Kitobni o'qish: «Готово сердце мое, Боже. Беседы о псалмах»

Рекомендовано к публикации

Издательским советом

Русской Православной Церкви

ИС Р18-807-0237; ИС Р21-104-0085

© ООО ТД «Никея», 2021

© Прот. Георгий Бреев (наследники), 2021

© Н. Д. Голдовская, составитель, подготовка текста, 2021

Предисловие

Дорогие читатели!

В эту книгу вошли размышления о псалмах с первого по шестидесятый. Чем больше я вчитывался в них, тем больше убеждался: через слова псалмов мы получаем свидетельство о том, как велик, праведен, всемогущ Бог. У каждого человека есть потребность прославить Его. Это стремление всегда было и будет.

Святитель Василий Великий считал: «Никакие другие книги не славят так Бога, как душеполезная Псалтирь. Псалмы Бога славят с ангелами вместе, превозносят Его, воспевают Ему великим гласом. Бесов прогоняют, язвы исцеляют, за царей и князей Бога умоляют. Псалтирью и о себе самом Бога умолишь. Она больше и выше всех книг».

Из уст царя и псалмопевца Давида излились Божественные гимны. Они наполнены внутренним богатством, силой. Помогают человеку в юдоли трудного существования.

Псалтирь главенствует в Ветхом Завете. Прозревает Промысл Божий о мире, приход на землю Спасителя Христа. Читаешь её, просишь Господа открыть содержание псалмов и удивляешься: эта книга – неисчерпаемый кладезь. Она подобна купели Силоамской и другим источникам, ещё более полноводным и целебным.

Псалтирь отличается от остальных книг Ветхого Завета. В ней – импульс жизни: вот она, жизнь, перед тобой! Открывает себя. Обо всём говорит. Ни о чём не забудет: ни о творении Создателя, ни о законах Божиих, ни о служении и наставлениях пророков. Псалмы вобрали в себя всё – и из глубины выносят нам.

Псалтирь обогащает тех, кто молится по ней. И особенно – ищущих смысла жизни. Бог открывает его нам через вдохновенные псалмы.

Трудно овладеть языком Священного Писания, подлинным богословием. На это нужны десятилетия. А Псалтирь даёт людям почувствовать: её словами с нами говорит Господь. Говорит о том, что прежде всего касается нашей внутренней жизни. И Своим словом хочет нас исправить.

Строй Псалтири – новый вклад Божественного Промысла в то, чтобы люди с различным уровнем духовности постигали истины, мимо которых могли бы пройти.

Бог являет Себя в свете. А свет, как отмечают святые отцы, прост по своей сущности. Он всегда идёт прямо, не искривляется. Если встречает на пути предметы, которые его отражают, то отражённые лучи тоже идут прямо.

И в псалмах присутствует эта Божественная непосредственность.

Псалтирь проста, но она вооружает нас. Углубляешься в неё – и встречаешь высочайшую премудрость.

Человек слушает музыку, проникается её созвучиями. Конечно, если чувства у него не окаменели, сердце сохранило живость. А в псалмах звучат иные гармонии. И превосходят все наши потребности, утешают, когда мы не находим радости, смысла, сил перетерпеть искушения, приходящие помимо нашей воли.

Псалтирь может питать и вдохновлять нас всю жизнь. Как правило, литература привлекает людей в молодости, а потом уходит из их поля зрения. А Псалтирь всегда научит юного и старого, только обратившегося к Богу и уже ищущего глубин премудрости. Её богатство так велико, потому что в псалмах говорит Сам Дух Святой. И не столько приковывает к Себе наше внимание, сколько душу.

Псалмы для нас – духовное врачевство. Они полезны душевно страждущим людям. Многие испытали это на себе. В разные периоды жизни душа переносит искушения, наваждения – и человек встаёт перед вопросом: где найти средство, которое поможет излечиться? Обычно ему советуют: начинай читать Псалтирь и почувствуешь, как всё внутри уляжется. Сомнение, неведение – сменится ясностью. Бессильный – обретёт силу. Непросвещённый – увидит свет Божий.

Наш современный святой отец Иоанн Кронштадтский свидетельствовал: «Богодухновенные песнопения Давида руководят всех к молитве, преданности Богу, славословию и благодарению Бога за всё. Они просвещают, питают, услаждают и укрепляют душу верующего, прогоняют невидимых врагов, врачуют страсти душевные, научают любить Бога и хранить заповеди Его, молиться обо всех и возноситься к Богу».

Священнослужители обычно читают много святоотеческой, богословской литературы. И вот что интересно. Все глубоко мыслящие авторы, начиная с древности, отмечали: псалмы помогли им уяснить то, что трудно понять, открыли взаимную связь таких явлений, как зло и добродетель в мире. Об этом говорили святители Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Афанасий Великий, преподобные отцы.

Иоанн Златоуст был уверен: «Лучше остановить движение солнца по небу, чем оставить чтение Псалтири. Очень полезно поучаться псалмами и читать прилежно Псалтирь. Многие книги нам полезны и печалят бесов, но никакая так, как Псалтирь». Вот как велико её воздействие на душу человека!

И ещё Иоанн Златоуст замечательно сказал: когда люди испытывают бесовские наваждения, они получают помощь от Псалтири больше, чем от другой духовной литературы. Ничто так не сокрушает злых духов.

Святые едины во мнении: Псалтирь своей духоносностью превосходит все книги Ветхого Завета. В духовной жизни верующих людей она очень значима. Псалмы нас питают, вдохновляют, излечивают. Их польза – всесторонняя. Они даны нам Богом. А слово Божие всегда необходимо человеку. «Кто слушает его, тот просвещается, а кто ослушивается, помрачается», – отмечал преподобный Иоанн Дамаскин.

И вот что удивительно: Ветхий Завет ушёл, а Псалтирь осталась. Влилась в Новый Завет, вошла в богослужение нашей Церкви.

Во время Своего земного служения Христос постоянно ссылался на Псалтирь. К Господу подходили с вопросами о Священном Писании, бытии мира. Спаситель часто отвечал словами псалмов.

Давид пророчествал о Мессии – как о Боге, Едином по природе с Богом Отцом: «Аз же поставлен есмь Царь от Него над Сионом, горою святою Его, возвещаяй повеление Господне. Господь рече ко Мне: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя»¹.

Спаситель прямо говорил о Себе как о Единородном Сыне Божием. А фарисеи и законники за это обвиняли Христа в богохульстве. Все их обвинения Господь отразил и спросил: кем был царь и пророк Давид по отношению к Мессии? Христос пришёл из его рода. Но как Он может быть Сыном ему, если Давид в псалме называет Спасителя Господом: «Сказал Господь Господу моему: сиди одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих»². Воскресший Христос явился двум ученикам, когда они шли по дороге в Эммаус. Они рассказали Ему, что произошло в Иерусалиме, как распяли Господа, как женщины видели Его воскресшим. А Он воскликнул: «О несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки! Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою?» Через пророков и псалмы Спаситель открыл это апостолам³.

Священное Писание подобно океану. Человек видит один залив и восхищается: как красиво! Но у океана необъятная широта.

Псалтирь тоже необъятна. И каждый может рассказать другим, как она отразилась в его сердце. Прибавить свой голос к тем, кто поёт хвалебную песнь Богу.

Протоиерей Георгий Бреев

Псалом 1

Псалом Давиду, не надписан у еврей.

¹Блажен муж, иже не иде на совет нечистивых, и на пути грешных не ста, и на седалищи губителей не седе,

²но в законе Господни воля его, и в законе Его поучится день и нощь.

³И будет яко древо насажденное при исходищих вод, еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет, и вся, елика аще творит, успеет.

⁴Не тако нечестивии, не тако, но яко прах, егоже возметает ветр от лица земли.

⁵Сего ради не воскреснут нечистивии на суд, ниже грешницы в совет праведных.

⁶Яко весть Господь путь праведных, и путь нечистивых погибнет.

Первый псалом не имеет надписания – заглавия, предваряющего остальные псалмы: Псалом Давиду, не надписан у еврей. Эту особенность отмечали все исследователи Псалтири. В VII веке блаженный Феодорит, ссылаясь на древних переводчиков, говорил: «Они не осмелились при переводе к словам Духа приложить что-либо от себя». И, в частности, дать заглавие псалму.

Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых, и на пути грешных не ста, и на седалище губителей не седе, но в законе Господни воля его, и в законе Его поучится день и нощь (1–2). Блажен муж, который не идёт на совет нечестивых, и на путь грешников не встаёт, и на седалище губителей не садится…

Обратите внимание: слово блажен торжественно утверждает подлинного Автора псалмов – Духа Святого. «Никто не благ, как только один Бог»⁴.

В начальных стихах псалма сразу раскрывается внутреннее состояние человека. Оно двойственное: мы имеем в себе бессмертную душу, дыхание Духа Божия – и в то же время поражены грехом. Образ Божий в человеке искажён, но он не уничтожен.

Блаженство – то же счастье, его ищут все люди. Но счастье не преходящее, переменчивое, а постоянное, неизменяемое. Блажен тот, кто понял: жизнь – это благо, дар Божий. У блаженного человека чистая совесть, он усвоил разумом и сердцем истины, открывающие радость бытия, его смысл.

Слова блажен муж относятся и к женщинам. Древним языкам было свойственно такое обобщение. Муж – начальник рода. Но без женщины-матери род обречён на бесплодие и вымирание. Прекрасной иллюстрацией этому является евангельское родословие Спасителя⁵. Там перечисляются имена праотцев. За каждым из них, как само собой разумеющееся, стоит имя женщины – продолжательницы рода.

И только иногда включаются женские имена – словно некие вехи, указывающие путь развития рода.

Блаженство – ещё не святость, но уже причастность ей. С приходом в мир Сына Божия провозглашены новозаветные заповеди блаженства⁶.

Бог, Единый по существу, но Троичный по ипостаси, являет Свою Божественную природу через Совет. «Совет Предвечный открывая, Тебе, Отроковице, Гавриил предста», – проповедует Церковь в великий праздник Благовещения Пресвятой Девы Марии.

В Священном Писании совет – это способ общения во всём: в мыслях, чувствах, действиях. Интересно отметить, что Спаситель не отказал в праве составить свою общность даже падшим духам и сказал, что если сатана разделится сам в себе, утратив единство, то не устоит его царство⁷.

Псалмопевец называет блаженным всякого, кто не иде на совет нечестивых – собрание людей, утвердившихся в дурных наклонностях. Человек, уклонившийся от общения с такими людьми, избежит внутреннего разрушения. Дальше в псалмах это тоже определено: «С преподобным преподобен будеши… и со строптивым развратишися»⁸.

Слова не иде удерживают и одобряют тех, кто уклоняется от беззаконных действий. Грех «влечёт тебя к себе, но ты господствуй над ним», сказал Господь Каину, омрачившемуся завистью к брату⁹.

Нечестивые – люди, отрёкшиеся от Бога. Они не хотят знать Его и воздавать почитание Ему. Им свойствен весь набор человеческих страстей: развращённость, вседозволенность, зло, лукавство, коварство. В конце первого псалма мы увидим, что кроме совета нечестивых существует и совет праведников.

Блажен тот, кто на пути грешных не ста. Обратите внимание на само слово «путь». Пророческий дух видит: жизнь человека – это дорога к вечности. Не случайно в псалмах часто повторяется глагол «идти». Очень важно, как мы пройдём свою жизнь на земле: правым или левым путём. Не заблудимся ли?

Именно крайними заблуждениями отличаются пути грешников. Попавшему на них тяжело выбраться на верную дорогу. Учтите: псалмы говорят не о внешних ориентирах, а о внутренних, духовных. С древних времён они закреплены в десяти заповедях Божиих – постоянном, неизменном законе жизни людей: не убей, не укради и так далее.

И на седалище губителей не седе. Седалище – это трон, кресло, возвышенное место для сидения. В присутствии других могли сидеть лишь те, кто обладает властью: цари, военачальники, судьи. У них особое положение в обществе, они определяют судьбы людей.

Одно жестокое, несправедливое слово может погубить многих. Пророк и царь Давид называет губителями начальников, злоупотребляющих властью, не имеющих ответственности, не понимающих, что власть дана им от Бога – и надо сделать её инструментом справедливости.

Великие мыслители всегда страшились власти. Премудрый Соломон возвеличен Богом за то, что осознал свою неспособность управлять жизнью народа, царства и молил Господа о даровании ему мудрости. Благоговейные мужи скрывались и бежали от архиерейства, страшась ответа перед Богом за каждую вручённую им душу. Трон жестокого царя, кафедра неправедного судии, амвон лжеучителя – всё это становится седалищем губителей.

Счастлив знающий закон Божий и утвердившийся в нём: в законе Господни воля его. Все мысли, сердечные чувства, воля праведника сосредоточены на законе Господнем. Предлог «в» (в законе Господни) позволяет почувствовать эту устремлённость к Слову Жизни. А слова воля его подчёркивают окончательность и неизменность выбора. Ни на небе, ни на земле нет ничего, идущего в сравнение с законом Божиим по силе благодатного воздействия на человека. Всё видимое и невидимое лишь говорит о Творце. И только Священное Писание может дать невыразимую полноту Богопознания.

И в законе Его поучится день и нощь. Тайноводческий дух пророка-псалмопевца открывает новую ступень, на которую восходит тот, кто утвердился в законе Божием. Поучение день и ночь – это откровение о том, что впоследствии было заповедано Господом Иисусом Христом, апостолами и святыми отцами: «Трезвитесь, бодрствуйте, непрестанно молитесь»¹⁰. Молитва собирает ум, сохраняет от парения и скитания, очищает от страстей, соединяет с Богом, становится источником духовных и телесных благ.

О спасительной силе молитвы говорит следующий стих псалма: И буде яко древо, насажденное при исходищих вод, еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет, и вся, елика аще творит, успеет (3).

Дерево – это мистический образ праведника, способного устоять во время разбушевавшейся стихии, не погибнуть в засуху. Сравнение с деревом подчёркивает величие того, кто укрепился волей в законе и поучается ему. Мощное дерево, растущее у источника, поражает всех красотой, свежестью, мощностью кроны, богатыми плодами, густой тенью в жару.

Исходище вод не может не напоить. И слово Божие не может измениться. Об этом говорит Христос: «доколе не прейдёт небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё»¹¹.

В Священном Писании благодать Божия часто именуется живой водой, которая очищает, освящает человека¹². Праведник никогда не остаётся духовно бесплодным. Его жизнь, поступки воздействуют на окружающих. А если Бог дал ему дар слова – пророческий, проповеднический или просто способность излагать это, человек принесёт огромные плоды, которыми потом будут жить поколения людей. Священное Писание передавали пророки – и слова их остались на века.

Дерево, питаемое чистыми водами источника, является символом духовности и праведности, имеющей начало от Бога. Праведники – дерево насажденное, а не случайно занесённое, оно возделано заботливой рукой. Это открывает, что не всякая духовность – от Бога. Господь не велел людям вкушать плоды от древа познания добра и зла – и исключил путь «всезнания»¹³. Есть в Библии и другие примеры, из которых видно: Творец решительно запретил приносить Ему чуждый огонь, самоличную форму богослужения¹⁴.

Подлинная духовность – от Духа Божия. «Не всякому духу верьте», – заповедали апостолы¹⁵.

На Древнем Востоке идея бессмертия часто передаётся словами «растение жизни», «древо жизни». В Новом Завете повторяется, что сила роста – во власти единого Бога. «Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть?» – говорит Спаситель¹⁶. И апостол Павел писал: «Я насадил, Аполлос поливал, но возрастил Бог» ¹⁷.

Любое дерево приносит только ему свойственные плоды: еже плод свой даст во время свое. Через семена, заключённые в плодах, воспроизводится жизнь природы. «Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые»; «Итак, по плодам их узнаете их», – учит нас Спаситель мудрости безошибочного различения доброго и злого¹⁸. «Рождённое от плоти есть плоть, а рождённое от Духа есть дух»¹⁹.

В нашем мире всё определено временными сроками, происходит во время свое: рождение, плодоношение, смерть. Праведник – не исключение из законов земного бытия: для него отведено время, сфера деятельности, место на свечнице, чтобы жизнь его была светом миру и солью земли²⁰. Жизнь праведных – в руках Божиих, и Господом направляются их стопы.

И лист его не отпадет. Листья украшают дерево, придают ему благообразие. Это символ внешних дел человека. И ещё, по мысли святых отцов, листвием (листвой) называется всё, что внешне необходимо для духовной жизни: воспитание, образование науками, искусствами. Листва нужна для органической жизни, но если нет плода, жизнь становится пустоцветом, обречённым на вымирание, а лист – лишь красивой внешностью.

Всё, свойственное человеку: его характер, природные особенности, приобретённые навыки, – не отпадет, не уничтожится при стяжании благодати Божией, а сохранится и расцветёт.

Во временной жизни праведник всё успеет сделать: вся, елика аще творит, успеет. Жизнь каждого из нас идёт своим порядком. Мы строим планы, часто хотим стать генералами. Но мало кто принимает во внимание самого опасного врага наших замыслов – время. Оно подстерегает нерадивых и ленивых на каждом шагу. Как евангельский тать, обкрадывает духовно и физически, посмеивается над нашими иллюзиями²¹. Многие, не стяжав духовных основ, к концу жизни сидят у разбитого корыта.

Самое трудное – увидеть вечное в потоке времени, постичь суету и механичность преходящего мира. «….сия есть победа, победившая мир, вера наша», – писал Иоанн Богослов²². Вера – мост, соединяющий два мира: временный и вечный. Движение времени побеждается Божественной благодатью. Земля становится матерью, в лоне которой мы рождаемся для Небесного Отечества. И успеет тот, кто здесь осуществит своё призвание.

Не тако нечестивии, не тако, но яко прах, его же возметает ветр от лица земли (4). Двойным отрицанием, словно похоронным набатом, псалом возвещает нечто трагичное, пришедшее к завершённости: не тако нечестивии, не тако. Что это? Конец пути человека, в жизни которого всё было не так, как заповедано Господом. Не так оценена жизнь – дар Божий. Не так воспринимался мир – временный и вечный. Неразумное, плотское отношение к себе и своей душе – образу Божию, умноженное на дурную беспечность, низводит нечестивца до скотского состояния. И даже до праха земли. Ветер времени, поднимая этот прах, развевает его, уносит в безвестность: яко прах, егоже возметает ветр от лица земли. Презревший небесное лишается и земного. Талант отбирается у того, кто зарыл его в землю²³.

Ветер – ветр – это сама природа нашего мира, постоянно меняющая свой лик, ускользающая. Всё, не укоренённое в вечности, падает и разлагается от лица земли. Но где же то место, где суждено этому праху осесть? Евангелие обозначает его как «тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов»²⁴.

Грандиозные замыслы нечестивых всегда оказываются пустыми, хотя это не сразу видно. То, что не соединено с Богом и Творцом, обязательно исчезает. Это прекрасно понимали праведники: в видимом мире всё разрушается – даже горы.

Сего ради не воскреснут нечестивии на суд, ниже грешницы в совет праведных (5). Не встанут нечестивые на суд, не войдут грешники в совет праведных. Этот стих смутил меня и моих товарищей, когда мы учились в Духовной академии. У нас был хороший преподаватель древнееврейского языка, и мы как-то задали ему вопрос:

– Как же так: «не воскреснут нечестивии на суд»? Церковь говорит о всеобщем воскресении, а они что же – не воскреснут и не будут судимы? Но в евангельской притче о Страшном Суде сказано: все станут перед лицом Господа – и грешники, и праведники²⁵.

Преподаватель объяснил нам, что славянский перевод псалма здесь неточен. Оказывается, грешники не приобщатся свету воскресения, который определит и усугубит их участь. Суд уже осуществился над ними, и восстанут они, чтобы принять наказание. Подобно тому, как убийцу, взятого в момент совершения преступления, ведут на суд не для доказательства вины, а для вынесения приговора.

Впервые в псалме из сословия нечестивых выделяются грешники: ниже грешницы в совет праведных. Блаженство и нечестие – понятия взаимоисключающие, а грешник – нечто среднее между ними. По природе он тяготеет к роду блаженных, знает Бога. А по действиям – подобен нечестивым, отступил от заповедей Господних, не исполнил их.

Его участь менее сурова. Он восстанет на праведный суд, но не войдёт в совет праведных – сообщество святых. Тут отразились представления, свойственные Ветхому Завету. Искупитель Христос имеет власть прощать грехи кающимся грешникам и вводить их в Царство Божие.

И последний стих: Яко весть Господь путь праведных, и путь нечестивых погибнет (6). Все мы существуем перед лицом Божиим. Праведнику Создатель особо покровительствует: весть (знает) Господь любящих Его. А нечестивые неминуемо идут к гибели.

Первый псалом поётся за всенощным бдением. Как ключ, он открывает вход во Святилище, где идёт постоянное служение Богу. Псалом называется предначинательным. В начале серьёзных книг обычно бывает предисловие, объясняющее, о чём здесь пойдёт речь. И он подобен такому предисловию: в нём говорится о двух путях жизни, которые выбирают люди, – праведном и нечестивом. О том, как совмещаются оба пути: человек может изменить праведности и предпочесть грех, а может отказаться от нечестия и стать на путь оправдания. Вся Псалтирь говорит об этом.

Псалом 2

Псалом Давиду.

¹Вскую шаташася языцы, и людие поучишася тщетным?

²Предсташа царие земстии, и князи собрашася вкупе на Господа и на Христа Его.

³Расторгнем узы их и отвержем от нас иго их.

⁴Живый на Небесех посмеется им, и Господь поругается им.

⁵Тогда возглаголет к ним гневом своим и яростию Своею смятет я.

⁶Аз же поставлен есмь Царь от Него над Сионом, горою святою его,

⁷возвещаяй повеление Господне. Господь рече ко Мне: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя.

⁸Проси от Мене, и дам Ти языки достояние Твое, и одержание Твое концы земли.

⁹Упасеши я жезлом железным, яко сосуды скудельничи сокрушиши я.

¹⁰И ныне, царие, разумейте, накажитеся вси судящии земли.

¹¹Работайте Господеви со страхом и радуйтеся Ему с трепетом.

¹²Приимите наказание, да не когда прогневается Господь и погибнете от пути праведного, егда возгорится вскоре ярость Его. Блажени вси надеющиеся Нань.

У каждого псалма есть основная мысль. Второй псалом Давида-царя считается мессианским, потому что в нём присутствует прямое указание на Мессию – Христа, Помазанника Божия, пришествия Которого ожидал богоизбранный народ Израиля. Спаситель должен был открыть новый путь народам, просветить язычников.

Пророк и царь Давид тоже был Помазанником Божиим и даже прообразом Христа. Ему было обетовано: Спаситель родится на земле от его потомков. Господь возлюбил Давида за кротость, чистосердечие, мужество и дал ему высочайшее ведение духовного мира, непоколебимую веру, талант полководца и строителя царства Израилева. А ещё – самый высокий дар слова, исполненного пророческой силы и Божественной поэзии, способность выражать поэзию в музыке. И всё это богатство дарований имело единую цель – славить имя Господне денно и нощно вместе с ангелами, людьми и всем тварным миром.

Мы знаем, какие свирепые бури претерпел Давид в течение жизни. Он прозревал умными очами: всё это происходит именно из-за тех великих даров благодати, которые излил на него Господь. И ему нетрудно было постичь в пророческом откровении, что подобное, но только в большей степени, будет происходить на земле и с Мессией.

Итак, начало второго псалма такое: Вскую шаташася языцы, и людие поучишася тщетным? (1). Пророк задаёт вопрос: вскую – для чего блуждают народы, не имеющие спасительной веры в Творца неба и земли, не обращающиеся к Нему сердцем и умом? Их жизнь поэтому – хождение в лабиринтах заблуждений. Такой путь всегда бессодержателен, на нём человек учится тщетному – пустому. Об этом предупреждал апостол Павел: наступят времена, когда люди будут очень много учиться, но не научатся истине²⁶.

Апостол прекрасно передал дух праздности, господствовавший в греческом городе Афины. Представители знати, люди избранные готовы были постоянно поучаться тщетному: всё время проводили в спорах, диспутах, обсуждая мифологию, астрологию, многообразные религиозные традиции. Для этого в ареопаг приглашали представителей иных народов, чтобы они рассказывали о своих верованиях, философских взглядах²⁷. А простой народ в Афинах интересовался магией, разного рода суевериями. Вот одна из причин брожения умов, вызывавшего возмущение в целых странах. Когда апостолы стали проповедовать Христа со властью, совершая множество чудес, разве могло общество, закоренелое в языческих представлениях, не прийти в смущение, зависть и негодование?

Предсташа царие земстии, и князи собрашася вкупе на Господа и на Христа Его (2). Из Священной истории известно о многократных попытках языческих царей объединиться и низложить Израильское царство, разорить святыни народа. Нечто похожее происходило и после Воскресения Христа, когда апостолы получили власть благовествовать среди язычников. Правители многих стран, как отмечено в Книге деяний, строго запрещали проповедь Спасителя или просто изгоняли апостолов. И Пётр словами второго псалма объяснил пророчество царя Давида: Предсташа царие земстии, и князи собрашася вкупе²⁸. Здесь слово предсташа выражает мысль не о военных действиях, а, скорее, о единодушии правителей в неприятии благовестия о Христе. Цари и князи, столкнувшись с тем, что непонятно и соблазнительно для них, тоже стали объединяться и противостоять апостольской проповеди.

Противление слову Божию всегда было и будет. Суть мирской жизни – в скрытой вражде против Бога, поэтому на земле всегда бушуют войны. И злые духи признавались в этом Христу через гадаринского бесноватого: «….что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? Пришёл Ты сюда прежде времени мучить нас»²⁹.

Верующим людям, тем, кого Господь избрал на служение Себе, важно сохранить верность Его воле. Иначе человек начинает внутренне склоняться не к духовному, а к телесному – и сразу жизнь его становится натуральной, приземлённой. Он теряет укреплённость в Боге, благодатность.

Расторгнем узы их и отвергнем от нас иго их (3). Эти слова часто приписывают народам, которые не хотят выполнять волю Творца: «Зачем нам такие узы?» Но, мне кажется, тут пророк обращается к людям, любящим Бога. «Цари земстии» через свои решения, законы часто создают для них «узы» – трудные условия существования. Не всегда связывают физически, но стараются повлиять на духовную жизнь, склонить к неверию.

