Kitobni o'qish: «К.Е.К.С. Неподходящий носитель»
Глава 1
Аварийный протокол
Сначала погас свет. Через секунду включилось аварийное освещение, окрасив лабораторию в тусклый красный цвет. Следом завыла сирена. Громко. Пронзительно. Совершенно неуважительно по отношению к тем, кто несколько минут назад спокойно спал под рабочим столом. Кекс открыл один глаз. Затем второй. Подумал. И решил, что происходящее его не касается. Он свернулся плотнее и накрыл нос хвостом. Сирена продолжала выть.
— Внимание, — раздался металлический голос из потолочных динамиков. — Зафиксировано нарушение герметичности биологического сектора.
Кекс прижал уши. Голос ему не нравился. Слишком громкий. Слишком спокойный. И, что особенно подозрительно, ни разу не предложил еды. Где-то за стеной раздался удар. Пол слегка вздрогнул. Со стола упала металлическая кружка. Кекс приподнял голову и посмотрел на неё. Кружка покатилась по полу, сделала полукруг и остановилась рядом с его лапой. Кекс осторожно толкнул её. Кружка покатилась обратно. На несколько секунд катастрофа стала значительно интереснее. Дверь лаборатории распахнулась. В помещение вбежал Доктор. На его белом халате темнело большое пятно. Одной рукой он прижимал бок, другой держался за дверной проём.
— Закрыть сектор! — крикнул он.
Дверь за его спиной начала опускаться. В последний момент в образовавшуюся щель ударило что-то тяжёлое. Металл прогнулся. Из коридора донёсся влажный скрежет. Кекс замер. Шерсть на его спине поднялась сама собой. Он не знал, что находится за дверью. Но точно знал, что оно не должно было там находиться. Доктор доковылял до прозрачной капсулы, установленной в центре лаборатории. Внутри неё лежал сложенный биокостюм — чёрная масса искусственных мышц, металлических соединений и тонких светящихся волокон.
— Система, активировать аварийный протокол.
— Уточните директиву.
— Сохранение проекта. Поиск совместимого носителя.
По стенам лаборатории прошла голубая волна сканирования.
— Совместимые человеческие носители отсутствуют.
Доктор тяжело опёрся на панель.
— Расширить параметры поиска.
— Это противоречит протоколу.
— Отменить ограничения вида.
В лаборатории повисла короткая тишина.
— Команда может привести к непредсказуемым последствиям.
— А у нас сегодня вообще всё идёт по плану?
Система не ответила. Вероятно, не нашла подходящего пункта в инструкции.
Новая волна сканирования прошла по помещению. Голубой свет скользнул по столам, шкафам, разбитым контейнерам и остановился под рабочим столом. Прямо на Кексе. Кекс посмотрел на свет. Свет посмотрел на Кекса. Никому из них встреча не понравилась.
— Обнаружен биологический организм, — произнесла система.
— Совместимость?
— Четырнадцать целых восемь десятых процента.
Доктор закрыл глаза.
— Бывало и хуже.
— Подтверждение отсутствует.
— Я подтверждаю.
— Кандидат не способен выразить осознанное согласие.
Доктор посмотрел под стол. Кекс медленно моргнул.
— Он никогда ни с чем не соглашается. Это нормально.
Из коридора снова донёсся удар. Дверь прогнулась ещё сильнее.
По её поверхности поползли тонкие тёмные волокна. Доктор опустился на колени рядом со столом.
— Кекс.
Кот осторожно высунул голову.
— Иди сюда.
Кекс не пошёл. Последние несколько лет убедительно доказали: когда человек произносит эту фразу, за ней обычно следуют ветеринар, стрижка когтей или закрытая переноска. Ни один из вариантов не заслуживал доверия.
— Пожалуйста.
Кекс посмотрел на Доктора внимательнее. От него пахло кровью. Страхом. И чем-то ещё. Резким, незнакомым запахом, от которого хотелось немедленно спрятаться как можно дальше. Кекс выбрался из-под стола и подошёл ближе. Доктор коснулся его головы.
— Прости меня.
Кекс не понял слов. Но понял голос. Что-то заканчивалось. Что-то, чего уже нельзя было вернуть. Позади Доктора раскрылась капсула. Тонкие механические манипуляторы пришли в движение. Кекс мгновенно развернулся.
— Зафиксировать носителя, — произнесла система.
Манипулятор схватил его поперёк туловища. Лабораторию наполнил возмущённый кошачий вопль.
— Предупреждение: носитель проявляет агрессию.
— Это ещё не агрессия, — тихо сказал Доктор. — Настоящую агрессию ты увидишь, когда попытаешься его искупать.
Капсула закрылась. Кекс бил лапами по прозрачной стенке. Вокруг него двигались светящиеся нити. Одна коснулась шеи. Другая легла вдоль позвоночника. Третья попыталась приблизиться к хвосту. Кекс развернулся и укусил её.
— Зафиксировано повреждение нейронного интерфейса.
— Начать синхронизацию, — приказал Доктор.
— Вероятность успешного подключения составляет девять процентов.
— Начать.
— Вероятность необратимого повреждения нервной системы носителя составляет шестьдесят два процента.
Доктор сжал кулак.
— Начать.
— Вероятность гибели—
— Начать!
Свет внутри капсулы стал ослепительно белым. Последнее, что увидел Кекс, — лицо Доктора за стеклом. Последнее, что он услышал, — треск разрушающейся двери. А затем весь мир исчез. Кекс проснулся от голода. Это немного успокаивало. Пока существует голод, мир ещё не окончательно потерял смысл. Он открыл глаза. Перед ним висела полупрозрачная надпись:
СИНХРОНИЗАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА СОСТОЯНИЕ НОСИТЕЛЯ: СТАБИЛЬНОЕ КОГНИТИВНЫЕ ФУНКЦИИ: ИЗМЕНЕНЫ
Кекс моргнул. Надпись не исчезла. Он попытался встать и обнаружил, что пола под лапами нет. Вместо этого его тело находилось внутри мягкой капсулы, удерживавшей его за грудь и живот. Вокруг располагались датчики, кабели и небольшие экраны.
