Kitobni o'qish: «The Glass Facade»

Глава 1

Стеклянный фасад (The Glass Facade)

Серия 1. Анонимный формат

Эмма любила стекло. Её кабинет на двадцать четвертом этаже башни «Империя» состоял из него целиком. Стеклянный стол, стеклянные перегородки и огромное панорамное окно во всю стену, за которым бурлила вечерняя Москва, похожая на рассыпанную горсть неонового бисера.

Стекло — идеальный материал. Сквозь него всё видно, но оно защищает тебя от внешнего шума. Прямо как её жизнь.

В свои тридцать два года Эмма Грей была витриной успеха. Топовый психотерапевт, автор бестселлеров по борьбе с выгоранием, счастливая жена успешного архитектора и мама очаровательной семилетней дочки. На её лекции билеты раскупались за месяцы. Она учила людей собирать себя по кускам, когда мир рушится. Она знала о человеческом мозге всё. Или думала, что знает.

Часы на стене бесшумно отсчитали 21:00.

Рабочий день был окончен, но Эмма не спешила домой. На сегодня был назначен последний прием — экспериментальный формат, который она запустила неделю назад. Анонимная онлайн-консультация без видеосвязи для тех, кто слишком известен или слишком напуган, чтобы показать свое лицо.

Эмма скользнула пальцем по экрану планшета, открывая закрытую программу связи. Загорелся значок аудиовызова.

— Добрый вечер. Я вас слушаю, — произнесла Эмма своим фирменным, бархатным, успокаивающим голосом. Этим голосом она могла убаюкать даже разъяренного тигра.

В динамике раздалось тяжелое, мерное дыхание. А затем заговорил мужчина. Его голос был искажен специальным цифровым фильтром — низкий, глухой, механический скрежет, начисто стирающий любые человеческие интонации.

— Здравствуйте, доктор Грей. Я долго думал, с чего начать. Пожалуй, начну с того, что я собираюсь совершить убийство.

Эмма даже не моргнула. За десять лет практики она слышала и не такое. Люди часто использовали метафоры, чтобы описать свою ярость или депрессию.

— Убийство? — мягко переспросила она, подперев подбородок рукой. — Это сильное слово. Вы хотите кого-то «уничтожить» морально? Или это метафора вашего внутреннего выгорания?

— Нет, Эмма. Никаких метафор, — механический голос в динамике звучал пугающе спокойно. — Я говорю о настоящем убийстве. О Крові. О моменте, когда жизнь уходит из глаз. Я планирую его уже три месяца. Всё рассчитано до секунды. Жертва даже не подозревает, что её часы уже обратный отсчет ведут.

Эмма выпрямилась в кресле. Профессиональный радар внутри неё уловил странную деталь. Он назвал её по имени, хотя в анонимном формате клиенты должны были обращаться к ней «доктор».

— Если вы испытываете навязчивые агрессивные мысли, это лечится, — Эмма перешла на более строгий тон, незаметно потянувшись к мышке, чтобы включить запись разговора. — Но если угроза реальна, я обязана прервать сессию и обратиться в правоохранительные органы. Вы понимаете это?

— О, не надо полиции, Эмма. Они не успеют, — в искаженном голосе послышался сухой цифровой смешок. — Да и состав преступления отсутствует. Я ведь еще ничего не сделал. Я просто пришел к лучшему психологу страны, чтобы... провериться. Хочу узнать, сможешь ли ты меня остановить.

— Я?

— Да. Давай сыграем в игру. У нас будет семь сессий. Семь дней. Каждый вечер в девять часов я буду звонить. Я буду давать тебе подсказки о том, кто я, и почему эта женщина должна умереть. Если за семь дней ты, используя свой хваленый высокий интеллект и детективные методы психоанализа, угадаешь мое имя и назовешь причину — игра окончена, я исчезну. Если нет... что ж, фасад твоей идеальной жизни разлетится на мелкие осколки.

Эмма почувствовала, как по спине пробежал едва уловимый холодок.

— Вы пытаетесь переложить ответственность за свои действия на меня. Это классический синдром Бога. Кто ваша жертва?

В динамике наступила долгая пауза. Эмма слышала, как на том конце провода мужчина сделал глоток какой-то жидкости. Раздался тихий стук стекла о дерево.

— Моя жертва? — протянул маньяк. — Она любит стекло. Пьет мятный чай по вечерам из прозрачной кружки. Прямо сейчас на ней темно-синий шелковый костюм, а за её спиной... потрясающий вид на ночную Москву с двадцать четвертого этажа.

Эмма замерла. Оцепенение сковало её тело.

