Kitobni o'qish: «Изумруды для Эмералд»

Глава

ИЗУМРУДЫ ДЛЯ ЭМЕРАЛД

ПРОЛОГ

Герцог Хадгар Мелегрин с тоской посмотрел на графин с манящим янтарным содержимым. Так хотелось схватить его, налить полный бокал, нет, наливать необязательно, можно прямо из горлышка и до дна, до дна. Жадными большими глотками. Невыносимо хотелось, но нельзя. Вот уже третьи сутки решалась судьба герцогства. Третьи сутки её светлость герцогиня Миэла не могла разрешиться от бремени. Уже и голос давно сорвала, не то, что хрипеть не могла, дышала едва-едва. А младенец, долгожданный наследник, всё никак не появлялся на свет. Слаба оказалась для столь сильного дитя.

Не иначе как злой рок преследовал герцога. Третья, и последняя, жена не могла исполнить свой долг перед родом Мелегрин.

Первый раз ещё молодой Хадгар Мелегрин женился по большой любви на самой ослепительной красавице королевства Лене Годар. Несравненная, великолепная, бесподобная, роскошная и блистательная. Все эти эпитеты она заслужила по праву. И только через семь месяцев выяснилось, что под видом непорочного ангела скрывалась блудница и обманщица. Родовой алтарь не принял рождённого ею крепкого бутуза. Не знала коварная лицемерка про этот секрет древнего рода. Алтарь не только принимал в род и наделял принятых кое-какими особыми свойствами, но и проверял на подлинность крови. Крови Мелегринов в младенце не было. Высочайшим королевским повелением женщина была лишена «бесовской красоты» путём нанесения тяжёлых увечий лицу и телу и отправлена в самый суровый монастырь замаливать грехи. Ребёнка, за невозможностью выяснить отца, отдали в приют. Какой? Обманутого герцога это не интересовало.

Вторая жена досталась невинной и благовоспитанной. Кто ж знал до свадьбы, что бесплодной? Двадцать лет супруги пытались зачать наследника, пока герцогиня не скончалась от тоски и чувства вины.

Третью жену герцог Мелегрин выбирал с особой тщательностью. Тихая благовоспитанная вдова с дочерью пяти лет. Да, не писаная красавица, да, не из особо старинного и не особо богатого рода. Но, во–первых, точно может родить, во-вторых, особой очереди из невест, желающих выйти за «проклятого герцога» как-то не наблюдалось, пусть и был он сказочно богат. Ну и ладно, ему не светская чаровница нужна, а та, которая сможет родить долгожданного наследника. И вот наследник на подходе. Как же долго всё.

– Ваша светлость?

Герцог с трудом сфокусировал уставшие глаза на вошедшей служанке.

– Что? Уже?!

Женщина испуганно замотала головой, как будто именно её обвиняли в том, что хозяйка не может разродиться.

– Там вас зовут, – прошептала и напряглась, готовая бежать обратно.

Зовут. Хорошо это или плохо? Ну что он может? Подбодрить измученную жену? Приказать немедленно выпустить из чрева его сына? Ничего не может. Но идти придётся.

– Ну что? – чрезмерно волнуясь, и оттого излишне сурово спросил он у уставшей ненамного меньше самой роженицы повитухи.

– Сил у бедняжки совсем не осталось, схватки прекратились.

– И что?!

– Недолго младенчику осталось. Задыхается уже. А потом и мать…

– Мой сын должен жить!

Повитуха поняла правильно. Сын, не мать.

Блеснул острый нож, и совсем скоро насыщенный страданиями спёртый воздух спальни прорезал слабенький детский писк. Истерзанная родами женщина последний раз вдохнула, её освобождённый дух, на мгновение задержавшись над малюткой, исчез.

– Дай, дай же мне моего сына!

– Это… это, – повитуха не смела сказать дальше, сейчас и сам увидит.

Новорождённого даже как следует не обмыли. Уложили в кружевные пелёнки и подали отцу. Первое, на чём остановился взгляд, это были глаза младенца. Зелёные глаза истинных Мелегринов. А потом…

– Что это?!

Мог бы и не спрашивать. Девочку от мальчика отличить несложно.

Первым порывом герцога было выбросить неправильного ребёнка в окно. Зачем ему девочка?! Нет, если бы жена осталась жива, она бы родила сына. А так. Третья жена – последняя. Больше не положено ни по божьим, ни по людским законам. Значит, и сына, законного наследника, которого признал бы алтарь и духи предков, у него не будет. И это так же плохо, как отсутствие наследника у короля. Слишком много завязано на преемственности рода. Слишком многое.

Хадгар Мелегрин медленно осмотрелся. Освобождённое от земных страданий тело на кровати уже прикрыли простынёй, на которой с холодной безразличностью проступали свежие кровавые пятна. Личная служанка герцогини тихо всхлипывала над умершей хозяйкой. Повитуха излишне старательно прибирала свои ужасные инструменты. И больше никого. Что ж, долг перед родом превыше всего.

– У меня родился сын!

На новоявленном отце остановились два испуганных удивлённых взгляда. Мало того, что герцогиня померла, ещё и герцог сошёл с ума?

– Что здесь может быть неясного, у меня родился сын! Каждая из вас получит по тысяче золотых за молчание. В случае, если иная информация просочится, обеих ждёт жестокая смерть! Ты, – герцог указал на служанку, – остаёшься ухаживать за ребёнком. Ты, – указующий перст уткнулся в повитуху, – забираешь деньги и исчезаешь как можно дальше.

Женщины настороженно переглянулись и дружно закивали головами. На тысячу золотых можно купить хороший домик в столице и жить, не бедствуя, до скончания дней. Кто бы тут долго думал над выбором. Обе не маги, потому магическую клятву с них не стребовать, но страх за собственную жизнь действует не хуже любой клятвы.

Глава 1

Семнадцать лет спустя

– После завтрака зайди ко мне в кабинет, Эмералд.

Как правило, после завтрака должны быть занятия по истории и географии. Герцог Мелегрин сам всегда строго придерживался установленного распорядка и того же требовал от домочадцев, особенно от наследника, но когда отец говорит таким голосом, лучше ему не перечить. К тому же, Эмералду и самому интересно, что же такого важного тот хочет сообщить.

– Да, папа, – послушно ответил он, старательно, как учил отец, задвигая эмоции в сторону.

Это Самайе, приёмной дочери герцога и старшей сестре Эмералда, уже три года как удачно вышедшей замуж по большой любви, можно быть слабой, любопытной и вообще, имеющей право на слабости, любопытство и эту самую любовь. У Эмералда с самого рождения был только долг. Долг перед страной и родом. На женские глупости у него прав не было, это наследник Мелегринов понял давно.

Отец не любил долгих предисловий, а потому начал сразу же, как только они оказались в кабинете.

– Я уже стар.

Стар? Что он говорит? Сто лет для мага его уровня не такой уж и почтенный возраст, да и выглядит глава рода Мелегрин достаточно бодро. Эти мысли Эмералд оставил при себе, вряд ли отец ждал от него пустых возражений, а потому наследник лишь немного склонил голову, обозначая, что внимательно слушает.

– Да, я уже стар, – повторил герцог и, поставив локоть на стол, потёр лоб пальцами, что означало нешуточное волнение. – Самайя удачно пристроена. Осталось… да, остались ты и Мелегрин, – горькая усмешка на миг исказила губы. – Да, именно так, ты и Мелегрин.

Что-то отец стал повторяться. Неужели и правда стареет? Но ведь ещё достаточно крепок, Эмералду так ни разу и не удалось победить его ни на мечах, ни в рукопашной.

– Я долго думал и нашёл решение вопроса. Род Мелегринов будет продолжен по прямой линии. Да, будет продолжен. И продолжен он будет законными отпрысками, которым ты со временем и передашь род и обязанности. Только тогда ты сможешь быть… свободна, – первый раз, за сколько себя помнил Эмералд, отец обозначил его девушкой. Даже непривычно, хоть и было это чистой правдой. Правдой, которую знали только герцог, его наследник и нянюшка, растившая его с рождения.

Нет, ну Эмералд, конечно, старается держать лицо, но как тут держать, когда отец говорит такие вещи? Что за решение вопроса он нашёл?

– Как такое возможно, отец?

– Ты женишься.

Нет, тут и слов никаких не найти! Достаточно вскинутых под самые волосы бровей. Пожалуй, можно ещё водицы испить. Что-то отец и правда странно заговорил.

– Да, ты женишься. Я уже нашёл, на ком. Не буду томить, это мужчина. Из старинного, но обедневшего, а потому подзабытого при дворе рода Уэлленс. Его глава, барон Уэлленс, мне кое-чем обязан. К тому же я помог решить им некоторые финансовые трудности, и, собственно, его младший сын Хостас Уэлленс согласен войти в наш род на правах формальной супруги, а по факту супруга главы рода. Он молод, недурён собой, достаточно субтилен, чтобы сойти за женщину и согласен некоторое время провести в Мелегрине, за что при выполнении определённых условий получит достойное независимое содержание. Всё это под магическую клятву, конечно же. От него ты родишь законного наследника, которого примет алтарь рода и духи предков, а после вы вольны поступать по своему усмотрению. Можете продолжить совместную жизнь или же устраивать её по своему желанию и разумению.

В графине на столе вскипела и испарилась вода. Опять магия вышла из-под контроля! Опять отец будет недоволен.

– Прости, папа.

А что тут ещё скажешь? Что втайне мечтала о большой любви, про которую читала в книжках, тайком стащенных у старшей сестры? Что личное может быть выше долга? Эмералд так не скажет, ибо отец, как всегда, нашёл самый правильный выход. Так уж сложилось. И не вина в этом ни герцога, ни его дочери, названной сыном, и существующей так всю свою жизнь. Безрадостную? Нет, ни в коем случае. Просто чужую. Да и кто в здравом уме будет верить тому, что пишут в глупых женских романах. Романы – просто бумага, а жизнь – она и есть жизнь.

– Опять. Опять магия вышла из-под контроля, – в словах отца не было упрёка, только сожаление, – Со временем это может стать проблемой. Всё, что мог в домашних условиях, я тебе передал. Все книги домашней библиотеки в твоём распоряжении. И вот мы лишний раз убедились, что этого мало. Как же этого мало! Женить, а потом отправить учиться? – отец спрашивал больше себя, нежели проблемного отпрыска, такие важные вопросы глава рода решал единолично.

Отправить учиться? Не пригласить учителей? Это он сейчас про что? Эмералд никогда ещё не покидал пределов герцогства. А тут – учиться. Да ради этого и постороннего человека рядом можно потерпеть. Жену или мужа, не важно, как назвать. Главное, можно будет своими глазами увидеть тот огромный мир, о котором столько читал в книгах.

– Я согласен!

– Вот и хорошо, сын, вот и хорошо. Ступай, я велю подготовить нужные документы.

***

Волновался ли Эмералд? Конечно, волновался! Ещё бы, его отпускают в большой мир. Одного. И это при том, что ему есть, что скрывать. Правда, делалось это уже привычно. Специальная одежда, скрывающая фигуру, амулет, искажающий ауру и голос. Нет, здесь проблем быть не должно. А уж сам Эмералд их искать не будет. Отучится, усмирит магию, пройдёт посвящение наследника рода и родит того, кому со временем передаст столь тяжёлую ношу. И может быть, даже успеет пожить для себя. Отличный план. Оставалось следовать ему неукоснительно.

Со свадьбой решили не спешить. Всё же семнадцать лет – это слишком рано, особенно для мужчины, коим Эмералд представлялся.

Папа любил планировать далеко наперёд. И вот уже выправлены документы, оплачена учёба в академии и персональные покои в общежитии, положенные наследникам Старших родов. Осталось подождать год и пройти вступительные испытания. Скорее бы уже! Страшно? Конечно, страшно! Но так заманчиво. Эмералд справится.

***

Старшие рода, основа родов Ожерелья. Зорэнгин, основной стихией которых был воздух, Палерэт, которым подчинялась земля, Мелегрин, в совершенстве владеющие водой, и повелители огня Оврэлландеры – королевский род. Управлять стихиями им помогали камни, у каждого рода свои. Зорэнгины владели добычей магического горного хрусталя, Палерэты – обсидиана и нефрита, Мелегрины – изумрудными шахтами. Оврэлландеры заправляли добычей алмазов и рубинов. Именно эти камни и делали их Старшими родами. Камни, наделённые особыми свойствами, камни, усиливающие сами стихии, отчего в десятки, иногда в сотни раз увеличивалась стоимость драгоценных носителей.

Само собой разумелось, что все тонкости добычи и особенно обработки камней держались в большом секрете. Пока роду покровительствовал камень и стихия, род был нерушим.

Глава 2

Ещё никто и никогда на памяти Эмералда не смел нарушить отцовских планов. Слово герцога Мелегрина было решающим и нерушимым. Даже король соглашался с его доводами.

Кто же мог подумать, что повитуха, принимавшая роды у герцогини Мелегрин, соберётся помирать, а перед смертью «облегчить душу»? И уж тем более, что жрец, проводивший очищение души, окажется охочим до крепких напитков, а, приняв их, неприлично болтливым? Нет уже той повитухи, а секрет, так старательно ею хранимый до смертного одра, попал в чужие уши и там не задержался. Казалось бы, кому какое дело до бессвязного бормотания опустившегося пропойцы? Не иначе звёзды так распорядились, что и жрец в очередной раз принял лишнего, и заинтересованное лицо нашлось, что внимательно его выслушало и, если и не поверило, то приняло к сведению. И вот уже так тщательно хранимый секрет Мелегринов перестал быть секретом.

***

Эмералд находился в библиотеке, когда из раскрытого окна послышался шум подъезжающего экипажа. Кто бы это мог быть? Гости здесь бывали редко. После смерти жены герцог вёл затворнический образ жизни и не приветствовал праздных посещений.

Что же там? На дверце кареты – эмблема королевской службы. И что могло понадобится поверенным короля? Сердце нехорошо сжалось. Герцог Мелегрин уже объявил, что на следующий год отправляет сына учиться, и это не может быть требованием представить отпрыска ко двору. Но тогда что?

И чего так всполошился, как будто мало у отца дел с королевскими службами. Однако же неспокойно на душе. И грузный мужчина, угодливо кружащий возле выбравшегося из кареты гнома в форме королевской канцелярской службы, не понравился особенно. Скользкий и неприятный тип, это даже отсюда видно. Эмералд его не боится, но… гадко как-то на душе, хоть гости прибыли к отцу и ему же с ними и разбираться.

Можно продолжить чтение, но буквы никак не хотели собираться в слова. Глупые предчувствия, недостойные мужчины. А Эмералд мужчина! Ну, по крайней мере в душе.

Спустя некоторое время тихо и как-то неуверенно скрипнула входная дверь библиотеки. И кто бы это мог быть? Вскоре Эмералд увидел вошедшего.

– Папа?

Вот уж кто никогда не грешил неуверенностью. Хозяин замка, хозяин этой земли и всего, что на ней имеется, хозяин жизни.

– Сейчас ты пойдёшь на посвящение, – как всегда, не тратя время на предисловия, сообщил отец.

Такие заявления с бухты-барахты не делаются, значит, случилось что-то серьёзное, а потому не нужно вскакивать с кресла, в котором сидел, и панически пытаться выяснить, что же случилось. Пройти посвящение могло означать только одно – принять на себя обязанности главы рода. Попытаться принять. А как же отец? И потом, если толком не овладел магией, это может быть опасно!

Меж тем Хадгар Мелегрин расстегнул ворот рубахи и принялся сдирать с груди знак главы рода. Именно сдирать, ибо знак этот при принятии носителя вживлялся прямо в тело, и отдать его можно только наследнику и только добровольно. Ещё истинный наследник мог снять его с умершего главы.

Как знал Эмералд, ритуал передачи не должен быть столь кровав и болезнен. Если только всё нужно делать очень быстро.

– Отдаю тебе Знак власти Мелегринов добровольно и без принуждения, – вроде бы сказано было тихо, но можно быть уверенным: замок услышал.

Древние камни, чего только не повидавшие за многие века, будто бы ожили, ощутив лёгкое, почти неосязаемое колебание воздуха. Не просто звук, нет. Это было нечто большее, чем акустическая волна. Это было предчувствие, вибрация, проникающая в самые глубины его фундаментов, в каждый поросший мхом камень, в каждую трещину, где гнездились тени. Замок, казалось, на мгновение затаил дыхание, его массивные стены напряглись, как мышцы спящего гиганта, внезапно разбуженного шорохом. Он не видел, но чувствовал. Не слышал ушами, но воспринимал всем своим существом, всей своей многовековой памятью. Это было не первое такое предчувствие, и, вероятно, не последнее. Он помнил другие слова, более громкие, более ясные, и те, что были едва уловимы, как шёпот ветра в пустых коридорах. Каждый раз это означало перемены. Малые или великие, но перемены. И теперь, в этой тишине, нарушенной лишь едва слышным, но таким значимым звуком, замок ждал. Ждал, что произойдёт дальше, готовясь исполнить свою роль в разворачивающейся драме, как он исполнял её всегда. Да, много этот замок видел и слышал. Много пережил. И этих двоих людей тоже переживёт. Замок не спешил, а вот от Эмералда ждут ответа.

– Принимаю Знак власти Мелегринов по праву рождения! – ответил наследник ритуальной фразой, принял окровавленный артефакт из вмиг ослабевших рук отца и надел его на шею, спрятав под рубаху. Кожа груди и рубашка испачкались кровью. Какой же он тяжёлый, этот знак. Как ноша главы рода.

– А теперь иди! Надеюсь, он поможет.

– Папа, но куда? И что случилось?!