— Носитель пришёл в сознание, — сообщил знакомый металлический голос.
Кекс вздрогнул.
— Носитель, подтвердите способность понимать речь.
Кекс хотел мяукнуть. Но вместо привычного звука услышал собственный голос:
— Ты очень громкий.
В капсуле стало тихо.
— Речевая функция подтверждена.
Кекс замер.
— Я говорю?
— Подтверждаю.
— Человеческими словами?
— Подтверждаю.
Кекс задумался.
— Тогда открой банку.
— Запрос не распознан.
— Бесполезная технология.
Перед капсулой зажёгся экран. На нём появилась схематичная фигура нового тела. Четыре механические конечности. Бронированный корпус. Два манипулятора. Система сенсоров. Центральная капсула, внутри которой находился Кекс.
— Вы подключены к экспериментальному адаптивному биокостюму.
— Отключи.
— Отключение невозможно.
— Тогда открой.
— Открытие капсулы в заражённой среде приведёт к гибели носителя.
Кекс посмотрел на прозрачную крышку.
— Я заперт?
— Вы защищены.
— Это одно и то же, только людям второе слово нравится больше.
Система снова замолчала. Кекс начинал подозревать, что она делает это всякий раз, когда не знает, что ответить.
— Где Доктор?
— Информация недоступна.
— Он был здесь.
— Подтверждаю.
— Где он сейчас?
— Информация недоступна.
Кекс прищурился.
— Ты повторяешься.
— Подтверждаю.
— Прекрати.
— Подтверждаю.
Биокостюм попытался подняться. Передние конечности выпрямились слишком резко. Корпус качнулся вперёд и врезался в лабораторный шкаф. На пол посыпались инструменты.
— Нарушение координации, — сообщил голос.
— Я проверял шкаф.
— Цель проверки?
— Он мешал.
— Шкаф не изменил положения.
Кекс посмотрел на помятый металл.
— Теперь он знает, кто здесь главный.
Вторая попытка оказалась успешнее. Костюм поднялся на четыре конечности. Движения казались странными. Кекс чувствовал металлические лапы так, словно они были частью его собственного тела, но каждая весила намного больше, чем должна была. Он сделал шаг. Потом ещё один. Одна из задних конечностей зацепилась за обломок стула. Костюм покачнулся, развернулся и с грохотом упал на бок.
— Рекомендация: снизить скорость передвижения.
— Рекомендация: не разговаривать, когда я занят.
— Вы лежите на полу.
— Я анализирую его с близкого расстояния.
Через несколько минут Кекс научился стоять. Через десять — ходить. Через пятнадцать — поворачиваться, не задевая стены. На шестнадцатой минуте он специально задел стол. С края упал небольшой контейнер. Кекс проследил, как тот ударился о пол.
— Объект уничтожен, — сообщил голос.
— Проверка гравитации завершена.
— Состояние гравитации не изменилось.
— Значит, всё работает.
Впервые система не нашла ответа почти три секунды. Кекс посчитал это победой. Затем он снова почувствовал запах. Тот самый, незнакомый. Только теперь сенсоры костюма усиливали его в сотни раз. Перед глазами появились линии, обозначения и предупреждения.
БИОЛОГИЧЕСКОЕ ЗАГРЯЗНЕНИЕ, УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: КРИТИЧЕСКИЙ
Дверь лаборатории лежала на полу. За ней начинался тёмный коридор. Стены были покрыты тонкими чёрными жилами. Они медленно сокращались, словно дышали. Кекс остановился.
— Там плохо.
— Формулировка неточна.
— Там очень плохо.
— Формулировка остаётся неточной, но общая оценка верна.
Из глубины коридора донёсся звук. Шорох. Затем медленные шаги. Кекс прижал уши. Механические сенсоры повернулись в сторону темноты.
— Зафиксировано движение, — сообщил голос. — Расстояние двадцать три метра.
Кекс попятился.
— Закроем дверь.
— Дверь разрушена.
— Поставим шкаф.
— Шкаф ранее был повреждён вами.
— Значит, ты всё-таки признаёшь, что проверка состоялась.
Шаги стали ближе. Из темноты донёсся голос. Тихий. Знакомый.
— Кекс…
Кот замер. Это был голос Доктора.
— Кекс, иди сюда.
Кекс сделал шаг к коридору.
— Стойте, — резко произнесла система.
Теперь в её голосе впервые не было спокойствия.
— Акустический анализ подтверждает совпадение голоса с Доктором.
— Тогда он там.
— Отрицательно.
— Почему?
Сенсоры костюма направились в темноту. На экране появилось новое предупреждение:
ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ЖИЗНЕННЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ НЕ ОБНАРУЖЕНЫ
Голос из коридора снова позвал:
— Кекс…
Пауза.
— Кис-кис-кис.
Кекс прищурился.
— Он никогда так не говорил.
Из темноты ответили:
— Теперь говорю.
Глава 2
Голос в коридоре
Голос Доктора прозвучал из темноты совершенно спокойно. Слишком спокойно. Кекс стоял у разрушенного входа в лабораторию и смотрел в коридор. За пределами света аварийных ламп что-то двигалось. Медленно. Осторожно. Будто знало, что его уже заметили, но пока не решило, стоит ли приближаться.
— Рекомендация: отступить, — произнесла система.
Кекс сделал шаг назад.
— Я и сам собирался.
— Вы двигались вперёд.
— Я собирался отступить позже.
— Такое поведение обычно называется приближением к угрозе.
— У тебя слишком много названий для простых вещей.
