Kitobni o'qish: «Пособие к изучению Священного Писания Нового Завета», sahifa 3

§ 16. Первая часть Евангелия Иоанна – приготовление Спасителя к общественной деятельности (1, 19–51)

Приступая к изложению истории земной жизни Господа Иисуса Христа, евангелист Иоанн начинает свое повествование прямо со свидетельства Иоанна Крестителя об Иисусе Христе, как посланном от Бога Спасителе мира. Это относится уже ко времени после Крещения Иисуса Христа и искушения в пустыне от диавола. Проповедь Иоанна Крестителя на берегах Иордана привлекала к нему народ из Иерусалима и всех окрестностей. Так как в это время евреи напряженно ожидали Мессию, то члены Синедриона⁴ посылают к Иоанну посольство: узнать, кто он? Иоанн Креститель определенно сказал, что он не Христос. Тогда послы Синедриона, неправильно понимавшие пророчество Малахии о явлении перед пришествием Мессии предтечи «в духе и силе Илии», в смысле вторичного пришествия на землю Илии пророка, спрашивают Иоанна Крестителя, не Илия ли он? На этот вопрос Иоанн Креститель отвечает отрицательно, свидетельствуя тем неправильность понимания иудеями пророчества Малахии. И действительно, Малахия говорил не об Илии пророке, а о предтече «в духе и силе Илии», каковым и был Иоанн Креститель по силе своих обличений нравственного разложения современного ему общества (Лк. 3, 7-14).

В дальнейшей беседе Иоанн Креститель говорит, что он и не «пророк», потому что свидетельствует о пришедшем уже Христе Спасителе, а не о будущем Мессии, как свидетельствовали ветхозаветные пророки. На настойчивый вопрос послов, кто же он, Иоанн Креститель отвечает словами пророка Исаии: Я глас вопиющего в пустыне: исправьте путь Господу. Этими словами

Иоанн Креститель определяет свое служение и назначение предтечи, подготовляющего людей к принятию Христа Спасителя. Поэтому и крещение, которое совершает Иоанн, есть только подготовительное к Крещению, которое имеет установить Христос: Я крещу в воде; но стоит среди вас Некто, Которого вы не знаете… Тот есть крестящий Духом Святым (26, 33).

После свидетельства перед посланными от Синедриона Иоанн Креститель свидетельствует об Иисусе Христе и перед своими учениками, из среды которых должны быть первые ученики и последователи Христа.

Увидев идущего Иисуса, Иоанн Креститель, указав на Него своим ученикам, сказал: Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира. В этих кратких словах Иоанн определяет истинную цель и значение пришествия Христа на землю и опровергает установившийся у иудеев того времени взгляд на Мессию и характер Его деятельности. Иудейский народ в огромном большинстве своем, под влиянием книжников и фарисеев, ожидал Мессию, как земного царя, который покорит все царства земли и сделает народ иудейский владыкой всех других народов. А Иоанн Креститель говорил, что обещанный через пророков Мессия есть кроткий и смиренный агнец, пришедший на землю для искупления людей от греха, и поэтому Его ожидает на земле не слава и величие, а страдание и смерть; Он будет умилостивительной жертвой Богу за грехи людей. Верующим иудеям слова Иоанна Крестителя напоминали забытое книжниками и фарисеями пророчество Исаии, который в 53-й главе своей книги изображает Мессию Христа «Агнцем непорочным, перед стригущим Его безгласным», носящим на Себе грехи наши, скорбящим и страждущим за беззакония наши.

Когда на другой день Иоанн Креститель снова указал на идущего Христа: Вот Агнец Божий, то двое из учеников Иоанна последовали за Христом, пробыли с Ним целый день и уверовали в Него как в Мессию. Одного из них евангелист прямо называет по имени: «Андрей, брат Симона Петра», а про другого умалчивает, потому что это был он сам, евангелист Иоанн Богослов. По скромности, присущей этому великому духом апостолу, он нигде в Евангелии не называет себя по имени (13, 23).

Со стиха 40 евангелист рассказывает о призвании Христом в число Своих учеников Петра, Иакова, Филиппа и Нафанаила.

Более подробно евангелист Иоанн останавливается на обстоятельствах призвания апостолов Петра и Нафанаила. В призвании Нафанаила останавливают на себе внимание слова Нафанаила: Из Назарета может ли быть что доброе? – и слова Господа Нафанаилу: Прежде нежели позвал тебя Филипп, когда ты был под смоковницею, Я видел тебя.