Расторгнуть эти узы – не значит поднять мечи и начать войну с власть имущими, которые борются с Господом и Его Помазанником Христом. «…наша брань не против крови и плоти, но против. духов злобы поднебесных», – учит апостол Павел³⁰.

Живый на Небесех посмеется им, и Господь поругается им (4). Бог не враждует с человеком, не смеётся над ним. Но Он меняет жизненную ситуацию вокруг людей и народов. Ничто не вечно. И часто оказывается: нужно было не бороться, а терпеть и молиться, чтобы дух противления Богу исчез.

Но почему псалмопевец говорит, что Господь посмеется? История всегда как бы смеётся над людьми, которые думают, что всё определяют в ней – причём окончательно. Любое восстание человека против Бога смешно. Апостол Павел сравнил это с протестом горшка против горшечника, сделавшего его³¹. Известно и другое: тот, кто плюёт в небо, в итоге пачкает себя.

А результат человеческих заблуждений и отклонений от воли Божией всегда бывает одинаковым: Тогда возглаголет к ним гневом Своим и яростию Своею смятет я (5). Влияние тех, кто возвысился в гордом противостоянии Богу, порой бывает велико. Но как жаль любого человека, который так и не понял: мы никогда не построим на земле вечное царство.

С шестого стиха во втором псалме начинается откровение о самой непостижимой тайне мира – воплощении на земле Сына Божия: Аз же поставлен есмь Царь от Него над Сионом, горою святою Его, возвещаяй повеление Господне. Господь рече ко Мне: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя (6–7).

«Аз» – это местоимение «Я», которое произносится вместо сокровенного имени. Господь говорит от Своего Лица – и это звучит с необычайной внутренней силой, властью. В древности, когда царь что-то повелевал, подданные падали ниц, их уста были закрыты. А во втором псалме звучат слова Царя царей – Самого Бога. Господь пребывает в неприступном свете, имя Его неизреченно. Пророки, патриархи, благочестивые люди ветхозаветных времён просили, чтобы Он открыл им Себя, Своё имя. И пророку Моисею Бог сказал, что Он – Сущий.

Постепенно Господь открывал Свои имена, они становились достоянием человечества. Наконец от Спасителя Христа мы узнали завершающее имя Бога – Отец: «Я и Отец Мой – одно»³². Едины.

Аз же поставлен есмь Царь от Него над Сионом. Понятно, что возвещать повеления Господни будет Лицо Божественное. Но Кто это? Невольно возникает и другой вопрос. Когда Бог творит мир, Он проводит Предвечный Совет. С Кем? И мы понимаем: во втором псалме пророк Давид предвозвещает Святую Троицу: Её Лица советуются между Собой.

Божие «Аз» – ударное, в нём чувствуется внутренняя законченность. Творец и Создатель имеет всё – и при этом: Я поставлен возвещать то, что определено и указано Богом. Многие толкователи Псалтири считают: здесь подчёркнуто служение Мессии, Ему дано возвещать повеления Господни. И воплотившийся Христос это подтверждает: «Итак, что Я говорю, говорю, как сказал Мне Отец»³³.

Возвещаяй означает: властью Господней открывать волю Божию народу. Спаситель начинает на земле евангельскую проповедь, а потом перед Своей крестной смертью поручает ученикам продолжать Благую весть – возвещать людям повеления Творца.

Дальше в псалме идёт обращение Отца к Сыну: Господь рече ко Мне: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя. Аз поставлен – это обращение к тем, кто должен услышать, принять слово Божие. Аз днесь родих Тя – обращение к конкретной Личности. И опять вместо сокровенного имени появляется местоимение: ко Мне.

Сын Мой еси Ты. Все слова, относящиеся к Богу, обычно пишутся с большой буквы, но в древнем тексте подобное написание ещё не было принято. И всё-таки очевидно: речь идёт о Божественном посланнике на землю – Единородном Сыне Божием, иже от Отца рожденном прежде всех век, как сформулировали в Символе веры святые отцы Первого Вселенского Собора.

Аз днесь родих Тя. Это утверждение непостижимо, как непостижим Сам Бог. Апостол Павел говорил: подлинный Божественный мир закрыт для нас, на земле мы познаём его «как бы сквозь тусклое стекло, гадательно»³⁴. И это откровение не требует дополнений.

Днесь – слово непростое, таинственное. На Благовещение Пресвятой Богородицы Церковь поёт: «Днесь спасения нашего главизна». Но это не сегодняшний день, а то, что будет всегда, никогда не прекратится.

Проси от Мене, и дам Ти языки достояние Твое, и одержание Твое концы земли (8). Но зачем просить? Тут уместно такое сравнение: пока дети маленькие, родители сами решают, что им нужно. А когда становятся взрослыми, родители всегда спрашивают: «Чего вы хотите?» И тут Отец тоже учитывает желание Сына: проси – и сделаю по Твоей воле: дам Ти языки достояние Твое.

Бог – Творец Вселенной, Ему принадлежит всё: «Господня земля и исполнение ея»³⁵. Но человек – образ и подобие Божие, он наделён свободной волей и становится достоянием Бога, если хочет иметь такое достоинство – по вере. Чтобы быть достоянием, необходима взаимность.

И одержание Твое концы земли. Вера загорается в сердцах, передаётся от человека к человеку. Тот, кто её принимает, обязательно предаёт себя в руки Божии – свою жизнь, настоящее, будущее, детей, родных. Мы молимся за себя, Отечество, народ – и хотим, чтобы все были достоянием Божиим.

Одержание – это покровительство Бога, Его мощная власть, попечение, промысел над всеми близкими и дальними странами.

Упасеши я жезлом железным, яко сосуды скудельничи сокрушиши я (9). Настоящая, полная власть над миром – только у Создателя и Бога. Её даже сравнивать не надо с властью политической.

Когда Христос стоял на суде перед Пилатом, тот сказал Ему: «….я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя». А Спаситель отвечает: «Ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было тебе дано свыше»³⁶. Господь подчёркивает: на какую бы высоту ни взошёл человек, он всё получает от Бога.

Конечно, это не исключает наших стремлений, желаний чего-то достичь. Надо желать и достигать. Но порой людям кажется, что они полностью зависят от какого-нибудь «императора»: завтра он назначит на должность другого – и придётся уйти. Однако Христос прямо указывает: каждый живёт и осуществляет то, что ему дано свыше.

Духовная власть сокровенна. Жезл железный – это воля Божия, выраженная в Его законе, заповедях, словах пророков, апостолов. Слово кажется нам чем-то обычным, простым, но именно оно переживёт время. Вселенная изменится, а слово Божие – никогда³⁷. Так говорит Господь.

Яко сосуды скудельничи (глиняные) сокрушиши я. Человек сотворён словом и волей Божией как некий сосуд, который должен наполниться добрым, хорошим, полезным содержанием, – и тогда его поставят в прекрасное место, будут хранить в нём святыню.

Апостол Павел писал: «Но кто ты, человек, чтобы спорить с Богом? Разве скажет горшок горшечнику: «Зачем ты меня таким сделал?»³⁸. Мастер изготавливает один сосуд для драгоценных благовоний, другой – для более низкого употребления.

Апостол использует здесь пророческий образ, понятный всем: сосуды из глины широко использовались, ни один хозяин дома не мог без них устроить быт. Горшки непрочны, они разбиваются, выходят из строя. И человек перед лицом Божиим подобен глиняному сосуду, но слово Господне хранит нас.

И ныне, царие, разумейте, накажитеся вси судящии земли (10). Здесь в псалме появляется обращение к тем, кому дано образование, знание закона. В Древнем мире правители приближали к себе людей, занимавшихся изучением Священного Писания, науками, исследованием природных явлений. Мы слышим призыв Божий: разумейте, накажитеся (научитесь) все судящии земли. Познавайте! Вам предоставлена такая возможность, чтобы вы открывали волю Божию народу.

Правители дорожат тем, чтобы их воля осуществлялась в государстве. Тот, кто не способен её осуществить, не может быть царём – и его место занимает человек, принимающий на себя власть.

Судящии земли. Судьями назывались те, кто разбирал спорные человеческие дела. Пророк Моисей тоже был судьёй. К нему приходило множество народа – и он едва справлялся с этим. Тесть сказал ему: «Что ты делаешь? Выбери людей знающих, праведных, боящихся Бога, пусть они будут судьями»³⁹. Пророк так и поступил.

Источник всех законов и научений – Библия. Люди, занимающие высокие посты, должны иметь знания не только формальные, но по сути, по духу, чтобы вершить праведный суд. А там, где правосудие не осуществляется, может проявиться гнев Божий.

Обратите внимание: псалмопевец обращается не к одному царю, а ко многим. Род человеческий будет продолжаться, появятся новые правители. Они будут передавать знание закона своим наследникам.

Работайте Господеви со страхом и радуйтеся Ему с трепетом (11). Это относится ко всем, кто имеет или хочет обрести веру. Любое человеческое призвание прекрасно и ценно: быть инженером, учёным, деятелем искусства. Важно, чтобы дело совершалось не ради ограниченной земной славы или благополучия, а во имя Бога – нашего высочайшего Благодетеля.

Как бы ни были значительны светские чины, но есть на земле особое высокое служение Богу. Человек сам ищет этого служения, но ставит на него Господь. Как правило, такие люди потом принимают посвящение, сан – явное свидетельство того, Кому они служат. И чем выше поставлен человек, тем больше у него ответственности.

Работайте Господеви со страхом. Есть тонкая черта, которая отделяет временный мир – от вечного, горнего, духовдного. Мы можем почувствовать эту грань, когда, например, прихоят серьёзные испытания, жизнь висит на волоске: всего один шаг – и ты за чертой, назад не вернёшься. В такие моменты появляется особое чувство святыни: тот мир – совершенно иной, а этот – рано или поздно придётся покинуть. О таком чувстве сказано: «Начало премудрости – страх Божий»⁴⁰.

Страх Господень чист, совершенен. Он как бы переплавляет всю природу человека изнутри: мысли, желания, дела. Тот, кто хочет, чтобы его жизнь была напрямую связана с вечностью, обязан помнить: наши труды в конечном результате должны привести к чувству святыни. Перед ней мы всегда стоим неготовыми, несовершенными, не впитавшими в себя ничего горнего. И Господь это объясняет: «Если Я сказал вам о земном, и вы не верите, – как поверите, если буду говорить вам о небесном?»⁴¹.

Но вспомним: воскресший Христос открывал апостолам тайны жизни вечной.

И радуйтеся Ему с трепетом. Человек, отдающий все силы на служение Богу, испытывает не только удовлетворение, но и глубокую, сокровенную радость, которая граничит с трепетом (сильным волнением, напряжением чувств). Не только духовная, разумная природа бывает захвачена высокими переживаниями, но даже природа телесная. Сердце ощущает священный трепет, близость Бога, Его святынь.

Приимите наказание, да не когда прогневается Господь и погибнете от пути праведнаго, егда возгорится вскоре ярость Его. Блажени вси надеющиися Нань (12).

Обсуждая первый псалом, мы говорили, что вся Псалтирь представляет собой изображение двух путей – праведников и грешников. И тут второй псалом созвучен первому: опять говорится об этих двух путях.

Людям предложен дар высокого познания, открыт пророческим словом – для просвещения разума, духовных чувств. По доброму изволению Господь посылает людям Свои небесные дары. Человек, пренебрегающий ими, как правило, отвергает потом и саму благодать Божию. Уровень его духовной жизни становится всё ниже. И это может вызвать гнев Господень.

Старинная пословица гласит: «Если Бог хочет наказать человека, Он отнимает у него разум». Псалом говорит: «примите наказание» – научение, но в пословице у глагола «наказать» иное значение: принимать меры к нарушителю закона.

Бог учит человека, но тот, кто не внимает этому, оказывается в душевной пустоте. А дом души не может быть пустым: «незанятым, выметенным и убранным». Это объясняет Христос⁴².

И погибнете от пути праведнаго. Тут сказано не о духовной гибели, а о том, что для людей, не внимающих Богу, закроется праведный путь служения Ему. И останется ограниченное существование по произволу собственной воли и телесных похотей.

Егда возгорится вскоре ярость Его. В Библии о человечестве до потопа говорится, что люди стали плотью – и нет никого, кто понимал бы волю Господню. Поэтому они были истреблены. И во втором псалме идёт то же духовное предупреждение: может возгореться ярость Божия.

Блажени вси надеющиися Нань. Центром второго, мессианского псалма является откровение о приходе на землю Христа, Сына Божия. Но в конце пророк снова обращает наше внимание на два пути, которые избирают люди: познания Бога или отвержения Его воли. Надеющиеся на Господа могут быть уверены: Он никогда не оставит нас.

Псалом 3

¹Псалом Давиду, Внегда отбегаше от лица Авессалома, Сына своего.

²Господи, что ся умножиша стужающии ми? Мнози востают на мя,

³мнози глаголют души моей: несть спасения ему в Бозе его.

⁴Ты же, Господи, Заступник мой еси, слава моя и возносяй главу мою.

⁵Гласом моим ко Господу воззвах, и услыша мя от горы святыя Своея.

⁶Аз уснух, и спах, востах, яко Господь заступит мя.

⁷Не убоюся от тем людей, окрест нападающих на мя.

⁸Воскресни, Господи, спаси мя, Боже мой, яко Ты поразил еси вся враждующыя ми всуе: зубы грешников сокрушил еси.

⁹Господне есть спасение, и на людех Твоих благословение Твое.

Псалтирь – это гимн и молитвенное возношение Создателю. Через неё мы всегда молимся, буквально плывём по морю молитвы. В ней находим места сакраментальные, таинственные: они касаются богослужения, совершения жертвы Господу, постижения Его воли.

Смысл молитвы – в соединении с Богом. Она является не целью, а средством: через неё мы обращаемся к Творцу, просим Его милости, славим, благодарим.

Существуют привычные, хорошо известные православные молитвы Василия Великого, Иоанна Златоуста, Григория Богослова, Иоанна Дамаскина, других святых. Они входят в наше утреннее и вечернее правило, в правило перед Святым Причащением.

Но самым верным, могущественным средством, которое соединяет нас с Господом, является Священное Писание. Появилось оно не по воле человека, а по изволению Святого Духа Божия. Сам Господь дал его нам – для общения с Ним. Внимательное чтение Священного Писания рождает в нас правильную молитву.

Часто христиане, открывая боговдохновенные книги, не ставят себе задачу помолиться, а просто хотят познакомиться со словом Божиим, войти в его строй. Но под воздействием чтения у них возникает молитвенное состояние: душа понимает и принимает в себя Дух Божий. И всё это правильно воздействует на человека.

Третий псалом начинается с обозначения обстоятельств, в которых оказался пророк и царь Давид: Псалом Давиду, егда отбегаше (бежал) от лица Авессалома, сына своего (1). Описание этого эпизода можно найти во Второй книге Царств. Но в псалме не говорится, какие события происходили в тот момент, когда ноги уносили пророка Давида в укромное место, где он мог на время скрыться от мятежного сына. Царь хочет рассказать, что совершалось в его душе. Он сразу обращается к Богу: Господи, что ся умножиша стужающии ми? И это уже молитва.

Со стороны было непонятно, что переживал Давид. Окружающие видели его смятение, недоумение: он не знал, как правильно себя повести. Ему сообщили, что его сын Авессалом собрал вокруг себя людей, согласных служить ему, и хочет свергнуть царя.

Давид был уже не молод. Миновали годы его взлёта, славы, побед, когда он с помощью Божией утвердил и укрепил царство. Началась другая полоса жизни. У него уже много жён и детей.

Священное Писание подробно рассказывает историю царя Давида. Его первенец Амнон влюбился в свою сестру Фамарь (у них был один отец, а матери разные). Читаешь об этом – и понимаешь, в какое безумие впал Амнон. Друг посоветовал ему притвориться больным и попросить, чтобы сестра принесла ему кушанье. Он поступил по лукавому совету и совершил насилие над ней – поступок подлый, коварный.

Сестра просила, чтобы он поговорил с отцом и женился на ней, такие браки допускались. Но Амнон вдруг возненавидел её – и выгнал царскую дочь, как последнюю содержанку.

Фамарь была кровной сестрой Авессалома, и тот решил отомстить брату за честь сестры. Царь Давид узнал об этом, он следил за Авессаломом, чтобы предотвратить новое преступление, потому что зло всегда порождает зло. Но Авессалом всё-таки убил Амнона. Это вызвало глубокую скорбь Давида.

На несколько лет Авессалом убежал от отца за пределы страны, чтобы избежать справедливого наказания.

Постепенно сердце Давида смягчилось, он примирился с сыном, позволил ему жить рядом с собой. И тогда Авессалом увидел: во дворце растёт Соломон – сын любимой жены отца, к которому Давид очень расположен. Авессалом решил, что царская власть по наследству перейдёт не ему, а Соломону, и решил не допустить этого. Льстивыми мерами он начал привлекать к себе сердца приближённых царя, долго готовил почву для восстания.

Клевета, наговоры на Давида делали своё дело. Он уже не проявлял прежней активности – и Авессалом ушёл в Хеврон, выступил против отца. Давид, узнав о приближении мятежного сына, покинул дворец.

Как вырывается огонь из печи, так рвутся слова из души человека, который ищет правильного решения: Господи, что ся умножиша стужающии ми? Мнози восстают на мя… (2). Пророк задаёт вопрос – и этот вопрос показывает: царь имел преимущества, которые даются одним властителям, и мог подавить восстание. Но ведь он тоже отклонялся от строгих духовных норм. Царям редко удавалось управлять государством – и при этом хранить верный духовный строй: тяжела шапка Мономаха.

У Давида не было преступных намерений в отношении царства, он не пренебрегал попечением о стране, народе, Церкви и создавал необходимые условия для жизни приближённых. К сыну Авессалому, военачальникам относился с заботой. Царь был пророком и чувствовал: внешне вроде всё идёт так, как должно быть, но сердца людей находятся в смятении. Их недовольство направлено в его сторону: Давид нарушил закон Божий, прельстился Вирсавией – женой военачальника Урии.

Была она очень красива. Её муж преданно служил царю и любил его – так, что принял бы смерть за Давида. И Давид послал Урию на верную смерть, а сам женился на Вирсавии.

Пророк Нафан обличил царя – и тот пришёл в ужас от собственного поступка. Пятидесятый псалом – это покаянное излияние Давида перед Богом. Ещё пророк Нафан предрёк, что первенец Вирсавии умрёт, и произнёс такое определение Божие: «….не отступит меч от дома твоего»⁴³. Божий гнев будет над ним за то, что царь, высоко одаренный духовно, своим поведением соблазнил подданных. Они решили: раз ему можно делать такие безобразия, то и всем позволено поступать, как им угодно.

Нафан сказал, что Бог прощает Давиду грех, ведь он принёс должное покаяние. Царь жил, управлял народом, но последствия греха оставались. В доме Давида между близкими людьми начались распри, преступления, месть.

Недоумевая, переживая восстание сына, царь понимал: так сбываются пророческие слова. И он обращается к Богу: умножиша стужающии ми. То есть многие стали проявлять негодование, недовольство им. Тем более что Авессалом сыграл в этом организующую роль.

Давид с глубоким покаянием молился Господу: …мнози глаголют души моей: несть спасения ему в Бозе его (3). Многие восстают против него и говорят его душе горькие слова. Почему душе, а не ему самому? Во время вражды, споров, раздоров всегда теряется возможность прямого общения между теми, кто ссорится. Даже если недоброе дело ещё только готовится, душа по настроению уже чувствует это.

Распрю начал ближайший Давиду человек – сын. Они едины образом жизни, общением, созиданием царства и дома. Пророк страдал, он чувствовал, что это восстание началось против него – именно как против лица духовного: несть спасения ему в Бозе его.

Давид был главой народа, храма, хранителем веры, возглавлял богослужения. Все видели: для него это не формальное дело, а жизнь. Он надеется на живого Бога и Его святую волю больше, чем на коней и колесницы, как сам сказал⁴⁴.

Но восставшие считали Давида недостойным такого высокого положения и Божией помощи. Вероятно, это было известно царю. Брань против него ещё не приняла окончательный характер, но ему уже очевидна.

Ты же, Господи, Заступник мой еси, слава моя и возносяй главу мою (4). Давид прекрасно знал, что призван, избран и помазан на царство Богом. При этом он понимал свою греховность и каялся. Какова вера – таково и покаяние: пророк мог неделю сидеть в пепле, не пить, не есть, призывать Господа и просить Его о прощении.

Царь сознавал, что достоин любого наказания от Бога и что навсегда останется верен Ему. Для Давида выше и важнее всего, чтобы Создатель не отступил от него: Ты же, Господи. слава моя и возносяй главу мою.

Когда человек поруган, отвержен, пленён или чувствует за собой вину, он опускает голову. Но Давид видел: другие люди имели больше недостатков и порочных склонностей, чем он сам, – и при этом укоряли его. Это давало ему уверенность и надежду: Бог его защитит, поднимет (возносяй) его опущенную голову. Царское и пророческое призвание навсегда останется с ним.

Гласом моим ко Господу воззвах, и услыша мя от горы святыя Своея (5). Давид говорит о том, что предвидел, предчувствовал беды, которые надвигались на него. Но никогда не умолкал в нём голос молитвы. Глас – это не отдельный вопль. Обычно люди занимаются текущими делами, а в свободное время вспоминают о Боге. Но царь и пророк Давид непрестанно внутренне взывал ко Господу. И Бог с высоты слышал его обращения.

Давид не прибегал к хитрости и лукавству, чтобы кого-то к себе привлечь, настроить против других, оболгать, как это делал Авессалом. Пророк шёл прямыми путями, уповая на Создателя и призывая Его как Помощника и Свидетеля своей невиновности: Аз уснух, и спах, востах, яко Господь заступит мя (6).

Не только днём, когда царь выполнял свои обязанности, но и ночью, когда предавался сну, покою, Бог давал ему внутреннюю убеждённость: Он с ним, не отступит от него и всегда защитит.

Не убоюся от тем людей, окрест нападающих на мя (7). У Давида не было страха перед огромными силами, которые готовились низвергнуть его с высоты царского служения. Окрест – кругом: справа, слева, впереди, сзади пророк видел людей, не принимающих его как царя. Мнози глаголют его душе – и у всех этих нестроений, вражды, непримиримости есть духовная причина. Они идут от духов злобы поднебесной, которые всегда восстают на подвижников, благочестивых людей. И такая брань, как мы знаем из святоотеческих книг, происходит со всех сторон.

Стрелы падших духов – это мысли, которые обезоруживают человека, вызывают недоверие Богу, малодушие, ложный страх, злобу на людей. В этой внутренней брани можно потерять здоровое понимание вещей: отрицательное принимать как положительное – и наоборот.

Воскресни, Господи, спаси мя, Боже мой, яко Ты поразил еси вся враждующыя ми всуе: зубы грешников сокрушил еси (8). Здесь пророк обращается к Богу с необычайно сильным словом: воскресни – восстань, Господи! Прояви Своё Всемогущество, силу, которая неотъемлема от Тебя! И тогда всё изменится.

Спаси мя, Боже мой… Спасти человека может только Господь. Порой мы стараемся справиться с трудностями своими силами, но по-настоящему беды и препятствия преодолеваются только с помощью Божией. Замечательно то, что Давид просит Создателя не о защите от врагов, а о спасении. Вмешательство Бога необходимо, чтобы человек не потерял себя как личность, не стал носителем чуждых ему качеств.

Ты поразил еси вся враждующыя ми всуе. Пророк опирается тут на опыт всей своей жизни: Бог много раз спасал его из, казалось бы, безвыходных положений. Господь проводит праведников через огонь и воду – невредимыми.

Всуе – напрасно. Не зная Промысла Божия о человеке, люди иногда начинают враждовать с ним и не понимают: он не хотел вызвать их недовольства. Это Бог ведёт его особенным путём.

Давид подтверждал это и обращался к Творцу: Ты же не раз поражал тех, кто враждовал против меня, но поводов к этой вражде я не давал. Пророк молился Богу, искал Его помощи – и получал её.

Зубы грешников сокрушил еси. Здесь говорится об упорстве людей, проявляющих себя как хищные звери. Оружие зверей – клыки и когти. Характерная черта хищно настроенного человека – уничтожать, «пожирать» невинных. Чем больше несправедливости он допускает, тем больше уверен: никто не устоит против его оскаленной пасти. Но Бог сокрушает зубы хищника.

И последний стих третьего псалма: Господне есть спасение, и на людех Твоих благословение Твое (9). Тут пророк Давид делает вывод: только один Бог помогает человеку или обществу преодолеть нестроения. Как в древности Он спас израильский народ из египетского рабства, так до сегодняшнего дня спасает Свою Церковь. И каждому человеку, который верит Ему, Господь открывает Своё желание спасти грешника – духовно и физически. Ради этого пришёл на землю Христос.

Если мы соединены с Богом верой, молитвой, чаянием Его помощи, то Господь даёт нам ещё и благословение: на людех Твоих благословение Твое. Спасение нужно сейчас, в данный момент, а благословение идёт впереди нашей жизни: ты преодолел угрозу гибели, а теперь смотри в будущее. Бог хранит тебя. Не предавайся неуверенности, страху, не бойся враждующих с тобой.

На людех Твоих – это обобщение, распространяющееся на всех верующих. Спасение Божие даётся нам как дар свыше, мы искуплены Кровью Христа. Бог уже помиловал, оправдал грешников, и нам остаётся только быть народом, людьми Божиими, хранить Его заветы.

Псалом 4

¹В конец, в песнех, псалом Давиду.

²Внегда призвати ми, услыша мя Бог правды моея, в скорби распространил мя еси, ущедри мя и услыши молитву мою.

³Сынове человечестии, доколе тяжкосердии? Вскую любите суету и ищете лжи?

⁴И уведите, яко удиви Господь преподобнаго Своего: Господь услышит мя, внегда воззвати ми к Нему.

⁵Гневайтеся, и не согрешайте, яже глаголете в сердцах ваших, на ложах ваших умилитеся.

⁶Пожрите жертву правды и уповайте на Господа.

⁷Мнози глаголют: кто явит нам благая? Знаменася на нас свет лица Твоего, Господи.

⁸Дал еси веселие в сердце моем: от плода пшеницы, вина и елеа своего умножишася.

⁹В мире вкупе усну и почию, яко Ты, Господи, единаго на уповании вселил мя еси.