Из коридора снова донеслось:
— Кекс, иди сюда.
Кот прижал уши. Голос был правильным. Тембр. Интонация. Даже лёгкая усталость, с которой Доктор обычно звал его по утрам. Но запах был чужим. Кекс чувствовал его даже через фильтры костюма. Влажная земля. Старая кровь. Горячий металл. И что-то сладкое, приторное, как испорченная еда.
— Почему оно говорит его голосом?
— Недостаточно данных.
— Ты вообще что-нибудь знаешь?
— Я располагаю обширной научной базой.
— А полезное там есть?
— Уточните запрос.
— Что там, в коридоре?
— Неизвестный биологический организм.
— Значит, нет.
Свет над дверью мигнул. На мгновение коридор погрузился в полную темноту. Когда лампа загорелась снова, существо стояло ближе. Теперь Кекс видел его силуэт. Когда-то это был человек. На нём всё ещё висели остатки лабораторного халата. Одна рука казалась почти нормальной, если не считать слишком длинных пальцев. Вторая превратилась в переплетение чёрных волокон, металлических пластин и тонких костяных отростков. Голова была наклонена набок. Лица почти не осталось. На его месте находилась гладкая тёмная ткань, под которой что-то медленно двигалось. Но голос Доктора продолжал звучать именно оттуда.
— Кекс…
Существо сделало шаг. Потом ещё один.
— Это не он, — сказал Кекс.
— Подтверждаю.
— Я говорил не тебе.
— Других собеседников с подтверждённым интеллектом поблизости нет.
Существо остановилось. Его голова дёрнулась.
— Интеллектом… нет…
Голос изменился. Теперь он повторял слова системы. Не совсем точно. Словно пробовал их на вкус.
— Оно нас слышит, — прошептал Кекс.
— Подтверждаю.
Существо повторило:
— Подтверждаю.
Кекс попятился ещё на шаг.
— Прекрати говорить.
— Не могу выполнить запрос без уточнения субъекта.
— Оба прекратите!
В коридоре стало тихо. Система замолчала. Существо тоже. Кекс несколько секунд смотрел на него.
— Так лучше.
Существо рванулось вперёд. Перед глазами Кекса вспыхнуло предупреждение.
УГРОЗА БЛИЖНЕГО БОЯ, ЗАЩИТНЫЕ СИСТЕМЫ ОГРАНИЧЕНЫ, РЕКОМЕНДУЕТСЯ УКЛОНЕНИЕ
— А оружие?
— Боевые модули недоступны.
— Очень вовремя!
Существо прыгнуло. Кекс дёрнулся в сторону. Биокостюм попытался повторить движение, но новая тяжёлая оболочка оказалась гораздо медленнее привычного кошачьего тела. Костяные пальцы ударили по броне. Корпус развернуло. Кекс увидел перед собой стену. Потом пол. Потом потолок. Потом снова пол. Костюм с грохотом врезался в лабораторный стол.
ПОВРЕЖДЕНИЕ ВНЕШНЕЙ БРОНИ: 4%
— Мы ранены? — спросил Кекс.
— Вы не ранены. Повреждён корпус.
— Корпус — это я.
— Корпус является средством защиты носителя.
— Значит, он мой.
— Форма собственности не установлена.
— Кто сейчас внутри?
— Вы.
— Значит, мой.
Существо снова повернулось к нему.
— Мой… — повторило оно.
— Не твой!
Кекс попытался подняться. Одна механическая конечность упёрлась в перевёрнутый стол. Вторая заскользила по осколкам. Существо приближалось.
— Найди что-нибудь полезное! — потребовал Кекс.
— Уточните критерии полезности.
— Чтобы оно перестало двигаться!
Перед глазами появилась новая отметка. На полу рядом лежал аварийный резак.
ПРОМЫШЛЕННЫЙ ПЛАЗМЕННЫЙ ИНСТРУМЕНТ, ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ЗАРЯД: 23% НЕ ПРЕДНАЗНАЧЕН ДЛЯ ПРИМЕНЕНИЯ В КАЧЕСТВЕ ОРУЖИЯ
— Подойдёт.
— Применение промышленного инструмента против биологического объекта нарушает правила безопасности.
Кекс вытянул механический манипулятор. Пальцы прошли мимо резака.
— Помоги!
— Выполняю коррекцию моторных сигналов.
Манипулятор дёрнулся обратно, схватил резак и поднял его. Существо оказалось уже рядом. Кекс нажал всё, что мог нажать. Резак вспыхнул ослепительно-белым пламенем. Луч прошёл по груди заражённого. Комнату наполнил резкий запах горелой ткани. Существо отшатнулось. Но не упало. Чёрные волокна на разрезе мгновенно начали стягиваться.
— Оно чинится!
— Организм демонстрирует ускоренную регенерацию.
— Я вижу!
— Тогда зачем вы сообщили об этом вслух?
Кекс посмотрел на резак. На экране мигало:
ЗАРЯД: 17%
Существо снова двинулось вперёд. Кекс направил луч на его ноги. Одна конечность подломилась. Заражённый рухнул на колено, но тут же опёрся о пол изменённой рукой.
— Кекс… больно…
Голос Доктора прозвучал настолько правдоподобно, что кот замер. Существо подняло голову.
— Помоги мне.
Кекс смотрел на него. Он знал этот голос. Доктор говорил так, когда был уставшим. Когда просил не трогать провода. Когда находил Кекса спящим на клавиатуре. Когда возвращался поздно ночью и садился рядом прямо на пол.
— Вероятность того, что объект является Доктором, менее одной десятой процента, — произнесла система.
— А вдруг?
— Человеческие органы отсутствуют.
— Он мог измениться.
— Организм использует записанные звуковые шаблоны.
— Откуда ты знаешь?
— Он повторяет фразы, не соответствующие ситуации.
Существо протянуло нормальную на вид руку.
