Kitobni o'qish: «Векторы трансформации современного университета. Монография»

© Коллектив авторов, 2024

© ООО «Проспект», 2024

* * *

Авторы:

Антюхова Е. А. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 2; Голоухова Д. В. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 11; Голубовская Е. А. (РУДН)– гл. 5; Ефремова Г. И. (РОСБИОТЕХ) ‒ гл. 4; Закирова Ю. Л. (РУДН) ‒ гл. 10; Иванова М. А. (РУДН)– гл. 5; Косычева М. А. (РОСБИОТЕХ) ‒ гл. 4; Кузьмина Е. И. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 11; Лазарева А. В. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 10; Ларионова М. В. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 12; Мекеко Н. М. (РУДН) ‒ гл. 5; Носкова А. В. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 11; Раицкая Л. К. (МГИМО МИД России) ‒ введение, гл. 1, 6, заключение, приложения; Румянцева О. В. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 9; Рязанова Н. Е. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 3, 7, 8; Тихонова Е. В. (МГИМО МИД России) ‒ гл. 4.

Рецензенты:

Стрекалова Н. Б. (Самарский национальный исследовательский университет имени академика С. П. Королева);

Фахрутдинова А. В. (Казанский федеральный университет).

Под общей редакцией доктора педагогических наук, кандидата экономических наук Л. К. Раицкой.

Введение

Период трансформаций в современном социуме охватывает все институты общества и практически во всех странах мира. Геополитические изменения, имеющие цивилизационные основания, происходят на фоне широкого распространения технологий на базе искусственного интеллекта и технологических изменений в экономике (Индустрия 4.0).

Академическая сфера переживает самую серьезную перестройку основ своего существования. Закрытая и, по сути, элитарная область человеческой деятельности, которая до XXI века была закрыта для общественной экспертизы, стала одной из многих сфер, где решения принимают менеджеры, не являющиеся специалистами в образовании и науке. Практически изменена академическая профессия. Профессора и преподаватели, чья профессиональная деятельность до недавнего времени строилась по правилам, выработанным несколько столетий назад, сегодня оказались в новой реальности с ранее несуществующими условиями. В результате академическая профессия стала более жестко регулироваться, были переосмыслены академические свободы.

В России университеты переживают реформы и преобразования уже более двадцати лет. Переход в 1990-е годы к новой, «западной» образовательной модели был совмещен с вхождением России в Болонскую систему. Последнее принесло разнонаправленные последствия. Вероятно, введение бакалавриата и магистратуры внесло новые стандарты образования, которые еще предстоит переосмыслить. Однако российские политики, принимавшие решение о присоединении к Болонской системе, не учли тот факт, что она была создана исключительно для отстающих по уровню образовательных систем стран Европейского Союза, для создания единообразного образовательного пространства в Европе. Такая система не могла обогатить российскую систему образования, которая имела фундаментальные и эффективные основания, берущие начало в XVIII веке, и заимствовала исторически проверенную систему образования и науки в Германии. Вероятно, российскому образованию предстоит эволюционный путь интеграции всего лучшего, что было создано как ранее в России, до 1917 года и в период существования СССР, так и достижений последних тридцати лет.

Настоящая монография представляет собой попытку ученых российских университетов (из МГИМО МИД России, Росбиотеха и РУДН) проанализировать процессы, которые происходят в российском образовании, а также и в мировой образовательной системе, частью которой является Россия.

Монография включает такие вопросы, как национальные интересы России в свете укрепления национального суверенитета, направления трансформации высшей школы в новых геополитических условиях, стратегии трансформации учебного процесса университетов, академическая культура и академическое развитие в российских вузах, критерии качества образования, научная деятельность в современном университете, третья миссия университетов, формирование профессиональных компетенций и гибких навыков выпускников университетов, создание системы воспитания патриотизма в высшей школе, вызовы цифровизации глазами российских преподавателей и студентов, новые задачи преподавания языка профессии в университете.

Книга может быть интересна всем, кого интересуют перспективы развития высшей школы в России, педагогам, студентам педагогических факультетов, а также ученым, занимающимся исследованиями в области педагогики и высшего профессионального образования.

Глава 1. Национальные интересы России в свете укрепления национального суверенитета и вызовы в современном высшем образовании России

Раицкая Л. К.

Московский государственный институт международных отношений (Университет) МИД России

Аннотация. Глава посвящена современным вызовам, с которыми в настоящее время сталкивается высшее образование в России. Рассматриваются шаги российского правительства по защите национальных интересов России в указанной области. Проведен анализ исследований российских ученых в области образования.

Ключевые слова: высшее образование, трансформация образования, массовизация образования, научные исследования по образованию, педагогика.

Начиная с 1990-х гг., российское образование проходило целую череду реформ и преобразований. Курс на полный отказ от исторически сложившейся системы высшего профессионального образования был совмещен с внедрением с 2003 г. Болонской системы, предусматривающей введение двухуровневой системы, состоящей из бакалавриата и магистратуры.

Параллельно в течение последних тридцати лет высшее профессиональное образование в мире проходило активную интернационализацию, включая российскую систему. Высшее образование существенно трансформировалось, наметились новые общемировые тенденции, общие для глобального высшего образования тенденции и проблемы.

Для понимания ситуации с высшим образованием в России следует остановиться на основных тенденциях, феноменах и вызовах, проанализировать их происхождение и выявить потенциал дальнейшего развития.

Для многих стран мира массовизация образования стала основой для экономического и промышленного развития в развивающихся странах, инновационного развития в развитых странах. По факту массовизация даже в условиях внедрения педагогических технологий может вести к снижению качества образования.

Для таких стран, как, например, Бразилия¹, где присутствуют огромные расстояния, большой процент населения не имеет высшего образования и у людей довольно низкие доходы, массовизация решает целый ряд проблем и в целом является скорее благом.

Но в России с ее трехвековыми традициями высшего образования массовизация платного высшего образования имела неоднозначные последствия. В результате возникло большое количество учреждений, не соответствующих по уровню высшей школе, что и стало причиной шагов государства по аккредитации и лишению лицензий большого количество образовательных организаций.

Отдельно следует отметить, что массовизация и последующая экономизация университетов затронула частично и элитарное университетское образование. Университетское образование подверглось избыточному выхолащиванию. Смысл высшего образования, в отличие от высшего профессионального образования, заключается в более широком мировоззренческом подходе, дающем выпускникам университетов не прагматический набор компетенций, а избыточные (с точки зрения профессиональных потребностей) знания, представления, умения, навыки, воспитание в самом широком смысле, которые делают такого профессионала самостоятельно и независимо мыслящим, способным с другими такими же профессионалами на эффективное руководство страной, экономикой, наукой, культурой, обществом в интересах этого самого общества. Прагматический подход, как показала практика, обедняет университетское образование.

Неолиберальные основы массового образования позволяют предположить, что национальные интересы России не в полной мере учитываются в происходящих процессах. Как и везде, где идет выхолащивание университетского образования, действует единая для всех развивающихся стран целевая установка для полупериферии и периферии в глобальном образовании, выстраиваемом в англо-саксонской цивилизации².

Новые политические условия и шаги по защите национального суверенитета уже привели к первым результатам: Россия вышла из Болонского процесса, ведется общественная дискуссия о российской системе образования в свете усиления национальных ориентиров и постановки национальных целей в области высшего профессионального образования.

Среди других тенденций и вызовов, оказывающих влияние на трансформацию университетского образования в России и в мире, следует выделить, прежде всего:

•  поддержание баланса между преподаванием и исследованиями;

•  справедливый доступ к образованию;

•  интернационализацию образования и научных исследований;

•  взаимоотношения государственного и частного секторов;

•  взаимосвязь автономии и контроля;

•  баланс общеобразовательных и специальных дисциплин и требования рынка труда;

•  соотношение профессионального и университетского образования;

•  проблему «утечки мозгов»;

•  развитие эффективных форм обучения и новые образовательные технологии;

•  устойчивость развития;

•  проблемы студенческой мобильности;

•  проблемы интеллектуальной собственности.

Отдельно хотелось остановиться на научных исследованиях в области университетского образования, которые проводятся в России. В условиях интернационализации науки российская педагогическая наука показывает чрезвычайно низкую интегрированность в международную научную повестку исследований. Об этом свидетельствуют малочисленные публикации российских ученых в ведущих международных журналах по педагогике и образованию (см. табл. 1). Хотя часть международной повестки не представляет интереса для российского общества и науки, и это отчасти объясняет указанную выше ситуацию, во многом российские исследователи пишут на малоактуальные темы и с точки зрения национальной исследовательской повестки. Часто это исследования, не вносящие в педагогическую науку существенный вклад. Наблюдается серьезное отставание по международно-значимым тематикам. Российские исследования отстают от передовых международных исследований на 10–20 лет, написаны в парадигме, неприемлемой для цифровой среды, практически не структурированы, часто написаны на английском языке с существенной интерференцией со стороны русского языка, методологически не разработаны, используют устаревшие методы исследования и именно по этим причинам не принимаются в ведущие международные журналы.

Иллюстрацией текущей ситуации с публикациями российских ученых по наукам в области образования может служить статистика публикаций в ведущих мировых журналах по социальным наукам (Social Sciences – Education). В 10 ведущих международных журналах, отобранных по наукометрическим показателям по указанной тематике за 10 лет (2013–2022 гг.), было опубликовано 7348 статей, проиндексированных в международной наукометрической базе данных (МНБД) Scopus. В том числе за тот же период среди указанных публикаций 100 (1,4 %) имели авторов с аффилиацией российских вузов и исследовательских центров. При этом значительная часть из 100 указанных публикаций – под авторством иностранных ученых, которые имели в том числе российскую аффилиацию, а также 87 из 100 публикаций были опубликованы в журнале открытого доступа (журнал «Scientific Data»). Ниже приводится разбивка публикаций по журналам (см. табл. 1).