В конец, в песнех, псалом Давиду – так надписан четвёртый псалом. Некоторые считают, что в конец – это скрытый намёк на последние времена. Но такое же надписание встречается и у других псалмов. Это же священные гимны, их исполняли в храме Господнем уже в древности. Скорее всего, четвёртый псалом звучал в конце богослужения. Указание в песнех тоже говорит об этом. И сейчас псалмы называют по-разному. Скажем, 103-й считается предначинательным. Его читают в начале вечерни.

Четвёртый псалом не очень большой, но в нём (как и в любом другом) скрыты жемчужины мыслей, благодати. Духовные люди по опыту знают: там, где молитва сопряжена с высокими переживаниями, в её словах запечатлевается необыкновенная сила.

Внегда призвати ми, услыша мя Бог правды моея, в скорби распространил мя еси, ущедри мя и услыши молитву мою (2). В переводе на русский язык внегда призвати ми означает: «когда бы я ни призывал» – в настоящем, прошедшем, будущем времени. У Давида была внутренняя духовная связь с Творцом. Дар богообщения появился у него, когда он был помазан на царство. Господь всегда слышал зов пророка – и отвечал на него.

В Евангелии мы находим слова Спасителя, сказанные о том же ещё сильнее. Человеку необходимо приобщаться к духовной жизни, а Христос – Сам Источник Божественной силы. Но перед тем как воскресить Лазаря, Он обращается к Богу Отцу: «….Отче! благодарю Тебя, что Ты услышал Меня. Я и знал, что Ты всегда услышишь Меня»⁴⁵.

Вот, оказывается, что такое молитва! Она была, есть – и во все времена принималась Создателем, приносила спасительные плоды: услыша мя Бог правды моея.

Почему Бог правды? Можно было бы просто сказать: услышал Господь, – и достаточно. А тут обращение удивительно ёмкое, и его трудно понять человеку, мало знакомому со Священным Писанием.

Вспомним пожелание Христа: «Ищите же прежде Царства Божия и правды его»⁴⁶. Спаситель говорит о том же: оказывается, Царствие Божие имеет правду.

Но у грешников тоже есть своя правда. Эта правда человеческая часто подобна ударному инструменту: только бьёт людей и природу. А пророк Исаия говорил, что она похожа на грязную одежду⁴⁷.

Откройте семнадцатую кафизму Псалтири – и вы удивитесь тому, как часто там упоминается правда: «Исповемся Тебе в правости сердца, внегда научити ми ся судьбам правды Твоея. Оправдания Твоя сохраню…» (7–8).

Пророк Давид понимал: правда Божия – это закон нашего Творца, Его заповеди. Через них Господь открыл людям Свою святую волю о человеке, мире, Церкви, дал обетования.

В Псалтири слово «правда» равнозначно истине, Промыслу Божию. Чего жаждет человеческая душа? Конечно, справедливости. И не только в повседневных отношениях, но хочет приобщиться к высшей правде. Царь Давид уверен: Господь слышит его, даёт возможность постичь Свои законы. Поэтому правда для него в том, что он живёт в Боге, Им одухотворяются его ум, сердце, в Нём – радость, крепость, утешение.

И нам дана возможность искать правду Божию. Спаситель даже подчёркивает: алчущие и жаждущие её – блаженны⁴⁸.

Дальше в четвёртом псалме идёт удивительная мысль: в скорби распространил мя еси. Многие люди, искавшие совершенства, святости, понимали: путь к исполнению воли Божией всегда узкий. На это и Христос указывает: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель…»⁴⁹.

Любовь обязательно сопряжена со внутренней скорбью – и не только за себя, а за детей, ближних, Церковь, весь мир. В жизни царя Давида было много скорбей – и он принимал их как некий дар свыше. Его псалмы наполнены неимоверным внутренним борением, прозрением, преодолением падшей, немощной телесной природы.

Обычно в скорби человек бывает подавлен тяжкими обстоятельствами. Вроде бы нет сил терпеть, конец приходит. Это описано и у подвижников, начиная с Антония Великого. Тот буквально вопил: «Господи, Ты уже не слышишь, не хочешь мне помочь! Помоги же!» Он всё-таки не терял упования на Бога – и на последнем пределе наступала свобода, полнота, явное веяние благодати, присутствия Бога. Человек как бы вновь рождался.

С нами тоже происходит нечто подобное. Скорбь стесняет душу, бросает в преисподнюю, но вдруг рождается мысль: «Ты же верующий и знаешь, что Бог любит, милует тебя, даёт то, что нужно для твоего исправления, очищения, смирения, преодоления гордыни». И происходит чудесное изменение: наступает спокойствие, словно разрываются цепи.

Иногда у людей случаются наваждения тёмных сил – особенно в ночное время. Что-то наваливается на человека, душит, но он начинает молиться – и всё отпускает: на сердце мирно, радостно.

В скорби распространил мя еси – великое откровение для нас. Мы боимся скорбей, тяжкой внутренней брани, а бояться-то не надо. Господь нас очищает, даёт широту души. Через скорбь мы начинаем сострадать другим людям, и они становятся для нас близкими, понятными, родными. Чудные изменения производит скорбь, если человек терпит её ради Бога, не ропщет, не пасует, не унывает, не отчаивается.

Ущедри мя и услыши молитву мою. Вроде бы мы понимаем, что такое молитва, но иногда не можем совершить её так, как нам хочется, мыслится. Душа не расцвела, в ней – совершенная сухость, молитвенное настроение не родилось.

Царь Давид просит Создателя: ущедри мя, дай мне Твою необыкновенную Божественную доброту, любовь. И щедрость Божия порождает в душе молитву, которая приятна Господу.

И тут пророк, находящийся в состоянии благодати, обращается к окружающим его людям: Сынови человечестии, доколе тяжкосердии? Вскую любите суету и ищете лжи? (3).

У нас тоже так происходит: побывали в храме, причастились и благодарим Бога: «Господи, как же хорошо!» Милости, щедроты Божии окрыляют нас – и мы начинаем жалеть тех, кто находится вне Церкви: «До чего им тяжело!»

Пророк Давид имел власть от Бога открывать людям их духовное устроение.

Он видит причины бездуховности: сердца отяжелели от грехов, маловерия, малодушия. И у него возникает обращение к людям: Сынови человечестии! Тут как бы проходит некая граница: с одной стороны – сынове Божии, с другой – сынове человечестии.

Кто такие сыновья человеческие? Это или язычники, или люди родного народа, но заботятся они только о земном. Порой на улице встречаешь такого человека: в глазах его не играют добрые искорки, взгляд унылый, лицо печальное, окамененное. Сердце чем-то отягчено.

И царь Давид спрашивает: доколе тяжкосердии? До какого времени будете носить на сердце такую тяжесть, когда плоть господствует, дух подавлен, душа не устремлена к небу, её крылья связаны?

В человеческом роде всегда была каменная болезнь: в органах образуются камни и засоряют тело, подавляют, отягчают жизненный процесс, приносят страдания, боль. Духовная окаменелость тоже рождает отягчённое состояние: уныние, чувство беспомощности, подавленности, даже отчаяния.

Тяжкосердие подобно гробовому камню: душа томится под ним без жизни, воскресения. Если камень отвалить, она сразу оживёт.

Пророк Давид обращается к людям: вскую (зачем) любите суету? Суета равнозначна пустоте: мысли, действия обращены исключительно к тому, что приходит – и уходит, не принося никакой пользы. Не питая, не вдохновляя.

Суета подобна призраку. Человек гоняется за ним годы, десятилетия, а потом ужасается: чем и как я жил?

Много веков назад духовные люди видели: наш мир создан со временем – и в этом времени нужно найти вход в вечность, почувствовать её дыхание. Иначе жизнь превращается в бессмысленную сутолоку.

Иногда человек привыкает к ней: «Столько дел – ничего не успеваю! Покопался в огороде, приготовил обед, сбегал в магазин за хлебом!» То ему нужно квартиру покупать, то ремонт делать, то мебель менять. Вроде бы все эти дела – необходимые. Но молитвенное правило он урезал или совсем не совершил: «Надо картошку сажать!» В воскресный день в церковь не пошёл, да ещё оправдывает себя: «Некогда!»

Так неразумно тратится Божий дар времени: оно ускользает безвозвратно. Ничего спасительного, доброго, полезного люди не делают. Своим вещам, поступкам придают такое значение, которого они не имеют. Об этом слова пророка: и ищете лжи.

Ложь – это искривление жизни. К ней человек прибегает, чтобы загородиться от правды Божией. Начинается ложь в мыслях, словах. Человек говорит неправду себе: «Я в заботах, трудах, не какой-нибудь лентяй!» Потом он начинает льстить тому, от кого зависит его материальное благополучие: хвалит, заранее зная, что тот недостоин этого, заискивает. И чем больше врёт, тем больше ищет лжи, уже любит её, считает, что так и нужно: не обманешь – не проживёшь. И ложь отравляет все сферы жизни.

Следующий стих звучит так: И уведите (вам будет открыто), яко удиви Господь преподобного Своего: Господь услышит мя, внегда воззвати ми к Нему (4).

Бог вложил в человека Свой образ и подобие, но каждый из нас носит на себе язвы прегрешений. И преподобные стараются жить так, чтобы образ Божий проявлялся в них. Самый великий чин святых в нашей Церкви – именно преподобных отцов и матерей, удалившихся от всего суетного, искавших единого на потребу.

Удиви – значит, сделает преподобного вызывающим удивление, чудным. Удивление вызывал у современников святой Серафим Саровский, когда люди видели его преображённое лицо, сияющее, как солнце.

В некоторых изданиях Псалтири слово Преподобного напечатано с большой буквы: вероятно, оно относится к Самому Богу. И это можно принять как пророчество о Христе: Спасителю удивлялись все народы, встречавшиеся с Его словом.

Господь услышит мя, внегда воззвати ми к Нему. Тут пророк Давид опять возвращается к тому, что было в начале псалма. Живое единение с Богом у него никогда не прерывается, Господь всегда слышит псалмопевца.

В следующем стихе царь обращается к людям и раскрывает часть Божиих заповедей: Гневайтеся, и не согрешайте, яже глаголете в сердцах ваших, на ложах ваших умилитеся (5). Есть целые псалмы, которые можно назвать учительными. Что же объясняет здесь Давид?

Гнев – это страсть, смертный грех. В гневе человек выходит из себя, теряет разумное отношение к окружающим. Будто буря несётся в мыслях, чувствах, выражениях, поведении. Но гнев как природное состояние иногда не осуждается Богом, а засчитывается как добродетель. Скажем, ты замечаешь в себе склонность к пороку – и тогда употреби гнев: как острие меча, он отрежет сильное ненужное движение души.

Святые отцы считали: это единственно верное употребление гнева. После него человек прозревает, радуется, что не нарушил закон Божий, – и в душе его наступает тишина, даже умиление: на ложах ваших умилитеся. Вот как, оказывается, можно преодолеть влияние злой силы.

Пожрите жертву правды и уповайте на Господа (6). Пророк Давид говорит тут о жертвоприношениях. Они были установлены Самим Богом – и в Книге Левит подробно рассказывается о том, что считается жертвой и как её приносить.

Обычно в жертву приносился агнец непорочный. Да ещё десятую часть дохода люди отдавали в храм, там же оставляли первые плоды урожая.

Богач мог подумать: «Я сейчас полхрама жертвами завалю! От всего откуплюсь – от грехов, пороков, преступлений!» Но такая жертва не была угодна Богу. Господь смотрел не на размер жертвы, а на сердце человека.

Что могли принести Ему люди? Он Сам говорит нам: «…небо – престол Мой, а земля – подножие ног Моих. Ибо всё это соделала рука Моя. А вот на кого Я призрю: на смиренного и сокрушённого духом, и на трепещущего пред словом Моим»⁵⁰.

Спаситель тоже открывал ученикам: для Бога две мелкие монеты – лепты, принесённые в храм вдовицей, больше жертв обеспеченных людей: «…ибо все клали от избытка своего, а она от скудости своей положила всё, что имела, всё пропитание своё»⁵¹.

Пророк Давид подчёркивал: пожрите жертву правды. Не случайно тут снова повторяется слово «правда». Настоящая жертва должна быть принесена с желанием прославить Бога. И в общественном плане лучшая жертва – это справедливость и милосердие, а в личном – «дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно»⁵².

Часто человек помолится – и тут же требует изменений. То же самое происходило с жертвой: её приносили – и сразу ждали воздаяния от Бога. Но псалмопевец предупреждал: уповайте на Господа. Если жертва принесена от сердца, Он услышал вас. Но дальше вы не ропщите: почему результатов нет? Сохраняйте надежду и то настроение, с которым приступили к жертве и молитве.

Мнози глаголют: кто явит нам благая? Знаменася на нас свет лица Твоего, Господи (7). С глубокой древности перед людьми стоит вопрос: где источник добра и благости на земле? Народы переживали войны, засухи, голод – и спрашивали: «Кто даст нам всё необходимое? Царь, герой, реформатор?»

У языческих императоров люди просили хлеба и зрелищ. Но настоящее благо – больше, чем хлеб сию минуту. Это то, что всегда необходимо человеку и не отнимется у него, будет с ним.

Вспомните, как к Спасителю пришёл юноша и обратился к Нему: «Учитель благий!» А Господь отвечает ему: «Никто не благ, только один Бог»⁵³.

Юноша видел, что слово Христа с силой действует на сердца людей, поэтому назвал Его благим, но всего лишь – Учителем. Учителя нужны, и те, кто трудится в области просвещения, достойны всякой похвалы. Они несут людям знания, но не открывают вечный источник Божественной силы, как это делает Спаситель.

В ответ на вопрос кто явит нам благая? – пророк Давид указывает, где скрывается благо: Знаменася на нас свет лица Твоего, Господи. Благо – в Боге, в этом внутреннем свете, приходящем к нам от Него.

И Христос говорит о том же: «Светильник тела есть око. Итак, если око твоё будет чисто, то всё тело твоё будет светло; если же око твоё будет худо, то всё тело твоё будет темно»⁵⁴. Этот светоч есть внутри каждого человека. Потому-то следует прежде всего искать Царствия Божия, правды его – и тогда на лице будет отражаться Божественный свет, как это было у пророка Моисея, христианских подвижников.

Споры о том, откуда приходят благо и зло, продолжаются бесконечно. Нам не стоит ввязываться в них. Вопрошайте – и Господь укажет вам на праведников, имевших преображённый лик. Один Бог – Источник блага.

Дал еси веселие в сердце моем: от плода пшеницы, вина и елеа своего умножишася (8). Пророк Давид всегда имел внутренний свет, который возвышал, освящал, веселил его душу. И он благодарил Господа за это веселие в сердце. А что на сердце у человека, то и на лице.

В Библии Господь обращается к Каину и говорит: «…отчего поникло лицо твоё? Если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? а если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит»⁵⁵. От очищенного сердца идёт свет и возникает веселье.

Благоволение Божие к людям проявляется в изобилии плодов и всего, что необходимо для нашей жизни: от плода пшеницы, вина и елеа своего умножишася. Хлеб, вино, елей – это то, о чём всегда молится Церковь. Колосится в поле нива, обещает большой урожай – и мы радуемся красоте и богатству, которые даёт Бог человеку.

И последний стих: В мире вкупе усну и почию, яко Ты, Господи, единаго на уповании вселил мя еси (9). Благодатью веры преодолеваем мы все скорби и испытания, которые встречаем в жизни. Господь даёт нам силы для этого.

Порой мы пьём полезный напиток – и тепло разливается по телу, открываются мысли, веселятся чувства. А потом засыпаем в мирном настроении. Усну и почию – погружусь в глубину покоя, тишины, потому что Господь вселил в сердце упование на Него.

Псалом 5

¹О наследствующем, псалом Давиду.

²Глаголы моя внуши, Господи, разумей звание мое.

³Вонми гласу моления моего, Царю мой и Боже мой, яко

к Тебе помолюся, Господи.

⁴Заутра услыши глас мой, заутра предстану Ти, и узриши мя.

⁵Яко Бог не хотяй беззакония, Ты еси: не приселится к Тебе лукавнуяй,

⁶ниже пребудут беззаконницы пред очима Твоима: возненавидел еси вся делающия беззаконие.

⁷Погубиши вся глаголющия лжу: мужа кровей и льстива гнушается Господь.

⁸Аз же множеством милости Твоея, вниду в дом Твой, поклонюся ко храму святому Твоему, в страсе Твоем.

⁹Господи, настави мя правдою Твоею, враг моих ради исправи пред Тобою путь мой.

¹⁰Яко несть во устех их истины, сердце их суетно, гроб отверст гортань их: языки своими льщаху.

¹¹Суди им, Боже, да отпадут от мыслей своих, по множеству нечестия их изрини я, яко преогорчиша Тя, Господи.

¹²И да возвеселятся вси уповающии на Тя, во век возрадуются, и вселишися в них, и похвалятся о Тебе любящии имя Твое.

¹³Яко Ты благословиши праведника, Господи: яко оружием благоволения венчал еси нас.

О наследствующем – так надписан пятый псалом царя и пророка Давида. На русский язык это перевели в женском роде: о наследствующей. Как же понимать заглавие псалма?

По Священному Писанию, наследие Божие – это Церковь, люди, все, кто причастен вере, старается жить благочестиво, исполнять заповеди. В молитве мы так и просим: «Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое…»

Псалом начинается обращением пророка Давида к Богу: Глаголы моя внуши, Господи, разумей звание мое (2). Сравним этот стих с русским переводом: «Господи, словам моим внемли, услышь голос моления моего».

Иногда говорят, что Псалтирь на церковнославянском языке трудна для открытого, ясного постижения. И переводчики на русский язык стараются сделать текст понятным. Но при этом утрачивается, теряется таинственная глубина, сакраментальность псалмов. «Словам моим внемли» – означает: послушай меня. А глаголы моя внуши – совсем иная просьба: перед тем, как я что-то изреку, Ты Сам внуши мне это, Господи! Отзовись, просвети меня, отверзи мои уста!

Что такое внушение? Это действие Божественной силы. Ею исполнено всё, что исходит от Создателя, и она никогда не остаётся без положительного результата. На внушении, мы знаем, построено воспитание детей. Интересно говорили оптинские старцы: до десяти-одиннадцати лет ребёнка можно шлёпнуть, в угол поставить, а дальше наказывать детей не рекомендуется, необходимо только словесное внушение. На нём возрастает весь человек.

Вначале жизненно важные вещи нам внушают родители, потом – учителя (толковые учителя, которые не просто дают информацию о предмете, а хотят открыть, показать его внутренние связи с миром). Вот откуда глаголы моя внуши, Господи!

«Глагол» и «слово» – очень близкие понятия. В чём же отличие? «Глагол» подчёркивает весомость, важность, значимость сказанного, поэтому у псалмопевца рождаются именно глаголы и по-настоящему, по-псаломскому звучат на церковнославянском языке. Ему я отдаю предпочтение.

Затем пророк Давид просит: разумей звание мое. В русском переводе эта просьба совсем потерялась, а она очень важная. Почему – звание? Что это такое? В человеческой иерархии звание есть у каждого из нас, например, учитель, врач, архитектор. В высшей школе – профессор, доцент. Среди военнослужащих – генерал, полковник, старший лейтенант, рядовой. Звание сразу показывает, на каком уровне возможен диалог с тем или иным лицом.

Звание псалмопевца Давида соответствует его высокому призванию: царь и пророк. Казалось бы, это вещи трудно совместимые, но Бог их – совместил. И пророк молит Творца: «Господи, прими во внимание моё звание! Я не хвалюсь им, ведь от Тебя получил всё, что имею. И всё-таки, приступая к Тебе, прошу об этом!»

Похожими словами обращался к Богу святой праведный Иоанн Кронштадтский: «Господи, я грешный человек, но ради сана моего помилуй меня!» Получается – ради звания священнослужителя. А себя самого святой признавал достойным всякого осуждения.

Видите, как получается: звание даёт дерзновение перед Богом! И псалмопевец просит: «Я немощен, не могу послужить Тебе, Господи, в полноте Твоего высокого призвания, но Ты послушай меня ради пророческого дара и царской власти!»

Вонми гласу моления моего, Царю мой и Боже мой, яко к Тебе помолюся, Господи (3). В предыдущем стихе – глаголы, а тут – глас. Голос способен выразить внутренний строй, духовное, нравственное состояние человека.

К тому же голос обязательно имеет свой тембр. В Великую Отечественную войну я был маленьким ребёнком, но помню, как мы слушали по радио Юрия Левитана. Он говорил простые слова – а по коже словно мороз проходил! Дал Бог нам такого человека. Даже фашисты чувствовали силу его голоса, и Гитлер в первую очередь хотел уничтожить Левитана.

Моление может идти по тексту – и тогда мы не назовём его гласом. Глас пророка Давида износит из души, сердца то, чему внять – необходимо: Царю мой и Боже мой. Бог в полном смысле – единственный Царь царей и Господь господствующих, в отличие от временных земных правителей. И пророк подчёркивает это высокое, только Творцу принадлежащее звание.

А дальше: яко к Тебе помолюся, Господи. Его молитва – целенаправленная: Заутра услыши глас мой, заутра предстану Ти, и узриши мя (4). И снова у нас возникает вопрос: почему заутра?

Многие христианские подвижники молились на рассвете – и советовали это всем. Если ночь проходила спокойно, мирно, то люди восстанавливали силы, щедро потраченные днём на добрые дела. Утро приносило радость, молитвенность. На душу ещё не легли новые заботы, неожиданные обстоятельства, слухи. И первое чувство, первую мысль подвижники устремляли к Тому, Кто дал нам бытие, жизнь, блага, – к любящему Творцу: «Слава Тебе, показавшему нам свет!»

Заутра предстану Ти – очень ёмкие слова: не просто помолюсь, а предстану. В молитве действуют разум, ум, чувства, язык. А предстать перед Богом может только весь человек: в целостности – душой и телом, решительно – всеми силами, чтобы не уклониться в сторону.

Мы знаем о предстательстве за весь мир Пресвятой Богородицы, святых, ангелов, архангелов и благодарны им за молитвенное ходатайство к Богу. Но нам трудно даже мысленно вообразить себе, что это такое.

Предстательство перед Господом – священно. В литургических текстах запечатлено: Бог избрал священников, пророков, апостолов, чтобы они предстательствовали перед Ним за народ, общество, Церковь.

Священник поставлен в Церкви как посредник между Богом и народом, он предстаёт перед Господом за попавших в беду, нужду, находящихся в заключении, страждущих, обездоленных. Предстательство выше, чем молитва, потому что в нём раскрывает себя всё существо человека. А если он ещё особо одарён, имеет такое посвящение, как пророк Давид, и на нём почил Святой Дух Божий, то его предстательство очень важно для всех нас.

И узриши мя – тоже мистические слова. Почему псалмопевец не сказал: услышишь? Потому что зрение по природе выше, чем слух. Мы слышим на малом расстоянии, а видеть можем довольно далеко и быстро: скорость зрения равняется скорости света. К тому же зрение – самое мощное средство общения друг с другом.

Мы исповедуем, что Бог Всевидящий, всюду присутствует, всё знает. И если Господь зрит человека, находится перед ним, то, значит, и человек должен Его видеть. Тут открывается глубина пророческого духа – духа благодати, которому дано внутреннее видение Бога (конечно, не самой Божественной природы, такое и ангелам недоступно). Это высочайший дар, духовная реальность и очевидность для пророка Давида.

Размышляя над пятым псалмом, понимаешь: его вполне можно отнести к числу тайноводческих – тех, которые говорят о Божественных тайнах, высшем Промысле о человеке, нашей глубокой связи с Творцом. Тайноводчество раскрывает, как тонко направляет Господь людей, поставленных на служение Ему, и чем руководствуются священнослужители, многие-многие люди святой жизни.

Когда священник идёт служить литургию, он читает стихи пятого псалма: Яко Бог не хотяй беззакония, Ты еси: не преселится к Тебе лукавнуяй, ниже пребудут беззаконницы пред очима Твоима: возненавидел еси вся делающия беззаконие. Погубиши вся глаголющия лжу: мужа кровей и льстива гнушается Господь (5–7). В предыдущем стихе обозначен мир личностных отношений пророка Давида с Создателем, а здесь показано, каким должно быть состояние человека, который готовится священнодействовать. Он собирается предстать перед Богом, узреть Его – и не может этого сделать, если причастен беззакониям. Грозно звучит предупреждение Спасителя о том же: «…отойдите от Меня, делающие беззаконие»⁵⁶.

Для души, связанной лукавством, коварством, недобрыми замыслами против кого-то (и тут не важно, кто прав, кто виноват), – невозможна близость к Богу, предстательство перед Ним, когда Он зрит человека и человек в свою меру видит Его.

Литургия у нас, как правило, служится утром, когда зарождается день. И слова псалма помогают священникам предстать перед престолом Божиим, действуют отрезвляюще. Проверяешь свою внутреннюю готовность: нет ли в тебе лукавства, нет ли чего на совести, смеешь ли обратиться к Господу: заутра услыши глас мой?

В псалме перечисляется всё, что стоит стеной между Богом и человеком, который собирается священнодействовать – принести бескровную жертву за себя, за народ. Кто же не смеет подойти к престолу? Прежде всего, беззаконницы – люди, которые явно, открыто творят грех. Подобные вещи нельзя допускать, они гнусны, противны, мерзки. Тот, кто хочет в таком состоянии предстать перед Творцом, собирает на себя гнев Божий.

Затем – глаголющия лжу. Все мы, конечно, в какой-то мере причастны ко лжи – к помыслам и не совсем правильным умыслам. Часто, когда решаем сложные проблемы, становимся на путь внутренней неправды, ведь в условиях мирской жизни она более действенна, чем правда Божия. Но перед Господом это недопустимо: погубиши вся глаголющия лжу.

Что значит – погубиши? Христос Спаситель в Евангелии сравнивает человека с виноградной веткой: она может жить и приносить плод только на лозе, а если ветвь отсекается и засыхает, её бросают в огонь⁵⁷. Вот и человека, гибнущего во лжи, Бог отсекает от Себя невидимым праведным судом.

Пророк Давид добавляет ещё: Господь гнушается мужа кровей – того, кто готов убрать с пути человека, который ему в чём-то мешает. Вроде как ничего страшного не случится, зато дело пойдёт. Но убийство или его замысел – страшный грех. И тот, кто имеет его на совести, – уже внутри кровожаден: жизнь другого для него ничего не значит.

