Kitobni o'qish: «Пират поднебесья. Экспедиция за нигилитом (сборник)»

Name: Пират поднебесья. Экспедиция за нигилитом (сборник)
Author: Роберт Крафт
ISBN: 978-5-486-04009-2

Shrift:

Пират поднебесья

Глава I
Необыкновенное известие

Газеты по всему миру разнесли такое поразительное известие, что каждый образованный человек почти с волнением стал ожидать его подтверждения.

Сообщалось, что молодой швейцарец по имени Арнольд Рекерт разрешил одну из величайших проблем снабжения энергией. Ему якобы удалось найти неиссякаемый энергетический источник и притом совершенно бесплатный. Используя атмосферное электричество, Рекерт с помощью какого-то простого прибора научился собирать энергию туч и облаков, а потом благодаря тому же прибору распределять накопленную энергию по своему желанию.

Это казалось настоящей сказкой. Все понимали, что это изобретение, если оно только не окажется газетной уткой, должно изменить условия современной жизни, всю хозяйственную, экономическую жизнь человечества и отношения людей между собой.

Весь читающий цивилизованный мир требовал более подробных сведений, и журналисты наперебой давали их. Но из всего этого потока лжи и газетных измышлений можно было установить только очень немногое: было несомненно, что Арнольд Рекерт существовал, что это был молодой швейцарский инженер, учившийся в Цюрихе и потом работавший несколько лет ассистентом при метеорологической обсерватории в Сен-Готарде.

Газетные ищейки установили также с достоверностью, что Арнольд Рекерт в свои студенческие годы жил в меблированной комнате у скромного учителя Баха, а у того была хорошенькая дочь, с которой гениальный изобретатель оказался тайно помолвлен. Это и многое другое скоро стало известно. Но среди бесчисленного количества газетных строк, посвященных новому разделу «Гениальное изобретение Арнольда Рекерта», нельзя было найти никакой технической информации об его устройстве.

Из-за напряженного интереса к этому открытию газеты посвящали целые столбцы изложению сведений, относящихся к атмосферному электричеству. Здесь говорилось, что тучи заряжены положительным и отрицательным электричеством, что самые незначительные облачные скопления содержат в себе огромные его запасы, что от соединения туч происходит разряд, который мы наблюдаем в виде молнии. Вся эта школьная мудрость, известная еще из учебников физики, торжественно преподносилась читателю. При этом прибавлялось, что суть явления атмосферного электричества, тайна его накопления и разряда до сих пор еще не исследованы, но зато многими учеными вычислено с приблизительной точностью, что даже в небольшой туче заключено огромное количество энергии. Томас Алва Эдисон доказал, что энергией одной молнии средней силы можно было бы освещать в течение целого года весь трехмиллионный Нью-Йорк.

Да, если эту стихию подчинить и заставить служить человечеству, то сила и мощь его будут беспредельны, и тогда человечество станет властелином Земли!

Чтобы доказать, что это не сказка и не выдумка газетчиков, Арнольд Рекерт объявил, что охотно продемонстрирует свое изобретение любому ученому, который поднимется по железной дороге в Сен-Готард и пожалует к нему в лабораторию.

Сотни ученых из разных стран потянулись в Сен-Готард и собственными глазами увидели величайшее изобретение нашего времени. Этот прибор по своему внешнему виду был более чем прост и представлял собой небольшой деревянный ящик, по десять сантиметров в длину, ширину и высоту; в середине ящика наверху находилась короткая стальная штанга, а по бокам обычные для электрических аппаратов два медных провода… и это все!

Если в небе есть даже небольшое облачное скопление, эта стальная штанга каким-то таинственным способом вбирает из этих облаков электрическую энергию, и ей можно пользоваться с помощью медных проводов, расположенных по бокам аппарата. Рекерт это доказывал всем желающим. Он в присутствии всех соединял эти провода с небольшим двигателем в одну лошадиную силу – двигатель начинал работать и работал беспрерывно до тех пор, пока гальванометр показывал электрическое напряжение воздуха.

Но это было еще не все: гениальный изобретатель демонстрировал второй такой же аппарат объемом не в десять, а тридцать кубических сантиметров. И количество энергии, скопляемое им, было так велико, что ее можно было легко измерить с помощью обычных электрических приборов и убедиться, что этот аппарат обладает энергией в двадцать семь раз большей, чем первый. То есть с увеличением размеров аппарата количество энергии возрастало втрое. Поэтому-то Арнольд Рекерт назвал свое изобретение «Электрокуб».

Было ясно, что сравнительно небольшой ящик, объемом один кубический метр, мог дать электрическую энергию, равную тысяче лошадиных сил. И этот простой подсчет был таким головокружительным, что даже наиболее спокойные люди не могли не согласиться, что начинается новая, великая эра в жизни человечества. Стоит только поставить такого рода ящики на всех высоких горах, вершины которых большей частью покрыты облаками и тучами, – и к услугам человечества явятся бесконечные запасы энергии, которая превратится в свет, тепло и механическую силу.

Конечно, владельцы угольных копей и нефтяных источников будут совершенно разорены. Но что это значит в сравнении с общим благом всего человечества! Естественно, что частные интересы должны быть принесены в жертву общему благу.

Но что же находилось внутри этих таинственных и могущественных аппаратов?

Обыкновенный хлопок, простая вата, которая была пропитана какой-то неизвестной жидкостью, составлявшей тайну молодого инженера.

Акционерные предприятия, образовавшиеся в различных странах для использования великого изобретения, предлагали Арнольду Рекерту за него огромные суммы. И размеры этих сумм росли с каждым днем. Вначале он получил из Англии телеграмму с предложением десяти тысяч фунтов стерлингов; это было так смешно, что Арнольд Рекерт не удостоил акционеров даже своим ответом. Америка предложила десять миллионов долларов, так же как и Лондонское электрическое общество, но уже не долларов, а фунтов стерлингов.

В этом было что-то сказочное – молодой швейцарский инженер Арнольд Рекерт одним своим гением становился богатейшим человеком в мире.

Глава II
Таинственное похищение

Арнольд Рекерт медлил продавать свое изобретение, так как хотел одновременно продать его в разные страны, хорошо осознавая, что едва его аппарат попадет в чужие руки, оно станет общим достоянием, уже независимо от его воли. Это гениальное изобретение имело ту особенность, что каждый ученый техник мог бы посредством простого анализа установить состав ваты, которая находится в аппарате. И, следовательно, каждый мог бы пользоваться изобретением, не нуждаясь для этого в разрешении изобретателя.

Продолжая вести переговоры с правительствами и акционерными предприятиями различных стран, Арнольд Рекерт переехал в Цюрих и, отклонив все предложения владельцев отелей, предлагавших ему свои роскошные апартаменты, поселился в скромном домике Баха, в той же самой комнате, в которой он провел свои студенческие годы, – желая быть ближе к своей невесте Герте Бах.

За сохранность своего изобретения молодой инженер был совершенно спокоен, так как на последние деньги приобрел несгораемый стальной шкаф самой совершенной конструкции, ключ от которого всегда находился при нем, а дубликат – у его невесты. Кроме того, этот стальной шкаф стоял у него в комнате, и Арнольд не упускал его из внимания. А на случай нападения у Арнольда в кармане был всегда заряженный револьвер.

Да и вообще эти страхи казались смешными и принадлежали большей частью робкой Герте, которая боялась за жизнь своего жениха, и поэтому ей рисовались всевозможные ужасы.

Арнольд, смеясь, успокаивал ее, доказывая в сотый раз всю необоснованность ее ребяческих страхов. Они были особенно нелепыми теперь, когда внимание всех было отвлечено от электрокуба, и все читающее человечество почти забыло о нем, увлекшись новым сенсационным известием.

Это известие появилось впервые в американской прессе и не могло быть газетной уткой, так как было подписано именем известного профессора О’Тира, живущего в Линкольне, в штате Небраска. Этот профессор 14 августа в 5 часов 6 минут утра наблюдал Венеру в свой огромный телескоп и тогда, при свете утренней зари, ясно увидел какую-то темную точку, которая все увеличивалась, приближаясь. Десять минут спустя эта точка настолько увеличилась, что профессор мог с уверенностью сказать, что это воздушный корабль, передвигающийся собственной силой в воздухе. А через полчаса этот воздушный корабль пронесся над Линкольном, и тысячи людей видели его. Пролетел он на большой высоте, но можно было ясно различить сигаровидную форму воздушного корабля, совершенно схожую по типу с управляемым аэростатом графа Цеппелина. Только размеры этого воздушного корабля были значительно больше. Насколько можно было определить, это огромное чудовище должно было иметь не меньше двухсот метров в длину при диаметре двенадцать метров.

Корабль держал курс на восток, и около двух часов дня многие его ясно видели в Гаррисоне. А так как Гаррисон находится от Линкольна на расстоянии трехсот шестидесяти английских миль, то воздушный корабль, пролетев это расстояние за девять часов, должен обладать, таким образом, собственной скоростью около двадцати четырех метров в секунду – скоростью, значительно превышающей показатели современных управляемых аэростатов самых совершенных конструкций.

Это было странно и непонятно, но самое удивительное ожидало впереди. Таинственный воздушный корабль на следующий день показался над Нью-Йорком, а потом его ясно различили с помощью телескопов над Атлантическим океаном! Это было невероятно, так как продолжительность пребывания в воздухе, достигнутая современными управляемыми аэростатами, не превышала тридцати шести часов, а перелет через Атлантический океан, даже при той колоссальной скорости, которой обладал этот воздушный корабль, должен был отнять не менее пяти суток! Из какого же материала сделан аэростат, если он в состоянии хранить газ в течение такого длительного времени? И главное, какой колоссальной подъемной силой он должен обладать, если, по всей вероятности, имел запас топлива, достаточный для беспрерывного перелета через весь Атлантический океан?..

Этими и подобными вопросами занимались все газеты и все читающее человечество, совершенно забыв об электрокубе и о его молодом инженере-изобретателе. Интересовались только новым поразительным изобретением – таинственным воздушным кораблем, летящим через Атлантический океан.

Кому мог принадлежать этот воздушный корабль? Где и как он был построен – в столь строгой тайне, что никто о нем до сих пор ничего не слышал?

Только об этом думали все и об этом же рассказывал Арнольд своей невесте, сидя с ней около десяти часов вечера в своей скромной студенческой комнате в доме ее родителей. Герта исполняла роль секретаря при Арнольде, так как владела несколькими языками, и теперь, в этот тихий час ночи они, написав несколько писем, касающихся продажи изобретения Арнольда, отдались мечтам о своем близком счастье, строя бесконечные планы на будущую жизнь.

В это время внизу у входной двери раздался звонок, и мать Герты, которая открыла дверь, вернулась с известием, что какие-то два господина хотят по неотложному делу видеть теперь же, несмотря на поздний час, господина Арнольда Рекерта; эти господа очень извиняются, что явились так поздно, но надеются, что великий изобретатель все же не откажется принять их, так как они здесь проездом и поэтому не могли явиться раньше.

Герта, сильно взволнованная и испуганная этим ночным визитом, умоляла Арнольда не принимать этих ночных посетителей или, по крайней мере, позволить ей оставаться в комнате во время их беседы, но Арнольд был тверд в своих деловых принципах и наотрез отказал:

– Ты должна примириться с тем, Герта, что дела будут часто отрывать меня не только по вечерам, но и среди ночи, а что касается твоего присутствия, то это же просто смешно: ведь не защищать же ты меня будешь! А ты знаешь, что при деловой беседе я люблю быть один и что только тогда я могу сосредоточиться?

Герта вышла в соседнюю комнату, где были ее отец и мать, и закрыла за собой дверь, но, продолжая бессознательно бояться чего-то, она, вся дрожа, прильнула к двери, чтобы слышать происходящий там разговор ее жениха с незваными гостями.

