Kitobni o'qish: «Альманах «Российский колокол» №2 2024»

© Оформление. Интернациональный Союз писателей, 2024

* * *

Предисловие

Михаил Песин, редактор, поэт, лауреат Вице-гран-при Московской литературной премии-биеннале 2022–2024

Здравствуйте, уважаемые читатели!

Перед вами очередной альманах – «Российский колокол» № 2, 2024. Выбирая для прочтения книгу, сборник или журнал, мы невольно ставим перед собой определённую цель: получить знания, повысить культурный уровень, узнать что-то новое, окунуться в фантастическую реальность… Да, в конце концов, просто отдохнуть от повседневных забот либо развлечься.

На все эти запросы и намеревается ответить настоящее издание. Как обычно, структурированное рубриками: «Современная поэзия», «Современная проза» и «Детская литература», – оно предоставляет читателю широкий выбор творческих индивидуальностей, с их неповторимыми манерами письма и тематическими пристрастиями. Тут и песенные строчки нижегородского музыканта Алексея Баскакова, и изящные афористичные строфы московской поэтессы Юлии Веденовой (Максименко), и философские раздумья пенсионера, бывшего заливщика металла Ижорского завода Евгения Лозовского…

Раздел прозы открывает интереснейшая история становления отечественной атомной промышленности, рассказанная физиком-ядерщиком Александром Ведровым. А если вы, как Татьяна Генис или Владимир Жучков (Орих), любите сказочные фантазии, вас наверняка заинтересуют рассказ «Золотистые огоньки» и «выдранные места» из романа «Второе первое чудо». Безусловный читательский интерес вызовет публикуемая в альманахе глава из романа «Эксгрегум» известного фантаста Александра Лонса, в котором автор продолжает разбираться с проблемой взаимодействия живых людей и высоких технологий в мире киберпанка.

Юному поколению придутся по душе светлые, учащие размышлять рассказы в разделе «Детская литература»: «Лёгкий выбор» Татьяны Богомоловой и «Страна чудес и Я» Натальи Каратаевой.

В общем, совершенно ясно, что на страницах альманаха каждый сможет найти то, что для него важно в данный момент или пригодится в будущем.

Приятного чтения.

Современная поэзия

Алексей Баскаков

Алексей Баскаков, поэт, композитор и исполнитель, родился в Горьком в 1967 году. Окончил политехнический институт. Выпустил несколько альбомов авторских песен, а также книгу стихов под названием «Вне времени». Основное направление в творчестве – лирика. Финалист международных конкурсов эстрадной и авторской песни, дипломант международной поэтической премии «Образ».

В настоящее время профессионально занимается музыкой и поэзией. Также работает на оборонном предприятии в качестве дефектоскописта.

Вечность

 
Вечность, о которой я мечтаю, —
Это миг с тобой, всего лишь миг.
Если повезёт, дойду до края,
Сделав то, к чему я не привык.
 
 
Дай мне лечь лицом в твои ладони,
Только в них покой – лощина сна.
Покажи мне счастье без агоний,
Как флиртует в юбочке весна.
 
 
Где меня не учат и не кормят
Штампами, как мне не надо жить.
Где молчанье – золото и норма
Лишь одно уметь – уметь любить.
 
 
Нагадай мне, как цыганка, счастье,
Разложи по полочкам, как есть,
Все препоны жизни и напасти,
Что дорогой могут в душу влезть.
 
 
Защити меня своею лаской,
Мудростью укрой любви родник
И читай, как мама, на ночь сказки,
Чтобы превратилась вечность в миг.
 

Волга

 
Обнажили спины острова,
Облака плывут с тоской во взоре.
Маленький толкач пыхтит, сопя,
На речном предутреннем просторе.
 
 
Крики чаек за кормой летят,
Спорят волны с длинными гудками.
Берега молчание хранят,
Ибо вечно заняты мечтами.
 
 
Белые большие корабли
У причалов качкой усыплёны,
Медленно мотаясь, видят сны,
Что они давно морей достойны.
 
 
И сквозь вату перистых полей
Солнце в небесах, как в колыбели,
С высоты десницею своей
Трогает лысеющие мели.
 
 
Через города, селенья и посевы,
Сквозь деревни, дамбы и века
Мерной поступью, достойной королевы,
Держит путь Великая река.
 

Двое

 
Проснулся город в центре белой вьюги,
По улицам скребёт метель метлой.
Несёт портфель у радостной подруги
Влюблённый мальчуган зимой.
 
 
Им чужды и неведомы разлуки,
Не страшны репортажи в новостях.
Для них важны их чувства через руки,
Что отражаются снежинками в глазах.
 
 
Вокруг чума, разброд обычной жизни,
Нехватка пенсий, песни ни о чём.
Их не пугают трудности Отчизны,
Им очень важно просто быть вдвоём.
 
 
Он ей – герой, она ему – полмира,
И между ними чистый белый снег.
И только для неё он не задира,
А самый добрый, милый человек.
 
 
Всё мимо, всё по замкнутому кругу.
У них свои безоблачные сны.
И он несёт портфели через вьюгу,
Не останавливаясь, прямо до весны.
 

Любава + Я

 
Сентябрит, Шуфутинский в фаворе,
Бабье лето вступает в права.
И мелком написал на заборе
Мальчик Саша: «ЛЮБАВА + Я».
 
 
Чуть подёрнулись листья тревогой,
Но осенняя проседь к лицу.
Стала рифма чуть более строгой,
И поэты – поближе к Творцу.
 
 
В октябре каждый день как последний.
И художник рисует холсты,
Зная, что акварели бесцветней
Станут завтра, а там и пусты.
 
 
Но сегодня – какие этюды!
Клёны, вязы, рябина, ольха…
Красно-жёлтая свадьба повсюду
Без невесты и без жениха…
 
 
А потом постучится ноябрь
Своей мокрой костлявой рукой.
Осень спрячет в дожди канделябр,
Ровно на год уйдёт на покой.
 
 
Но когда-нибудь в ярком декоре,
В светлой лире рукой сентября
Мальчик Саша на сером заборе
Вновь напишет: «ЛЮБАВА + Я».
 

Я убил человека

 
Я недавно убил человека.
У меня оправданье одно:
Человек был плохой, и полвека
Я терпел, но был с ним заодно.
 
 
Его было понять невозможно,
Мысли, чувства, поступки, слова
Расходились. И было так сложно
Разобраться – он плёл кружева.
 