Таблица 1

Публикации в ведущих журналах по образованию в МНБД Scopus (2013–2022гг.)³

Большое количество работ по педагогике и образованию российские ученые публикуют в журналах, которые имеют сомнительную репутацию, часто исключаются из индексации в МНБД Scopus и Web of Science, а также изданиях, относящихся к журналам-«хищникам». В большинстве российских вузов практически не ведется систематическая работа по пресечению таких публикаций, что негативно сказывается на репутации российской науки. Опыт такой работы в МГИМО МИД России показывает сложность и неочевидность мошеннических схем. Прежде всего, именно поддержка университета позволяет оградить исследователей университета от публикаций, несущих репутационные потери как для авторов, так и для самих университетов.

В настоящее время для продвижения качественных российских исследований необходимы системные усилия на национальном уровне, которые должны как минимум демотивировать российских ученых публиковаться любой ценой, обращаясь к покупному авторству, посредническим агентствам, публикуя низкокачественные исследования в журналах открытого доступа, где нарушены все академические нормы, прежде всего, отсутствует рецензирование. Такие публикации не должны учитываться и получать соответствующую оценку со стороны научного сообщества. Ученые должны быть осведомлены о последствиях публикации таких работ для страны, своего вуза и себя лично.

Еще одной серьезной проблемой в российской педагогической науке на сегодня следует считать локализацию дискурса в социогуманитарных науках⁴. Российские исследования часто используют дискурс, который не принят в мировом научном сообществе, что допустимо для пространства русского языка. Но при переводе на английский язык, который пока является lingua franca мировой науки, такие научные исследования не могут быть приняты к публикации в журналах на английском языке, так как написаны на непонятные научному сообществу темы с использованием неизвестной терминологии. Опыт подготовки и публикации научных исследований на английском языке позволил автору собрать актуальный англо-русский глоссарий терминов образования (высшее образование и университеты) – см. Приложение 1. Пока английский язык остается языком науки, российские ученые, научные центры и университеты должны продолжать публиковать свои исследования не только на русском, но и на английском языках. Исследования должны быть доступны широкому научному сообществу в России, но при этом о них должна информироваться и международная научная общественность.

Для дальнейшей актуализации научной тематики в указанной области необходимы коллективные усилия российского научного сообщества по определению национальной исследовательской повестки на основании национальных интересов России, а также исследования международной повестки и дискурса для переориентации российских исследований на самые востребованные тематики. Без такого системного стратегического анализа исследовательской повестки усилия российских ученых во многом могут быть сведены к исследованиям, которые или отстают от ведущей мировой проблематики на десятилетия, или повторяют проведенные в других странах исследования с запозданием. Для российской педагогической науки это может стать тупиковым направлением развития.

Литература

1.Гуторов В. А. Неолиберализм и перспективы образования в современном мире: актуальные моменты теоретических дискуссий // Большая Евразия: развитие, безопасность, сотрудничество. 2022. № 5–1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/neoliberalizm-i-perspektivy-obrazovaniya-v-sovremennom-mire-aktualnye-momenty-teoreticheskih-diskussiy (дата обращения: 10.12.2022).

2.Торкунов А. В. Вызовы социогуманитарной науке в России // Полис. Политические исследования. 2018. № 5. С. 8–16.

3.Larson J. Other voices: authors’ literary-academic presence and publication in the discursive world system // Discourse: Studies in the Cultural Politics of Education. 2018. М. 39. № 4. Р. 521–535.

4.Lenzen D. University of the World. A case for a World University System. Switzerland, 2015. 54 p.

Об авторе

Раицкая Л. К., доктор педагогических наук, профессор кафедры педагогики и психологии Московского государственного института международных отношений (университет) МИД России. Сфера научных интересов: научная коммуникация; трансформация современного университета; академическое письмо на русском и английском языках.

Chapter 1. RUSSIA’S NATIONAL INTERESTS IN VIEW OF PURSUING NATIONAL SOVEREIGNTY AND CHALLENGES IN MODERN HIGHER EDUCATION OF RUSSIA

L. Raitskaya

Moscow State Institute of International Relations (MGIMO University)

Abstract. The chapter focuses on today’s challenges that are being faced by higher education in Russia. It considers the measures taken by Russia’s government to protect the national interests in the field. The author analyses the work of Russian researchers in the field of higher education.

Keywords: higher education, transformation of education, mass education, educational research, pedagogy.

Bio Note

L. Raitskaya, PhD (econ), Dr habil. (education), Professor at the Department of Pedagogies and Psychology, Moscow State Institute of International Relations (MGIMO University). Research Interests: scholarly communication; transformation of modern university; academic writing in Russian and English.

Глава 2. Направления трансформации высшей школы в новых геополитических условиях

Антюхова Е. А.

Московский государственный институт международных отношений (Университет)

Аннотация. Анализируются характеристики современного университета, рассматриваются направления трансформации его образовательного процесса: цифровизация, персонализация, геймификация, аксиологизация, коллаборация, интернационализация; даются ключевые характеристики университетов с учетом фаз социального развития. Специально выделены такие направления трансформации, как цифровая трансформация науки и высшего образования, реализация индивидуальной образовательной траектории студентов, геймификация в профессиональном образовании, ценностный мир образования.

Ключевые слова: новые геополитические условия, векторы трансформации современного университета, цифровизация, персонализация, геймификация, аксиологизация, коллаборация, интернационализация, индивидуальная образовательная траектория студентов.

Проблемы трансформации современного университета

Российская высшая школа переживает непростые времена. Оказавшись перед лицом новых вызовов, связанных в том числе с новыми геополитическими условиями, она меняет свои подходы как к содержанию профессиональной составляющей в деятельности преподавателей высшей школы, так и к актуализации профессиональных компетенций, перестройке способов передачи знаний. При этом, несмотря на происходящие процессы трансформации, неизменной остается задача поддержания высокого уровня качественной составляющей в подготовке специалистов для различных сфер экономики.

Неслучайно проблема качества профессионального образования находится сегодня в центре внимания разных государственных структур, деятельность которых связана с развитием общества, государства, определением социальных приоритетов. При этом реформирование, трансформация современного образования являются основой образовательной политики, ориентированной на получение качественного образования и, как следствие, самореализации личности в профессиональной деятельности.

Одной из ключевых целей трансформирования образования в Российской Федерации является повышение конкурентоспособности российских вузов, которое выражается в обновлении образовательной сферы, реализации качественного сервиса в образовании. Для совершенствования современного профессионального образования требуется работа по преобразованию государственного управления образованием, в частности, особое внимание должно быть уделено правовому и финансовому обеспечению. Отметим, что глобальным вектором трансформации образовательного пространства является информатизация общества, которая определила сочетание цифровых технологий с научными методами и производственными процессами.

Для поиска ответа на вопрос о векторах трансформации современного университета следует обратиться к определению феномена университета мирового класса, данному Джамилем Салми, координатором отдела третичного образования Всемирного банка.

Как показывает практика, «в основе выдающихся результатов этих вузов (высокая репутация выпускников, современные научные исследования и их внедрение) лежат три взаимно дополняющих друг друга фактора. Это: (a) высокая концентрация талантов (преподавателей и студентов), (b) изобилие ресурсов для создания благоприятных условий обучения и проведения опережающих научных исследований и (c) структура управления вузом, которая содействует развитию стратегического видения, инновациям и гибкости, позволяющая вузу принимать решения и управлять ресурсами без бюрократических преград»⁵. Размышляя над этим определением, можно выявить некие опоры в работе современного университета для его качественной трансформации.

Современная высшая школа пытается ответить на ключевой вопрос: каким образом выстроить образовательный процесс, чтобы он соответствовал времени, был динамичным, с развивающим личностным, профессиональным и социальным эффектом и способным использовать инновационные технологии обучения?

Понятно, что высшей школе следует работать над развитием экономического потенциала вуза, под которым понимается ресурсная система высшей школы, непосредственно определяющая перспективы, стратегию и тактику деятельности вуза. Кроме этого, специальное внимание должно уделяться организации образовательного пространства как системы, наполняющей процесс обучения, вне-учебную и досуговую деятельность.

Основу организационно-правовой составляющей трансформации современных российских университетов составляют документы правового характера, государственные целевые программы, проекты и другие документы, обеспечивающие качество деятельности образовательных организаций и предлагающие направления развития образовательных услуг.

Одним из основополагающих документов является государственная программа Российской Федерации «Развитие образования» на 2018–2025гг., утвержденная Постановлением Правительства РФ от 26 декабря 2017г. №1642⁶. В рамках данной программы подчеркивается перспективность такого направления, как улучшение качества образования, демонстрация конкурентоспособности российской школы.

Особую роль в организации современного образования играет проект «Современная цифровая образовательная среда в Российской Федерации», утвержденный президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам (протокол от 25 октября 2016г. №9)⁷.

Перспективно звучит реализуемая цель проекта – «обеспечение высокого уровня доступности и качества образовательных ресурсов, а также высокой степени индивидуализации образовательных траекторий»⁸. Для современного университета это значимые предпосылки развития образовательной системы.

Вызывает интерес приоритетный проект «Вузы как центры пространства создания инноваций». В нем представлен алгоритм развития современной высшей школы в направлении создания условий для глобальной конкурентоспособности. Цель проекта: «Обеспечить устойчивую глобальную конкурентоспособность в 2018 году не менее 5, а в 2025 году не менее 10 ведущих российских университетов; создать в субъектах Российской Федерации в 2018 году не менее 55, а в 2025 году не менее 100 университетских центров инновационного, технологического и социального развития регионов»⁹.

На наш взгляд, специального внимания требует ключевая идея проекта – реализация программ трансформации вузов в региональные университетские центры инновационного, технологического и социального развития. Относительно представленной идеи заметим, что она имеет многообещающие перспективы: развитие актуальных связей с организациями для выполнения совместных проектов; проведение мероприятий, стимулирующих реализацию инновационных студенческих инициатив; поддержку региональной власти и др.

Таким образом, актуальность проблемы трансформации современного университета не вызывает сомнений. Более того, решение обозначенной проблемы требует продуманной образовательной политики, учета специфики социально-экономического развития России и тенденций мирового развития образования разного уровня.

