Kitobni o'qish: «Смешарики. Феноменально! Лучшие истории про Лосяша»

Произведено по лицензии ООО «Смешарики»

© ООО «Смешарики» 2003

© ООО «Мармелад Медиа» 2025–2026

Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026, обложку добавить в текст перед копирайтами

* * *

Торжество разума

Всем известно, что самый лучший день недели – выходной. В этот день можно много спать, гулять, играть и просто ничего не делать. Однако с Лосяшем всё было по-другому. Он трудился днями напролёт – изучал, считал, записывал… И всё это без выходных.

Зная, как Лосяш занят, Нюша частенько помогала ему по хозяйству. Каждое воскресенье, ровно в восемь часов утра, она приходила к учёному и делала уборку в его домике. Вот и в этот раз в 8:00 Нюша уже тщательно смахивала пыль с умных книжек.

Лосяш готовился к трудам. Выпил чаю с бутербродом, включил компьютер и… загрузил компьютерную игру. «Немного поиграю – и сразу за работу. Надо немного отдохнуть», – подумал учёный и нажал кнопку «Старт».

Нюша стёрла пыль с десятой книжки. Лосяш молчал, и она включила радио. Сначала была интересная передача – про моду. Но она быстро закончилась, и стали рассказывать про какую-то скучную Нобелевскую премию.

– И зачем вообще эти премии нужны? – недовольно хмыкнула Нюша и выключила приемник.

Лосяш как раз приближался к финишу. Сейчас компьютерный Крош перепрыгнет последний компьютерный заборчик и… Вопрос Нюши сбил лося с толку.

– Как зачем нужны?! – удивился он, напрочь забыв про игру. – Да любой учёный мечтает получить Нобелевскую премию! Ведь этим он являет миру торжество своего разума!

На слове «разума» компьютерный Крош ударился в компьютерный заборчик и сломал его. На экране зажглась большая красная надпись – ПРОИГРАЛ!

Что такое торжество разума, Нюша не знала, но вслух спросить не решилась. Потому что Лосяш как-то сильно разнервничался. Он спрыгнул со стула и теперь бегал по комнате – туда-сюда, туда-сюда.

– Когда я был так же молод, как ты, я ухаживал за одной особой, – вдруг сказал он.

Слово «ухаживать» Нюша знала хорошо и очень его любила. Она уселась на радиоприёмник и приготовилась слушать. Оказалось, что Лосяш ухаживал за особой очень-очень долго. Ухаживал, ухаживал, ухаживал, а она вдруг совершенно нелогично…

– Предпочла другого? – догадалась Нюша и вся сжалась от восторга. – Какой ужас! А почему?

Лосяш побежал к компьютеру.

– Видишь ли, Нюша… – хмыкнул он, доставая из коробки коробки компьютерный диск. – Некоторые лоси… – и Лосяш вставил диск в дисковод, – нагло полагают, что все вопросы надо решать через рога. Мол, у кого рога больше, тот и прав! Абсурд!

С этими словами Лосяш ударил копытом по клавиатуре. На экране появился лось с красивыми и мощными рогами. Он зажигательно отплясывал под бодрую музыку.

Нюше лось сразу понравился. У него были такие ветвистые рога! Но сказать об этом Лосяшу она не решилась. Потому что он всё ещё был недовольный.

– Так вот, чтобы исправить эту несправедливость, умные лоси придумали Нобелевскую премию! – сообщил учёный, выключил танцующего лося и включил прыгающего кролика.

Нюша поёрзала-поёрзала, а потом тихонечко, почти шёпотом, спросила:

– У тебя были маленькие рога, да?

Лосяш разволновался ещё больше.

– В вопросах дружбы размер не имеет значения! – сердито сказал он. – Стоит только получить Нобелевскую премию (а ее может получить только очень, ОЧЕНЬ умный лось), как тебя начинают любить все. И неважно: большие у тебя рога или маленькие! Это и есть торжество разума!

Но Нюша его уже не слушала.

– У тебя были маленькие рога… – прошептала она и посмотрела на учёного с жалостью.

Лосяш сжал зубы:

– Да, тогда рога у меня были не очень. Но сейчас они у меня хоть куда! Если бы она их сейчас увидела, она бы… – Лосяш с силой стукнул по клавиатуре.