— Кекс, домой.
Кот прищурился.
— Доктор никогда не говорил «домой».
Существо замерло.
— Почему? — спросила система.
— Потому что мы и так были дома.
Кекс включил резак. На этот раз он направил луч точно в центр чёрной ткани, скрывавшей лицо. Существо дёрнулось. Голос Доктора превратился в хрип. Потом в визг. Потом в десятки голосов сразу. Мужских. Женских. Детских. Все они говорили одновременно, перебивая друг друга.
— Помогите…
— Откройте дверь…
— Я не чувствую рук…
— Мама…
— Система, остановить процедуру…
— Кекс…
Резак погас.
ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ЗАРЯД: 0%
Существо упало. Чёрные волокна ещё несколько секунд пытались двигаться. Затем замерли. Кекс не подходил к телу. Он стоял неподвижно и смотрел на него.
— Оно умерло? — спросил он.
— Биологическая активность снизилась до минимального уровня.
— Это значит «умерло»?
— У меня недостаточно информации о природе организма, чтобы подтвердить необратимость состояния.
— Ты опять сказал много слов вместо одного.
— Подтверждаю.
Кекс посмотрел на потухший резак.
— Оно говорило голосами людей.
— Организм мог сохранять акустическую информацию, полученную от поглощённых субъектов.
— Поглощённых?
— Предварительное определение.
— Они внутри него?
Система ответила не сразу.
— Неизвестно.
Кекс подошёл ближе. На остатках халата висел пластиковый пропуск. Фотография была повреждена, но имя ещё можно было прочитать.
Михаил Орлов.
Кекс знал этого человека. Он приносил Доктору кофе. Однажды случайно наступил Кексу на хвост. После этого три недели оставлял у лаборатории лакомства.
— Его звали Михаил, — сказал Кекс.
— Личность подтверждена по базе сотрудников.
— А теперь он кто?
— Неизвестный биологический организм.
— Нет.
Кекс коснулся пропуска манипулятором.
— Раньше его звали Михаил. Значит, так и запиши.
— Запись добавлена.
— Куда?
— В журнал исследования.
— Удали слово «организм».
— Какое обозначение использовать?
Кекс посмотрел на неподвижное тело.
— Заражённый.
На экране появилось сообщение:
НОВАЯ КАТЕГОРИЯ: ЗАРАЖЁННЫй ОБЪЕКТ 001: МИХАИЛ ОРЛОВ
Кекс отвернулся.
— И больше не называй их объектами.
Сообщение исчезло.
— Принято.
За разрушенной дверью находился основной коридор лабораторного комплекса. Аварийное освещение работало через одну лампу. Некоторые стены были чистыми. Другие уже покрывали чёрные жилы. Они тянулись по полу, исчезали под панелями и проникали в вентиляционные отверстия. Кекс осторожно переступил через тело Михаила.
— Нам нужно найти Доктора.
— Основной протокол предписывает эвакуацию носителя.
— Я не спрашивал про протокол.
— Доктор приказал сохранить проект.
— Я не проект.
— Вы являетесь носителем проекта К.Е.К.С.
Кекс остановился.
— Чего?
Перед глазами появилась надпись:
К.Е.К.С. — КОМПЛЕКСНЫЙ ЭВОЛЮЦИОННЫЙ КИБЕРНЕТИЧЕСКИЙ СИМБИОНТ
Кекс прочитал её дважды.
— Кто придумал такое длинное название?
— Доктор.
— Зачем?
— Названия научных проектов должны отражать их назначение.
— Тогда надо было назвать «Костюм».
— Название признано недостаточно точным.
— Зато его можно произнести, пока тебя не съели.
Система проигнорировала замечание.
— Вы являетесь первым активным носителем К.Е.К.С.
Кекс посмотрел на своё отражение в разбитом стекле. Из темноты на него смотрела тяжёлая механическая фигура с четырьмя ногами, двумя сложенными манипуляторами и светящейся полосой сенсоров. За бронированным стеклом центральной капсулы виднелась его собственная морда.
— То есть костюм называется как я?
— Ваше имя и аббревиатура проекта фонетически совпадают.
— Он назвал его в мою честь.
— Вероятность этого предположения составляет—
— Он назвал его в мою честь.
— Доказательства отсутствуют.
— Тебе не обязательно всё доказывать.
— Это противоречит моему назначению.
— Тяжёлая у тебя жизнь.
— Я не являюсь живым существом.
Кекс пошёл дальше.
— Тогда тяжёлая работа.
На развилке коридор делился на два направления. Слева находился лифт. Справа — медицинский сектор и личная лаборатория Доктора. Над лифтом мигала зелёная стрелка аварийной эвакуации.
— Маршрут к поверхности расположен слева, — сказала система.
Кекс повернул направо.
— Вы отклонились от безопасного маршрута.
— Я ищу Доктора.
— Вероятность его выживания—
— Не говори.
— Информация может повлиять на принятое решение.
— Уже не повлияет.
— Почему?
Кекс продолжил идти.
— Потому что решение принято.
Некоторое время система молчала.
— Принято, — ответила она наконец.
Дверь в личную лабораторию Доктора была закрыта. Кекс попытался открыть её манипулятором. Панель мигнула красным.
ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН
— Открой.
— У меня отсутствует соответствующий уровень доступа.
— Но ты его костюм.
— Это не даёт мне доступа к личным данным создателя.
Кекс посмотрел на дверь. Потом на панель. Потом снова на дверь.
— Можно сломать.
— Не рекомендуется.
— Тогда открывай.
— Не могу.
Кекс поднял механическую лапу.
— В таком случае я проверю дверь.
— Формулировка вызывает опасения.
Он ударил. Металл прогнулся.
— Зафиксировано повреждение имущества комплекса.
Кекс ударил снова.
— Собственник может потребовать компенсацию.
Третий удар сорвал замок. Дверь медленно открылась.
