Kitobni o'qish: «Дневник, который не просили вести»

Глава

ОБ АВТОРЕ

Привет! Я автор этой книги, которую ты читаешь Я обычная девушка из небольшого городка, где каждый обо всех все знает лучше, чем ты сам. Моя жизнь с самого детства была запутанной; иногда у меня было ощущение, что я будто с другой планеты. Первая любовь, разбитые сердца… Ведь только на первый взгляд многим может казаться, что, если тебе разбили сердце, то новый человек обязательно его соберет. Я почему-то всегда думала, что вокруг полно предателей, что нет никого, кто может собрать твое сердце по кусочкам. Я очень добрый человек и иногда от своей доброты страдаю.

В 2025 году я написала свою первую книгу «Забери меня домой». Эта книга посвящена животным Мегионского приюта, у которых печальная судьба. Когда я писала эту книгу, то думала, что ее никто не будет читать, но я ошиблась и была этому очень рада. Книга помогла мне раскрыть все тайны животных приюта, помогла обрести животным новых хозяев.

Хочу закончить 2026 год новой выпущенной книгой о себе, которая раскроет все карты и, может, даже кому-то будет полезной. Данная книга раскрывает все слабые места человека, о которых он сам даже не подозревает. Моя история реальная, тут нет ни вымышленных персонажей, ни о скрытых ситуациях, а только правда.

Моя главная цель - это создать те книги, которые будут чему-то учить человека либо с которыми будет приятно провести холодный вечер под одеялом и за чашечкой горячего шоколада.

Я буду каждому из вас благодарна за прочтение моей книги и оставленную обратную связь.

Желаю каждому счастье, любви и взаимопонимания со своей второй половинкой. Пускай всех вас, мои любимые, окружает только самое лучшее, что может быть. Любите, будьте любимыми!

АННОТАЦИЯ

Знаешь ли ты, чем человек отличается от животного? Полагаю, ты уже догадал(а)ся. Именно, все верно. Способность делать выбор. А это порой очень нелегко!

Что будет после того, как человек останется совсем один? Сможет ли он обрести нового себя и начать все с чистого листа? Эта книга рассказывает историю любви и переживаний главной героини Софи, которая тринадцать лет жила в ожидании чуда. Путь героини через одиночество и отчаяние приводит ее в психоневрологическую больницу, но даже в темные времена в ней живет стремление вернуть утраченное чувство любви, принадлежности и веры в будущее.

История проникнута искренними чувствами, трагизмом ситуации и размышлениями о настоящей любви, боли потерь и попытках обрести счастье вопреки всем обстоятельствам. Книга ярко иллюстрирует переживания Софи, стремящейся преодолеть разрыв и вернуть утраченное чувство любви к самой себе.

ГЛАВА 1. ДЕВЯТЫЙ КЛАСС.

Момент №1.

BAGRYLIA

Момент №2.

BAGRYLIA

Момент №3.

BAGRYLIA

Момент №4.

BAGRYLIA

Момент №5.

BAGRYLIA

Момент №6.

BAGRYLIA

Момент №7.

BAGRYLIA

Момент №8.

BAGRYLIA

Момент №9.

BAGRYLIA

Момент №10.

BAGRYLIA

Момент №11.

BAGRYLIA

Момент №12.

BAGRYLIA

Момент №13.

BAGRYLIA

Момент №14.

BAGRYLIA

Момент №15.

BAGRYLIA

ЗАПИСКА 1 ИЗ МОЕГО ЛИЧНОГО ДНЕВНИКА.

BAGRYLIA

ЗАПИСКА 2 ИЗ МОЕГО ЛИЧНОГО ДНЕВНИКА

BAGRYLIA

ЗАПИСКА 3 ИЗ МОЕГО ЛИЧНОГО ДНЕВНИКА.

BAGRYLIA

ЗАПИСКА 4 ИЗ МОЕГО ЛИЧНОГО ДНЕВНИКА.

BAGRYLIA

1. Школьный буллинг.

Моя жизнь была полна одиночества и загадок. Я не любила много общаться, поэтому проводила все свое свободное время в интернете, надеясь там найти хоть какое-то понимание. Игры, общение с виртуальными друзьями - это все, ради чего я бежала из школы домой. Друзей в реальном мире у меня было очень мало, но зато в социальных сетях я имела статус очень интересного собеседника, с которым не хотелось прекращать общение ни на минуту. Интернет для меня был воплощением какого-то иного мира, где я не боялась быть открытой хохотушкой и делиться своими секретами с виртуальными друзьями, ведь там не было осуждения, насмешек, разочарования, там была для меня жизнь. Жизнь, где все было иначе… Жизнь, где была жизнь…