Отец и мать разговаривали, и это мешало ей ясно слышать беседу пришедших людей с Арнольдом…

Вот они представляются… Что-то вроде Годдин и Мюллер… Они говорят по-немецки, но с иностранным акцентом… Говорят об условиях продажи изобретения, спрашивают, не могут ли они видеть электрокуб в действии…

Глухо доносятся их слова, еще глуше ответы Арнольда, а потом голоса Арнольда стало совсем не слышно…

Но какая странная, непонятная неосторожность со стороны Арнольда!.. Она ясно слышит, как щелкает замок несгораемого шкафа, и догадывается, что Арнольд согласился показать свои электрокубы этим таинственным ночным посетителям… Вот она слышит, как передвигается как будто бы мебель, – должно быть устанавливают электрокубы… А потом опять тихие голоса, опять щелканье замка – и все тихо…

Герта стояла неподвижно у двери, мучительно прислушиваясь, стараясь уловить хоть какой-нибудь звук, за дверью молчали, оттуда не доносилось ни одного звука.

– Что бы это значило, почему там такая тишина? – волнуясь и дрожа, спросила Герта, обернувшись к своим родителям.

– Они просто осматривают электрокуб, – спокойно ответили они.

– Да, но так тихо, не издавая ни одного звука?

И под влиянием какого-то непонятного страха, охватившего ее, она распахнула дверь и вошла в комнату…

На письменном столе по-прежнему горела студенческая рабочая лампа Арнольда… Но в комнате никого…

– Арнольд, Арнольд, где ты?

Поиски по всему дому ни к чему не привели. Что было особенно для них непонятно и как-то таинственно-страшно, так это то, что входная дверь оставалась запертой изнутри на крюк в том же точно виде, в каком она была, когда мать Герты впустила ночных посетителей и заперла за ними дверь.

В ужасе Герта кинулась в свою комнату за вторым ключом от железного шкафа и, открыв его, убедилась, что он пуст… Электрокубы исчезли вместе с их изобретателем!

Цюрих был глубоко взволнован этим событием, и телеграммы полетели во все концы мира. Но усилия наиболее опытных сыщиков открыть хоть какие-нибудь следы были бесплодны: ясно, что похищение изобретателя с его аппаратом не могло произойти через дверь, так как она была заперта изнутри; следовательно, оставалось одно предположение, что похищение произошло через окно, которое было открыто еще до прихода посетителей. Но это предположение не выдерживало никакой критики, так как квартира Баха находилась на третьем этаже, – а для того чтобы вытащить с третьего этажа человека, нужны какие-нибудь приспособления… Кроме того, внизу, в том же доме находился ресторан, и его запоздавшие ночные посетители должны были слышать что-нибудь. Между тем никто не заметил ничего подозрительного.

Таинственная и непонятная загадка. Казалось, что само небо, разгневанное за раскрытие его тайны, взяло к себе изобретателя вместе с его изобретением…

Глава III
Капитан Смит

Сознание Арнольда смутно прояснялось, и только постепенно всплывало перед ним все произошедшее.

– Да, два человека… Они хотели купить… Для частного лица… Я отказался продать… Потом они хотели посмотреть электрокубы и спросили, здесь ли они… А потом чем-то мокрым ударили меня по лицу… Должно быть, это была губка с хлороформом… – соображал Арнольд. – Хорошо, где же я теперь?

Арнольд вскочил и сел на кровати.

Арнольда Рекерта трудно было заставить потерять голову; он привык холодно размышлять всегда, даже в самую опасную минуту жизни; и теперь он тоже очень скоро овладел собой и начал осматривать место своего заключения, так как было ясно, что он в плену.

Комната, в которой он находился, была очень маленькой, но обставлена чрезвычайно комфортабельно. И привыкший к точному анализу, Арнольд сразу обратил внимание на странное несоответствие этой роскоши с теснотой помещения: прекрасная софа, обитая красным бархатом, стулья с дорогой резьбой, настоящий смирнинский ковер; но сама комната поразительно мала и в ней собраны самые различные вещи, – обстановка кабинета, спальни и уборной вместе.

– Где могут так дорожить местом? – задал себе вопрос Арнольд и тотчас сам же себе ответил: «Только на корабле».

Это для него было несомненно; но при этом было непонятно, почему все стояло так свободно и не было привинчено, как это обыкновенно делается на кораблях? И еще одна непонятная странность: он почувствовал поток воздуха сверху и заметил в потолке отверстие, через которое в его каюту доставлялся искусственный воздух…

– Для чего это? – размышлял Арнольд. – Быть может, это не обыкновенный корабль, а…

В это время он услышал щелканье задвижки; в одной из стен каюты открылось незамеченное им раньше оконце, и в отверстии его показалась голова человека; эта голова предложила Арнольду обедать, но в ответ на все вопросы Арнольда: «где он и как сюда попал», отвечала только одной фразой: «Об этом вы узнаете от моего господина».

– Когда?

– Сразу же после вашего обеда.

Арнольд вынужден был примириться с этим и принялся за принесенный ему обед, так как, несмотря на все чрезвычайные события, пережитые им, не потерял аппетита и мог отведать все блюда, поданные ему.

Окончив есть и наливая себе вина, Арнольд услышал какой-то легкий шум и, быстро обернувшись к двери, увидел перед собой высокого, сильного человека с коротко остриженными волосами и длинными усами; несмотря на слишком резкие черты, на большой нос и какой-то особенно острый проницательный взгляд серых глаз, лицо этого человека имело что-то исключительно интеллигентное, свидетельствующее о высокой духовной силе его обладателя. Арнольду бросилось в глаза, что этот человек, как и виденный им раньше мельком через оконце каюты, одет в костюм из какой-то грубой серой материи, но при этом покрой его был изящным и соответствовал современной моде.

– Как вы себя чувствуете, коллега?

Этот спокойный вопрос возмутил молодого инженера. Сделав шаг к неизвестному господину, Арнольд ответил резким вопросом:

– Кто вы такой?

– Собственник и капитан этого корабля.

– Итак, я на корабле… – задумчиво сказал Арнольд. – Но почему вы меня назвали коллегой? И как ваше имя?

– Я тоже инженер, а имя мое самое обыкновенное, и оно вам ничего не скажет: Эдвард Смит, к вашим услугам, – произнес капитан, слегка поклонившись, как бы представляясь.

– Итак, это по-вашему приказанию меня схватили и привели сюда?

Эдвард молча и весело поклонился.

– Вы хотели завладеть моими электрокубами?

– Совершенно верно. Дело оказалось проще, чем я думал, – я произвел анализ и теперь сам умею делать такие же электрокубы.

Это спокойствие выводило Арнольда из себя, но он сдержался и холодно спросил:

– Ну а зачем же я лично вам нужен?

– Я хочу, чтобы ваше великое изобретение принадлежало только мне одному, – ясно и твердо ответил Эдвард Смит. – Оно, несмотря на гениальность, так удивительно просто, что вам незачем было делать записи и кому-нибудь подробно рассказывать о нем. Я думаю, вы поостереглись.

Арнольд посмотрел в проницательные глаза своего собеседника и выбрал тот дипломатический путь, который, быть может, ведет к цели лучше всякого другого: он решил говорить правду.

– Да, вы правы: я не излагал своего изобретения письменно и никому не говорил о нем.

После короткой паузы капитан спросил:

– Почему вы сочли возможным сказать мне это прямо и откровенно?

– Потому что… я уверен, что не ошибаюсь в вас: вы не кажетесь мне простым разбойником, – откровенно заявил Арнольд.

– Да, вы правы, – улыбнулся капитан, – и все же ваше изобретение будет принадлежать только мне одному.

– Но ведь это непростительный эгоизм! – воскликнул Арнольд.

– Очень возможно, – спокойно ответил капитан, – впрочем, это отчасти самозащита: ведь ваше изобретение должно было разорить меня как собственника угольных копей.

После некоторого молчания Арнольд спросил:

– Итак, вы намерены меня держать в плену?

– Да, ничего другого не остается, так как иначе мне придется умертвить вас.

– Ну, я предпочитаю плен, – спокойно заявил Арнольд. – Но я хотел бы знать, как долго он продолжится?

– До моей смерти, – ответил капитан. И так как Арнольд непроизвольным движением выказал испуг, то капитан успокоительно добавил:

– Не беспокойтесь, коллега, не так долго; мне уже пятьдесят восемь лет, и на основании некоторых данных я уверен, что проживу не дольше семидесяти… В моем возрасте двенадцать лет – много, для вашего же – пустяки… – И после короткой паузы он добавил: – Зато после моей смерти вы унаследуете мое изобретение, которое, право же, не менее важно, чем ваше, и за которое не жаль заплатить двенадцатью годами жизни.

– Какое это изобретение? – спросил глубоко заинтересованный Арнольд.

– Вы открыли, как добывать электричество из атмосферы, а я изобрел аппарат, посредством которого электричество можно накопить в любом количестве и сохранять его сколько угодно времени.

– Вы изобрели аккумулятор?

– Да, аккумулятор электрической энергии; тот самый аккумулятор, к которому в течение стольких десятилетий стремились лучшие электрики всего мира. Аккумулятор легкий и удобный – при величине не более одного кубического метра он может отдавать беспрерывно в течение многих лет электрическую энергию, равную тысяче лошадиных сил.

Арнольд был слишком страстным техником, чтобы не оценить сразу значения этого изобретения и не заинтересоваться им.

– С аккумулятором всего в один кубический метр вы можете в течение многих лет приводить в действие двигатель в тысячу лошадиных сил? – переспросил пораженный Арнольд.

– Да, мне удалось разрешить эту проблему, и здесь на борту этого корабля имеется такой аккумулятор. Но заряжать его электрической энергией представляло для меня большие трудности, а теперь, благодаря вашему изобретению, я становлюсь властелином земли, так как могу не только добывать любое количество энергии, но и сохранять и свободно использовать ее. После же моей смерти все это перейдет вам в наследство, – спокойно закончил он.

– Но чтобы добыть такое количество энергии, вам придется подняться в облака?

– Как вы думаете, где вы находитесь? – ответил вопросом капитан.

– На корабле… Скорее всего, подводном, – ответил Арнольд, подумав.

– Следуйте за мной.

Глава IV
Властелин воздуха

Капитан вышел через дверь, и Арнольд последовал за ним. Они прошли через короткий коридор и поднялись по узкой крутой лестнице вверх. Поток свежего воздуха хлынул и почти опьянил Арнольда: они стояли на какой-то платформе. От удивления перед открывшейся его взорам картиной у Арнольда подкосились ноги, так что он чуть было не упал…

Под ним на головокружительной глубине лежала Земля, залитая ярким светом летнего солнца: зеленые луга и желтые поля, шоссейные дороги пересекали друг друга, как узенькие белые ленты; река сверкала на солнце и извивалась, как гибкая чешуйчатая змея, а там дальше виднелся город. По-видимому, это был очень большой город, так как Арнольд различил множество маленьких игрушечных домиков, бесчисленную сеть узеньких улиц и маленьких квадратиков площадей…

«Это дирижабль!» – промелькнуло в голове у Арнольда.

– Там вдали виднеется Берлин, – раздался голос капитана.

Арнольд уже овладел собой и с глубоким интересом инженера осматривал все вокруг. Прежде всего он обратил внимание на огромную конструкцию сигаровидной формы, ярко-желтого цвета, длиною около двухсот метров, которая возвышалась над платформой, и с волнением спросил у капитана:

– Ведь это, конечно, не тот воздушный корабль, который был замечен впервые в Линкольне и потом исчез над Атлантическим океаном?

– Именно тот самый дирижабль, – улыбаясь, ответил капитан Смит.

Внимательный взгляд Арнольда со страстным любопытством впился в это чудовище, и он сразу заметил несколько вещей, которые его поразили, так как был немного знаком с конструкцией современных дирижаблей.

Прежде всего они находились не в гондоле. Было видно, что платформа, на которой они стояли, представляла собой крышу гондолы; сама гондола, напоминавшая по своей величине железнодорожный вагон, была подвешена на стальных канатах к огромной «сигаре», которая, несомненно, была аэростатом, наполненным водородом. Но что было удивительно и непонятно, так это то, что гондола была соединена с аэростатом огромной трубой, имевшей, по-видимому, один метр или около того в диаметре.

«Зачем нужна эта труба? И главное, как можно соединить аэростат, наполненный водородом, непосредственно с гондолой?» – удивлялся Арнольд. Огромные пропеллеры помещались с двух сторон «сигары», и таким образом это чудовище могло передвигаться взад и вперед по желанию капитана. Это было ясно и понятно. Но представляло загадку то, что кроме двух больших пропеллеров имелось еще много пропеллеров значительно меньшего размера, размещенных в различных местах «сигары»; Арнольд насчитал на стороне, обращенной к нему, двадцать таких пропеллеров, и, следовательно, их было сорок на всем дирижабле.