– Да, что же это я, – отец потряс головой, огляделся и, найдя мутным взором кресло, тяжело в него опустился. – Прибыл уполномоченный королевский поверенный, а с ним кузен Дарес Мелегро. Представляешь, это ничтожество утверждает, что ты – не тот, за кого себя выдаёшь! Что ты вообще девушка! И что не имеешь право наследовать!

– И что?

– Всю твою жизнь ты готовился принять наследие предков. Да, я понимаю, что ещё рано, что предки… могут засомневаться в твоём праве. Докажи им, докажи всем, что это не так! И ты – истинный Мелегрин. Захотел присвоить Мелегрин, – надо полагать, эти слова относились к кузену. – Да этот червь недостоин целовать камни на землях Мелегринов!

В таком гневе и волнении Эмералд отца ни разу не видел. Но и сомнений, что тот в полном уме, даже не возникло.

– Что я должен делать?

– Пройди посвящение! Я знаю, ты сможешь!

Уверенность – это хорошо. Но как его проходить-то? Отец никогда об этом не говорил.

– Миэла, к тебе взываю! Помоги своему ребёнку выйти на дорогу предков! – прохрипел отец и обессиленно опустил голову на всё ещё кровоточащую грудь.

Потерял сознание? Похоже. Нужно помочь. Только вот как? Позвать кого-нибудь? Эмералд растерянно огляделся. Помимо них двоих в библиотеке находился третий. Силуэт женщины в белом саване.

– Мама? – Эмералд ни на мгновение не сомневался, что это его мать.

– Эмералд, девочка моя, – прошелестел дух и протянул бесплотную руку. – Пойдём, я помогу тебе.

Никогда раньше Эмералду не приходилось видеть духов. Действие амулета? Наверняка. Расспросить бы отца, но за дверью уже слышны торопливые шаги и незнакомый неприятный голос, что-то визгливо верещащий на весь коридор, нужно спешить. Но куда? В голову не пришло ничего другого, как вложить свою ладонь в протянутую руку матери.

Глава 3

Странные ощущения. Как будто пытаться удержать струю воды. Сухую и холодную. Да, странно и необычно, но об этом потом, главное сейчас – не потерять эфемерный контакт. Меж тем дух матери шагнул прямо в стену. Эмералд настолько был увлечён проблемой удержания руки, что не заметил, как шагнул следом. Кажется, за спиной хлопнула дверь и послышался негодующий визгливый голос, но это уже не важно, сейчас важно найти силы и убедить себя, что в стенах тоже можно дышать. Неужели испытание закончится, не начавшись? Ну же!

Первый вдох вышел надсадным и хриплым, как у умирающего астматика. Сухой, колючий и болезненный, но он был.

– Так, так, девочка моя! Ещё раз. Я знаю, ты справишься.

Холод призрачной руки крепко обвил ладошку Эмералда.

– Да, мама, я справлюсь! – дышать в монолитной стене то ещё испытание. – И… спасибо, что согласилась помочь.

– А как же иначе. Ты же моя дочь. Если бы я тогда могла выбирать, я бы тоже выбрала тебя. Не твоя вина, что я оказалась слаба. Я счастлива, что ты выжила. И не перестану благодарить богов за такое решение. Их или Хадгара, это не столь важно.

– Спасибо!

Вы никогда не испытывали ощущение, что с души свалился тяжкий груз? Груз вины. Ведь Эмералд всегда считал себя виновным в смерти матери. И вот мама сказала, что не винит его. Её.

Может ли быть холод тёплым? На краткий миг, когда мама обняла, показалось, что окутало теплом. Совсем не мёртвым, а настоящим, живым, материнским. Мама не просто простила, а никогда и не держала зла или обиды. Оказывается, можно парить и в каменных стенах, был бы достойный повод.

Наверное, это предшествующее удушье вызвало те несколько слезинок, что самовольно выкатились из глаз, ведь мужчины не плачут, это Эмералд усвоил очень давно.

Свободная рука машинально метнулась к груди. Знак, переданный отцом, так и оставался невзрачным куском породы с крупным необработанным изумрудом в центре. Ну да, кто бы сомневался, вряд ли посвящение заключалось только в том, чтобы выжить в каменной стене и выяснить, что мать не винит дочь в своей смерти.

– Куда нам? – Эмералд попытался оглядеться.

Что можно увидеть при свете, излучаемом призраком? Самого призрака и немного себя. Ни стен, ни библиотеки, ни тем более тех, кто в ней находился.

– Это решать только тебе, – мама словно бы извинялась.

– Прислушайся к себе! Чего ты хочешь? – а вот это сказала совсем не мама. И не отец.

Очень хотелось крикнуть «Кто здесь?», но испытание уже началось, а потому необдуманных поступков совершать не стоило. Ясно же, что это ещё кто-то из духов. Духов её предков. Не показывался? Значит, пока не считал достойной. Дал подсказку, и на том спасибо.

Никто Эмералда не торопил. Да и куда духам торопиться, у них в распоряжении вся вечность.

Прислушаться к себе? Что хотел Эмералд? Быть достойным своего рода. Произвести на свет наследника и тогда уж пожить для себя. Пусть и растили, как мужчину, но она девушка! Здесь, перед предками, покривить душой не получится. Нужно просто следовать своим желаниям. Самым-самым искренним, ну и самым достойным, конечно.

***

И вот уже голубоватая призрачная мгла посветлела сверху, а прямо под ногами обозначилась робкая тропинка. Редкие пока травинки настойчиво потянулись к солнцу. Его не видно, но оно точно есть. Старый каштан. На нём уютные качели. Эмералд качался на подобных, когда был малышом, потом это стало неуместно для мужчины. На качелях – молодая женщина с младенцем на руках. В платье, с волосами, заплетёнными в простенькие домашние косы. И это она. Можно выбрать этот вариант? Можно быть женщиной без того, чтобы скрываться ото всех и кому-то что-то доказывать?

Ладонь, в которой до сих пор была рука матери, обожгло нестерпимым холодом, после чего открылся ещё кусочек пространства. И в нём ещё одно действующее лицо. Тот самый грузный гость, приехавший вместе с королевским поверенным. Кузен Дарес Мелегро. Кажется, его голос слышался в библиотеке, когда Эмералд бежал оттуда. Да-да, именно этот голос.

– Дорогая…

Что?! Дорогая?

Эмералд-настоящий вздрогнул, Эмералд-девушка в видении испуганно замерла и сжалась, инстинктивно прикрывая младенца, как будто ожидая удара. Ну уж нет, такие качели нам не нужны! Прочь, гадкое будущее с мерзким Мелегро, прочь!

Видение исчезло. Ф-фух, даже легче стало. Это что же получается, здесь предлагают выбирать дальнейшую жизнь? То есть, если пронырливый кузен и правда прознал, что Эмералд девушка, он собрался заявить свои права на Мелегрин и на неё в том числе? Такой старый, толстый и противный?! Да никогда!

– В-вонючий крунс! Мелегрин захотел прибрать! Ещё и молодую жену! Истинного наследника захотел? С-старый развратник. Кусок д-дерь…

– Её что, даже ругаться толком не научили? – послышалось откуда-то из вновь сгустившейся темноты.

– Похоже не научили.

Ой, как стыдно. Забыл, что здесь не один. Стыд же и придал смелости.

– А вы на что? Вы и научите! – выкрикнул Эмералд. – Я к вам зачем пришёл?

– Пришёл он. Не пришёл, а пришла. Уж перед нами-то будь самой собой, – тут же последовал укоризненный ответ.

– Да, конечно же, пришла. Простите, так уж привык. Привыкла.

– Вежливая.

– Это да, это есть. И не совсем безмозглая, коли решила отринуть эту отрыжку рода. Наша кровь! Вы как хотите, а я покажусь. Надо же ребёнка научить правильному выражению самых искренних чувств.

Тьма слева, откуда доносился последний голос, стала понемногу светлеть. И опять ладонь матери предупреждающе сжалась. Что-то не так? Ещё бы! Призрак, который решил показаться, был без головы. Ну как без головы, она была, но небрежно примостившаяся подмышкой. Оттуда и говорила.

– Герцог Маркес Мелегрин к твоим услугам, милое создание, – призрак учтиво поклонился, махнув перед собой головой, как шляпой.

И чего все притихли? Ждут, когда милое создание хлопнется в обморок?

– Очень приятно. Эмералд Мелегрин, – Эмералд немного присела, изображая книксен. В мужском костюме как-то не до реверансов.

– И не из трусливых, – отметил тот же голос, что признал за наследницей вежливость.

– А чего нас бояться, – голова Маркеса Мелегрина, вновь устроенная подмышкой, весело подмигнула. – Ну что, идём дальше? – и он покрутился, чтобы голова могла лучше осмотреться.

– Да, дальше, – Эмералд перевела взгляд с лорда Маркеса на маму и обратно, те в ожидании смотрели на неё. Похоже, путь выбирать именно ей.

И куда же теперь? Да, с появлением нового действующего лица стало светлее, но ненамного. Хотя вот что-то показалось.

***

Мощёный двор. Широкая парадная лестница. Где же Эмералд её видел? Видела. Книга о самых известных замках и дворцах. Именно эта лестница ведёт к главному входу в королевский дворец. Можно сказать, самый известный в стране. По лестнице поднимается молодой мужчина, на руку которого опирается роскошно одетая женщина, лица которой не рассмотреть под вуалью. А вот мужчину узнать можно. Это он, Эмералд.

Пара чинно проходит по коридорам дворца и замирает перед импозантным мужчиной.

– Ваше величество, – оба склоняются в положенных поклонах.

– Герцог, герцогиня, – благосклонно кивает король. – Мы рады, что наконец-то удалось вытащить вас из добровольного заточения. И ещё больше будем рады, если вы проведёте этот Высокий сезон в столице.

Спорить с монархом по таким, казалось бы, пустякам непозволительно. Тем более, от них ничего, кроме радостного согласия, не ожидали. Кто смеет возразить королю? Однако нашлись такие.

– Самозванка!

– Женщина в мужских одеждах!

– Ещё и беременная. Как не стыдно!

Духи королевских предков. Здесь их не меньше, чем в Мелегрине, а то и больше. И они видят истинную суть пришедших. Так вот что ждёт Эмералд, если она воспользуется советом отца? Позорное разоблачение. На обмане не построишь крепкого благополучия. Можно только временно отсрочить проблему.

– Прости, отец, но Хостас Уэлленс – не мой путь.

Кому сказала? Ведь отец остался в библиотеке и услышать не мог. Значит, сказала себе. И тем духам, что зримо и незримо были рядом.

– Может быть честной и признать ошибку, – с уважением резюмировал всё тот же голос.

Теперь хотелось бы услышать ещё какую-нибудь подсказку. Может, появления ещё одного сопровождающего? Ничего не последовало. Мало того, мама и герцог Маркес стали как будто тусклее, а сама Эмералд слабее. Неплохо было бы подкрепиться или хотя бы попить водички. Но откуда в мире духов взяться воде? Им ни вода, ни еда не нужны.

И смотрят так… своеобразно. Мама виновато и с испугом, герцог Маркес – испытующе. Или это только кажется? Тут ведь не только глаза, скоро и самих призраков не видно будет. И видений-подсказок больше нет. Если только огромный кусок стейка, заманчиво истекающий прозрачным соком, но это уже больше похоже на игры голодного воображения.

– Ах, так! – Эмералд махнула рукой, словно разрубая густеющую тьму мечом, и сделала шаг. Потом ещё один. И ещё, и ещё.

***

– Куда же ты?

– Безумная! Что ты делаешь?

– Женщина не может самостоятельно выбирать дорогу!

– Вернись! Есть ещё пути.

– Мы поможем… Мы проведём.

Голосов было много. И только мама, всё слабее удерживающая руку, по-прежнему молчала. Откуда-то Эмералд знала, что если этот контакт прервётся, то и сама навсегда останется здесь, среди своих предков. Оно конечно, когда-нибудь она сюда придёт и встретится с ними. Когда-нибудь, но не сейчас. Это ей решать! Да, она женщина, не мужчина, но свой долг перед Мелегрином осознаёт в полной мере, и она его выполнит.

Хотела, чтобы духи предков показались? Пожалуйста! Не такие благодушные, как поначалу, они кричали каждый своё и свились в устрашающую круговерть. Всё быстрее и быстрее. Всё бессвязнее становились их выкрики. И только мама и Маркес Мелегрин отделяли неосторожную наследницу от этой дикой пляски.

Почти онемевшая рука сжимала мамину ладонь. Правая потянулась к знаку на груди. Зачем-то же его отец отдал.

– Папа, помоги! Ты всегда мне помогал.

И внутри круга стало теснее. Среди духов-помощников появился третий. Неужели отец? Кто же ещё. Всё та же окровавленная рубаха, в руке – любимый меч.

– Держи, дочь.

Он впервые назвал Эмералд дочерью. Кинуться бы сейчас на шею папе и пожаловаться, как самой настоящей девочке. Но не сейчас. Безумство нарастало. И Эмералд приняла ещё тёплый меч. Живое тепло придало сил.

– Тихо!

Надо же, сама не ожидала, что окрик подействует. Тишина резко впилась в уши. Множество духов замерли в том положении, в котором их застал окрик.

– Вы – мои предки, – на этот раз девичий голос прозвучал тихо, но решительно. – И я – ваш потомок. Я вас уважаю, но и к себе требую уважения! Я… я клянусь, что не оставлю Мелегрин, и он будет процветать. С вами или без вас, но я это сделаю!

Так много ещё нужно сказать, но сил совсем не осталось. Уже совсем не ощущается мамина рука, да и та, которая ещё пытается удерживать папин меч, быстро слабеет. Глаза резанула нестерпимая вспышка. Солнце? Откуда тут солнце?

Как же жжёт грудь. Как будто Знак вплавлялся в неё. Почему как будто? Это так и есть.

Как же больно умирать.

Не получилось. Всё напрасно.

Глава 4

Темно. Разве духам может быть темно? Темно и больно. Болела грудь в районе соприкосновения с амулетом, болела ладонь, которой Эмералд до последнего удерживала мамину руку, болели глаза под плотно прикрытыми веками. И правая коленка. А коленка-то почему?

Эмералд резко открыла глаза. Почти потухшие угли камина слабо рассеивали ночную тьму. Огромная кровать с темнеющим над ней балдахином. Комод, зеркало. Кресло и в нём кто-то сладко всхрапывает. И это не няня. Совсем чужая женщина. Как и комната. Не та по-мужски аскетичная, в которой Эмералд жил раньше, а чисто женская, с изящной мебелью и множеством безделушек, видимых даже при столь скудном освещении.

Мамина спальня. И что Эмералд в ней делала? Это ещё придётся выяснить. А сейчас надо хотя бы попить. Странно чувствовать себя слабой. Попросить сиделку, чтобы подала воды? Но женщина спала, неудобно её будить. Могли бы поставить графин с водой на тумбочку возле кровати, тогда не пришлось бы самой прилагать усилия или беспокоить спящую.

Так, подняться в кровати, опустить ноги на пол, прикрыть глаза и переждать головокружение. Встать на ноги. Шаг, ещё один.

Хорошо, что на полу был мягкий ковёр. Не так больно падать. Правда, сиделка всё же проснулась. Подскочила с кресла, ругнулась спросонья и, подхватив Эмералд на руки, как малого ребёнка, положила обратно в постель.

Наверное, сиделки и должны быть такими: статными и мощными, вон как легко справилась с ношей.

– Лежите, ваша светлость, рано вам пока вставать, – и голос соответствующий, у такой не забалуешь.

Что же царапнуло слух? Но об этом потом. Сейчас же.

– Пить, дай мне пить.

Волшебной музыкой зажурчала наливаемая в стакан вода. Стакан поднесли к губам Эмералд и удерживали, пока не выпила всё до капли. Странная вода. Или не вода? Надо бы спросить. А ещё спросить, почему назвала светлостью, вот что царапнуло слух. Да и других вопросов масса. Сейчас, нужно только немного отдышаться.

***

В следующий раз открыла глаза, когда за окном было уже светло. Приподнялась, огляделась. Точно, мамина спальня. Та самая, где родилась Эмералд, и которая с тех самых пор пустовала.

– Проснулись, ваша светлость? – на этот раз сиделка не спала, а бодро подбежала, чтобы помочь подняться. – Сейчас я помогу вам привести себя в порядок и покормлю.

Точно, не показалось, женщина совсем незнакомая.

– Где няня?

Сиделка, словно не услышав вопроса, отбросила одеяло и, поддерживая под руку, повела к ванной комнате. Ладно, справить насущные нужды и привести себя в порядок действительно нужно было.

Машинально отметилось, что одета Эмералд в кружевную женскую сорочку. Никогда таких не носила, когда изображала парня. Значит, как минимум для этой женщины её секрет больше не секрет.

– Выйди, здесь я… сама, – велела Эмералд после того, как сиделка зашла следом за ней в ванную.

Женщина опять не ответила, лишь отвернулась к ванне, которую демонстративно стала наполнять водой. Вытолкать бы её взашей, но сейчас силы точно не на стороне Эмералд. Не магией же её припечатывать. Пожалуй, стоит сказать папе, чтобы гнал эту сиделку и никогда больше её не приглашал. И терпеть уже сил нет. Пришлось делать свои интимные дела при ней, а затем терпеливо сносить, когда сиделка почти силой содрала сорочку и затолкала слабо сопротивляющееся тело в ванну. Уж не топить ли собралась? Пытаться утопить мага воды как минимум недальновидно. Нет, всего лишь принялась мыть. Стоит признать, весьма профессионально.

Только сейчас Эмералд заметила, что с неё сняли все украшения, в том числе и амулет, изменяющий ауру и голос. Остался только Знак власти Мелегринов, плотно вросший в ложбинку на груди, отныне снять его сможет только она сама.