 
С рук сходили враньё, недоверье,
Все обидные мысли, дела.
Но вот стойкую веру в неверье
Я ему не прощал никогда.
 
 
Он дождался, терпенье не вечно.
Я покончил с ним летней грозой,
Когда молнии шли бесконечно.
В эту ночь его принял покой.
 
 
Я не буду жалеть о свершённом
И тем более плакать о нём.
Сам себя я прощу отрешённо
В преступлении, смытом дождём.
 
 
В новоро́жденном будущем – завтра
Уготовано мне отмолить
День вчерашний. Я сам себе автор.
Я решился себя изменить.
 

Юлия Веденова

Юлия Евгеньевна Веденова (Максименко) – член Московской областной организации Союза писателей России, правления Союза писателей Рунета (Москва).

Входит в топ-100 писателей и поэтов России по версии Русского литературного центра. За совокупность творческих заслуг в 2022 году и добросовестную работу в сфере современного искусства награждена медалью «350 лет со дня рождения Петра I», в 2023-м – медалью «За заслуги в культуре и искусстве», а также памятным знаком «Золотое перо Московии». Призёр Межнационального поэтического фестиваля Московского дома национальностей (2023). Произведения опубликованы более чем в 25 коллективных сборниках.

Автопортрет

 
Я в каждом звенящем крике
Свободных и смелых птиц,
Я в каждом церковном лике —
Пади предо мною ниц!
 
 
Сплетаются мысли с былью:
Я – алчущий денег хан
Иль дервиш, покрытый пылью.
Я – гений, я – графоман.
 
 
Пиит, наречённый гуру
Изящных, точёных фраз;
Стихи не прошли цензуру,
Талант – словно метастаз.
 
 
Как суть позабытых сказов —
Я в сердце калёный нож.
Как небо в кристальных стразах,
Мой свет обнажает ложь.
 
 
Я есть, я была, я буду
Жить в каждой своей строке.
Я помню ещё Иуду
И гвозди в живой руке.
 
 
Я – дева, и я – старуха;
Вновь с кистью у полотна…
Пожалуй, оставлю ухо,
Отрезав души сполна.
 

Альфа и Омега

 
Я ушла по росе босой
В край надежд и немого счастья,
Быстровзлётною полосой
Стали два голубых запястья.
 
 
Неумело сплетает век
Быль и небыль, добро и злобу.
Где-то ждёт меня человек
Однозвучной со мною пробы.
 
 
Он не верит в судьбу и брак,
Он летает свободной птицей,
Курит крепкие натощак,
Возвращает любовь сторицей.
 
 
Он, возможно, всего лишь часть
Грустноглазого альтер эго;
Мы по-честному делим власть:
Он есть Альфа, а я – Омега.
 

Приглашение

 
Без тебя абсолютно пусто.
Новый день не имеет смысла.
Без тебя Шекспир – не искусство,
Дни рождения – просто числа.
 
 
Без тебя колдуны да маги
Поселились в моём жилище;
Нет стихов на пустой бумаге,
Стали рифмы бледны и нищи.
 
 
Моё счастье сидит в прихожей,
Не заходит – глядит уныло;
Я тебя ощущаю кожей,
Хоть и чувства давно размыло.
 
 
Я налью себе крепкий чёрный;
Пусть скребутся за дверью черти.
Я в своих стенах – заключённый
В тишине, что страшнее смерти.
 
 
Я не верю в судьбу и руны:
Эй, гадалки, там не гундосьте!
Пусть сегодня шипят тайфуны —
Приходи ко мне завтра в гости!
 

Ты мне нужен любой

 
Ты мне нужен любой —
Злой, неверный, уставший и дикий.
Глупых чаек призывные клики
Заглушают прибой.
 
 
Ты мне дорог любой —
И в лохмотьях, и в модной машине.
С незапамятных лет и поныне
Ты дарован судьбой.
 
 
Ты мне нужен любой.
На земле и за гранями мира,
Когда к тлену придёт моя лира
И Создатель прошепчет: «Отбой».
 
 
Ты мне дорог любой —
В оболочке из шёлковой кожи,
Когда пальцы ломает от дрожи
И кончается день голубой.
 
 
Ты мне нужен любой.
Пусть не вместе с тобою отныне,
Свято верю единой доктрине:
Я когда-нибудь буду с тобой…
 

Любовь в кармашке

 
Любовь всегда в моём кармашке:
Разлукам, боли вопреки,
В своей расхристанной рубашке
Ношу от сердца угольки.
 
 
Любви молюсь, её лелею,
И под сверкающим дождём
По замерзающей аллее
Мы прогуляемся вдвоём.
 
 
Мы не друзья – я ей не пара,
Я – лишь непризнанный пиит,
Но аромат её нектара
Меня неистово манит.
 
 
Пишу стремглав, ломая перья,
Признанья ей в своей мечте,
А где-то в левом подреберье
Волнует стук: не те, не те!
 

Пилигрим

 
Не исчезай, мой грустный пилигрим,
Не оскверняй молчаньем наши чувства.
Любовь – непостижимый вид искусства,
Где авторство принадлежит двоим.
 
 
Закружит дней унылых череда,
Погибнут мысли, как в ловушках птицы.
Любовь способна разрушать границы —
Но только если делится на два.
 

Если бы я не писала стихи

 
Если бы я не писала стихи,
Как охрою осень листья,
То моей жизни бренной штрихи
Были одной кисти.
 
 
Если бы я не имела сей дар —
Лирой озвучивать мысли,
То мои будни, словно нуар,
Тоскливы были и кислы.
 
 
Если бы я не слагала сонет,
А числа и дроби сводила,
То не расцвёл бы элегий букет,
От боли не дрогнула жила.
 
 
Если бы искрой забыл наделить
Тот, кто живёт на небе,
Плоть не прошила поэзии нить,
Как зёрна прошиты в хлебе.
 
 
И по теченью, а не вопреки
Текла шаг за шагом данность.
Ах, если бы я не писала стихи,
Это была бы странность!
 

Поэт vs Прозаик

 
Я в меньшей степени прозаик,
Я в высшей степени поэт!
Копьём из рифм себя пронзая,
Пишу эпитетом портрет.
 
 
Я говорю о том, что важно,
О том, что душу бередит;
Пиита речи суть бумажны,
А для иных – почти иврит.
 
 
Глаголом бью, года тревожа,
Слезам и боли вопреки,
И поэтическая кожа
Моя разорвана в клоки.
 
 
Среди желаний дерзновенных
Меня волнует лишь одно:
В том пантеоне строф нетленных
Моим стихам быть суждено?
 