Компьютерный Крош ударился о компьютерный заборчик и сломал его… Лосяш опять ПРОИГРАЛ!

– И ты больше никогда её не видел? – продолжила Нюша, начиная всхлипывать.

Лосяш выключил игру и слез со стула:

– Я сказал себе, что буду работать и работать! Работать и работать! Пока не получу Нобелевскую премию! И тогда она всё поймёт и прибежит проситься обратно!

Тут силы у Лосяша кончились, он устало опустился на радиоприёмник и достал носовой платок. Неожиданно радио включилось.

– За долголетние исследования… – сообщило оно, – Нобелевская премия присуждается…

– Ну… Как на этот раз зовут счастливчика? – Лосяш промокнул глаза платком и прислушался.

– Лосяшу! – закончило радио.

Услышав это, учёный упал. Вместе с носовым платком!

Когда Лосяш открыл глаза, перед ним стояли все его друзья.

– А мы всё знаем! – радостно сообщила Совунья.

– Тебя приглашают на вручение премии! – Кар-Карыч помахал перед носом друга письмом.

Все смотрели на Лосяша с восторгом. Вот лежит па спине их друг, такой обычный, круглый, домашний, и вдруг – раз! – САМЫЙ УМНЫЙ УЧЁНЫЙ НА СВЕТЕ! И ему премию вручат! НОБЕЛЕВСКУЮ! И по телевизору покажут! На весь мир!

Бараш помог учёному подняться. Неужели это правда?! Лосяш не верил своим глазам. Он попытался представить себя на сцене и тут же испугался.

– Надо подготовиться! – пробормотал он. – Я хочу выглядеть красивым и модным! Это должно быть настоящее ТОРЖЕСТВО РАЗУМА!

И началось! Сначала учёного повесили на штангу, чтобы у него спина выпрямилась. Потом вытрясли из него книжную пыль. Отпарили в горячей воде. Немного, правда, с температурой напутали – Лосяш весь красный стал. Но что поделаешь – торжество требует жертв! Сделали маникюр, педикюр, накрасили копыта бесцветным лаком. Он же этими копытами премию брать будет!

Затем приступили к косметическим процедурам. Отбеливающая маска из свежих огурцов Лосяшу очень понравилась. А вот клюквенная очистка рогов не очень.

– Толстоват немного, ну ничего – ушьём, – бормотал Бараш, измеряя учёного сантиметром.

Когда мерки были сняты, Совунья уселась за швейную машинку.

Через день костюм для торжества был готов. Лосяш застегнул пуговицы на бархатном пиджаке и нахлобучил на голову парик. Кар-Карыч внимательно оглядел его со всех сторон. «Чего-то не хватает…» – подумал он. Потом вдруг куда-то побежал и вернулся с коробочкой. В ней лежал малиновый галстук-бабочка – лучший в коллекции Кар-Карыча.

– Ты великолепен! – прошептал ворон с восторгом, прикрепив галстук к Лосяшу.

Смешарики сделали шаг назад и замерли в восхищении. Что правда, то правда – Лосяш и в самом деле был великолепен. Так великолепен, что Нюша, прижав копытца к сердцу, с восторгом крикнула:

– Она обязательно прибежит проситься обратно!

Лосяш повернулся к зеркалу и остолбенел. Перед ним стояло настоящее ТОРЖЕСТВО РАЗУМА!

Прошла минута, потом другая… Лосяш застыл, заворожённо глядя в зеркало. Вдруг он резко обернулся и испуганно пробормотал:

– Рога! Вам не кажется, что мы забыли про рога? Надо их чуть-чуть привести в порядок. Совсем капельку…

Через секунду рога Лосяша превратились в новогоднюю ёлку, Чего только на них не было! Зонтик, лыжи, вешалка, палка от пугала, лопата и два колокольчика! Всё это было обвязано верёвками и прочно примотано к рогам.

– Ну, может, достаточно? – спросил Копатыч.

– Ещё! Ещё! Рога должны быть видны отовсюду! – Лосяш даже ногой топнул – от нетерпения.