Льстива гнушается Господь. Лесть, лукавство каждому приходится в себе преодолевать. Это возможно: мы читаем покаянные каноны, когда готовимся к Причастию, чтобы зачатки дурных помыслов, враждебности, ненависти, осуждения не имели над нами власти.

После того как в псалме объясняется, в каком состоянии нельзя предстать перед Богом, пророк говорит о щедрой Божией милости: Аз же множеством милости Твоея, вниду в дом Твой, поклонюся ко храму святому Твоему, в страсе Твоем (8). Как бы ни были мы благочестивы, нам всегда необходимо, чтобы Бог помиловал нас. Перед совершением литургии священники читают молитву святителя Амвросия Медиоланского и просят, чтобы Всемогущий Господь Своей милостью искоренил в нас грех, который толкает к тому, чтобы прогневать Бога, потерять дерзновение перед Ним, молитву. Тогда никаким предстателем человек не в состоянии быть.

Пророк Давид сознавал, что только благодаря милости Божией может осуществить своё высокое предназначение. Он удивлялся множеству милостей и тем обетованиям, которые давал ему Господь. От потомков царя – в царском роду – на земле должен был родиться и родился Спаситель мира Христос.

Конечно, дом Твой – это храм. В Евангелии Спаситель напоминает слова пророка Исаии: «…написано, – дом Мой домом молитвы наречётся»⁵⁸. В храме совершаются богослужения, чин и порядок которых определены Богом: дневного, седмичного (недельного), годового круга. Они связывают жизнь неба и земли.

Пророк Давид поклоняется Богу в страхе – страсе Твоем, особом чувстве, основанном на понимании: храм – это место, где Бог являет Свою силу и славу, тут происходит встреча человека со своим Создателем.

Страх – чувство, которое естественно возникает на грани мира Божественного и человеческого, вечного и земного. Представьте, что вы попали в неведомую страну, где другие условия жизни. У вас невольно родится обострённое восприятие окружающего: сейчас я сделаю шаг – и что произойдёт?

А когда мы соприкасаемся с Божественным миром, то появляется ощущение, из которого, как из корня, вырастает правильное отношение к высшему духовному миру и чувство религиозности. Религия – это связь с Богом. Она осуществляется, если мы не огрубели, не потеряли разум, внутренний стержень. К тому же чувство страха тоже приоткрывает нам суть настоящего молитвенного предстательства перед Богом.

Человеку, входящему в храм, требуется, чтобы следующий шаг он сделал по наставлению свыше. И пророк Давид просит: Господи, настави мя правдою Твоею, враг моих ради исправи пред Тобою путь мой (9). Правда Божия – это Его благая, премудрая воля, направленная на то, чтобы спасти человека, привести к вечности. Нам открыто, что Бог возлюбил нас и создал по Своей благости, промышляет о каждом и не хочет смерти грешника, но хочет, чтобы тот обратился и был жив. Мы постоянно убеждаемся: Бог – единый Источник настоящих благ, земных и небесных.

Здесь пророк молится. И священник тоже произносит эти слова, когда после начальной молитвы входит в алтарь и кланяется престолу: враг моих ради исправи пред Тобою путь мой.

Мы понимаем, что жизнь в этом мире смешанная: меркнет свет – и начинается ночь. Так и в душе человека, имеющего свет Божией благодати, обязательно происходит невидимая брань. Господь определил: враг людей – диавол, завистник; это он борется с родом человеческим. И в народе существует такое поверье: за мирянином ходит и искушает его один бес, за монахом – пять, а за священником – десять.

Невидимые силы всячески препятствуют правильной молитве, мешают искренности, всевают в нас помыслы, образы, поэтому царь Давид просит: враг моих ради исправи.

Мы проходим путь жизни – и никогда не останавливается эта брань, особенно если человек приближается к святыням. Он может испытывать внутреннее смущение, недоумение, и надо знать, что причина этого – та же невидимая брань.

Дальше в пятом псалме – опять отступление: Яко несть во устех их истины, сердце их суетно, гроб отверст гортань их: языки свои льщаху (10). Скорее всего, тут опять имеются в виду силы, которые противостоят людям, призванным осуществить миссию Божию в нашем мире. Пророк не произносит ни имён, ни определений: если ты служишь Богу, молишься или подвизаешься, то всё увидишь сам. И не надо описывать очевидное.

Во время молитвы со всех сторон приходит наваждение. Поэтому Господь называет путь христианина узким: на нём не следует уклоняться ни вправо, ни влево⁵⁹.

В невидимой брани злые духи всегда используют ложь: нет в них истины, им обязательно надо оклеветать человека, который хочет отдать сердце Богу. Они обманывают людей, у которых нет стремления узнать законы духовного мира, и те погружаются в суету. Становятся изощрёнными, утончёнными, а по сути – прельщаются лукавыми помыслами, которые к ним приходят, и способны прельстить, обмануть других.

И вот какое интересное сравнение: гроб отверст гортань их. Рот, горло становятся гробом, полным мертвечины, потому что через уста выражается то, что находится в сердце.

Суди им, Боже, да отпадут от мыслей своих, по множеству нечестия их изрини я, яко преогорчиша Тя, Господи (11). Это тоже слова молитвы священнослужителя, когда он в алтаре прикладывается к престолу. Нам известно: стоит только чуть-чуть откликнуться на помыслы – и сразу появляется рассеянность. Тогда во внутренней суете можно пропустить, не почувствовать то, что происходит во время богослужения.

Псалмы замечательны тем, что открывают духовную сложность человека. Значительно позже христианские аскеты, святители объяснили, какие страсти рождаются в человеческом сердце. А началом их является помысл – мысль, которая всегда становится главным препятствием на пути к Богу.

Мы не видим духовный мир телесными очами, но непосредственное общение с ним у нас происходит постоянно – через веру, мысли. И священники читают молитвенное правило, чтобы внутри возник определённый строй чувств, сосредоточенных вокруг слова Божия. Мы должны действовать. А если мысли рассеяны, сердце не собрано, то ненужные помыслы опустошают нас изнутри, лишают способности служить так, как должно. И священник может оказаться в числе тех, кто отринут от Бога по множеству нечестия.

В конце псалма пророк Давид говорит о некоем результате: И да возвеселятся вси уповающии на Тя, во век возрадуются, и вселишися в них, и похвалятся о Тебе любящии имя Твое (12). Когда по милости Божией человек преодолевает трудный путь внутреннего борения, он получает душевный мир, удовлетворённость, спокойствие – и даже тихую радость. В итоге рождается ещё большая надежда на Господа. Это дар свыше.

Но самое главное – через таинства, молитву, упование Бог вселяется в наше сердце. Для того Он и пришёл в мир. За много веков до воплощения Спасителя пророк Давид прозревал: вселишися в них. Это потрясающее понимание! Ветхий Завет говорил в основном о том, чего людям делать нельзя, а псалмы соединяют его с Новым Заветом, переходят в него. Вспомним слова апостола Павла: тайна христианства в том, что Христос – внутри каждого из нас⁶⁰.

Вселение Бога всегда вызывает благодарность, поклонение, любовь: и похвалятся о Тебе любящии имя Твое. Последний стих пятого псалма – утверждающий: Яко Ты благословиши праведника, Господи: яко оружием благоволения венчал еси нас (13).

Когда Бог творил мир, Он говорил, что всё получается хорошо⁶¹. И это благословение Господне ложится на творение, показывает его совершенство, причастность Создателю – по самой сущности.

Всё, что человек получает от Бога, становится его достоянием. Благоволение Божие защищает нас, хранит от воздействия разрушающих сил, существующих в мире, особенно от пагубных действий демонов. Через него раскрывается благая воля Господня.

Псалом 6

¹В конец, в песнех о осмом, псалом Давиду.

²Господи, да не яростию Твоею обличиши мене, ниже гневом Твоим накажеши мене.

³Помилуй мя, Господи, яко немощен есмь, исцели мя, Господи, яко смятошася кости моя.

⁴И душа моя смятеся зело: и Ты, Господи, доколе?

⁵Обратися, Господи, избави душу мою: спаси мя ради милости Твоея.

⁶Яко несть в смерти поминаяй Тебе: во аде же кто исповестся Тебе?

⁷Утрудихся воздыханием моим, измыю на всяку нощь ложе мое, слезами моими постелю мою омочу.

⁸Смятеся от ярости око мое, обетшах во всех вразех моих.

⁹Отступите от мене, вси делающии беззаконие, яко услыша

Господь глас плача моего:

¹⁰услыша Господь моление мое, Господь молитву мою прият.

¹¹Да постыдятся и смятутся вси врази мои, да возвратятся и устыдятся зело вскоре.

Это один из тех псалмов, в которых с потрясающей силой выражается дух покаяния: В конец, в песнех о осмом (на восьмиструнном инструменте), псалом Давиду (1).

По объёму псалом небольшой, но очень проникновенный и мощный. В нём мы видим интересное свойство пророков: они говорят о событиях духовных, которые происходят не в нашем временном, а в ином измерении. И при этом отмечают, как духовные вещи выражаются во внешних обстоятельствах – на физическом уровне.

Заметно это и в шестом псалме. Тут чувствуется взаимодействие Божественных сил – и души самого псалмопевца, оказавшейся в тяжких обстоятельствах.

То, что испытывает царь и пророк Давид, не назовёшь переживанием: это буквально горнило внутренних страданий – и из него выплёскивается покаянная молитва к Богу. Царь Давид предстаёт перед Творцом и обращается к Нему: Господи, да не яростию Твоею обличиши мене, ниже гневом Твоим накажеши мене (2).

Молитва его складывается необычно: он ни о чём не просит, а как бы предваряет прошение, чтобы Бог не обличил его в ярости и не наказал в гневе.

Понятие обличиши имеет глубокий смысл. Мы теперь понимаем «обличение» как доказательство вины преступника. Порой человек совершает беззакония – и рассчитывает на безнаказанность. Чтобы подтвердить его вину, иногда приходится собирать целые тома документов.

У Бога обличение – совершенно иное: Господь Всевидящий, Создателя ни в чём не надо убеждать; Его обличение нужно самому преступнику, чтобы тот осознал, что натворил.

Царь Давид силой Божией благодати постиг, каким беззаконником является перед Богом, увидел в истинном свете собственные неправильные поступки, маловерие, малодушие, увлечение роскошью жизни. Тут можно многое перечислять. И прежде чем просить о чём-то Господа, пророк молит Его: «Не в ярости Твоей обличай меня, не во гневе Твоём наказывай меня!»

«Ярость» Бога – это, конечно, выражение условное. Из опыта того же царя Давида мы знаем: «Щедр и Милостив Господь, Долготерпелив и Многомилостив. Не до конца прогневается, ниже во век враждует». Это прекрасно сказано в псалме, который поётся на литургии⁶².

Пророк не отрицает этого своего опыта, но говорит о том, что недостоин милости Божией, а заслуживает Его ярости, то есть сильнейшего проявления недовольства. Ярость всё сметает на пути – и псалмопевец объясняет это на духовном языке.

Преступник обличён. Дальше обычно следует приговор, за ним – наказание. Царь Давид видит, что никуда не годен перед Господом, и просит, чтобы Бог не наказывал его в гневе – тоже очень сильном чувстве.

Так предваряет пророк молитву – и это уместно. Мы по себе знаем, как иногда не можем приступить к Господу, обратиться к Нему. Скорбим, переживаем, томимся. И преподобные отцы советовали в подобных случаях: «Ты Божию Матерь попроси! Она умолит Сына, а потом уже подходи к Христу!»

Это правильно. Почему святые – помощники нам? Да потому, что заступаются за нас, даже когда мы Бога прогневили и не смеем глаза поднять на небо – подобно мытарю из евангельской притчи. Он только бил себя в грудь и говорил: «…Боже! будь милостив ко мне грешнику!»⁶³ Так и царь Давид просит: «В гневе Твоём не накажи меня!»

Дальше, собственно, начинается молитва: Помилуй мя, Господи, яко немощен есмь, исцели мя, Господи, яко смятошася кости моя (з). В слове «помилуй» звучит глубокое смирение. Пророк понимает: его природа совершенно не исправлена, заражена пороками. Грех всегда расслабляет человека изнутри. Когда наступает согрешение, у нас начинается немощь: трудно помолиться, прийти в церковь, припасть к священнику в покаянии.

У пророка Давида правильный строй молитвы. Он открывает: хочу исправиться – и не могу по немощи.

Христос сказал апостолу Павлу: «…сила Моя совершается в немощи»⁶⁴. И у пророка Давида здесь верный подход – как образец для нас, кающихся: «Я немощен, у меня нет дерзновения к Тебе, Боже, не родился спасительный дух покаяния». Это начало раскаяния. А немощен – значит, болен, а если болен – исцели меня, Господи!

Исцеление – это возможность обрести силы, которые Бог всегда даёт человеку. Вспомните прокимен в таинстве Соборования: «Помилуй мя, Господи, яко немощен есмь». Он взят из шестого псалма, который помогает нам строить молитву.

Дальше пророк усугубляет покаяние: яко смятошася кости моя. Кости – это основа нашей телесной природы. Отними их – и во что превратится тело? В бесформенную массу.

В душе Давида – глубокое покаяние и ведение, потому и рождаются у него такие сильные образы. Мне они очень нравятся. Он словно окидывает себя взглядом и видит: нет ничего, за что можно было бы зацепиться, ухватиться, опереться рукой.

И душа моя смятеся зело: и Ты, Господи, доколе? (4). Сначала пророк говорит о телесном состоянии, а теперь переходит к природе духовной. Древние римляне утверждали: в здоровом теле – здоровый дух. Но если в теле нет никакой крепости – какой в нём дух? Кости смятеся – и душа тоже.

Смятение – это неустойчивость, внутреннее брожение, потеря себя. Душа всё понимает, сознаёт, а собрать себя не может. Чувства, ум, мысли будто расплылись. Как же мы страдаем, когда нас охватит духовное смятение!

И тут в псалме стоит двоеточие – как бы идёт обобщение: и Ты, Господи, доколе? Пророк не видит конца своим страданиям, словно Создатель не слышит его, не хочет помочь. Это момент некой оставленности Богом.

Вспомним, как Христос на Кресте взывает: «Боже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил?»⁶⁵. И у пророка Давида кости – в смятении, душа – в смятении. Из неё вырывается вопль: Обратися, Господи, избави душу мою: спаси мя ради милости Твоея (5).

Как будто Творец отвернулся от него: обратися! Посмотри, воззри на человека, которому нужно только одно – прекращение этого тягчайшего страдания.

Если Бог обратится, воззрит – придёт избавление. Не ради заслуг, званий, пророка, а ради Его неизречённой милости. Всегда мы прибегаем именно к ней, зная, что Господь многомилостив и человеколюбив, не хочет смерти грешника. И какой бы подвижнической ни была чья-то жизнь, понимаем: Бог только ради Своей милости приходит на помощь к людям. Непременно приходит! Имя Христа – Иисус, что значит «Иегова (Бог) спасающий».

Когда апостол Пётр тонул, он воззвал ко Христу: «Господи, спаси меня!»⁶⁶. Вот и у пророка Давида наступил подобный момент: Яко несть в смерти поминаяй Тебе: во аде же кто исповестся Тебе? (6). Псалмопевец чувствует: его духовные, душевные и телесные силы истощились. Как существо, созданное из персти, он может вот-вот исчезнуть, поэтому обращается к Богу: «Если это произойдёт, то из мёртвых разве можно помолиться тебе?»

Смерть обнимает всю человеческую природу: язык связан, мысль затухает. Когда душа выходит из тела, она может всё забыть – и только потом настанет пробуждение.

Был один подвижник высокой жизни. Ученики ждали, что после кончины душа его воссияет, пойдёт к небу, – и хотели быть свидетелями этого. А подвижник сказал им: «Вы не знаете, что такое смерть. Человеку требуется огромная концентрация ума, чтобы перейти границу двух миров – и не забыть, кто он. Надо помнить: я иду к Творцу и Богу, и всё, что остаётся позади, мне не нужно».

В Ветхом Завете души умерших всегда попадали в ад (его называли шеол – «место забвения») и находились там в сонном состоянии, ждали пробуждения, всеобщего суда. В аду нет Бога, в нём присутствуют злые силы и человеческие души, которым Господь не был нужен на земле: эти люди считали, что Ему незачем верить, слушаться, подчиняться.

А христиане, хоть самым малым образом связавшие свою жизнь с верой, с именем Божиим, имеют надёжное обещание Спасителя: «….верующий в Меня, если и умрёт, оживёт»⁶⁷. Будет иметь «жизнь вечную»⁶⁸.

В шестом псалме – очень полезное напоминание для нас: торопись, человек, пока ты ещё жив! Не откладывай покаяния до последней минуты! А это часто бывает. Приходят в храм люди, просят причастить больного. Но, оказывается, он уже лежит без сознания. И как теперь быть? Приезжает к нему священник, пытается найти минуту, когда тот придёт в себя, чтобы спросить о желании покаяться, причаститься. И не всегда это получается.

Утрудихся воздыханием моим, измыю на всяку нощь ложе мое, слезами моими постелю мою омочу (7). Здесь объясняется, что пророк приносит покаяние не только словом, но и делом. Мытарь из евангельской притчи очистился от грехов одним искренним осуждением себя, биением в грудь, а царь Давид утрудихся воздыханием – постоянным и, вероятно, длительным: каждую ночь его постель была залита слезами.

Духовный труд, который пророк приносил Богу, обличая себя, привёл его в изнеможение. Окружающие видели: человек подвергается большой скорби. Даже его внешность переменилась.

Смятеся от ярости око мое, обетшах во всех вразех моих (8). В глазах недоброжелателей, ненавистников, врагов царь Давид стал выглядеть презренным, ничего не стоящим, отвергнутым Богом. Они думали, что Господь его не слышит – и, значит, он превзошёл меру их грехов и преступлений.

Эти люди не понимали спасительного действия покаяния, не знали, что Бог в лице царя Давида дал нам пример – на все последующие времена. И мог ли Создатель отвергнуть такую молитву Своего пророка? Конечно, нет.

С девятого стиха мы вдруг видим перемену, которая даётся тому, кто кается. Теперь псалмопевец спокойно заявляет: Отступите от мене, все делающии беззаконие, яко услыша Господь глас плача моего: услыша Господь моление мое, Господь молитву мою прият (9-10). Покаянный труд принимается Богом: Творец простил, помиловал Давида. И человек полностью меняется. В него вливается такая сила – как будто он вновь родился, появляется мощь – и всё молодеет, расцветает внутри. Кто теперь посмеет смотреть на него оком, не освобождённым от греха?

То, что происходило с пророком, конечно, длилось не один день и час. Но появился псалом в какой-то удивительный момент, когда Давид почувствовал: Бог помиловал его, снова возвысил, поставил на первое место в обществе и в жизни народа.

Да постыдятся и смятутся вси врази мои, да возвратятся и устядятся зело вскоре (11). Кто мог противостоять царю и пророку? Никто. Поэтому он требует, чтобы враги удалились от него. Они такие же люди – не лучше.

Шестой псалом поражает своей удивительной завершённостью: псалмопевец преодолевает страдания при помощи веры, раскаяния и благодати Божией.

Господь если и наказывает человека, то опять милостиво принимает его – за верность и искреннее покаяние.

Псалом 7

¹Псалом Давиду, егоже воспет Господеви о словесех Хусиевых, Сына Иемениина.

²Господи Боже мой, на Тя уповах, спаси мя от всех гонящих мя и избави мя:

³да не когда похитит яко лев душу мою, не сущу избавляющу, ниже спасающу.

⁴Господи Боже мой, аще сотворих сие, аще есть неправда в руку моею,

⁵аще воздах воздающим ми зла, да отпаду убо от враг моих тощ.

⁶Да поженет убо враг душу мою и да постигнет, и поперет в землю живот мой, и славу мою в персть вселит.

⁷Воскресни, Господи, гневом Твоим, вознесися в концах враг Твоих, и востани, Господи Боже мой, повелением, имже заповедал еси.

⁸И сонм людей обыдет Тя, и о том на высоту обратися.

⁹Господь судит людем: суди ми, Господи, по правде моей, и по незлобе моей на мя.

¹⁰Да скончается злоба грешных, и исправиши праведнаго, испытаяй сердца и утробы, Боже, праведно.

¹¹Помощь моя от Бога, спасающаго правыя сердцем.

¹²Бог Судитель праведен и крепок, и долготерпелив, и не гнев наводяй на всяк день.

¹³Аще не обратитеся, оружие Свое очистит, лук Свой напряже и уготова и,

¹⁴и в нем уготова сосуды смертныя, стрелы Своя сгараемым содела.

¹⁵Се, боле неправдою, зачат болезнь, и роди беззаконие:

¹⁶ров изры, и ископа и, и падет в яму, юже содела.

¹⁷Обратится болезнь его на главу его, и на верх его неправда его снидет.

¹⁸Исповемся Господеви по правде Его и пою имени Господа Вышняго.

Седьмой псалом надписан так: Псалом Давиду, егоже воспет Господеви о словесех Хусиевых, сына Иемениина. Что это значит? Во Второй книге Царств рассказывается о том, что против царя и пророка Давида восстал его сын Авессалом. Царь понимал, какие меры надо принимать против бунтовщиков, но боялся потерять сына: тот был молод, горяч. Возможно, пройдёт время – и Авессалом опомнится, принесёт покаяние.

К Авессалому переметнулись многие израильтяне. Предал Давида и один из его главных советников – Ахитофел. Царь знал: это опытный и дальновидный политик. В Священном Писании даже отмечено: «Советы Ахитофела… в то время считались, как если бы кто спрашивал наставления у Бога»⁶⁹. Вот каким разумом был наделён человек!

Предвидя военные действия, Давид вместе со всем домом бежал из Иерусалима в пустыню. И тогда Хусий Архитянин, сын Иемениин, предложил царю такой план: Хусий тоже отправится к Авессалому и сделает вид, будто перешёл на его сторону. А сам будет извещать Давида о том, что происходит у восставших.

Ахитофел хотел уничтожить Давида и изложил Авессалому план действий. Но Хусий убедил царского сына: «не хорош на этот раз совет»⁷⁰. Как же повёл себя предатель Ахитофел? Пошёл домой и удавился.

Обо всём этом Хусий известил Давида. Понятно, что царь испытывал боль, слыша эти слова. И седьмой псалом – вероятно, то моление, которое он совершал тогда: Господи Боже мой, на Тя уповах, спаси мя от всех гонящих мя и избави мя… (2).

Многие псалмы начинаются с прямого обращения к Господу. Может быть, в этом заключается их сила. Пророк не ищет обходных путей: мощное, скорбное излияние его души направлено к Творцу и свидетельствует о подлинности переживаний.

На русский язык слово уповах стали переводить в прошедшем времени, но это неверно: вся жизнь Давида – это упование на Творца. Цельное и никогда не прекращающееся, что бы ни происходило: возвышение, возвеличение царя – или тяжкие испытания. Пророк принимал от Господа всё, хотя внешне конечно же было заметно, как скорбит его душа.

Спаси мя от всех гонящих мя. Спасение – это избавление. Давид прозревает: первый удар восставшие постараются нанести по нему. Чтобы противник дрогнул, надо уничтожить полководца, человека, стоящего во главе народа, государства. Именно поэтому военачальников убирали с передовой в тыл, откуда они могли обозревать поле боя и руководить сражением.

Но тут – не простая война или восстание. Царь Давид воспринимает это событие как исполнение воли Божией. Пророк Нафан говорил ему: «….не отступит меч от дома твоего вовеки»⁷¹. И царь предполагал: в любой момент может произойти нечто подобное. Он оставался твёрд, разумен, старался не потерять связь с живой десницей Божией, ведь сила и спасение – только в Господе.

Итак, собралось воинство. Все ждут момента, когда смогут врасплох захватить царя Давида, пленить его или даже предать смерти. А он просит Создателя: Да не когда похитит яко лев душу мою, не сущу избавляющу, ниже спасающу (3). Глубочайшие образы!

В юности Давид пас овец. Их надо было защищать от хищников – и он боролся даже со львами. А лев – царь зверей. Если намечает себе добычу, то прежде всего старается отбить это животное от стада – и оно уже обречено. Но всё-таки Давид побеждал хищников. Есть даже картина, на которой изображено, как он руками разрывает пасть льва. Какая сила и мощь!

Но сейчас перед пророком встал вопрос о спасении души, а не тела. Кого Священное Писание называет львом? Исконного врага рода человеческого – диавола. Апостол Пётр писал: «Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить»⁷². Этот лев ревущий всегда недалеко, стремится отбить нас от Церкви – нашего духовного пристанища, стада Христова.

В Евангелии от Иоанна Богослова звучат прекрасные слова Спасителя: «Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец». «Овцы Мои слушаются голоса Моего, и Я знаю их; и они идут за Мною. и никто не похитит их из руки Моей»⁷³.

Вот чем особенно замечательна и величественна Псалтирь: она предоткрывает христианскую аскетику. Пророк Давид говорит о духовной брани, суть которой позже раскрыли святые отцы, начиная с Антония Великого. Подвижники подробно объяснили, как проходит невидимая брань, как борется диавол за каждую человеческую душу. В седьмом псалме мы уже встречаем эти образы – и они невольно удивляют нас.

Похитит яко лев душу мою. Похитить – значит напасть неожиданно, утащить от зоркого глаза Пастыря. Нам, чтобы охранять душу, даны ангелы Божии. Но человек часто зазнаётся, бывает невнимателен к себе, живёт, как хочет. И Священное Писание отрезвляет: ты, дорогой, не забывай, что лев рыкающий ходит недалеко, ищет, как тобой позавтракать или поужинать.

Не сущу избавляющу, ниже спасающу. Никто из людей не поможет, если на душу восстанет духовная сила – озлобленная, демоническая. Не сущу – не существует ни избавляющего, ни спасающего, кроме Создателя. Пророк Давид видел это и вёл подлинную духовную брань.

С нею встречаются люди, имеющие большую веру, дары благодати. А тех, чьё отношение к вере поверхностное, зачем искушать? Злые духи и без того имеют власть над ними.

Господи Боже мой, аще сотворих сие, аще есть неправда в руку моею. (4). И тут интересный момент: Давид исповедуется перед Богом в подлинности, глубине своей внутренней правды. Пророк понимает: неимоверная Божественная сила превосходит всякое искушение, наваждение, брань. Всё это – ничто по сравнению с силой Божией. Но Господь готов заступиться за человека, когда тот сам стремится сохранять себя в норме, законе Господнем. И не по форме, внешности, а по сути.