Сестра моя, Земля моя

 
Сестра моя, Земля моя —
Едины мы с тобою.
Колышет ветер тополя
Под робкою луною.
 
 
Ты так прелестна и нежна,
А в предрассветной чаще
Разговорились после сна
Щеглы. Ручей звенящий
 
 
Искрится между тёмных глыб,
Как чудное монисто.
Раскрыл свой зонтик первый гриб,
Олень поёт басисто.
 
 
К весне поспешно платье шьёшь
Из бирюзовой ткани,
И солнца золотая брошь
Пронзает твёрдый камень.
 
 
В твоём панно – свои штрихи
Из разноцветной пряжи.
Я точно так пишу стихи,
Как пишешь ты пейзажи.
 

Одинокий вулкан

 
Одиночество. Что вам известно о нём?
Я стою здесь давно, я покрылся седыми снегами.
А бывало, дышал ненасытным огнём,
И горели рассвета лучи у меня под ногами.
 
 
Я – ваш страх: в моём чреве оранжевый змей —
Тихий узник, когда-то свободно на землю сползавший.
В гневе мог осушить миллионы морей,
А теперь я старик, одинокий и очень уставший.
 
 
Было время – пылал ярче солнца и звёзд,
Слыл могучим и грозным, и мне поклонялись народы.
Я вместилище грусти, туманов погост,
Как же хочется вновь безграничной, внезапной свободы!
 
 
Одиночество – мой неизбежный удел.
Мой единственный глаз смотрит в небо печально и робко.
Бесполезный титан, словно лучник без стрел;
Я угрюмый, замёрзший вулкан, я уснувшая сопка.
 

Ночь

 
Город замер: сегодня приходит Она
Бесконечной тропой на окраину жизней и судеб.
Так бывало всегда. Так бывало, так есть и так будет.
Город замер. В глазах его еле видна
 
 
Потаённая злость: он мечтает о власти.
Ненасытный тиран, пожирающий души живущих,
Он отмерил давно себе место в краю всемогущих:
«Я хозяин огней, я наследник династий.
 
 
Подчиняйтесь же мне», – он роптал на людей,
И был крик его немощи полон и птицам лишь слышен.
Так среди аромата пьянящих алеющих вишен
Мы не чувствуем смрада живых площадей.
 
 
Он боялся Её. Страх нельзя превозмочь.
Под корёжащий бой торопливых надменных курантов,
Нанизав на персты переливчатых звёзд бриллианты,
Приходила Она – гипноокая Ночь.
 

О поэтах

 
В дни окаянные, тёмные, дикие —
То ли распятие, то ль вознесение —
Только поэты, порою безликие,
В мире пылающем ищут спасение.
 
 
Сердце на плаху кидают горящее:
«Жертву прими, о небесный создатель!»
Слёзы текут по щекам настоящие —
Их на страницах находит читатель.
 
 
Рвётся душа на распутье чернеющем:
«Веры нам дайте!» – стенают поэты;
В ярых строках, сквозь века пламенеющих,
Вера жива – та, что ими воспета!
 

Олег Соловьёв

Михаил Ивановский (Олег Соловьёв – псевдоним) – «рождённый в СССР» в 1959 году. Место рождения и проживания – город Мо сква. Спецшкола при РАН с усиленным изучением химии в 1976 году. «Моспроект-2», МАРХИ. Увлечение теорией пропорций, от Платона до Корбюзье, теориями европейской и русской герменевтики. Ознакомился с книгами Фулканелли ещё в СССР через самиздат, изучал старообрядчество с его своеобразной алхимической традицией. С 1982 по 1990 год работал в Средмаше. Член СА РФ с 1988 года. С 1991 года и по настоящее время – директор и практикующий архитектор личной мастерской. Рассматривает литературу и миф через призму алхимической и герметической традиции.

Мелодия

 
Зелёный Лев играет на свирели
Мелодию для Красного Дракона.
Незнания корабль пройдёт все мели
Велением древнейшего закона.
В Цилиндре из прозрачного алмаза
Несёт Змея гранёные рубины
Душ мёртвых выцветающие стразы
Снежинки ненаписанной картины
Снега покроют город чёрно-белый
Снега покроют город жёлто-синий
Снега покроют город ярко-алый
Полынный город Призрачных Актиний
 

Таврический этюд

 
Закатом года выжжены равнины
Струятся мимо тёмные холмы
Словно китов коричневые спины
Под небом светло-голубым немы…
Отсюда постоянно убегали
Сюда стремились тысячи племён
Шуршит шоссе, и катится из стали
Машина вдаль, как некий павильон.
Здесь жили гении и здесь же умирали
Отсюда прадед мой ушёл на кораблях
Крым и Россию долго забывал он
В земле чужой его остался прах…
Волнуется таинственное море
Волошина святая акварель
Машина едет
С временем не споря
Между веков…
И тёмных
Их
Дверей…
Ночь растворяет знаки, у машины —
Обочина времён.
В туманной темноте таятся спины
Холмов, над ними звёзд алмазный сон
Шоссе и ночь, как рана сквозь долины…
 

«Есть серые полотнища тумана…»

 
Есть серые полотнища тумана,
Живущие в пространстве рядом с нами.
Одни живут энергией обмана,
Другие – страсти, третьи – океана.
Одни бессмертны во времён теченьи,
Но смертны и привязаны в пространстве,
И не найти иным определенья…
Мы части их с известным постоянством.
И в них стремится человек извечно,
Слепец и часть реальности иного,
Чьё тело не познает бесконечность,
И только часть для многого другого.
 

Издревле…

 
Издревле уходящий зажигал,
Как символ мудрости грядущей,
Две новые звезды – маяк в пути
Над вечной чашей обладанья сущим.
Той, что стоит на белой тверди гор,
Там, где сияет вечных звёзд костёр.
Издревле уходящий возвращался
Взглянуть на жизни новые ростки
И оживить несбывшихся пытался,
Даря им в души яркие цветки.
Ну а они плели из них венки.
А к чаше Человек не приближался.
 