В определенном смысле трансформация (от позднелат. «преобразование», «превращение») образования и университетов связана со структурными изменениями общества, в процессе которых происходит переход социальной системы из одного состояния в другое в целом и изменение ее частей. В процессе рассмотрения трансформации культуры, социальности, деятельности, коммуникаций у человека можно выявить доиндустриальную, индустриальную, постиндустриальную и когнитивную фазы социально-экономического развития общества. В соответствии с фазами социального развития мы можем определить характеристики четырех поколений университета (см. табл. 2).

Таблица 2

Характеристики моделей университетов

Университет 1.0 представлял собой систему, в которой объединялись интеллектуалы. Конечно, образование было достаточно «элементарным» по сравнению с вариантами работы в последующих моделях университетов. Изучались грамота, основы математики, базовые тексты. В аудиториях проводились диспуты, произносились дискурсивные тексты (лекции), в библиотеке хранились тексты, ученые трактаты. Организация работы способствовала созданию условий передачи традиций, культуры диспута.

Университет 2.0 имеет рациональную основу для организации производственной деятельности, в которой используются разработанные технологии. Деятельность строится на основе технологических приемов. Проводятся эмпирические исследования, университеты активируют промышленную деятельность, стимулируют трансформации общества, культуры, деятельности, человека.

Студенты работают в аудиториях, библиотеках и лабораториях, необходимых для проведения опытов и экспериментов. Новые формы интеллектуальной активности являются фундаментом новых университетов.

Университет 3.0 возникает в условиях «постиндустриального перехода». Он представлен как институциональная форма для реализации деятельности разнообразной направленности. В центре внимания находятся учебные и научные подразделения экономического и гуманитарного профиля. Развиваются секторы услуг (включая образование), финансов, креативных индустрий.

В университете представлены такие образовательные практики, как менеджмент и управление инновациями; социальный дизайн и проектирование; цифровой технический дизайн; форсайт и исследования будущего.

Функционируют университеты различных типов со сложной внутренней конструкцией, что позволяет воспроизводить социум. В университете 3.0, наряду с аудиториями, библиотекой и лабораториями, развиваются бизнес-инкубаторы и технопарки, конструкторские бюро, проектные офисы, специальные площадки для коммуникаций и другие структурные подразделения.

Университет 4.0 – это образовательная организация когнитивной эпохи, которая формируется в настоящее время; перспективная ориентация в ней – на новые знания, которые может производить коллективный и человеко-машинный (гибридный) интеллект.

На качество работы университета влияет цифровая революция: она является основой для технологизации мышления и развития коммуникации человека, включения ресурсов искусственного интеллекта и гибридных видов интеллекта.

Представляемая модель университета является «биоцифровой», в ней соединяются физическое и виртуальное пространство, используются цифровые платформы. Образовательный процесс строится на метаиндивидуальности и умных технологиях.

Следует подчеркнуть особую характеристику университета 4.0: это предельно открытая среда – хаб как узел сетей: социальных, информационных, проектных, коммуникативных. В работу университета вовлечены профессора, обучающиеся, большая группа различных внешних участников. Они работают на базе инфраструктурной платформы, используя ресурсы поисковых активностей (исследовательских, создания новых практик). Причем университет в данном случае выступает как площадка, на которой осуществляется деятельность индивидуальных и коллективных участников.

Между тем в условиях университета 4.0 могут развиваться индивидуальные образовательные траектории, координироваться действия разных субъектов, раскручиваться сети коммуникаций и др. В обучении студенты могут участвовать в развитии виртуальных действительностей и использовать их как вариант возможного погружения, применять интересные инструменты создания новых практик.

Университет 4.0 использует антропологический потенциал образовательной системы – формирует у студентов картину мира, знания и разного уровня ценности, развивает компетенции, осуществляет социализацию и учит новым способам отношений и индивидуальной жизни.

Современный университет

Современный университет – это многофункциональная система, включающая образовательный, воспитательный, развивающий, социализирующий и другие компоненты, которые подчеркивают общие и специальные характеристики образовательной организации и показывают уровень качества высшего образования как предпосылку особенностей профессиональной деятельности выпускника.

Определение стратегических и тактических задач деятельности современного университета позволяет построить дальние и ближние перспективы и выяснить способы организации образовательного процесса в университете. Таким образом, можно достаточно точно определить статус университета и его ресурсы на основе агрегирования информации и разностороннего исследования процессов профессионального образования.

Обратимся к векторам трансформации современного университета и попробуем рассмотреть некоторые перспективы их внедрения и влияния на развитие высшего образования (см. табл. 3).

Таблица 3

Векторы трансформации современного университета

Цифровая трансформация науки и высшего образования

Обращение к цифровой трансформации в современном университете предусматривает детальное рассмотрение цифровых технологий, получение векторов улучшения организационных моделей деятельности, определение рисков и поиски инструментов управления ими в образовании. В эту систему важно включить такие процессы, как восприятие, вычисление и действие. Они рассматриваются как главная парадигма цифровой трансформации.

Действительно, восприятие способствует поиску и сбору информации из различных источников. Вычисление – изучается, анализируется, детализируется информация, осуществляется процесс получения системы знаний. Действие связано с комплексным восприятием и пониманием реализуемых процессов как условий для выполнения принятых решений и актуализации реализуемой деятельности.

В 2021г. Министерством науки и высшего образования РФ была утверждена «Стратегия цифровой трансформации отрасли науки и высшего образования», в которой предложены идеи и инструменты повышения качества образования, основы трансформирования управленческих процессов, пути объединения усилий реального сектора экономики, науки и образования¹⁰.

Обратимся к принципам стратегии цифровой трансформации:

•  образование с помощью цифровых инструментов поиска и исследований;

•  предиктивная и предписывающая аналитика как инструмент превентивного управления;

•  цифровая коллаборация: образование – наука – бизнес, поставленные на службу обществу;

• цифровое, адаптивное министерство¹¹.

Таким образом, предлагаемые принципы задают планку трансформации отрасли науки и высшего образования, подчеркивают направление использования инструментов исследований, включение цифровой коллаборации «образование – наука – бизнес».

В соответствии с принципами представлены направления цифровой трансформации науки и высшего образования. Это пять треков цифровой трансформации¹²:

Архитектура цифровой трансформации предусматривает единый подход к этой системе, который может быть взят за основу для реализации собственной стратегии трансформации разных университетов. Этот компонент может рассматриваться как условие устойчивого преобразования цифрового образования¹³.

Развитие цифровых сервисов имеет большое значение в организации работы университета, в частности, таким образом обеспечивается удаленная работа с разными информационными ресурсами. Важно, чтобы современный университет имел возможность использовать цифровые сервисы для организации обучения, проведения научных исследований, реализации инновационной деятельности, управленческих решений и др.

Специальное внимание уделяется управлению данными (англ. Data management), которое включает набор практик, позволяющих контролировать информационные ресурсы образовательной организации. Управление данными содержит весь их жизненный цикл: от планирования до завершения использования.

В современных условиях цифровая трансформация в университете непосредственно связана с модернизацией инфраструктуры, обеспечением высшей школы и научных организаций новым техническим оборудованием.

Еще один важный аспект цифровой трансформации в современном университете – овладение преподавателей и сотрудников вузов цифровыми компетенциями. Решение этого вопроса связано с характеристиками информационных технологий: искусственный интеллект (ИИ), облачные сервисы Web 4.0, цифровые (виртуальные), веб-портфолио, платформы массовых открытых онлайн-курсов, образовательный блокчейн и др. Соответственно, возможны такие компетенции, как информационные, медиакоммуникации, коммуникационные, информационная безопасность, технологические компетенции. Все это позволит продуманно выстроить управление кадровым потенциалом.

Если попытаться ответить на вопрос, каким образом могут быть реализованы основные идеи по развитию современного университета в русле цифровой трансформации, необходимо проанализировать инициативы (проекты) цифровой трансформации.

Первый проект – «Датахаб». Он рассматривается как система управления данными сферы науки и высшего образования, включает процессы, способствующие повышению качества данных, и продуманную работу с ними. Используется продвинутая аналитика, методы оптимизации управления и принятия решений.

Проект «Архитектура цифровой трансформации» может использоваться для отслеживания уровня цифровой зрелости образовательных организаций высшего образования, формирования паспорта цифровой зрелости. В настоящее время создается и апробируется BI-система, чтобы можно было в автоматическом режиме отслеживать актуальное состояние цифровой зрелости образовательных организаций высшего образования, формировать отчетные дашборды для руководства вузов и Минобрнауки России.

Проект «Цифровой университет» ориентирован на создание и развитие цифровых сервисов в сфере науки и высшего образования, охватывающих все виды бизнес-процессов образовательных организаций высшего образования, направленных на удовлетворение потребностей всех участников образовательного процесса¹⁴.

Для создания и развития единой экосистемы сервисов, которые используются при проведении исследований и разработок, создается проект «Единая сервисная платформа науки». В данном случае есть уверенность в том, что можно будет создать инструменты интеграции разрозненных информационных систем научных организаций и, например, повысить вовлеченность научного сообщества в исследовательскую деятельность.

Проект «Маркетплейс программного обеспечения и оборудования» ориентирован на формирование единой информационной среды взаимодействия образовательных организаций и поставщиков. При этом ожидается включение инструментов мониторинга уровня цифровизации вузов, определение степени загруженности оборудования и его соответствия современным требованиям.

Проект «Цифровое образование» содержит актуальные материалы для повышения уровня цифровых компетенций обучающихся, научно-педагогических работников, а также формирования компетентной команды управления процессом цифровой трансформации образовательной организации.

Проект «Сервис хаб» отличается наличием сервисной системы для цифровой трансформации бизнес-процессов Минобрнауки России и образовательных организаций высшего образования. В рамках этого проекта будет проводиться оптимизация, систематизация и регламентирование бизнес-процессов за счет создания информационной системы.

Таким образом, разработанная Министерством науки и высшего образования РФ «Стратегия цифровой трансформации отрасли науки и высшего образования»¹⁵ представляет собой не только актуальный, но и перспективный документ, идеи которого направлены на процесс развития цифрового образования, использование достижений управления процессом цифровой трансформации образовательной организации, внедрение инновационных технологий в организацию профессионального образования, на подготовку компетентных кадров.