Так вот почему «ваша светлость». Эмералд теперь герцогиня и владелица Мелегрина. Предки признали её. Посвящение пройдено. Но где же отец? Похоже, странной дамочке задавать вопросы бессмысленно. Или не знает, или не хочет отвечать по каким-то своим соображениям. Ничего, спросит у того, кто принесёт завтрак. Да и папа должен прийти.

Меж тем сиделка деловито закончила мытьё пациентки, вытащила её из ванной, переодела в свежую и такую же кружевную сорочку, как и прежняя, и сопроводила обратно в уже перестеленную постель. Значит, пока Эмералд мылась, в комнате побывала горничная. Жаль, что ушла, нужно было попросить её, чтобы позвала отца.

За дверью робко поскреблись. Не успела Эмералд позволить войти, как сиделка подошла к двери, открыла её, забрала поднос с завтраком и довольно-таки грубо ногой захлопнула опять. Подошла к кровати, устроила поднос на колени пациентки и велела есть.

– Не слишком ли много вы себе позволяете? – решила вновь заговорить Эмералд и ожидаемо не получила ответа.

Есть и правда очень хотелось. Жаль, что предложили мало. Янтарный бульон, омлет и крошечная булочка. Они здесь птичку или нового хозяина Мелегрина кормят?! Недовольный взгляд ничуть не смутил надзирательницу, женщина молча забрала опустевший поднос и вышла. Наконец-то.

Эмералд тут же предприняла попытку подняться. Если держаться за прикроватный столбик, то уже получается стоять. Теперь нужно одеться и отправиться на поиски отца.

Первый подвиг совершён. Удалось добраться до гардеробной. Правда, подвиг тот был напрасным. Никакой одежды там не было. Ни женской, ни мужской. А ведь пока шла, размышляла, что же надеть – платье, одно из тех, что остались от мамы, или привычный мужской костюм. Похоже, на настоящий момент из одежды у неё только кружевная сорочка. Колокольчика, чтобы позвать горничную, не нашлось. Ладно, Эмералд не гордая, сама выглянет в гостиную и позовёт.

Если поначалу подумала, что не получается открыть дверь, потому что не хватает сил, то после того, как налегла на неё всем телом поняла, дверь заперта снаружи. Это что же получается, Эмералд пленница в собственном замке?

Впасть в панику не дал шум в гостиной. Кажется, туда зашли и разговаривали несколько человек. Звякнула щеколда. Ну сейчас они все получат! Эмералд резко толкнула дверь и замерла на пороге. Успела увидеть кузена с приторно-приветливым выражением лица и незнакомого гнома, кажется того самого королевского поверенного. Гном торопливо опустил глаза, кузен – нет. И его взгляд, когда на него не смотрел поверенный, был далеко не приветливым. Это был тот самый взгляд из видения при посвящении. Злой и не обещавший ничего хорошего.

– Сабира, – обратился Мелегро к сиделке, – вижу, её светлости уже лучше. Помогите ей одеться, нам предстоит важный разговор.

Что ж, поговорить определённо надо. И Эмералд безропотно позволила той самой Сабире надеть на себя принесённое платье и даже соорудить простенькую причёску, благо волосы, которые будучи парнем собирала в низкий хвост, достигали лопаток. Как же это всё неудобно! Ну да не до удобств сейчас, предстоит и правда серьёзный разговор.

***

Из спальни Эмералд вышла сама, отринув помощь служанки. И уж тем более отказалась от предложенной руки Дареса Мелегро, предложившего свою помощь, чтобы довести до мягкого уютного диванчика, на который снисходительно указал другой рукой. Если вопросы будут решаться серьёзные, низкий диван – не самое удобное место, лучше уж один из стульев возле стола, за которым уже сидел королевский поверенный.

Дошла, ни разу не покачнувшись, что зачла себе как ещё один подвиг. Села на стул. Спина прямая, подбородок высоко поднят.

– Я слушаю вас, господа.

Густые брови гнома дёрнулись вверх. Кузен, в этот момент устраивающийся на третьем стуле, едва скривился. А вы что, ожидали слезливых жалоб, никчёмных оправдательных реплик и умоляющих вопросов? Так вспомните, кто здесь истинная хозяйка.

– Для начала позвольте представиться. Королевский поверенный по особо важным делам мэтр Коболо Файдрайд, – гном слегка склонил голову и продолжил ещё более торжественно: – И выразить вам соболезнования по поводу кончины вашего отца, герцога Хадгара Мелегрина.

– Папа? Но как?..

Кто бы тут остался спокойным. Папа умер. А ведь мелькала какая-то мысль, когда встретила его там, за гранью. Отец тогда отдал меч и встал рядом с мамой и Маркесом Мелегрином, защищая своё дитя от разбушевавшихся духов.

– Слишком грубый разрыв со Знаком власти рода, плюс возраст, болезни. Всё и наложилось, – королевский поверенный старался говорить скорбно и торжественно, но даже в не самом лучшем состоянии Эмералд было заметно, что по большому счёту говорившему всё равно, жив Хадгар Мелегрин или же нет. Если только в плане трудностей и неудобств, этой самой смертью вызванных. Больше мэтра волновали совсем иные дела, к которым он и спешил перейти.

Но был ещё один вопрос, на который эти двое должны ответить.

– Когда?

– После смерти герцога прошло уже две недели, – стараясь показать всё своё терпение, но и намекнуть, что оно не бесконечно, ответил мэтр Файдрайд.

Две недели?! Если начать расспрашивать обо всём, то и дня не хватит, а терпение прибывшей парочки, судя по всему, и правда на исходе. Что ж, про смерть и похороны отца Эмералд узнает позже от слуг, как и про то, сколько времени заняло посвящение, и сколько провела в постели.

Как учил отец? Собраться и отодвинуть в сторону всё, что может подождать. Потом она с ним и простится, и оплачет. Сейчас же…

– Я слушаю вас, господа.

Мэтр Файдрайд глянул с уважением. Кузен приосанился. А этот-то чего? И королевский поверенный сухим казённым языком начал свою речь:

– Королевской службе дознания и надзора за исполнением традиций, устоев и законности стало известно, что рождённый восемнадцатого сетера шесть тысяч сорок седьмого года Эмералд Мелегрин, объявленный при рождении мужского пола, таковым не является, а является, соответственно, женщиной. Вследствие чего вышеназванная Эмералд Мелегрин по уложениям монаршей хартии о майорате от четыре тысячи шестнадцатого года права наследования неотчуждаемого имущества не имеет, – гном на несколько мгновений смолк, видимо ожидая оправданий или вопросов, так как таковых не последовало, он вновь набрал в грудь воздуха и продолжил. – Соответственно, следуя положениям всё той же хартии наследником герцогства Мелегрин является ближайший родственник усопшего герцога по мужской линии лорд Дарес Мелегро.

Мелегро гордо вскинул голову, подтверждая, что да, настоящий наследник он. Эмералд и здесь смолчала. Нечего пока ей было говорить.

Мэтр Файдрайд кивнул каким-то только ему понятным собственным умозаключениям и, откашлявшись, заговорил опять, на этот раз уже не столь уверенно:

– Да, юридически наследник – вышеназванный лорд Мелегро. Но Мелегрин – не просто майоратное владение, Мелегрин – владение магическое, а потому наследование передаётся не только по бумагам, но и по магии. И здесь мы имеем такой казус: по государственным законам Мелегрин принадлежит лорду Мелегро, а по магическим – вам, ваша светлость.

Если и могло что-то утешить в этой ситуации, так это то, что кузена господин королевский поверенный по-прежнему называл Мелегро, а Эмералд – ваша светлость. То есть, герцогом и владельцем Мелегрина того на данный момент не считали.

– Да, лорд Мелегро и герцогиня Мелегрин, – подтвердил догадки Эмералд мэтр Файдрайд.

И почему же тогда у кузена был такой самодовольный вид? Похоже, ещё на что-то надеялся.

– Позиция его величества и королевского совета однозначна: женщина управлять майоратом не может. И не будет, – припечатал гном. А ведь уже начал нравиться. Эмералд склонила голову, предлагая продолжить, и мужчина продолжил: – В свете сложившегося у вас, господа, есть два выхода. Вы, леди, добровольно передаёте знак власти Мелегринов законному наследнику…

Паузы гном держать умел, но и Эмералд была истинной дочерью своего отца, потому склонила голову и терпеливо ожидала, когда озвучат второй вариант. Первый не выдержал кузен.

– Да что тут непонятного, я согласен взять бедняжку замуж, тогда и вопрос с владением решится.

Да ладно, согласен он!

– А моё согласие требуется?

Мелегро гадко усмехнулся и протянул руку.

– Тогда отдавай мой Знак!

– Возьмите, – девушкам не положено так презрительно кривиться в присутствии мужчин, но Эмералд совсем недавно обрядилась в платье и ещё не отвыкла от мужских привычек.

Рука кузена резко дёрнулась назад, как будто в неё уже положили этот самый Знак. Знал гадёныш, что владение Знаком – ещё не владение самим Мелегрином, посвящение никто не отменял. Там, среди духов, есть, конечно, и духи его предков, но линия-то не прямая, значит, точно есть те, кто не примет пришлого. Хотя бы те же папа и мама.

– Вопрос со свадьбой уже решён. На самом высоком уровне, – не дал разгореться спору мэтр Файдрайд. – Его величеству не понравится, если стратегически важные для королевства владения останутся без хозяина. Этому браку быть, и я уполномочен его засвидетельствовать. Прежний договор помолвки с Хостасом Уэлленсом высочайшим повелением расторгнут. Три дня на подготовку бракосочетания вам хватит? Дольше я здесь находиться не намерен.

Как жёстко указали Эмералд на её место. Да, по законам магии она хозяйка Мелегрина, но по законам людей – никто, приложение к мужчине, пусть и ничтожеству, а то, что кузен ничтожество, девушка не сомневалась. Вызвать его на поединок и убить? Так ведь откажется, и даже оправдание приличное найдёт, мол, не воюет с женщинами. Ну да, в открытую не воюет, или когда может проиграть, а отчего умерли две его прежние жены, причём со смерти второй не прошло и трёх месяцев, ходят только нехорошие слухи.

***

– Мне он не нравится, а тебе?

Эмералд удивлённо вскинула глаза. У стены стоял Маркес Мелегрин, вернее, его дух. На его свободную руку опиралась благообразная старушка в строгом платье старинного покроя и в мелких папильотках.

– Дурное семя, хоть и родня, – подтвердила старушка.

Кажется, эту парочку видела и слышала только Эмералд, потому как мужчины не отреагировали.

– И что же мне делать? – решилась задать вопрос как бы находящимся тут живым, но на самом деле мёртвым, им веры больше. Мёртвые не подведут.

Дарес Мелегро вскинул голову и некрасиво фыркнул, для него такого вопроса вообще не стояло. Мэтр Файдрайд развёл руки, показывая, что он всё сказал.

– У тебя есть целых три дня, деточка, – вступила в разговор старушка. – За это время много чего может случиться.

– Ага, – широко улыбнувшись, подтвердил дух Маркеса Мелегрина.

Немного жутковато, когда тебе улыбаются из-подмышки, но ничего, лучше такие союзники, чем никаких.

Эмералд поднялась, глядя только на гнома. С ним они и заговорила.

– Как я поняла, у меня есть три дня. Эти три дня я желаю потратить на принятие новых обстоятельств и подготовку. И никого не хочу видеть, кроме своей няни. Хотя бы это вы можете обеспечить?

– Это – могу, – торжественно обещал мэтр.

Кузен благоразумно промолчал. Что он подумал, догадаться не сложно, но выполнить обещание-приказ того, от которого напрямую зависело дальнейшее благополучие, придётся.

Глава 5

Эмералд поднялась, усилием воли расправила стремящиеся съёжиться плечи, ещё больше, хотя куда уж больше, выпрямила спину, медленно повела подбородком из стороны в сторону и указала взглядом на дверь, давая тем самым понять, что аудиенция закончена. В конце концов, это они к ней пришли. Визитёры поняли правильно. Тоже поднялись со своих мест и направились на выход. Возле двери возникла заминка, каждый стремился пропустить другого вперёд, но куда кузену до дворцового интригана, пришлось идти первым. Оставшись наедине с хозяйкой, мэтр обернулся и, словно извиняясь, сказал:

– Я всего лишь королевский служащий, выполняющий волю его величества, и я сделал всё, что мог в этой ситуации.

После того, как дверь закрылась, Эмералд устало рухнула на диван. Как же плохо-то всё.

– Переверну ночью ему в постель графин с кларетом, – деловито сообщил Маркес Мелегрин.

– И как это поможет нашей девочке? – поинтересовалась его спутница. – Меня, кстати, Роэзи зовут. Леди Роэзи Мелегрин.

– Мне очень приятно, – даже если полностью опустошена, вежливость никто не отменял, тем более перед предками.

– А уж как нам приятно, что у нас появился столь сильный потомок, – благосклонно кивнула леди Роэзи. – Давно уже никто из Мелегринов не призывал столько духов.

– Сколько? – как-то там, в мире духов, Эмералд было не до подсчётов.

– Включая твоих родителей, сто восемьдесят шесть.

Сто восемьдесят шесть? У папы было тридцать четыре. Как знала Эмералд из курса родовой истории, которую ей преподавал лично Хадгар Мелегрин, призванные духи – это те духи, которые согласились помогать и защищать призвавшего их потомка. И чем древнее был дух, тем значительнее были его способности. То есть, даже если у родителей и было желание помочь дочери, то могли они пока немного.

– Но почему так много?

– Неглупа, догадайся сама, – из голоса леди Роэзи напрочь исчезли нотки доброй простодушной тётушки. Сейчас это был тот самый дух, который неистово кружил вместе с прочими на посвящении.

– Ну да, конечно. Некромантский дар. Но откуда? – заметив, как гневно поджались губы у леди, – сама же и продолжила. – Значит, я всё же умирала. Ещё при рождении?

– И тогда тоже, – смилостивилась леди Роэзи. – Но последний раз – когда неподготовленная отправилась на посвящение. Рано тебе было! Да и не женское это дело, с духами общаться.

– И чтобы выжила я, отец отдал свою жизнь? – догадалась Эмералд.

– В какой-то мере.

– Мама. Папа, – горло сдавил спазм. Получается, оба родителя умерли для того, чтобы жила она.

– А ты поплачь, поплачь, девочка, – в комнату вошла няня и прижала голову воспитанницы к необъятной груди.

– Да, няня, я теперь девочка.

Как же это, оказывается, хорошо, когда можно позволить себе быть слабой. Хотя бы ненадолго, хотя бы перед няней.

– Может, оно так и лучше. Ну не женское это дело – мужиком быть! На то мужики есть, – прямолинейно высказалась нянюшка.

– Может и лучше, но за Дареса Мелегро замуж я не хочу. Я вообще не хочу замуж. Эх, если бы не этот слизняк, я бы вскорости учиться уехала.

– Что сразу слизняк? Да, не молод, ну так, значит, и осталось ему не так уж и много. Слыхала я, маг-то он слабенький. Ну двадцать, ну тридцать лет протянет, а потом ты будешь свободна.

– Няня, что ты говоришь?! А как мне протянуть эти двадцать-тридцать лет? Ты думаешь, они у меня будут?

– Максимум – до рождения наследника. Дальше ты ему не нужна, – припечатала леди Роэзи.

– А что ж делать-то? – всхлипнула няня. – Наша женская доля, она такая.

Эмералд скосила один глаз. Няня отвечает призраку? Вроде нет, не видит их по-прежнему.

– Бежать надо! – решил вмешаться в разговор Маркес Мелегрин. – Бежать туда, где липкие ручонки этой отрыжки рода тебя не достанут.

– Бежать? – Эмералд подняла голову.

– Да кто ж тебя отпустит, – пусть няня не слышала духов, но на вопросы воспитанницы отвечала исправно. – За дверьми – стража, в коридорах – стража. Под окнами, и то ходют!

– Няня, если я выйду за него замуж, он меня убьёт. Как только рожу наследника, так и убьёт!

– Этот может. На роже написано, что ещё тот гад гадский, – нянюшка опустилась на стул рядом. – И что же делать? Так, деньги у меня есть, заберёшь их, ещё я отдам тебе свою одежду, и – в окно… нет, никто не поверит, что старая нянька в окно полезла, а коли через дверь, ведь заметят, что ты – это не я.

И как тут не улыбнуться, представив, как грузная няня выбирается через окно и падает с третьего этажа на кузеновых соглядатаев.

– А я и говорю, глупая девка, необученная, – громко сообщила леди Роэзи Маркесу. – А коли необученная, отправим её учиться!

– Решено. Отправим учиться, – согласился дух с головой под мышкой.

– Да, отправим.

– Отправим! – поддержали старушку ещё несколько невидимых духов.

– А как? – Эмералд с надеждой перевела взгляд с леди Роэзи на лорда Маркеса.

– А дорога духов тебе на что? – Маркес непринуждённо пожал плечами.

Кажется, Эмералд уже начала привыкать к его ужимкам, и безголовое тело уже не так пугает, как прежде. Главное ведь, что человек хороший, а где уж там у него голова, не столь и важно. Лишь бы была.

– Отец рассказывал про дорогу духов, но я не слышала, чтобы он по ней ходил, – растерянно призналась Эмералд.

– Это ты сейчас про что? – всполошилась няня, она-то слышала только реплики воспитанницы.

– Думаю, как лучше сбежать. Выходить замуж за этого слизняка и приносить ему Мелегрин на золотом подносе я не намерена!

– А может мне отравить его? – деловито предложила нянюшка. – А ты потом другого жениха найдёшь. Самого лучшего!