С детских лет Иисус Христос жил в Назарете, и по месту постоянного жительства Его называли «Иисус из Назарета», и только близкие Его родственники знали, что родился Он в Вифлееме. Нафанаил, как человек благочестивый, хорошо знал Священное Писание и, согласно пророчеству Михея, ожидал явления Мессии из Вифлеема, родового города царя Давида. Поэтому-то Нафанаил и выразил недоумение, когда узнал от Филиппа, что Мессия не из Вифлеема, а из Назарета, небольшого и мало известного городка в Галилее, тем более, что жители Галилеи не пользовались доброй славой у строгих иудеев за свою дружбу с язычниками и отступления в жизни от обрядового Моисеева закона. Сильный непосредственной верой во Христа как Мессию, Филипп не вступает в спор с Нафанаилом, а предлагает ему «пойти и посмотреть», чтобы лично самому разрешить сомнение. Очевидно, глубокая тайна связана была в жизни Нафанаила со смоковницей. Как только Христос сказал, что видел Нафанаила под смоковницей, последний тотчас оставил все свои сомнения и восторженно воскликнул: Равви! Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев.

В Священном Писании нигде не разъясняется тайна Нафанаила. Есть мнение, что Нафанаил, напряженно ожидавший явления Мессии, по обету, данному Богу, тайно от всех молился ежедневно под смоковницей, и в молитве его мысль постоянно обращена была к обещанному Богом Мессии-Спасителю. Когда Иисус раскрыл его тайну, которой никто, кроме Бога, не мог знать, для Нафанаила не оставалось ни малейшего сомнения, что перед ним стоит Сам Мессия, о явлении в мир Которого он так пламенно молил Бога.

Так как Нафанаил свое ожидание Мессии основывал строго на пророческих предсказаниях, то Господь говорит ему и остальным Своим спутникам: истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть небо отверстым и ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому (51 ст.). Этими словами Господь указывает, что на

Нем исполняется пророческое видение Иаковом таинственной лестницы, соединявшей небо и землю. По видению Иакова, Господь был наверху лестницы, а теперь Господь сошел на землю и явился людям как «Сын Человеческий», т. е. как Богочеловек. В то время, когда другие называют Иисуса Христа «Сыном Давидовым», «Царем Израилевым», «Мессией», Сам Господь Иисус Христос чаще всего называет Себя «Сыном Человеческим», чтобы показать, что Он пришел на землю для спасения не одного какого-либо народа, а всего человечества и пришел не для славы и величия в смысле иудейских представлений, а чтобы пройти путь наивысших человеческих страданий и уничижения и через крест возвести человека на высоту Божественной славы и величия. И действительно, вознесением с Пречистой Плотью Своей на Небо и сидением одесную Бога Отца, Богочеловек Иисус Христос возвеличил безмерно нашу человеческую природу.

§ 17. Вторая часть Евангелия Иоанна Богослова – общественная деятельность Спасителя (2—12)

Избранием шести апостолов: Андрея, Иоанна, Петра, Иакова, Филиппа и Нафанаила Господь Иисус Христос закончил Свое подготовление к общественному служению. Он уходит со Своими учениками с берегов Иордана в родную ему Галилею и там торжественно начинает Свое служение миру беседами и чудесами.

2 гл., 1—11 ст. Начало чудесам Своим Господь Иисус Христос положил в Кане Галилейской. Это был небольшой городок, недалеко от Назарета, всего в 2–3 часах ходьбы. Здесь, в среде простых и бедных людей, Иисус Христос впервые проявляет Свое Божественное могущество и неизреченную любовь к людям. Когда на брачном пиршестве не достало вина, Господь чудесно претворил воду в вино.