Она медленно опустила взгляд. На ней был темно-синий шелковый костюм. По правую руку на стеклянном столе стояла прозрачная кружка с мятным чаем.

— Посмотри в окно, Эмма, — тихо скомандовал механический голос.

Она повернула голову к огромному панорамному стеклу. Далеко внизу, на площади между небоскребами, среди сотен прохожих, стоял человек в черном худи. Капюшон полностью скрывал лицо. Его голова была поднята вверх — прямо на её светящееся окно.

В его руке тускло блеснул экран мобильного телефона.

— Первая сессия окончена, доктор Грей, — проскрежетал динамик. — Время пошло. До завтра.

Связь оборвалась. Экран планшета погас, оставив Эмму в звенящей, ледяной тишине стеклянного кабинета.

Глава 2

Серия 2. Близкий круг и далекие звуки

Эмма не помнила, как спустилась на парковку Башни. Руки на руле Porsche мелко дрожали. Она заблокировала двери изнутри и трижды переслушала запись разговора на планшете.

Вместо того чтобы паниковать, её мозг, разогнанный адреналином, включил режим «высокого интеллекта». Она закрыла глаза и полностью сосредоточилась на звуках.

Фильтр голоса маньяка был профессиональным, но он не мог заглушить окружение. Эмма сделала звук на максимум. На заднем плане, едва уловимо, раз в двенадцать секунд раздавался глухой, ритмичный металлический стук. И еще один звук — характерный, утробный гул, какой бывает только в старых промышленных вентиляциях.

«Он звонил не с улицы. Человек в капюшоне внизу был просто пешкой, куклой, на которую я должна была отвлечься. Сам маньяк сидел в закрытом помещении. Металлический стук... это автоматический штамповочный станок? Или старый лифт в заброшенном здании?» — Эмма быстро набросала ментальную карту в блокноте.

Но главный маркер был психологическим. Маньяк знал её привычки. Мятный чай. Шёлковый костюм. Он наблюдал за ней не первый день. Это кто-то из её близкого окружения. Или... пациент, который затаил смертельную обиду.

Домой, в элитный поселок на Новой Риге, Эмма приехала ближе к одиннадцати вечера. Огромный двухэтажный дом встретил её мягким светом и тишиной. Дочь Ксюша уже спала в своей комнате.

Её муж, Даниил — востребованный архитектор, сидел в гостиной с бокалом виски. На столе перед ним лежал открытый ноутбук с чертежами нового торгового центра.

— Задержалась, — не оборачиваясь, бросил Даниил. Его голос был сухим и отстраненным. За последний год их брак превратился в тот самый «стеклянный фасад» — красивый снаружи, но абсолютно холодный внутри.

— Был сложный пациент, — Эмма подошла ближе, внимательно вглядываясь в его лицо. Профессиональная привычка сканировать микромимику людей сейчас работала против неё.

Даниил выглядел изможденным. Его пальцы нервно постукивали по стеклу бокала. Один удар в двенадцать секунд.

У Эммы внутри всё похолодело. Тот самый ритм.

— Что-то случилось на работе? — мягко спросила она, садясь на подлокотник его кресла и кладя руку ему на плечо. Даниил едва заметно вздрогнул и отстранился, делая вид, что тянется за телефоном.

— Всё нормально. Сроки горят, заказчик давит, — буркнул он, быстро закрывая какую-то вкладку на экране ноутбука. Но Эмма успела заметить краем глаза: это был не чертеж. Это был сайт по продаже авиабилетов. В один конец. На имя Даниила.

— Ты собираешься уезжать? Один? — прямо спросила она, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Даниил резко захлопнул ноутбук и встал.

— Эмма, давай не начинай свой психоанализ. Я устал от того, что ты дома ведешь себя как на приеме. Смотришь на меня как на экспонат. Да, я устал. Наш брак разваливается, и ты это прекрасно знаешь. Мне нужно побыть одному.

Он ушел в гостевую спальню, громко хлопнув дверью.

Эмма осталась стоять посреди пустой гостиной. Её муж явно что-то скрывал. Он нервничал, тайно покупал билеты и его жесты пугающе совпадали со звуками из аудиозаписи.

Мог ли её собственный муж, человек, с которым она прожила восемь лет, оказаться тем самым маньяком на проводе? Или Даниил просто изменяет ей, пока её собственная жизнь висит на волоске?

В этот момент её личный телефон в кармане коротко завибрировал. Пришло СМС с неизвестного номера:

«Мужчины так предсказуемы, правда, Эмма? До второй сессии осталось 21 час. Не забудь выпить свой чай».