон для меня?

Дедушка сел на гроб и потянулся за пультом.

– Пришло время Офелии и Генри немного поучиться.

– Если справишься, ты – гений, – уныло произнёс я, но дедушка ободряюще шлёпнул меня по плечу.

– Мысли позитивно, и всё получится.

Я закатил глаза. Дедушка перемотал плёнку назад. На экране появилось лицо одного из бандитов.

– А если нет… – Он нажал на кнопку, подмигнул и заорал одновременно с актёром: – Тогда я сделаю вам предложение, от которого вы не сможете отказаться.

Глава 10

– Long time, no see², – хмуро поприветствовал меня господин фон Хагебум. – Через десять минут после звонка? Это ты называешь «стараться», Роберт? Тебе придётся приложить усилия, иначе у нас состоится серьёзный разговор.

Я кивнул, пряча глаза от остальных, которые с любопытством смотрели на меня. Я был так занят тем, чтобы как можно незаметнее добраться до своего места, что лишь когда скользнул на свой стул, осознал, что Изабелла сидит рядом со мной. Накануне в компьютерном зале она сидела с Лореттой.

Изабелла подняла взгляд и подмигнула мне.

– Мне нужно тебя срочно кое о чём спросить, – начал я, но господин фон Хагебум крикнул:

– Роберт, заткнись!

Изабелла закатила глаза.

– Позже, – прошептала она и снова уткнулась в экран. Её пальцы порхали над клавиатурой. Я ещё никогда не видел, чтобы кто-то печатал с такой скоростью. Что она делала? Я украдкой присмотрелся к остальным. На большинстве экранов виднелись лабиринты, все сплошь кривые и косые, кроме лабиринта Лоретты. На экране Изабеллы я не увидел ничего кроме цифровых и буквенных комбинаций, что меня немало озадачило. Я с облегчением откинулся на спинку стула. Наконец-то я больше не один. Теперь нас двое в последнем ряду, и, судя по всему, Изабелла, как и я, ничего не смыслит в компьютерах.

Впереди над учительским столом висела интерактивная доска. Господин фон Хагебум вывел на неё наше задание, и я поспешно принялся догонять остальных.

Пять минут спустя дело было сделано: хотя мой монитор и не демонстрировал лабиринт из коридоров, зато на нём отображалось множество цифр и букв, как у Изабеллы. Неплохо.

Шаги приближались. Я не впервые не боялся показать господину фон Хагебуму свой результат.

Сначала он подошёл к Изабелле.

– Это ты сделала? – в недоумении спросил он.

Я покосился на её монитор. Ни цифр, ни букв, ни лабиринта. Вместо этого её компьютер показывал… какой-то дворец?

– У тебя есть опыт работы с языками программирования? – удивлённо осведомился господин фон Хагебум.

– Небольшой, – пожала плечами Изабелла. Не то чтобы я в этом разбирался, но, судя по реакции господина фон Хагебума, Изабелла добилась впечатляющих результатов. Но она выглядела так, будто ей абсолютно всё равно.

Господин фон Хагебум помолчал и благоговейно прошептал:

– Никогда не видел ничего подобного! – Он покачал головой и повернулся ко мне. – А это что такое, Роберт? – К сожалению, он не только не впечатлился, но как будто даже с ужасом указывал на мой хаос из цифр и букв.

– Это… э… наше задание.

Он вскинул брови.

– Не-а, Роберт. Это не так. – Он вернулся к Лоретте.

– Не-а, Роберт, – услышал я голос Деймона. Ава и Юстус захихикали.

Я невозмутимо уставился в свой монитор. Пока господин фон Хагебум выводил на доску очередную задачу, я старался сосредоточиться и хоть в чём-то преуспеть.

Когда спустя некоторое время, я, наконец, одолел лабиринт и оторвал взгляд от монитора, то заметил, что Изабелла задумчиво смотрит на меня. Я поспешно отвернулся. Она была круче всех девчонок в моём классе. Взять хотя бы её шмотки. Она не носила ничего розового или блестящего и не красила ногти. На ней были чёрные леггинсы и удлинённый оранжевый свитер с надписью: Математика. Единственное место, где можно купить 109 ананасов, и никто не спросит у тебя, зачем.