По мнению святых отцов, брачный пир этот происходил в доме родственников Богоматери. В 12-м стихе, после описания чуда претворения воды в вино, говорится, что Иисус Христос, и Матерь Его, и братья Его, и ученики Его пошли в Капернаум. Евангелист Иоанн не называет братьев Иисуса Христа по именам, а евангелисты Матфей (13, 54–56) и Марк (6, 2–3) сообщают нам и имена их; то были: Иаков, Иосий, Симон и Иуда. Эти же евангелисты упоминают и о сестрах Иисуса Христа, но не сообщают их имен. Согласно свидетельству всех четырех евангелистов (Мф. 27, 56; Мк. 15, 40; Лк. 24, 10 и Ин. 19, 25), упоминаемые в Евангелии братья и сестры Иисуса Христа были детьми сестры Богоматери по имени тоже Мария, но называемой в Евангелии, в отличие от Пресвятой Девы Марии и Марии Магдалины, Марией Клеоповой, т. е. бывшей замужем за Клеопой. Таким образом, братья и сестры Господни по плоти были Его двоюродными братьями и сестрами. По мнению св. отцов, один из братьев Господних по плоти, именно Симон, по прозванию Кананит (т. е. из Каны) или Зилот (т. е. ревнитель, ревностный исполнитель закона), призванный потом в число 12 апостолов, и был женихом на брачном пире в Кане Галилейской.

Это первое чудо Иисуса Христа, совершенное на родине и в кругу родственных лиц, полно глубокого смысла и духовного значения. Конечно, не может быть и речи о том, что не для излишества в употреблении вина на брачном пире претворил Господь большое количество воды в вино. Не почтил бы Господь Своим присутствием брачного пира, на котором гости могли бы позволить себе такое излишество; и тем более дерзко и преступно допускать саму мысль, чтобы Господь содействовал этому излишеству. Родственники и знакомые Богоматери были богобоязненные простые люди, чуждые греховных извращений в пище и питье; вино, как и хлеб, и всякую другую пищу, принимали они, как дар Божий, далекие от злоупотребления Божиим даром. В странах, богатых виноградом, вино составляет непременную принадлежность стола и, как питательный продукт, употребляется смешанное с водой и потому весьма слабое по проценту содержащегося в нем алкоголя.

Не дает оснований предполагать злоупотребление вином на брачном пире в Кане и замечание распорядителя пира: всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее. Слово «напьются» в данном случае вовсе не имеет того смысла, какое ему придается в современном употреблении; оно просто означает то, что человек, выпивший уже вина, тем самым притупляет свой вкус к вину и поэтому менее способен оценивать достоинства вина.

Большое количество воды, претворенной в вино (6 водоносов по две или три меры), свидетельствует лишь о щедрости Подателя всех благ: Царь по-царски и жалует Своей милостью, снабдив бедных людей запасом вина на долгое время. Первой и ближайшей целью чуда на брачном пире в Кане было придти на помощь бедным людям, устранить обстоятельство, которое могло бы нарушить радостное настроение и омрачить брачное торжество.

Возвеселить и обрадовать человечество пришел на землю Господь Иисус Христос; Он снисходительно относится к земным радостям и утешениям, если они не препятствуют нравственному совершенствованию людей, и осуждает лишь злоупотребления удовольствиями, когда пристрастие к ним приучает человека к рассеянной и грубо-чувственной жизни и доводит даже до забвения Бога.

Затем Своим присутствием на пиру и вниманием к брачному торжеству Господь освятил и благословил супружеский союз и радости семейного счастья. Поэтому и теперь, при совершении Таинства Брака, читается евангельское благовествование о браке в Кане Галилейской (Ин. 2, 1-11). И, наконец, Спаситель совершил чудо для того, чтобы видели ученики Божественную Славу Его, убедились в Его Божественном посланничестве и утвердились в вере в Него (ст. 11).

Евангелист Иоанн чудо в Кане называет первым, когда говорит: Так положил Иисус начало чудесам в Кане Галилейской и этим решительно отвергает достоверность апокрифических сказаний о чудесах Иисуса Христа в отроческий период Его жизни.

Первое по времени чудо в Кане и по внутреннему смыслу своему служит введением во все остальные чудеса Христовы, определяя их основной характер. В Кане Господь принимает близкое участие в семейной радости бедных людей и Своей Божественной силой помогает им в одном из великих несчастий, привнесенных в мир первородным грехом: бедности со всеми вытекающими из нее пороками и слабостями. И все дальнейшие чудеса Христовы прежде всего были великим, чрезвычайным благодеянием немощным и бедствующим людям. Иисус Христос постоянно ищет несчастных и помогает им чудесным образом, так что ученики и первые последователи Христа сначала только и видели в Нем великого чудотворца, пришедшего помочь страждущему человечеству, и уже отсюда, от этой веры, постепенно переходили к вере в достоинство Его как Мессии, Искупителя от греха и смерти. В то время, как в Ветхом Завете чудеса были чаще всего грозными и карающими проявлениями Божия Всемогущества, чудеса Христовы служат проявлением Божественной любви и милосердия к людям.