Невидимая брань идёт в глубине души. В седьмом псалме это отмечено: тут рассказывается не об историческом событии, а о том, что происходило в сердце Давида, как он переживал – и как переживаем мы, когда читаем стихи псалма и они касаются нас.

Мне нравится это место, оно отрезвляющее: Господи Боже мой, аще сотворих сие – и начинается перечисление: аще есть неправда в руку моею (если рука моя творила беззаконие). Рука – это символ действия. А что такое державная рука? Как царь захочет – так и будет. Но пророк Давид уверен: он ничего не делал вопреки законам Божиим.

Перечисление продолжается: аще воздах воздающим ми злая, да отпаду убо от враг моих тощ (5). Давид уверен, что не отвечал злом на зло людей. Он не вправе вести себя как обычный человек. Тот может проявить ярость, гнев, а царь и пророк – нет.

Душа Давида чиста перед Богом, он имеет дерзновение к Творцу и просит защитить от нападающих на него сил.

Да поженет убо враг душу мою и да постигнет, и поперет в землю живот мой, и славу мою в персть вселит (6). Тут пророк опять произносит безличное слово: враг. И снова возникает вопрос: кого он имеет в виду? Если бы Давид назвал имя конкретного человека, то не отразил бы полноты своего понимания. Враг – диавол, об этом говорит Евангелие⁷⁴. К человеческому роду он испытывает постоянную ненависть.

Частичка да (да поженет) подчёркивает силу утверждения: это произойдёт непременно! Поэтому Христос в Евангелии говорит: «…да будет слово ваше: да, да; или нет, нет»⁷⁵. Здесь присутствует – непреложность.

Поженет – пленит, захватит в свои руки. А с пленником можно творить всё, что угодно. Поперет – унизит, повергнет в землю, превратит в прах, уничтожит. Пророк Давид признаёт: если оставлю путь правды, пусть будет непременно так. Но если не оставлю – то иначе.

И славу мою в персть (землю) вселит. А слава царя и пророка Давида была велика. Все удивлялись ей и самой личности царя. Тут в псалме мы снова встречаем настоящую христианскую аскетику. На чём строится жизнь? На правде Божией, чистой совести. Так открывает нам в Священном Писании Дух Господень.

Воскресни, Господи, гневом Твоим, вознесися в концах враг Твоих, и востани, Господи Боже мой, повелением, имже заповедал еси (7). Воскресением было названо восстание Христа из мёртвых: в Спасителе сохранились подлинно Божественная и человеческая природа. А пророк Давид обращается к Богу с иным молением: «Встань, Господи, в Своей непреодолимой силе и мощи!»

Почему – гневом Твоим? Потому что в гневе особенно проявляется сила. Бог в Его свободе не имеет гнева, как это бывает у людей. Тут обращение образное.

Вознесися (возвысься) в концах враг Твоих. Всевышний и так стоит над миром. Чего же просит пророк в данной ситуации? Чтобы Господь со Своей высоты показал, чем заканчивается жизнь человека, вставшего на путь неправды, злобы, вражды.

Востани, Господи Боже мой, повелением, имже заповедал еси. Много раз Господь заключал заветы с людьми – начиная с Адама. Всегда Он говорил, в чём состоит завет, как хранить себя, чтобы быть достойным проявления Божественной силы. И обещал, что не оставит Свой народ, будет ему покровителем, если сами люди не оставят Его.

Во времена патриархальные перед битвой священники поднимали на плечи скинию завета – и под звуки труб несли впереди войска. Часто языческие воины сразу разбегались. Они чувствовали: израильский народ идёт не сам по себе – с ним Бог. И этот образ присутствует в словах псалма.

И сонм людей обыдет Тя, и о том на высоту обратися (8). Не случайно здесь упомянут сонм: скинию всегда окружало множество людей, вокруг неё шли воины. И ощущалась уверенность всего народа: Бог поддерживает его.

И о том на высоту обратися. Моменты священнодействия всегда сопровождались присутствием Божиим – и с высоты Творец давал Своё знамение.

Господь судит людем: суди ми, Господи, по правде моей, и по незлобе моей на мя (9). Тут от частного моления пророк переходит к обобщению: Бог – Судья всем людям. Давид просит, чтобы Господь принял во внимание его правду, незлобие, направил на верный путь. И пусть прекратится злоба грешников: Да скончается злоба грешных, и исправиши праведного, испытаяй сердца и утробы, Боже праведно (10).

Пророк имел опыт духовного Боговождения – и передал его людям на многие века и тысячелетия. Покровительство Создателя человечеству отражено в Священном Писании. Господь помогает каждому читателю, грешнику и праведнику, исправить мысль, жизнь – по правде Божией, восстановиться на стезе праведности: Боже праведно.

Помощь моя от Бога, спасающаго правыя сердцем (11). Душа человеческая не может долгое время находиться в крайнем напряжении. После пламенных молений обычно происходит заметный спад переживаний, наступает успокоение, мир. Пророк Давид объясняет то, что всегда присутствует в нашей жизни: правое сердце – это основа основ.

В Евангелии Господь откроет: чистые сердцем Бога узрят⁷⁶. «Правый» и «чистый» – слова, близкие по смыслу, но евангельское определение всё-таки больше подчёркивает: внутренняя чистота, незапятнанность способствует ведению Бога и всех Его дел.

Бог Судитель праведен и крепок, и долготерпелив, и не гнев наводяй на всяк день (12). Водительство Божие, Его промышление о нас может восприниматься нами как действие некой силы. Не всякий день и час Бог являет Своё могущество. Иногда Он открывает нам глубину мира, любви, тишины, покоя. И это перемежается в жизни.

Человек, наблюдающий за собой, знает: Бог Судия – праведен, крепок, долготерпелив, милостив, – и решительные действия (гнев, как это называли ветхозаветные люди) проявляет обычно во времена важных событий в стране, истории.

Аще не обратитеся, оружие Свое очистит, лук Свой напряже и уготова и, и в нем уготова сосуды смертныя, стрелы Своя сгараемым содела (13–14). Здесь дух, мысль псалмопевца обращается ко множеству людей, которые живут природной жизнью. По существу – на уровне животных: едят, пьют, удовлетворяют свои нужды и не стремятся иметь в себе зачатки Духа Божия. Образы у Давида чеканные: они взяты у воинов. Помню, когда я служил в армии, первой заповедью там было – держать оружие в порядке. Этому правилу во все века следовал каждый воин.

Пророк, конечно, перечисляет оружие того времени: лук, меч, стрелы, разящие наповал, ведь их наконечники пропитывали ядом. У Господа уже всё заготовлено: лук Свой напряже. И Давид предупреждает людей, которые об этом не думают. А дальше описывает состояние человека, который не старается спасти, возвысить душу, стать неуязвимым в духовном отношении – и всю энергию направляет на вражду с окружающими. Пытается причинить им ущерб и даже нанести серьёзные раны: Се, боле неправдою, зачат болезнь, и роди беззаконие: ров изры, и ископа и, и падет в яму, юже содела (15–16).

Очень интересно! У нас же есть пословица: «Кто роет другому яму, сам в неё попадёт». От чего появляется желание вырыть яму ближнему? Оказывается, от неправды – и это болезнь души: се боле неправдою. Человек лжёт себе, другим, начинает верить в эту ложь, не терпит возражений. Но может опомниться: «Что же я солгал, слукавил? Господи, как стыдно!»

Псалмопевец говорит о болезни, которая зашла далеко и вызвала тяжёлые последствия: роди беззаконие. Это тоже настоящая христианская аскетика. Святые отцы уже другими словами объясняли, как приходит помысл, ум принимает его, затем соглашается сердце.

Конец человека, который связал себя неправдой, всегда один: он попадает в яму, им же вырытую. Фактически губит себя тем, что порождено его духом, деятельностью, образом мыслей, желаниями.

Обратится болезнь его на главу его, и на верх его неправда его снидет (17). То, что произошло внутри, обязательно проявляется снаружи. Голова – наш верх: мысль становится одержима, человек впадает в прелесть, высокую самооценку, гордость. У аскетов отмечено, что такого может исправить только Сам Бог.

С человеческой мерой к нему уже не подойдёшь: болезнь обратилась на главу его.

Исповемся Господеви по правде Его и пою имени Господа Вышняго (18). Всё, о чём говорилось в седьмом псалме, пророк Давид приносит Богу – как исповедь: о себе, о тех состояниях, которые он пережил, когда его испытывал Господь и сам он испытывал себя, об окружающем мире – ближнем и дальнем. Каждому человеку надо читать и постигать всё это, потому что здесь – высшая правда.

В конце пророк воспевает Господа и благодарит за то, что сподобил создать такой чудесный псалом.

Псалом 8

¹В конец, о точилех, псалом Давиду.

²Господи, Господь наш, яко чудно имя Твое по всей земли, яко взятся великолепие Твое превыше небес.

³Из уст младенец и ссущих совершил еси хвалу, враг Твоих ради, еже разрушити врага и местника.

⁴Яко узрю небеса, дела перст Твоих, луну и звезды, яже Ты основал еси.

⁵Что есть человек, яко помниши его? Или сын человечь, яко посещаеши его?

⁶Умалил еси его малым чим от ангел, славою и честию венчал еси его.

⁷И поставил еси его над делы руку Твоею, вся покорил еси под нозе его.

⁸Овцы и волы вся, еще же и скоты польския,

⁹птицы небесныя, и рыбы морския, преходящыя стези морския.

¹⁰Господи, Господь наш, яко чудно имя Твое по всей земли.

Этот псалом необыкновенно богат высокими чувствами и переживаниями. Дух Святой наполнил душу пророка Давида – и она вдохновилась, открылась, получила возможность удивительных прозрений.

Восьмой псалом вполне можно назвать одой. В одах поэты прославляют великие события или отдельных царственных, именитых особ. И у пророка родились замечательные, возвышающие строки – с особым, тёплым чувством переживания Бога как самого близкого Друга: Господи, Господь наш, яко чудно имя Твое по всей земли, яко взятся великолепие Твое превыше небес (2).

Давид произносит не просто «Господь!», а «Господи!». Это душа взывает к Богу с любовью, благодарностью. Обращение повторяется: Господи, Господь наш, – и мы воспринимаем это как свидетельство избытка чувств, соединяющих пророка с Создателем.

В псалме не говорится, как чуден Господь, тут звучит иначе: яко чудно имя Твое по всей земли. Человеческий разум обязательно должен назвать, определить то, к чему обращено его внимание, мысль. Имя даёт нам возможность приблизиться к пониманию смысла, сущности того, с чем мы сталкиваемся.

Бог сотворил мир «добро зело»⁷⁷. На первых страницах Библии мы читаем, что каждый день творения завершался Божественной оценкой: это хорошо⁷⁸. Всё созданное Господом имело высочайшее предназначение – и его невозможно измерить никакими сиюминутными, преходящими мерками.

В раю Господь повелел Адаму назвать растения, животных, всё творение Божие. Прозревая суть каждого, Адам давал им имена.

Благодарная душа человека ищет имя Бога, чтобы через него приблизиться к Творцу, вступить в живое общение с Ним. Но имя Божие не сравнимо ни с чем – ни в видимом, ни в невидимом мире. Оно чудно – и неизреченно.

Из Ветхого Завета нам известно: имя Божие таинственно запечатлевалось на священных одеждах и камнях. Один раз в год первосвященник входил в Святое Святых и произносил его от лица всех молящихся. Но имя Бога всё-таки оставалось недоступно для слуха людей, а тем более – для понимания.

Имея даже самые высокие способности, мы не можем дать полное определение Богу. Поэтому в Священном Писании, у богословов, святых встречается множество имён: Бог Сущий, Всемогущий, Воинств (Саваоф). Всего больше сотни.

Господа нашего Иисуса Христа древний пророк именовал Еммануил – «с нами Бог»⁷⁹, а мы называем – Словом. На первых страницах Евангелия сказано: прежде чем Пресвятая Дева зачала Спасителя, Архангел Гавриил говорил Ей: «…родишь Сына, и наречёшь Ему имя: Иисус. Он будет велик и наречётся Сыном Всевышнего…»⁸⁰.

И праведному Иосифу, когда он увидел Пречистую Деву непраздной и хотел расстаться с Ней, Архангел сказал: «….не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святого; родит же Сына, и наречёшь Ему имя Иисус, ибо Он спасёт людей Своих от грехов их»⁸¹.

Эти новые имена Божии открыты нам свыше – Самим Христом. А в день Крещения Господня человеку был явлен Бог Троица – Отец, Сын, Дух Святой.

Апостол Пётр стал свидетелем Преображения Спасителя. Он писал, что Господь «принял от Бога Отца честь и славу, когда от велелепной славы принёсся к Нему такой глас: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение. И этот глас, принёсшийся с небес, мы слышали, будучи с Ним на святой горе»⁸².

Когда нам даётся благодать, мы в сокровенности сердца тоже называем Бога именами, которые Дух Святой полагает в наши сердца. И через имя выражаем своё молитвенное обращение к Небесному Отцу.

Чудно имя Божие по всей земле. Земля обращена челом к небесам – и жаждет знать его. Это познание открывается всем, а не только отдельному народу или человеку. Но одним людям оно необходимо, а другие, как говорил апостол Павел, посчитали его не обязательным – и сосредоточили ум на тварном мире⁸³. Отказались от благодати, стали ей чужды.

Богатство высоких переживаний доступно человеку и особенно – Церкви: взятся (вознеслось) великолепие Твое превыше небес. Истоки этого богатства – в неземной природе, поэтому Сам Господь посылал людям ангелов, архангелов, пророков, чтобы открыть нам такую возможность.

Великолепие Божие временами как бы прячется за облаками. Но бывают моменты, когда небесная красота полностью раскрывается. Тогда человек изумляется тому, как прекрасен и неизмерим мир. Но великолепие имени Бога и Его Самого – превыше небес.

Апостол Павел был взят на третье небо: «восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку невозможно пересказать»⁸⁴. Об этом же великолепии говорит пророк Давид. Сферы разумных Божественных небес открывают нам только малую толику своей красоты. Соприкоснуться с ней можно чистым сердцем и умным зрением. И в этих словах псалма присутствует высокое богословие, благодатное переживание Бога и Его имени.

В величайшем откровении человеку даётся возможность постичь – непостижимое: Из уст младенец и ссущих совершил еси хвалу, враг Твоих ради, еже разрушити врага и местника (3).

Тут от высших сфер мысль пророка вдруг переходит к тому, что близко каждому человеку: великолепие превыше небес могут выразить младенцы – правдиво, искренне. Причём самые маленькие, которых ещё не отняли от груди матери. Они не ходят, не владеют речью, но их чистая душа способна отражать чудо жизни.

Благодарность маленьких детей удивительна. Им нужны тепло, пища, материнская забота – и когда они это получают, то отвечают такой радостью, что невольно умиляешься, испытываешь очень глубокие чувства.

Младенец произносит первые звуки – и они идут от полноты его существа. Когда он видит и узнаёт лица самых близких ему людей, то опять же наполняется необычайной радостью – и она передаётся взрослым.

В Священном Писании отражено, что младенцы способны почувствовать Святость Творца и Создателя. Евангелие показывает нам пример младенца Иоанна, который радостно взыграл во чреве матери – праведной Елисаветы. И она исполнилась Духа Святого, нарекла Пречистую Деву Марию Пресвятой Богородицей: «…благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего! И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне?»⁸⁵.

На многих святых уже во младенчестве лежала печать избранничества. Через чистую детскую душу Бог выражал то, что необходимо было узнать взрослым.

Спаситель ссылается на слова восьмого псалма, когда вступает в Иерусалим. Люди постилали перед Ним по дороге свои одежды, срезали пальмовые ветви и приветствовали Христа. «Видев же первосвященники и книжники чудеса, которые Он сотворил, и детей, восклицающих в храме и говорящих: осанна Сыну Давидову! – вознегодовали и сказали Ему: слышишь ли, что они говорят? Иисус же говорит им: да! разве вы никогда не читали: из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу?»⁸⁶.

Для кого была эта хвала? Для них же: враг Твоих ради. От пророка Давида, из глубины веков, идёт укор окаменелым людям, таящим в сердце неприязнь к Спасителю. А дети совершают таинственное прославление Его: еже разрушити врага и местника – тех, кто настроен враждебно, злобно.

Детская простота, ясность вполне убеждают: всё здесь происходит в высшей степени подлинно. Младенцы не могут лукавить, они выражают то, что творит Бог. Так что третий стих псалма заключает в себе пророчество о входе Спасителя в Иерусалим – и Господь напоминает эти слова людям.

Яко узрю небеса, дела перст Твоих, луну и звезды, яже Ты основал еси (4). Это хвала Богу и Его великолепию превыше небес. Через красоту мироздания, которую мы видим собственными глазами, нам открыта возможность естественно познавать Премудрого Творца.

Сам Господь объяснил, какая роль отведена солнцу, луне, звёздам: «И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной для отделения дня от ночи, и для знамений, и времён, и дней, и годов»⁸⁷. Светила украшают небеса, дают знамения времён. Как некие письмена, открывают людям творческий замысел Создателя, Который запечатлелся в них.

С помощью приборов человек проникает взглядом в глубину вселенной. Недавно появилось сообщение, что астрономы обнаружили девятую планету Солнечной системы. Планета эта – в десять раз больше Земли. Я удивился: как же так? Почему её не заметили раньше при такой мощно развитой технике? И сразу возникает мысль: что предназначено этой планете? Она голубого цвета, как наша. И что-то шевельнулось в душе: Господи, как у Тебя всё премудро! Планета совсем рядом – и только через тысячелетия люди узнают о ней.

Пророк Иов удивлялся тому, что Бог «повесил землю ни на чём»⁸⁸. Небесные тела двигаются в пространстве с большой точностью. На этом и основаны наши приборы, измеряющие года, минуты, доли секунд. Каким же должен быть Творец, устроивший этот торжественный небесный «механизм»! Причём на земле всё разрушается, меняется. А на небе – действует, по нему мы сверяем часы.

Итак, пророк Давид изумился, как чисто славят Творца дети – и тут же обратил взор к неизмеримой вселенной, которая тоже славит Создателя всеми небесными силами. Это очень правильное слово – «силы»: солнце, луна, звёзды на духовном языке называются именно так.

Бог заботится о великом и малом. И у пророка невольно рождается вопрос: Что есть человек, яко помниши его? Или сын человечь, яко посещаеши его? (5).

Вырастает младенец – а для него уже всё создано, готово. И он будет постигать мир, трудиться. Так что же такое человек? Каждый из нас – словно маленькая пылинка в неизмеримом космическом пространстве. Но, оказывается, она не потеряна, не забыта: яко помниши его.

Проходит поколение за поколением, а род людской существует. И Бог освящает каждого человека, грядущего в мир: даёт имя, высокое достоинство. А если люди приобщаются вере, то сразу же входят в полноту Церкви.

Промысл Божий – это и есть забота Творца о человеке. В мире мы встречаем много непонятного, медленно постигаем. А Господь берёт нас, как дитя, за руку и ведёт от младенчества – к совершенным летам. Даёт разум, мудрость, Священное Писание – особый источник познания Бога и Его воли.

Сын человечь – это наследник традиций народа. Всех человеческих сынов посещает Господь, хранит все народы земли.

Умалил еси его малым чим от ангел, славою и честию венчал еси его (6). Тут прозрение – необычайной силы: казалось бы, человек совершенно ничтожен в грандиозных масштабах видимого и тем более Божественного мира. Однако людям дана особая слава и честь перед Творцом: они не меньше ангелов – высоких духов, бессмертных разумных существ.

Человек часто склоняется к вещам, унижающим его достоинство. А Бог славою и честию венчал еси его. Мы забываем об этом в омрачённости, малодушии, маловерии, суетности.

Спаситель говорит в Евангелии, что одна душа человеческая по своей духовной ценности превосходит весь земной мир⁸⁹. Почему? Да потому, что человек несёт в себе образ и подобие Божие, при творении они вложены в нашу природу.

Такая мысль давала святым дерзновение утверждать: по замыслу Творца человек выше ангелов. Это открылось нам с пришествием Христа: Он взял на Себя человеческую природу, обож ил её.

Мы прославляем Пресвятую Богородицу как «честнейшую херувим и славнейшую без сравнения серафим». Чтим великих святых, которые чудотворили, изумляли всех своим прозрением и чувствовали необыкновенную силу, присутствие Бога.

Господь сказал: «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нём»⁹⁰. Мы пребываем в Боге, и Бог – пребывает в нас! Вот высота, которой достигли святые – и которая доступна христианам.

И поставил еси его над делы руку Твоею, вся покорил еси под нозе его. Овцы и волы вся, ещё же и скоты польския, птицы небесныя, и рыбы морския (7–9). Так и было: Господь сначала создал землю, растения, животных, а потом уже сотворил человека и дал ему царское величие, достоинство, власть над всей природой. И пророк Давид прямо перечисляет, над кем господствуют люди.

У восьмого псалма – потрясающая цельность. Он начинается как бы на одном вздохе: Господи, Господь наш! И завершается таким же сильным, искренним обращением к Богу: Господи, Господь наш, яко чудно имя Твое по всей земли (10).

Удивительно прозвучала эта ода Богу. Мы читаем её – и душа открывается, как у самого царя и пророка Давида. Пребывает

в мире, радости, воспринимает благодать Духа Святого. Чувствует торжество Божественной красоты.

Божественный мир всё наполняет, оживляет. А человек, к сожалению, не всегда старается его постичь.

И только об одном мы не поговорили – о надписании восьмого псалма: В конец, о точилех, псалом Давиду (1). Точило – это место, куда собирают виноградные грозди, выжимают сок и потом делают вино. В притче о виноградарях Спаситель рассказывает, как «некоторый человек насадил виноградник, и обнёс оградою, и выкопал точило»⁹¹.

В храме Ветхого Завета было устроено точило. Оно воспринималось как сакраментальная сила, которая наполняла храм, укрепляла служащих в нём. Вино тогда изготовлялось для жертвы Богу, возливалось во время богослужений.

А вино – это символ благодати. На хорошем натуральном вине в нашей Церкви совершается таинство Причастия, которое соединяет нас с Господом, оживляет, воскрешает.

Псалом 9

¹В конец, о тайных сына, псалом Давиду.

²Исповемся Тебе, Господи, всем сердцем моим, повем вся чудеса Твоя.

³Возвеселюся и возрадуюся о Тебе, пою имени Твоему, Вышний.

⁴Внегда возвратитися врагу моему вспять, изнемогут и погибнут от лица Твоего.

⁵Яко сотворил еси суд мой и прю мою, сел еси на Престоле, судяй правду.

⁶Запретил еси языком, и погибе нечестивый, имя его потребил еси в век и в век века.

⁷Врагу оскудеша оружия в конец, и грады разрушил еси, погибе память его с шумом.

⁸И Господь во век пребывает, уготова на суд Престол Свой,

⁹и Той судити имать вселенней в правду, судити имать людем в правоте.

¹⁰И бысть Господь прибежище убогому, помощник во благовремениих, в скорбех.

¹¹И да уповают на Тя знающии имя Твое, яко не оставил еси взыскающих Тя, Господи.

¹²Пойте Господеви, живущему в Сионе, возвестите во языцех начинания Его,

¹³яко взыскаяй крови их помяну, не забы звания убогих.

¹⁴Помилуй мя, Господи, виждь смирение мое от враг моих, возносяй мя от врат смертных,

¹⁵Яко да возвещу вся хвалы Твоя во вратех дщере Сиони, возрадуемся о спасении Твоем.

¹⁶Углебоша языцы в пагубе, юже сотвориша, в сети сей, юже скрыша, увязе нога их.

¹⁷Знаемь есть Господь судьбы творяй, в делех руку своею увязе грешник.

¹⁸Да возвратятся грешницы во ад, вси языцы забывающий Бога.

¹⁹Яко не до конца забвен будет нищий, терпение убогих не погибнет до конца.

²⁰Воскресни, Господи, да не крепится человек, да судятся языцы пред Тобою.

²¹Постави, Господи, законоположителя над ними, да разумеют языцы, яко человецы суть.

²²Вскую, Господи, отстоя далече, презираеши во благовремениих, в скорбех?

²³Внегда гордитися нечестивому, возгарается нищий, увязают в советех, яже помышляют.

²⁴Яко хвалимь есть грешный в похотех души своея, и обидяй благословимь есть.

²⁵Раздражи Господа грешный, по множеству гнева своего не взыщет, несть Бога пред ним.

²⁶Оскверняются путие его на всяко время, отъемлются судьбы Твоя от лица его, всеми враги своими обладает.

²⁷Рече бо в сердце своем, не подвижуся от рода в род без зла,

²⁸егоже клятвы уста его полна суть, и горести и льсти, под языком его труд и болезнь.

²⁹Приседит в ловительстве с богатыми в тайных, еже убити неповиннаго, очи его на нищаго призираете.

³⁰Ловит в тайне яко лев во ограде своей, ловит еже восхитити нищаго, восхитити нищаго, внегда привлещи и в сети своей.

³¹Смирит его, преклонится и падет, внегда ему обладати убогими.

³²Рече бо в сердце своем: забы Бог, отврати лице Свое, да не видит до конца.

³³Воскресни, Господи Боже мой, да вознесется рука Твоя, не забуди убогих Твоих до конца.

³⁴Чесо ради прогнева нечестивый Бога? Рече бо в сердце своем, не взыщет.

³⁵Видиши, яко Ты болезнь и ярость сматряеши, да предан будет в руце Твои, Тебе оставлен есть нищий, сиру Ты буди помощник.

³⁶Сокруши мышцу грешному и лукавому, взыщется грех его и не обрящется.

³⁷Господь Царь во век и в век века, погибнете, языцы, от земли Его.

³⁸Желание убогих услышал еси, Господи, уготованию сердца их внят ухо Твое.

³⁹Суди сиру и смирену, да не приложит ктому величатися человек на земли.

Надписание этого псалма сразу вызывает вопросы: В конец, о тайных сына, псалом Давиду (1). О какой тайне и чьём сыне тут речь? Кого имел в виду пророк?

Святитель Григорий Нисский объяснял: «Надписание: о тайных внушает нам с точностью пребывать в Боговедении, потому что погрешительное мнение о Божестве – крайнее падение для души. Чем воспользуется человек от блага, не имея самого блага?» Вы только вдумайтесь в эти слова!