Вот и наступил девятый класс. Грустно становится от того, что ты не знаешь, как дальше сложится твоя жизнь, что тебя ждет впереди. Меня не пугали экзамены, выпускной, внеклассные работы, как снова видеть лица своих «горячо любимых» одноклассников. Я была очень замкнутой, боялась даже что-то лишнее на уроках сказать или выполнить работу лучше, чем кто-либо другой, поэтому со мной почти никто не дружил: считали меня ненормальной, потому что я в свои пятнадцать лет не вступала ни разу не вступала в отношения с противоположным полом, меня ни разу никто не видел с сигаретой или с бутылкой алкоголя, потому что после школы я сразу шла домой, когда другие шли гулять; я не красилась совсем, но от всех переживаний только грызла ногти. В моем кругу общения была только одна подруга Тальмира, которая была такая же скромная и тихая, как я. Мы любили ходить друг к другу в гости, часами болтать по телефону. Тальмира перешла к нам, так как ее оставили на второй год, поэтому ее мама решила перевести ее в наш класс.

Весь класс сразу принял ее в штыки, и никто с ней не общался, кроме меня. Тальмира для меня была очень интересным собеседником, с ней можно было разговаривать на любые темы, она всегда могла поддержать или дать совет. Когда я с ней начала общаться, то сразу спросила, почему ее оставили на второй год, но она, не дослушав мой вопрос до конца, сразу же ответила, что не подошла по росту, и я сделала вид, что поверила ей, хотя понимала, что из-за этого не оставляют на второй год. Я всегда задавалась одним и тем же вопросом: почему в интернете все было просто - не понравилось что-то, нажал кнопку и удалил, почему в реальной жизни не было такой кнопки? Тогда бы и легче жилось. От всего у меня голова просто шла кругом, я так устала; я мечтала поскорее закончить школу и уйти в колледж, чтобы не видеть лиц своих одноклассников.

Вот, к примеру, когда учительница выходила из класса, то одноклассники начинали как-то подшучивать надо мной из-за того, что у меня большой нос: смеяться, тыкать в меня своей канцелярией, шушукаться за моей спиной, и все это я терпела, потому что боялась ответить. Моя учительница либо делала вид, что не замечает всего этого, либо просто не хотела связываться, думая о том, что это дети, потом еще померяться. Из года в год я терпела такое отношение к себе.

Я понимала, что травля в мире людей – это боль, ужас, безысходность. Это уже не про животных, загнанных на охоте псами или испытывающих адские муки на притравочных станциях. Похожие чувства испытывают и люди: те, которых травят такие же, как они сами, живые существа – в том числе из своей же школы. Такое бывает не только в школах, но и в детских садах, домах престарелых, не говоря уже о закрытых сообществах таких, как интернаты и тюрьмы. Вот несколько из моментов, которые были со мной:

Когда я сидела в коридоре, ждала звонка на урок, и ко мне подсели два моих одноклассника, Дима и Денис, и начали тыкать в меня канцелярской линейкой. Я не обратила на это внимания, но потом случилось то, чего я даже не ожидала: Денис со всей силы ударил меня рюкзаком по голове. Я в свою очередь, ударила его со всей силы рукой между ног, и Денис сразу же побежал жаловаться своему классному руководителю Евгении Леонидовне о том, что я его ударила, а то, что он первый меня ударил, ничего. Учительница сразу же сделала мне замечание и сказала, чтобы я извинилась перед ним, но этого не произошло, и тогда она вызвала наших родителей, только я не понимаю, чего она хотела этим добиться. Евгения Леонидовна сразу же позвала всех нас к социальному педагогу вместе с родителями; по итогу заставила и меня, и их извиниться друг перед другом. Я так сильно всех их ненавидела за это, кто бы знал. У меня было много таких моментов, о которых я в этой книге буду рассказывать.

У меня плохое зрение, учительница знала об этом, но я не носила очки, так как стеснялась: одноклассники над Олегом, моим одноклассником, подшучивали и издевались только из-за того, что он носил очки. Так вот, учительница всегда сажала меня за последнюю парту; я уже не говорю про первую, но хотя бы за третью. Учительница даже просила меня что-то читать с доски, когда я сидела за последней партой, а когда на других уроках я садилась за вторую, третью или даже первую парту, то, если она заходила к нам в кабинет, то сразу же просила меня вернуться за последнюю парту. Она замечала только меня, в то время как другие сидели, как угодно. От этого я злилась внутри себя все сильнее и сильнее.

Когда я приходила утром в школу, то боялась даже сесть на диванчики, которые стояли в коридоре в ожидании звонка, так как знала: если я так сделаю, то меня просто вытолкнут с этих диванов в прямом смысле, либо попросят уйти или просто могли сесть на меня сверху, будто я никто. Учителя это видели, но просто проходили мимо и ничего им не говорили.