Сквозь этот миг

 
Сквозь этот миг проходят корабли
С далёких солнц, неведомых планет.
Для них нас нет, нет маленькой Земли,
Её забот,
Тревог,
Надежд
И бед.
Лишь очень чуткий человек заметит
Иную мысль в теченьи дней обыденных.
То кто-то на вопрос его ответит
В судеб пересечении невидимых…
О как земля напоминает остров!
Возьмите меня юнгой в ваше плаванье:
Я так хочу увидеть мирозданье,
Все города, края его и гавани…
 

Миф

 
Миф.
Повторенье.
Сжатое.
Навечно.
Вы всё забудете, а это – никогда.
Миф в вас раскроется…
Он прорастёт беспечно,
Заменит вас
Собою
Навсегда.
И главное в тебе – простое слово,
Заёмным было, будет – часть твоя.
Живёт от резонанса, от Иного,
Что больше вас, оно и будет
Я…
Миф – плоть из слов, ступени без возврата
Из падшей и
Вознёсшейся
Страны.
Миф – повторенье, звук, намёк.
И сжаты
В десяток строк
Тысячелетий
Сны.
 

Альба-Лонга

 
Там, где в ночи хрустальные равнины
Меняют бег сверкающих Цветов,
Великий город в Золоте долины
Пуст для людей, спит под созвездьем Псов…
Там, где душа бежит, как заяц серый,
Между светов, по алому лучу…
Великий Город исполняет Меру
Крылатых гончих так, как я хочу…
Пёс Голубой и твой хозяин строгий,
Чей голос слышен в золотом рожке,
Я их слова оставлю по дороге
Меж асмоделий к ледяной реке…
 
 
Над равниной асмоделий,
Где озёра белых лилий,
На небесной карусели
Мы кружились без усилий.
Лепестки, багроволицы,
Отрывались и летели.
Ты вращала эти спицы
На небесной карусели…
 
 
В ночи Багровой остывают Звёзды,
И в синей тьме всегда звучит орган,
Но стая гончих, Чёрных и Лиловых,
Всегда несётся молча сквозь туман…
И, исполняя Волю по закону,
Псы гонят вдаль безумных серых птиц…
 
 
А город спит, входящим вечно новый…
Плывут и тают мириады лиц.
Таинственны хозяева и странны…
Они как мы, и нет лишь страха в них.
Порой у них Христовы вижу раны,
Порою свет тотчас смывает их…
 
 
А время уходит, а время уходит,
Его не вернуть, не вернуть нипочём.
А время уходит, а время уходит
С последними листьями, с первым грачом.
Ах, время – такая непрочная штука.
Все мы оступаемся, падаем ниц…
И в серой стене исчезаем без звука,
Оставив лишь тени событий и лиц…
Все мы исчезаем, придя ниоткуда,
Найдя на той грани последний приют…
 
 
Ах, что же там будет, за временем будет,
Там, перед началом отсчёта минут…
И луч голубой освещает творенье,
И псы припадают послушно к ногам,
Когда Альба-Лонга своё вдохновенье
Вливает в тебя, направляя к богам…
И кровь голубая из города неба,
Откуда низводит Изида судьбу,
Струится словами, которые Хлебом
Питают тебя и с собой уведут…
И Львица пропустит тебя в вещий город,
В полёт среди башен алмазных равнин,
Зелёных шаров, и ты будешь так молод
И больше уже не один…
Не теряй же вдохновенья,
Плачь и смейся, не печалься,
Помни звёздные виденья
И с надеждой не прощайся.
В мир медлительных гигантов,
В явь с закрытыми глазами
Возвращайся, возвращайся.
Ты, конечно, будешь с нами.
 

Грань

 
Где проходит грань безумья и божественного сна,
Предстаёт душа в раздумье, одинока и больна…
Где в полёте откровений слышен шум незримых крыл,
Там слабеет притяженье старых дедовских могил.
И тогда душа готова оторваться от земли
И, забыв родное Слово, вмиг рассыпаться в пыли…
Вмиг рассыпаться в пыли…
Вмиг рассыпаться в пыли…
Где проходит грань безумья и божественного сна,
Предстаёт душа в раздумье, одинока и больна…
Там в полёте откровений слышен шум незримых крыл,
Там слабеет притяженье старых дедовских могил.
В этот миг душа готова оторваться от земли,
Обрести святое Слово,
Ветер,
Волны,
Ковыли…
Бесконечную свободу, звёзд алмазных Млечный Путь.
Обрести свою природу, чтобы больше не уснуть…
Чтобы больше не уснуть…
Чтобы больше не уснуть…
Сердце, брошенное в небо, отразилось в глади вод.
Отраженье отраженья, только свет звезды живёт.
Бесконечное движенье звёзд качает плоть волны.
Ночь и вечное круженье, отражение и сны.
 

Я умер где-то в небесах…

 
Я умер где-то в небесах, а может, попросту
уснул…
Мне в детстве помнился тоннель, в который
я упал…
В те сны вплетался этот мир, в который я
тогда нырнул…
И отступала вдаль страна,
которую я знал…
 
 
Найти себя, найти себя траве вселенской
нелегко.
Лютует острая коса таинственных веков,
сгорает жёлтая трава, но дым живой, он
далеко
уносит души к небесам без боли и оков…
Я умер где-то на Земле, а может, попросту
уснул…
Мне будет помниться тоннель, в который я
упал…
И будут продолжаться сны,
в которые я заглянул.
И будет бушевать закат,
таинственен
и ал…
 

Инна Демина

Инна Демина родилась и выросла в подмосковном городе Солнечногорске. В настоящее время живёт в Москве. Окончила Российский государственный социальный университет по специальности «психология».

На данный момент изданы личные сборники стихов «Мечте хотела б я сказать…», «Мой первый год с душой поэта». Принимала участие в конкурсном альманахе номинантов на премию «Поэт года – 2021», а также «Наследие-2021» портала «Стихи. ру». Участник различных коллективных поэтических сборников. Печаталась в журнале «Свет столицы» в 2021–2024 гг.

Финалист международного конкурса Open Eurasia (2021). Лауреат второй степени премии «Нить Ариадны». Участник литературного объеди нения имени Героя Советского Союза писателя В.В. Карпова при военно-художественной студии писателей ФГБУ «Центральный дом Российской армии имени М.В. Фрунзе» Минобороны России.

«Уж третий день идут дожди…»

 
Уж третий день идут дожди,
И грозы ночью спать мешают.
Ты часто пишешь: «Приходи,
Я по тебе опять скучаю».
 
 
Нас днём всё время клонит в сон,
И кофе стынет в синей чашке.
Чугунных капель перезвон
По крышам бьёт сильней и чаще.
 
 
Ты пишешь: холодно тебе,
Ругаешь этот дождь и слякоть,
На затуманенном стекле
Рисуешь пальцем солнца мягкость.
 