Арнольд ломал голову, совершенно не понимая назначения этих пропеллеров.

Вдруг его внимание поразило то, что как большие пропеллеры, так и меньшие лежат с неподвижно свернутыми крыльями, а Земля между тем быстро проносится у него под ногами – и, следовательно, дирижабль летит…

– Ведь мы летим? – спросил Арнольд.

– Да, со скоростью пятнадцать метров в секунду, – ответил капитан.

– А пропеллеры?.. – спросил с удивлением Арнольд, указывая рукой на неподвижные пропеллеры.

– Они нам в настоящий момент не нужны, так как мы находимся в благоприятном течении ветра и летим теперь, как свободный аэростат, а не как управляемый, – спокойно объяснил капитан.

Арнольд задумался и спустя несколько минут спросил:

– Какова же подъемная сила аэростата? То есть я хочу сказать – сколько кубических метров газа он вмещает?

– Около двадцати тысяч кубических метров, – ответил капитан с легкой улыбкой, которой Арнольд не заметил.

– И при такой огромной подъемной силе вы употребляете еще вот эти небольшие пропеллеры, которые ни для чего другого не могут служить, как для развития вертикальной силы? Ведь это нечто вроде поддерживающего винта? Как видно, вам удалось создать поразительную конструкцию, соединяющую аэростат с геликоптером, правда?

Когда капитан оставил вопросы без ответа, Арнольд опять спросил:

– Какой же энергией приводится все это в движение?

– Электрической энергией, – коротко ответил капитан и, взяв конец длинного кабеля, свисавшего около трубы, прикрепил медные провода к какому-то небольшому аппарату, который он вынул из кармана.

– Вот, смотрите… И не волнуйтесь, что бы ни происходило, так как этот маленький прибор безраздельно владеет кораблем, – сказал капитан, повернув блестящую рукоятку аппарата.

Все огромное чудовище вздрогнуло и, остановившись на одно мгновение, повернулось острием вниз и начало опускаться сперва медленно, а потом все быстрее и быстрее, так что этот спуск превратился уже в настоящее падение… Земля летела к ним навстречу со страшной быстротой, и все предметы принимали свои обычные размеры… Приближалась настоящая катастрофа, и несомненная гибель грозила аэростату, так как гондола должна была наткнуться на ближайшее дерево.

– Мы падаем… Мы падаем! – невольно закричал Арнольд.

Но один поворот рукоятки аппарата – и все чудовище словно замерло на одном месте, плавно колышась на расстоянии одного метра от дерева.

Еще поворот рукоятки, и пропеллеры зажужжали, как сотни пчел, потревоженных в улье, закружившись в безумной пляске… По мановению руки Эдварда Смита чудовище производило бесконечные маневры, то плавно опускаясь почти до земли, так что гондола даже слегка касалась ее, то плавно огибая деревья и кружа вокруг них…

– Поразительно… Изумительно… – шептал восторженно Арнольд.

– Итак, будем продолжать наш путь? – сказал капитан Смит.

Через секунду корабль стрелой поднялся вверх, и снова дома казались игрушечными, а дороги и реки – узенькими белыми лентами.

После долгой паузы Арнольд спросил:

– Какой мощности двигатель у вас на корабле?

– Около пятисот лошадиных сил, – ответил капитан совершенно спокойно, но Арнольд с удивлением посмотрел на него:

– Но это же огромный вес! И потом – все необходимые запасы, служащие, машинисты? Ведь не можете вы один управлять всеми этими…

– Пойдемте за мной, я вам все покажу. Вы убедитесь, что двенадцать лет жизни не слишком дорогая цена за все то, что вы получите в наследство от меня, – сказал капитан, открыв небольшую дверь, ведущую во внутрь трубы, извивавшейся около платформы, конец которой уходил в глубь аэростата.

– Следуйте за мной, – сказал капитан.

– Да, но… Но ведь эта труба ведет в аэростат? – с удивлением спросил Арнольд.

– Идите за мной, – повторил капитан.

И по узкой лестнице, находившейся внутри трубы, капитан начал подниматься вверх, а Арнольд следовал за ним; они поднимались все выше и выше, пока наконец не достигли противоположной стороны «сигары»… Вот труба закончилась, и они оказались на крыше аэростата.

Картина, представившаяся глазам Арнольда, была поразительной – аэростат здесь, наверху, не имел закругленной формы, и крыша его была совершенно плоская, напоминая своим устройством, до мелочей, палубу обыкновенного морского корабля… Какие-то непонятные закругления, колонны, много стальных канатов, проводов и лодок, по форме тоже напоминающих обыкновенные лодки… Но самое удивительное было то, что на этой палубе двигались, исполняя какую-то работу под управлением боцмана, человек пятьдесят матросов… Громко звучала команда боцмана, плавно и стройно совершалась работа пятидесяти человек, одетых одинаково в какое-то странное серое сукно, какое было и на боцмане, и на капитане Эдварде Смите. Ярко светило солнце, освещая эту картину лихорадочной работы на морском корабле, и разум Арнольда отказывался воспринять эту картину, так как он помнил, что находится на высоте тысячи метров над землей.

– Это какая-то сказка… Я грежу, – бормотал растерявшийся Арнольд.

– Нет, это не сказка и не сон, – улыбаясь, сказал капитан, – вы здесь видите только часть экипажа; у меня здесь, на корабле, около четырехсот человек.

– Вы шутите? Четыреста человек? Но постойте… Двадцать тысяч кубических метров водорода могут дать подъемную силу… Нет, нет, это невозможно, это невероятно!..

– Да, при обыкновенных условиях это невероятно, но следуйте за мной…

Пройдя несколько шагов по палубе корабля, капитан открыл люк и начал спускаться вниз по лестнице.

– Куда вы идете? Там газ! – вскрикнул Арнольд.

Но капитан невозмутимо шел вперед и Арнольд должен был следовать за ним.

Они очутились в длинном узком коридоре, ярко освещенном электрическим светом, вдоль которого в различных местах были расположены двери, ведущие в отдельные каюты.

– Мы находимся внутри аэростата? – спросил, запинаясь, Арнольд.

– Совершенно верно.

– Да, но где же этот… газ?

– Газ? На корабле нет никакого газа.

– Я спрашиваю, где газ, который наполняет аэростат? – повторил Арнольд.

– Но это совсем не аэростат, а настоящий корабль, внутри которого находится весь экипаж и вообще все необходимое.

– Это… невозможно!..

– Вы не находите этому никакого объяснения?

– Поддерживающие винты, пропеллеры?.. Нет, это невозможно: такую огромную тяжесть они не могли бы держать в воздухе! – сказал с уверенностью Арнольд.

– Конечно, при обыкновенных условиях это совершенно невозможно, – подтвердил капитан.

– Так что же это значит? – спросил взволнованный Арнольд.

– Вы решительно не догадываетесь?

– Это непонятно и непостижимо.

Эдвард Смит стал как будто еще выше, выпрямившись во весь рост и гордо закинув голову.

– Я уничтожил земное притяжение, – сказал он, медленно и раздельно отчеканивая каждое слово.

Глава V
Поразительные опыты

Капитан Эдвард Смит и инженер Арнольд Рекерт сидели в уютном кабинете и курили превосходные гаванские сигары, но можно с уверенностью сказать, что Арнольд был слишком взволнован, чтобы быть в состоянии оценить высокие достоинства сигары.

В голове его пронеслось все, что он знал по поводу земного притяжения, и он с мучительным напряжением ожидал разъяснения этой тайны. Он знал последние достижения науки – что все явления звука, теплоты, света, по всему вероятию, и притяжения представляют собой не что иное, как движение бесконечных частиц. Он был знаком с опытами знаменитого физика Герца, доказывающими возможность трансформирования одних движений в другие; он знал также, что еще египтяне сумели создать материал, почти совершенно пропускающий лучи света. Это и есть стекло, изобретение которого приписывается обыкновенно финикиянам, и теоретическое значение этого вещества, пропускающего свободно световые колебания эфира, было для него ясно.

«Неужели сила тяжести есть тоже один из видов движения частиц эфира?.. И вот этот седой человек, сидящий напротив меня и спокойно потягивающий свою “гавану”, нашел какое-то вещество, свободно пропускающее лучи силы притяжения?» – волнуясь, размышлял Арнольд.

– Я инженер по образованию, – начал Эдвард Смит, – и еще на студенческой скамье особенно старательно занимался физикой, уделяя исключительное внимание исследованию законов притяжения. Исходя при этом из того предположения, что сила тяжести есть тоже один из видов движения частиц эфира.

Сделал я свое изобретение почти случайно, и об этом я вам позднее расскажу; но потом я систематически исследовал свое собственное открытие и овладел им в совершенстве, хотя откровенно скажу вам, что научного объяснения своему изобретению я не имею. Действия же его я вам сейчас продемонстрирую. – С этими словами капитан Смит вынул из кармана чистый носовой платок тоже серого цвета, как и платье капитана и всего экипажа, и, протянув его Арнольду, спросил: – Как вы думаете, из какой материи это сделано?

– Как будто обыкновенное полотно, – сказал Арнольд, ощупывая платок. – Но нет, оно как-то странно шелестит…

– Эта материя сделана из тончайших стеклянных нитей, – сказал капитан и потом прибавил: – Теперь смотрите… Вот я выпускаю платок из рук, и он падает. Посмотрите, что с ним сейчас будет…

Капитан отвернул от электрической кнопки обыкновенного звонка провода и соединил их с платком, который держал в руках. Арнольд увидел, что платок постепенно начал желтеть, пока наконец не стал совершенно желтого цвета.

– Вот видите, теперь он насыщен электричеством, как я это называю, – сказал капитан и, отведя платок от электрических проводов, выпустил его из рук: платок свободно повис в воздухе и держался до тех пор, пока его желтый цвет постепенно не стал бледнеть; тогда он начал медленно опускаться, а приняв опять свой прежний серый цвет, совсем опустился на пол. – Вы видите, электрическая энергия истощилась, и сила тяжести опять начала действовать. Но вот смотрите, я возьму несколько вещей со стола и заверну все это в платок, затем я опять пропускаю электрический ток – и все находящееся внутри платка тоже теряет свой вес и свободно держится в воздухе.

Пораженный Арнольд долго молчал, думая об услышанном.

– Итак, весь аэростат покрыт такой материей и через нее беспрерывно идет электрический ток? – спросил Арнольд.

– Совершенно верно, – спокойно подтвердил капитан, – вот, смотрите! – И, подойдя к небольшому шкафу, он вынул маленький аккумулятор. – Это аккумулятор моей собственной конструкции, о котором я вам раньше говорил, – сказал капитан, опуская прибор в карман.

Вся одежда капитана начала постепенно желтеть, пока наконец не стала ярко-желтого цвета – вся, вплоть до ботинок капитана.

– Но этого мало, – сказал капитан, – голова и руки непокрыты.

Надев на руки перчатки из такой же серой материи, а голову прикрыв капюшоном, он подошел к Арнольду и сказал, смеясь:

– Я вам сейчас покажу любопытный фокус, только смотрите не толкните меня случайно, так как тогда я легко могу перекувырнуться вниз головой.

Сказав это, капитан сделал легкий прыжок и свободно остановился в воздухе посреди комнаты; пораженный Арнольд молчал, стараясь овладеть собой, чтобы внимательно изучить это явление, как подобает научному исследователю.

Капитан опустился на пол и вынул аккумулятор из кармана: постепенно все его платье начало сереть, теряя вместе с запасом электричества свой желтый цвет.

Арнольд долго молчал и наконец сказал задумчиво:

– В таком случае вы можете сами летать?

– Несомненно, так как, не имея веса, остается для передвижения употребить очень небольшую силу, и с помощью самых небольших крыльев я могу легко летать.

– Но как же вы управляете полетом и спуском?

– О, это совершенно просто: все части платья отделены друг от друга и каждая из них может быть отдельно насыщена электричеством; или же, наоборот, может быть прерван ток электричества, идущего к этой части платья; таким образом я могу по желанию восстанавливать вес рук или ног, или головы и так далее; и тогда, свободно балансируя, я могу устанавливать желаемое равновесие и производить спуск в любой момент.