Я как-то своей однокласснице Даше дала списать домашнюю работу по литературе. Когда она открыла тетрадь, то была просто в шоке от того, сколько бы ей пришлось переписывать, поэтому она закрыла мою тетрадь, взяла в руки карандаш, перечеркнула мою тетрадь крест-накрест и кинула мне ее обратно.

Даже не знаю, как его начать. В моем классе мне нравится один мальчик по имени Дима; я всегда думала, что я ему тоже нравилась. Как-то раз, когда закончился урок, я осталась дописывать классную работу, и со мной в кабинете остался одноклассник Дима. Дима начал со мной разговаривать, постепенно приближаясь ко мне; я не понимала, чего он хочет. Он подходил ко мне все ближе и ближе, и быстро сел на мой же стул сзади меня и начал делать непристойные движения. Я была в шоке, быстро встала, сдала работу и вышла из класса, никому ничего не рассказав, потому что знала, что мне никто не поверит и ему ничего не будет. Так продолжалось несколько раз, пока я не начала выходить из класса раньше. Это было мерзко и одновременно противно.

Мои школьные вещи время от времени прятали одноклассники, чтобы я не могла их найти. Они могли даже тихо открыть мой рюкзак во время урока и вытащить телефон; или, когда мой телефон лежал на столе, одноклассники могли спокойно взять его и лазить в нем.

Когда учительница выходила из класса, одноклассники сразу же переключались на меня. Начинали подшучивать, обсуждать меня, смеяться, пытались всячески задеть меня. Я сразу же начинала делать вид, будто занята, чтобы ко мне никто не лез.

Мои одноклассницы меня так не любили, что на переменах постоянно толкали или задавали очень странные вопросы: почему я не встречаюсь с кем-то, может, я больна, поэтому на меня из парней никто не обращает внимания, а ведь уже пора заводить отношения. Я очень сильно из-за этого расстраивалась.

Как-то раз я сидела со своим одноклассником Виталиком. Спокойно, никого не трогала, как вдруг он взял мой дневник и начал бить меня по голове. Я тогда вообще не понимала, что происходит. Учительница также промолчала и не сделала ему замечания, а сделала его только мне, когда я дала ему сдачи.

На уроке физкультуры мальчики выключали свет в женской раздевалке, забегали туда и начинали всех трогать за интимные места. Девочкам это нравилось, а я боялась и начинала плакать.

После урока физкультуры я зашла в туалет, и кто-то меня там закрыл, выключив свет, поэтому я просидела там весь урок. Учительница, как обычно, поругала меня, но никого не стала спрашивать, кто это сделал.

Девчонки из класса решили пошутить и на четвертом этаже изрисовывали дверцу туалета маркером, а я просто стояла в этот момент рядом и ничего никому не говорила. Всю эту картину заметила учительница и повела всех, и меня в том числе, к директору для объяснений, хотя я ничего не сделала. Директор школы отчитывал нас и грозился позвонить родителям. Я сразу сказала, что ничего не делала, но мне не поверили, а девочки молчали.

Когда родители покупали мне новые вещи, то я боялась надевать сразу все новое в школу, потому что начиналось: «ой, посмотрите, у нее есть что-то новое!», и смеялись. Я очень сильно нервничала и переживала из-за этого.

Когда родители покупали мне что-нибудь из принадлежностей (например, канцелярию), то у меня сразу забирали и не возвращали.

Помню, когда у меня был день рождения, я позвала к себе двух подруг из класса (на тот момент я так думала). Мама накрыла стол разными вкусностями, мы все сели, девочки запечатанные конфеты не ели, я все положили по карманам, а потом посидели для вида немного и они ушли домой. Мне было очень обидно.

Таких моментов было много, и продолжались они уже целых девять лет. Каждый раз мои одноклассники всячески пытались меня как-то загнобить, унизить или оскорбить. С каждым разом я все больше уставала это терпеть, но ничего не могла с этим поделать. Я очень жалею, что когда-то не смогла сказать: «СТОП. ХВАТИТ». Может быть, ничего бы как сейчас и не было, а может быть, наоборот - тогда я не смогла бы донести до людей то, что происходило с детьми моего возраста, когда учителя говорили: «они же дети, померяться еще». Я не знаю, может быть, у большинства людей учителя были более лояльные и понимающие, которые не допускали такого. Каждый год преподносил мне множество испытаний, но я не понимала, для чего и зачем они были нужны, ведь, если подумать, то ничего плохого я никому не делала и даже не думала об этом. Надеюсь, это было нужное испытание, которое в дальнейшем мне может как-то помочь, хотя я очень в этом сомневалась.