 
Ты в доме бродишь целый день,
Молчишь, скучаешь, что-то ищешь
И в суетную дребедень
Ныряешь за духовной пищей.
 
 
Намок под окнами твой сад,
А день смещается к закату.
Меня ты встретить будешь рад,
Ведь мы увидимся когда-то.
 
 
Я принесу тебе тепло,
Ведь дождь закончится со мною.
В объятий хрупкое стекло
Тебя поймаю и укрою.
 

«Мне хочется вам что-то написать…»

 
Мне хочется вам что-то написать
И в письмах не спеша поговорить.
О долгом – я ответ устану ждать,
О кратком – голод мой не утолить.
 
 
Мне хочется прийти к вам под закат,
Усесться по-турецки на кровать
И, Франции вдыхая аромат,
Рассказам вашим вдумчиво внимать.
 
 
Мне хочется прижаться к вам плечом
И слушать сердца стук, смотреть в глаза.
Болтая обо всём и ни о чём,
Так просидеть до самого утра.
 
 
Мне хочется разлившимся теплом
Согреться, и в ответ вас обнимать,
И с первым нежным утренним лучом
Под голос ваш негромкий засыпать.
 

«Замелькаются беглые вёрсты…»

 
Замелькаются беглые вёрсты,
Кружит голову яркая зелень.
Окна мажут кусты и берёзки,
За окном собирается темень.
 
 
Вечер розовым палит округу,
Гасит луч уходящее солнце.
Нас с тобой отделят друг от друга
Километры дорожных эмоций.
 
 
Время к ночи, в плацкарте зевают,
В суету заключают дорогу.
На столах подстаканники с чаем
Звоном полночь зовут понемногу.
 
 
За окном разливаются звёзды,
Пролетают ночные вокзалы.
И бессонница, друг мой серьёзный,
Три часа меня здесь развлекала,
 
 
Проводила под утро на полку
В тяжкой дрёме немного забыться.
Сны загадочно крутят без толку,
Манят далью знакомые лица.
 
 
Поезд всхлипнет, легонько толкая,
Я очнусь невпопад зрелым утром.
Новый день, все права забирая,
Пробуждается новым маршрутом.
 

«День утомляет, дарит грусть…»

 
День утомляет, дарит грусть,
А мне б тепла ещё немного.
Я без тепла продрогла. Пусть
Под вечер катится дорога.
 
 
Дом в пустоте шуршит, сопит,
И ветер слышится всё тише,
А за окошком клён шумит,
Листвой трепещет и колышет.
 
 
Сквозняк сползает от окна,
Он рядом с полом будто дышит
И, словно редкая змея,
Скользит до кухни еле слышно.
 
 
Ах, если были бы часы!
Они хотя бы разбавляли
Щемящий полог тишины
И мне шаги напоминали.
 
 
И я бы думала тогда:
Ну вот, ко мне идут же гости
И хоть сегодня не одна…
Но тишина пронзает кости…
 

«На колких иголках вокруг тишина…»

 
На колких иголках вокруг тишина,
Кружатся деревья в немыслимом танце.
Черничник, малинник, грибная тропа
Заводят, уводят и просят остаться.
 
 
Смыкается лес необычный, густой,
И кто-то как будто всё ближе и ближе,
Укрылся за ёлкой, шмыгнул за сосной,
Идёт позади, и всё тише и тише.
 
 
Вдруг птица, звеня, поднимает крыло,
И дятел грохочет, взбираясь повыше.
Вздыхает болото, скрипит колесо,
И, словно в дыму, лес туманом насижен.
 

«Мне кажется порой, что в тишине…»

 
Мне кажется порой, что в тишине
С уставшим сердцем меряюсь шагами.
Под утро вспоминаешь обо мне
То строками, то краткими словами.
 
 
Вторые сутки я не слышу звёзд,
Всё длятся расстояния меж нами.
Обронит ночь волнующий вопрос
И растворится лёгкими стихами.
 
 
Настиг тревожный сон. Теперь одна
С тобой, как прежде, вместе просыпаюсь.
Нам на двоих горит луна, и я
Под свет её тоскую и шатаюсь.
 
 
Дом как тюрьма, и дней круговорот
В календаре чертою отмечаю.
С утра начав бессмысленный полёт,
К ночи опять приду почти другая.
 
 
В той суете пустых, бездумных дней
Мне сердце в тишине напоминает
Твои шаги. И всё хочу сильней
Во сне обнять и утром не растаять.
 

«Золотая безбрежная осень…»

 
Золотая безбрежная осень.
Тишина облетевших лесов.
Солнце кинуло луч через просинь
И огладило озимь холмов.
 
 
Распетлялась бурливая речка,
Она в осень дождями полна,
Сквозь камыш до глухого местечка,
Где разносится шум родника.
 
 
Разбросались в долине туманы,
Поползли на дорогу стеной.
Огонёк среди них, словно пьяный,
Пробирается трудной стезёй.
 
 
Воздух свеж. Тишина. Ни словечка.
Только трель где-то птичья слышна
Да порой отвечает ей речка
Тихим всплеском вблизи ручейка…
 

«Погрустите со мной за компанию…»

 
Погрустите со мной за компанию,
Я для грусти сыграю прелюдию.
Удостойте немногим вниманием —
Все мы люди, обычные люди мы.
 
 
Покусает меня беззастенчиво,
Жаркой пастью ли сердце отгрызено.
Я сегодня – обычная женщина,
С равнодушием и капризами.
 
 
Погрустите со мной замечательно,
Поддержите объятьем компанию,
Погрустите – я буду признательна
За слова ваши и обещания.
 
 
Я тоской упиваюсь доверчиво,
Выпускаю на волю желания.
Прокричите мне: «Милая женщина,
Прекратите сейчас же страдания!»
 
 
Погрустите со мной так отчаянно,
Вы причина моя здесь и следствие.
Погрустите со мною нечаянно,
Прекратите во мне это бедствие.
 

«А мне бы хотелось, чтоб дома сквозняк…»

 
А мне бы хотелось, чтоб дома сквозняк —
И шторы наружу как парус летят.
Чтоб чай на веранде, чтоб рядом крыльцо
И ветер, лаская, щекочет лицо.
 
 
Чтоб воздухом летним вокруг обнимал
И запахи трав очень щедро бросал.
Чтоб в роще у леса не спал соловей
И сыпал, повеса, руладой своей.
 
 
Чтоб вечер ложился под стрёкот сверчков
И нервно кружился полёт мотыльков.
Чтоб тихая речка сползала, шурша,
В глухое местечко среди камыша.
 