– Да, это просто и понятно, – сказал Арнольд. – Я надеюсь, вы мне покажете когда-нибудь такой летательный аппарат?

– О да, непременно! – сказал капитан, но при этом странная улыбка мелькнула у него на губах, которой, впрочем, Арнольд не заметил.

– И у вас, конечно, могут быть лодки и всевозможные суда совершенно так же, как на обыкновенном морском корабле? – продолжал спрашивать Арнольд.

– Разумеется, – ответил капитан. – Некоторые из этих лодок вы сами видели на палубе корабля.

– Итак, все, находящееся на этом корабле, свободно от притяжения Земли, но здесь, на самом корабле, тела имеют все же свой настоящий вес?.. Как же это возможно?

– Не допытывайтесь, мой милый, – улыбаясь, сказал капитан. – Ведь я случайно сделал свое великое открытие и не сумею вам ответить так, чтобы удовлетворить всю вашу научную любознательность.

Арнольд пристально посмотрел на капитана и понял, что здесь положен предел его любопытству.

– Хорошо, – продолжал Арнольд, – но не можете ли вы мне сказать, какими способами вы достигаете равновесия отдельных частей корабля.

– Для этой цели служат нижние пропеллеры, – ответил капитан.

– Они разве не лишены веса?

– Да, они не покрыты материей и заменяют собой киль корабля.

– А верхние пропеллеры? – спросил опять Арнольд.

– Верхние лишены веса.

– Но люди на корабле, если они будут лишены веса, ведь не сумеют двигаться и производить работу, – заметил Арнольд полувопросительно.

– Конечно, – сказал капитан. – Поэтому-то они обладают своим полным весом. Пропеллеры весят приблизительно столько же, сколько четыреста человек, находящихся на корабле, и, как вы видели, совершенно достаточно работы двух главных пропеллеров для того, чтобы поддерживать весь корабль в воздухе и направлять его туда, куда я захочу, так как вес всего корабля равен нулю.

– А для чего же вам гондола, подвешенная внизу?

– Это обыкновенный крупный автомобиль, не более, – ответил улыбаясь капитан. Кроме своего прямого назначения, в случае спуска на землю, этот автомобиль полезен нам еще и тем, что вводит в заблуждение людей, так как снизу он кажется обыкновенной гондолой и люди остаются в убеждении, что имеют дело с дирижаблем обычной конструкции.

После долгого молчания Арнольд тихо спросил:

– Неужели вы хотите это великое открытие скрыть от всего человечества? Ведь оно могло бы сделать бессмертным ваше имя!..

– Да, оно должно принадлежать только мне одному, – холодно и почти резко ответил капитан.

– Но почему же, почему?! – с волнением почти вскрикнул Арнольд.

Глава VI
Жизнь капитана Смита

Капитан встал и несколько раз прошел молча взад и вперед по кабинету.

– Я вам кратко расскажу историю своей жизни, коллега. Признаете ли вы меня после этого правым или нет – это другой вопрос, но больше мы к этому не будем возвращаться… Я родился в Америке, в семье очень состоятельных родителей и таким образом мог совершенно беспрепятственно отдаться своей страсти к науке; я работал в университетах Америки и Европы, и хотя мир обо мне ничего не слышал, все же поверьте мне, это не потому, что я ничего не сделал; напротив, я сделал очень много, но страсть к открытиям и изобретениям толкала меня все дальше, и меньше всего я думал о славе. А затем я полюбил… Быть может, я принял все пережитое слишком глубоко и серьезно…

Капитан долго молчал, нервно шагая по комнате и пуская густые клубы дыма, затем он опять заговорил:

– Любимая женщина предательски изменила мне, и я имел возможность одновременно разочароваться в верности близкого друга и в любви своей девушки… Повторяю, быть может, я принял это слишком трагично, так как среди людей это обычное явление; но я с тех пор стал почти человеконенавистником – по крайней мере, в том отношении, что не хочу иметь с людьми ничего общего и живу один и только для себя… Я презираю людей и все человеческое, – прибавил капитан, и в его голосе прозвучали резкие и сильные ноты.

Называйте это как хотите, – продолжал капитан после некоторого молчания, – но я жил один и все свои открытия хранил в тайне, не желая их дарить человечеству. Несколько лет спустя мои денежные средства иссякли, так как я тратил огромные суммы на опыты; тогда я на основании научных выкладок решил искать золото в одной известной мне местности в Америке.

Теория в данном случае обманула меня: золота не оказалось. Но случайность меня спасла, так как вместо золота я наткнулся на богатый пласт угля. Найти компаньона со средствами не представило, конечно, труда, и, предоставив ему полную свободу распоряжаться нашими угольными залежами, я удовлетворился ежегодной пенсией в двенадцать тысяч долларов и опять со страстью отдался своим научными исследованиям…

Тогда-то я случайно сделал великое открытие, приведшее меня к созданию вещества особого рода, которое, как вы видели, свободно от воздействия притягательной силы. Я делал опыты с лучами Рентгена, которые тогда только что были открыты, и во время этих опытов наткнулся на целый ряд явлений, которые меня и привели к этому изобретению…

Дальше все понятно само собой: я решил стать истинным властелином воздуха, свободным и неограниченным, и для этой цели я построил это огромное чудовище.

Шесть лет я строил этот корабль в Скалистых горах Сюзанны в Америке в глубокой тайне, постепенно набирая необходимый мне экипаж; теперь на корабле около четырехсот человек, включая женщин и детей.

– Как, здесь и женщины, и дети? – удивился Арнольд.

– Конечно же, семейные люди должны иметь свою семью там, где они живут, так как ни один человек, взошедший на этот корабль, не вернется никогда на Землю…

И, отвечая на невысказанное удивление Арнольда, капитан поспешил прибавить:

– Все находящиеся на корабле по своей воле пришли сюда и отказались от своей свободы, чтобы служить мне.

После некоторого молчания капитан продолжал:

– Как видите, я по справедливости имею право назвать себя властелином воздуха, так как могу навеки остаться в воздухе и никогда не возвращаться больше на Землю. Но это только теперь и благодаря вашему великому изобретению, так как раньше я все же вынужден был время от времени опускаться на землю, чтобы пополнять свои запасы – бензина для двигателей или электрической энергии. Теперь вам должно быть ясно, как необходимо было для меня овладеть во что бы то ни стало вашим изобретением и вами самим.

– Да, но ваше утверждение, что вы совершенно не зависите от Земли, все же несколько преувеличено, – сказал с легкой насмешкой Арнольд, – так как все же пить и есть даже и вам с вашим экипажем необходимо…

– О синтезе органических веществ, об искусственном белке вам ничего не приходилось слышать, господин Рекерт? – отчеканивая каждое слово, спросил капитан.

– Да, это одна из величайших проблем, далекая мечта человечества…

– И эта проблема разрешена мной, – спокойно и гордо заявил капитан. – Эта мечта здесь, на моем корабле, стала действительностью… Никаких вопросов, коллега… Быть может, со временем я расскажу вам об этом более подробно, а теперь только еще несколько слов, относящихся прямо к делу. Как я уже сказал вам, вы должны остаться здесь вплоть до моей смерти…

– Я вам должен напомнить, капитан, что я не давал вам слова не воспользоваться первым случаем, который представится мне для бегства…

– Ваша искренность и откровенность, коллега, мне очень нравятся, и я не настаиваю на этом слове, так как верю, что вы сами добровольно захотите остаться здесь. И поэтому я вас спрашиваю: не думаете ли вы, что ваша невеста, – я знаю, что вы помолвлены, – согласилась бы тоже переселиться сюда к нам, на этот корабль?

Арнольд Рекерт был мужественным человеком, с гордой душой, но при блеске мелькнувшего луча счастья он на короткий миг потерял самообладание и вскрикнул почти восторженно:

– О, благодарю, благодарю, капитан!.. Вы так великодушны, что я не нахожу слов…

– Это только мой долг, коллега, – спокойно, с улыбкой сказал капитан. – Итак, мы поворачиваем назад к Цюриху, – прибавил он, подходя к телефону, стоящему на столе и отдавая в телефон приказание старшему офицеру. – Завтра, приблизительно в полдень, мы будем опять в Цюрихе, – сказал капитан, – мы дождемся наступления ночи, и тогда я пошлю воздушную лодку с письмом от вас, которое вы можете написать и передать мне для вашей невесты.

– Капитан, даю слово, что вернусь. Позвольте же мне…

– Верю вашему слову, – перебил его капитан, – но вы все же с этого корабля никогда не сойдете на землю, пока я жив… Итак, вы напишете письмо. Я верю, что вы ничего лишнего там не будете писать.

– Я вам его покажу, капитан.

– Это лишнее, я верю вам. Это письмо будет передано вашей невесте, и, если она захочет, ее сразу же доставят сюда, на корабль.

Капитан поднялся и уже стоя добавил:

– Я вам все рассказал, что мог, и мне кажется, что наши отношения выяснены до конца. Теперь в пределах этого корабля вы совершенно свободны: можете идти куда хотите, осматривать все что хотите и делать все что вам угодно; для лучшего ознакомления с кораблем я назначу к вам опытного чичероне – моего второго офицера Ромеро Салтана; этот молодой инженер вам будет очень полезен. А теперь до свидания, коллега!

И капитан протянул руку Арнольду, направляясь к выходу. Но на пороге он остановился и, обернувшись к Арнольду, спросил:

– Вы не поинтересовались узнать название моего корабля?

– Да-да… Все кругом так поразительно, что я совсем забыл…

– Имя моего корабля «Диктатор»! – резко отчеканил капитан.

Арнольд молчал: название было слишком выразительным и не требовало пояснений. Но капитан договорил сам:

– Свободный от Земли и ее законов, я не только повелитель воздуха, но и неограниченный повелитель всей Земли, так как отсюда, с этих высот, могу диктовать народам свою волю… Ясный свет разума не достигает тех обезьян, которые живут там, внизу, и в безумных войнах они уничтожают друг друга… Так будет неизменно продолжаться до тех пор, пока какая-нибудь внешняя сила не прекратит этого и не воспитает этих жалких обезьян для другой, более разумной жизни… И этой великой силой, которая воспитает человечество и водворит вечный мир на Земле, буду я…

Непреклонной решимостью звучал голос Эдварда Смита, когда он произносил эти слова, и резким металлическим голосом он продолжал:

– Я буду диктатором Земли, и, по доброй воле или под гнетом насилия, эти безумные там, внизу, должны будут прекратить свои братоубийственные войны…

Глава VII
В башкирских степях

Воздушный корабль со скоростью двадцать пять метров в секунду несся назад по направлению к Цюриху. Несмотря на все свое хладнокровие и рассудительность, молодой инженер был полон мучительного нетерпения в ожидании скорой встречи со своей невестой.

Он решил употребить это время на подробный осмотр всего воздушного судна и поэтому весь день до поздней ночи и на другой день с раннего утра тщательно осматривал корабль, расспрашивая о мельчайших подробностях офицера Ромеро Салтана, приставленного к нему.

Ромеро Салтан был испанцем и, несмотря на это, все же человеком с открытым характером, чрезвычайно искренним и добродушным. Он хорошо владел немецким языком и очень любезно отвечал на бесчисленные вопросы Арнольда. Только в одном случае он отказался от ответа, когда во время осмотра корабля они проходили мимо какого-то запертого помещения, которое оказалось собственной лабораторией капитана, где в полной тайне происходило приготовление искусственного белка.

– Об этом я вам ничего не имею права сказать, – ответил Ромеро Салтан, – так как это личная тайна капитана…

И Салтан в восторженных выражениях начал говорить о капитане Смите, о его великодушии, о его гениальности, о том, что это сверхчеловек, призванный совершить великие, неслыханные деяния и изменить всю жизнь человечества.

Вдруг во время осмотра корабля, когда они находились в одной из отдаленных его частей, раздался какой-то тревожный сигнал, и Салтан, громко крикнув: «Человек за бортом!» – помчался вверх по лестнице на палубу…

Через минуту Арнольд тоже стоял на палубе, и его глазам представилась изумительная картина: вся палуба была полна народу. Здесь находились мужчины, женщины и дети; среди толпы сразу же можно было узнать людей различных национальностей. Впоследствии Арнольд узнал от капитана, что он намеренно собирал у себя на корабле людей разных племен, стремясь соединить их в одном общем деле и в преданности его великой идее слить представителей различных народов в одну родственную семью. Кроме того, во время полетов «Диктатора» по всей Земле у капитана всегда имелся необходимый переводчик.