– Няня, ты у меня самая лучшая, лучше всех женихов вместе взятых, но брать на себя грех я не позволю. Подумай, как мне потом жить? – Эмералд подошла к нянюшке и, присев на пол, уткнулась той в колени. – Одна ты у меня, няня. Ну и весь Мелегрин ещё. И ради вас я обязана выжить.

– Дело говоришь, – подтвердила нянюшка, наглаживая воспитанницу по голове. – Только делать-то что будем?

– Для начала принеси мне поесть. И, знаешь, возьми не то, что приготовили для меня, а то, что для слуг.

Старушка сначала недоуменно нахмурила брови, но потом, догадавшись, кивнула.

– И то правда, а то ведь подсунут какой-нибудь гадости, и побежишь замуж за этого узурпатора, как миленькая. Знаешь, я и то, и то возьму, только твою порцию его управляющему подсуну. А то ишь какой, уже и управляющего своего привёз! Ходит тут, серебро столовое пересчитывает. Нечего чужое добро считать!

Столовые приборы – не самое главное богатство Мелегринов, даже если и пропадут, не так уж и убыточно будет.

– Пусть считает, передай, что я велела те списки мне потом предоставить, а теперь ступай, очень уж есть хочется. И ещё, добудь мне, пожалуйста, дорожный мужской костюм, вдруг пригодится.

Мало того, что в платьях неудобно, так и непривычно ещё, а если уж собралась бежать, то делать это нужно в комфортной одежде.

***

– Лорд Маркес, – чувствуя себя донельзя глупо, обратилась Эмералд к стене после того, как добрая старушка вышла, – вы не могли бы ответить мне на несколько вопросов?

– Эми, дорогуша, ну какие могут быть церемонии между родственниками? – безголовый дух, который как-то незаметно исчез со своей спутницей, проявился опять. – Зови меня просто Маркес, мы ведь с тобой почти ровесники. Ну, по крайней мере, в душе. А что я есть, как не душа?

Вести беседы на столь тонкие темы не хотелось, да и некогда, если честно, потому Эмералд без возражений согласилась и на сокращение её имени, и на предложение обходиться без формальностей.

– Так ты можешь ответить на вопрос?

– Постараюсь. Что тебя интересует? Как напакостить кузену перед расставанием?

– Это я оставлю на твоё усмотрение, – серьёзно заявила Эмералд. – Сейчас же меня интересует рудник.

– Рудник пока открыт и функционирует, – на этот раз Маркес, сразу уяснив подоплёку вопроса, отвечал серьёзно.

– Пока, – Эмералд нахмурила брови. – Из истории я знаю, что его как-то можно закрыть так, что кроме истинного хозяина никто туда попасть не сможет. Магически закрыть. Так делалось в периоды войны и смуты.

– Можно. Но, видишь ли, ты у нас, как бы это сказать... Не мужчина ты! А раньше это всегда делали мужчины. Мужчины, прочно вступившие в права наследования, и знающие о руднике не понаслышке.

– Меня готовили, как наследника рода. Я знаю рудник, бывала в его штольнях не раз. Знаю в лицо и управляющих, и с работниками многими знакома, – сдаваться Эмералд не собиралась.

– С работниками, не духами. А закрывают и открывают шахты – духи. При руднике они свои. Всё же из твоих предков там никто не умирал.

– Познакомишь?

– Куда ж я денусь, – старательно изобразил тяжёлый вздох Маркес. – Когда пойдём? Сделать ты это должна на месте.

– В самый последний момент. Нечего настораживать кузена раньше времени.

– Тоже верно. Что ещё закроем от его загребущих лапок? – деловито поинтересовался сообщник.

– Ты хочешь сказать, что закрыть можно не только шахты? – оживилась Эмералд.

– Ну да. В замке это даже проще делать, здесь у тебя полно помощников. Я имею в виду нас, духов.

– А что посоветуешь? – папа всегда учил, что необходимо разумно делегировать полномочия и не пытаться тянуть все дела и проблемы в одиночку.

– Сокровищница – однозначно. Хозяйское крыло – тоже хорошо бы, нечего тут всяким посторонним шастать, пока хозяева в отлучке. И ещё туалеты! – призрачные глазки мечтательно воззрились наверх, стараясь оттуда почерпнуть вдохновляющие идеи.

– А туалеты-то зачем?

– Ну так чтобы жизнь мёдом не казалась.

– Так загадят все углы!

– А мы на что? Все же за тобой не сможем податься, только те, кто бывал в тех местах. Вот и будут оставшиеся духи следить за чистотой и нравственностью. Если позволишь, конечно.

– Позволю, – серьёзно ответила Эмералд, понимая, что это не просто слова. Если духи вызывались помогать и служить, то они в этом случае утрачивали долю независимости.

– Вот и славно, – Маркес аккуратно положил голову на комод, предвкушающе потёр руки и тут же вернул своё сокровище обратно. – Там нянька твоя идёт, ты ешь и ложись отдыхать, набирайся сил, они тебе понадобятся. А я пока всё организую, – сказав так, деятельный дух исчез. Похоже, он скучал и проблемы Эмералд воспринимал как развлечение.

Глава 6

Наутро Эмералд чувствовала себя намного лучше. С аппетитом позавтракала тем, что принесла нянюшка, благо слуг в Мелегрине кормили неплохо. Каша, оладушки со сметаной и самолично утащенный няней из кладовой окорок. Вcё, конечно, не осилила, но пусть остаётся. Пригодится.

Только когда отставила в сторону пустую чашку из-под какао, нянюшка сообщила, что за дверью дожидается портниха с кучей помощниц.

– Какая-то из пришлых, не знаю я её. Ещё и ворчит чего-то, дескать, некогда ей, спешит.

– Передай, если спешит, пусть убирается, мне тоже недосуг время на неё тратить! Пусть подготовят то платье, в котором выходила замуж мама.

Как выяснилось, спешить-то пришлая портниха спешила, но попасть к Эмералд ей хотелось. «Ну хотя бы мерки снять!»

На предложение, что мерки снимет няня и передаст мастерице, возразить той было нечего, потому развернулась и гордо ушла. Знать, не так уж те мерки и нужны были, а зачем-то очень нужно было попасть в комнаты строптивой невесты.

Чтобы не смущать нянюшку, для переговоров с духами Эмералд удалилась в спальню, велев своей верной служанке никого не пускать под страхом самых жутких кар, какие только старушке могут прийти в голову.

Маркес Мелегрин явился на зов почти сразу, полный идей и вдохновения.

– Так, я тут выяснил, что свадьба будет завтра, поэтому с рудником нужно провернуть всё сегодня, – с порога, вернее, со стены, из которой вышел, начал он.

– Как завтра? Мэтр Файдрайд сказал же, что даёт три дня, – растерялась Эмералд.

– Это как считать. Они вот подсчитали: вчерашний день, сегодняшний, ну и завтра, значит, третий.

– А мы успеем?

– Мы – успеем, – самодовольно ответил дух. – Сейчас быстро пробежимся до сокровищницы, наберёшь себе денег на первое время, ну там ещё безделушек каких. Негоже наследнице рода в публичных местах нищенкой появляться, пусть там и академия. Потом, коли что понадобится, всегда сможешь вернуться и добрать, закрываем-то мы её от узурпаторов всяких, а не от хозяйки. Для хозяйки владения всегда открыты.

– А потом – к руднику? – догадалась Эмералд.

– Да, потом сразу к руднику. Ох, столько дел, столько дел, я прямо голову теряю, – и он бережно погладил сей предмет.

– Голову он теряет, – проворчали из-за стены. – Нечего тебе терять, потерял уже! Веди уже, а то дел и правда много.

– Я сейчас! – Эмералд быстро переоделась в принесённый нянюшкой мужской костюм и неуверенно взялась за протянутую руку Маркеса Мелегрина. Ещё были свежи в памяти ощущения от прошлого хождения дорогой духов.

– Идём-идём, – подбодрил предок, – с каждым разом будет легче. А как присоединишься к нам, так и вовсе не будешь замечать, в стене идёшь или по земле нашей грешной.

– Я бы всё же предпочла задержаться на этом свете, – пробормотала Эмералд и, набрав в грудь побольше воздуха и закрыв глаза, шагнула за провожатым.

***

Сейчас и правда было легче. Дышать можно, даже видно гораздо больше, нежели в первый раз. И это не просто видения, а вполне себе реальные комнаты. Правда, если слишком внимательно присматриваться, тут же начинала кружиться голова.

– Не смотри, – словно уловил проблему лорд Маркес. – Не настолько ты ещё привычна к дороге духов, чтобы пользоваться всеми её возможностями. И помни: чтобы ни случилось, никакой магии! Никогда! Даже если будешь считать, что от этого будет зависеть твоя или чья-то жизнь. На дороге духов свои законы. Просто закрой глаза и следуй за мной. Уж я тебе не дам пропасть.

А что ещё оставалось делать. Только довериться духу. С закрытыми или же открытыми глазами Эмералд без него здесь беспомощна.

– Ну вот и пришли, – самодовольно сообщил Маркес. – Давай уж, отведи душу, запусти ручки в наше родовое.

Эмералд открыла глаза. Она и вправду оказалась в семейной сокровищнице, ещё будучи наследником бывала здесь не единожды. Потому хорошо знала, что и где лежит. В первую очередь нужно выбрать оружие, ведь её оружие забрали вместе с мужской одеждой. Как жаль, что в сокровищнице нет одежды. Не считать же за таковую несколько сундуков дорогущих мехов и изделий из них.

Пару кинжалов выбрала быстро, тут главным критерием отбора были не красота и богатство, а функциональность. Сбалансирован, удобно лежит в руке, это главное. С мечом было посложнее. Всё же большинство из них рассчитаны на мужчин. Более высоких и, что уж от себя-то скрывать, более сильных. Нашёлся в итоге и меч. Жаль, ножны излишне усыпаны драгоценными камнями, ну тут уж как получилось.

– Я готова!

– А деньги? Побрякушки? – призрачные брови демонстративно полезли наверх. Уже и не так пугает, что голова с теми бровями находится не на плечах. Кажется, ещё немного общения с лордом Маркесом, и Эмералд начнёт удивляться виду тех, у кого голова находится на обычном месте.

– Да, деньги, – Эмералд прошла к вместительному сейфу, быстро набрала код и вытащила оттуда несколько мешочков. – Только золото, – с некоторой досадой объявила она, – ну да ничего, разменяю.

– Было бы что менять, – поддержал её спутник и указал на что-то, лежавшее на одной из полок. – Вот, возьми эту сумку, хорошая вещь, скажу я тебе, кидай сюда. И оружие кидай. И побрякушки.

– А побрякушки-то какие брать? – растерялась Эмералд.

– Это да, тут у нас сложности, – лорд Маркес старательно нахмурился, обозначая задумчивость. – Всё же здесь больше родовые сокровища лежат. Как-то я в свою бытность студиозусом не замечал, чтобы там многие щеголяли в фамильных украшениях стоимостью с хороший особняк. Но вот это обязательно нужно взять, – призрак ловко проскользнул куда-то в угол и указал на стоявшую на полке шкатулку.

В шкатулке на синем бархате лежали два перстня. Кто бы сомневался, с изумрудами.

– Родовые перстни Мелегринов? Но… мне можно? А, если можно, то какой?

– Помнится, когда-то мне надел на руку этот перстень мой Либичек, – послышалось из-за спины.

–Но значит, и мне нужно, чтобы его надели? – Эмералд обернулась. Рядом с умильно улыбающейся леди Роэзи стояли ещё несколько духов, среди которых были мама и папа.

– Глава рода теперь ты, – подбодрил отец, – а значит, и распоряжаться фамильными перстнями тебе. Помимо прочих, у них есть интересная особенность. Имея при себе один из них, глава рода всегда может призвать другой.

– Да-да, именно так и сделал мой Либичек! Встал на колени, снял перстень с руки. Тот, который его, остался на пальце, а другой – вот этот самый, протянул мне, – леди Роэзи в экстазе прижала руки к груди. – Это было так романтично. Я сразу же согласилась!

Старушка говорила что-то ещё, но Эмералд, да простят её предки, не прислушивалась. Она протянула руку. И какой же выбрать? Они так похожи. Только один массивнее, а другой – изящнее. Даже камни в них идентичные. Насколько помнила, камни, находящиеся в них, сделаны из одного кристалла, потому и тянутся один к другому. Ведь изумруды Мелегринов – это не просто минералы. Это – магические минералы, за обладание шахтами с которыми и поднялась нынешняя возня. Как тут не засмотреться! При определённом воздействии камни переливались всеми цветами радуги. Такое было возможно только с истинными изумрудами Мелегринов. Потому и ценились они многажды выше всех других. Но не в переливах цвета заключалось их основное достоинство, хоть и красиво это было до умопомрачения. Истинные камни помогали управлять самой магией. Конкретно изумруды – водой, основной стихией рода. Просто отобрать и присвоить шахты и сопутствующие производства магия не позволит, вот король и подсуетился, чтобы такой кусок не оказался в руках неразумной девчонки. А то ведь хватит ума упорхнуть в неблагонадёжные руки, а то и вообще к врагам.

Эмералд тряхнула головой. Что-то не туда ушли мысли. Вернее, по давно проторённой тропинке, ну да не до того сейчас. Сейчас нужно постараться уйти с той тропинки или даже целой дороги, которую ей приготовил его величество.

Какой же выбрать? Рука как будто бы сама потянулась к тому, что был изящнее и на который показала раньше леди Роэзи. Ну да, родовые ли артефакты обманывать? Пусть она и глава рода, но ведь женщина, а значит и перстень ей положен женский.

Перстень прочно обосновался на среднем пальце правой руки. Там, где и положено находиться перстню главы рода.

– Герцогскую корону, думаю, пока оставим здесь, – задумчиво проговорил лорд Маркес и огляделся, выискивая, чтобы ещё стоило забрать его подопечной. – А, ладно, если что и забыли, заберём в следующий заход.

– Артефакты, – подсказал кто-то из присутствующих духов.

– Точно! – согласился безголовый призрак. – Что же ты, Эми, такая забывчивая! Про артефакты и не вспомнила.

Эмералд не стала напоминать, что забывчивая она здесь не одна такая, и прошла к шкафам с артефактами. Все, конечно, не забрать, даже учитывая безразмерность сумки, выданной Маркесом. Да и не нужны ей все. Некоторые из них могут быть опасными. Но артефакт изменения ауры и голоса, который у неё забрали, пару коммуникационных артефактов, подслушивающих, общего исцеления и… так она соберёт их все. Если Маркес говорит, что можно вернуться в любой момент, значит, не нужно жадничать.

– Вроде бы всё! – она уложила в сумку артефакты изменения ауры и голоса, после чего задумчиво огляделась. – Здесь можно закрывать. Теперь к руднику?

– Идите, а мы здесь займёмся, – заявил один из молчавших до того духов и, предвкушающе улыбнувшись, картинно встряхнул руками.

Закрались в голову Эмералд сомнения, что столько духов откликнулись ей в помощь не только из-за того, что посчитали сильной некроманткой, а ещё и потому что им скучно, а с такой занятной наследницей не заскучаешь. Впрочем, выяснять она не будет, главное, что согласились помогать.

***

По пути на рудник рискнула оглядеться, нужно же как-то привыкать к дороге духов. И тут же об этом пожалела. Нет уж, как-нибудь позже, вроде бы едва передвигала ноги, а пейзаж менялся с неимоверной скоростью. Здесь только от мельтешения картинок голова потеряется. И будут у Мелегринов два безголовых духа.

Вышли не в конторе управляющего, а в одной из штолен.

– Мы проверили, в конторе уже находится представитель узурпатора, – похоже, Маркесу нравилось называть кузена Мелегро узурпатором.

А Эмералд что, она не возражала, узурпатор и есть, коли возжелал захватить чужое. Вон как спешит, уже и своих людей на рудник прислал. Нехорошие улыбки дружно озарили лица живой наследницы и давно умершего предка.

В глубине шахты послышался шум вагонетки.

– Спрячься, не нужно, чтобы живые тебя видели, – распорядился один из сопровождавших призраков. – Сейчас позовём обитающих тут духов и начнём ритуал.

– А живые? Они останутся в шахтах и погибнут? – Эмералд машинально последовала совету и спряталась за один из уступов.

– Ну да, останутся и присоединятся к тем, кто уже здесь обитает, – равнодушно ответил предок.

– Но так нельзя! Одно дело, когда жизни шахтёров уносят аварии, но когда так… У них же семьи!

– Все когда-нибудь умрут, – философски ответили ей.

– Нет! Не хочу начинать владение герцогством со смертей! – и Эмералд вышла из укрытия.

– Как знаешь, – не стали спорить духи.

А ведь они проверяли её! Пусть и признали, пусть и обещали служить, но проверки не закончились. Похоже, та, самая первая, была проверкой силы, сейчас идут куда более серьёзные, и стоило надеяться, что Эмералд прошла ещё одну из них.

– Па–аберегись! – из сумрака шахты выкатился поезд из трёх вагонеток, на первой из которых восседал молодой парень, Эмералд даже вспомнила, как его зовут.

– Здравствуй, Литис, – поздоровалась она.

– Лорд Эмералд? – Литис остановил свой состав, соскочил на землю и неловко поклонился. – Но… как же так? Вы здесь. А нам такое наговорили. Что старый хозяин помер, что теперь у Мелегрина будет совсем другой хозяин, а вы вообще… – что же с Эмералд не так, сказать не решился. – А с вами всё нормально. Врали, да?

Заметив их, стали подходить ещё люди.

– Не совсем, Литис, не совсем. Папа действительно умер, и Мелегрин хочет присвоить кузен Мелегро. Я пока не могу ему противостоять, а потому… шахты закрываются.