Представленный документ показывает возможные варианты «цифрового единства». Названные сервисы должны быть связаны в единое целое. По мнению разработчиков стратегии, высшее образование может достигнуть «цифровой зрелости» к 2030 г.:

•  будет реализована целевая модель цифрового университета;

•  будет достигнут базовый уровень цифровой зрелости;

•  все образовательные программы будут основываться на ресурсах индивидуальных образовательных траекторий обучающихся;

• будут использовать «Маркетплейс сервисов» для создания и управления сервисами¹⁶.

Индивидуальные образовательные траектории обучающихся

С точки зрения механизмов регулирования качественного образовательного процесса в современном университете многие исследователи называют важным включение в организационный компонент обучения индивидуальной образовательной траектории студентов как стратегической линии личностно-ориентированной педагогики высшей школы. А поскольку одной из целей самого человека в образовательном процессе является осознанное саморазвитие, то поиск индивидуальных траекторий – естественный инструмент организации профессионального обучения.

Понятно, что каждый студент – это личность со своеобразными характеристиками: у него особенный внутренний мир, своя система мотивов, интересов; его деятельность и общение отличаются неповторимостью и уникальностью. Кроме того, следует учитывать возрастные особенности личности, культуросообразность как проявление национальных традиций, выстраивание межличностных отношений.

Все отмеченное и другие разнообразные характеристики личности студента могут стимулировать успехи в будущей профессиональной деятельности, а самое главное – будущему специалисту важно научиться правильно опираться на свои достоинства и ослаблять возможные недостатки.

Рассматривая особенности профессиональной деятельности, мы можем подчеркнуть систему умений, навыков, компетенций, важных и необходимых в работе современного специалиста. Назовем некоторые практики: адаптация в разнообразных профессиональных ситуациях; грамотная работа с информацией; умение гибко и перспективно выстраивать отношения, принимать оптимальные решения, быть коммуникабельным, умело контактировать с коллегами в различных ситуациях, самостоятельно работать над развитием культурного уровня и др.

Для организации образовательной деятельности с опорой на индивидуальную образовательную траекторию студентов необходимо, во-первых, использовать данные проведенного диагностического исследования. Полученные результаты – определение качеств личности, психологических особенностей, уровня образования – должны быть оперативно использованы в создании матрицы индивидуальной траектории студента. Для выполнения диагностического исследования могут быть привлечены ресурсы психологической службы.

Во-вторых, в организации деятельности студентов в профессиональном образовательном процессе осуществляется формирование личных и профессиональных качеств обучающихся, на основе имеющихся диагностических данных отрабатываются варианты поведения в социальной системе, определяется стиль будущей профессиональной деятельности. Специальное внимание уделяется развитию профессиональных способностей.

В-третьих, в условиях образовательного процесса уместным и результативным может стать социально-психологическое сопровождение студента, которое необходимо для поддержки обучающегося в процессе поиска личных, социальных и профессиональных предпочтений. В этом процессе выделяются проблемы личности, определяются пути и средства для выхода из сложных ситуаций. Более детальному рассмотрению возникающих проблем может способствовать развитие интеллектуальных умений: анализа и синтеза, дедукции и индукции, выявление причинно-следственных связей, моделирование и др.

Работа в условиях индивидуальной образовательной траектории студентов станет более качественной, если в ней будут участвовать тьюторы – специалисты, стимулирующие мотивы и интересы обучающихся, помогающие в поиске образовательных ресурсов, способствующие проведению образовательной рефлексии.

Особую роль в индивидуализации образовательного процесса играют преподаватели вуза, опыт которых помогает прежде всего в выборе технологической сопровождающей профессионального образования.

Отстаивая возможность и преимущества реализации индивидуальной образовательной траектории студентов, подчеркнем, что можно получить новый качественный уровень этой работы, если опираться на резервы саморазвития студента. Безусловно, в этом случае диагностика, поддержка и развитие личных, профессиональных и социальных качеств будут управляться наиболее точно и перспективно.

Опыт организации профессионального образования в большинстве стран Запада отмечает преимущества внедрения систем Major и Minor. Учебный модуль Major (основной профессиональный модуль) включает варианты работы с материалами в основной области знаний, а Minor (дополнительный профессиональный модуль) дает возможность студенту получить дополнительную квалификацию без специальной оплаты с получением соответствующего сертификата¹⁷.

Для реализации идей индивидуальной образовательной траектории студента можно использовать Blackboard Learn – приложение для интерактивного преподавания, обучения, создания сообществ и обмена знаниями.

Обращаясь к опыту Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (Москва), отметим, что там внедряются новые траектории обучения, учитывающие индивидуализацию в организации образовательного процесса. Структуру образовательной программы образуют модули, способствующие качественной работе студентов и позволяющие получить профессиональное образование с учетом персональных характеристик обучающихся:

•  профессиональный модуль (Major);

•  практический модуль;

•  модуль дисциплин общего цикла;

•  дополнительный модуль (Minor);

•  модуль «Английский язык»;

•  модуль культуры работы с данными (Data Culture);

•  модуль государственной итоговой аттестации (ГИА).

В современных университетах России существуют образовательные модели, которые предоставляют студентам возможность разрабатывать собственный индивидуальный учебный план. Речь идет о создании индивидуальной образовательной траектории студента. Она подразумевает право выбора учебных курсов наряду с изучением обязательных дисциплин. В университете данной направленности нет учебных планов и академических групп. Для каждого курса формируются группы слушателей. Например, на первом курсе студент работает в составе десяти учебных команд¹⁸.

Особый интерес представляет опыт работы региональных вузов. Обратимся к одному из вариантов индивидуальной образовательной траектории студентов, разработанному в Тюменском государственном университете (см. табл. 4). Образовательное пространство названного университета включает в себя четыре компонента¹⁹:

Таблица 4

Содержание образовательного пространства Тюменского государственного университета

Модуль Major наполнен учебными дисциплинами того направления подготовки, на которое поступал студент. Глубокое усвоение дисциплин будет способствовать формированию профессиональных компетенций.

В результате работы студентов в рамках модулей, выполнения плана учебной работы выпускник получает диплом государственного образца в соответствии с выбранным модулем Major.

Отметим, что модуль Core в Тюменском государственном университете включает девять дисциплин (см. табл. 5).

Таблица 5

Содержание модуля Core²⁰

Образовательный модуль Core представляет собой систему, в которой студенты должны освоить девять дисциплин, важных для каждого образованного человека. Как видно из таблицы, обучающимся предлагаются гуманитарные, естественно-научные дисциплины и полезные навыки проектного управления, кросс-культурных коммуникаций и др.

Модуль Minor дает возможность студентам получить дополнительную квалификацию, в связи с чем будет выдан документ установленного образца. Minor – это трек, который включает несколько элективных дисциплин. Выбор из предложенных дисциплин может быть сделан на основе интересов как личных, так и профессиональных.

Можно выбрать направление, не имеющее отношения к основной специальности; есть возможность выбрать электив, близкий к основному направлению подготовки. Есть варианты для выбора курса с учетом перспектив будущей профессиональной карьеры.

Модуль Electives. В условиях этого модуля, с одной стороны, можно получить достаточно широкие знания, с другой стороны, студент может построить свой индивидуальный маршрут, который позволит сформировать уникальный набор компетенций, подчеркивающий уникальность и своеобразие личности обучающегося.

Таким образом, индивидуализация обучения, разработка индивидуальной образовательной траектории студента непосредственно влияют на личностное и профессиональное развитие будущего специалиста. В связи с этим очень важно опираться на условия организации образовательного процесса:

•  создание системы многоуровневого высшего образования, что позволяет студентам делать свободный выбор путей и способов образования, соответствующий их персональным характеристикам;

•  определение перспектив в профессиональном образовании в процессе создания индивидуального образовательного маршрута;

•  реализация индивидуального обучения, которое стимулирует самовыражение будущего профессионала, создание творческой среды для образовательных поисков;

•  формирование индивидуальной ответственности студента за успехи и достижения в процессе образования.

Геймификация в профессиональном образовании

Современный студент – это человек, во многом живущий в игровом пространстве. Спектр игр велик, и практически каждая игровая модель помогает современному молодому человеку проявить интеллектуальные умения, поучаствовать в конкурентной борьбе, получить награды, поощрения и приобрести опыт решения возникших проблем, участия в активном взаимодействии с игроками, стимулирования интересов и создания условий для активного вовлечения студентов в процесс обучения.

Для этого в образовательном процессе высшей школы применяются методы проектирования игр для неигровых областей, таких как социальные проекты, обучение. Иными словами, в процессе подготовки современных специалистов широко используются ресурсы геймификации.

Геймификация определяется как интерактивная система, в центре которой находится игровая модель (компьютерная игра, видеоигры, деловые и ролевые игры, квесты), стимулирующая мотивацию студентов, оптимизирующая вовлеченность и удовольствие, позитивно влияющая на образовательный процесс. Геймификация в образовании раскрывает творческие способности студентов, предлагает свободный выбор деятельности. Цель геймификации – мотивировать студентов на достижение успеха в образовательном процессе на основе склонности людей к соревнованию, сотрудничеству, вовлечения их в процесс обучения.

Принципы геймификации подчеркивают положения, которые способствуют организации образовательного процесса на основе включения элементов игрового дизайна в образовательную среду (см. табл. 6).

Таблица 6

Принципы геймификации

Включение геймификации в образовательный процесс высшей школы позволяет принципиально изменить организацию образовательного процесса и получить качественные результаты в профессиональной подготовке будущего специалиста. Что дает гейминг в образовании, можно проследить в табл. 7.

Таблица 7

Особенности реализации гейминга

Рассматривая специфику гейминга, следует отметить позитивные характеристики включения геймификации в образовательный процесс высшей школы. Во-первых, студенты вовлечены в игровое пространство, которое определяется как интерактивная модель деятельности, задающая параметры активности, включение диалогового общения, актуальное взаимодействие в решении поставленных задач.

Во-вторых, включается трансформация эмоциональных состояний участников игровой деятельности, палитра эмоций достаточно широка: от удовольствия до огорчения в случае проигрыша и вновь к положительным эмоциям в ситуации получения ожидаемого результата.

В-третьих, геймификация содержит резервы для использования не только механизмов адаптации в разных вариантах образовательных процессов, но и для последовательного формирования профессиональных компетенций.