Вся эта толпа европейцев, американцев, азиатов, африканцев, австралийцев собралась теперь на палубе и громким смехом выражала удовольствие по поводу неожиданного развлечения. Арнольда это крайне удивляло, так как он не находил ничего забавного в том факте, что человек оказался за бортом воздушного корабля, находящегося на высоте около двух тысяч метров над Землей, но, когда он подошел к перилам и посмотрел вниз, он тоже не мог удержаться от смеха.

Среди свободного, безграничного пространства стоял человек, делая забавные телодвижения, чтобы сохранить равновесие и не перевернуться вниз головой. Аккумулятор, который хранится в кармане каждого матроса, начал автоматически работать. Серое платье человека имело уже ровный желтый цвет; а над головой его висел маленький парашют, защищавший голову. Арнольд понял, что человек этот уже без веса и ему никакая опасность не грозит, а все дело только в том, чтобы он под защитой парашюта натянул скорее на голову капюшон, а на руки перчатки… Вот это наконец сделано, и матрос, свободно двигая руками и ногами, поплыл к кораблю, замедлившему немного свой ход. Через несколько минут матроса благополучно выловили из безграничного воздушного пространства.

– Но вы ошибаетесь, господин Рекерт, если думаете, что это так просто, – раздался около Арнольда голос Салтана. – Конечно, благодаря автоматическому действию аккумулятора каждый очутившийся за бортом сразу же теряет свой вес и таким образом катастрофа невозможна; но при отсутствии веса держаться прямо в воздухе – дело совсем не простое, и этого можно достигнуть только путем довольно длительных упражнений. По приказанию капитана весь экипаж корабля, не исключая женщин и детей, должен постоянно делать эти упражнения на случай несчастья. Вам их тоже придется проделать, господин Рекерт…

Так беседуя и осматривая корабль, Арнольд не заметил, как прошел весь день. За несколько часов до сумерек «Диктатор» остановился над Цюрихом, держась на высоте около трех тысяч метров и выжидая наступления темноты.

Эти часы ожидания казались вначале Арнольду ни с чем не сравнимой пыткой. Но вскоре он убедился, что эта пытка может стать еще нестерпимее: когда при наступлении полной темноты небольшая лодка заколыхалась около воздушного корабля и Годдин с одним матросом уселся в нее, когда раздалась команда «отдай!» и лодка исчезла в бесконечном мраке ночи с письмом Арнольда к его невесте, Арнольд испытывал невероятные муки, задавая себе бесконечное число раз один и тот же вопрос:

– Согласится ли она разделить со мной мой плен? Приедет ли она?..

Часа через два в каюту Арнольда вошел матрос с просьбой капитана немедленно пожаловать к нему.

– Я получил известие от Годдина и, могу вас обрадовать, очень благоприятное. Вот оно…

Капитан выдвинул ленту из телеграфного аппарата и прочитал:

– «Мисс Герта Бах соглашается ехать с нами и берет с собой своих родителей. Все в порядке! Годдин».

Арнольд почти зашатался, когда услышал это радостное для него известие, и тихо спросил капитана:

– Где же теперь Годдин?

– А этого я точно не знаю. Впрочем, я сейчас наведу справку… Вот видите, посредством этого маленького аппарата я могу с ним беседовать на расстоянии и не только без проводов, но без высоких мачт и всяких других приспособлений, употребляемых на Земле для беспроволочного телеграфа… Это одно из моих маленьких усовершенствований, – улыбаясь, сказал капитан, – я вам о нем когда-нибудь расскажу более подробно. А теперь, видите, я нажимаю вот эту кнопку, вот в этом небольшом ящике, и где-то там, где находится в эту минуту Годдин, раздается звонок маленького аппарата в кармане у Годдина…

– Что вы говорите! – воскликнул пораженный Арнольд.

Но капитан уже вошел в соединение с Годдином и сказал в отверстие небольшой трубки, выходящей из аппарата:

– Где вы теперь находитесь, Годдин?

Спустя несколько минут раздалось жужжание аппарата, и на ленте отпечатались следующие слова: «Я нахожусь еще в жилище невесты господина Реккерта, так как она собирает вещи, которые хочет взять с собой».

Вскоре Герта со своими родителями, не желавшими отпускать ее одну, была на борту этого сказочного корабля; восторг и счастье молодых людей, свидевшихся в столь необычных и сказочных условиях, были беспредельны. И в то время когда «Диктатор» повернул и полетел с ошеломительной быстротой опять на восток по избранному прежде направлению, когда в ночной темноте раздавалась только заглушенная команда офицера, стоящего на вахте, в глубине корабля, в одной из кают, текла тихая, задушевная беседа: о столь многом надо было переговорить, столько рассказать друг другу!

Но рано утром, едва капитан встал, Арнольд уже тоже был на ногах и послал матроса узнать, не может ли капитан принять его.

– Для вас я всегда свободен, дорогой коллега, – встретил его капитан с любезной улыбкой.

– Простите, что я так рано обеспокоил вас, капитан, – начал Арнольд, – но я наткнулся в газетах, привезенных моей невестой, на одно известие, которое меня очень заинтересовало, так как мне показалось, что оно может быть полезно вам… Скажите, капитан, – продолжал Арнольд, – вы говорили, что совершенно независимы от Земли, – надо ли это понимать так, что вам и золото, которое так важно на земле, совершенно не нужно?

– Нет, к сожалению, так не могу сказать, – засмеялся капитан, – так как все же приходится иметь дело с земными жителями, а при этом необходимо иметь золото, и как можно больше золота!

– Тогда, капитан, прочтите это. Быть может, это вам будет полезно, – сказал Арнольд, протягивая номер «Цюрихской почты».

В газете под заголовком «Заколдованный замок среди болота» рассказывалось о старом замке, находящемся вблизи Амарканката, около источника Нарбада, в котором несколько столетий тому назад какой-то индусский раджа спрятал несметные сокровища. По неизвестным причинам, так как вся местность была гористой и совершенно сухой, вокруг этого замка распростерлось болото на протяжении нескольких верст и таким образом доступ к замку стал совершенно невозможен.

Индусы рассказывают по этому поводу много легендарных историй, но в том, что замок недоступен, нет сомнений. Губернатор Бенгалии организовал туда экспедицию, но часть ее погибла страшной смертью: людей засосало в болоте. Теперь в Индии организуется другая экспедиция, которая надеется добраться в заколдованный замок с помощью аэростата.

Прочитав это известие несколько раз, капитан подошел к большой карте Индии и, внимательно рассмотрев ее, сказал:

– Существует ли такой замок и сокровища в нем, конечно, еще неизвестно, но эта местность есть в Индии; а так как нам ничего не стоит перелететь туда, то мы и попробуем это сделать – посмотрим, что из этого выйдет. От души благодарен вам, коллега, за то, что вы так искренно преданны интересам «Диктатора»! – сказал капитан, пожимая руку Арнольду.

Для исполнения этого плана не пришлось даже менять направления, так как «Диктатор» и прежде летел к востоку.

Спокойный и счастливый, так как Герта была неразлучна с ним, Арнольд с увлечением отдавался исследованию бесчисленных изобретений и усовершенствований, которые встречал здесь на каждом шагу. День проходил совершенно незаметно. Арнольду даже казалось, что в сутках слишком мало часов, так как капитан оказал высшее доверие Арнольду и открыл для него двери своей таинственной лаборатории, где готовился искусственный белок. Это исключительное доверие вызвало далее неприязнь старшего офицера корабля, мистера Кока, который, впрочем, все время был очень мало симпатичен Арнольду.

Синтез органических веществ, величайшая мечта человечества, предстала перед ним реализованная, воплощенная в виде особого студенистого вещества, добываемого непосредственно из воздуха. Оно, будучи приготовлено различным образом, имело вкус различных блюд… Это было сказочно, чудесно, волшебно, Арнольд весь погрузился в изучение этой великой проблемы, а в промежутках производил бесконечные упражнения в большой зале «Диктатора», приспособленной специально для обучения полету.

Вначале дело шло довольно туго и лоб Арнольда даже украсили несколько шишек, но постепенно его организм привык к этому своеобразному чувству невесомости и какой-то странной бесплотности, и к нему вернулась способность владеть своим телом. Только тогда инструктор по полетам разрешил ему пользоваться крыльчатым аппаратом, на котором Арнольд производил самые замысловатые маневры, летая по залу взад и вперед и напоминая своими видом огромную летучую мышь.

Судно приближалось к башкирскими степям. Однажды, когда капитан был на палубе вместе с Арнольдом, которому что-то объяснял, к нему подошел корабельный доктор и вполголоса начал докладывать о серьезной болезни, появившейся на корабле.

– Что вы говорите, доктор, я не понимаю вас! Эпидемия заболевания зубов? Ведь это абсурд!

– Ничуть, капитан, это, к сожалению, несомненный факт, и болезнь эта называется цингой, которая, как вам известно, появляется при отсутствии разнообразной и свежей пищи… Более того, капитан, я считаю своей обязанностью заявить вам, что экипаж должен получить в самое ближайшее время хоть немного свежего мяса. В противном случае я не отвечаю ни за что…

Капитан слегка побледнел от волнения. Его больно поразило сознание, что его гордая мечта о полной независимости от Земли оказывается только мечтой и что природа ставит предел стремлениям даже гениальных людей.

Но все же на первом месте должно было стоять здоровье экипажа. И капитан приказал наиболее искусным стрелкам быть наготове, чтобы при первом появлении дичи, которую с этой высоты будет, конечно, хорошо видно, немедленно стрелять в нее.

Впрочем, здесь в этих башкирских степях «Диктатору» пришлось приземлиться прежде, чем раздался хоть один выстрел и было подстрелено хоть одно животное.

Случилось забавное приключение, вызвавшее смех всего экипажа. Капитан вместе с Арнольдом и его невестой стояли на палубе и смотрели на расстилавшуюся под ними степь; вдруг они увидели небольшую точку, которая все приближалась и приближалась и оказалась бешено скачущим всадником с перекинутой поперек седла девушкой… А вдали виднелось еще много всадников, которые, несомненно, гнались за похитителем.

Девушка отчаянно размахивала руками, и было ясно, что она молит о спасении. Но вначале капитан твердо отказался спуститься для этой цели на землю.

– Я не могу вникать во все эти маленькие дела земных жителей, – твердо заявил он.

Однако Герта так трогательно умоляла, что капитан решился сыграть «роль полицейского», как он это назвал, и приказал опуститься ниже, чтоб прийти на помощь похищенной красавице.

При первом возгласе с неба башкир испустил пронзительный крик и свалился с лошади вместе со своей добычей. Догнавшие его всадники начали изо всех сил колотить его. Но каково же было изумление на корабле, когда башкир пояснил, что все это насильственное похищение есть не более как обряд кражи невесты, сохранившийся еще среди этого полуварварского племени, и не только жених, но и сама невеста были в отчаянии, что похищение не удалось.

Весь экипаж от души смеялся, когда узнал, какую смешную роль непрошеного спасителя сыграл «Диктатор». И капитан, тоже смеясь, поклялся, что никогда больше не будет вмешиваться в мелкие дела людей.

А спустя несколько часов среди необозримой степи показалось стадо антилоп, которое почти все было убито искусными стрелками с высоты корабля. И судно спустилось на землю: надо дать возможность экипажу выпотрошить животных и обработать мясо, чтобы забрать его с собой на корабль…

Словно огромное чудовищное животное, извивался «Диктатор» среди необозримой башкирской степи, и Арнольд в неудержимом восторге ходил вокруг него, упрашивая капитана сделать корабль невесомым.

– Невозможно, коллега! Киль должен иметь некоторый вес, не то ветер может опрокинуть весь наш корабль… Вы представьте себе только, что тогда произойдет…

– На одну минуту, капитан! – просил Арнольд. – Ведь это будет ни с чем не сравнимое ощущение – одной рукой перевернуть всю эту громадину!..

– Невозможно, никак невозможно, коллега! По крайней мере, в данное время вам приходится отказаться от этого удовольствия.