От топота чудо-юдо-рога качнулись… Вправо… Влево… Накренились вперёд и… ОТВАЛИЛИСЬ.

Лосяш пятый день не выходил из дома. Друзья очень беспокоились – ведь скоро вручение премии, а он в таком состоянии. Каждый день они приходили к домику учёного, стучали и требовали немедленно открыть им дверь.

– Я никуда не поеду! – раздавалось в ответ.

И так все пять дней. Наконец Бараш не выдержал.

– А как же ТОРЖЕСТВО РАЗУМА? – выкрикнул он в замочную скважину.

– Ну да, подумаешь, рога отвалились… – поддакнул Кар-Карыч.

Дверь распахнулась. На пороге стоял Лосяш. Вместо прекрасных рогов на головы торчали… маленькие коричневые пеньки.

– Зачем мне эти восторги и премии сейчас? – сказал он, всхлипывая. – Мне это нужно было, когда я был молод! А сейчас пусть шлют премию по почте!

И захлопнул дверь.

Наступило воскресенье. Нюша снова вытирала пыль в домике Лосяша.

Радио было выключено. Тишину нарушало только жужжание компьютера.

Несколько раз Нюша порывалась что-то спросить, но не решалась. Ей очень не хотелось расстраивать Лосяша. Но, в конце концов, любопытство победило.

– Ты не поехал, потому что не хотел, – Нюша остановилась и зажмурила глаза, – чтобы она тебя видела с маленькими рожками, да?

– Да она, наверное, меня и не помнит, – спокойно ответил Лосяш. – Вот странно: мы совершаем подвиги для тех, кому до нас уже нет дела, а любят нас те, кому мы нужны и без всяких подвигов.

И, грустно улыбнувшись, учёный нажал кнопку «прыжок». Компьютерный Крош перепрыгнул компьютерный заборчик и схватил призовую морковку. Лосяш замер. Это что же… Он что… Да! Он ПО-БЕ-ДИЛ!

Реалист

Как же Лосяш любил выходные! Не нужно никуда спешить, отдыхай себе и наслаждайся жизнью. Учёный заварил чаю и устроился в гамаке во дворе своего домика. Пели птицы, порхали стрекозы, в воздухе сладко пахло летом.

Вдруг Лосяш заметил, что на ближайшем холме перед этюдником стоит Кар-Карыч. Ворон напевал песенку и рисовал, поглядывая время от времени в сторону Лосяша.

Учёный сперва смутился, а потом даже обрадовался, что вдохновил товарища на творчество. Он важно кивнул Карычу, сделал умное лицо и замер, чтобы художнику было удобнее работать. Минуты шли, Лосяш мужественно держал позу и украдкой потягивал чай. Но в какой-то момент он всё-таки не выдержал.

– Друг мой одарённый, – прокричал Лосяш Карычу. – Можно я на секундочку оставлю своё место и подойду к вам?

– Что? – Художник оторвался от картины и удивлённо посмотрел на друга.

Лосяш подумал, что ворон его не расслышал, и повысил голос:

– Я спрашиваю, можно я подойду к вам на секундочку?

– Конечно! Почему нет? – ответил Карыч.

Учёный сполз с гамака и подбежал к художнику.

– Мне просто интересно, – сказал Лосяш, подходя ближе, – достаточно ли выразительна моя поза. Или имеет смысл поднять руку с чашкой чуть выше…

Он посмотрел на рисунок Карыча и осёкся: на холсте был изображён лес. И всё. Не было ни домика, ни гамака, ни самого Лосяша.

Кар-Карыч искоса взглянул на друга и приготовился принимать похвалы. Всё-таки он считал себя хорошим художником.

– Простите, а где мой дом?! – возмутился Лосяш. – И, извините за нескромный вопрос, где я? Вы же только лес нарисовали!

Карыч расплылся в улыбке.

– Да, дружище, я давно хотел изобразить лесной пейзаж. Вид с холма… А твой чудесный домик как-то выбивался из композиции.

Ворон задумчиво обмакнул кисть в чашку с чаем, которую Лосяш продолжал держать в руке. Учёный посмотрел на мутную жидкость и рассерженно вылил её на траву.