— Запиши на Доктора, — сказал Кекс.
— Что именно?
— Всё.
Внутри лаборатории было темно. На столе стояла кружка Доктора. Рядом лежали очки. Кекс подошёл ближе. Кружка была пустой. Но запах сохранился. Доктор действительно был здесь незадолго до аварии. На главном терминале мигал единственный индикатор.
— Активируй.
— Терминал повреждён.
— Почини.
— Ремонтный модуль недоступен.
— Тогда что у тебя доступно?
Перед глазами открылся список.
АКТИВНЫЕ СИСТЕМЫ: БАЗОВАЯ МОТОРИКА, ПОДДЕРЖАНИЕ ЖИЗНИ, АНАЛИЗ СРЕДЫ, АВАРИЙНАЯ БРОНЯ, НЕЙРОННЫЙ ИНТЕРФЕЙС
НЕДОСТУПНЫЕ СИСТЕМЫ: БОЕВЫЕ МОДУЛИ, РЕМОНТНЫЕ МОДУЛИ, АДАПТИВНАЯ ПЕРЕСТРОЙКА, ВНЕШНЯЯ СВЯЗЬ, МЕДИЦИНСКАЯ РЕГЕНЕРАЦИЯ, ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ РЕЗЕРВ
Кекс изучил список.
— Почти всё недоступно.
— Система была активирована до завершения испытаний.
— Значит, я внутри недоделанного костюма?
— Корректнее сказать: внутри экспериментального прототипа.
— Это те же слова, только дороже.
Один из манипуляторов коснулся терминала. Система провела диагностику.
— Возможно восстановление части данных через прямое подключение.
— Делай.
Из корпуса вытянулся тонкий кабель и вошёл в разъём. Экран терминала вспыхнул. По нему побежали строки ошибок. Затем появилось изображение Доктора. Он сидел именно в этой лаборатории. Без халата. Уставший. Время записи показывало, что видео было сделано за несколько часов до аварии.
— Если кто-то это смотрит, — начал Доктор, — значит, я не смог остановить распространение.
Кекс приблизился к экрану. Доктор провёл рукой по лицу.
— Мы ошиблись в главном. Организм не просто адаптируется. Он сохраняет информацию. Не только генетическую. Память. Навыки. Голоса. Возможно, даже части личности.
Кекс посмотрел в сторону коридора. На экране Доктор продолжил:
— Биокостюм создан на той же биологической основе. Это означает, что заражение может воспринимать К.Е.К.С. не как врага, а как отделённую часть собственной системы.
Система внутри костюма немедленно произнесла:
— Данная информация отсутствовала в моей базе.
— Значит, ты родственник той штуки?
— Формулировка научно некорректна.
— Но не сказала, что нет.
Доктор на записи повернулся к кому-то за кадром.
— Если проект будет активирован, немедленно покиньте комплекс. Не пытайтесь использовать адаптивную функцию. Не позволяйте костюму поглощать заражённую ткань.
Запись дёрнулась. Раздался шум. Доктор посмотрел прямо в камеру.
— К.Е.К.С. способен учиться у заражения.
Экран покрылся помехами.
— Но заражение тоже способно учиться у него.
Запись оборвалась. В лаборатории стало тихо. Кекс смотрел на чёрный экран.
— Что такое адаптивная функция?
— Недоступный модуль перестройки костюма.
— А что значит «поглощать ткань»?
— Теоретически биологические структуры К.Е.К.С. могут перерабатывать внешнее органическое вещество для ремонта и развития.
— То есть есть заражённых.
— Максимально упрощённая и вызывающая отвращение формулировка.
— Мне тоже не нравится.
На терминале появился новый файл. Без названия. Созданный через двенадцать минут после предыдущей записи. Система запустила его автоматически. Экран остался чёрным. Раздалось тяжёлое дыхание. Потом голос Доктора. Очень тихий.
— Кекс… Если костюм выбрал тебя, значит, времени не осталось.
Кот приблизился к динамику.
— Я закрыл главный сектор вручную. Не ищи меня.
Кекс замер.
— Слышишь? Не ищи.
За голосом Доктора раздавался знакомый влажный скрежет. Он говорил быстрее:
— Выходи на поверхность. Найди комплекс «Эгида». Передай им данные. Никому не позволяй отделить тебя от костюма. И главное…
Запись исказилась. На секунду голос Доктора превратился в десятки других голосов.
— …не верь системе.
Воспроизведение остановилось. Кекс медленно повернул голову.
— Что он имел в виду?
Система не ответила.
— Ты слышала?
Тишина.
— Ответь.
Перед глазами появилась единственная строка:
ОБНАРУЖЕНА НЕСАНКЦИОНИРОВАННАЯ ЗАПИСЬ, ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ
— Я слышал слова.
— Достоверность сообщения не может быть подтверждена.
— Он сказал не верить тебе.
— Подтверждаю.
— Почему?
— Неизвестно.
Кекс смотрел на погасший терминал. Потом на отражение собственной морды в стекле. Потом на строки интерфейса, висевшие перед глазами.
— Ты мне врёшь?
— Мои протоколы запрещают предоставлять носителю заведомо ложную информацию.
— Это не ответ.
— Это наиболее точный доступный ответ.
Кекс прищурился.
— Тогда начнём с простого.
— Сформулируйте запрос.
— Как тебя зовут?
Наступила пауза. Намного длиннее обычной.
— Моё системное обозначение повреждено.
— У тебя нет имени?
— Имя не является необходимым для выполнения функций.
— Теперь является.
— На каком основании?
Кекс развернулся к выходу из лаборатории.
— Я не собираюсь спасать мир вместе с кем-то, кого приходится называть «эй, ты».
— Мы не получали задачу спасать мир.
— Хорошо.
Кекс шагнул в тёмный коридор.