Послышался гул голосов. Из вагонеток выпрыгнули несколько шахтёров.

– Да как же так?

– А как же мы?

– А то не знаете, бывало такое, что и закрывались шахты, если на них чужой роток разевали. Правильно оно, ибо нечего тут!

В последнем говорившем Эмералд узнала одного из старейших мужчин, гнома мастера Загреба, к нему и обратилась.

– Мастер Загреб, вас я знаю как толкового и честного работника, потому попрошу проследить, чтобы все рабочие вышли.

– Там новый управляющий сюда мчится, – перебил её лорд Маркес, – так что сворачивай речь, пора уходить, наши тут и без тебя справятся.

Эмералд только сейчас заметила, что между живых шахтёров проявились и призраки в таких же рабочих робах.

– Иди-иди, хозяйка, не мешай работать, – подтвердил один из них.

– Спасибо! – отблагодарила Эмералд умерших и вновь обратилась к живым: – Рудник закрывается не навсегда. На время, пока он не будет работать, каждому из работников будет выплачиваться по половине жалованья и ещё по десятой доле жалованья на каждого члена семьи. Мастер Загреб, возьмёте на себя хлопоты по эвакуации работников, а потом и по распределению денег? Я вам доверяю. А деньги вам передадут, здесь не стоит беспокоиться.

– Выведем всех, вы не беспокойтесь. Деньги? Они, конечно, не руда, – с гномьей основательностью начал мастер, – но коли уж нужно, то оно конечно. Жить-то работникам надо. Семьи кормить. Вы уж идите, а мы подождём, сколько надо.

***

Был ещё один человек, вернее, гном, с которым необходимо было переговорить самой. Не то, чтобы мастеру Загребу он не поверил бы, такие уж гномы есть: выкажи им должное уважение, и они в лепёшку расшибутся, но сделают, пренебрежительное же отношение, даже в рамках правил, их обижало. Нет, специально не вредили, но иногда ведь бездействие больше вреда могло нанести, а тут судьба рода решалась.

– В мастерские! Нам обязательно нужно попасть в мастерские, – сообщила она своему безголовому провожатому.

Снаружи послышался шум. Пора было уходить. Эмералд успела пожать руку мастеру и, крепко ухватившись за свободную ладонь Маркеса, последовала за ним по уже не так страшащему пути духов.

Казалось, прошло всего мгновение, и вот они уже вышли в небольшой конторке мастерской мастера Доргона – главного артефактора Мелегринов. Мастер Доргон был легендой и гордостью рода. Кто только не пытался его переманить, начиная с короля и заканчивая мутными типами с непонятными акцентами, но обстоятельный гном был неизменно верен тем, кто ещё в те времена, когда и отца Эмералд не было на свете, помог в трудной ситуации, предоставил кров и по достоинству оценил талант и умения никому неизвестного молодого артефактора. Сейчас же именно через его руки проходили, приобретая волшебные свойства, как самые ценные изумруды рода, так и другие камни, получаемые Мелегринами в обмен на свои. Алмазы от Оврэлландеров, обсидиан и нефрит от Палерэтов и горный хрусталь от Зорэнгинов. Магические камни Четырёх главных родов. Камни, помогающие управлять самой магией, на которых и держалось могущество тех родов и всего королевства.

– Мастер Доргон! – позвала гнома Эмералд. – Вы здесь?

– От же неугомонная. Здесь я, здесь. И чего так кричать, чай не глухой, – в дверях показался гном с такой длинной бородой, что, даже будучи заплетённой в косицы, она доставала бы до пола, если бы хозяин предусмотрительно не пристраивал её за пояс.

– Здравствуйте, мастер Доргон, – хоть и ворчал старик, что он не глухой, голоса не понизила, ибо прекрасно знала, что туговат их престарелый артефактор на ухо. – Я к вам с просьбой пришёл… пришла.

Только сейчас дошло, что назвал её неугомонная, а не неугомонный. Значит, уже был в курсе. Да уж, слухи распространялись быстро. Особенно среди гномов. Правда, стоило отдать им должное, в лишние уши те слухи не уходили, но те, кому «нужно знать», знали.

– Здравствуй, здравствуй, наследница Мелегрин.

А вот это признание дорогого стоило. Её признал сам мастер Доргон. Значит, он на её стороне. Выслушает, поймёт, не бросит.

– Мастер, я…

– Не перебивай старика! – что уж скрывать, любил старый гном поворчать, ну да не такой уж это и недостаток по сравнению с достоинствами. – Я ж что хочу сказать, отпуск мне положен, почитай, полтора десятка лет я тут без отпуска работаю, а потому прикрываю я тут всё и по делам своим отправляюсь. И помощников всех забираю! – мастер огляделся, ещё больше насупил густые брови и пристукнул кулачищем по столу. – И инструментики все свои заберу, уж не обессудь, госпожа, чтоб мастер, да инструмент без догляда оставил, не бывать этому. И не вздумай мне перечить! – крепкому столу достался ещё один удар.

Перечить? Да тут впору прыгать от радости. Сам обо всё догадался старый ворчун. Артефакторные мастерские, вернее, мастера, тоже не достанутся выскочке Мелегро.

– Мастер, – Эмералд в пару прыжков приблизилась к гному и крепко обняла его. – Спасибо, – удалось выдавить сквозь всхлипы.

– Ну полно-те, полно, нечего тут мне сырость разводить, чай не оранжерея, а мастерская, нам тут лишняя вода совсем ни к чему, – гном вроде бы легонько похлопал девушку ладонью по спине. Хорошо, что мышцы там накачанные, а то бы ведь и лёгкие мог отбить.

– Спасибо, мастер! – ещё раз поблагодарила Эмералд, вытирая невесть отчего набежавшую слезинку. – Я пойду?

– Иди, иди, – гном замахал своими руками-лопатами. – И чего только приходила, от дела отвлекала!

В который раз поблагодарив мастера, Эмералд отыскала необычайно притихшего лорда Маркеса и ухватилась за его протянутую ладонь.

– Уф, страшный он человек, хоть и гном, – пожаловался призрак, едва они исчезли из мастерских. Похоже, была у бедокура и с мастером Доргоном своя памятная история.

Впрочем, она уже давно в прошлом. Сейчас же предстояли более насущные дела.

Глава 7

Только на полпути осознала, что идут дорогой духов. Нет, и раньше это понимала, но вот то, что дорога даётся намного легче, дошло только сейчас.

– Лорд Маркес, а я когда-нибудь смогу ходить этой дорогой одна?

– О, уже и заговорила, – в своей манере ответил призрак. – Я, честно сказать, и сам не знаю, чего от тебя, такой прыткой, можно ожидать. Ходить-то оно, конечно, сможешь, как и все мы. Тут же другой вопрос, сможешь ли выйти сама? А вот на него я с точностью ответить не смогу. И проверять не советую.

Услышав ответ, Эмералд крепче сжала ладонь. Ей тоже не хотелось проверять, сможет ли она выйти самостоятельно или останется ещё одним духом.

Вывел её Маркес в уже ставшей привычной спальне.

– Обнаглели совсем, – проворчал он, – ведь ясно же сказано, до свадьбы никаких посетителей!

Эмералд и сама уже слышала шум за дверью. Нянюшка героически держала оборону.

– Сказала, не пущу, значит, не пущу! Спит моя ягодка. Завтра свадьба, а она ещё от болезни не отошла.

Пожалуй, ещё немного, и старушку просто сметут численностью. Уже собиралась выйти, но Маркес указал на её мужское одеяние. И то правда, не стоит показываться перед кузеновыми прислужниками в таком виде, пусть продолжают считать, что имеют дело со сломленной леди. Да и спешить надо, наверняка управляющий шахты уже послал гонца с неприятными для Мелегро известиями.

Эмералд быстро сбросила мужское платье, пинком затолкала его под кровать и, вытащив из-под одеяла ночную сорочку, переоделась. Тихо ругнулась, когда заметила, что надела задом-наперёд и быстро привела в порядок.

– Волосы! – ничуть не смущаясь того, что подглядывал, шепнул Маркес.

Задать бы ему хорошенько, но ведь дело сказал. Аккуратный пучок, сооружённый утром няней, был распущен и переплетён в косу.

– Что здесь происходит?! – недовольная Эмералд появилась на пороге собственной спальни и оглядела собравшихся.

Нянюшка буквально грудью защищала подходы. Помимо неё в гостиной находилась портниха с ножницами наперевес и тремя помощницами, загруженными какими-то нарядами. Чуть поодаль стояла незнакомая женщина гренадёрского вида в форме горничной и держала в руках поднос, на котором стоял графин с соком и стакан. Ещё какие-то пара непонятных личностей неохотно опустили глаза, делая вид, что не смотрят на вышедшую в сорочке девушку.

Заговорили все сразу.

– Нужно примерить платье!

– Хозяйке нужно выпить сок!

– Хозяин справляется о самочувствии и изволит лично передать драгоценности, в которых завтра желает видеть свою невесту.

– Тихо! – не в правилах Эмералд было повышать голос на слуг, но ведь довели же. Воцарилась тишина. – Платья оставьте здесь. Их я примерю после обеда, – она небрежно указала рукой на один из диванчиков. – Сок поставьте на стол и принесите мне что-нибудь более существенное, – это было приказано гренадёрше. – Вашего хозяина вместе с драгоценностями приму после примерок платья, – было сказано лакею, передавшему волю кузена. – А теперь все вон! Няня, а ты останься, поможешь мне переодеться, – это было сказано нянюшке, тоже бодро устремившейся на выход.

– Да, что же это я, – няня притормозила в дверях и, плотно их прикрыв, вернулась. – Уф, где же тебя носило, я уж думала не удержу этих проходимцев. Как мошкара налетели, право слово. Да и тебе обедать уже пора. Но ты не ешь, что принесёт эта бабища, и сок не пей, – для наглядности женщина погрозила пальцем.

– Не буду, няня, – Эмералд подошла к нянюшке и крепко её обняла. – Да и некогда мне. Я ухожу. Совсем скоро Дарес Мелегро узнает, что шахты закрылись, и тогда тебе уже не удастся его остановить.

– Уходишь всё же, девочка моя, – нянюшка всхлипнула. – А там не опасно?

– Не опаснее, чем здесь. Ты же помнишь, что я тебя люблю?

– А что тут помнить, – проворчала старушка. – И помню, и знаю. Потому как сама люблю тебя. Эх, иди уже, егоза! Дай им всем жару, пусть знают, как нас, Мелегринов обижать.

Няня была ни разу не Мелегрин, но самые верные и преданные слуги имели право называть себя «из Мелегринов».

Эмералд вытащила из-под кровати припрятанные одёжки, быстро переоделась и, ещё раз обняв напоследок няню, объявила:

– Лорд Маркес, я готова.

– Смотри у меня там, – нянюшка погрозила пальцем той стене, к которой обращалась воспитанница, – хорошо следи за нашей девочкой, иначе найду и шкуру спущу!

Угроза была невыполнимой по причине того, что женщина духов не видела, да и сложно спустить шкуру с призрака, но Маркес счёл нужным ответить.

– Непременно, мадам.

Стоило отдельно поблагодарить его за то, что не стал показываться няне, пусть и была старушка в возрасте, но умирать от остановки сердца ей было рановато.

– Ну что, идём? – обратился он уже к Эмералд. – Там уже эта лжегорничная под дверью с подносом, полным приворотного, копытом бьёт.

Эмералд прихватила сумку с приготовленными вещами, в которую сердобольная няня успела пристроить припасённый ранее окорок, яблоко, флягу с водой и ещё кое-какой снеди, и уже привычно подала руку Маркесу.

– Забрось сумку на плечо и надень искажающий ауру амулет, – рядом возник ещё один призрак и требовательно протянул руку. – Лорд Тэйсин Мелегрин, к твоим услугам. Помогу дойти до Кверника.

Эмералд исполнила всё, как он велел. Могла бы и сама про амулет догадаться. А вот уточнить место назначения стоило.

– Сразу в столицу? В академию?

– А куда же ещё! Или ты по дорогам духов побродить желаешь, мир посмотреть?

Какой-то ворчливый этот лорд Тэйсин. Ну да ладно, главное поможет сбежать от Мелегро.

– Нет, пойдёмте в Кверник, – согласилась Эмералд и шагнула следом за духами.

Глава 8

По-хорошему, как советовал лорд Маркес, идти стоило с закрытыми глазами. Но, во-первых, нужно было привыкать к хождению дорогой духов, а во-вторых, интересно же! Эмералд приоткрыла один глаз. Неудобно, пришлось открыть и второй. Если станет кружиться голова, просто закроет их.

Мимо быстро проносились деревья, города, горы и даже какие-то водоёмы, причём призраки с Эмералд на буксире проходили их насквозь. Бр-рр, странное ощущение, мчаться сквозь дом, гору или реку. Не то, чтобы сложнее, но… непривычно. В таких случаях благоразумно прикрывать глаза и не думать, где находишься. Как и советовал безголовый призрак, ко всему нужно привыкать постепенно.

С закрытыми глазами неудобства прохождения через препятствия совсем не замечались, но, как отметила вначале, было совсем неинтересно. Потому, в очередной раз набравшись смелости, распахнула веки. Стала осторожно оглядываться. И тут взгляд выхватил нечто выбивающееся из мрачноватого пейзажа дороги духов. Почти под ногами лежало окровавленное тело. Ветхая повязка прикрывала чресла, всё остальное, когда-то великолепное в своей мужской красоте, было безжалостно иссечено кнутом или чем-то очень похожим. Какая ужасная смерть.

– Ой, что это?! – Эмералд резко затормозила, едва не выпустив руки удерживающих её призраков. – Вернее, кто? Почему он лежит? Раньше мне не приходилось видеть лежащих призраков. Это нормально? – закидала вопросами осуждающе глядящего на неё лорда Маркеса. На лорда Тэйсина даже взглянуть побоялась и так знала, что недоволен.

– А, этот? Да всё с ним нормально, – безмятежно ответил Маркес, – просто ещё не умер до конца.

– Как не умер? Он что, живой?!

– Скорее, почти мёртвый. Ну так что, идём? Не будем ему мешать.

– Но как же так? Так же нельзя, – Эмералд склонилась над лежавшим. – Эй, господин, как вас там, вы в порядке?

Даже не нужно смотреть на лорда Маркеса, чтобы знать, что он закатил глаза. Ну да, спрашивать у почти мертвеца, в порядке ли он, плохая идея.

– Дай ему воды!

Вот уж от кого не ожидала помощи, так это от лорда Тэйсина. Эмералд растерянно посмотрела на обе занятые руки.

Воды? Но на дороге духов нельзя магичить? И вообще…

– Пока стоим на месте, можешь одну руку отпустить. Возьми воду из мешка, там есть, я чувствую, – подсказал всё тот же призрак и сам же освободил ладонь девушки.

Эмералд спешно полезла в свой мешок. Хорошая всё же у неё няня, позаботилась о запасах. Тонкая струйка воды побежала на лицо лежавшего. Его веки дрогнули. А ведь помогает!

– Вот так. А теперь попей, – Эмералд поднесла флягу к губам бедолаги, тот сделал несколько судорожных глотков, затем резко распахнул глаза и схватил её за свободную руку.

***

Какой же разной бывает тишина. На дороге духов она абсолютная, некому и нечему там шуметь. Сейчас же тишина тоже была, но какая-то другая. Здесь было, кому шуметь, но все молчали, нехорошо так молчали. Это Эмералд поняла, подняв глаза и оглядевшись. Странное помещение. Но и не дорога духов.

– Здравствуйте! – выдавила она, осторожно поднимаясь с колен, на которые ранее опустилась, чтобы напоить умирающего бедолагу.

Первое, что должен сделать вежливый человек, попав в гости, это поздороваться. Даже если явился без приглашения. И к совсем незнакомым людям. Или не людям. Ибо вокруг находились дроу. Не самая дружелюбная раса, но и войны ведь с ними на данный момент не было.

И чего ощетиниваться копьями? Видно же, что Эмералд не вооружена. А нападать на этих воинственных существ, да ещё на их территории, решится только полный безумец.

– Ты откуда взялась? – копьеносцы немного расступились, и из-за их спин стала видна говорившая женщина-дроу. Довольно-таки старая и сморщенная, на её абсолютно лысой голове была искусно вытатуирована или же вживлена паутина, в которой, казалось, копошились пауки. Своеобразная корона. Зрелище не для слабонервных. Паутиной же был украшен и каменный трон, на котором эта дама восседала. Трон может, и красив, но очень уж непривычно смотрелся с человеческой точки зрения.

Собственно, здесь все были дроу, включая лежащее у ног Эмералд полуживое тело, это удалось рассмотреть в первую очередь. И только во вторую заметила, что находятся они в большой пещере. Да, богато изукрашенной, но пещере.

В любой непонятной ситуации, особенно в непонятной ситуации, вежливость прежде всего. Эмералд повернулась к заговорившей с ней дроу и вежливо ответила.

– Шла дорогой духов, и вот, зашла случайно, – сама же поняла, что ответ странный, решила пояснить дальше. – Там, на дороге, вашего нашла. Дала попить и оказалась вместе с ним у вас. Я не специально! Я правда не хотела! Но он умирал.

– Конечно, умирал! Его же казнили. А ты вернула его, – нахмурилась дроу. Её взгляд вперился в безучастно лежавший у ног незваной гостьи полутруп. – Повезло тебе, что ты женщина, а то бы отправилась обратно вместе с ним.

Вообще-то Эмералд и так собиралась отправиться туда, откуда пришла, её молчаливые неживые спутники в ожидании нетерпеливо переминались рядом. Лорд Тэйсин, как обычно, недовольный, лорд Маркес – заинтересованный.