Глава VIII
В заколдованном замке

Сделав запас свежего мяса, «Диктатор» плавно поднялся ввысь и полетел опять к востоку, оставляя за собой башкирские степи. Чтобы наверстать потерянное время, капитан приказал прибавить ходу, и длинное гибкое тело чудовища слегка содрогалось и трепетало от быстроты полета.

У Арнольда, как и у всего экипажа, настроение было приподнятое и особенно бодрое, но, к сожалению, оно очень скоро было омрачено крайне неприятным известием.

После подъема и возобновления полета капитан с Арнольдом пробыли около получаса на палубе корабля, а потом капитан сказал:

– Пойдемте ко мне, коллега, я вам кое-что покажу. Это вас заинтересует.

Оба направились к каюте капитана. Едва они вошли в каюту, капитан начал:

– Видите ли, в чем дело… – Вдруг он замолчал, все его лицо покрылось смертельной бледностью, а глаза с ужасом уставились в одну точку…

Арнольд проследил за взглядом капитана и увидел, что он не отрываясь смотрит на небольшой стальной шкаф, вделанный в стену каюты.

– Что… это… значит?! – с трудом выдавил из себя капитан и, сделав над собой усилие, подошел к шкафу. – Несомненно, здесь кто-то был и открывал этот шкаф… – сказал он медленно, внимательно осматривая тайный замок и убеждаясь, что литеры замка скомбинированы в другом порядке, чем он сделал это в последний раз, когда запирал шкаф.

В то время когда капитан сходил с корабля в башкирских степях, кто-то забрался сюда и пробовал открыть этот тайный стальной шкаф, чтобы воспользоваться бумагами, которые находились в нем. А значение этих бумаг было огромно. Среди них находилось описание способа приготовления стеклянной материи, которая при пропускании тока уничтожала тяжесть; точное описание процесса искусственного приготовления белка и еще многих других открытий и изобретений капитана.

Открыв шкаф, капитан убедился, что все бумаги были на месте, но нельзя было быть уверенным, что их никто не читал. Быть может даже, с них сняли копию, а потом опять положили на место… Это само по себе было настоящей катастрофой для капитана, и Арнольд горячо сочувствовал ему, но капитана еще более, кажется, мучило сознание, что здесь, на его «Диктаторе», есть предатель.

После долгого молчания капитан сказал:

– Все это должно остаться между нами, – ни один человек, даже ваша невеста, не должны знать об этом…

– Положитесь на меня, капитан, – твердо ответил Арнольд и, пожав капитану руку, вышел из каюты.

В продолжение дальнейшего пути капитан вел себя, как обычно, и никто из экипажа по его внешнему виду не догадывался, что этот человек тяжело удручен.

«Диктатор» продолжал свой путь, проносясь над горами и долинами, над реками и необозримыми степями. Вот вдали уже показались цепи Гималаев, а там дальше желтеющие на солнце джунгли. Путешественники приближались к цели полета – таинственному, заколдованному замку. Не то ли это массивное здание треугольной формы, которое виднеется вон там, на горизонте, среди джунглей? Внимательное изучение карты подтвердило это: вот здесь небольшие индусские деревушки, а вот маленький городок, который не может быть не чем иным, как Манди, находящимся недалеко от Нарбада. Да, несомненно, вот то здание посреди джунглей и есть тот таинственный замок, в котором погребены в течение многих столетий сокровища индусского раджи…

Но что это? Как будто воздушный шар?

Да, это, несомненно, аэростат, который только что поднялся из деревушки, ближайшей к джунглям. Неужели же кто-то здесь появился раньше них? Неужели они уже опоздали?

Все четыреста человек с женщинами и детьми высыпали на палубу корабля и с глубоким интересом, не отрываясь, следили за маневрами аэростата. Было ясно, что три человека, находившиеся в корзине аэростата, стремились подлететь к тому массивному зданию, но северный ветер относил их в сторону, и они не могли достигнуть своей цели.

Тогда капитан приказал опуститься значительно ниже и направить «Диктатор» к аэростату. Огромное чудовище плавно опустилось и неподвижно остановилось на расстоянии десяти метров от аэростата.

Трое сидевших в корзине наконец заметили огромный воздушный корабль и, пораженные этим зрелищем, в особенности таким количеством народа на палубе, долго не могли проронить ни звука.

– Добрый день, господа! – раздался громкий и звучный голос капитана, подошедшего в сопровождении свиты офицеров к перилам.

Вместо ответа один из сидевших в корзине, оправившись от своего изумления, начал задавать целый ряд вопросов: «Что это за корабль? По какой системе он построен? Как возможно иметь такой огромный экипаж на воздушном корабле?» И прочее и прочее.

Эдвард Смит терпеливо отвечал на эти вопросы, удовлетворяя, насколько это было в его интересах, любопытство аэронавта, и наконец спросил у него, с кем он имеет честь говорить?

– Орвин Реджинальд, директор англо-индусской плантаторской компании, – представился аэронавт.

Из дальнейшей беседы выяснилось, что аэростат стремится попасть в заколдованный замок, и Орвин Реджинальд с чисто английской самоуверенностью предложил Эдварду Смиту взять на буксир его аэростат и доставить туда. Это предложение было до того забавно-наивно, что капитан Смит, улыбаясь, сказал:

– Я предпочитаю полететь туда один.

– Я вам запрещаю это! – решительно и резко заявил англичанин.

– По какому праву?

– Со вчерашнего дня замок и вся местность вокруг него куплены англо-индусским обществом в полную собственность у индусского раджи, владельца этой местности.

– О, я хорошо знаю, как англичане покупают у индусов! – с нескрываемой насмешкой произнес капитан Смит и отдал приказ держать курс к замку.

Корректный англичанин потерял все свое спокойствие и начал посылать вслед удаляющемуся кораблю отчаянные проклятия – до слуха экипажа «Диктатора» донеслось восклицание англичанина:

– Именем короля Великобритании, императора Индии, я запрещаю вам приближаться к этому замку… Вы раскаетесь в этом!..

Но «Диктатор» шел вперед и несколько минут спустя уже плавно парил над заколдованным замком.

Но где произвести спуск? Можно, конечно, спуститься прямо на крышу замка, так как она по восточным традициям совершенно плоская, но вся крыша заросла травой, на ней были даже высокие деревья. А среди травы и деревьев видны были хищные животные, обезьяны, чешуйчатые спины змей сверкали на солнце. Необходимо было сначала расчистить место.

По приказанию капитана снарядили отряд стрелков и ратников с ружьями, топорами и пилами на четырех воздушных лодках, которые летали совсем низко над крышей замка. Выстрелы следовали один за другим – раздавался вой и рычание потревоженных зверей, которые со всех ног бросились бежать по лестнице с крыши замка. Только после того как все звери разбежались, приступили к выравниванию крыши, и закипела лихорадочная работа топоров и пил. Работало почти все мужское население «Диктатора». Через несколько часов крышу почти очистили, и корабль, плавно изгибая свое огромное тело, опустился на крышу заколдованного замка.

Необходимо было заняться осмотром огромных залов индусского раджи, где в течение многих столетий не появлялся ни один человек. Это предприятие было очень опасным, и капитан распорядился предварительно отправить отряды стрелков для очистки, по возможности, этих залов от хищных животных, поселившихся там. Замок представлял собой редкий и красивый образец: огромные стены его проросли мхом, каким-то чудом в трещинах полов выросли деревья, и ползучие растения переплетались между ними, покрывали стены, высокие стрельчатые окна и вились даже по потолку. Целое население тропического леса обитало здесь: пантеры, обезьяны, тигры и другие звери…

Но все это население очень скоро осознало страшную опасность маленьких пуль. И после того как было убито пять тигров, три пантеры, семь обезьян и множество змей, – все это население куда-то исчезло. Ушли ли они в джунгли или по неизвестным тропинкам перебрались в близлежащий лес, трудно определить. Но было несомненно, что замок почти очищен от хищников и что можно начать поиски.

Однако где же и как искать спрятанные сокровища? Это требовало много времени и подробного осмотра шаг за шагом всего замка, всех погребов и вообще всех его тайников.

Об этом в данную минуту разговаривали капитан с Арнольдом, переходя из зала в зал и осматривая это странное место.

Положение осложнялось еще и тем, что необходимо было произвести значительную починку «Диктатора», хотя никто из экипажа не замечал каких-либо повреждений. Только опытный глаз гениального инженера Эдварда Смита мог уловить неисправности.

– «Диктатор» болен, это я один вижу, – говорил капитан, – и лечение нужно применить немедленно, но для этого я должен отправиться на свою верфь, находящуюся, как вы знаете, в Скалистых горах Сюзанны в Америке. На это потребуется не менее двенадцати дней пути, так как при имеющейся скорости корабль может обогнуть весь земной шар в двадцать четыре дня, а Сюзанна находится отсюда приблизительно в половину пути.

– А сама работа много времени должна отнять?

– Нет, дня два-три, – ответил задумчиво капитан, – но вместе с полетом туда и обратно на все должно уйти дней двадцать шесть или двадцать семь. Меня это очень беспокоит, так как оставлять этот замок мне тоже не хотелось бы. Это значило бы отказаться от владения им и предоставить его англо-индийской компании… Вот разве что оставить здесь…

В это время с крыши замка раздались отчаянные крики нескольких голосов:

– Господин капитан! Господин капитан!

– Что это? – воскликнул капитан и, перескакивая через несколько ступенек сразу, помчался наверх.

Глава IX
Съеден тигром…

Арнольд, вбежавший наверх вместе с капитаном, сразу заметил, что весь «Диктатор», так же как и лодки, стоявшие рядом, были почему-то не обычного желтого цвета, а серого. Стало ясно, что воздушный корабль и лодки потеряли свою невесомость и лежали теперь огромной массой неподвижно на крыше заколдованного замка.

Весь экипаж был удручен этим и с волнением ожидал, что скажет и предпримет капитан. Но старший офицер, мистер Кок, был в ужасном отчаянии. Он буквально потерял голову, кричал, рвал на себе волосы и, чуть не плача, твердил, что теперь все погибли, так как никогда не удастся ни одному человеку выбраться из этого проклятого болота…

Капитан успокаивал его и громко объявил всему экипажу, что нет никакого основания так беспокоиться, что это, несомненно, какое-то временное повреждение, которое будет скоро исправлено, и что, во всяком случае, экипаж может быть спокоен, так как обязательно будет найден способ выбраться отсюда. После этого капитан отдал распоряжение всему техническому персоналу произвести внимательный осмотр каждой малейшей части корабля, всех машин и всех электрических проводов; капитан сам уединился у себя в лаборатории и занялся исследованием всех инструментов и аппаратов. Но час проходил за часом, а положение дел не изменялось: неподвижной серой массой лежало чудовище на крыше заколдованного замка, и казалось, что оно никогда не двинется отсюда.

Все население «Диктатора» было в глубоко удрученном состоянии, но все же продолжало верить в гений своего капитана; только один мистер Кок, как видно, мало верил в это, так как, вместо того чтобы в качестве старшего офицера деятельно помогать разрешению этой загадки, он все время только и делал, что, появляясь то здесь то там, жалобно причитал, предсказывая гибель всем.

Прошло два тяжелых дня. Только на третий, часа в три пополудни, из каюты капитана, который так ни разу и не показывался до сих пор, раздался сигнал:

– Все по местам! Слушай команду!

Радостно сбежался весь экипаж в уверенности, что гений их капитана спасет всех. В самом деле, едва весь экипаж собрался, «Диктатор» начал постепенно все желтеть, пока наконец не принял свой обычный ярко-желтый цвет.

А из каюты неслась уже следующая команда:

– Отчаливай!

Легко и плавно корабль начал подниматься в воздух, а затем, произведя несколько маневров, он, так же плавно изгибаясь, опустился на прежнее место.

Все население экипажа бурно выражало свою радость; мистер Кок радовался больше всех.

Капитан никому не объяснил тайны того, что происходило на корабле; только одному Арнольду он сказал, и то как-то мимоходом:

– По какой-то причине провода в одном аппарате были слегка повреждены… Как это случилось, мне не совсем понятно…

Больше капитан ничего не прибавил, но какое-то темное облако пробежало у него по лицу.