В-четвертых, достижения, появившиеся в результате участия в игровой деятельности, могут непосредственно повлиять на учебную деятельность и профессиональное развитие будущего специалиста.

В-пятых, в игровой деятельности существует система очков, значков, рейтинги, таблицы, получение которых может быть основой для самопрезентации студента.

В-шестых, преподаватель высшей школы, используя возможности геймификации, стимулирует самореализацию студентов и подчеркивает необходимость использования инновационных процессов в современном образовании.

Модель геймификации К. Вербаха и Д. Хантера представлена в издании «Вовлекай и властвуй. Игровое мышление на службе бизнеса». Авторы предлагают шесть шагов, с помощью которых можно реализовать проекты геймификации²¹:

1. Define – определить цели геймификации. Они должны быть конкретными, измеримыми, достижимыми, актуальными, ограниченными во времени.

2. Delineate – создать модель поведения участников игры. Выяснить, какие поведенческие шаги могут привести к реализации цели, сформулированной вначале.

3. Describe – описать игроков. Составить портрет игроков, выяснить их мотивацию для определения механизмов, способных повлиять на выполнение действий в условиях геймификации.

4. Devise – создать структуру системы активности. Микроуровень – циклы вовлечения: «мотивация к действию → действие → обратная связь». Использование мотивов включает игроков в деятельность, выполнение действий предусматривает обратную связь в виде очков, наград и других вариантов реакций на действия игрока. На этом «шаге» следует расписать путешествие игрока – сценарий деятельности.

5. Don’t forget – создать ситуацию реализации приятного занятия, связанную с получением игроком удовольствия.

6. Deploy – использовать подходящие инструменты. Выбрать и применить механизмы и ресурсы для реализации геймифицированной системы.

Таким образом, использование алгоритма геймификации будет способствовать активному использованию ресурсов игровой деятельности для качественной работы преподавателей и студентов при рассмотрении, исследовании, определении приоритетов и перспектив в изучении научных и образовательных проблем.

Модель геймификации Ю-Кай Чоу – это Octalysis Framework (англ. Octalysis образовано от octagon – восьмигранник и analysis – анализ). Октализ – это восьмигранник, который включает восемь факторов мотивации личности. Октализ имеет «персонализированный» подход к решению поставленных целей и задач в игровой деятельности – включение элементов игры и продуманное использование их в обучении. Ю-Кай Чоу максимально использует игровой дизайн, ориентируемый на человека, что позволяет активно включать в работу ресурсы мотивации, чувств и эмоций человека и вовлекать его в игровую деятельность.

По мнению Ю-Кай Чоу, существует восемь факторов мотивации людей: потребность в собственной значимости, потребность в развитии и достижении успеха; творчество; обладание; социализация; ограниченность ресурсов; любознательность и непредсказуемость; стремление избегать негативных последствий и потерь. Перечисленные стимулы можно представить как положительные и отрицательные, можно разделить на внешние и внутренние. Включение их в образовательный процесс активно влияет на самореализацию студентов и профессиональное развитие будущего специалиста.

Октализ Ю-Кай Чоу можно использовать для анализа потребностей и мотивов студентов, которые будут включены в геймификацию. В условиях использования Октализа можно сформировать у участников новый вовлекающий опыт. Полная схема Октализа²².

Среди большого количества инструментов геймификации выделим очки (баллы), бейджи и рейтинги (PBL – points, badges, leaderboards). Названные компоненты игрового дизайна являются базовыми для организации игр. Это награды за успешное выполнение действий в процессе геймификации. Они представляют прогресс в деятельности студента.

Для организации геймификации используются игровые динамики, механики и компоненты. Динамики представляют собой общие аспекты геймифицированной системы; механики – это двигатель действий игроков на основе их вовлеченности. Компоненты – это форма, в которой реализуются механики и динамики.

Рис.1. Модель геймификации Октализ – Octalysis Framework

Геймификация как вектор трансформации современного университета – сложная система, активизирующая учебную деятельность студентов. Преподаватель может вводить разные инструменты геймификации и показывать ее возможности, стимулирующие творческое проявление будущих профессионалов. Можно применять в качестве основы деятельности разнообразные проблемы, особым образом использовать взаимодействие динамики, механики и компонентов игры. В результате возможен вариант самореализации студента, основой которого будут стремление личности к участию в соревнованиях, сотрудничество для получения более яркого результата, достижения, в которых отразится инновационный потенциал современного образования.

Ценностный мир образования

Система ценностей современного человека имеет принципиальное значение для его личностного и профессионального развития; она раскрывает спектр отношений личности и подчеркивает направление поведения участников образовательного процесса. Ценностные ориентации пронизывают образовательный процесс, усиливают разнообразные варианты деятельности преподавателей и студентов, прежде всего в духовной сфере.

Известно, что аксиологический подход может выступить в роли интегратора в решении проблем профессионального образования, а самое главное – быть основой для формирования ценностного сознания личности и сохранения общечеловеческих ценностей.

Ценность – это многоаспектное явление, которое связано с социальными основами, традициями и перспективами образования, культурными смыслами, психоэмоциональным состоянием личности. В ценностях отражены отношения человека к миру и самому себе, а сами ценности образуют аксиосферу – иерархическую структуру, в которой представлены материальные и духовно-культурные ценности. Система ценностей, включающая высшие ценности, ценности социальной жизни, духовной жизни и культуры, материальной жизни, позволяет нам убедиться в том, что выделенные ценности являются общечеловеческими и отражающими актуальные вопросы жизни человека²³.

Отметим, что именно ценности придают устойчивость личности преподавателя и студента, они находятся в центре культуры отношений субъектов образования. Ценности представляют идеи, смыслы, установки, которые можно рассматривать как механизмы деятельности субъектов образования. А еще они стимулируют развитие направленности личности в контексте ее жизненной программы.

Диалектика жизни, переоценка ценностей являются основой перестройки ценностной системы, поэтому в современных условиях идет процесс трансформации не только образования в целом, но и таких его компонентов, как ценности. Ценностная система человека в образовании меняется с учетом внутренних и внешних трансформаций, которые претерпевает современная гуманитарная система, отношение человека с миром культуры, образования, профессиональной среды.

Между тем аксиологизация образования является уникальным образцом трансформации профессионального образования. Ценности для человека – это центр его жизни, поэтому обращение к ценностной палитре образовательного процесса в высшей школе может непосредственно повлиять на жизненные и профессиональные ориентиры. В процессе обращения к ценностям следует подчеркнуть варианты их проявления и характеристику; длительным может быть процесс осознания личностью ценностных ориентаций с обращением к отдельным особенностям ценностного мира образования.

Принятие ценностной ориентации – сложный процесс, требующий аккуратности и деликатности со стороны преподавателя, который обращает внимание на значимые в разных сферах деятельности общечеловеческие ценности. Столь же сложным является и «прикосновение» особенно к нравственным ценностям современной профессии в условиях практики или внеаудиторной деятельности.

Особую роль в приобщении к ценностной системе играет реализация ценностных ориентаций в деятельности и поведении. Понятно, что речь идет о деятельности как студента, так и преподавателя, об умениях, которые демонстрируют культуру субъекта образования, показывают понимание важности использования актуальных подходов в реализации профессиональных процессов на аксиологической основе.

Обращение к ценностным ориентациям в процессе профессиональной подготовки будет способствовать закреплению ценностной ориентации в направленности личности и переводу ее в потенциальное состояние на уровне личностного качества. Все это позволяет воспользоваться качествами личности студента в процессе актуализации потенциальной ценностной ориентации.

Ценности в профессиональном образовании могут рассматриваться как целевые ориентиры организации деятельности. В данном случае мы можем рассматривать ценностную направленность как отсроченный во времени результат. В частности, таким результатом может быть сформированность профессионализма выпускника, в котором сочетаются качественная профессиональная деятельность, творчество как инструмент оригинальных решений в изменившихся обстоятельствах, сотрудничество в профессиональной сфере, адаптация в динамично обновляющемся мире.

Важно обратить внимание на ценности как систему приоритетов в профессиональной сфере. Для этого необходимо определить профессиональное ядро – ценности, от которых зависит качество и результативность выполняемой работы. Исследователи проблемы профессиональных ценностей (И. Б. Ардашкин, В. И. Блинов, И. Ф. Исаев, З. И. Равкин, В. А. Сластенин и др.) обращают внимание на такие ценностные ориентиры, как знания, опыт деятельности, свобода, творчество, партнерство.

Мотивационная характеристика ценностей заключается прежде всего в определении внутреннего смысла обучения и деятельности студентов. Если студент «рассмотрит» такие ценности, как партнерство, кооперация, совместная деятельность, принадлежность к социальной группе, профессиональная мобильность, его образовательная деятельность получит вполне значимые стимулы для активности и решения перспективных профессиональных задач.

В Национальной доктрине образования Российской Федерации²⁴ представлены базовые ценности образования, опора на смысловые характеристики которых позволяет усилить профессиональные ценности современных студентов:

•  принимающий судьбу Отечества как свою личную;

•  осознающий собственный долг перед своей семьей, своей страной, своим народом;

•  укорененный в духовных и культурно-исторических традициях многонационального народа России;

•  ответственный гражданин Российской державы;

•  проявляющий качества солидарности, справедливости, чести и совести;

•  стремящийся к созидательному труду (трудолюбивый);

•  употребляющий свою волю, таланты и творческие достижения во благо Отечества через служение ближним, семье, стране и народу;

• свободно избирающий и отстаивающий систему традиционных российских ценностей в качестве своей жизненной основы²⁵.

Коллаборация как форма сотрудничества в образовании

Коллаборация в условиях трансформации современного образования рассматривается как сотрудничество, специальная форма кооперации в развитии новых интеллектуальных решений, экономических, организационных, управленческих подходов. Для более детального понимания феномена коллаборации подчеркнем важный аспект этого процесса – совместную деятельность нескольких субъектов из сферы образования (бизнеса, интеллектуального труда и других сфер) для достижения общей цели на основе перспективных интересов.