Но читаем дальше: «Посему-то надписание предлагает тебе как бы некий светильник, сие учение, занимающееся исследованием тайн Боговедения, в котором главное – вера в Сына. Ибо так говорит и надписание: „о тайных сына“. Действительно, тайно то, что недомыслимо, невидимо, превыше всякого доступного разумению примышления, и к чему приблизившийся верою достигает конца победы».

Божественное слово не сразу доступно рядовому человеку, приступающему к чтению. Несколько раз читал я девятый псалом и понимал, что он мессианский: здесь сокровенно говорится о Сыне Божием. И с какой же ясностью это выразил святитель Григорий Нисский!

Конечно, текст IV века не прост для нас. Но такого понимания заглавия мы не найдём ни у кого из святых отцов. Ударение здесь делается на слове «тайна»: тайна Сына (у святителя Григория – с большой буквы).

Псалмы – слово пророческое, оно с полнотой обнимает все сферы человеческой жизни. Задача у псалмов – наставить, обличить, исправить народ. Форма их – поэтическая. Вдохновенное, сильное слово как бы прорывает вселенную – и достигает духовных небес. И само это вдохновение приходит свыше, не рождается в земных условиях.

К тому, что сказано великим святителем Григорием Нисским, важно добавить следующее: Бог обещал пророку Давиду, что от его рода родится Мессия – Господь наш Иисус Христос. И это влияло на внутренний мир псалмопевца, давало полноту переживаний, глубину прозрений.

Накануне праздника Рождества Христова мы по Евангелию перечисляем имена из родословной Спасителя – и останавливаемся особо на трёх лицах – Аврааме, Давиде, Иосифе⁹². Они получили от Бога откровение о тайне Сына. А пророк Давид к этой тайне – принадлежал. Его духовную жизнь, творчество устраивал Сам Господь. И никто, наверное, не пророчествовал о Христе с такой силой, как царь Давид – во втором, девятом, двадцать первом псалмах.

Девятый псалом начинается с прославления Бога: Исповемся Тебе, Господи, всем сердцем моим, повем вся чудеса Твоя (2). Исповедать – значит открыть то, что переполняет душу, чем она живёт в самой глубине, не доступной никому из людей – ни родным, ни друзьям.

Для пророка Давида лучшим средством открыть душу являются псалмы – эти гимны Богу. И он подчёркивает, что открывает именно сокровенность своего сердца: всем сердцем моим. Хочет рассказать людям о чудесах Божиих, которыми наполнены земля и небо, жизнь людей, всех тех, кого Бог ставит на путь служения Ему.

Нет большего чуда, чем откровение слова Божия. Всё меняется на земле: возникают и исчезают грандиозные империи, народы, культуры, а слово, которое дал Бог в Священном Писании, – остаётся навеки. Господь избрал пророка Давида Своим орудием, и он чувствует, что не может чем-то должным воздать Ему за это: Возвеселюся и возрадуюся о Тебе, пою имени Твоему, Вышний (3). Это исповедание наполняет Давида удивительной радостью, подобной той, о которой сказал апостолам воскресший Спаситель: «…и радости вашей никто не отнимет у вас…»⁹³.

Радость псалмопевца настолько совершенна, душа так ею насыщена, что невольно рождается песнь, славящая Бога. Ведь песня лучше всего передаёт чувства человека перед величием и святостью Творца. Песня способна возвышать и утешать нас.

Апостол Иаков писал: «Злостраждет ли кто из вас, пусть молится. Весел ли кто, пусть поёт псалмы»⁹⁴. Пение снимает внутреннюю скорбь, скованность души, расширяет мысли, чувства.

Пою имени Твоему, Вышний, – говорит пророк Давид в настоящем времени. Не пропел – и это ушло в прошлое, а поёт всегда. Дух Божий вдохновляет псалмопевца – и никогда не меняется, не прекращает Своего действия, возвышающего душу, полезного людям.

Пророк Давид подчёркивает: имени Твоему. По опыту мы знаем, как трудно бывает порой вознести молитвы прямо к Создателю. А имя Божие является как бы посредником между человеком и Творцом. Через него, мы верим, непостижимый и невыразимый Господь примет выражение нашего самого высокого настроения.

Иконы в храмах тоже существуют – как посредники, через которых мы обращаемся к Творцу. Это запечатлённое слово: в иконах выражена христианская догматика, высокая истина о Боге. Мы приходим, склоняем перед ними колени – и возносим молитвы. Веруем, что так определено Самим Господом – и Он услышит нас.

С четвёртого стиха содержание псалма совершенно меняется: Внегда (когда) возвратитеся врагу моему вспять, изнемогут и погибнут от лица Твоего (4). Скорей всего, мощное исповедание Творца возникло у пророка, когда от него отступил тот, кто вёл с ним духовную брань. Обратился вспять, почувствовал, что с царём и пророком Давидом – Сам Бог. И этот стих, казалось бы, просится на первое место. Но стоит он – здесь, после вдохновенного обращения к Творцу.

О каких врагах говорит псалмопевец – неизвестно. Имён нет. Но если мы дальше посмотрим на содержание девятого псалма, увидим: он весь построен на взаимодействии таких понятий, как враг, враги, грешник, праведник, язычник (языки), нечестивый.

Пророк приобщён к тайне Сына, относящейся к грядущим векам. И в то же время он хочет нарисовать картину мира, которую видит в настоящем: разные силы взаимодействуют, противостоят, борются друг с другом. А бороться могут не только человек с человеком, народ с народом, государство с государством, но и слово – со словом иных людей.

В мире присутствуют невидимые силы. Они духовны и не попадают в поле нашего зрения, но совершенно реальны. Их может открыть нам только Сам Господь – через Священное Писание. И в девятом псалме перед нами будут возникать одна картина – за другой.

Яко сотворил еси суд мой, и прю мою, сел еси на Престоле, судяй правду (5). Суд – это возможность постичь себя: прав ли я? Правы ли восстающие на меня люди – или это подсознательно действуют на душу тёмные силы, склоняют её к тяжёлым мыслям?

Такого суда и понимания жаждали все праведники: Божия сила позволяет человеку разрешить внутри себя то, что само по себе – неразрешимо. В глазах людей мы выглядим совсем не так, как оценивает нас Господь.

Тот, кто живёт духовно, понимает: каждый день в сердце идёт сокровенная брань – суд, как сказано в псалме. И будет продолжаться до скончания мира. Бог дал человеку пройти через очень сложные, непростые тяжбы – прю. Слово, действие, мысль людская находятся в постоянном напряжении, внутренней работе – чтобы утвердиться в Божественной правде, явить её.

Обычно люди предпочитают свою ограниченную, сиюминутную правду, направленную на оправдание себя. От этого у них рождается гордое самомнение, убеждённость в собственной безгрешности. Но суд Божий ставит человека перед лицом абсолютной правды. И пророк говорит именно о ней – настоящей, непреходящей.

Создатель всегда пребывает в вышине – Он Вышний. Престол Его – «как пламя огня»⁹⁵. «Престол» здесь – с большой буквы.

Запретил еси языком (языческим народам), и погибе нечестивый, имя его потребил еси в век и в век века (6). Израильтяне были окружены язычниками, число которых во много раз превосходило сам избранный народ. С язычниками велись постоянные войны. Это описано в исторической части Библии – Книге Царств. Если бы Господь не защищал, не возвышал израильтян, они никогда не смогли бы противостоять окружающим языком.

Псалом подчёркивает то, что стало потом достоянием новых поколений: Врагу оскудеша оружия в конец, и грады разрушил еси, погибе память его с шумом (7). У врага не стало оружия, Господь разрушил их города, уничтожил даже память о них. Опять нет имён, названий конкретных мест.

Здесь – историческое обобщение. Археологические раскопки постоянно удивляют нас открытиями: учёные находят разрушенные города, исчезнувшие культуры.

Дальше в псалме начинается откровение о тайнах Сына: И Господь вовек пребывает, уготова на суд Престол Свой… (8). Позже в Евангелии появится ссылка на этот стих: «…мы слышали из закона, что Христос пребывает вовек.»⁹⁶. И Он Сам откроет людям: суд Божий будет непременно. В Евангелии сказано: «Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся перед Ним все народы»⁹⁷.

Тут опять «Престол» – с большой буквы. Престол Божий существует вне времени. Господь сотворил мир – и определил, что с ним будет. До сих пор некоторые люди примитивно воспринимают суд как наказание. Но на суде Божием откроется, что представляет собой каждый человек, каково его внутреннее устройство, в чём предназначение. И всё это обозначено коротким словом – суд.

…И Той судити имать вселенней в правду, судити имать людем в правоте (9). Какие веские слова! Оказывается, уже в Ветхом Завете было знание о всеобщем суде. Подтверждая это, богословы ссылаются на девятый псалом.

Любой судья должен руководствоваться законами правды. Но во все времена земные суды были страшны для человека: там трудно найти справедливость, преимущество обычно бывает на стороне власть имущих и богачей.

А Господь будет судить – в правду. Псалмопевец подчёркивает: придёт день, когда вся вселенная предстанет перед Богом – от первого человека до последнего, даже те народы, которые канули в неизвестность, затерялись в веках.

Апостол Павел раскрывает: христиане будут судиться – по христианскому закону, иудеи – по закону Ветхого Завета, язычники – по закону совести⁹⁸.

И бысть Господь прибежище убогому, помощник во благовремениих, в скорбех (10). Особую милость Бог проявит к людям, которые в течение земной жизни были как бы отодвинуты на задний план горестями, обстоятельствами.

Слово «убогий» в славянском тексте означает, что человек – уже у Бога. Увечному, скорбному Господь будет помощник во благовремениих – то есть в такое благополучное время, когда наступает мир, расцветает культура, искусство. Но любое время может быть благоприятным для живущих на земле, даже когда идут войны, болезни, скорби. Господь никогда не меняет Своего промышления о человеке, мудрого водительства. Остаётся единым прибежищем для всех.

И да уповают на Тя знающии имя Твое, яко не оставил еси взыскающих Тя, Господи (11). Упование – это утверждённая вера, когда люди постигают: Творец – явно с нами. От этого рождается радость у человека, знающего имя Божие. И дай Господь каждому из нас такого знания!

Слово взыскающих – ищущих – часто встречается в псалмах. Почему? Духовный путь начинается, когда человек ищет Господа. «Взыщите Бога, – говорит пророк, – и жива будет душа ваша»⁹⁹.

Пойте Господеви, живущему в Сионе, возвестите во языцех начинания Его (12). Жив истинный Бог – и всё хорошее, что Он дал нам в жизни, не умалится, не отнимется, не затеряется, а останется и приумножится. От этого тоже рождается радость.

Пойте Господеви, живущему в Сионе, – обращение ко всем народам. От полноты сердца воспевайте Господу священные, хвалебные, благодарственные гимны! И ежедневно на Евхаристии мы провозглашаем: «Победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще».

Бог открыл Себя через Израиль, явил Свою славу в Сионе (Сион – образ Горнего Иерусалима). Это обязывает всех, обладающих духовным богатством, приобщать к нему других людей: возвестите во языцех начинания Его. Возможно, кто-то ещё не способен воспринять всю глубину премудрости и благости Божией, но начните возвещать, обращать заблудших, не знающих Творца: «Научу беззаконныя путем Твоим, и нечестивии к Тебе обратятся»¹⁰⁰.

Яко взыскаяй крови их помяну, не забы звания убогих (13). А тут уже говорится о людях, которые истину искать не хотят. Вся их энергия уходит на противодействие другим, на пролитие крови, и потому взыскующий Бог не будет помнить о них. Но Он не забудет убогих: убогий находится под Его покровом.

Помилуй мя, Господи, виждь смирение мое от враг моих, возносяй мя от врат смертных (14). Пророк открывает: Бог попустил ему тяжёлую внутреннюю брань, но она привела его к смирению, которое угодно Господу. «А вот на кого Я призрю: на смиренного и на сокрушённого духом, и на трепещущего пред словом Моим», – говорит Создатель¹⁰¹.

Гордость – это восстание против Творца. Гордому человеку кажется, что он лучше, значительнее всех, а ценность каждого из нас перед лицом Божиим – одинакова.

Всякая брань духовных врагов направлена на то, чтобы оторвать людей от Бога. И в этом смысле она – брань Божия, борьба за человека. Брань может доходить до того, что перед душой раскрываются врата ада. Но Бог избавляет смиренного от напастей: возносяй мя от врат смертных.

Яко да возвещу вся хвалы Твоя во вратех дщере Сиони, возрадуемся о спасении Твоем (15). Вот где спасение – в глубинах самопознания. А познать себя можно только через духовную брань, которая открывает нам: Бог – единственная наша сила, Он не оставляет нас, возвышает, Его благодать никогда не умаляется. Господь хранит каждую душу, избавляет от смерти. Какая истина!

Псалтирь, как мы уже говорили, изображает два пути – праведника и грешника. На пересечении этих путей перед человеком открывается возможность познать себя, и он видит: все порочные движения души идут от демонов, плоти.

А язычники этого не замечают: Углебоша языцы в пагубе, юже сотвориша, в сети сей, юже скрыша, увязе нога их (16). Пророк образно говорит, что они увязли в пагубе, погибают. Словно попали в трясину – углебоша, не могут выбраться и всё глубже погружаются в неё. Люди сами творят себе пагубу: собственным образом мыслей, жизни, неправедными делами.

Знаемь есть Господь судьбы творяй, в делех руку своею увязе грешник (17). Бог определяет народам пути жизни – творит их судьбы. Но грешники не хотят этого знать, считают, что сами могут построить, определить будущее.

Да возвратятся грешницы во ад, вси языцы забывающий Бога (18). С точки зрения Ветхого Завета ад, или шеол, – это место, где нет Бога. До пришествия Христа после смерти все люди сходили туда. В аду находились даже праведники, которым мы теперь молимся.

В притче о Страшном Суде Христос говорит, что одни народы станут от Него по правую сторону, другие – по левую¹⁰². Левая сторона – это граница, которая закрывает Бога от человека.

Яко не до конца забвен будет нищий, терпение убогих не погибнет до конца (19). Опять – словно напоминание нам, где бы мы ни жили: нельзя забывать человека бедного, страдающего.

Мне кажется, это соль Псалтири: в самое сердце проникают слова о людях обездоленных, как бы невостребованных, лишних, непонятых. Это благодать Божия открывает нам: помни о них! Они всё терпят на земле ради той славы, которая явится в вечности.

Воскресни, Господи, да не крепится человек, да судятся языцы пред Тобою (20). У пророка вырывается мощный, священный вопль: восстань, Господи, прояви Свою силу, покажи славу! Не должен язычник – природный человек – возвышаться над другими.

Физическая природа, избыток сил часто радуют нас, особенно в молодости. Но наступает зрелость, старость; человеческое тело начинает скрипеть, проявлять немощи. И людям не на что опереться. Они не видят Бога, не привыкли к внутренней работе, приближающей к Нему, не испытали на себе Его спасающую силу. А им это нужно: воскресни, Господи, дай знамение, прояви Себя!

Фарисеи тоже просили Христа: «Дай нам знамение!» А Он отвечал: «Род лукавый и прелюбодейный ищет знамения; и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка; ибо как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи»¹⁰³. И Спаситель воскрес, попрал смерть.

Да не крепится (не преобладает над остальными) человек, который не хочет думать, смотреть вперёд. Рассуждает: «Живу и живу, умру, как все».

Да судятся языцы (языческие народы) пред Тобою. Они думают, что откроют секреты долголетия, победят смерть на земле. Но не так учит Священное Писание.

Постави, Господи, законоположителя над ними, да разумеют языцы, яко человецы суть (21). Бог дал Израилю законоположителя Моисея – и народ собрался вокруг закона, как вокруг стержня, ядра. И царь Давид просит у Господа законоположителя свыше – от Самого Творца. Тут он пророчествует о Сыне Божием.

Вскую, Господи, отстоя далече, презираеши во благовремениих, в скорбех? (22). Господь стоит над миром – отстоя далече. И может показаться, что с высоты Ему не видно, как по-разному живут люди. Иногда мне говорят: «Я бы поверил в Бога, но почему такая несправедливость: один богатый, другой бедный, третий родился инвалидом?!»

Только вера даёт человеку ключ к пониманию того, что жизнь не имеет конца. На земле она только началась, забрезжила. Тот, кто знает об этом, разрешает и преодолевает все вопросы, скорби, трудности.

Внегда гордитеся нечестивому, возгорается нищий, увязают в советех, яже помышляют (23). Нечестивый здесь – нерелигиозный человек, преуспевающий в жизни. Он добился высокой карьеры, обеспеченности и, конечно, начинает думать, что имеет особый разум и способности. Смотрит на остальных свысока – как на людей второго сорта. А нищий страдает, он чувствует, что по душе – такой же, но обстоятельства сложились иначе. Возможно, не захотел сметать других с дороги, чтобы достичь привилегий.

Всякая высокая самооценка приводит к гордости – и люди увязают в советех (ухищрениях), яже помышляют.

Яко хвалимь есть грешный в похотех души своея, и обидяй (обижающий) благословимь есть (24). Человек, который ни в чём себе не отказывает и запросто обижает прочих, постепенно утверждается в самовозношении: «Посмотрите, как я живу! Вы не смогли так устроиться». Он хвалит сам себя. И те, кто привык угодничать перед богатыми, тоже хвалят его: «Какой молодец, какой умный! Достиг такого положения!»

Раздражи Господа грешный, по множеству гнева своего не взыщет: несть Бога пред ним (25). В русском переводе: «В надмении своём нечестивый пренебрегает Господом: не взыщет; во всех помыслах его: нет Бога». Грешник живёт только своими вожделениями, плотскими потребностями. Не хочет слышать голос совести, разума. Иногда люди теоретически отрицают Бога, потому что не видят доказательств Его бытия. И это легко преодолеть, если привести им свидетельства из жизни общества, людей, природы.

Гораздо труднее убедить того, кто постепенно пришёл к неверию, хотя, возможно, получил хорошее воспитание, изучал закон Божий. Но он поставил на первое место жизнь чувственную – и потихоньку всё духовное для него исчезло, человек утвердился в мысли, что Бога нет. А раз нет, он уже сам себе бог. Тогда оправдано любое преступление. Об этом писал Достоевский.

Оскверняются путие его на всякое время, отъемлются судьбы Твоя от лица его: всеми враги своими обладает (26). Во всякое время пути грешника гибельны. Он полностью подвержен внутренней нечистоте, скверне, безумию. И Бог уже как бы не промышляет о нём, не возвращает на праведный путь.

Тут пророк говорит – словно от лица Самого Создателя, потому что видит: если бы Господь захотел, Он в одно мгновение обратил бы беззаконника в веру. И тот пришёл бы в ужас: «Как я живу?!» Но Творец ждёт, чтобы люди сами одумались. И пока грешник отвергает Его, Он тоже вроде бы отвергает грешника. Ведь тот сам себя закрыл, изолировал от всего небесного, Божественного.

Нам свойственно ошибаться, заблуждаться. Мы «трёмся» друг о друга, заносимся – и самые разумные из нас смиряют зарвавшихся: «Подумай, что ты делаешь?» А в девятом псалме показана последняя стадия падения, предельное развитие самости, когда никто не смеет сказать беззаконнику слово правды, сделать замечание. Он всеми враги своими обладает, смотрит на них с пренебрежением. Ничего не слышит, не признаёт, уверен в своей силе – и Бог отступает от него.

Дальше идёт страшное заключение: Рече бо в сердце своем: не подвижуся от рода в род без зла (27). Все принципы, все действия человека выходят за рамки нравственной и духовной жизни, полностью противоречат им. Когда-то его обличала совесть, а теперь она ему не нужна. Он выбрал зло – и решил до конца творить его, достиг демонского состояния. Демоны веруют в Бога, знают, что Он есть, что будет Его суд, и даже трепещут, как сказано у апостола Иакова¹⁰⁴. Но делать зло – не перестают.

В псалме начинается перечисление свойств, качеств бесчувственного, окаменелого, пребывающего во зле человека: Егоже клятвы уста его полна суть, и горести и льсти, под языком его труд и болезнь (28). В русском переводе это звучит так: «Уста его полны проклятия, коварства и лжи; под языком его – мучение и пагуба».

Во времена Ветхого Завета клятва считалась последней мерой, к которой прибегал человек, самым сильным средством. Клятвопреступление было за гранью допустимого. Если кто-то клялся на суде, да ещё это подтверждали свидетели, его всегда оправдывали.

Человек в крайней степени гордыни легко произносит клятвы, проклятия, ложь, лесть. В том, что он говорит, никому нет утешения, слова его несут тяжесть, страдание, боль окружающим.

Приседит в ловительстве с богатыми в тайных, еже убити неповиннаго, очи его на нищаго презираете (29). Сидит в засаде в потаённом месте, чтобы убить невинного, следит, как бы обидеть нищего. Грешник, нарушивший все Божии и человеческие законы, превращается в тайного хищника, который замышляет, какую бы жертву выбрать, чтобы исполнить свою злую волю.

Он уподобляется льву: Ловит в тайне, яко лев во ограде своей, ловит, еже восхитити (схватить) нищаго, внегда привлещи и (поймать его) в сети своей. Смирит его, преклонится и падет, внегда ему обладати убогими. Рече бо в сердце своем: забы Бог, отврати лице Свое, да не видит до конца (30–32).

Тут подробно описано внутреннее состояние того, кто решил, что ему всё позволено, ведь Бога – нет. До крайнего человеконенавистничества, озверения доходят такие люди. Злоба их направляется на других – беспомощных, нищих, беззащитных, которые не могут за себя постоять. Любого надо унизить, покорить. Стать деспотом, к ногам которого склоняются все.

Пророк опять повторяет, с чего начинается состояние человека озверевшего, уподобившегося демонам: забы Бог, отврати лице Свое, да не видит до конца. Беззаконнику кажется, что Бог не видит происходящего на земле, нет Его. Если бы был, то обнаружил бы дела этого гордеца, умерил его зло.

Но Господь ждёт разумного обращения грешника. Чтобы он сам осознал свой путь, посмотрел на окружающий мир и заметил, сколько в нём праведников, подвижников, как прекрасна жизнь, когда делаешь маленькое добро – и вдруг у тебя на душе ангелы поют.

Воскресни, Господи Боже мой, да вознесется рука Твоя, не забуди убогих Твоих до конца (33). В нашей Церкви эти слова стали прокименом, который поётся на воскресном богослужении. Пророк Божий Давид молит Господа, чтобы Он восстал, вознёс Свою руку, проявил силу, защитил убогих.

Представьте себе эту картину: царь молится за свой народ! За сирых, нищих, убогих. Это потрясающе! Господи, как же Ты велик! Только такой человек, как царь и пророк Давид, мог возвещать людям Твою правду. И будем учиться у него, мысленно целовать его ризы – так он удивителен.

Чесо ради прогнева нечестивый Бога? Рече бо в сердце своем: не взыщет (34). Опять псалмопевец вспоминает о нечестивом, гордом грешнике. Несколько раз повторяет: ради чего он так прогневал Бога?

Почему пророк снова и снова возвращается к этому? Да потому, что хочет оправдать заблудшего, несчастного человека. Люди привыкли жить из-под палки: стукни их – и они почувствуют боль, испугаются. А раз Господь их не бьёт, не останавливает, не поражает молнией, то говорят в сердце своем: не взыщет.

Видиши, яко Ты болезнь и ярость смотряеши, да предан будет в руце Твои, Тебе оставлен есть нищий, сиру Ты буди Помощник (35). Царь Давид Духом Святым молится Богу Отцу: Ты, Господи, видишь обиды и притеснения, злобу и ярость, видишь, как страдает от них бедный, сирота. Но он предаёт себя – Тебе, Ты ему – помощник и защита. Не оставь его! Нельзя держать человека в таком крайнем унижении, отвержении, бедствии.

Сокруши мышцу грешному и лукавому, взыщется грех его и не обрящется (36). Если Бог воззрит, то правда будет восстановлена. Всё равно Господь взыщет за грех, Он бодрствующий, праведный Судия, но каждому даёт возможность проявить себя.

Господь Царь во век и в век века, погибнете языцы от земли Его (37). Это пророчество о будущей земле праведников. «Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю», – говорит Спаситель Христос¹⁰⁵. В неё не войдут люди, которые не хотят верить Богу, живут только природной жизнью. К чему это приводит – прекрасно показано в девятом псалме.

Здесь в молитвенном гимне продолжает открываться тайна Сына Божия. Христос имеет полноту власти – и всё время защищает отверженного, обездоленного, исцеляет больного, прокажённого, слепого, глухого, одержимого бесами. Приносит Себя в жертву за мир и на Кресте просит: «Отче, прости им, ибо не знают, что делают»¹⁰⁶.

Язычники, люди земли, которые захотят принять обетования Божии, новую землю – тоже наследуют.

Желание убогих услышал еси, Господи, уготованию сердца их внят ухо Твое. Суди сиру и смиренну, да не приложит ктому величатися человек на земли (38–39). Замечательно заканчивается девятый псалом! В нём утверждается мысль, что Господь был, есть и будет – Царь во век века.

Эту молитву пророк Давид приносит Богу за всякого человека, проходящего жизнь с терпением, любовью, отвержением себя, стремлением простить врагов, помешать распространению злобы. Очи Создателя всегда видят нелёгкий путь тех, кто терпит скорби, принимает и несёт свой жизненный крест. И никогда Бог не оставляет их.

В конце псалма пророк снова просит, чтобы Господь восстал, воскрес – и рассудил смиренного, кроткого, верующего в Него. И чтобы люди, которые хотят возвеличиться над убогими, поняли, приняли Промысл Божий. Творец позволил им многого достичь на земле. И Спаситель в Евангелии объясняет это: они «в своём роде» преуспевают больше, чем человек духовный, который связывает себя Божественными заповедями¹⁰⁷.

Теряющий живую веру не способен видеть благость и мудрость Создателя, принимать Его законы. Такой человек погружается в хаос: несть Бога пред ним, и Он не взыщет. Царь Давид молит Творца, чтобы дал людям законоположителя – и они не возносились, не гордились перед Господом.

Так в чём же тайна Сына? В девятом псалме Христос провозглашён общим Судиёй мира. Эту тайну Он потом откроет в Евангелии: «Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну, дабы все чтили Сына, как чтут Отца»¹⁰⁸.