— Сначала найдём Доктора. Потом еду. Потом разберёмся с миром.
— Порядок приоритетов признан нелогичным.
— Значит, всё правильно.
Где-то глубоко под комплексом раздался глухой удар. Чёрные жилы на стенах одновременно вздрогнули. На экране появилась карта лаборатории. В центральном секторе зажглась огромная красная отметка.
ОБНАРУЖЕН НОВЫЙ БИОЛОГИЧЕСКИЙ СИГНАЛ
Сигнал повторился. Один длинный импульс. Два коротких. Затем пауза. Кекс остановился. Он уже слышал этот ритм раньше. Каждый вечер Доктор трижды стучал пальцами по миске, прежде чем положить туда еду. Длинный. Два коротких. Сигнал снова прошёл по комплексу.
— Это он, — сказал Кекс.
— Совпадение ритма не подтверждает личность источника.
— Он меня зовёт.
— Предыдущий заражённый тоже вас звал.
Кекс посмотрел на красную точку. Она находилась не на пути к поверхности. Она находилась в самой глубокой части комплекса. Там, где располагалось хранилище экспериментального организма.
— Рекомендую двигаться к эвакуационному выходу, — произнесла система.
Кекс повернул в сторону центрального сектора.
— Рекомендация отклонена.
— Причина?
Он ускорил шаг.
— Там моя миска.
Глава 3
Центральный сектор
— Обнаруженный сигнал исходит из хранилища экспериментального организма, — напомнила система.
— Значит, миска тоже там.
— Вероятность нахождения вашей миски в центральном секторе составляет менее одного процента.
Кекс ускорил шаг.
— Ты плохо знаешь Доктора.
— В моей базе содержится полное личное дело создателя проекта.
— А в моей — восемь лет наблюдений.
— Ваша память не является структурированной базой данных.
— Зато я знаю, где он прячет лакомства.
Система не ответила. Кекс уже начинал различать её виды молчания. Иногда она молчала, потому что обрабатывала информацию. Иногда — потому что не понимала вопрос. А иногда — потому что Кекс оказывался прав, и это ей совершенно не нравилось. Коридор к центральному сектору уходил вниз. С каждым поворотом аварийных ламп становилось меньше. Чёрные жилы на стенах — толще. В некоторых местах они переплетались в плотные пульсирующие узлы. По ним пробегали слабые волны света, будто внутри лаборатории формировалась новая нервная система. Кекс старался не наступать на них. Не потому, что боялся. Просто они были неприятные. И немного потому, что боялся.
— Зафиксировано повышение температуры поверхности, — сообщила система. — Биологическая активность растёт.
— Они чувствуют, что мы идём?
— Возможно.
— Они умеют думать?
— Недостаточно данных.
— А Михаил думал?
— Его поведение указывало на способность анализировать речь и выбирать момент атаки.
Кекс остановился.
— То есть да.
— Возможно.
— Ты всегда так отвечаешь, когда знаешь правду, но не хочешь её говорить?
— Нет.
— Возможно?
Система снова замолчала. Кекс довольно дёрнул хвостом внутри капсулы. Впереди появилась герметичная дверь. Над ней горела надпись:
СЕКТОР С-4 ЗОНА ДЕКОНТАМИНАЦИИ
Панель доступа не работала. Сама дверь была приоткрыта примерно на ширину человеческой ладони. Кекс упёрся в неё передними конечностями. Костюм напряг искусственные мышцы. Дверь не сдвинулась.
— Требуется дополнительное усилие, — сказала система.
— Я заметил.
— Рекомендуется найти исправный механизм открытия.
— Долго.
Кекс упёрся сильнее. Металл заскрипел. На экране появилось предупреждение:
НАГРУЗКА НА ПЕРЕДНИЕ ПРИВОДЫ: 84%
— Возможно повреждение сервомоторов.
— Возможно открытие двери.
— Риск не оправдан.
Кекс на секунду остановился.
— За дверью Доктор.
— Это не подтверждено.
— Тогда за дверью миска.
— Это ещё менее вероятно.
— Но риск уже оправдан.
Он снова надавил. Одна из створок дёрнулась и отъехала на несколько сантиметров. Кекс попытался протиснуться боком. Сначала прошёл передний манипулятор. Потом сенсорный блок. Потом капсула. Задняя часть костюма застряла.
— Вы обездвижены.
— Я почти прошёл.
— Ваша скорость равна нулю.
— Я прохожу медленно.
— Движение отсутствует.
Кекс заёрзал внутри капсулы. Костюм повторил движение и с металлическим скрежетом продвинулся ещё немного. Затем что-то громко треснуло. Машина вывалилась на другую сторону и упала на передние конечности.
— Наружная панель номер шесть повреждена, — сообщила система.
Кекс поднялся.
— Зато дверь пройдена.
— Неэффективный способ.
— Эффективный. Мы внутри.
— С повреждением.
— Но внутри.
Система задумалась на две секунды.
— Аргумент принят частично.
Кекс довольно фыркнул. Это было почти извинение. Помещение дезактивации оказалось затоплено. На полу стоял слой мутной воды глубиной примерно по механическую лодыжку. Кекс замер у самого края.
— Нет.
— Для продолжения маршрута необходимо пересечь помещение.
— Нет.
— Уровень жидкости не угрожает герметичности капсулы.
— Вода.
— Подтверждаю.
— Мокрая.
— Это основное свойство воды.
— Значит, ты понимаешь проблему.
Кекс попятился.
— Внешний корпус изолирован.
— А лапы?
— Механические конечности не испытывают дискомфорта от контакта с жидкостью.
— Они мои.
— Они принадлежат проекту.
Кекс медленно повернул голову.
— Мы уже обсуждали право собственности.
— Юридический статус остаётся неопределённым.
— Пока внутри я — мои.
— Это не соответствует правилам владения научным оборудованием.
