Kitobni o'qish: «Разомкнутый круг»
Глава 1. Книга не на своём месте
В библиотеке Мискатоникского университета книги терялись редко.
Люди — чаще.
Книги хотя бы оставляли след.
Карточку.
Номер.
Подпись прежнего владельца.
Пыльный прямоугольник на полке, если кто-то переставил том не туда.
У человека всё было сложнее.
Поэтому Элиас Вейл предпочитал работать с книгами.
В тот вторник дождь начался ещё до полудня и к четырём часам превратил университетский двор в серую, блестящую от воды чашу.
Студенты перебегали между корпусами, прижимая папки к груди. У каменных ступеней теснились мокрые зонты. Из главного читального зала время от времени доносился глухой кашель, скрип стула, шелест газет.
Ветер загонял влагу под арки и заставлял старые водостоки издавать звуки, напоминавшие очень большого человека, тяжело вздыхающего где-то внутри стены.
Элиас закрыл окно.
Проверил защёлку.
Из радиатора под ним доносилось неуверенное постукивание. Угольное отопление в западном крыле библиотеки обладало собственной системой взглядов на температуру и редко советовалось с сотрудниками.
Элиас вернулся к столу.
На столе лежали двадцать семь карточек.
Двадцать шесть — ровно.
Последняя выступала примерно на три миллиметра.
Он поправил её.
Теперь можно было продолжать.
Закрытый фонд находился в глубине западного крыла, куда обычные посетители почти не заходили.
Здесь не было красивого читального зала с высокими окнами и портретами благотворителей, которыми университет особенно любил производить впечатление на гостей.
Только узкие комнаты.
Тёмное дерево.
Карточные шкафы.
Металлические двери.
Зелёные абажуры.
Запах кожи, клея, угольной пыли и той особенной сырости, которая каким-то образом находила дорогу даже туда, где окна не открывали неделями.
У внутренней стены висел телефон.
Он принадлежал сразу трём отделам и поэтому чаще молчал, чем помогал.
Элиасу здесь нравилось.
Ничего не требовало от него быть интересным.
В дверь постучали.
Не служебно.
Слишком быстро.
Два раза.
Пауза.
Ещё раз.
Элиас поднял голову.
— Войдите.
Дверь открылась.
Сначала появилась рука с папкой.
Потом женщина.
Она была мокрой.
Не настолько, чтобы это можно было назвать катастрофой, но достаточно, чтобы Элиас сразу заметил тёмные пятна на плечах её пальто и несколько капель, упавших на каменный пол.
Рыжевато-каштановые волосы были собраны на затылке и явно находились там только благодаря двум шпилькам и общей решимости не сдаваться раньше времени.
Женщина закрыла дверь.
Посмотрела на него.
— Добрый день.
Элиас перевёл взгляд на её мокрые перчатки.
Она проследила за ним.
— Я не собираюсь класть их на книги.
— Я ничего не сказал.
— Ваше лицо сказало.
Элиас снял очки.
Обычно это помогало.