2 гл., 12–25. Из Каны Господь Иисус Христос прошел в сопровождении участвовавших на брачном пире учеников Своих и родственников в Капернаум. Здесь, по мнению св. Иоанна Златоуста, Господь Иисус Христос поместил Пречистую Матерь Свою на время Своих путешествий по городам и селам Палестины.

Приближалась Пасха, первая с того времени, как выступил Иисус Христос на общественное служение. По обычаю благочестивых иудеев, Иисус Христос на каждую Пасху ходил в Иерусалим. Но раньше Он не проявлял Себя ничем в Иерусалиме, а теперь Он выступает открыто, как посланный Богом Мессия, воплотившийся Сын

Божий. Он обращает свое внимание на недостойное отношение начальников народа иудейского к святыне Иерусалимского храма. Один из обширных дворов при храме был превращен в шумный базар, где продавались жертвенные животные и голуби и производили свои операции менялы, сидевшие за столами с грудой денег. Присутствие менял денег при храме объясняется тем, что у иудеев, находившихся в это время под властью римлян, в обычном житейском употреблении были римские монеты, а платить подать на храм закон еврейский требовал (Исх. 30, 13) еврейскими монетами, священными сиклями. Для обмена римских монет на священные сикли и расположились при храме менялы. На праздник Пасхи в Иерусалим приходили в огромном количестве, до двух миллионов человек, со всех концов обширной Римской империи не только евреи, но и язычники, принявшие иудейство (прозелиты). Можно себе представить, как бойко шла торговля и операция обмена денег. Члены Синедриона и начальники народа иудейского, очевидно, лично заинтересованные в торговых операциях при храме, не замечали всей непристойности такого обращения храма в базар. И для торговли был избран именно тот двор, который предназначался для язычников. Расположенные к вере в Единого Истинного Бога чтением священных еврейских книг и издалека пришедшие в Иерусалим помолиться в храме, едином на всю вселенную, попадали в шумную обстановку международного рынка. Таким отношением к храму иудеи, по выражению ап. Павла, хулили имя Божие среди язычников (Рим. 2, 23–24; ср. 17–21).

Ревнуя о славе имени Божия, Господь Иисус Христос, сделав бич из веревок, выгнал из храма всех, также и овец и волов; и деньги у меновщиков рассыпал, а столы их опрокинул. И сказал продающим голубей: возьмите это отсюда! и дома Отца Моего не делайте домом торговли! (2, 15–16). Конечно, действие это Господа Иисуса Христа чуждо было гневного раздражения, и не для торговцев сделан был бич из веревок. Торговцы подчинились властному слову и исполненному Божественного достоинства взгляду Христа Спасителя, а бессловесный скот нуждался в понукании и внешнем воздействии при изгнании со двора храма.

За время пребывания в Иерусалиме Иисус Христос совершил много чудес. Евангелист Иоанн, упоминая об этом (ст. 23), не описывает самих действий, как известных уже из других Евангелий, и только замечает, что Иисус Христос не придавал большого значения проявлению веры в Него со стороны народа, пораженного виденными чудесами (ст. 24–25). Сердцеведец Господь научает этим, что вера, основанная только на чудесах, слишком поверхностна, не проникает до глубины сердца, легко ослабевает и даже переходит в полное неверие. Поэтому-то Господь всегда отказывал людям неверующим, когда они просили у Него знамений и чудес, как отказал в этом и диаволу в пустыне.

3 гл., 1—21 ст. Одним из пораженных чудесами Иисуса Христа был фарисей Никодим, влиятельный и знатный человек, член Синедриона, из числа начальников народа иудейского. Евангелист Иоанн весьма подробно передает беседу

Иисуса Христа с Никодимом, потому что в ней Господь Иисус Христос раскрывает Тайну Своего пришествия на землю для искупления людей от первородного греха, указывает на тот крестный путь, который предстоит Ему, и тем самым разрушает горделивые мечты фарисейских представлений о Мессии.