Уйти они всегда успеют, но пока стоит расспросить эту дроу.

– А как вы поняли, что я не мужчина?

Раньше мужская одежда и искажающий амулет прекрасно справлялись с обманом, и то, что Эмералд девушка, выяснилось случайно.

– Здесь вопросы задаю я! – кажется, хозяйка этих хором злилась. – А ты. Уходи отсюда немедленно! И Радира с собой забирай! Во-оон! – перешла она на визг.

В сторону Эмералд полетел паучок, брошенный ловкой рукой предводительницы дроу. Не простой паучок. Обычный пролетел бы максимум пару метров, потом свалился бы на пол и благополучно исчез в паутине, коей здесь было предостаточно. Этот же целенаправленно долетел до Эмералд и шмякнулся ей прямо в волосы. Наука отца не прошла даром. Удалось сдержаться и не завизжать. Да, Эмералд не приходила в ужас от одного вида пауков, но и молча стерпеть, когда в тебя вот так ими бросаются, не каждый сможет.

Макушку обожгло. Укусил и всё же пора визжать? Или всё-таки поздно? И на дорогу духов Эмералд уйдёт не совсем по своей воле, а таким же духом. От резкой потери сил подкосились ноги. Как же больно-то!

Вот же гадина эта старуха! Что ей сделали, чтобы так поступать? Эмералд остервенело замотала головой, пытаясь стряхнуть брошенную мерзость, даже руками полезла, чтобы его обнаружить и выбросить. Ничего не нашла. Наверное, всё же свалился и убежал. Ну и шуточки у этой дамочки.

Тут стало не до паука, ибо безвольно лежавший до сих пор казнённый поднялся на ноги и проговорил:

– Я готов следовать за тобой, царица моего клана.

– А вот теперь пора уходить! – лорд Тэйсин одной рукой взял руку Эмералд, другой – очнувшегося Радира, и, кивнув подхватившемуся Маркесу, шагнул прямо в стену, гуще всего оплетённую паутиной. В последний момент Эмералд заметила, что спасённый дроу провёл рукой по паутине, как будто что–то там выискивал, и послышался визгливый крик полубезумной старушенции:

– Стойте! Задержите их! Поймать вора! Убить! Уничтожить!

Глава 9

Как же тяжело идти. Кажется, Эмералд всё же останется на этой коварной дороге духов. Так нелепо погибнуть из-за какой-то полоумной дроу.

– Остановимся здесь, – распорядился лорд Тэйсин.

Что, уже готовят к представлению перед богиней смерти?

Действительность воспринималась урывками. Вот Эмералд кладут на ровную поверхность, растирают ладони и грудь, зачем-то издеваются над запястьем, вливают в рот что-то солёное и горячее. Как что-то несущественное отметилось, что проделывает это тот самый дроу, который совсем недавно умирал. После его загадочных манипуляций боль ушла, стало тепло и уютно.

Проснулась хорошо отдохнувшей и полной сил. И что это было? Сон или галлюцинация? В последние сутки было столько событий, что невозможно поверить, что все они и правда произошли. Побег через дорогу духов, найденный дроу, пауки и беспамятство. Да, беспамятство. Наверное, слишком расслабленно вела себя на дороге духов, вот и причудилось всякое.

Причудилось. А мерный стук под ухом там, что заменило подушку, тоже чудится? Эмералд открыла глаза. Приподняла голову, потрясла ей. Нет, последнее не чудилось. Голова удобно лежала на груди подобранного дроу, и слышала Эмералд стук его сердца. Сон сразу прошёл.

– Ты что здесь делаешь?!

– Жду, пока вы проснётесь, моя царица.

Моя царица? Галлюцинации продолжаются? Эмералд растерянно осмотрелась в поисках кого-нибудь адекватного. Хотя бы того же лорда Маркеса. Лесная полянка, недалеко журчит ручеёк. Птички, жучки, мошки и бабочки. Вот и всё окружение. Легко поднялась на ноги, подошла к ручью и умылась. Если надеялась, что после этого простого действия видение исчезнет, то зря. Птички так же пели, мошки настойчиво кружили рядом, видимо, рассчитывая на завтрак. Кружили, но близко подлететь не могли. Спутник установил индивидуальный магический кокон? Скорее всего. Затратная штука. Сама пока так не умеет.

Эмералд вернулась к месту ночёвки. Что ж, если галлюцинация до сих пор не рассеялась, стоит принять, что это всё же явь.

– Вы кто? – начинать разговор таким образом не очень вежливо, но ничего другого в голову не пришло. Банальное «Доброе утро» как-то не совсем подходило к обстановке.

– Радир. После того, как узнаю ваше имя, моя царица, смогу сказать точнее, – излишне почтительно ответил дроу. А красивый молодчик. Хищной мужской красотой. Тёмная кожа, крепкое тело. Ещё смотрит своими лиловыми глазами так, что в них запросто можно утонуть.

Пришлось даже головой потрясти, чтобы скинуть наваждение. Нашла, о чём думать! Может, это на голодный желудок соображается туго? Эмералд полезла в свою сумку и достала оттуда приготовленные нянюшкой припасы. Тогда ещё подумала, зачем они нужны, однако пригодились же. Пусть Радир и отвёл глаза, но, похоже, есть он хотел не меньше, а, учитываю его предысторию, может, и больше, чем она сама.

– Моё имя Эмералд. Эмералд Мелегрин, – пояснила она, раскладывая снедь на ближайшем камне и опять ныряя в свою безразмерную суму. – Ножа нет, придётся кинжалом.

– Значит, отныне я Эрадир. Эрадир Мелегро.

Мелегро, значит, младший род Мелегринов? Хватит Эмералд и одного Мелегро!

– Только не Мелегро! – Эмералд, в этот момент нарезавшая окорок, едва не отхватила себе палец.

– Как будет угодно моей царице, – покорно согласился найдёныш и протянул руку. – Вы позволите?

Это он что же, просит у неё кинжал? Дать оружие почти незнакомому индивидууму вряд ли разумно. Но из того, что Эмералд слышала о дроу, они сами по себе оружие, и расправиться с ней этот образчик мужественности мог без проблем, без оглядки на все её кинжалы и умения. Этот точно сможет. Пусть мышцы не бугрятся, а на спине, которую он старательно прятал, едва затянулись раны от кнута или чем там его били, но опасностью от него веяло на бессознательном уровне. Такой и одним пальцем убьёт. Собственно, если хотел бы убить, сделал бы это ещё ночью.

Интересно, ведь и не скажешь, что совсем недавно умирал на дороге духов. Наверное, совет лорда Тэйсина напоить умирающего водой был не просто жестом сострадания, а чем-то большим. Что ж, должно же быть и у дроу чувство благодарности за спасённую жизнь, а потому кинжал всё же отдала, и Эрадир, который вроде бы был Радиром, но почему-то переименовал себя, узнав имя собеседницы, аккуратно порезал окорок.

– Так, сначала завтрак, а потом остальное, – Эмералд благовоспитанно взяла кривой кусок, который успела откромсать сама.

– Да, моя царица, – согласился Эрадир и отошёл в сторону.

– Кхе! Кхе-кхе-кхе, – даже подавилась. Видно же, что мужчина донельзя голоден. – Вы куда?

– Я подожду вас неподалёку, моя царица, а потом, если позволите, провожу.

– А ну садись рядом и ешь! – как ещё с таким разговаривать. – Ешь, а потом расскажешь мне всё, что я не понимаю. А не понимаю я, честно сказать, всё.

– Как прикажете, моя царица.

Заладил, царица, да царица. Но об этом тоже после завтрака.

– Именно так. Сначала поедим, а потом со всем разберёмся.

Ел дроу быстро, но аккуратно. Причём стоило только Эмералд остановиться, как он тоже замирал. Нет, ну это невозможно! Пришлось надолго растягивать яблоко, пока мужчина под суровым взглядом «царицы» почти прикончил окорок.

– Обещаешь мне не лгать?

– Я не могу вам солгать, госпожа.

– Это хорошо. Тогда первый вопрос. Ты насытился?

Оказывается, и лица дроу высечены не из камня, ибо по лицу найдёныша пробежала тень изумления. Пробежала и тут же исчезла. Явно удивился, что поинтересовалась его проблемами.

– Да, моя царица. Если позволите, я уберу со стола, простите, с камня и по возможности приведу себя в порядок, – спокойно ответил Эрадир.

Спорить с этим бесчувственным механизмом – только понапрасну изводить свои нервы, а потому Эмералд лишь махнула рукой. Остатки трапезы были быстро убраны в сумку, после чего Эрадир отошёл к ручью, сбросил набедренную повязку, быстро прополоскал её, помылся сам и опять замотался в прежние лохмотья. И всё это, ничуть не стесняясь девушки. Можно было не сомневаться, что в королевскую мантию облачался бы с таким же видом. На мгновение пожалела, что не захватила с собой мужскую одежду размеров этак на несколько больше собственных. Пригодилась бы сейчас.

– Я готов отвечать, моя царица, – дроу встал перед девушкой навытяжку, как примерный ученик.

Эмералд потёрла лицо руками и старательно вдохнула и выдохнула. Она росла, конечно, не в деревенской избе и к почтительности слуг привыкла, но не до такой же степени!

– Даже не знаю, с чего начать спрашивать. Сядь для начала, что ли.

– Да, моя царица, – Эрадир послушно сел.

– О, вот с этого и начнём! Что ты заладил: царица да царица. Я, конечно слышала, что у вас матриархат, но я, смею заверить, вовсе не дроу. Я человек.

Про то, как дроу относятся к людям, она тоже слышала. Очень высокомерная раса. Может, это неправильный дроу?

– Вы царица моего клана, госпожа.

Это Эмералд уже слышала. Но и правда, она-то здесь при чём? Пусть там в своих кланах и преклоняются перед своими царицами.

– А вот с этого места давай поподробнее. Когда я успела ею стать, что за клан? И, главный вопрос, зачем это мне? Ах, да, зови меня всё же просто Эмералд и обращайся на ты. По возрасту ты явно старше меня.

– Вы от меня отказываетесь?

Эмералд опешила. Как можно отказаться от того, чем не владеешь и чем владеть в дальнейшем не планируешь? Уж не очередной ли это претендент на руку и сердце?

– Постой, ты что, тоже жениться на мне собрался? Или, – мысль обожгла хуже того паука, что бросила в неё полоумная дроу, – может, ты считаешь, что нас каким-то образом поженили?! По вашим законам, – добавила слабеющим голосом и поднесла руку к месту укуса на голове, до сих пор саднящему.

– Царица Ильгалия передала меня вам… тебе, – поспешно исправился он после хмурого взгляда девушки. – Теперь я член твоего клана, моё место в котором определять только тебе.

Вон оно что! Оказывается, у Эмералд теперь есть клан. Хоть что-то начало проясняться. Клан, в который входит она сама и Эрадир.

– Это когда я заимела собственный клан и стала в нём царицей? Когда Ильгалия в меня того паука бросила?

– Да, только не паука, а паучиху, – и с мельком проскочившей долей злорадства добавил. – Надеялась, что у вас не хватит сил принять её и основать клан. А вы… ты оказалась сильная.

– Ага, не паука, а паучиху. Это же всё меняет, – больше самой себе, чем собеседнику пробормотала Эмералд. – И паучиха меня укусила. И после того укуса я стала царицей. Что здесь не понять. То-то я подозревала вашу царицу в неискренности. Это ж надо додуматься – кинуть в случайную прохожую ядовитую паучиху! Не зря говорят, «Коварен, как дроу». И что было бы, если моих сил не хватило?

– И ты, и я умерли бы.

Так Эмералд и правда чуть не умерла. Ну да ладно, «чуть» можно не считать.

– Но мы выжили. И теперь ты можешь быть свободен. Я не держу тебя.

Эрадир послушно поднялся и пошёл прочь. Всего на миг плечи опустились, но Эмералд успела заметить. Не рад? Но она же его освободила!

– Эрадир! – дроу послушно замер. – Тебе есть куда идти? У тебя нет денег? – могла бы и сама догадаться, откуда у него деньги, не в драной же набедренной повязке припрятаны. – Так я тебе дам на первое время. Не думаю, что у тебя возникнут проблемы с заработком. Как я слышала, дроу – одни из лучших телохранителей. За их, то есть за ваши услуги платят огромные деньги.

– Я Радир.

– Радир? Но ещё недавно был Эрадир?

– Эрадиром я был, когда считал себя членом вашего клана. Сейчас я никому не нужное ничто.

– Ты нужен себе!

И когда успели выцвести невероятные лиловые глаза? Сейчас на Эмералд смотрели не просто серые, а как будто посыпанные пеплом. Пожалуй, лучше всего подошло бы слово потухшие. Как же с ними тяжело, этими дроу.

– Эрадир, у меня нет никакого клана! У нас, людей, всё по-другому.

– Вы, ваша магия приняли меня, – как-то даже безразлично сообщил дроу.

Ничего непонятно, вроде бы Эмералд не проводила никаких манипуляций, чтобы принять его в род или в клан, как говорят сами дроу. Или клан – это совсем другое? И зачем Эмералд ещё и клан? Ей не нужен, а вот Эрадиру, похоже, без него никак.

– То есть, мужчины дроу должны обязательно входить в какой-нибудь клан? Иначе будут отщепенцами?

– Да. Все дроу, не только мужчины.

– Я оставляю тебя в своём клане! – торжественно объявила Эмералд. А что ещё оставалось.

– Я не подведу, моя царица! – сияющие неподдельным счастьем глаза стремительно меняли цвет на лиловый.

– Но при условии, что называть ты меня будешь по имени, – Эмералд погрозила пальчиком.

– Да, Эмералд Мелегрин!

– Просто Эмералд, без имени рода. У нас принято так. Ну что ж, начало знакомству положено, пора бы отправляться дальше. Остальное выясним позже. И где там наши сопровождающие? – Эмералд огляделась.

– Как хорошо, что я не дроу, – раздался рядом знакомый голос.

– Всё слышали?

– Всё! – честно признался безголовый призрак.

– А, лорд Маркес. И где вы были?

– Ты находишься в надёжных руках, и мы решили наведаться в Мелегрин.

Надо же, а Эрадир не удивился, что Эмералд обращается не к нему. Хвалёная выучка дроу, или он тоже видит духов?

– Эрадир, ты их видишь? Это мои предки. Лорд Тэйсин, лорд Маркес. Есть ещё много, я потом тебя с ними познакомлю.

– Да, Эмералд, я их вижу. Хороший у нас клан. Крепкий.

– Кого бы спрашивали, – не смог промолчать лорд Маркес. – Ладно, приобретение, давай руку, и так из-за тебя много времени потеряли. А на леди, между прочим, началась охота!

– Я уничтожу всех охотников, – как что-то само собой разумеющееся заявил Эрадир.

– Экий ты прыткий! Ну уничтожишь ты всех, ну казнят тебя или на каторгу отправят, а кто наследницу защищать будет, когда другие охотники появятся? Мы же тебя не ради единоразового убийства спасали, а, так сказать, с долгосрочной перспективой, – поучительно изрёк лорд Маркес.

Это что же получается? И встреча с Эрадиром, и его спасение были неслучайны? А ведь и правда, по дороге духов Эмералд вели, собственно, сами духи, и к умирающему дроу тоже они вывели. Лорд Тэйсин подсказал, что нужно сделать, чтобы Эрадир пришёл в себя и ожил. Спорить с ними – себе дороже, проще согласиться. Тем более дроу и правда неплохая защита. Как минимум физическая.

Но возвращаться в Мелегрин Эмералд пока не будет, даже с таким защитником. Ещё папа решил, что ей нужно учиться. Это нужно не для неё, это нужно для рода. И не важно, что учить собирался как бы сына, а в академию едет девушка. Документы поданы на имя Эмералд Мелегрин, и туда явится Эмералд Мелегрин, какие могут быть возражения и претензии?

Глава10

Явиться в академию с полуголым дроу было бы не самой лучшей идеей, потому решили сойти с дороги духов, чтобы приодеть новоприобретённого члена новоявленного клана.

Единственным положительным моментом полусонного городишки, возле которого они вышли, было наличие магазинчика с готовой одеждой. И вот опять. Эрадир взялся спорить с Эмералд не из-за того, что она собиралась потратить на него свои деньги, а из-за того, что хотела идти туда одна.

– Эрадир, пойми, дроу в драной набедренной повязке – это не то, что можно так запросто встретить на улицах наших городов! – пыталась убедить своего защитника она. – И потом, со мной будет лорд Маркес. Мы быстро!

Кажется, смогла убедить. Сложил руки на груди и демонстративно уселся под деревом. Вот и хорошо.

Магазин нашёлся без труда.

– Что будет угодно молодому господину? – к Эмералд тут же подскочил встрепенувшийся торговец, скорее всего, хозяин.

– Мужскую одежду.

– О, молодой господин желает приодеться? – в глазах мелкого мошенника явственно замелькали цифры, насколько он обдурит заезжего простачка.

Пусть его, Эмералд не обеднеет, а мужик, может, месяц, а то и больше семью на эти деньги кормить будет.

– Одежда нужна не мне. Мужчина выше меня на голову и покрупнее. Примерно, как вы, только в плечах, – немного неуклюже намекнула она на то, что торговец и дроу широки в разных местах торса.

– Всё найдём! Как раз на таких мужчин и рассчитан наш ассортимент!

Ассортимент лавочки был рассчитан на пузатых непритязательных обывателей, но лучше уж такое, нежели драная набедренная повязка.

