Kitobni o'qish: «Пуговки»

Пуговки

Пролог

Я Вам расскажу правдивую сказку, но скорее всего мало, кто в неё поверит, и напрасно.

Это было очень, очень давно, когда по странам и городам проходили тяжёлые паровозы с длинными, пронзительными гудками, которые оповещали о прибытии поезда.

Из Польши, а точнее из Варшавы сбежала девочка не из просто богатой семьи, а чуть ли не из семьи самого польская княжества и королевской династии. Девочке не было и шестнадцати лет. И денег у неё, своих, разумеется, тоже не было. При ней был только небольшой сафьяновый саквояж.

А дальше она сама придёт к вам в рассказ, а я с вами временно прощаюсь.

Мирра, есть такой Рождественский цветок с ярко красными листьями, его приносят в дом на счастье.

- Я родилась в канун Рождественской ночи и, поэтому, меня назвали в честь этого благостного цветка. В моей многодетной семье были одни мальчики, их игры были жестокими и кровожадными. Такими они впоследствии и выросли. Я не хотела быть с ними наравне, они всё моё детство надо мной издевались. Но я не жаловалась, поэтому решила сбежать.

Сбежать с наших земельных угодий трудно, чтобы не сказать, что совсем невозможно, поскольку вооружённая охрана всегда на страже интересов нашего высокого рода. Но мне удалось спрятаться и я вам сейчас расскажу, как это произошло.

Весь день я обдумывала свой побег, но перед этим, ещё за несколько лет до этого, ко мне приставили новую гувернантку, немногим старше меня для того, чтобы мне было с кем играть, кроме бесчисленных братьев.

Матильда была француженка и прехорошенькая, но играть ей со мной не хотелось, а хотелось рассматривать мои туалеты; блузочки, шляпки и перчатки.

Однажды, она попросила моего разрешения примерить одну блузочку, но Матильда была покрупнее, и одна пуговка оборвалась и закатилась. Нам удалось её найти и, когда Матильда пришивала пуговичку, в её глазах нарисовался испуг.

- Что случилось – спросила я, - что не так с пуговицей.