Тяжелые условия политической жизни народа иудейского, на протяжении многих столетий подпадавшего под власть то одного, то другого языческого народа, создали ту почву, в которой пустили глубокие корни уродливые и фантастические мечтания фарисеев, связанные с исполнением пророчеств о Мессии. Пророческие предсказания о Мессии как кротком и смиренном учителе правды и добра и Спасителе от скверны греховной постепенно в сознании народа были затемнены мечтами о могущественном Царе, который восстановит иудейское царство в прежнем его величии, покорит все языческие народы и сделает их бесправными рабами иудеев. Фарисеи, считавшие себя прямыми потомками Авраама, в силу одного своего происхождения от Авраама, надеялись быть непременными и достойнейшими членами славного Царства Мессии. И самого Мессию фарисеи представляли себе таким же фарисеем, как и они, только более совершенным и более славным, потому что Он будет пользоваться Божественной помощью для совершения чудес, коими Он сокрушит могущество Римской империи. Они далеки были от мысли о Божественном достоинстве Мессии-Искупителя и предстоящих Ему крестных страданиях.

Таких же взглядов держался и Никодим, как член фарисейской партии, но от природы честная и искренняя душа его, очевидно, не находила в них полного удовлетворения. Пораженный чудесами, он, несмотря на фарисейское предубеждение против Иисуса Христа, решил лично побеседовать с Ним, чтобы разрешить свои сомнения. Боясь, однако, открыто пойти против фарисейской партии, он тайно, ночью, пришел ко Христу, и Господь милостиво удостоил его Своей беседы.

Никодим начинает беседу выражением своего удивления по поводу виденных им чудес Иисуса Христа, но затаенной мысли своей, не тот ли Мессия Христос, Которого ожидают фарисеи, он не высказывает. Но сердцевед Господь прямо отвечает на тайные мысли и чувства Никодима, оставляя в стороне слова его. Из беседы с Христом Никодим хотел убедиться, не начало ли великого политического переворота чудеса Его и не откроет ли Он в скором времени Царства Своего, в которое он, Никодим, войдет на правах фарисея.

В ответ на эти мысли Господь говорит Никодиму: Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия (ст. 3). Этими словами Господь Иисус Христос решительно отрицает фарисейское представление о Царстве Мессии: не плотское происхождение (рождение) от Авраама, а духовное возрождение свыше (от Бога) нужно для вступления в это Царство, и не путем какого-либо внешнего политического переворота наступит Царство Мессии, а путем личного нравственного перерождения каждого человека.

Но Никодим, сроднившийся с грубым, земным представлением о Мессии и Его Царстве, не мог сразу охватить мысли Иисуса Христа во всей ее глубине. Оставаясь еще при прежнем своем мнении о Царстве Мессии, Никодим находит слова Христовы о необходимости нового рождения чудовищно странными и нелепыми: Как может человек родиться, будучи стар? неужели может он в другой раз войти в утробу матери своей и родиться? (ст. 4).

Тогда Господь еще определеннее говорит Никодиму, что не о плотском рождении идет речь, а о духовном, нравственном: Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие (ст. 5). Да плотское рождение, если бы и возможно было вторично, было бы бесцельно, потому что рожденное от плоти есть плоть (ст. 6), а для духовного Царства Мессии должно быть и духовное рождение всех, не исключая и прямых потомков Авраама – фарисеев. Конечно, Никодим, как ученый фарисей, знал о крещении водой, которое совершал Иоанн Креститель, но, очевидно, считал его за простой обряд или внешний знак раскаяния во грехах. А Господь Иисус Христос говорит не только о крещении водой, но и Духом, действием Которого человек собственно и освобождается от заразы первородного греха и возрождается для новой, духовной жизни в благодатном царстве, или Церкви Христовой. Никодим все еще не мог отрешиться от грубо-чувственных представлений и хотел знать, в чем же внешнем, видимом и осязаемом проявляется это возрождающее действие благодати Святого Духа? Для вразумления Никодима Господь Иисус Христос сравнивает действие Духа Святого с дуновением ветра. Человек ясно чувствует дуновение ветра, который дует на просторе и не знает для себя преград; но человек собственно не видит ветра, хотя и слышит шум его, и не знает, где он образуется, откуда приходит и где его конец. Точно так же и возрожденный Духом Святым отчетливо сознает и чувствует совершившийся факт своего возрождения, но не может понять, как и в какой момент совершилось это возрождение; тем более недоступно для наблюдения со стороны это возрождающее действие Святого Духа в Таинстве Крещения. Недоступность для наблюдения еще не отрицает самого существования известного действия. Святой Иоанн Златоуст сомневающимся в возрождающем действии благодати Святого Духа в Таинстве Крещения так говорит: «Не оставайся в неверии потому только, что ты не видишь этого. Ты не видишь и души, однако же веришь, что и у тебя есть душа и что она нечто другое, а не тело» (Беседы на Ев. Ин. 25).