Изабелла реально была очень крутая.

Я вздохнул.

Невероятно, но факт: за всё утро не выдалось ни единой возможности с ней поговорить! Я должен был спросить её, почему она видела Озорника. Собаку-призрака! А ещё моего дедушку! Такое в моей жизни случилось впервые!

Последнюю попытку я решился предпринять после школы. Но, пока я подкарауливал Изабеллу, фрау Ватанабэ подозвала её к себе.

– Дорогая, нам нужно заполнить несколько документов для школьной администрации.

О нет, это займёт кучу времени! Я разочарованно поплёлся домой.

– Роберт! – Тарантино заметил меня возле лавочки господина Смирнова. Люцифер рванул ко мне, но Тарантино удержал его на поводке. – Почему твои родители до сих пор не отметились?

Я не сразу догадался, о чём он говорит. Ах, собрание по поводу сбора мусора!

– Э… да, они сейчас заняты.

– О, неужели? – Он прищурился. – И чем же?

– Работой, чем же ещё?

– Какой работой? Я их ещё ни разу не видел.

Это было похоже на допрос!

– Ну, у них… сейчас много работы, но я им напомню.

Я поспешил вверх по улице и шмыгнул в садовую калитку. Обогнув куст фундука, я услышал голоса и громкий смех. Странно! Как правило, днём призраки не приходят. Я с подозрением приблизился.

– Эй, кто здесь?

Из-за угла дома ударила молния. Незнакомый призрак?!

– Привет, привет! – крикнул он и широко улыбнулся. Он был примерно моего роста и примерно моего возраста. Если вычесть несколько сотен лет – с тех пор, как он стал призраком.

– Ты кто такой? И самое главное: пожалуйста, не шуми! – Я огляделся. Вдруг Тарантино за мной следил?

Призрак ткнул меня в рёбра и усмехнулся.

– Эй, не груби. У тебя такой вид, как будто ты привидение увидел. – Он расхохотался. – Ха, каламбур! Этой шутке меня научил дедушка Артур.

Дедушка Артур? Я заподозрил неладное.

Остряк преградил мне путь, но я прошествовал сквозь него.

В обычной ситуации я бы на это не отважился. Мама учила меня никогда так не поступать, поскольку в мире призраков это равнялось тринадцати баллам по десятибалльной шкале грубого поведения. По крайней мере, если ты делал это намеренно.

– Роберт! – На пороге вдруг возникла мама. – Что подумает наш гость?

Значит, я правильно угадал. Тем не менее я спросил:

– Кто это?

Но прежде, чем мама успела ответить, наш гость выпалил:

– Твой ненаглядный кузен! Лоренцо.

Всё оказалось так, как я и опасался. Он надулся, стал круглым, как шар, а потом с фырканьем выпустил из себя воздух.

– Обязательно всё время это делать? – прогрохотал в окно дедушка, сердито стукнул тростью и раздражённо поправил голову. – Ты здесь всего час, а уже всю плешь мне проел.

– Плешь? Какую плешь? Ты имеешь в виду ту, что у тебя на голове, дорогой дедушка? – хихикнул Лоренцо.

Дедушка собрался запустить в него своим черепом, но тут вмешалась мама. К сожалению.

– Мне за вас стыдно!

– Ах, дело житейское, – ответил Лоренцо. – Со временем подружимся.

Со временем? Я хотел задать вопрос, но мама суровым взглядом пресекла мою попытку.

– Лоренцо пока поживёт у нас. Смена обстановки пойдёт ему на пользу. Кроме того, я обещала его отцу, что мы о нём позаботимся.

Я собирался возразить, но мама меня прервала.

– Папа сейчас готовит, а я быстро приведу себя в порядок. Покажи Лоренцо свою комнату!

– Так и быть, – вздохнул я, понимая, что сопротивляться бесполезно.