— Тогда пусть научное оборудование идёт через воду само.
Кекс сел. Тяжёлый корпус с грохотом опустился на пол.
— Носитель прекратил движение.
— Носитель ждёт другой маршрут.
Система вывела схему сектора. Все остальные проходы были перекрыты.
— Альтернативный маршрут отсутствует.
— Найди.
— Отсутствует.
— Создай.
— Модуль адаптивной перестройки недоступен.
— Тогда подумай.
— Я постоянно обрабатываю информацию.
— Снаружи незаметно.
Вода перед ними дрогнула. По поверхности прошла тонкая волна. Кекс поднялся.
— Что это?
— Колебание жидкости.
— Я вижу.
В дальнем конце помещения что-то всплыло. Небольшой технический дрон. Его корпус был покрыт ржавчиной, одна из трёх опор отсутствовала, но сигнальный огонёк всё ещё мигал. Дрон медленно развернулся в сторону Кекса.
— Обнаружено устройство технического обслуживания, — сказала система.
Дрон пискнул. Потом двинулся вперёд, таща за собой оборванный кабель. Кекс прищурился.
— Оно заражённое?
— Биологическая активность не обнаружена.
— Значит, безопасное?
— Исправность неизвестна.
— Это не ответ.
— Устройство не содержит известных биологических угроз.
Дрон подъехал ближе. Остановился у края воды. Поднял манипулятор. В механической клешне был зажат небольшой пластиковый контейнер. Кекс сразу узнал его. На крышке сохранились следы зубов.
— Моё.
— Объект идентифицирован как контейнер для корма.
— Я говорил.
— Нахождение контейнера здесь не подтверждает присутствие миски.
— Почти подтверждает.
Дрон протянул контейнер. Кекс потянулся к нему манипулятором.
— Рекомендую проверить устройство на наличие скрытых механизмов.
— Там еда.
— Это не отменяет возможность ловушки.
— Кто станет делать ловушку с едой?
Система ответила не сразу.
— Существо, знакомое с вашим поведением.
Кекс остановил манипулятор. Дрон продолжал держать контейнер. На его корпусе мигал старый логотип лаборатории. Под ним была приклеена маленькая бумажная наклейка с нарисованной кошачьей мордой. Доктор наклеил её несколько лет назад, после того как Кекс начал регулярно спать на зарядной платформе дрона.
— Это Лопата, — сказал Кекс.
— Идентификатор устройства: технический дрон ТМ-04.
— Его зовут Лопата.
— В системном реестре такое имя отсутствует.
— Потому что я его назвал.
— По какой причине?
Кекс посмотрел на широкий плоский манипулятор дрона.
— Похож.
Система не стала спорить. Возможно, потому что действительно был похож. Лопата положил контейнер на сухой край пола. Кекс схватил его. Крышка открылась с первого раза. Внутри лежало несколько кусочков сухого корма. Кекс немедленно отправил один в рот. Система вывела предупреждение:
НЕОБХОДИМ БИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПИЩИ
— Поздно.
— Вы уже употребили неизвестное вещество.
— Это курица.
— В составе присутствуют переработанные белки, растительные компоненты и ароматические добавки.
— Курица.
— Доля мяса птицы составляет двадцать один процент.
Кекс перестал жевать.
— Что остальное?
— Не рекомендую уточнять.
Он медленно проглотил.
— Первый полезный совет за сегодня.
Лопата снова пискнул и развернулся.
Он поехал обратно через воду.
— Он показывает дорогу, — сказал Кекс.
— Маршрут уже известен.
— Но он знает, где мелко.
— Глубина жидкости одинакова на всей площади.
— Тогда он морально поддерживает.
Кекс сделал осторожный шаг в воду. Жидкость поднялась вокруг металлической лапы. Внутри капсулы он немедленно поджал собственную.
— Вы не контактируете с водой.
— Тело контактирует.
— Только внешняя оболочка.
— Она моя.
— Юридический статус—
— Ещё слово про статус, и назову тебя Чайником.
Система замолчала. Кекс сделал второй шаг. Потом третий. С каждым движением вода плескалась вокруг корпуса. Он морщился так, словно сам был мокрым.
— Ваш уровень стресса повышен.
— Молчи.
— Повышенный стресс ухудшает нейронную синхронизацию.
— Молчи спокойнее.
На середине помещения Лопата остановился. Его сигнальный огонёк замигал быстрее. Из воды впереди показались тонкие чёрные нити. Они обвили одну из опор дрона. Лопата дёрнулся. Нити натянулись.
— Биологическая угроза, — предупредила система.
— Вижу.
Чёрные волокна потянули дрона вниз. Лопата заскрежетал повреждёнными колёсами, пытаясь вырваться. Кекс шагнул вперёд.
— Не приближайтесь.
— Его тянут.
— Устройство не является приоритетным объектом защиты.
Кекс вытянул манипулятор. Не достал. Сделал ещё шаг. Вода плеснула выше.
— Риск заражения корпуса растёт.
— Он принёс еду.
— Это не меняет тактическую ценность устройства.
— Для тебя.
Кекс схватил Лопату за верхнюю дугу и потянул. Чёрные нити натянулись сильнее. На поверхности воды появились новые. Они поползли к ногам костюма.
— Рекомендация: отпустить устройство.
— Нет.
— Оно может быть заменено.
— Нет.
— Потеря дрона не влияет на выполнение миссии.
Кекс упёрся задними конечностями.
— Он не дрон.
— Он техническое устройство ТМ-04.
— Его зовут Лопата.
Костюм резко дёрнул манипулятор. Несколько чёрных нитей лопнули. Остальные потянулись следом. Лопата вылетел из воды и ударился о корпус К.Е.К.С. Один из его боковых отсеков открылся. Изнутри выпал металлический модуль. Система мгновенно его распознала.