 
Ночь с лаской струилась, как плюшевый плед,
На плечи ложилась, скрывая секрет.
Чтоб тихого счастья с собой принесла,
На небо вползая, большая луна…
 

«Первый день середины осени…»

 
Первый день середины осени
По остаткам тепла скребёт,
Зелень листья уже отбросили
Им багрянец и злато идёт.
 
 
Солнце нежным лучом касается,
Забираясь в окно, на карниз.
И теплом уходящим ласкается
По плечу, по щекам – сверху вниз.
 
 
Лужи слепят зеркальными бликами,
И прохожий к метро бредёт.
Осень яркая, многоликая,
Расцветая, играя, идёт.
 

«Нарисуй мне красивую осень…»

 
Нарисуй мне красивую осень
Золотую, смешную весну,
В облаках голубеющих проседь
И большую-большую луну.
 
 
Нарисуй изумрудное лето,
Алый мак средь зелёных полей,
Вольный ветер, что носится где-то,
Шум бескрайних и дальних морей.
 
 
Покажи мне июньские грозы,
Запах липы, пьянящий в ночи,
И невольные горькие слёзы
От забытой любовной тоски.
 
 
Нарисуй мне биение сердца,
Пульс играющей в жилах крови,
И глаза – как открытую дверцу
В глубину чьей-то близкой души.
 
 
Нарисуй на окошке пионы
В белой вазе с широкой каймой,
Круглый стол, позабытый у дома,
И распахнутый настежь покой.
 
 
Сад большой, что в цвету утопает,
Тонких улиц привычную вязь
Нарисуй: так всего не хватает,
Нарисуй и картину не прячь.
 

«Не шуми. Она уснула. Дай немного отдохнуть…»

 
Не шуми. Она уснула. Дай немного отдохнуть.
Я свечу-ночник задула и держу на кухню путь.
В чашке чай уже полночный. Вкусно. Тихо. И темно,
Разговор застыл несрочный. Я сижу, смотрю в окно.
Пустота безмолвных улиц, снег в безмолвии кружит.
Огоньки в домах уснули, полночь сказку ворожит.
Где-то бродит месяц, звёзды в тёмном цвете облаков.
Где-то мир, такой серьёзный, вмиг расслабиться готов…
Обними, озябли плечи, прижимай к себе рукой.
Твои ласки меня лечат, посидим – и на покой.
Не шуми. Она уснула. Дай немного отдохнуть.
Я свечу-ночник задула, на груди твоей уснуть…
 

Евгений Лозовский

Лозовский Евгений Александрович родился 24 ноября 1969 года в Ленинграде. С 1988 по 1990 год проходил службу в рядах Советской армии.

В 1994 году окончил Липинский лесной колледж по специальности «младший инженер лесного хозяйства». Тридцать лет работал мас тером леса. Затем до февраля 2024 года – заливщиком металла на Ижорском заводе. В настоящее время на пенсии.

«Я часто думаю: а что же будет "там"…»

 
Я часто думаю: а что же будет «там»,
За этой тонкой гранью мирозданья,
Когда последние долги раздам
И всем скажу «прощай», не «до свиданья»?
Что будет «там»? Быть может, Звёздный Мост
И верный пёс, что был мной похоронен.
Глаза и лапы, мокрый чуткий нос:
«Хозяин тут!» – он счастлив и доволен.
Что будет «там»? Быть может, долгий сон
Без сновидений, с правом пробужденья?
Настанет срок, и вот прервётся он,
Глаза открою в новом воплощенье.
Что будет «там»? Не верю в рай и ад:
Не по заслугам муки и блаженство.
Шанс должен быть всё отыграть назад
Для тех, кто не стремился к совершенству.
Что будет «там»? Быть может, это дверь
В миры, века, иные измеренья.
Толкни её, в себя покрепче верь,
Там будет всё. Нет только сожаленья.
Вот сделан шаг. И ждёт уже ладья.
Под ветром парус. Верная дружина.
«Руби канат!» – и всматриваюсь я
В морской простор – безбрежная пустыня!
 
 
По гребням волн к невидимой меже
Наш струг летит стрелой без оперенья
Быстрей! Ещё! И скалится уже
Враждебный драккар мордой на форштевне!
 
 
Вот и ответ, что так желанен мне, —
Хочу стоять, исполнившись отваги,
Плечом к плечу, в изрубленной броне —
И Белый Сокол, реющий на стяге!
 

Николай Поздняков

Поздняков Николай Михайлович (Николай Росс) – моряк, капитан дальнего плаванья. В девяностые годы более десяти лет работал капитаном в нескольких иностранных судоходных компаниях.

Писал стихи за границей, когда это было единственной возможностью выражать свои мысли и чувства на родном языке. Темы разные, в том числе море и природа, любовь, философские размышления и шуточные истории из жизни простых людей.

Дипломант Международного арт-фестиваля «85-летие памяти В.С. Высоцкого» и литературной премии «Поэт года – 2023». Награждён медалью «Георгиевская лента» и звёздами «Наследие» II и III степени.

Член Интернационального Союза писателей и Российского союза писателей.

Публикации: «Я иду по лужам босиком» (М., 2021), «Мы не пыль на ветру» (М., 2022).

К звёздам через тернии
Выборка из тома I. «У Бога на ладони»

«Мы все у Бога на ладони…»

 
Мы все у Бога на ладони.
Земля, конечно, тоже там.
С ладони нас пока не гонит,
Поскольку в космосе Он сам,
Властитель вечный, самый главный,
Летит… Полёт не очень плавный.
Порой трясёт, порою жжёт —
Там рядом солнышко живёт…
И солнце тоже Бог несёт.
Не будет вечным наш полёт —
Когда-то солнышко умрёт.
Планета будет льда комочек,
Но это если Бог захочет.
А вдруг в какой-то звёздный час
Бог сохранить решится нас
И солнце новое зажжёт…
А может, всё наоборот?
Попросим. Вдруг нас пожалеет…
А сердце плачет и немеет.
Ведь на Земле в короткий срок
Нагадил человек как мог,
Но терпит Бог, тряся слегка…
Эх… не устала бы рука!
Накрыв лоскутным одеялом,
Не бросила б куда попало,
В углу… Там чёрных дыр немало…
 

Мы все у Бога на ладони

Мы все у Бога на ладони,

На одинаковых правах.