– Простите, но это неправда! – воскликнул Лосяш. – Вы, как художник, должны отображать жизнь, а вы рисуете ложь!

Учёный негодовал. По всем законам живописи на картине должен быть его дом, гамак и он сам. С чашкой чая в руке.

– Да ничего я не должен! – заявил Карыч.

– Простите, но там стоит дом! – сердито сказал Лосяш и подбоченился.

Тут уж и Карыч немного вышел из себя.

– Повторяю: мне нравится этот лес, – процедил он. – Мне много что нравится в этой жизни, но всё на картину не поместится. Твой домик тоже ничего, но с ним давай в другой раз!

Он собрал все свои художественные принадлежности в чемоданчик, сунул этюдник подмышку и пошёл прочь. Не дают нормально поработать! Никому не угодишь! А художника обидеть может каждый.

Упорный Лосяш пошёл вслед за Карычем.

– Это заблуждение, – взволновано пробормотал учёный. – Почему не поместится?.. – Он перевёл взгляд на свой домик. – В реальности же он помещается. Так отобразите, маэстро! Или вы думаете, что вы умней самой жизни?..

Кар-Карыч резко повернулся к Лосяшу.

– Я свою реальность нарисовал! – закричал ворон. – Пожалуйста, рисуй свою, умнее!

Он поставил на траву этюдник, закрепил на нём чистый холст, сунул Лосяшу краски и ушёл.

Учёный насмешливо закричал ему вслед:

– Реальность, она одна! На всех! Только кто-то видит её красоту, а кто-то, простите, слеп!

Немного успокоившись, Лосяш всё-таки подошёл к этюднику и взял кисточку. Работа закипела. Новоиспечённый художник несколько раз провёл кистью по холсту и отступил, сравнивая набросок с реальностью.

– Совсем другое дело… совсем… Никакой отсебятины… Быть реалистом – это уже талант!

Лосяш сделал ещё несколько мазков. Потом отложил краски в сторону и побежал домой за рулеткой.

Через пять минут учёный точно измерил расстояние между деревьями и кустами, высчитал их пропорции – и всё это скрупулёзно перенёс на холст. Вот она – действительность!

Ещё через пару минут Лосяш оторвался от работы и озадаченно посмотрел на пейзаж перед собой.

– Проклятый куст! – воскликнул он. – Загораживает гамак! Как же я раньше не заметил?.. – Учёный принялся рассуждать. – Нет, гамак нужно показать обязательно, он очень красивый… Что же делать? Просто не рисовать куст, будто его и нет? – Лосяш почесал голову. – Нет, мы уже убедились, что это тупиковый путь… Это будет неправда.

Он погрузился в глубокую задумчивость. И тут его озарило. Учёный сбегал в домик и вернулся с пилой. Куст должен исчезнуть!

Вскоре Лосяш отряхнулся от листьев и оглядел плоды своих трудов.

– Вот теперь хорошо! – улыбнулся он. – И композиция хороша, и никаких конфликтов с реальностью.

Так Лосяш и провёл весь день, бегая от холста к домику и гамаку. Он вычислял все расстояния и размеры рулеткой и с помощью калькулятора переводил их в масштаб картины. По земле ползали муравьи, учёный пытался и их пересчитать, но, к сожалению, количество насекомых постоянно менялось.

Когда стемнело, Лосяш притащил во двор прожекторы, чтобы воссоздать дневное освещение. Работа не должна прерываться ни на секунду!

Наступила ночь. Зарядил ливень. Лосяш, усталый, но очень довольный, побежал к домику Кар-Карыча.

– Просыпайтесь! – принялся колотить он в дверь соседа. – Просыпайтесь! Пора открыть глаза! Для вас восходит новое солнце искусства. Оно озарит темень ваших призрачных фантазий!

Карыч с трудом очнулся от глубокого сна и выглянул в окно.

– Который час? – пробормотал он.

– Самое время быть реалистом! – радостно ответил ему Лосяш.

Пришлось Карычу взять зонтик и выйти на улицу. Лосяш потянул его за собой.

– Друг мой, я начинаю думать, что судьба послала меня вам неслучайно, – взволнованно говорил учёный сонному Карычу. – Кто-то должен был открыть вашему таланту новые горизонты…