Тайна Сына – как некая сердцевина, вокруг которой разворачивается история мира, народов: Господь Царь во век и в век века.

Псалом 10

В конец, псалом Давиду.

¹На Господа уповах, како речете души моей: превитай по горам, яко птица?

²Яко се, грешницы налякоша лук, уготоваша стрелы в туле, состреляти во мраце правыя сердцем.

³Зане яже Ты совершил еси, они разрушиша, праведник же что сотвори? Господь во храме святем Своем.

⁴Господь, на Небеси Престол Его, очи Его на нищаго призираете, вежди Его испытаете сыны человеческия.

⁵Господь испытает праведнаго и нечестиваго, любяй же неправду ненавидит свою душу.

⁶Одождит на грешники сети, огнь и жупел, и дух бурен часть чаши их.

⁷Яко праведен Господь, и правды возлюби, правоты виде лице Его.

Десятый псалом представляет собой некий драгоценный слиток, в котором соединилось, переплавилось всё, что было до этого намечено в Псалтири: путь праведника, путь грешника, а в середине – Сам Господь. И это не меняющаяся, сиюминутная картина, а постоянное духовное ведение вещей, существующих в мире.

Автор псалмов идёт праведным путём. Он был избран Господом, чтобы освещать откровения, судьбы правды Божией. Бог взял совсем молодого Давида от стада, которое тот пас, излил на него Духа Святого, поставил в царя и пророка. На всяком месте, в любых обстоятельствах Давид сохранял силу духа, никогда не менял внутреннего состояния и сам не менялся.

Недаром пословица говорит: «Подальше от царей – голова будет целей». Царь Саул приблизил к себе Давида. Думаю, это было предначертано Промыслом Божиим. Давид и тут сохранял открытость, простоту, твёрдость в убеждениях даже в такие моменты, когда обстоятельства готовы были стереть его с лица земли или выбросить за рамки исторической жизни.

А у грешников – свой путь: они не принимают откровения Божия – и невольно становятся для верующих врагами (именно так называет их Давид). Некоторые даже разрушают то, что созидалось Творцом через праведников, избранников, патриархов, пророков.

Десятый псалом начинается с внутреннего противостояния – того, кто утверждает власть Бога над миром, и тех, кто не понимает, не желает Его власти.

Это похоже на диалог, но диалог предполагает взаимное уважение, проникновение, а здесь чувствуется именно великое противоборство: На Господа уповах, како речети души моей: превитай по горам, яко птица? (1).

Пророк Давид обращается ко многим людям, с которыми ему, вероятно, всю жизнь приходилось вступать в такое внутреннее противостояние: «Я на Господа уповаю!»

Конечно, они видели: пророк исполнен силы, ревности, мощно воздействует на ум, сердце человека. И наверное, не знали, что с ним делать, как его убрать, чтобы он не маячил у них перед глазами.

Ну, для чего один такой появился на свете? В уме, на языке у него всегда на первом месте Бог. Практичные люди земли устраивают здесь свои дела, а царь Давид, как птица, пусть улетает к своему Господу: како речети души моей: превитай по горам, яко птица? И там, в горах, найдёт себе место – рядом с небом, с его Богом.

В Священном Писании горы – как раз символ близости к Создателю. В другом псалме сказано: «Возведох очи мои в горы, откуда приидох помощь моя от Господа, сотворшего небо и землю»¹⁰⁹.

Горы занимают срединное положение между землёй и небом, поражают грандиозностью. На них больше изливается свет, там чище воздух, ярче, крупнее звёзды. Казалось бы, это всего лишь нагромождение камней, но такую массу невозможно сдвинуть с места, она остаётся неизменной.

Предложение лететь в горы, вероятно, часто высказывалось пророку Давиду – то в шутку, то всерьёз. Причём не ему, а его душе – души моей, которая была удивительно богата, поражала красотой.

В годы оголтелого атеизма люди-прагматики тоже говорили христианам: «Вот вы в Церкви всё ссылаетесь на благодать. Вот и жили бы Духом Святым! Что вы здесь делаете?» Они чувствовали свою правду – и ничего другого не могли вместить.

Что же стоит за упорным нежеланием понять, почувствовать правду Божию?

Пророк Давид сразу объясняет это во втором стихе: Яко се грешницы налякоша лук, уготоваша стрелы в туле, состреляти во мраце правыя сердцем (2). Грешники заняли военную позицию, чтобы во мраке стрелять правых сердцем. Приготовили лук, наточили и положили в колчан стрелы.

Давида всегда окружало войско, которое было готово вести войну, защищать царя и царство. Но пророк подчёркивает: стрелы приготовлены не для воинов противника, а чтобы стрелять по правым сердцем – причём во мраке.

Когда мрак покрывает землю, очертания предметов стираются, становится плохо видно. Грешники, для которых не существует законов Божиих, выбирают мрак – и выпускают стрелу в тех, кто прав. Чтобы никто не видел, кем это сделано. Даже те, в кого стреляют.

В Священном Писании, у святых отцов отмечено: для внутренней брани демоны обычно выбирают такие условия, когда человек духовно не собран, утомился от дел, забот, застигнут врасплох – и не может ответить. Или физически изнемог, как Спаситель Христос в пустыне¹¹⁰. В такие моменты удобнее всего нанести поражение.

Кого пророк называет правыми сердцем? Тех, кто любит Господа, хранит Ему верность, старается исполнять Божии заповеди. И, конечно, псалмы прямо говорят именно о духовном мире, духовной брани – через понятные нам военные образы.

Дальше та же мысль развивается: Зане яже Ты совершил еси, они разрушиша, праведник же что сотвори? Господь во храме святем Своем (3). В Книге Царств отмечено: храмы, святилища, духовные традиции, само Священное Писание временами предавались забвению и даже уничтожению. И это были не случайные эпизоды, а некая закономерность. Свет и тень, добро и зло, вера и неверие всегда взаимно исключают друг друга, находятся во внутреннем противостоянии, борьбе. И борьба их бывает очень решительной.

Из истории Священного Писания нам известно: требовались годы и столетия, чтобы воспитать народ, привить ему веру, Богопознание. Господь избирал людей, чтивших Его законы, заповеди, и через этих людей открывал остальным Свою волю. Но всё могло рухнуть под напором тех, кто противился Богу: они разрушиша.

И здесь после запятой псалмопевец поставил вопрос, важный для нас: праведник же что сотвори? Что может сделать праведник в такой ситуации? Духовная брань требует соответствующего ответа.

Вспомним, как Давид вышёл на поединок с великаном Голиафом¹¹¹. Там шла война между человеческими царствами. В ней всё было ясно, открыто. Каждый избирал себе оружие: у Голиафа был огромный меч, у Давида – простая праща, и он победил великана.

А тут идёт духовная, невидимая брань – и в ней ставится вопрос: что сотворит праведник? Псалмопевец указывает: множество людей разрушало то, что совершил Бог. А праведник здесь – единственный. Он утверждён Творцом, но что может сделать в одиночку?

Исчерпывающий ответ мы получим, если снова обратимся к первому стиху псалма: на Господа уповах. Всё уже объяснено! Человек не способен самостоятельно вести духовную брань, ведь она исходит от падших ангелов. Он может только уповать на Бога, верить, что Создатель проявит Себя.

Дальше читаем: Господь во храме святем Своем. Бог установил центры духовности – храмы, которые сохраняются иногда столетиями, даже тысячелетиями. И сделал это для того, чтобы люди видели: несмотря на все разрушительные замыслы грешников, Всевышний присутствует в Своём храме. Каждый жаждущий, ищущий Бога может туда прийти.

Господь, на Небеси Престол Его, очи Его на нищаго призираете, вежди Его испытаете сыны человеческия (4). Храм – это небо на земле. А Сам Господь – превыше любого здания, построенного в Его честь. Творец вездесущ, Его престол – на небе. Это особенно было открыто пророку Исаие¹¹². Он видел, что Всемогущий Создатель сидит на престоле, который окружают приснодвижущиеся существа – шестикрылые серафимы и херувимы с множеством очей, вся их природа – сплошное зрение, проникающее в каждое создание. Это мощнейшие творения Божии, превосходящие наше воображение.

На земле гудит, копается, кусается мошкара. А Бог – на небе! И при этом очи Его на нищаго призираете: Творец и Создатель видит человеческую несправедливость. Заповеди Божии говорят, что никто не должен обижать своего брата, отнимать у него кусок хлеба, оставлять беспомощного, больного, нищего, убогого. Если люди этого не делают, Господь Сам заботится о них.

Кого пророк называет нищими? Людей, не нашедших себя в этом мире, не устроенных, проходящих путь лишений, страданий. Очи Господни видят их, Создатель на них призирает – с участием, расположением. И в то же время вежди Его испытаете сыны человеческия.

Вежди – это ведение Божие. Господь испытывает всех человеческих сынов. Знает, кто не желает взять на себя иго правды Божией, веры в Творца и Создателя. Видит их пути, дела, замыслы, помыслы, надежды на то, что сегодня – есть, а завтра – уйдёт навсегда. Да и сам человек покидает эту землю.

Здесь показано Божественное основание мира, в котором содержатся все пути людские – и праведника, и грешника. Ничего не скрыто от Того, чьё достояние – вся вселенная. Всё Ему ведомо.

Господь испытает праведнаго и нечестиваго, любяй же неправду ненавидит свою душу (5). Праведников Бог тоже испытывает, Ему открыты глубины человеческого духа, жизнь каждого проходит перед Ним.

Любяй же неправду ненавидит свою душу. По-разному выстраиваются наши судьбы. Но главное – всегда одно: как относится человек к своей бессмертной стороне – к душе. Она нуждается во внимании, заботе, мы за неё отвечаем.

Часто люди не хотят понять: жизнь никогда не закончится. В этом мире – только её начало. Тут наша душа формируется для вечности. Поэтому Христос говорит: «…какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит?»¹¹³.

Здесь по-русски сказано: «повредит». А в церковнославянском языке использовано слово «отщетит». Его смысл глубже: отщетить душу – означает как бы отъединить, поставить отдельно от себя: «Будь в стороне и смотри, а я буду делать то, что считаю нужным!»

Никакой пользы от этого нет, потому что весь видимый мир по ценности ниже одной живой человеческой души: в неё вложены образ и подобие Божии.

Казалось бы, нам даны разум, дар рассуждать, что хорошо или плохо. Если бы человек всем своим существом искал основополагающих истин и строил на них жизнь – она была бы оправданна. Но большинство людей так не поступают – и невольно попадают в лабиринт ложных представлений о жизни, её ценностях, морали. Подвергают себя опасности.

Пусть даже человек имеет какие-то материальные преимущества, думает, что ведёт порядочную, созидательную, высокую жизнь. Оставляя заботу о душе, он ненавидит себя – всё самое высокое и ценное в нём. Только оно должно господствовать в людях, причём стать нашим свободным выбором – с подчинением своей воли Божественным истинам.

Для тела нужен хлеб, а душа ищет истины, правды – пищи нетленной, Божественной, вечной. Душа всегда стремится ввысь, горе, оттуда черпает силы и разрешает земные дела. «Кто любит неправду, тот ненавидит свою душу», – эта мысль звучит здесь ясно и чётко, как поговорка.

А ещё можно сказать так: «Кто подчиняется лжи – тот враг своей души».

Дальше псалом изображает внутреннее развитие человека, позволяющего действовать в нём злобе, нечестию, неприятию Божественных истин – и доходящего до крайности. Священным Писанием, законом Божиим он уже осуждён. Но псалмопевец предупреждает о большем: Одождит на грешники сети, огнь и жупел, и дух бурен, часть чаши их (6).

Крайнее падение, нечестие человеческого рода вызывают и крайние действия Господа. При Ное Господь потопил грех водами, при Аврааме огонь с серой сошли с небес и попалили Содом и Гоморру.

Творец и Создатель может одождить – послать сверху на грешников сети, огнь и жупел, и дух бурен, часть чаши их. Даже эту часть человек не может вынести, а уж тем более – катаклизмы мирового масштаба.

Жизнь на земле основана на праведности Бога и Творца: Яко праведен Господь, и правды возлюби, правоты виде лице Его (7). Тут трижды повторяются однокоренные слова: праведен, правды, правоты. Так отсекается всякая возможность неверного, извращённого представления о Боге, будто бы Он жесток, может помиловать – и не хочет, применяет к людям меры, поражающие всякое воображение.

Пророк Давид не сомневается: всё, что было и будет в истории земли, идёт от правды Божией. Господь проявляет великую милость и долготерпение, но Он, Праведный, имеет полную власть над миром и всегда оставляет последнее слово за Собой. Бог воздаёт полной мерой тому, кто ничего не сделал, чтобы изменить к лучшему свой нрав, пресечь собственные злодеяния, кто вёл борьбу с добром.

Псалмопевец подчёркивает: Господь правды возлюби – любит правду и правоты виде лице Его – видит всё, что принадлежит вечной правде, Божественной жизни. Всё это будет очищено, переплавлено – и непременно сохранится. А то, что построено на лжи, обязательно уйдёт.

Из правильных, разумных слов, живых образов, которые рождаются в нас от чтения Священного Писания, размышлений над ним, молитв, – постепенно создаётся одежда души. Чем больше соберём мы этих богатств на земле, тем лучше, красивее будет одеяние нашей души.

Псалом 11

¹В конец, о осмей, псалом Давиду

²Спаси мя, Господи, яко оскуде преподобный, яко умалишася истины от сынов человеческих.

³Суетная глагола кийждо ко искреннему своему, устне льстивыя в сердце, и в сердце глаголаша злая.

⁴Потребит Господь вся устны льстивыя, язык велеречивый,

⁵рекшыя: язык наш возвеличим, устны наша при нас суть, кто нам Господь есть?

⁶Страсти ради нищих и воздыхания убогих ныне воскресну, глаголет Господь, положуся во спасение, не обинюся о нем.

⁷Словеса Господня словеса чиста, сребро разжжено, искушено земли, очищено седмерицею.

⁸Ты, Господи, сохраниши ны и соблюдеши ны от рода сего и во век.

⁹Окрест нечестивии ходят, по высоте Твоей умножил еси сыны человеческия.

Здесь мы снова встречаем надписание псалма: В конец, о осмей, псалом Давиду (1) – в конец, на восьмиструнном инструменте, псалом Давида. Что значат эти так часто повторяющиеся в надписаниях слова – в конец?

Некоторые толкователи предполагают, что тут подразумевается конец мира. Но, мне кажется, мы имеем дело с уточнением, касающимся богослужебной практики.

Чтение Псалтири имеет очень глубокие – тысячелетние традиции. Она всегда была достоянием народа Божия. Но приходили времена, когда употребление Псалтири терялось, менялось – и возвращалось вновь. Тогда выстраивался новый порядок её прочтения – как богослужебной книги, и над некоторыми псалмами делали пометки, что их следует читать не в начале, а в конце.

Спаси мя, Господи, яко оскуде преподобный, яко умалишася истины от сынов человеческих (2). Когда возникает опасность гибели или приходят сильные испытания, человеческая душа прежде всего обращается к Богу: Спаси мя! Апостол Пётр стал тонуть – и сразу закричал: «Господи! спаси меня!»¹¹⁴. Величие Божие проявляется в этих словах: спасает только Сам Творец и Создатель – Тот, Кто имеет всемогущество, любовь и власть это делать.

У каждого из нас вырывался из души подобный вопль. И всегда он принимается Богом. Священное Писание открывает: изначально было определено, что в наш мир придёт Спаситель, обетованный Мессия. Его ждали, чаяли все народы земли, и особенно – народ Израильский.

Евангельское Благовестие начинается с того, что Архангел Божий говорит Деве Марии: «Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя», «и вот, зачнёшь во чреве, и родишь Сына, и наречёшь Ему имя Иисус». Он будет Спасителем народов¹¹⁵.

Почему у псалмопевца Давида вырвался такой мощный вопль, подобный извержению вулкана: «Спаси мя, Господи»? Ответ даётся сразу же: оскуде преподобный. Чтобы это понять, пророку надо было пройти сложный путь, вникнуть в суть исторической и духовной жизни. Псаломская мысль Давида осталась на все века. В ней заключено подлинное Божественное ведение причин, по которым наступают войны, катаклизмы, другие тяжёлые обстоятельства: оскуде преподобный. В людях оскудело то, что всегда должно присутствовать, что делает человека – человеком.

Бог сотворил людей по Своему образу и подобию – и это неотъемлемо от нас. Каждый «образ есмь неизреченныя Твоея славы, аще и язвы ношу прегрешений», как поётся в церковном песнопении.

Подлинная, настоящая природа человека, вышедшая из рук Творца, создана «хорошо весьма»¹¹⁶. Бог определил: смысл нашей жизни – через постоянный труд раскрывать в себе богатство Божественной природы. Выполняя волю Господа, мы приближаемся к Нему, приобретаем преподобие – подобие Божие.

Целый сонм преподобных отцов, матерей прославлен Церковью. Они чтили Бога, полностью посвятили себя призванию, которое Творец изначально определил человеку, весь ум направили на исполнение Его заповедей, не связывали себя никакими преходящими мирскими вещами. И потому стяжали небесное название преподобных – тех, кто глубже, больше других раскрыл в себе духовный образ человека. В них просиял Сам Бог.

Понимание, что оскуде преподобный, могло родиться только у того, кому Господь дал благодать осознавать призвание людей, смысл жизни. Пророк Давид видел: мало кто задумывается о своей Божественной природе и трудится над тем, чтобы образ Божий стал в нём движущей силой.

Священное Писание не раз отмечает, что человек или умаляет, или изживает в себе преподобие – Божественное достоинство. Разменивает его на временные, сиюминутные ценности. Уподобляется не Творцу и Создателю, а скотам, становится вровень с ними, склоняется к низшему в своей природе.

Дух Божий не может пребывать в том, кто уподобил себя животному. Оскудение носителей высокой духовности – это настоящая катастрофа для мира, ведь люди находят опору в жизни, глядя на примеры избранников Божиих – патриархов, пророков, праведников. Когда праведников становится мало, бытие наше теряет свой подлинный Божественный смысл.

Вспомним, как патриарх Авраам принял у себя Святую Троицу – в виде трёх путников. Земля тогда вопила к Богу о крайних беззакониях, развращённости людей – и Творец сошёл в наш мир, чтобы убедиться в этом. Господь решил стереть грешников с лица земли. Но патриарх Авраам, желая спасти их, стал просить Его: «Неужели Ты погубишь и не пощадишь города сего ради пятидесяти праведников в нём?» И Господь обещал, что пощадит. Тогда патриарх начал уменьшать число праведников: «Может быть, найдётся там сорок пять? тридцать? двадцать?» И Бог обещал помиловать город даже ради десяти. Но на земле оставалось всего две семьи праведников – Авраама и его племянника Лота. И Господь истребил Содом и Гоморру¹¹⁷.

Божественная воля, которая привела в бытие наш мир, заложила в него Свои основы и свойства. Когда умаляются эти бессмертные, вечные силы, обновляющие саму нашу природу, в людях гаснет Божественный свет, иссякает Божественная энергия в сердце, душе, мыслях: яко умалишася истины от сынов человеческих. Сыны человеческие – простые народы – теряют истину и идут тем путём, который сами себе определяют, не ведая, не зная своего Творца и Создателя, Его святой воли. И человек превращается в обывателя, хотя в изобилии имеет неисчерпаемый дар природного богатства. И умаление происходит перед лицом Божиим.

Этот псаломский стих – всеобъемлющий. Он объясняет, почему ведение пророка Давида приводит к такому необыкновенному воплю: спаси мя, Господи! Его окружают люди, которые ему дороги, но их образ жизни не соответствует ни замыслу, ни благой воле Творца.

Дальше пророк раскрывает, как происходит умаление людей: Суетная глагола кийждо ко искреннему своему: устне льстивыя в сердце, и в сердце глаголаша злая (3).

В отличие от всех живущих на земле, человек имеет Божественный дар слова – поистине неоценимый, открывающий духовную сторону нашей жизни. Слова духовного человека сразу заметны: в них нет суеты. Суетность – признак внутренней опустошённости. Суетное слово – пустое. В нём отсутствует жизненная правда и сила, оно похоже на сигналы животных. Причём обращено это слово ко искреннему своему – жене, мужу, детям, внукам… К людям, которым человек передаёт самое главное – то, чем должны жить настоящие и будущие поколения.

Суета крутится, вертится, но ничего подлинного не создаёт, душу духовно не насыщает – и начинает прикрываться каким-нибудь подобием правды. Вместо настоящих, творческих, живых слов человек произносит формальные речи, иногда – приятные для слуха, но всегда – пустые. И происходит подмена: не имея настоящей жизни, он обманывает других, распространяет ложь.

Устне льстивыя в сердце. Устами называется орган, участвующий в произнесении слов. А устне – это чувства, мысли, рождённые в глубине сердца. Из сердца исходят лесть, обман, которые не соответствуют вечным законам, заповедям Творца.

Под лестью всегда таится внутреннее нерасположение: человек скрывает, что у него в глубине, а там в сердце глаголаша злая. Из осквернённого источника вытекает вода, не годная для питья. Злое сердце источает зло.

Дальше псалом показывает, как относится сам пророк Давид к распространению, умножению зла: Потребит Господь вся устны льстивыя, язык велеречивый (4).

В Евангелии Спаситель определённо говорит: «…за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда…»¹¹⁸. А если слова, как поток, выливаются из лукавого, злого сердца? Эта клевета отравляет жизнь. Человек привыкает к ней, чувствует силу даже пагубного слова. Старается в своих словах превзойти других – и начинает думать, будто делает что-то великое.

Язык велеречивый возвышает сам себя, ощущает всесильным, стремится воздействовать на окружающих – и подчинить их, заставить выполнять свою волю. Это приносит много страдания, горя, люди впадают в крайнее бедствие.

Господь потребит — истребит хвалящих, превозносящих себя. А ведь они могли бы исцелиться: «Что же я так далеко зашёл? Вместо правды выбрал ложь, начинаю превозноситься?»

Пророку Давиду были известны люди, самовозвышение которых доходило до дерзости, безумия. Они не сомневались: язык возвеличит их, позволит преуспеть в строительстве очередной вавилонской башни. В Ветхом Завете эту башню хотели возвести до неба, чтобы показать, насколько высоки, совершенны её строители, их знания, наука¹¹⁹.

Рекшыя: язык наш возвеличим, устны нашя при нас суть, кто нам Господь есть? (5). Человек понимает: нет ничего выше дара слова – ни у него, ни у других людей, ни у народа. Но, к сожалению, обладающие этим даром часто не отдают себе отчёта в том, как использовать его на благо.

Устны нашя при нас суть, кто нам Господь есть? Им кажется: никто не закроет их уста, не ограничит возможности. Уже и «наука» разработана, как воздействовать словом «на массы». Этим разработчикам видится, что они всемогущи: кто нам Господь есть? Нет Его для них! Так проявляется крайняя степень самообольщения.

Пророк Давид рисует пронзительную картину: оскудели разум, благочестие, добро – всё, что дал человеку Бог. В суете, льстивости, превозношении люди потеряли чувство, что Творец – над всеми, Он определяет пути природы и человека.

И Давид говорит, выражая саму суть жизни: Страсти ради нищих и воздыхания убогих, ныне воскресну, глаголет Господь, положуся во спасение, не обинюся о нем (6). Создатель всегда видит страдания нищих, слышит вздохи убогих. И псалом пророчески, мессиански открывает: Бог уже определил, что пошлёт Своего единородного Сына для спасения людей от греха, омрачённости, от уподобления скотам и даже демонам. Не изменит этого твёрдого установления – не обенюся о нем – и явит Себя в Божественном желании спасти мир из безнадёжного состояния.

А дальше царь Давид прославляет слово Божие: Словеса Господня, словеса чиста, сребро разжжено, искушено земли, очищено седмерицею (7). Этот стих одиннадцатого псалма часто повторяется в Священном Писании, когда объясняется, что такое слово Божие: оно дороже, чем самые очищенные драгоценные металлы. Чем больше их переплавляют, пережигают в горниле, тем меньше в них примесей.

Слово Божие никаких земных примесей не имеет. Этот образ прост – и необычайно силён. Слово пророков в Ветхом Завете или слово Самого Бога в Новом Завете превыше всех энергий, света. Напрасно на земле уста льстивые, глаголы злые, язык велеречивый начинают примешивать к нему свою греховную ложь. Перед огненным Божественным словом она ничего не значит. Брось солому в огонь – и даже пепел развеется.

Ты, Господи, сохраниши ны и соблюдеши ны от рода сего и во век (8). Эти стихи стали в Церкви прокимном и поются на богослужении.

От какого рода Давид просит его сохранить? Христос говорит в Евангелии, что диавол есть отец лжи, всякая ложь исходит от него¹²⁰. Люди, которые не хотят внимать слову Божию, могут попасть под диавольское обольщение.

Пророк молится и просит Творца уберечь его от крайнего ожесточения, когда люди в безумии задают вопрос: «Что нам Бог? Язык наш с нами, в сердце – зло, никто нас не ограничит!» Это слово Давид обращает к тем, кто хочет сохранить в себе стремление к преподобию.

Окрест нечестивии ходят: по высоте Твоей умножил еси сыны человеческия (9). Какие интересные образы! Каждое слово – ёмко, глубоко.

Сын царя Давида премудрый Соломон писал, что всё – суета сует, ничего нового нет под солнцем¹²¹. Это относится к бытию языческих народов, не приобщённых к высшему знанию, постижению Своего Создателя, Его заветов.

В естественной природе нет никого и ничего выше человека, хоть и падшего. Он воспроизводит сам себя в последующих поколениях, из рода в род сохраняет те же нормы жизни. Нечестивии ходят по этому замкнутому кругу – от рождения до смерти. Не могут сойти с орбиты незнания, неприятия высшей духовной жизни. Ничего нового не в состоянии себе представить.

А настоящая жизнь, исходящая от Бога, подобна движению света. Бог – свет, Он дал толчок – и световой поток идёт, не останавливаясь, не возвращаясь назад, постоянно рождая новую жизнь.

По высоте Твоей умножил еси сыны человеческия. Что это за высота? Она неизмерима: Христос называл Себя Сыном Человеческим – с большой буквы¹²².

Обращаясь к первому человеку, Господь сказал: «плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею»¹²³. Его слово никогда не потеряет силы. Проходят столетия, тысячелетия. Род человеческий всё умножается: больше семи миллиардов людей живёт сейчас на земле.