При виде брошенного на прилавок золотого у лавочника всё же проснулись зачатки порядочности, и к уже предложенным брюкам, рубахе и сапогам были добавлены кожаный ремень, видавшая лучшие времена замшевая куртка, нелепый шёлковый котелок, неизвестно каким образом попавший в этот городишко, и поржавевший меч. Как бы Эрадир не обиделся, увидев такое богатство. Меч и котелок Эмералд точно брать не будет. Забрав упакованный узел с одеждой и поблагодарив торговца, вышла на улицу.

– Господин! Вы забыли меч! – выбежал следом мужик.

Что б его! Радовался бы, что оставили ему, так нет же. Пока раздумывала, как бы повежливее отказаться, из-за ближайшего угла послышался голос Эрадира:

– Бери!

Всё-таки не послушал и пошёл следом. Оставалось надеяться, что не видела дроу не только она, но и обитатели городка.

Вернувшись в лесок, где они расстались часом ранее, Эмералд протянула вынырнувшему словно ниоткуда Эрадиру одежду и нахмурилась, собираясь отчитать его за непослушание.

– Твоя безопасность превыше всего! – прервал дроу не начавшийся спор.

И кто в этом клане царица, вашу так? Вопрос, похоже, риторический. Лучше уж отвернуться и переждать, пока Эрадир оденется. Дроу своей наготы абсолютно не стеснялся. Стеснялась сама Эмералд, пусть и считалась почти всю жизнь мужчиной. Однако же, считаться мужчиной и быть им – совсем разные вещи.

Одевшись, Эрадир осмотрел меч и, ничего не сказав по поводу его прикладных качеств, пристроил на поясе.

Эмералд осмотрела спутника. М-да, пожалуй, в набедренной повязке он смотрелся лучше. И не потому, что он красавец, которым можно любоваться, как скульптурой. Просто одежда ему не подходила. Судя по виду Эрадира, его самого собственный внешний вид нисколько не смущал. Что ж, не будет смущаться и Эмералд. В конце концов, это только до того момента, пока не доберутся до приличного ателье или магазина, там уже выберет сам.

– Ну что, теперь в академию? – спросила Эмералд у ближайшего дерева, будучи уверенной, что духи её слышат.

– В Кверник, – педантично поправил лорд Тэйсин. – В академию дорогой духов живым так просто не попасть. А то бы шастали туда, кто ни попадя.

– В Кверник, значит, в Кверник, – не стала спорить Эмералд.

***

Остаток пути до столицы преодолели без приключений.

– Теперь до академии своим ходом, – заявил лорд Тэйсин, – как я уже говорил, дорогой духов туда могут попасть только духи.

– Доберусь, – машинально кивнула Эмералд. Сейчас её волновало совсем другое. Куда девать Эрадира? Вряд ли в академию принимают с членами клана или слугами.

– Доберёмся, – словно не услышав её, заявил Эрадир.

Вот же… член клана! Иногда такой услужливо-послушный, а иногда чётко давал понять, что спорить бесполезно.

– Хорошо, – бесполезно спорить, значит, и время на спор тратить бесполезно, – доведёшь меня до академии, а там уж мне ничего не будет угрожать. Здесь мы снимем тебе домик, будешь рядом, – эта мысль пришла в голову только что. А что ещё делать, если отделаться от него в ближайшее время, похоже, не получится.

– Я пойду с тобой!

Вот же упрямый дроу!

– В качестве кого ты пойдёшь со мной? В качестве слуги? Мамки? Няньки? Или так и сказать, что со мной тут член клана будет проживать?

И призраки, как назло, молчат. Хотя Эмералд точно знает, что они находятся рядом.

– Как прикажете.

– Р–ррррр!

А что ещё оставалось. Рычи, не рычи, этот твердолобый будет гнуть свою линию.

И тут Эмералд осенило. В академию же не пускают посторонних! Ни родственников, ни слуг с мамками-няньками. Вряд ли сделают исключение для члена клана. Вот и прекрасненько! Она пройдёт, а Эрадир останется за воротами. Не будет же он брать их штурмом. Надо полагать, такое тоже в академии предусмотрено. Нужно только приодеть своё приобретение, снять ему жильё, как и планировала, а позже, когда решится вопрос с поступлением, позволить устроиться куда-нибудь в охрану или наёмником, у дроу подобное практикуется. Да, пожалуй, это будет лучший вариант. Будет считать, что приносит доход, делом займётся, а то что-то его опека утомляет.

– Хорошо, пойдёшь со мной. Только для начала мы всё же оденем тебя поприличнее. Снимем жильё, вдруг позволят нам жить не на территории академии, а в городе, – со всем убеждением начала Эмералд, хоть и прекрасно знала, что живут студенты только в академии. Так, пообщавшись с настоящим дроу, и обманывать научится скоро и станет такой же изворотливой, как они.

На это предложение возражать не стал, с готовностью отправился с Эмералд на поиски жилья и магазинов готовой одежды.

Домик арендовали в одной из контор по продаже и сдаче жилья. Находился он почти рядом со студенческим кварталом. Две спальни, гостиная, небольшая кухня. Дом как дом. Раньше Эмералд в таких жить не приходилось. Наверное, сойдёт. Если что-то не понравится, можно подыскать другой.

Теперь можно позаботиться и об одежде, а то народ как-то странно поглядывает на дроу в одёжках с чужого плеча. Или дроу в любых одеждах здесь нечастое явление?

Сам студенческий квартал занимал огромную площадь, пожалуй, правильно было бы сказать, что включал он в себя сразу несколько кварталов. К основательно огороженным строениям академии примыкали несколько улиц с различными магазинами, кафешками, ресторанчиками и прочими развлекательными заведениями на любой вкус и кошелёк.

Эмералд зашла в один из магазинов, где продавали мужскую одежду, и велела Эрадиру выбрать приличный гардероб. Хоть здесь спорить не стал, алчно уведённый вглубь заведения сразу тремя приказчиками. Эти выгодного покупателя всеми внутренними органами сразу определяют.

– Не желает ли лорд выбрать что-нибудь себе? – к Эмералд, с наслаждением пробовавшей поданный чай, подсел ещё один работник. Или не работник, а хозяин? Так ли это важно.

А ведь уже и забыла, что изображает мужчину.

– Нет, спасибо, у меня всё есть. Моего друга… ограбили, потому и нужно его приодеть.

Так себе ложь. Какой идиот поверит в то, что кому-то удалось ограбить дроу? Ну уж что ляпнула, то ляпнула.

– Учиться приехали?

– Да, – коротко подтвердила Эмералд. Что-то этот приказчик излишне любопытен.

– Оба?

Эмералд сделала вид, что не расслышала вопрос. Это уже его не касается.

Что-то в сон потянуло. Видимо, усталость после всех приключений взяла своё.

Скрипнула входная дверь. Ну слава всем богам! Сейчас этот навязчивый человек примется за новых клиентов, а Эмералд пока немного вздремнёт. Вон как радостно сверкнули его глаза.

Что за шум в глубине магазина? Именно там, где сейчас находился Эрадир. Успел с кем-то поспорить?

Ещё успела заметить, как оттуда выскочил дроу в распахнутой настежь шёлковой рубахе и брюках, кстати, очень даже неплохих рубахе и брюках. Где-то кто-то крикнул: «Вот она, хватай!». Потом всё же уплыла в сон.

Глава 11

Что-то голова тяжёлая, как будто в неё напихали что-то лишнее. И пить очень хочется.

Эмералд приоткрыла глаза. Находилась она в небольшом помещении со стенами спокойного голубого цвета. Плотные шторы более насыщенного оттенка тщательно прикрывали окно. Сама она лежала в удобной кровати. Рядом находилось кресло. В кресле – Эрадир.

– Как ты себя чувствуешь? – тут же поинтересовался дроу.

Честно призналась:

– Выспалась. И пить хочется.

К её губам тут же поднесли стакан с чем-то приятно-кисленьким. Выпила всё и облегчённо откинулась на подушки.

– Где мы?

Как помнила Эмералд, такой комнаты в снятом ими домике не было.

– В лазарете академии.

Достаточно поднять брови, чтобы показать, насколько удивлена. Эрадир понял правильно и, удостоверившись, что отдыхать его царица клана не хочет, а узнать, как они сюда попали, да ещё вдвоём, очень даже желает, принялся рассказывать.

– Тебя хотели похитить. Лорд Маркес предупредил, что к магазину направляются подозрительные личности. Я их обезвредил. Мы с духами решили, что безопаснее всего тебе будет находиться в академии. И вот мы здесь.

Информативненько. Нет, главное понятно. Эмералд хотели выкрасть, Эрадир не дал это сделать. Можно даже с достаточной долей вероятности предположить, по чьему заказу хотели её выкрасть. Но как Эрадира пустили в академию? Ухаживать за больной царицей? Но ведь известно, что вход в академию открывался только для студентов, преподавателей и обслуги вроде поваров, уборщиков и садовников. Причём обслуга не персональная, с какой могли бы прибыть адепты, а, так сказать, цеховая, личные слуги сюда не допускались. Неужели, дроу устроился сиделкой в лазарет?

– А ты как сюда попал?

– Сказал, что тоже буду поступать, – пожал плечами Эрадир.

И как сама не догадалась! Чтобы стать абитуриентом, нужно показать минимальный уровень магии и озвучить намерения поступить. Ясно же, что у Эрадира с магией всё в порядке. Скорее всего, за плечами имеется какое-нибудь подобное заведение.

– И что, будешь учиться?

Очередное пожатие плечами должно было обозначать, что вопрос праздный. Да, будет. И именно там, где будет учиться сама Эмералд, хоть на бытовом факультете по специальности вышивка гладью, если бы таковой здесь имелся. И можно было не сомневаться, что поступит.

***

Дальнейший разговор прервало появление целителя.

– Выспалась? – деловито поинтересовался он, с опаской покосившись на дроу и взглядом прося у того разрешения подойти к пациентке.

Эмералд даже спрашивать не будет, почему её личного дроу тут все опасаются. Дроу в принципе опасны. А уж те, которые защищают своих подопечных, тем более цариц, в особенности. Кстати!

– Что стало с теми людьми? С теми, которые пытались меня украсть?

– Один остался жив, – спокойно пояснил Эрадир. – Его забрала стража, чтобы допросить. Обещал мне, что сам всё расскажет, – нехорошая улыбка на миг задержалась на губах.

Ну да, и всё расскажет, и выпрашивать будет наказание подальше от Кверника, Мелегринов и ненормального дроу. Или, для дроу как раз нормального.

– А… тот человек, что дал мне сонное зелье?

– Пока тоже жив. Он не представлял непосредственной опасности, и я оставил его на потом. Сначала нужно было доставить тебя в безопасное место.

Как и подозревала. Как бы неприятности от чрезмерной активности такого защитника потом не появились.

– Эрадир, – строго начала Эмералд, – обещай, нет, клянись мне, что не будешь убивать ни его, ни кого другого без острой необходимости! Пусть с ними разбирается стража.

Дроу тут же приложил сжатый кулак к сердцу и заговорил:

– Клянусь не убивать никого, если это не будет нести опасности царице моего клана!

Кажется, целитель, старательно пытавшийся слиться со стенами, даже не дышал, пока длился этот короткий разговор. Он правильно понял тяжёлый взгляд пронзительных лиловых глаз.

– Я ничего не слышал! А теперь позвольте осмотреть леди?

Эрадир отошёл от кровати, пропуская к ней лекаря.

Осмотр много времени не занял. Как и подозревала Эмералд, её просто опоили сонным зельем, никакого вреда причинять не собирались. И королю, и Даресу Мелегро она нужна живой. Пока не родит наследника, способного принять Знак власти Мелегринов.

Пожалуй, сам целитель испытал даже большее облегчение, когда выписывал проблемную пациентку. На прощание отдал Эрадиру бутылочку с укрепляющим зельем и посоветовал девушке денёк отдохнуть.

Эмералд, послушно вышедшая следом, лишь обречённо вздохнула. Как, оказывается, тяжело иметь собственного дроу. Можно уже не сомневаться, что проследит, чтобы и зелье выпила, и отдохнула денёк. Потому спросила больше для порядка.

– Куда мы идём?

– В общежитие.

Вздыхай-не вздыхай, на Эрадира её простенькие уловки не действуют. Только прямой приказ. Но как же не хочется. Придётся пробовать договориться по-хорошему.

– Эрадир, а давай ты мне сам всё расскажешь? Понимаю, что вытягивать из тебя информацию долго и бесполезно.

– Про что рассказать?

И ведь совершенно искренен в своём вопросе. Скажет Эмералд рассказать про его прежние подвиги на военном или любовном поприще, расскажет без утайки. Честно признаться, это интересно, и даже очень, но спрашивать о таком она не будет.

– Расскажи про похитителей, и как мы здесь оказались. Особенно, как ты здесь оказался. Начни с магазина.

– Я примерял одежду, когда почувствовал, что тебе грозит опасность, потом то же самое подтвердил лорд Маркес. Я знаю, что у людей не принято убивать просто так, потому подождал, пока они достали оружие и первые напали на меня.

– Но, насколько я помню, у тебя в тот момент при себе даже той пародии на меч не было! – прервала его Эмералд.

– Пришлось так, руками, – неохотно признался дроу.

Эмералд была, конечно, девушкой, но обучали её, как мужчину, а потому от этих слов падать в обморок не собиралась, только пожалела, что не видела бой своими глазами. Если раньше сказал, что выжил один, то, применяя простейшую арифметику, можно посчитать, что убил он троих. Троих вооружённых головорезов. Голыми руками. Четвёртый предпочёл отдаться в руки доблестной стражи. И скорее всего живым он остался не из-за упущения Эрадира, оставили его для того, чтобы рассказал о нанимателе.

– Как быстро кузен прознал, куда я направляюсь, и начал действовать, – проговорила больше себе, нежели Эрадиру. – Скорее всего даже не прознал, а высчитал.

– Да, – тут же подтвердил дроу, – пока ты отдыхала, мне стражи небольшой отчёт прислали. Нанял этих неудачников именно Дарес Мелегро. Они должны были аккуратно схватить тебя и передать в руки его людей.

И чему удивляться? Ну прислали стражи отчёт. Всё нормально. Может, местная стража всегда так делает. Основное по заказчику выяснила.

– А потом? Что было потом?

– Стражи забрали трупы и выжившего, который мне лично поклялся, что расскажет всё, что знает о заказе. После я нашёл хозяина магазина, он вывалил передо мной кучу одежды, предлагая забрать всё бесплатно, – Эрадир скривился. – Неприемлемо брать что-то у того, кто продал тебя. Продал один раз, продаст и в другой.

То-то Эмералд удивилась, вроде бы запомнила, как выбегал в обновах, а сейчас опять был в тех же нелепых одёжках, что купили ему по пути в Кверник.

– Купим в другом месте, – согласилась она и на время смолкла, так как они подошли к одному из зданий, судя по надписи, студенческому общежитию.

В холле было прохладно и относительно тихо. Если до их появления несколько групп студентов или абитуриентов, находящихся в холле, о чём-то и разговаривали, то при появлении нашей пары разговоры смолкли, лишь заинтересованные взгляды проводили их до хозяйственного крыла, где, надо полагать, находилась и комендант. Комната с по-гномьи основательной табличкой на двери «Комендант общежития Драга Кродана» нашлась там, где и положено. Обитательница, что было не менее ожидаемо, оказалась довольно-таки пожилой гномкой.

– Та-ак, новенькие, – протянула комендант с интонацией «самого крупного начальника» в этой точке пространства. – Заселяться пришли? Я – комендант этого общежития. Можете обращаться ко мне госпожа Кродана. Долго вам рассказывать о наших правилах не буду, вот тут прочитаете сами, чай, не безграмотные, – и протянула пару обтрёпанных брошюрок. – Выучите – вернёте! Та-ак, куда же вас заселить? – она проворчала что–то неразборчивое, раскрыла видавший виды засаленный журнал и принялась тщательно его изучать, как будто видела в первый раз.

Как Эмералд знала, у неё была оплачена не только учёба, но и привилегированные проживание и питание. Правда, с будущего года. Так уж получилось, что поступать в академию пришлось раньше, но, если их признали абитуриентами, значит, право на поступление подтверждено.

***

Скрипнула дверь за спиной. Ожидаемо напрягся и встал так, чтобы загородить свою ненаглядную царицу Эрадир. Ещё один желающий заселиться в общежитие? Судя по тому, как подскочила комендант, вряд ли. Но и не нападение. Очень уж почтительный вид был у гномки.

– Добрый день, ректор Гернишен! А мы тут с абитуриентами. Так какие у вас будут предпочтения? – уже куда вежливее поинтересовалась он у тех самых абитуриентов.

– Позже заселите, – прервал её ректор. – Сейчас эти двое пройдут со мной.

– Аха, аха, – глубокомысленно согласилась комендант, хотя её мнения на этот счёт никто не спрашивал.

Эмералд и Эрадира тоже не спрашивали, ректор Гернишен просто развернулся и вышел, уже за дверью поджидая, пока к нему присоединится проблемная парочка.

До административного корпуса прошли молча, сопровождаемые заинтересованными взглядами. Заговорил ректор только в кабинете. Прошёл за стол, занял своё место и гостеприимным взмахом руки предложил посетителям устраиваться на стульях.

– Для начала я хотел бы уточнить ваши имена, – официально обратился он.

Ещё не знает или это какая-то официальная процедура? Не то, чтобы Эмералд планировала скрывать, кто она, здесь это не получится, всё же много в магии завязано на владение родовыми способностями. К тому же магия академии не пропустит самозванцев. Да и родовое кольцо, пусть и женское, ректор уже заметил.

– Эмералд Мелегрин, – ответила она. – Договор о моём обучении заключал ещё отец, – горло сжал спазм. Папа. Он делал всё, что мог. В своём понимании, конечно, но от души.