И после этих разъяснений Никодим недоумевал: «Как это может быть?»

Глубоко сожалея, что вожди народа иудейского – фарисеи, гордившиеся знанием Священного Писания, так слепы в духовных делах, Иисус Христос говорит Никодиму: Ты – учитель Израилев, и этого ли не знаешь?

Чтобы довести Никодима до веры в истинность Своих слов, Господь Иисус Христос указывает ему на Свой Божественный авторитет. Никодим, с фарисейской точки зрения, считал – Иисуса Христа не более как Пророком-Учителем, пришедшим от Бога, а Иисус Христос говорит ему, что с ним беседует Сам Бог, Сошедший с Небес для спасения людей (ст. 13). Далее в стихах 14–21 Христос объясняет Тайну Своего Воплощения и спасения людей крестными страданиями Своими. Как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную. Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного.

Евангелист Иоанн не говорит, какое впечатление произвела на Никодима беседа с Иисусом Христом. Но из того же Евангелия (19, 38–39) мы знаем, что Никодим вместе с Иосифом Аримафейским принимал деятельное участие в погребении Господа Иисуса Христа. Это обстоятельство дает право думать, что, может быть, не сразу после беседы с Иисусом Христом, а значительно позже, но все же Никодим вступил в число последователей Христовых. По преданию, его крестили апостолы Петр и Иоанн, и когда он открыто стал исповедовать веру во Христа, его лишили звания члена Синедриона; а во время гонений на христиан со стороны иудеев и он, подобно первомученику Стефану, окончил жизнь смертью мученика.

3 гл., 22–36. В этих стихах излагается последнее свидетельство Иоанна Крестителя об Иисусе Христе, после чего Иоанн за обличение Ирода был посажен в темницу.

Поводом к свидетельству этому послужило следующее обстоятельство. Из Иерусалима Иисус Христос отправился в окрестности его, в города и селения Иудеи. Проповедь Иисуса Христа и Его апостолов привлекала к Нему народ; многие крестились. Крещение совершал не Сам Иисус Христос, а ученики Его (4,2), потому что крещение это, подобно крещению Иоанна Крестителя, было только подготовительное, крещение водой; а Крещение Христово должно быть Крещением водой и Духом, и оно стало совершаться уже после искупительной смерти и Воскресения Христова и сошествия Святого Духа на апостолов (Деян. 2, 38; 8, 15–17) во исполнение слов Воскресшего Спасителя: Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа (Мф. 28, 19). Одновременно с учениками Христовыми продолжал совершать крещение и Иоанн Креститель. Ко Христу шло больше народу. Это так и должно было быть, но преданные Иоанну ученики его были огорчены ослаблением внимания народа к их учителю. Этой трогательной привязанностью учеников к Иоанну, доходившей до крайнего ослепления, воспользовались фарисеи и возбудили в них зависть и нерасположение к Иисусу Христу и Его ученикам. Одинаково злобствуя и на Христа, и на Предтечу Его, фарисеи хотели поселить раздор между учениками Того и другого и этим свести на нет их влияние на народ. Возбужденные фарисеями ученики Иоанна Крестителя обратились к нему с выражением своего недовольства: Равви! Тот, Который был с тобою при Иордане и о Котором ты свидетельствовал, вот Он крестит, и все идут к Нему (ст. 26). Иоанн Креститель снова и решительно исповедал Иисуса Христа Мессией, Сыном Божиим, посланным в мир для спасения людей. Сравнивая Иисуса Христа с женихом, а себя с другом жениховым, служащим интересам жениха и радующимся его радостям, Иоанн сказал: Ему должно расти, а мне умаляться (ст. 30). Ветхозаветные пророки часто изображали любовь Бога к людям под образом отношений жениха и невесты; в книге Соломона «Песнь Песней» особенно поэтично, в пророческом вдохновении, изображается будущий Мессия Христос – Сын Божий, как жених, до самопожертвования любящий невесту Свою – Церковь. Таким образом для иудеев наименование Иоанном Крестителем Иисуса Христа женихом имело глубокий и вместе с тем понятный смысл исповедания Христа Мессией, Сыном Божиим.