И те, что в золотой короне,

И те, что в порванных штанах…

Татьяна Счастливая

 
– Как может мир вместиться на ладони? —
Спросил внучок, смышлёный сорванец.
Стихи прочёл и, видимо, так понял,
Что там мы все: и мама, и отец.
– Ладонь у Бога много больше солнца.
Размер не виден. Пальцы вдалеке.
Землёй песчинка малая зовётся.
Мне горсть песка внук показал в руке:
– Наверно, так Бог держит всё, что есть?
– Ему не лечь и даже не присесть.
А что в руке? Попробуй перечесть…
Всё сохранить – Ему заданье есть?
Внук вновь спросил: «Устанет – не заплачет?»
– Да нет… Он Бог! Ему нельзя иначе.
И, горсть песка зажавши в кулачок,
Нахмурив брови, замолчал внучок.
 

Время подводить итоги

 
Под муки творчества, волнуясь,
Слепым инстинктам повинуясь, —
Простой кивок полунамёком,
Пускай не понятым до срока,
К загадке, спрятанной под ложь,
Когда не сразу разберёшь,
В чём суть и где поставить точки, —
Вдруг вижу старые листочки,
Что исписал вдоль-поперёк,
Что в дальний угол приберёг,
Чтоб лучше разобрать их скоро.
Всё в печку… В пепел… Без разбора…
И вновь: листок и карандаш,
Который ты, судьба, мне дашь,
Чтоб новые слова и точки
На чистом поместить листочке —
О жизни, о судьбе, о Музе,
С которой в творческом союзе
Уже немало дней-ночей,
Но всё же до сих пор ничей…
Пока не ласкан, не причёсан,
Хоть пережил немало вёсен…
От одиночества устал.
Желать любви не перестал.
Вдвоём с немой, послушной тенью
Вновь жду весну в свой день осенний…
Тень бестелесна, без души,
Но отпечатки хороши
На той стене, что за спиной,
От солнца скрытые за мной.
Я не спешу. И шаг за шагом
Тень по стене за мною с флагом,
Не запинаясь, не крича…
И я иду. В руке – свеча!
 

О времени, о жизни и о себе

 
Я в руки вам – простой листочек.
На нём печаль нетленных строчек.
Там тяжкий груз бессонных ночек
Закован в ряд кричащих точек…
 

Я вам писал письмо

 
Я вам писал письмо.
Вы помните?
Надеюсь.
Ну да, обычные причины.
Пишу опять.
Как тихо в комнате!
Держу в своих руках лучину,
Что зажжена…
Бесплотны тени у окна…
Как разгорится —
В печь её,
Пуская по дровам рыжьё
Огня,
Безжалостного к ним…
Такое в жизни мы творим,
Сжигая тихое добро…
Всё с мыслью:
Как нам тяжело
Шагать по жизни…
Сеть оков висит на каждом,
Давит плечи…
И каждый третий покалечен,
Судьбой ведомый в темноте.
И все шаги пока не те…
Не разглядеть нам свет в тоннеле,
Какие б песни мы ни пели…
Печально… Ждём…
Печным теплом
Согреет ли замёрзший дом…
С рассветом, вскоре поутру,
Я мысль тяжёлую сотру.
И, солнца луч поймав в ладонь,
Я в ночь шепну: «Меня не тронь!
Не ангел я и не злодей,
Да и не худший средь людей…»
 

Жизнь подбирает нам друзей

 
Жизнь подбирает нам друзей:
Любимых, преданных и ждущих,
Одной дорогою идущих
На протяженье жизни всей.
 
 
Надёжно с ними и тепло
В безумной жизни круговерти.
Не сомневаясь, вы поверьте,
Что вам с друзьями повезло.
 
 
Они помогут в трудный час,
Не требуя за это платы.
Их помыслы чисты и святы —
Вы убеждались в том не раз.
 
 
Их судьбы в наши вплетены.
Не перепутаны, однако
Жизнь помечает точным знаком.
Жаль, знаки не всегда видны…
 
 
И мы желаем их понять —
Искать средь близких и далёких —
И ошибаемся жестоко,
Друзей пытаясь отвергать…
 
 
Жизнь подбирает нам друзей.
Их берегите и любите,
А в сердце глубоко храните
Тепло прожитых вместе дней.
 

Нам время безжалостно ставит отметки на лицах

 
Нам время безжалостно ставит отметки на лицах.
Идут наши годы, меняя нам внешность и цели,
Но дарят возможность надолго в душе поселиться
Стремительной юности образам, что поседели.
Возврата не будет. Не сбросить былые года,
Но память позволит представить друзей иногда,
Не только с печалью, ушедших в неведомый край,
Но чаще живых. Их на фото попробуй узнай.
 

Тень, лень, усталость, что-то там ещё

 
Тень, лень, усталость, что-то там ещё —
О жизни в запечатанном конверте.
Откройте, посмотрите и проверьте:
Быть может, боль, укрытая плащом
Неверия, что жизнь, увы, конечна…
 
 
А ты живёшь не думая, беспечно…
Порой считая дни и даже годы
То солнечной, то пасмурной погоды,
Не замечая в зеркале седин…
 
 
Вдруг удивляясь: что за господин
Глядит в тебя из зеркала устало
И говорит: «Там дней осталось мало
В конверте, что подарен был судьбой»?
Тот образ – он теперь всегда с тобой,
Неотделим, приклеен иль пришит!
 
 
Навряд ли он кого-то удивит.
Судьба вела, следила, направляла
И, образ твой меняя, представляла
Всем встречным и шагающим с тобою…
А седина на образе – каймою —
Как рамка, обрамляющая лик…
 
 
Что сделал ты и в жизни что постиг?
Лукав твой образ или прям и честен?
И многим ли ты в жизни интересен?
Зависит от тебя прямой ответ.
А у судьбы простых решений нет.
Задумайся, пока ещё живой,
Здоровье есть – и дружишь с головой.
 

Молитва

 
Господи, дай нам силы!
Господи, дай огня!
Господи, я не просил бы
Для одного меня!
 
 
Силы – поднять уставших.
Сил – излечить больных.
Пламя – согреть озябших,
Но не обжечь бы их!
 
 
Боже, я не в обиде!
И, проживая день,
Многих в беде я видел
И погружённых в лень.
 
 
Господи, дай им волю —
Чтобы поднять себя,
Выбрать другую долю,
Смелую жизнь любя!
 
 
Господи, помоги нам,
Людям простым, живущим,
Встать, распрямляя спины, —
Райские строить кущи!
 
 
Зависть отсечь и злобу,
Месть позабыть и лесть,
Ложь – как дурную особу —
В список грехов зачесть.
 