– Да-да, – ректор Гернишен открыл лежащую перед ним папку и бегло пролистал страницы. Похоже, с её содержимым уже ознакомился ранее. – «Эмералд Мелегрин, шесть тысяч сорок седьмого года рождения. Обучение оплачено с шестьдесят пятого года», – процитировал короткие выдержки он. – То есть, со следующего. И э–эээм… подразумевалось, что Эмералд Мелегрин – это мужчина, – последнее утверждение звучало больше как вопрос.

Ясно, не хочет связываться с проблемной студенткой, к которой в нагрузку ещё и более проблемный дроу идёт.

– И что? Что-то не так? На сегодня этот договор недействителен? Или где-то в нём сказано, что Эмералд Мелегрин мужчина? – приподняла брови Эмералд.

Второй экземпляр договора был у неё, и она прекрасно его помнила. Не было там ничего про пол абитуриента.

– Как бы да, и вообще, мы ждали вас в будущем году, – а ведь ректору самому не нравиться, что он сейчас говорит. А вот и подсказка. – Но опять же, если вы смогли пройти на территорию академии, значит, на данный момент уровень вашей магии достаточен для поступления, и вы имеете право поступать на общих основаниях, пройдя общие вступительные испытания. Но я этого не говорил! – тут же предупредил он.

– Да, именно так мы и сделаем, – согласилась Эмералд. – Что нам нужно? Подать новые заявления?

– Всё уже зафиксировано при пересечении вами границ академии, – проинформировал ректор и повернулся к Эрадиру. – Вы действительно собираетесь учиться?

– Да, – коротко подтвердил дроу.

– Но с вашими навыками и умениями мы могли бы предложить вам должность преподавателя! По тем же боевым дисциплинам. Как я подозреваю, это далеко не единственные ваши достоинства.

– Я должен находиться рядом с царицей моего клана!

– Даже так, – ректор, и так с весьма значительным интересом поглядывающий на своих посетителей, заинтересовался ещё больше. – Тогда многое становится понятным. Остаётся уточнить ещё один вопрос. Ваше полное имя, – он обратил взгляд на дроу.

– Эрадир, – последовал ответ.

– Эрадир и всё?

– Именно так.

Здесь уже Эмералд не смогла удержать удивлённого взгляда. Как это просто Эрадир? Даже приютским детям дают имя и фамилию. Правда, тут же вспомнилось, когда он представился ей как Эрадир Мелегро. Добавил к своему имени первую букву её имени, а фамилию взял Мелегро, указав тем самым, что принадлежит к младшей ветви рода Мелегринов. И как сама же сказала тогда: «Только не Мелегро!» И что, выходит, из-за её гонора остался вообще без имени рода? И ведь ничего не сказал.

– Мелегрин. Его полное имя – Эрадир Мелегрин, – пришлось исправлять собственную оплошность.

Это был один из тех редких моментов, когда Эрадиру не удалось сдержать удивления. Кажется, если бы не посторонний, дроу бухнулся бы перед ней на колени. Только этого ещё не хватало.

– Надеюсь, вы знаете, что делаете. Так и записываем. Эмералд Мелегрин, Эрадир Мелегрин, – лорд Гернишен провёл рукой над папкой Эмералд и ещё одной, лежавшей тут же, после чего приподнялся, давая понять, что аудиенция окончена. Уже когда Эмералд и Эрадир были у дверей, словно что-то решив для себя, добавил на прощание: – Вами, леди Мелегрин, интересовался сам король.

Хорошо, что Эрадир вовремя поддержал, а то упала бы на ровном месте.

– И что?

– Согласно договору между властями и магическим ковеном, во время учёбы студенты неприкосновенны и неподвластны даже приказам его величества. Правда, только на территории академии. Ну и, конечно же, если не замешаны в противоправных действиях, – здесь уже особого взгляда удосужился Эрадир, ведь именно он не далее как вчера собственноручно убил троих. Правда, сумел убедить, что это была самооборона. И да, у нас не принято ходить с оружием, – хозяин кабинета кивнул на меч, прикреплённый к поясу дроу. Тот молча кивнул, давая понять, что принял к сведению.

– Мы всё поняли. И… спасибо, ректор Гернишен! – поблагодарила Эмералд.

– Поняли они. А родовым кольцом чего тогда светишь? Иллюзию сложно накинуть? Идите, идите уже! – после того, как кольцо приняло облик вполне себе безобидного обычного колечка, хозяин кабинета замахал руками, выпроваживая гостей.

Глава 12

Во второй раз комендант встретила куда приветливее. Похоже, пришли указания от ректора. Стоило признать, что любопытного блеска в её глазах заметно прибавилось. При появлении Эмералд и Эрадира она суетливо выбежала из-за стола и выразила готовность лично проводить до, как высокопарно выразилась, «апартаментов».

– Что ж вы сразу не сказали, что вы из рода Ожерелья? Для таких у нас особый этаж. Но там все покои заняты, только к будущему году свободные будут. А так уж не обессудьте, леди, только на третьем этаже свободные есть, – на слове «леди» гномка чуть споткнулась, так как Эмералд по-прежнему была в мужской одежде. – Сейчас отведу. И вам, лорд, комнату вашу покажу. Только уж не обессудьте, – повторилась она, – этажи будут разные, платные у нас отдельно.

Немного удлинённое ухо дроу слегка дёрнулось, как будто отмахиваясь от такого несущественного факта.

Комендант довела их до общего холла, подошла к одним из дверей и приложила руку к пластине. Двери разошлись, открывая просторную кабину подъёмника.

– Мы поднимемся пешком, – заявил Эрадир так, что спорить с ним никто не решился.

– Оно и правильно, – тут же согласилась гномка и бодро засеменила к лестнице, – ходить оно куда полезнее.

Эмералд последовала за ней. Проехаться на магическом подъёмнике очень хотелось, но не спорить же с дроу. С того станется унести её на руках прямо на виду у всех. Лучше уж согласиться с провожатой, что ходить пешком полезнее, тем более это так и есть.

Добравшись до третьего этажа, прошли небольшой коридор и упёрлись ещё в одну дверь. Комендант опять приложила к пластине свою руку и предложила Эмералд сделать то же самое.

– Это как ключ, – со всем почтением пояснила она. – Система вас запомнит, и даст допуск к комнатам на время поступления.

На время поступления. Вообще-то вариант, что можно и не поступить, Эмералд даже не рассматривала. Но не беседовать же на эту тему с комендантшей, а потому послушно положила ладонь, куда показали, и шагнула в раскрывшиеся двери.

Попытка гномки закрыть эти самые двери перед носом Эрадира успехом не увенчалась, дроу просто проскользнул, пока женщина разворачивалась. И эта с ним спорить не пыталась. Тоже поняла, что бесполезно.

– Ближние покои все заняты, – суетливо заговорила она. – Так что вы уж не обессудьте, но ваши в самом конце, – не обессудьте – её любимое словечко?

Ничего так тут студенты живут. И это не члены родов Ожерелья. Или те из них, кто явился без предупреждения, но способен заплатить. При входе – холл с уютными диванчиками и креслами. Шкаф с книгами. Небольшая обеденная зона, даже два камина имелись, по случаю тёплого времени года не горевших. В больших вазонах росли диковинные цветы. На полу яркими пятнами лежали несколько ковров с этническими гномьими мотивами. Уж не родня ли комендантши поставками занималась? Роскошная дорожка в тон коврам холла бежала и по коридору, упиравшемуся в панорамное окно, возле которого имелась ещё пара кресел с журнальным столиком между ними.

Эмералд насчитала четырнадцать дверей – семь с одной стороны коридора, и семь с другой. Комендант подошла к последней левой и жестом предложила Эмералд приложить руку к пластине. Дверь послушно открылась. Зашли втроём. Из просторной гостиной-кабинета вели две двери. В спальню и ванную комнату, с готовностью пояснила комендант. Что ж, привередничать не стоит.

– Вот, собственно, ваши покои, леди. А это – ключ от ваших. Пятьсот двадцать пятая комната, – она протянула Эрадиру самый обычный ключ. Тот молча его принял и положил в карман куртки. – Прачки забирают бельё каждый день, уборка – по заявке. Как изволите питаться? – поинтересовалась перед уходом она.

– А какие есть варианты? – решила уточнить Эмералд. Как помнила из договора, она имела право на «привилегированное питание».

– Можно заказывать еду в городе, у нас есть список неплохих ресторанов, – понятно, имеет с тех самых ресторанов мзду. – Можно опять же заказать в нашей столовой, вам принесут прямо сюда. Это для обитателей этого этажа, – она решилась бросить предупреждающий взгляд на «необитателя» этажа. Ну и, собственно, в столовой. Вот вам личные карточки, по ним и питание получать, и книги, если понадобятся. Потом, если поступите, вам выдадут факультетские жетоны, – весомо закончила она, как будто те жетоны – её личная заслуга.

– Спасибо за информацию, будем иметь в виду, – поблагодарила комендантшу Эмералд, давая понять, что в её услугах больше не нуждаются.

– Да-да, конечно. Что ещё понадобится, знаете, где меня найти. Если вам пока ничего не нужно, я пойду? – говоря так, она смотрела почему-то на Эрадира. Он и кивнул, отпуская услужливую гномку.

– Уф-фф, – Эмералд упала в ближайшее кресло. Не то, чтобы она устала, но слишком уж хлопотными вышли последние дни. – Какие у нас планы? Заселишься, а потом пойдём искать столовую? Та-ак, что тут у нас, – она взяла со стола план-схему академии и принялась её изучать.

– Я буду жить здесь.

– Где? – Эмералд уже устала удивляться.

– В этой комнате, – и сказано это было так, что не предполагало возражений.

– И кто кому служит? – пробурчала себе под нос Эмералд.

Дроу либо не расслышал, либо посчитал вопрос риторическим.

– Столовая здесь, – он подошёл к девушке и указал на одно из зданий на плане.

– Отлично, идём есть! А то ещё немного, и я буду готова объедать листья на тех роскошных растениях. А после ты продолжишь рассказ о себе, чтобы больше не ставить меня в неловкое положение, как это вышло с именем рода.

– Да, конечно, только нужно будет ещё узнать план вступительных испытаний.

– Узнаем! А потом расскажешь о себе, – хоть иногда нужно оставлять последнее слово за собой.

***

Привилегированная столовая от обычной отличалась более изящной мебелью, столами на две и четыре персоны, вышитыми льняными скатертями на них, и, как выяснилось чуть позже, блюда в ней разносили официанты, в скромной студенческой же и скатерти были попроще, и еду нужно было брать самим с длинной стойки, у которой распоряжались две юркие гоблинши.

Едва поняли, что Эрадиру в «зал для избранных» хода нет, не сговариваясь, развернулись и пошли в тот, что для всех. На смешки, когда дроу упёрся в непроницаемую плёнку, ограждающую столовую для привилегированных персон, дружно не обратили внимание. Подумаешь, не пустили, сами весельчаки тоже шли в ту столовую, что попроще.

– Что, братан, не вышло приобщиться к сильным мира сего? – развязно обратился к Эрадиру молодой оборотень. Похоже, ответ ему и не требовался, так как он тут же продолжил: – Та кормушка не для всех. Но и эта не хуже! Мы вот здесь предпочитаем питаться. Тут, знаете ли, дух более непосредственный. Абитура? – перескочил он на другую тему.

– Да, собираемся поступать, – ответила Эмералд и предупреждающе взяла Эрадира за руку. Очень уж напряжённое было у него лицо, как бы в драку не ввязался.

Жест не остался незамеченным, оборотень внимательно посмотрел на руку, на лицо Эмералд, особо тщательного осмотра удостоилась её грудь. Затем кинул хитрый взгляд на приятеля, молча шедшего рядом.

– Девушка? – и он фамильярно ткнул пальцем, едва ту самую грудь не задев.

В груди Эрадира зародился едва слышный рык.

– Понятно. Девушка твоя. Так бы сразу и сказал. Кто ж с дроу спорить будет, – ладони болтуна поднялись в примиряющем жесте. – Мы вообще подумали, что ты из новых преподов, но если тебя не пропустили в вип-столовку, значит, не препод, а так как видим вас впервые, значит, поступаешь. А я Конрад, второй курс боевого. А вообще жаль, что ты не препод. Наш по боёвке тоже хорош, но кто же откажется поучиться у самого настоящего дроу. Ты как, не против дать несколько спаррингов?

Пока Конрад болтал, успели дойти до раздаточной стойки. Эмералд смотрела во все глаза. В подобном месте она была впервые. Судя по растерянности в глазах Эрадира, он тоже.

– Что, первый раз в таком месте? Из совсем дремучих мест прибыли?

– Можно сказать и так, – не стала спорить Эмералд. О чём тут спорить? Ведь и правда мало что видела в жизни.

– Советую взять это, – молчавший до этого спутник Конрада показал на пару блюд, что стояли на стойке.

Эрадир, подсмотрев, как их сопровождающие взяли по подносу из стопки, взял сразу два. Один для себя, другой для Эмералд. Особо подозрительно осмотрел те блюда, что присоветовали. И здесь ожидает подвох? Что же у него за жизнь была. Нет, нужно срочно побеседовать с ним и сразу разъяснить, что такая плотная опека Эмералд не устраивает. Да квочки над своими цыплятами меньше трясутся!

Взяла именно те блюда, на которые указал молчаливый… а кто он? Так сразу и не определить. На первый взгляд человек. Но очень уж мощная аура. И как будто приглушённая. А если снять амулет-глушитель, который, скорее всего, её закрывает, то ведь и давить ощутимо будет на тех, кто такое чувствует. Впрочем, ей-то какое дело до чужих тайн, своих хватает. Хотя смотрит на неё этот молчаливый очень уж пристально. Встречались раньше? Вряд ли, такого и сама бы запомнила.

К выбранным блюдам добавила шикарную отбивную, большой стакан компота и булочку, золотистая сметанная корочка на которой так и убеждала начать с неё первой.

Расчёт за выбранное оказался простым. Нужно было приложить выданную комендантшей карточку к пластине, расположенной в конце раздаточной стойки.

– Тира, Дира, вы как всегда на высоте, – обратился Конрад к гоблиншам на раздаче. – Вот выучусь, осную свой клан и точно украду вас обеих!

Гоблинши лишь отмахнулись. Похоже, подобные разговоры велись не единожды.

Свободных столиков было достаточно, но новые знакомцы предпочли сесть за тот, к которому подошли Эмералд и Эрадир.

– Дайрэн, – представился неразговорчивый спутник оборотня, по-прежнему глядя только на Эмералд.

Причём его взгляд помимо воли всё норовил соскользнуть на её грудь. И чего так пялится? Совсем ещё недавно Эмералд сокрушалась, что её грудь очень большая, теперь же было с чем, вернее, с кем сравнивать. Не мог же он почувствовать Знак власти Мелегринов? Нет, только не это! Чувствовать Знак власти рода дано только главам родов Ожерелья и очень сильным магам. Архимагистрам. И что бы архимагистр делал среди учеников академии? Всех глав высших родов Эмералд знала если не в лицо, то по портретам. Не тянул новый знакомец ни на одного из них. Слишком молод.

Молчание затянулось. Точно, надо бы представиться, у многих рас считается, что нельзя садиться за один стол с незнакомцами.

– Эмералд, – как хорошо, что здесь никто не называет фамилии.

– Эрадир.

– Вот и познакомились! – довольно резюмировал Конрад и галантно отодвинул девушке стул.

Хотелось бы знать, о чём подумал Дайрэн, когда кивнул собственным мыслям после того, как услышал их имена? Интересно, но спрашивать Эмералд не будет. Пообедали – и разошлись. Может, больше и не встретятся. Разные факультеты, разные курсы. И вообще, сначала нужно поступить!

– Когда у вас определение направленности дара? – заговорил оборотень после того, как с обедом было покончено. Спасибо, хоть поесть спокойно дал.

– Завтра в девять утра, – ответил Эрадир.

Завтра в девять? Эмералд как-то упустила этот вопрос. Стоило бы поинтересоваться у новых знакомцев, как это определение проходит, но тогда от Конрада точно не отвязаться, а ей ещё предстояло пытать своего дроу. Потому лишь подтверждающе кивнула и поднялась, давая понять, что закончила есть.

Конрад и Дайрэн привычно собрали со стола свои тарелки, сложили на подносы и понесли в специальное окошко. Только сейчас обратила внимание, что другие посетители столовой делали так же. Как хорошо, что не успела уйти, оставив посуду на столе, а то некрасиво получилось бы.

Если рассчитывала, что за дверьми столовой их пути разойдутся, то зря. Парни всё так же шли рядом. Причём Конрад попытался занять место по другую сторону от Эмералд, законно полагая, что не посмеет же дроу прогнать его. Посмел, ещё как.

– Иди здесь! – и как пацану, указал место по правую руку от себя.

– Понял, не дурак, – не стал спорить оборотень и перешёл туда, куда указали.

Нет, с Эрадиром нужно срочно поговорить!

Эмералд ускорила шаг. Кто бы сомневался, спутники сделали то же самое. Так и дошли до общежития. Мало того, поднялись по лестнице и остановились перед дверьми блока Эмералд. Здесь принято провожать новичков до комнат? Сколько можно смотреть друг на друга. Эмералд приложила руку к пластине и прошла в холл. Эрадир ожидаемо пошёл за ней. Конрад и Дайрэн – тоже. Пожалуй, если они и в комнату решат ввалиться, стоит позволить дроу немного вразумить их. Такая назойливость неприемлема.

Не оглядываясь, прошла до двери своих покоев и приложила ладонь к замку. Только тогда позволила себе обернуться и бросить взгляд назад. Каждый из парочки стоял возле одной из раскрытых дверей. Непростые парни подсели к ним в простой студенческой столовой! Сынки богатых родителей? Может быть. А может и не быть…