Kitobni o'qish: «Между тревогой и рассветом»

Предисловие

Эта книга зародилась из одной мысли. Очень простой. Что в новостях часто царит цензура. И что за океаном историю войны, которая началась двадцать восьмого февраля, иногда рассказывают шиворот-навыворот.

И тогда приходит мысль, что кто-то должен рассказать эту историю иначе. Через восприятие одной человеческой жизни, которую однажды подхватил северный ветер.

Эта жизнь живёт у моря. В городе Бат-Ям. Городе, чьё имя на русском звучит почти как легенда — дочь моря.

Иногда по ночам, между сиренами, когда город на мгновение становится тихим, как будто весь мир на секунду задерживает дыхание, этот человек садится писать. Иногда — прямо после того, как пришлось спуститься в пыльный подвал. Тогда лёгкие ещё долго горят от этой пыли.

Но именно в такие часы ветер слышнее всего. И вместе с ним слышно море. Тёмное. Тихое. Будто дочь моря шепчет своему ветру.

Иногда кажется, что ветер говорит. Не словами. Но так, что их всё равно можно услышать.

Он говорит о том, что кто-то должен написать дневник нашего времени. Чтобы в нём остались имена. Чтобы не исчезли лица людей, которых слишком быстро перемололи жернова войны.

Иногда ветер приносит не события. А слова.

Например — слово Руах¹. Слово, которое звучит как дыхание. Как движение воздуха в темноте.

Но в других историях ветер носит другое имя. Даллах². Имя, которое однажды откликнулось из старой легенды о Дуллахане — вестнике смерти.

И иногда возникает странная мысль.

А что, если Даллах — это и есть северный ветер, который уже много лет бродит по миру, терзая города и судьбы, в поисках своего проводника?

Говорят, он ищет его уже очень давно. Потому что ветер всегда ищет того, кто сможет его услышать. Кто сможет выдержать этот ветер и не закрыть глаза. И, может быть, в тот день, когда он наконец найдёт такого человека, ветер перестанет искать. И мир впервые за долгое время услышит тишину.

Иногда по ночам в городе у моря, когда сирены на время умолкают, можно увидеть странную вещь. На одно мгновение ветер становится почти видимым. И его тонкие линии в темноте складываются в строки. Будто сам воздух пытается написать эту историю.

А море тихо слушает этот разговор. Потому что море всегда понимает язык ветра.

6 марта 2026

09:57

Иногда меня штормит. Не морем — днем.

Утром я открываю настройки Instagram и делаю страницу публичной. Как будто распахиваю окно. Пусть ветер зайдёт. Пусть кто-нибудь услышит мою историю.

А потом проходит несколько часов — и я снова закрываю ставни. Делаю аккаунт приватным. Потому что за это время от меня отписывается ещё несколько человек.

Больше десяти процентов ушли в тот момент, когда я начала говорить о войне. Не случайные люди. Те, кто когда-то сидел рядом со мной за столом, смеялся, пил чай, знал меня по имени.

И тогда я думаю: если даже знакомые не могут смотреть на мою войну — что скажут о ней совсем незнакомые люди?

Иногда от этой мысли становится немного страшно.

И я снова иду в настройки приватности, как будто держу в руках маленький рычаг, который открывает или закрывает дверь между моим миром и остальным.

И каждый раз я нажимаю его как будто на ощупь — в темноте.

7 марта 2026

03:55

Мы пришли к миклату³ у школы после запуска кассетных бомб. Воздух был странно тихим, как будто город на минуту задержал дыхание. Свет фонарей падал на пустую площадку, на мусорный бак, на стены с детскими рисунками.

И вдруг под ногами — мел.

На асфальте аккуратно выведена могила. Надпись, знакомая половине планеты: «Lily & James Potter».

Кто-то из детей, наверное, играл здесь днём. Рисовал свою маленькую, безопасную магию.

А ночью, после сирен, после ракет, после новостей — мы стоим у входа в бомбоубежище. И прямо у наших ног лежит мелом нарисованная могила людей, которые когда-то умерли, защищая своего ребёнка.

Иногда реальность пишет такие сцены, что даже Брэдбери пожал бы плечами и сказал бы:

— Ладно. Это уже слишком символично.

8 марта 2026

11:03

Можно не спать не из-за кофе, не из-за книги, и даже не из-за любви.

Можно не спать из-за неба.

Потому что где-то далеко за морем кто-то нажимает кнопку, и в темноту уходит ракета. И тогда сирена разрывает ночь на две части. И ты бежишь в бомбоубежище, как будто это самое обычное дело на свете — вставать среди ночи и спускаться под землю.

А потом сидишь и слушаешь глухие небесные бухи. И, сам того не желая, учишься странной науке — по громкости угадывать расстояние:

Ближе.

Дальше.

Совсем рядом.

И в какой-то момент понимаешь одну простую вещь: я ужасно устала не спать.

Есть вещи, которые лучше никогда не узнавать. И если можно было бы пожелать что-то всему миру, то, наверное, очень простую вещь: чтобы никто никогда не знал, как это — среди ночи бежать под землю и слушать, как над твоей головой в темноте разговаривает война.

9 марта 2026

02:17

Есть мирные страны, где люди могут позволить себе мирные привычки.

Взять кофе в любимой кофейне, чтобы вдыхать его аромат и никуда не спешить.

Утренняя пробежка по тихим улицам, чтобы разложить мысли по местам.

Субботние дата-бранчи в Дегустейшене — кафе в солнечном Ереване, куда иногда заносит людей, однажды поддавшихся ветру перемен, — чтобы обсудить десятки маленьких тем: фильмы, визы, работу и планы на выходные.

Походы в книжный клуб раз в месяц, чтобы говорить о чужих историях и ненадолго забывать о своей.

Милые, мирные привычки.

А есть страны, на которые раз за разом налетает северный ветер.

Тот самый, о котором мама Виан⁴ пела тихую песню: «Le vent du nord peut briser les pierres, mais il ne brise pas le cœur des hommes».

Если сказать эти слова по-русски, они звучат так: «Северный ветер может ломать камни, но не может сломать человеческое сердце».

В такие страны ветер приходит снова и снова. Иногда он приносит холод. Иногда — ракеты.

И тогда люди, несмотря на бурю, пытаются собрать из пепла какие-нибудь маленькие привычки.

Мы по ночам, часу к трём, после второго обстрела ходим навестить миклат у школы Гордон. Послушать, как дышит ночь. И немного постоять рядом с тем местом, где под землю уходит тишина.

Иногда нам просто нужно знать, что она ещё где-то осталась.

А что делаете вы?