 
Я не прошу наказывать:
Преступников посадить,
Руки кому-то связывать
Или кого-то убить…
 
 
Господи, дай нам разума
Не совершать греха!
Не отвечай отказами
На просьбы мои в стихах…
 
 
Господи, всё в Твоей власти:
Вера, надежда, счастье,
Жизнь и любовь земная!
Господи! Дай! Умоляю…
 

Летит и кружится планета

 
Летит и кружится планета,
Землёю названная нами…
Куда летит? Не знаем сами.
Вопрос простой, но нет ответа.
 
 
В безбрежном космосе холодном —
Песчинка малая средь прочих…
Каким прописаны законом
Полёты в царстве вечной ночи?
 
 
Каков наш путь спиралью грёз?
И что есть время? Суть расчёта?
И встретим ли в пути кого-то,
Кто нам ответит на вопрос?
 
 
Пусть на один: «Зачем мы здесь?»
Иль на другой: «Где Бог?» – «Он есть!»
Ведь Кто-то создал нас однажды…
Хоть верит на Земле не каждый…
 
 
Земля и жизнь на ней не вечны,
Но варианты бесконечны…
 
 
«Мы все у Бога на ладони…»
 

Забытый сон

 
Всей иллюзорностью обмана,
С игрой причудливых теней,
Забытый сон обрывком рваным
Запрятан в памяти моей.
И, появляясь неслучайно,
Вдруг возникая наяву,
Даёт понять: весьма печально,
Что я всю жизнь во сне живу…
И забываю, пряча вновь
Во сне явившееся детство,
Десятый класс, свою любовь
К девчонке, жившей по соседству…
 

Живём. Устали от хлопот

 
Живём. Устали от хлопот.
Теряем память и здоровье.
Порой используем злословье.
Такой обычнейший народ,
Давно он Землю населяет.
И праведники в нём бывают
Как исключение из правил.
Господь на Землю их направил
Примером для народов Мира.
 
 
Мы, сотворив из них кумира,
Но не из всех, а лишь из части,
На деле – не даём им власти…
И, удивляясь: как живём,
В грехах погрязшие, – идём
Ко краю или же к началу?
 
 
Одной короткой жизни мало
Для осознанья правды Мира,
И мы, взирая на кумира,
На праведника, в трудный час
Спасти молитвой просим нас!
 
 
Так, не трудясь, не тратя сил
На дело, громко голосим
И плачемся, что нет подмоги
На трудной жизненной дороге…
 
 
Желаю на Земле живущим,
Всем пьющим, также и непьющим,
Имеющим и неимущим,
Своей дорогою идущим:
Минуя бедствия и горести,
Не потерять себя и совести!
 

Закрыв глаза

 
Закрыв глаза, заткнувши уши,
Рот закрывая на замок,
Не думай, что сумел, что смог
Спасти, сберечь ты чьи-то души.
 

Признанье и слава весьма эфемерны

 
Признанье и слава весьма эфемерны.
Проходят порой, не оставив следа.
Так в жизни бывает: они равномерны.
Таланта не видно сквозь них иногда.
 
 
Что голая правда, что голая ложь,
Похожи, как сёстры… Кто где, не поймёшь…
Сумеешь – так, значит, тебе повезло.
Но сам лгать не смей, не поддерживай зло.
 
 
О зависти нет одобрительных слов.
Она нас страшит разрушеньем основ
Веры, Любви и Надежды всей жизни.
Зависть – начало по совести тризны.
 
 
Наивность не числится в списке грехов.
Наивные верят в святую любовь.
Так больно, однако, когда рушат веру.
Наивными стоит быть всё-таки в меру.
 
 
Та пуля опасна, чей свист не услышал.
Тогда твоей жизни, наверно, срок вышел.
А если услышал – летит она мимо,
Пусть близко, но всё ж безопасно, незримо.
 
 
Молитва хоть в храме, хоть просто в душе —
Нет важности места – поможет уже,
Как только прочёл. О хорошем просил —
Тебе непременно добавится сил.
 
 
Поддавшийся лени теряет себя,
О том, что не сделал, порой не скорбя.
Он думает, будто бы силы сберёг,
А что потерял – то ему невдомёк.
 
 
А тот, кто лишь под ноги смотрит всегда —
Там твердь ли под ним или просто вода,
Кто так приземлён, что влюблённым он не был, —
Тот звёзд не увидит, сияющих в небе.
 
 
Лукавство – что мёд на губах, языке,
А после болит, когда пусто в руке,
Где вместо подарка – ожог от огня,
Которым обманщики правду чернят.
 
 
Коварство, прикрытое ложью и лестью,
Нередко является злобною местью.
Но сколько ни прячется злое коварство,
Ему нет дороги в небесное царство.
 
 
Поверить – не верить? Так сложно решить.
Закрытая дверь никому не поможет.
Вдруг кто-то на входе вам помощь предложит —
Решайтесь, чтоб после себя не винить…
 
 
Порою и жизни мы ставим вопросы,
Когда выживаем, как в бурю матросы.
Нам жизнь обстоятельства просто дарует.
Досадно, что время при этом ворует…
 

Анжелика Сивцева

Сивцева Анжелика Юрьевна проживает в Якутске. Пишет стихи на православные темы. Выпустила книгу стихов «Душа вне времени» в 2024 году.

Товаровед, специализируется на книгах. Увлекается абстрактной живописью и много путешествует, любимое место в России – Алтай.

Литературную деятельность начала недавно. В ближайшее время планирует выпустить подборку стихов на духовно-философские темы в региональном журнале «Полярная звезда».

Автор признаётся, что её вдохновляют свободные импровизации на темы бессмертия души, поиска смысла жизни и познания самого себя, своего места в мироздании.

«Что есть душа?..»

 
Что есть душа?
Субстанция ли некая,
бессмертная, вечная,
неосязаемая, невидимая?
Но почему она тогда
то болит, то плачет,
то от любви сгорает,
то от радости в небо улетает?
Что есть душа,
чувствующая чужую боль,
чужие страдания
и счастье разделяющая со всеми?
Иногда убогая,
иногда щедрая
невидимым богатством.
Воздушная, прозрачная,
но всегда живая.
Чем ты дышишь,
чем ты питаешься?
Молитвами ли и духом святым?
Ночным ли звездопадом?
Рассветом ли или закатом?
Дуновением ли ветра?
Журчанием ли ручья?
Детским ли звонким смехом?
Живи, душа, живи всегда —
для Вечности ты рождена.