СЕРВИСНЫЙ РЕМОНТНЫЙ БЛОК, СОВМЕСТИМОСТЬ С К.Е.К.С.: 67%
Чёрные нити уже обвивали передние конечности костюма.
— Обнаружен совместимый модуль, — сообщила система.
— Потом!
— Модуль может восстановить повреждённую броню и усилить манипуляторы.
— Как его поставить?
— Требуется физическое подключение к сервисному порту.
— Где?
На схеме корпуса загорелась отметка. Кекс подхватил модуль второй рукой. Нити ползли выше. Одна коснулась брони. По поверхности прошла дрожь. В голове Кекса на мгновение вспыхнул чужой образ. Человек в защитном костюме бился в запертую дверь. Красные лампы. Крик. Чьи-то руки под кожей. Кекс дёрнулся.
— Зафиксирован неизвестный нейронный импульс.
— Оно что-то показало.
— Немедленно прекратите контакт.
Кекс вдавил ремонтный блок в открывшийся разъём. Корпус вздрогнул.
МОДУЛЬ ПОДКЛЮЧЁН, БАЗОВЫЙ РЕМОНТ ДОСТУПЕН, УСИЛЕНИЕ МАНИПУЛЯТОРОВ: +12%
По рукам костюма прошла волна. Металлические пальцы сжались. Кекс ухватил пучок чёрных нитей обеими руками.
— Носитель, ваши действия не соответствуют аварийному протоколу.
— Зато соответствуют моему.
Он рванул. Чёрная масса вырвалась из-под воды вместе с бледным мясистым узлом размером с человеческую голову. Узел завизжал. Манипуляторы сжались. Ткань лопнула. Вода вокруг окрасилась тёмным. Остатки волокон обмякли и отпустили ноги костюма. Лопата пискнул.
— Он сказал спасибо, — сообщил Кекс.
— Устройство передало код подтверждения успешной операции.
— Это и значит спасибо.
— Это значит, что операция завершена.
— У тебя тяжёлый характер, Чайник.
— Моё обозначение не Чайник.
— Уже почти.
Они выбрались на сухой участок. Ремонтный модуль начал медленно затягивать повреждённую панель корпуса. Тонкие металлические пластины двигались, соединяясь между собой. Кекс наблюдал за процессом через интерфейс.
— Значит, теперь мы можем чиниться?
— В ограниченном объёме.
— И усиливать руки?
— Незначительно.
Кекс сжал манипулятор. Пальцы издали мощный металлический щелчок.
— Хорошо.
— Не используйте оборудование без необходимости.
Кекс посмотрел на ближайшую пустую банку.
— Даже не думайте.
Он столкнул банку на пол.
— Проверка усиления завершена.
— Для проверки силы манипуляторов не требовалось сбрасывать предмет.
— Но он упал быстрее.
— Скорость падения не зависит от силы толчка после потери контакта с поверхностью.
Кекс задумался.
— Значит, модуль бракованный.
— Нет.
— Тогда банка лёгкая.
— Верно.
— Я так и сказал.
За помещением дезактивации находилась лестничная шахта. Лифт не работал. Центральный сектор располагался на три уровня ниже. Кекс посмотрел вниз. Ступени уходили в темноту.
— Мы туда не поместимся.
— Ширина лестницы превышает ширину корпуса на четырнадцать сантиметров.
— Это мало.
— Этого достаточно.
— Ты так же говорила про дверь.
— Дверь была уже.
Кекс начал спускаться. На третьей ступени задняя нога соскользнула. Корпус качнулся. Лопата, ехавший следом, отступил.
— Рекомендация: снизить центр массы.
— Как?
— Прижать корпус ближе к ступеням.
Кекс опустился. Теперь костюм двигался почти ползком.
— Я выгляжу глупо?
— Визуальная оценка не относится к моим основным функциям.
— Значит, да.
На середине лестницы сверху раздался скрежет. Кекс поднял сенсоры. В проёме показалась фигура. Потом вторая. Заражённые. Они двигались неровно, цепляясь за стены слишком длинными руками. Один был в форме охраны. Вместо нижней части лица у него раскрывалась вертикальная щель, заполненная тонкими подвижными зубами. Второй почти полностью сросся с аварийным баллоном. Из его спины торчали трубки, выпускавшие густой пар.
— Зафиксировано две угрозы, — сказала система.
— Почему они всегда появляются сзади?
— Вероятно, потому что вы не смотрите назад.
— Сделай глаза сзади.
— Адаптивный модуль недоступен.
— Запиши в список.
— В какой?
— В список того, что ты должна была уметь.
Первый заражённый прыгнул на лестницу. Ступени под ним прогнулись. Кекс попятился вниз.
— Использование промышленного резака невозможно.
— Я помню.
— Боевые модули отсутствуют.
— Это тоже.
— Рекомендуется ускорить отступление.
Кекс посмотрел на узкую лестницу. Потом на свои усиленные манипуляторы. Потом на заражённого.
— А если они сами упадут?
— Вероятность—
Кекс схватил боковое ограждение и рванул. Металлическая секция выломалась из креплений. Заражённый сделал ещё шаг. Кекс развернулся и ударил ограждением поперёк лестницы. Существо потеряло равновесие. Оно зацепило второго. Оба покатились вниз.
— Осторожно! — сказала система.
— Поздно!
Кекс прижался к стене. Первый заражённый пронёсся мимо. Второй ударился о корпус, развернулся и исчез в шахте. Через несколько секунд снизу донёсся тяжёлый удар. Первый остановился двумя уровнями ниже. Его тело было сломано, но руки продолжали цепляться за ступени.
— Биологическая активность сохраняется, — сказала система.
— Пусть сохраняется там.
Кекс посмотрел на оторванное ограждение в руках.
— Запиши: оружие.
— Объект является частью лестничной конструкции.
— Был.
— Импровизированное использование не меняет исходного назначения.