Главная цель создания такой формы сотрудничества – коллаборации – это формирование уникальной научно-образовательной команды, которая в условиях креативной среды способна разработать и реализовать инновационные проекты. Современный университет должен быть готов к совместной работе с достаточно большим количеством партнеров, среди которых могут быть представители отечественных и международных организаций образования и науки, экономических структур, бизнеса и производства.

В рамках ФЗ «Об образовании в РФ» представлены важные варианты международного сотрудничества:

•  совместная разработка и реализация образовательных и научных программ;

•  проведение совместных научных исследований, совместное осуществление инновационной деятельности;

•  участие в сетевой форме реализации образовательных программ;

• совместное проведение научных конгрессов, конференций, обмен научными трудами, проведение международных образовательных, научно-исследовательских и научно-технических проектов²⁶.

Среди основных форм объединения организаций и предприятий в образовательной системе в условиях коллаборации чаще всего используются консорциумы, которые придерживаются принципа открытости, используют обмен ресурсами, опытом, информацией и т. д.

Отметим некоторые особенности консорциумов:

•  добровольность вхождения в объединение при максимальной открытости и прозрачности общей деятельности;

•  юридическая самостоятельность участников;

•  определение общей цели и деятельности, которая направлена на создание новых продуктов инновационного характера;

•  временный характер деятельности, ориентированной на реализацию инновационного проекта;

•  совместное использование объединенных ресурсов участников консорциума;

•  координация деятельности участников консорциума;

•  коллективная ответственность участников объединения за процесс и результаты осуществляемой деятельности.

Следует отметить, что в рамках работы консорциумов возможно сочетание эффективного решения как традиционных задач деятельности высшей школы, так и новых задач, от которых зависит реализация инновационных процессов в разных сферах деятельности.

В условиях пересмотра степени государственного финансирования, стандартизации и усиления роли образования использование инструментов коллаборации, в частности включения ресурсов консорциумов, дает возможность грамотно распределить силы и возможности современного образования.

Интернационализация образования

Современный университет – сложная система, требующая организации качественной образовательной деятельности, целенаправленного развития научно-исследовательской работы, совершенствования управленческой системы высшей школы, признания высокого уровня квалификации выпускников и многого другого. Между тем все перечисленное является основой для предъявления международной конкурентоспособности университета и привлечения в университет иностранных студентов.

Отметим, что в ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» позиционируется следующий принцип государственной политики и правового регулирования отношений в сфере образования: «со-здание благоприятных условий для интеграции системы образования Российской Федерации с системами образования других государств на равноправной и взаимовыгодной основе»²⁷.

Активное включение в образовательную систему интернационализации образования позволяет повысить инновационную составляющую образования, развивать международное сотрудничество, активизировать студенческую и академическую мобильность.

Интернационализация – это многофакторный процесс взаимодействия и взаимовлияния национальных систем высшего образования, в условиях которого организация предоставления образовательных услуг приобретает международное измерение. Интернационализация в высшем образовании может выступать, во-первых, как внутренняя система, создающая культуру университета, его психологический климат, поддерживающая международное взаимодействие. Во-вторых, развивается внешняя интернационализация, имеющая различные инновационные технологии предоставления образовательных услуг в зарубежные страны.

По мнению исследователей интернационализации (А. В. Акульшина, М. Л. Агранович, И. В. Аржанова, В. И. Байденко, М. Ю. Барышникова, Д. И. Билалова, Д. В. Галушко и др.), к числу ее преимуществ относятся: повышение качества образовательной деятельности и конкурентоспособности образования, актуализация сетевого сотрудничества вузов на различных уровнях (региональном, национальном и международном), создание международных образовательных программ, инициирование и реализация научно-исследовательских проектов.

Развитие интернационализации связано с разработкой и внедрением стратегии интернационализации, внедрением программ академического партнерства, заключением различного рода соглашений о международном сотрудничестве, включающих ключевые аспекты преподавания и обучения.

Современный университет в условиях перспективной работы с использованием ресурсов интернационализации обеспечивает сохранность культурных ценностей, а совместное обучение студентов разных стран позволяет включить в культурное пространство традиции и уникальные образцы культурного наследия мира.

Современный региональный университет

Современный региональный университет представляет сложную многофункциональную систему, которая актуализирует учебную, исследовательскую, воспитательную, профессионально-ориентированную, экспертную и другие виды деятельности. Работа университета направлена на совершенствование образовательного процесса, определение и внедрение разных образовательных услуг. Очевидно, что университет вносит заметный вклад в развитие регионального пространства, подготовку кадров для региона, разработку и распространение инноваций в разных видах деятельности.

Одним из значимых процессов для развития регионального университета является взаимовыгодный, перспективный диалог с представителями региональных стейкхолдеров. Региональный университет, его преподаватели и студенты на уровне социальных характеристик функционирования воспроизводят социальную структуру регионального пространства через подготовку лидеров, формирование интеллектуалов, выпуск специалистов разного профиля. В этой связи возможны актуальные договоренности о перспективных отношениях, усиливающие ресурсы как образовательной организации, так и регионального пространства, предприятий и объединений, ассоциаций и ведомств.

Региональный университет качественно организует разные виды деятельности (инновационную, познавательную, исследовательскую, волонтерскую), которые отражают современное наполнение активности профессионала. В последнее время в образовательный процесс внедряются новые виды деятельности, новые варианты практики, подчеркивающие актуальные направления профессиональной самореализации специалистов.

Ориентация на разностороннее развитие будущего специалиста создает перспективные основы для передачи студентам ценностных характеристик современности, выстраивания социализации, формирования компетенций профессионала. Кроме того, студент получает и апробирует оригинальные модели персональной жизни.

Современный региональный университет максимально использует имеющиеся ресурсы для подготовки кадров, способных вносить позитивные изменения в профессиональную сферу деятельности. Интеграция познавательных и личностно-ориентированных процессов, исследовательской деятельности и организации дополнительного образования создает основы для готовности студентов к качественной самореализации в условиях профессиональной деятельности.

Каждый региональный вуз создает и сохраняет университетские традиции, которые обеспечивают формирование личностных, социальных и профессиональных ценностей, позволяют реализовать свой потенциал в условиях сложной конкуренции.

Понятно, что региональный университет должен сам определить перспективные линии развития, векторы трансформации, осмысливать проблемные положения и способы их преодоления в современных условиях. Однако обращение к опыту других образовательных организаций поможет сделать этот процесс более целенаправленным, способным качественно выстроить перспективы, определить стратегию и тактику успешной многофункциональной деятельности.

Заключение

Представленные аналитические материалы наглядно демонстрируют варианты обновления образовательной сферы, перспективной реализации качественного сервиса в деятельности высшей школы. Включение в образовательный процесс цифровых технологий, индивидуальных образовательных маршрутов, геймификации позволит реализовать инновационные образовательные цели современного университета, создать условия, стимулирующие формирование качеств, присущих высокопрофессиональным специалистам.

Использование аксиологизации в процессе подготовки конкурентоспособных кадров имеет потенциал включения субъектов образования в ценностный мир социокультурной системы, способствующий развитию и сохранению национального культурного кода, интериоризации ключевых ценностей.

Есть уверенность в том, что процессы коллаборации позволят найти чрезвычайно важные линии сотрудничества в интеллектуальной сфере, основой которых может быть продуманная образовательная политика, учет специфики социально-экономического развития разных региональных систем России и тенденций мирового развития образования.

В современных условиях требуется немало усилий для развития интернационализации образования, требующей международного измерения.

Для реализации комплекса идей трансформации современного университета следует развивать базовые положения:

•  организация образовательной деятельности в университете с ориентацией на приоритетные направления развития науки, культуры, образования, промышленности в регионе;

•  развитие образовательного пространства вуза, стимулирующего интеллектуальные поиски преподавателей и студентов, совершенствование и расширение фундаментальных и прикладных исследований;

•  технологическое обеспечение решения актуальных образовательных, исследовательских, воспитательных, социокультурных задач;

•  интеграция организационных усилий университета для трансформации образовательного процесса высшей школы: открытие центров персонализации образования, цифровизации образовательного процесса, организации воспитательных проектов и др.;

•  организация экономической деятельности высшей школы, направленной на укрепление материальной базы образования, поиск внебюджетных средств для развития образовательной системы.

Очевидно, что в современных условиях ключевую роль может сыграть включение в образовательный процесс проектной модели обучения с акцентом на исследовательские, практико-ориентированные разработки.

Определение стратегических и тактических составляющих в деятельности современного университета должно коррелироваться с общегосударственными подходами к развитию высшей школы. Современный университет должен использовать ресурсы инновационного развития образования для обеспечения качественной подготовки конкурентоспособного специалиста XXI века.

Литература

1.Вербах К., Хантер Д. Вовлекай и властвуй. Игровое мышление на службе бизнеса. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2015. 224 с.

2. Государственная программа Российской Федерации «Развитие образования» на 2018–2025 годы, утвержденная Постановлением Правительства РФ от 26 декабря 2017 г. № 1642. URL: https://docs.edu.gov.ru/ document/3a928e13b4d292f8f71513a2c02086a3 /download/1337/ (дата обращения: 12.10.2022).

3.Национальная доктрина образования Российской Федерации. Проект / под ред. чл.– корр. РАО В. И. Слободчикова. Изд. 2-е, исправленное и дополненное. М., 2022. 34 с. URL: https://rnk-concept.ru/wp-content/uploads/2022/04/777 2022_ Doktri n a.pdf.

4. Паспорт приоритетного проекта «Вузы как центры пространства создания инноваций». URL: http://centervuz.ru/documents/passport.pdf (дата обращения: 12.10.2022).

5. Паспорт приоритетного проекта «Современная цифровая образовательная среда в Российской Федерации». URL: http:// static.government.ru/media/files/8SiLmMBgjAN89vZbUUtmuF5lZYfTvOAG.pdf (дата обращения: 12.10.2022).

6. Подготовка профессионала XXI века: теоретические поиски и эффективные практики: [монография] / А. В. Антюхов, Н. А. Асташова, М. В. Богуславский, С. К. Бондырева и др.; под ред. А. В. Антюхова, С. К. Бондыревой. М.; Брянск: ОАНО ВО «МПСУ»; РИО БГУ, 2020. 257 с.