На «Диктаторе» все вошло в норму. Согласно указанию капитана работы продолжались: часть экипажа занималась исключительно охотой, а другая часть должна была методически шаг за шагом исследовать весь огромный замок и, главное, все погреба, где можно было надеяться найти спрятанные сокровища индусского раджи, если только они вообще существовали и вся история не была одной из индусских легенд.

Да, были ли там сокровища – неизвестно. Но что сам замок был какой-то заколдованный и проклятый – это было несомненно. Так как едва экипаж успел оправиться от испуга, вызванного тем, что корабль вдруг потерял свою невесомость, все были поражены новым горем: обнаружившейся гибелью двух наиболее страстных охотников. На них напали тигры, так как потом было найдено место, где это произошло, и куски тел несчастных.

Был назначен однодневный траур. Вскоре люди оправились от потрясения, и жизнь на «Диктаторе» продолжалась в прежнем порядке. Но злые духи заколдованного замка как будто не могли примириться с нашествием чужеземцев. На следующий же день всех поразил новый удар – исчез мистер Кок, отправившийся один на охоту. И все поиски оказались тщетны: не удалось даже обнаружить места, где произошло несчастье, и, кроме обрывков платья, ничего нельзя было найти.

Капитан был сильно поражен этим происшествием и предпринял очень тщательное расследование, но все было бесполезно; было ясно, что несчастный мистер Кок неосторожно решился отойти слишком далеко от замка и был без остатка уничтожен одним из бесчисленных хищников, бродивших вокруг замка.

В отчаянии от этой потери капитан решил сократить, насколько возможно, пребывание в этом проклятом замке и приказал ускорить его исследование, чтобы наконец убедиться, существуют мифические сокровища или нет. Но все усилия не приводили ни к чему. Вдруг через несколько дней начальник отряда, занятого исследованием замка, пришел с докладом, что он кое-что открыл.

Начальником отряда был назначен Бен Якобсон – потомок краснокожих индейцев, обращенный в христианство и усвоивший все привычки культурного человека, но не потерявший при этом чутье разведчика, свойственное его племени.

Индеец доложил капитану, что он натолкнулся в одном из далеких погребов замка на свежие следы. И он уверен, что в этих погребах не далее как день или два тому назад проходили босиком пять человек. По отпечаткам стоп он был убежден, что это были индусы; следы терялись в джунглях, и поэтому дальше их проследить было невозможно.

Было ясно, что жившие в окрестных селениях индусы знали какую-то тайную тропинку через болото и что пятеро индусов делали попытку проникнуть в погреб. С одной стороны, это доказывало, что сокровища раджи действительно существуют, но, с другой стороны, это внушало тревогу, так как было ясно, что кто-то имел о них более точные сведения, чем те, которыми располагал теперешний владелец замка Эдвард Смит.

Капитан вместе с Арнольдом спустились в погреб, но не увидели там ничего, кроме того, что уже рассказывал им индеец; поэтому было решено назначить беспрерывный тайный надзор за этим погребом в надежде, что, быть может, удастся выследить индусов.

Но прошло два дня – индусы больше не показывались. Капитан терял терпение, так как дни проходили бесцельно и бесполезно. После долгих размышлений он решил сделать перелет в свою верфь – в Скалистые горы Сюзанны в Америку, чтобы произвести там необходимые работы и изменения на «Диктаторе».

А для защиты замка от этих «бандитов», как капитан называл англо-индийскую компанию, он решил оставить здесь четыре воздушные лодки и отряд из шести человек, среди которых были Якобсон, два индейца и три машиниста; весь этот отряд был поставлен под начальство третьего офицера – Ван Руипа.

Ван Руипу были даны подробные инструкции на все случаи: на случай нападения аэростата англо-индийской компании, на случай появления индусов и другие. Кроме того, Ван Руипу было приказано ежедневно, каждые четыре часа, соединяться с капитаном посредством аппарата беспроволочного телеграфирования, изобретенного капитаном. Хотя в распоряжении капитана оставалось всего два аппарата, так как третий погиб вместе со старшим офицером Коком и находился теперь, скорее всего, в брюхе какого-нибудь тигра, один из этих аппаратов был вручен Ван Руипу.

Сделали последние приготовления, еще раз точно повторили все инструкции, и звучно раздалась команда капитана. «Диктатор» плавно поднялся и, изгибаясь всем своим телом, словно огромная желтая змея, направился опять к востоку, чтобы, обогнув земной шар, оказаться в своей верфи.

Глава X
Таинственная телеграмма

«Диктатор» с силой рассекал воздух и несся с головокружительной быстротой, направляясь к верфи.

В начале пути капитан был мрачен и, как видно, не мог отделаться от опасений за судьбу отряда, оставшегося в заколдованном замке. Но с каждым днем его лицо становилось все светлее, он делался все разговорчивее и по-прежнему вел продолжительные беседы с Арнольдом, так как сведения, приходившие из заколдованного замка посредством дивного аппарата, были успокоительными.

Каждые четыре часа – в двенадцать, в четыре, в восемь и так далее, – раздавался резкий звонок в главном аппарате, стоявшем в каюте капитана, и на телеграфной ленте можно было прочесть: «Все благополучно. Ничего нового. Ван Руип».

Лаконичность известий не удивляла капитана, так как ему хорошо была известна изумительная молчаливость голландца – его третьего офицера; и поэтому капитан изредка только задавал некоторые дополнительные вопросы, на которые получал такие же короткие и лаконичные ответы.

«Индусы не показывались?»

«Нет».

«Аэростат англо-индийской компании не появлялся?»

«Нет».

«Неужели ничего не происходило?»

«Ничего. Машинист только слегка поранил руку во время работы».

И капитан уходил, удовлетворенный, проникаясь все более убеждением, что все это путешествие окончится благополучно.

«Диктатор» проносился над Тихим океаном. Стояли дивные дни.

В один из таких дней капитан, будучи в хорошем настроении, пригласил Арнольда к себе в каюту, чтобы подробно рассказать ему устройство аппарата беспроволочного телеграфирования по его системе; но так как теоретического объяснения было недостаточно, то капитан решил практически продемонстрировать свой аппарат.

– Вот видите, на всех связанных аппаратах устанавливается какое-нибудь определенное слово, в данном случае, например, на «Диктаторе» и на воздушных лодках установлено слово «Семирамида»; я нажимаю вот на эту кнопку, и тогда там на воздушной лодке около поста Ван Руипа раздается звонок; сейчас он подойдет к аппарату и ответит мне.

Но ответного сигнала не получилось, и тогда капитан сказал:

– Его, как видно, нет на посту. В таком случае мы нажмем кнопку вот этого небольшого аппарата, который находится в соединении с карманным аппаратом Ван Руипа, и тогда, где бы он ни был, мы все же получим от него ответ.

В самом деле через несколько минут раздался ответный сигнал, и на ленте аппарата появились слова:

«Ван Руип у аппарата, слушаю. Кто говорит?»

«Это я, капитан Смит. У вас все благополучно?»

«Все благополучно», – отпечаталось на ленте».

Капитан дал отбой и, снова обращаясь к Арнольду, сказал:

– Теперь посмотрите: я поставлю снаряд на какое-нибудь другое слово… Ну хотя бы на слово «Гелиос»… И вот нажимаю эту же самую кнопку – аппарат, конечно, не будет действовать.

Но, к удивлению капитана, в аппарате раздался звонок, застучал рычажок, и лента аппарата начала автоматически выдвигаться. Пораженный капитан начал читать слова, появляющиеся на ленте:

«Кто говорит?»

«Здесь Дункан».

«Что угодно?»

«Вы меня звали?»

«Нет, это вы меня звали».

«Нет, это вы звонили».

«Я не звонил. Мне кажется, что ваш аппарат не в порядке».

«Нет, он в полном порядке».

«Это непонятно…»

Остается предположить, что капитан Смит случайно поставил свой аппарат тоже на слово «Гелиос».

– Ну, такая случайность маловероятна!

– Знаете ли что? Лучше в таком случае говорить на своем тайном языке.

– Хорошо. Rambrowizko frabads…

И лента продолжала выдвигаться, но на ней стояли какие-то непонятные слова, которых нельзя было разобрать.

Капитан, взволнованный, следил за лентой, стараясь понять хоть одно слово, написанное на ней.

– Что это может значить? – тихо, с волнением спросил капитан, обращаясь к Арнольду.

– У кого-нибудь есть еще такой же аппарат, – ответил так же тихо Арнольд.

– Это невозможно, так как третий аппарат погиб…

– Остается предположить… – начал Арнольд.

– Ну говорите же! Говорите все, что думаете! – взволнованно сказал капитан.

– Остается предположить, – сказал Арнольд, – что ваш третий офицер Ван Руип – изменник… и…

– И…

– И в данный момент с кем-то беседовал…

После долгого молчания капитан сказал:

– Это невероятно. Ван Руипу я полностью доверяю – он не может быть изменником!

Сколько ни старались капитан и Арнольд разобрать непонятные слова, оказавшиеся на ленте аппарата, им это не удавалось, и таинственная телеграмма, перехваченная по пути, оставалась какой-то тайной. В данном случае его особенно волновало не то, что какие-то неизвестные люди владеют точно таким же аппаратом, а то, что эти таинственные люди знают, как видно, о существовании его – капитана Смита…

Это угнетало и мучило капитана, хотя на ленте с тех пор не появлялось больше никаких таинственных надписей, а от Ван Руипа по-прежнему с точностью хронометра приходили каждые четыре часа известия о том, что на воздушных лодках, оставленных в заколдованном замке, все совершенно благополучно.

«Диктатор» продолжал свой путь и к вечеру двенадцатого дня приземлился в расщелине Скалистых гор в своей старой верфи. Началась лихорадочная работа, которая к утру третьего дня была уже совершенно закончена, и капитан Смит предполагал ночью же сняться с якоря и лететь обратно в Индию.

Было около одиннадцати часов утра, что соответствовало одиннадцати часам ночи там, в далекой Индии.

Вдруг телеграфный аппарат издал резкий звонок, и капитан подошел к нему.

– Здесь «Диктатор», капитан Смит. Кто говорит?

– Ван Руип. Только что мы задержали пятерых индийцев, пробиравшихся через тайную дверь, не замеченную нами раньше, в погреб. Мы их выследили – оказывается, они знают, где сокровища раджи. Мы нашли пятнадцать огромных медных ящиков, наполненных золотом, бриллиантами и жемчугом.

– Что говорят индусы?

– Эти индусы прямые потомки раджи, умершего триста лета тому назад. Им было известно место, где спрятаны сокровища, так как эти знания передавались из рода в род, но добыть эти сокровища до сих пор они не решались, так как все предыдущие попытки неизменно кончались гибелью людей.

– Почему же они теперь решились на это? – спросил капитан.

– Индусы решились на это наконец, будучи уверены, что духи не могут желать, чтобы эти сокровища попали в руки чужеземцев.

– Хорошо, – телеграфировал капитан, – прикажите их связать и держать под замком в погребе до моего прибытия, но обращение с ними, помните, должно быть человечным и они не должны терпеть никаких лишений.

– Слушаюсь, капитан.

Капитан дал отбой и приказал усиленнее готовиться к отлету, который должен был произойти в тот же день…

Наконец все работы были закончены. «Диктатор» опять поднялся ввысь и понесся с прежней быстротой через всю Америку, через океан, через всю Европу – все дальше, туда, в глубь Азии, к заколдованному замку, стоявшему среди болот…

Прошло уже девять дней пути, наступал десятый, и, следовательно, через два дня корабль будет наконец там, в этом замке, и вся эта история, доставившая столько волнений, закончится.

Незадолго до двенадцати часов ночи Смит и Арнольд сидели в каюте капитана, занятые проверкой инструментов и астрономическими вычислениями для точного определения места, где в данный момент пролетает судно.

Вдруг капитан поднял голову и, слегка побледнев, пристально посмотрел на хронометр: часы показывали одну минуту первого, а сигнала телеграфного аппарата не было…

– Телеграфируйте туда, – взволнованно сказал Арнольд.

– Нет, постойте… Подождем пять минут. Быть может, какая-нибудь случайная задержка…

Эти пять минут казались настоящей вечностью; но они прошли, и сигнал из далекой Индии не поступал. Тогда капитан сам начал подавать сигналы, но и на них не получал никакого ответа…

– Один из аппаратов испорчен, – попытался успокоить капитана Арнольд.