Вскоре после этого Иоанн Креститель был заточен в темницу, а ученики его, наверное, вступили в число учеников Христовых.

4 гл. Успех проповеди Иисуса Христа раздражал фарисеев. Их злоба побудила Иисуса Христа на время уйти из Иудеи в Галилею. Путь лежал через Самарию. Здесь, близ города самарийского Сихар, был чтимый самарянами и иудеями колодец, вырытый, по преданию, патриархом Иаковом. Около этого колодца остановился Иисус Христос отдохнуть, а учеников отправил в город купить хлеба. В отсутствие учеников пришла за водой самарянка. К ней Иисус Христос обратился с просьбой: Дай Мне пить. Это было началом беседы, для ясного понимания которой необходимо знать взаимные отношения самарян и иудеев.

Самарянский народ образовался от смешения с израильтянами пяти народностей, переселенных с Востока царем ассирийским после разрушения Израильского царства, большинство жителей которого было отведено в плен в Ассирию и продано в рабство на рынках Востока. С этого времени израильский народ теряет свое самостоятельное имя в истории, и его место занимает народ самарянский. Самаряне, сохранив множество языческих верований и языческий уклад жизни, вместе с тем почитали и Иегову; но из числа еврейских священных книг они приняли только Пятикнижие Моисеево. Таким образом они образовали в иудействе секту. Иудеи относились к ним с большим презрением, чем к язычникам, так как самаряне, при некотором сходстве в религиозных верованиях с иудеями, были опасны более язычников в смысле влияния на чистоту иудейской веры. Когда иудеи, после возвращения из плена вавилонского, приступили к постройке второго иерусалимского храма, самаряне предлагали свои услуги, чтобы вместе пользоваться храмом. Иудеи с презрением отказали им. А когда самаряне устроили, по образцу иерусалимского храма, свой храм на горе Гаризин, то иудеи сочли это за оскорбление Иеговы и разрушили самарянский храм, так как, по их мнению, храм Иегове мог быть только один, в Иерусалиме. После этого взаимная вражда самарян и иудеев достигла крайней степени. Иудеи избегали общения с самарянами решительно во всем: не только вкушать вместе пищу или войти в дом, даже пройти через селение самарян считалось у иудеев осквернением.

Поэтому-то самарянка была крайне удивлена просьбой Спасителя дать Ему пить. Продолжая начатый таким образом разговор, Иисус Христос дал самарянке понять, что с ней говорит не простой человек. Самарянка признала Иисуса Христа за пророка и сейчас же предложила Ему на разрешение давний спор самарян с иудеями: где должно поклоняться Богу – в Иерусалиме или на горе Гаризин, где самаряне и после разрушения их храма продолжали приносить жертвы? Кто прав в этом споре: иудеи или самаряне?

Иисус Христос ответил: Вы не знаете, чему кланяетесь, а мы знаем, чему кланяемся, ибо спасение от Иудеев (ст. 22), т. е. иудеи более правы, так как их воззрения утверждаются на Законе Божием, и кровавые жертвы Богу, пока они не отменены, должны приноситься в Иерусалиме. Но это «правда» относительная, не вечная, лишь до времени пришествия на землю Мессии и совершения Им дела спасения всех людей. По изволению Божию, спасение это даруется человечеству через иудейский народ, следовательно, временно иудеям принадлежит руководство в религиозной жизни всех народов, приготовление последних к Царству Мессии. Но, – продолжает Иисус Христос, – настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине (ст. 23, 24). Настанет время истинного Богопочтения, когда Христос совершит дело спасения людей, и наступило уже это время, потому что Христос пришел уже на землю и начал дело спасения людей. Христианское Богослужение, в отличие от иудейского и самарянского, будет совершаться в духе и истине, оно не будет приурочено к одному определенному месту и будет состоять не во внешних только действиях и обрядах, служивших символом и образом будущего, а в действительном общении и единении с Богом Отцом. Все ветхозаветное Богослужение состояло главным образом в жертвоприношении, причем жертвы не имели сами по себе освящающего значения, а были только прообразом великой голгофской жертвы; а сущность христианского Богослужения заключается в Таинствах, в которых преподается освящающая и спасительная Благодать Божия.