7.Салми Дж. Создание университетов мирового класса / пер. с англ. М.: Весь Мир, 2009 132 с. URL: https://kaznmu.edu.kz/rus/ wp-content/uploads/2012/09/Университет-мирового-класса. – Джамиль Салми. pdf (дата обращения: 12.10.2022).

8. Стратегия цифровой трансформации отрасли науки и высшего образования (утв. Минобрнауки России). М., 2021. URL: https://minobrnauki. gov.ru/upload/iblock/e16/dv6edzmr 0og5dm57 dtm0wyllr6uwtujw.pdf (дата обращения: 12.10.2022).

9. Т-университеты. Центр трансформации образования Московской школы управления СКОЛКОВО. 2019. URL: https://www.skolkovo.ru/public/media/documents/research/sedec/SKOLKOVO_SEDeC_T-universities_ru.pdf (дата обращения: 24.09.2022).

10. Федеральный закон от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями). URL: https://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW _140174/8e5be7 fa943b780309272c643ee316b105206f39/ (дата обращения: 12.10.2022).

11. Yu-kai Ch. Полная схема Октализа. URL: http:// uimode ling.ru/octalysis (дата обращения: 24.09.2022).

Об авторе

Антюхова Е. А., доктор политических наук, доцент кафедры мировых политических процессов Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России. Сфера научных интересов: научная и образовательная политика, философия и аксиология образования, методология научного исследования.

Chapter 2. DIRECTIONS OF HIGHER EDUCATION TRANSFORMATION IN THE NEW GEOPOLITICAL CONDITIONS

E. Antyukhova

Moscow State Institute of International Relations (MGIMO University)

Abstract. The work analyzes the characteristics of a modern university, considers the directions of transformation of its educational process: digitalization, personalization, gamification, axiologization, collaboration, internationalization. The author draws attention to the key characteristics of universities with consideration to the phases of social development.

Such areas of transformation as digital transformation of science and higher education, the implementation of the individual educational trajectory of students, gamification in vocation education, and the education world of values are especially highlighted.

Keywords: new geopolitical conditions, vectors of modern university transformation, digitalization, personalization, gamification, axiologization, collaboration, internationalization, individual educational trajectory of students

Bio Note

E. Antyukhova, Doctor of Political Science, Associate Professor of the Department of World Politics, Moscow State Institute of International Relations (MGIMO University). Research Interests: scientific and educational policy, philosophy and axiology of education, methodology of scientific research.

Глава 3. Стратегии трансформации учебного процесса университетов в направлении реализации проектного обучения

Рязанова Н. Е.

Московский государственный институт международных отношений (университет) МИД России

Аннотация. Стратегии трансформации видов деятельности университетов для реализации третьей миссии. Обоснование разработки стратегий трансформации политики университетов в разных кластерах деятельности. Определение существующих и потенциальных возможностей вузов в рамках реализации ими третьей миссии, с целью направить образование по основным векторам развития для повышения экономической и социальной отдачи от выпускников вузов в реальную экономику регионов и государства в целом. Основные кластеры в работе вузов, нуждающиеся в трансформации для адекватной и эффективной организации обучения в идеологии проектной работы. Обоснование ускорения разворота вузов в направлении реализации третьей миссии, что позволит концентрироваться самим вузам на этой задаче, помогать профессорско-педагогическому составу (ППС) разрабатывать такие мероприятия и так развернуть свою работу с заинтересованными государственными организациями и бизнесом, чтобы активизировать свои усилия и возможности на скорейшем достижении социально-экономической успешности регионов и государства в целом. Анализ возможностей реализации третьей миссии вузов на основе анализа разработанных и реализованных стратегий вузов.

Ключевые слова: третья миссия вузов, проектный подход, работа вузов со стейкхолдерами, социальная ответственность вузов.

Трансформация учебного процесса

Под проектным или проблемным обучением предполагается коллективная работа студентов над актуальной темой.

При этом проектное²⁸ и проблемное обучение²⁹ весьма схожи, но могут различаться механикой работы и ожидаемым образовательным результатом.

Назвать такие подходы в образовании новыми не представляется возможным, так как они возникли еще в 70-е гг. ХХ века, причем в вузах СССР они применялись не реже, а возможно, значительно чаще, чем на Западе, и были глубоко интегрированы, например, в образование инженеров, медиков, социологов и т. д.

Входные условия для внедрения таких форм образования должны несколько менять саму среду обучения, образовательное пространство, сложившуюся систему учебных планов, распределения объемов учебной нагрузки в течение недели, семестра, а также способствовать глубокой интеграции экспертов реального сектора экономики в образовательные процессы. Проследим, в какой мере переход на такое обучение актуален, возможен и востребован в настоящее время. Исследуем, каковы входные параметры³⁰, текущие процессы и ожидаемый вузами образовательный результат, их вспомогательный персонал, профессорско-преподавательский состав, студенческое сообщество и, конечно же, всех остальных стейкхолдеров. Исследование сфокусировано на следующих основных сегментах образовательной деятельности: проблемность, проектность, образовательный продукт, трансформация процессов в вузе, работа со стейкхолдерами³¹.

Актуализация проектного обучения для всех заинтересованных сторон

Преодоление косности ППС по вопросам скорейшего насыщения учебных программ актуальной государственной повесткой потребует некоторого времени, возможно, целого десятилетия. ФГОС напрямую этого требования не содержат, следовательно, можно этого и не делать. Однако наиболее продвинутая и неравнодушная часть ППС всегда работает активно в неформальном и информальном образовании, что позволяет и даже требует активного взаимодействия с внешними стейкхолдерами (заинтересованными сторонами) для верной фокусировки на актуальных вопросах развития и правильной постановке исследовательских задач. Однако в настоящее время ощущается острый дефицит дидактической поддержки, разработки рекомендаций и педагогического сопровождения ППС в работе за рамками формального образования (основного образовательного процесса).

Исследуемая тема не нова, но раскрывает новые грани этого процесса. С точки зрения третьей миссии университетов важно понимать, что в центре процесса должен стоять вуз (рис. 2), а остальные заинтересованные стороны в каком-то смысле равноудалены, т. е. их интересы должны быть сбалансированными и учитываться на паритетных основаниях. Важно понимать, что все указанные стейкхолдеры довольно тесно связаны в процессе реализации своей деятельности между собой. Причинно-следственные связи, возникающие в их работе, важно грамотно доносить до профессорско-преподавательского состава, что будет сильно и эффективно наращивать их экспертный потенциал, а также до студентов, что поможет им видеть картину управления проектами и процессами более целостно, можно сказать, в 3Д-стиле.

Рис.2. Стороны, заинтересованные в реализации проектного подхода в обучении (ППС – профессорско-преподавательский состав; НКО – некоммерческие организации)

Реализация проектного подхода в обучении в практической работе оказывается значительно сложнее, чем проблемного. Если в проблемном обучении преподаватель вместе со студентами в процессе собственного исследования выходит на некую проблему (проблемы), то и решать они могут их собственными силами, опираясь лишь на собственные возможности. В таком случае верификация качества найденных решений или сформулированных предложений может быть оценена лишь экспертами, привлеченными для рецензирования материалов. Для такого подхода отлично подойдет реализация научно-ориентированного обучения (Research-Based Learning), в основе которого лежит привычная научно-исследовательская работа, подразумевающая в том числе большой объем самостоятельной работы студента. Такой подход хорошо реализуется в рамках подготовки либо курсовых работ, либо выпускных квалификационных.

На более высоких ступенях образования (магистратура, аспирантура) прекрасные результаты дает активное обучение, включающее текущее составление опросников, интервьюирование экспертов, создание баз данных организаций и документов, важных для темы исследований, такое обучение можно назвать исследовательским (Inquiry-Based Learning). На магистерской и аспирантской ступенях образовательный стандарт предполагает формирование умения ставить исследовательскую задачу, проводить самостоятельное исследование по теме, оформлять результаты своих исследований с большим весом самостоятельной работы студента. Студент сам проектирует дизайн своего исследования, траектории его развития на разных этапах и ожидаемый результат. Конечно, он обязан периодически верифицировать свои исследования с научным руководителем, получает критику, рекомендации и формирует собственный научно-исследовательский опыт. Интересно, что и сам преподаватель, как правило, может выступать интервьюируемым экспертом, что акцентирует аспекты высокой личностной ответственности наставника за результат обучающегося.

Давно известен также кейсовый метод в обучении (Case-Based Learning), а вернее его фрагментарное привлечение в классической подготовке и как основного метода в бизнес-образовании. Если на уровнях образования бакалавриат и магистратура все же требуется преподавание некоторых теоретических основ различных наук, то чем выше или чем более прикладной является ступень образования, тем значительнее становится роль кейсового метода обучения.

Для реализации этих подходов обучения не требуется перестройки графика учебного процесса, физического пространства вуза и формирования новых навыков преподавателей. Даже привлечения большого количества экспертов можно не проводить, так как ограниченные рамки учебного времени всегда диктуют подход в стиле математического принципа «необходимо, но достаточно». Все это в той или иной мере сложилось с течением времени в процессе развития системы высшего образования.

Проектное же обучение предполагает целый набор различных видов³² деятельности в категориях сотрудничества: поиск заказчиков исследования, формирование рабочих коллективов, создание команды руководителей и исполнителей, создание тайм-плана, вписывающегося в реально существующий график учебного процесса, создание физических условий в вузе для работы проектных команд, организация представления и защиты проектов, экспертиза и апробация полученных результатов.

В частности, вузы, осуществляющие проектный подход в обучении, работают по следующим направлениям³³: составляют перечень заинтересованных организаций и планы работы с ними; имеют программу ведения переговоров; создают проектные офисы; выделяют в качестве основных факторов прежде всего нужды стейкхолдеров, а не собственные, понимая, что они осуществляют подготовку выпускников именно как кадрового потенциала для реального сектора экономики³⁴; на постоянной основе расширяют экспертную отраслевую сеть; предлагают новые темы и синтезируют новые исследовательские задачи вместе со стейкхолдерами; планируют ресурсы времени, пространства и финансов под каждый конкретный проект, способствуют развитию у студентов Soft Skills.