– Нет, это невозможно… Там случилось несчастье, – с усилием вымолвил капитан и замолчал, как всегда, когда бывал сильно расстроен.

Следующие два дня капитан молчал, то целыми часами оставаясь у себя в каюте, то молча шагая по палубе… Грозная туча повисла над всем «Диктатором».

Всю относительность времени впервые постиг Арнольд в эти два дня – так бесконечно длинны они были; казалось, что вечность прошла с тех пор, как перестал действовать беспроволочный телеграф и из заколдованного замка больше не приходило известий.

Но время не остановилось. Вот наконец вдали виднеются джунгли, и хотя с некоторым трудом, но уже можно различить массивное здание, стоящее среди джунглей.

Наконец-то окончились эти мучительные дни! Вот сейчас они увидят большие яйцевидные желтые лодки на крыше заколдованного замка…

«Диктатор» все приближался и приближался к замку; вот уже он весь как на ладони, но лодок на крыше нет… Должно быть, их по какой-то причине опустили где-нибудь за замком… Корабль плавно летел уже над самой крышей, он маневрировал по всем направлениям, но лодки бесследно исчезли. И при полном молчании всего экипажа раздалась резкая команда капитана:

– Опуститься!

«Диктатор» медленно опустился на крышу замка. Все, пораженные, молча смотрели, ожидая дальнейших приказаний капитана, который неподвижно стоял у перил палубы.

Вдруг при полной тишине раздался голос одного из матросов:

– Дело ясно – эти ребята забрали себе все золото и бриллианты и улетели…

Долго сдерживаемая печаль прорвалась у капитана страшной яростью. Схватив матроса за грудь, он высоко поднял его и гневно закричал:

– Молчи, негодяй! Среди экипажа «Диктатора» нет предателей!

Потом, разрядив свою ярость, он осторожно поставил матроса и приказал обыскать весь замок и внимательно осмотреть крышу.

При осмотре в одном из далеких погребов оказались остатки веревок, которыми, как видно, были связаны индусы, а в траве нашли в различных местах куски золота, старинные драгоценные вещи с бриллиантами и украшениями… Было ясно, что грабители впопыхах растеряли это.

Но вдруг один из матросов принес страшную находку: это была оторванная рука, как видно, одного из оставшихся машинистов; при дальнейших розысках были найдены еще останки людей; становилось все более вероятным, что с высоты сбросили бомбу и отряд был кем-то уничтожен.

Но кем? Кто этот неизвестный враг?

Первая мысль была об англо-индийской компании, и капитан Смит отдал приказание немедленно отправиться к близлежащей деревушке, чтобы найти там следы враждебного аэростата; но, к удивлению всего экипажа, из деревушки к ним навстречу шел уже не свободный аэростат, а дирижабль, построенный по современной системе.

Вначале это как будто укрепило предположение капитана Смита.

Вот грозный, величественный «Диктатор» подошел почти вплотную к дирижаблю, и, выйдя на палубу, капитан потребовал для объяснения мистера Реджинальда.

Но мистер Реджинальд вначале даже не понимал, о каких лодках идет речь, где они были уничтожены и какой бомбой, так как он видел, что недели три тому назад «Диктатор» отсюда улетел, а спустя два или три дня он снова был здесь и вскоре ушел… Больше он ничего не знает по этому поводу.

Было ясно, что дирижабль англо-индийской компании не был повинен в этом гнусном нападении и что несколько дней тому назад здесь был какой-то другой воздушный корабль, который и совершил это; из расспросов выяснилось, что он был такого же желтого цвета и, за исключением нижней гондолы, которая в нем отсутствовала, он весь до мелочей был похож на «Диктатора», но как будто меньших размеров… «Да, да, значительно меньше», – уверял директор англо-индийской компании.

– А впрочем, вот он сам, кажется… Вон там, вон там…

Глава XI
«Дьяволо»

На горизонте, приблизительно на расстоянии десяти – пятнадцати километров, виднелся воздушный корабль сигаровидной формы, державший курс на север, и капитан, который в первую минуту словно остолбенел, впившись глазами в своего близнеца, теперь сразу овладел собой, и тотчас же раздалась его резкая команда:

– Женщины, дети – в каюты! Все – к своим постам!

А еще через минуту аппарат, который был всегда при капитане, был приведен в действие, и колоссальные панцирные стены выдвинулись из боковой палубы и, поднявшись вверх, сомкнулись над ней, образовав круглую крышу. Затем, прибавив ход, «Диктатор» помчался вслед за своим близнецом, удалявшимся на север.

– Необходимо объясниться с ним. Прежде чем объявить войну, я должен точно установить, что это за воздушный корабль и он ли на самом деле бросил эту бомбу… Но смотрите – он хочет сигнализировать флагами…

Капитан внимательно смотрел в подзорную трубу и потом тихо проговорил:

– Поразительно! Разноцветные доски, заменяющие флаги и выдвигающиеся из корабля, устроены совершенно по той же системе, что и у меня!..

Затем, подозвав офицера, он приказал ему по морскому коду прочитать сигналы, подаваемые воздушным кораблем.

– «Не трудитесь догонять. Это бесполезно», – прочитал офицер и спросил у капитана: – Прикажете подать сигнал «понято»?

– Конечно, конечно.

На корабле-близнеце исчезли прежние флаги и появился ряд других; офицер прочитал их:

– «Что это за корабль»?

– Ответьте и задайте тот же вопрос, – сказал капитан. Через несколько минут получили ответ:

– «Дьяволо».

– Вот как, дьявол, черт… Узнайте имя капитана.

– «Капитан Гарри Дункан», – пришел ответ.

– Слышите? То же имя, которое мы случайно подслушали! – прошептал Арнольд.

– Да-да, необходимо узнать, что это значит… – ответил взволнованный капитан и приказал узнать, на чем основано действие корабля.

– «На невесомости», – получили ответ.

– «Откуда у вас это изобретение?» – спросил «Диктатор».

– «От вас», – сигнализировал «Дьяволо».

– «Каким образом?» – сигнализировал опять «Диктатор».

– «Посредством чтения мыслей на расстоянии», – отвечал «Дьяволо».

– «Вздор!» – сердился «Диктатор».

На «Дьяволо» появились два каких-то флага, перемежающихся друг с другом, и офицер, читавший по коду значение флагов, вначале не мог понять, так как один флаг обозначал букву «X», а другой – букву «А».

– Ах вот что! «Дьяволо» смеется: ха-ха-ха!..

Капитан Смит от ярости проскрежетал зубами, но не проронил ни слова; через минуту он тихо сказал:

– Спросите, где построен корабль?

– «Это мое дело», – ответил тот.

– «Остановитесь!»

– «Не считаю нужным».

– «Стоп! Я, капитан Смит с «Диктатора», приказываю вам!»

– «Ха-ха-ха!..» – сигнализировал «Дьяволо», и потом появился целый ряд флагов, быстро менявшихся и составлявших длинную фразу: – «Вы не можете мне ничего предписывать, так как вы хотите быть добрым ангелом земли, а я ведь дьявол – злой дух, который владеет всем на земле».

– Что прикажете ответить на эту нелепость? – спросил офицер.

– О, я им отвечу, я им отвечу!.. – бормотал капитан и уже протянул было руку к своему аппарату, но, нечеловеческим усилием воли овладев собой, он приказал спросить, этот ли корабль уничтожил воздушные лодки и отряд, остававшийся на крыше заколдованного замка.

– «Да», – коротко сигнализировал «Дьяволо».

– «Вы бросили бомбу».

– «Да».

– «Зачем?»

– «Потому что у меня много таких лодок, и они мне не нужны».

– «Вы хотели получить золото?»

– «И получил. Я очень доволен своей экскурсией».

– «Мои люди уничтожены вами?»

– «Да, пришлось уничтожить».

– «А индусы?»

– «Я их вначале взял к себе на борт, а потом сбросил их обратно, на их родную индусскую землю».

– Проклятая собака! – проскрежетал капитан. – Этого не надо сигнализировать… Теперь я ему пошлю другие сигналы… – сказал капитан, и рука его начала лихорадочно поворачивать рукоятку аппарата. – Вот так!.. Теперь «Диктатор» летит полным ходом, с огромной скоростью, какую он только может развить…

И на самом деле все огромное тело корабля дрожало и как будто подскакивало в воздухе… Но через несколько минут вдруг раздался сильный треск, как будто от выстрела, и прибежавший офицер известил, что главный пропеллер сломался.

– Этот проклятый «Дьяволо» уйдет от нас! – задыхаясь от ярости, говорил капитан и отдал приказ навести пневматические пушки на удаляющийся воздушный корабль.

– Я его достану, я его достану! – бормотал вне себя от ярости капитан.

Но Арнольд остановил его, напомнив, что, быть может, там есть невинные люди и что, кроме того, полная гибель «Дьяволо» не разъяснит того предательства, благодаря которому он только, конечно, и мог появиться.

А на палубе удалявшегося корабля в это время показалось несколько десятков человек, которые насмешливо снимали шляпы, раскланиваясь с «Диктатором», и в то же время как будто из самого тела «Дьяволо» сверкнул огонек и раздался резкий звук выстрела…

Огромная граната летела в «Диктатора», но, не попав в цель, пролетела на расстоянии одного метра от него и, упав где-то на землю, разорвалась со страшной силой.

– Это формальное объявление войны… Он, этот «дьявол», стреляет в нас! – в ярости кричал капитан.

Но больше выстрела не последовало, и через несколько минут можно было только с трудом различить в подзорную трубу черную точку удалявшегося врага.

Капитан и Арнольд долго смотрели ему вслед, а потом молча разошлись по своим каютам, слишком удрученные, чтобы в данный момент разговаривать.

Только к вечеру того же дня капитан пригласил Арнольда к себе в каюту, чтобы посоветоваться с ним о дальнейшем плане действий.

Предстояло выяснить, как открыть местопребывание «Дьяволо», как найти его? Ведь чрезвычайно трудно найти корабль на безбрежном морском просторе, если нет точных указаний его пути; тем труднее найти воздушный корабль, так как в данном случае приходится иметь дело со всеми тремя измерениями – и такого рода розыски по всему безграничному пространству были бы, конечно, настоящим безумием.

– Да, относиться так пренебрежительно к Земле и ко всему, происходящему на ней, было большой ошибкой, – говорил капитан. – Я даже не считал нужным читать газеты, но теперь нам остается один только выход: мы должны устроить на Земле наблюдательные станции в различных пунктах и оставить доверенных людей, которые будут извещать нас обо всем происходящем. И едва где-либо покажется этот проклятый корабль, мы сразу же получим об этом известие.

После долгого обсуждения было выбрано для начала четыре наблюдательных пункта: Лондон, Сан-Франциско, Вальпараисо и Сингапур. Вначале пришлось ограничиться четырьмя пунктами, так как в распоряжении капитана имелось только четыре прибора для беспроволочного телеграфирования; да и эти тоже были только подготовлены, но не собраны. И теперь капитан вместе с Арнольдом лихорадочно работали, чтобы закончить сборку аппаратов, раньше чем «Диктатор» достигнет первого места, назначенного для наблюдательного пункта.

Ближайший из пунктов был в Сингапуре, куда теперь и шел корабль. Через два дня небольшая воздушная лодка уносила инженера Шарля Дугласа, чтобы высадить его вблизи Сингапура; через час лодка вернулась обратно с известием, что мистер Дуглас высадился в открытом поле, недалеко от города, а не более как через полчаса раздался звонок беспроволочного телеграфа, и Дуглас известил:

– Благополучно прибыл в город. Остановился в английском отеле.

– Никаких известий? – спросил капитан.

– Читал газеты, изредка встречаются известия о воздушном корабле, но, по-видимому, речь идет о нашем «Диктаторе».

Продолжая сообщаться время от времени с оставленным в Сингапуре Дугласом, корабль шел к юго-востоку, направляясь к австралийскому берегу через Малайский архипелаг.

Прошел вечер, весь следующий день, а из Сингапура не приходило никаких новых известий; только к вечеру третьего дня раздался звонок, и капитан Смит с Арнольдом прочитали известие, страшно поразившее их:

– «Дьяволо» бомбардировал Бомбей и взял в плен вице-короля Индии…

Bepul matn qismi tugad.