С 2015г. в России произошло разделение университетов³⁵ на сеть федеральных и опорных³⁶. Кроме того, запущены и уже реализованы такие программы, как «Вузы как центры пространства создания инноваций», «5-100»³⁷. В настоящее время реализуется федеральная программа стратегического академического лидерства³⁸ по наращиванию конверсивных технологий³⁹ передачи знаний и технологий в реальный сектор экономики «Приоритет 2030».

Таким образом, организации получают новый (свежий) взгляд на актуальную проблему, множественные варианты возможных ее решений, возможности вузовской профессиональной ориентации, значительное влияние на процесс текущей подготовки кадров, продвижение своей кадровой политики в более активном режиме, возможности реального кадрового отбора, повышение экспертности профессорско-преподавательского состава, задействованного в реализации проектного обучения.

Баланс интересов стейкхолдеров и вузов

Поскольку реализация третьей миссии вузов предусматривает не только теоретическое обучение и рассмотрение актуальных проектов текущей деятельности предприятий и целых отраслей экономики, но и практическую деятельность, то в результате ее реализации могут и должны возникать технопарки, производственные инновационные кластеры, R&D для развития и внедрения инноваций, научно-производственные объединения, малые инновационные предприятия и другие формы реального воплощения интеллектуальных продуктов проектной деятельности в вузах. Такой ожидаемый образовательный результат является высшим пилотажем, и сегодня государство и бизнес ставят перед вузами все более сложные и «многоуровневые» задачи. Часто стейкхолдеры, закидывая в вуз такую задачу, получают не ожидаемый результат (просто решение поставленной задачи), а целый пакет возможных решений, бизнес-планы, мастер-планы и массу иных решений, на которые в начале совместной деятельности даже не рассчитывали.

Реализовать технически сложные и дорогостоящие проекты бывает очень проблематично для одного факультета или даже университета. Тогда создаются учебно-производственные объединения различного уровня. Интересным опытом является framework programmes Европейской комиссии, а в США работает совместная с европейскими государствами программа Advanced Technology Programme⁴⁰. Проект позволяет совместное использование производственных и научных мощностей различными образовательными организациями.

Такой подход позволяет экономить государственные и частные ресурсы (финансовые, природные, человеческие и другие), существенно ускоряет создание опытных образцов, выводит ППС и студентов из аудиторий и погружает в реальную (или почти реальную) производственную среду, к которой студенты начинают адаптироваться уже с первых курсов обучения, обучает правилам взаимодействия, субординации, технике безопасности и другим профессиональным навыкам, организующим рабочее пространство будущего кадрового потенциала. Выпускники, прошедшие обучение в таком формате, значительно легче адаптируются к условиям производственной деятельности и демонстрируют высокие показатели уже с первых лет своей работы⁴¹. В равной мере это касается и выпускников непроизводственных направлений подготовки (естественников, математиков, гуманитариев), только это может называться иными терминами – не производственная, а реализуемая деятельность и т. п.

В России эта деятельность сейчас развита настолько широко, что уже дает потрясающие научно-технологические результаты⁴². Это и новые научно-административные, мультимедийные пространства, исследовательские лабораторные корпуса, коворкинги, деловые и выставочные трансформируемые пространства, технопарки, конгресс-центры и многие другие форматы. Конечно же, одним из наиболее мощных и мультифункциональных кластеров является научная долина МГУ и кластер «Ломоносов» – гордость современной научной России.

В целом необходимо отметить, что на сегодня в российском законодательстве, регламентирующем образовательный процесс, не существует прямых требований по переходу вузов к проектному обучению. Вузы могут делать это фрагментарно и по собственным предпочтениям. Этот процесс идет в основном в федеральных университетах и некоторых опорных. В частности, из общей практики российских вузов стало понятно, что необходимо было создание нескольких специфических кластеров⁴³:

•  биржа проектов, куда стейкхолдеры могут «закинуть» свою исследовательскую задачу;

•  изменение системы зачетных единиц, с учетом практико-ориентированной деятельности и реальной включенности в проект;

•  создание инновационных и интерактивных коворкингов;

•  небольшая трансформация графиков учебного процесса;

•  эксперимент в виде смешанного обучения, когда на уровне мейджеров студенты учатся на факультетах и в группах по выбранной при поступлении специальности (направлению подготовки), а на майноры они расходятся буквально по интересам;

•  произошел уход от расположенной в центре фигуры учителя, и класс «развернулся» лицом друг к другу, пространство стало гибким, трасформирующимся, технологически гораздо более насыщенным и удобным (столы-трансформеры, розетки, мультимедийные системы, насыщенность техникой и прочее).

Таким образом, очевидно, что происходит мягкая трансформация, а не слом существующих форм и методов обучения, сохраняются традиционные и новые формы образования, постепенно растет уровень экспертности профессорско-преподавательского состава и адаптивность выпускников на рабочих местах.

Стратегии оценки результативности работы по направлениям третьей миссии

Очевидно, что любые процессы, связанные с организацией труда больших масс людей, выделением государственного и частного финансирования, требуют оценки. Наиболее важной считается количественная оценка, хотя очень важной частью является моральная и социальная стороны происходящей трансформации процессов жизнедеятельности в регионах и в стране в целом.

Количественные оценки складываются, с одной стороны, из увеличивающегося государственного и иных видов финансирования выполненных разработок и получения заказов на планирующиеся, с другой стороны, из запущенных в экономике страны технологических и социальных процессов, реально поднявших экономические и социальные показатели в регионе. Немаловажно и то, что университеты являются не реципиентами, а донорами налоговых поступлений в региональные бюджеты. Также важно прослеживать разницу между инвестициями и ожидаемой и реальной окупаемостью от внедрения инноваций в экономику, она не быстрая, но может давать ощутимый эффект.

Что и для чего можно и необходимо оценивать? Обычно в самом простом подходе выделяют три кластера, в рамках которых агрегируют ряд показателей:

•  социально-экономический кластер – позволяет оценить число вовлеченных студентов, профессоров, кафедр, институтов, привлеченных по НИР средств, количество патентов, внедренных разработок и т. п.;

•  кластер работы со стейкхолдерами: общественное влияние в виде экспертной деятельности профессорско-преподавательского состава на различного уровня экспертных площадках, число сотрудников, задействованных в научных и исследовательских проектах реального сектора экономики, число проведенных в вузе проектных работ, их глубину и качество (с привлечением экспертов отраслей), вовлечение в вузовскую сферу подшефных школ, работа с НКО, продвижение влияния вуза на законодательных площадках;

•  кластер социальной ответственности и общественной работы – позволяет как количественно, так и качественно проводить оценку работы с институтами гражданского общества, реализацию обучающих и популяризирующих науку мероприятий, оценивать число обученных на курсах повышения квалификации или участвовавших в научных мероприятиях (семинарах, тренингах, проектной работе и прочее), научное и интеллектуальное волонтерство, создание специфических инновационных электронных ресурсов и баз данных по темам проектной деятельности и прочее.

Сегодня уже существует большой выбор оценочных средств, позволяющих не только оценивать сам вуз по итогам реализации им третьей миссии, но и проводить рейтингование вузов в этом направлении. Например, международный The Times Higher Education World University Ranking: индикатор передачи знаний – доход, полученный от исследований в индустрии.

Рейтинг U-Multirank (UMR), выпускаемый Европейской Комиссией (the European Commission). UMR-рейтинг рассматривает такие направления, как технологические инновации и международное воздействие на изменения, а показателями являются количество и качество публикационной активности и финансирование из внебюджетных средств, что можно оценивать как малорисковые вложения, когда спонсоры или инвесторы уверены в получении ожидаемого результата. А со стороны заинтересованности вузов оцениваются количество и продолжительность стажировок, их оплачиваемость, региональное финансирование научных заказов (высокие ожидания регионов), трудоустройство выпускников по полученным специальностям (желательно в пределах региона), что дает отдаленный эффект по возрастанию ВРП⁴⁴. Российские исследования в целом подтвердили эффективность таких оценочных подходов⁴⁵ и показали, что от вузов федерального уровня не нужно требовать трудоустройства выпускников в данном регионе, так как это провоцирует невозвратные потери кадрового потенциала высокой квалификации в регионах России, откуда люди стремятся ехать на учебу в столичные города.

Разработана и многопараметрическая система оценки третьей миссии вузов на основе факторов и показателей технической эффективности с помощью bootstrap data envelopment analysis (DEA) и multidimensional scaling analysis (MDS). Они помогают оценивать передачу знаний⁴⁶ как создание интеллектуального капитала (ИК) посредством таких компонентов, как: человеческий капитал (human capital), структурный капитал (structural capital) и реляционный капитал (relational capital)⁴⁷.

В России разработаны:

Методика оценки показателей кооперации со стейкхолдерами и проектной работы (Черненкова Е. И., Иноземцева В. А., 2018); включают⁴⁸: экспертные и научно-практические мероприятия, проведенные вузом и в вузе, выпущенные информационно-аналитические материалы (результаты собственной аналитики и качественная оценка взаимодействий со стейкхолдерами). Те партнеры, которые не получили значимого эффекта от такого взаимодействия, как правило, уходят, и этот опыт можно оценивать как негативный.

Московский международный рейтинг «Три миссии университета» включает группу показателей «Университет и общество»⁴⁹. Оцениваются три сферы: исследования (оформленная интеллектуальная собственность, реальная передача технологий и прочее); повышение актуальности и качества преподавания (непрерывное образование, курсы повышения квалификации для сотрудников и вовне, привлечение талантливой молодежи и развитие их навыков); социальная вовлеченность в региональные и международные сообщества. Этот рейтинг включает группу показателей «Университет и общество»⁵⁰: количество массовых открытых онлайн-курсов вуза, доля вуза в общем объеме публикаций по стране, присутствие в Интернете, популярность в Интернете, количество подписчиков аккаунта университета в социальных сетях, количество выпускников вуза, которым посвящена отдельная страница в Википедии, размер интернет-аудитории сайта вуза, транспарентность (см. табл. 8).

Таблица 8

Показатели вклада вуза в развитие общества согласно Московскому международному рейтингу «Три миссии университета»⁵¹