Если человек стоит у подножия горы, ему открывается горизонт на одном уровне. Поднимается вверх – и границы видимого расширяются. А космонавты летят так высоко, что видят всю нашу Землю.

Бог – ещё выше: Он над всем и всеми, жизнь Его мы совершенно не можем себе представить. Там, в Божественной полноте, по Своей высоте умножает Господь человеческий род. Проходит всего одно поколение – и миллиарды людей переселяются в мир иной. Словно капля воды падает – и исчезает в океане.

Над этим псалмом, как раньше говорили в народе, надо замереть: он открывает грандиозную картину. Отчего возникает неведение, гордыня? Оттого, что человек отрывается от Первоисточника жизни, не понимает, не хочет признать: мы живём только потому, что в нас есть неуничтожимый образ Божий.

Люди надеются на что-то внешнее, впустую используют высокие дары мысли, слова, разума, чувства. Говорят: «Бог, если Он есть, пусть стоит в стороне!» Но такие представления абсурдны, они возникают от душевной пустоты, омрачённости. Создатель являет людям Свою силу – и особенно поражает нас дар слова: как оно рождается, очищается, подводит человека к Источнику жизни.

Земные ценности обычно сводятся к драгоценным металлам – золоту, серебру. Из-за них разгораются страсти, бушуют войны. И вдруг через одиннадцатый псалом к нам приходит напоминание: слово Божие – дороже всего, оно всё превосходит. Его надо хранить в себе – и тогда в этом сердечном горниле рождается сильное движение души к вечности, возвращается всё то, что делает человека человеком.

Мы прилагаем мало сил, не стремимся уподобиться Богу. А смысл нашей жизни – нести в себе живое подобие Ему.

Псалом 12

¹В конец, псалом Давиду.

²Доколе, Господи, забудеши мя до конца? Доколе отвращаеши лице Твое от мене?

³Доколе положу советы в души моей, болезни в сердце моем день и нощь? Доколе вознесется враг мой на мя?

⁴Призри, услыши мя, Господи Боже мой, просвети очи мои,

⁵да не когда усну в смерть, да не когда речет враг мой, укрепихся на него.

⁶Стужающии ми возрадуются, аще подвижуся.

⁷Аз же на милость твою уповах, возрадуется сердце мое о спасении Твоем, воспою Господеви, благодеявшему мне, и пою имени Господа Вышняго.

С вопросов начинается этот псалом: Доколе, Господи, забудеши мя до конца? Доколе отвращаеши лице Твое от мене? Доколе положу советы в души моей, болезни в сердце моем день и нощь? Доколе вознесется враг мой на мя? (2–3).

Несколько раз повторяет пророк Давид: Доколе? Обычно даже один повтор мы ощущаем как усиление смысла. А тут их – четыре! И это сразу задевает струны нашего сердца: значит, происходит какая-то тяжелейшая борьба. И по существу, Давид вопрошает Господа: «Когда я почувствую, что Ты – со мной? И это будет означать, что Ты никогда не оставлял меня».

Здесь идёт не та обыкновенная брань, которая бывает в жизни каждого человека или общества. Нам ведь приходится защищать свои интересы, вести войны. Брань пророка Давида – духовная. Она невидимая, внутренняя, но по мощи и интенсивности превосходит любую другую борьбу. Всё, что совершается в нашем духе, гораздо сильнее происходящего с телом. Во-первых, это трудно выразить, а во-вторых, оно крайне напряжённо переживается телесной природой.

К тому же духовная брань продолжается долгое время. Противостоящие стороны тут – сам пророк Божий Давид и те, кого он обозначает как «враг мой». Если у Давида случались конфликты с конкретным лицом – принадлежащим к его роду или роду царя Саула, – то в псалмах чаще всего указывалось имя. Но здесь нет имён, и мы понимаем: ведётся брань, в которой задействованы все духовные силы человека – разум, воля, душа.

Борьба развивается, достигает кульминации. Наступает предел всех возможностей. Царь Давид видит: ведут эту брань падшие ангелы – и человек не может их победить. Они хоть и падшие, но имеют природу духовную, а не телесную. Противостоять духам способен только тот, кто вооружён Божественной силой, имеет веру, понимание, сведущий ум, который открывает: это состояние, обычно не свойственное тебе, означает, что сейчас ты переживаешь брань.

Когда мы смотрим соревнования спортсменов, нас всегда удивляет их воля к победе. Вся жизнь, все силы людей направлены на то, чтобы одолеть соперника. Иначе какой смысл в этой борьбе?

А в духовной брани ни один человек не может себе представить, что победит противника, имеющего преимущество по самой своей природе, силе, ловкости, хитрости. Поэтому на брань во имя Господне духовные люди всегда идут, призывая Бога. Им необходимо чувствовать уверенность, получить знамение от Господа: «Не бойся, по воле Божией ты не окажешься в бедственном, беззащитном положении».

Вспомним, как юноша Давид выступил на поединок с богатырём Голиафом¹²⁴. Это был решительный момент. По тогдашним представлениям, от результата их битвы зависел исход войны. Чей боец одолеет, та сторона и будет победительницей. И не нужно сражаться целому войску, погибать тысячам людей.

Филистимляне спрашивали, кто с израильской стороны выйдет сразиться с Голиафом. Но такого смельчака не находилось. А Давид был исполнен Божественной ревности. Что его ободряло? Конечно, вера и благодать Божия, которая действовала в нём и превышала всякое человеческое представление. Разве он мог думать, что у него больше физических сил, чем у филистимлянского богатыря? Конечно, нет.

Когда Голиаф увидел Давида, он начал насмехаться над ним: в руках у юноши была праща, выглядела она как палка. «Что ты идёшь на меня с палкой? Разве я собака?» – глумился богатырь.

Когда борцы встречаются на ринге, у них всегда бывает одна весовая категория. А тут – никакого равенства: гигант Голиаф – и по сравнению с ним маленький человечек Давид. Зато воодушевлённый, вдохновлённый, дерзновенный: во имя Господне выступает! Какая прекрасная картина!

И тот, кто возносился, насмехался, говорил, что пристукнет, придавит юношу своей огромной лапой, вдруг падает замертво. Давид победил – и филистимляне побежали. Поняли: с Израилем – Бог. Если один человечек взмахом руки повалил такую гору, то победа явно идёт свыше. И сам Давид ощущал: с ним Господь.

А в двенадцатом псалме у Давида нет этого чувства. Ему кажется, что он оставлен один на один с сильнейшим противником, превосходящим его во много раз. Конечно, Давид настроен решительно, он не отступит. Отступать нельзя! Как только сделаешь шаг назад, знай, что ты уже побеждён. И в этой напряжённой ситуации, когда по ощущениям сила духовная его оставила, у Давида вырывается крик к Господу: Доколе? Как это может быть? Ведь он молит Бога, несёт эту брань во имя Его, готов постоять до конца, жизнь отдать – и не чувствует присутствия Создателя, словно забыт Им.

Пророк Исаия провозглашал от лица Господа: если мать тебя забудет, то Бог не забудет¹²⁵. Эти слова вдохновляют, укрепляют человеческий дух. А у Давида – совсем иные ощущения: Доколе, Господи, забудеши мя до конца? Вот он – конец: пророк стоит перед грозным, могучим врагом.

В летописи Оптиной пустыни я читал историю, которая произошла с одним послушником – ещё при жизни преподобного Амвросия. Послушник этот был молитвенным, богобоязненным, прилежным. И вот поздней ночью к нему зримо, видимо пришёл падший дух. Послушника обуял такой страх, что передать невозможно, он стал призывать Бога, Царицу Небесную, старца Амвросия. Чувствовал: сейчас этот дух его раздавит, как букашечку.

Но всё закончилось – и, чуть только забрезжил свет, послушник побежал к старцу Амвросию. Постучал к нему в дверь, а тот говорит:

– Ты знаешь, кто сегодня у тебя был? Тысяченачальник (тот, у кого в подчинении – тысячи падших ангелов!). Обычно те, к кому он является, не остаются живыми. Но я уже знал об этом посещении – и молился о тебе.

Послушник понял, что был защищён не своей силой, а благодатью Божией и молитвой старца.

И у царя Давида тоже появился страх. Но боится он не за свою жизнь. Пророк в ужасе от того, что Бог его оставил, забыл, исключил из числа Своих верных служителей.

Примерно так описывали духовную брань и христианские святые. Антоний Великий в моменты особого напряжения тоже думал, что Бог оставил его.

Пророк Давид спрашивает: Доколе отвращаеши лице Твое от мене? В другом псалме он говорит, что постоянно ощущает присутствие Творца: «Егда воззвах к Нему, услыши мя»¹²⁶. А здесь – всё не так. И пророк думает, что прогневил Господа: Доколе положу советы в души моей, болезни в сердце моем день и нощь?

Положу советы – то есть предамся размышлениям, умным исследованиям: что же произошло? Неужели это конец? И тогда Давид погибнет, исчезнет с лица земли.

День и нощь – день и ночь, не прекращаясь, длится это непостижимое противостояние, от которого измучена душа, всё в ней перегорает, чает только одного: когда же кончится боль?

В моменты сильного физического страдания мы сосредоточены на том, как его преодолеть. А когда человеку ещё угрожает сила, которая хочет его уничтожить? Противник стоит перед Давидом, как когда-то Голиаф: великий, могучий, уверенный в себе. И тут – двойная тяжесть. Пророк чувствует, что слабеет: Доколе вознесется враг мой на мя? То есть будет превосходить – и это кончится позором, поражением.

Христос в Евангелии рассказывает притчу о том, что человек должен заранее предполагать, на что он идёт. Царь, которому предстоит война с другим народом, обязан понять, силён ли он с десятью тысячами бойцов противостоять двадцати тысячам. И если убеждается, что у него нет преимуществ, спешит заключить мир с противником. Потери от войны будут непоправимо велики, да и сам властитель может оказаться в плену¹²⁷.

Давид просит Создателя: Призри, услыши мя, Господи, Боже мой, просвети очи мои, да не когда усну в смерть, да не когда речет враг мой: укрепихся на него (4–5). Пророк чувствует как бы бездействие Творца, нежелание вернуть ему ту силу благодати, которая всегда была с ним.

В духовной брани решительное действие принадлежит разуму – и о нём молится пророк: просвети очи мои. Именно наш просвещённый разум заключает в себе образ Божий. Тяжёлая борьба и боль, о которых вопил Давид, могли притупить или совсем отключить разум. А ведь исход духовной брани зависит именно от его состояния: разум смотрит вперёд, оценивает слабости противника, замечает поддержку Божию.

Да не когда усну в смерть. Давид ведёт именно духовную брань, и, если уступит в этой решительной схватке, его предадут смерти. А в представлении людей Ветхого Завета, смерть – это уход в небытие, сон. Вспомните, как царь Саул переоделся в простую одежду, тайно пришёл к волшебнице и попросил её вызвать дух пророка Самуила. Тот появился – и сразу возникает впечатление, что он только-только проснулся: «Для чего ты тревожишь меня? Зачем? Я жду утра новой жизни, оно охватит всех нас, а сейчас рано меня тревожить». При этом пророк чётко ответил Саулу: «Ты отвергнут Богом – и никто тебе не поможет»¹²⁸.

Трезвый, бодрый разум прямо соединяет нас с Богом. И Давид просит просветить его разум, чтобы из человека мудрого, решительного он не превратился в того, кто засыпает, уходит в иной мир.

Да не когда речет враг мой: укрепихся на него. Если в духовной брани побеждает лицо, вооружённое верой, благочестием, Божественной силой, это служит мощным примером для других, воодушевляет множество людей. Но вдруг победу одержат силы зла? Что тогда будет? Значит, праведник не способен устоять – даже если он с Богом? И демоны почувствуют, что могут победить своих противников: укрепихся на него. Скажут, что укрепились.

Почему падшие духи так враждуют с человеком? Они видят в людях тех, кто в ином мире заменит их, отпавших от Бога. Об этом свидетельствовали святые отцы. А в Евангелии Христос говорит о Себе: Сын Человеческий пришёл спасать одну заблудшую овцу. Вся необъятная вселенная – это как бы девяносто девять овец, а человечество – всего одна. И воля Божия такова, чтобы никто не погиб¹²⁹.

Стужающии ми возрадуются, аще подвижуся (6). Ведущие брань с пророком Давидом – стужающии – обрадуются, если он поколеблется, засомневается, почувствует малодушие или даже подумает: «Разве человек может противостоять этой духовной силе?»

Сдвинуться, отклониться от Божественных, бытийных основ – значит признать победу врага. И Давид молит Господа, чтобы падшие духи не одержали верх, чтобы Божия благодать в человеке – побеждала.

А дальше происходит перелом: Аз же на милость Твою уповах. Возрадуется сердце мое о спасении Твоем, воспою Господеви, благодеявшему мне, и пою имени Господа Вышняго (7). В псалме обозначена линия перелома, а как он произошёл – осталось тайной.

Перед вознесением Спаситель сказал апостолам: «Я с вами во все дни до скончания века»¹³⁰. Бог никогда не оставляет сотворённый Им мир и Своё любимое создание – человека. Нет ни одного из нас, кто не подвергался бы испытаниям, искушениям, болезням – самым невообразимым. И если люди направляют волю на преодоление их, остаются тверды в убеждениях, Бог всегда даёт им незримую победу. Она приходит внезапно – так же, как у пророка Давида. Только что он боялся, как бы ему не подвинуться, не отступить перед лицом врага – и вдруг начинает замечать: ситуация изменилась, противник в растерянности, нерешительности.

В описаниях великих сражений нас поражает, как вдруг появляется лёгкий намёк на то, что одна из сторон слабеет: правый фланг стал чуть-чуть теряться и отступать. Это первый признак: наступает победа. Тогда все силы устремляются на слабое место врага. Потом читаешь – и удивляешься: тысячи вооружённых воинов оказались в плену. И судьба их решилась на небольшом пространстве, где дрогнули люди.

Так и в духовной брани. Бог посетил Своего верного служителя – и теперь Давид выражает совсем другие чувства. Он всегда надеялся на Господа: аз же на милость Твою уповах. И псалом описывает состояние победителя: возрадуется сердце мое о спасении Твоем.

Спасение – в Боге, и Спаситель – Бог. Это главное, что открывается человеку, прошедшему тяжёлую брань. Пророк Давид радуется, что Творец явил Себя, что спасение – от Него.

Воспою Господеви, благодеявшему мне, и пою имени Господа Вышняго. Тут уже из сердца, измученного, страдавшего, но победившего, изливается благодарная песнь Богу благодеявшему, никогда не оставляющему человека.

Воспеть – это первое ликующее проявление победы. Пророк Давид испытывает живое, радостное, светлое чувство благодарности и преданности Богу.

Иногда кто-нибудь из прихожан говорит мне: «Батюшка, а я, наверное, уже хорошего уровня достиг: молюсь, посты соблюдаю, в храм хожу, пить перестал…» Спрашиваю его: «А искушения несёшь благодушно?» И рассказываю такую историю.

К одному старцу пришёл хороший, порядочный, молитвенно настроенный человек и спросил: «Есть ли какой-то очевидный признак, по которому можно определить, что человек духовно растёт?» Старец ответил: «Есть. Наш духовный рост идёт правильно, когда мы переносим брани, искушения, испытания с мужеством, терпением, благодарностью».

Наши современники часто приходят к выводу, что Бог познаётся на войне. Даже утверждают: «Там нет неверующих». Это очень сильные, правильные слова. Когда мы просто живём, наша мысль редко обращается к самому главному – к вечности, правде Божией. Люди отдаются потоку жизни, тому, что приносит нам окружающий мир. Сам по себе он благ – и дан во благо человеку, чтобы мы были счастливы в нём.

А брани открывают нам всепобеждающую силу Божию, всеприсутствие Создателя. Господь неизменен – в Своих словах, законе. Надеющиеся на Него никогда не будут оставлены. Двенадцатый псалом это утверждает, учит нас самопознанию, покаянию.

Псалом 13

В конец, псалом Давиду.

¹Рече безумен в сердце своем: несть Бог. Растлеша и омерзишася в начинаниих: несть творяй благостыню.

²Господь с Небесе приниче на сыны человеческия, видети, аще есть разумеваяй или взыскаяй Бога.

³Вси уклонишася, вкупе неключими быша: несть творяй благостыню, несть до единаго.

⁴Ни ли уразумеют вси делающии беззаконие, снедающии люди моя в снедь хлеба? Господа не призваша.

⁵Тамо убояшася страха, идеже не бе страх, яко Господь в роде праведных.

⁶Совет нищаго посрамисте, Господь же упование его есть.

⁷Кто даст от Сиона спасение Израилево?

⁸Внегда возвратит Господь пленение людей Своих, возрадуется Иаков и возвеселится Израиль.

Знакомство с тринадцатым псалмом было очень важно для меня, когда я вставал на путь веры. Происходило это во времена воинствующего атеизма – и всякое слово о Боге считалось запретным, а свобода антирелигиозной пропаганды воспринималась как нечто само собой разумеющееся. В книгах, журналах, газетах писали, что Бога нет, а вера – пережиток прошлого. Унизительные разговоры о религии происходили в школах, семьях.

Атеизм считался не просто духом времени, а чуть ли не результатом самых высоких научных достижений. Его даже называли «научным», включали в программы всех высших учебных заведений. Но какая там наука! Это были безосновательные, смешные рассуждения. Однако заявить, что Бога нет, считалось нужным и важным.

Бесконечная полемика велась в научных сферах. Только в этих академических кругах позволялось опровергать ложное представление о вере: «Как вы смеете утверждать, что достижения науки нашего времени выразились в появлении научного атеизма? Ведь уже в древности, за много веков до нас, сказаны слова, которые свидетельствуют: атеизм был всегда. Среди миллионов людей обязательно находился кто-нибудь, кричавший: „А я не верю в Бога!“»

И дальше можно было сослаться на тринадцатый псалом: Рече безумен в сердце своем: несть Бог. Растлеша и омерзишася в начинаниих: несть творяй благостыню (1).

Псалмопевец Давид жил за тысячу лет до Рождества Христова. И человека, отрицающего Бога, называл безумным, потерявшим разум, здравый смысл, способность видеть мир в подлинном свете. Как можно сказать, что нет Основателя и Творца вселенной?

В годы борьбы с религией слова псалма многим закрывали уста. Люди чувствовали несостоятельность лозунгов, что верить в Бога – плохо, что всё в жизни – ясно и понятно.

Когда формировался атеизм, множество мыслителей, особенно религиозных, как раз занимались проблемами «оправдания Бога». Называлось это направление – теодицея. В любой научной работе: философской, исторической, археологической, физической – везде находились утверждения: обязательно должен быть Тот, Кто создал этот мир и его твёрдые, постоянные законы.

Богословская наука апологетика тоже ставила задачей защитить религию, остановить несправедливое, огульное отрицание её как явления, которому не должно быть места в жизни. Апологеты разработали много интересных философских, умозрительных теорий. Первое теологическое доказательство существования Бога – это то, что в мире всё имеет свою причину. И если рассмотреть эти причины по порядку, мы обязательно вернёмся к Первопричине. А Первопричину учёные называли по-разному: физики, например, первым двигателем, или первоисточником.

О том, что Бог есть, писали учёные мирового значения. Немецкий философ Иммануил Кант признавался: «Две вещи поражают моё воображение: звёздное небо над головой и нравственный закон внутри нас». Он выдвигал нравственное доказательство существования Творца: человек так устроен, что в нём присутствует религиозное чувство.

В России Павел Флоренский (тогда он ещё не был священником) выпустил книгу «Столп и утверждение истины». С религиозно-философской точки зрения учёный рассматривал, на каком основании вера в Бога была и будет.

Но перейдём к псалму. Как это свойственно истинам, о которых говорит Господь, они не касаются вещей второстепенных, а сразу попадают в «десятку» – в самый центр: Рече безумен в сердце своем: несть Бог. Все явления тут названы своими именами и даже дан ответ на вопрос: «Откуда появляется атеизм?»

Это действительно безумие – не видеть, не чувствовать, не переживать присутствие Творца в мире: Его прославляет вселенная. «Всякое дыхание да хвалит Господа»¹³¹ – и вдруг одураченный, ослеплённый человечек заявляет, что Создателя нет.

Рече безумен – суровое, но правдивое определение: отрицание Бога рождается у безумца. И он не просто говорит, а в сердце своем. Во всех религиях считается, что через сердце мы постигаем Создателя. Не столько разум, сколько сердце способно почувствовать Его. Поэтому оно называется оком, которое зрит Бога.

Слово пророка – вещее и сказано в Духе Святом. Духовные понятия тут выражены очень точно. Человек становится безумным не в тот момент, когда произносит пустые фразы, а когда его сердце перестаёт ощущать Премудрость Божию, которую отражает в себе весь мир.

Дальше в псалме раскрывается, от чего может появиться в сердце человека мысль, что Творца не существует: Растлеша и омерзишася в начинаниих: несть творяй благостыню. Эти слова повторяют Библию: «И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло…»¹³².

Первый допотопный мир пришёл к крайнему омрачению, безумию. Всё духовное изжилось в нём, даже не принималось во внимание. Бог воззрел на это, увидел человеческое растление и послал на землю потоп.

Люди омерзишася в начинаниих. Каких? Начало всего – мысль. Она рождается из сердечных глубин и усваивается нашей духовной природой – разумом. Сердце принимает идею, представление, а разум потом исследует, рассматривает: так это или иначе?

В псалме названа причина: к неверию, отрицанию Бога человека приводит распущенная жизнь. Она проявляется в разных мерзостях, вызывает ощущение потерянности. Если люди воспринимают это как нечто им свойственное, присущее, то внутренне отсекают себя от полноты духовного мира, начинают высказывать всякие безумные слова, бредовые идеи.

В таком состоянии несть творяй (нет творящих) благостыню. Благостыня – это добрые дела, стремление строить жизнь по нормальным принципам, соответствующим званию и достоинству человека. Псалом подчёркивает: никто даже не задумывается о том, что надо делать добро, сознательно внедрять положительные, высокие основы в личную и общественную жизнь.

Господь с Небесе приниче на сыны человеческия, видети, аще есть разумеваяй или взыскаяй Бога (2). Во времена Авраама всеобщее омрачение, как эпидемия, снова объяло мир. Тогда праведными оставались сам Авраам и его племянник Лот. Они хранили веру и жили по закону Божию.

Лот удалился в места, где жили содомляне и гоморряне. Авраам поддерживал родственные отношения с ним – и тоже поселился недалеко от этих мест.

Библия рассказывает, как Святая Троица в виде трёх путников явилась праведному Аврааму. Творец хотел передать людям Своё Божественное ведение состояния человеческого рода. «И сказал Господь: вопль Содомский и Гоморрский, велик он, и грех их, тяжёл он весьма: сойду и посмотрю, точно ли они поступают так, каков вопль на них, восходящий ко Мне…»¹³³.

В растлении люди дошли до крайности: не ценили достоинства личности, не принимали во внимание ни женский, ни мужской пол, ни детский возраст. Всё перемешалось в клубок мерзости и грязных отношений. Причём жители этих городов губили не только себя, но и весь мир, созданный Богом.

Авраам вопрошал Господа, пощадит ли Он Содом и Гоморру, если там найдётся хотя бы десять праведников. И Господь обещал пощадить. Но даже десяти праведников не нашлось. И с неба сошёл огонь, города погибли. На их месте сейчас Мёртвое море – как память о том, что здесь произошло.

Вси уклонишася, вкупе неключими быша: несть творяй благостыню, несть до единаго (3). Все уклонились, стали непотребными. Страшное состояние! И опять в псалме подчёркивается: нет ни одного праведника, никого, творящего добро.

Ни ли уразумеют вси делающии беззаконие, снедающии люди моя в снедь хлеба? Господа не призваша (4). Люди имеют в себе образ и подобие Божие, но забыли о Создателе. Жили по безумным прихотям извращённого сердца, поедая друг друга, словно хлеб. И того, кто оказался в их среде, они тут же растлевали, набрасывались на него, как звери.

Вспомним библейский эпизод, как Лот в Гоморре принимал двух путников – Ангелов¹³⁴. Городские жители требовали их выдать, чтобы подвергнуть насилию.

Пока человек помнит о Боге, обращается к Нему, он всё-таки находится в прямых отношениях с высшим духовным Началом, давшим бытие миру. А тут уже уста сомкнулись, язык замолчал, ничего живого в людях не осталось. Они полностью парализованы.

Тамо убояшася страха, идеже не бе страх, яко Господь в роде праведных (5). Казалось бы, человек уже почувствал себя «героем»: всё ему подвластно, всё он может определять и подчинять своей воле. Но вдруг люди, имеющие такое высокое мнение о себе, – подвергаются страхам. Где нет веры, там в сердце человеческом обязательно поселится суеверие. Где нет страха Божия, появится страх человеческий. Он возникнет подсознательно. Сама наша природа чувствует: одно мгновение – и мы можем исчезнуть.

Праведники имеют в сердце закон Божий. А неправедные – боятся, потому что материальный мир не открывает им ничего подлинно духовного: Господь в роде праведных.

У людей, ведущих недостойную жизнь, бывает расстроено воображение, у них мечтательное, нездоровое представление о себе и окружающих. Малейшее недомогание – и они уже одержимы страхом.

Совет нищаго посрамисте, Господь же упование его есть (6). Всегда, во все времена находятся люди, которые по обстоятельствам жизни оказываются как бы на периферии, на обочине. Вероятно, благодаря этому они морально и духовно сохраняются от всеобщей безысходности и потерянности, знают Бога. Окружающие, как правило, относятся к ним с непониманием и даже пренебрежением, презрением, осуждением.

Совет – это размышление, поиск правильного отношения к существующему порядку вещей. Нищий бедствует материально – и это ненормально, но в его суждениях проявляется здравость, способность верно оценить ситуацию. Совет нищаго отвергают люди, пришедшие к окончательному омрачению.

А сами обездоленные надеются на Бога: Господь же упование его есть. Творец остаётся их единственной опорой.

Внезапно псалом как бы взмывает вверх, возвышается: Кто даст от Сиона спасение Израилево? (7). Конечно, Сам Бог. Вероятно, это обращение Господа к людям: «Где вы видите пути, которые выведут вас из крайне бедственного состояния? Кто даст вам спасение?»

Издревле было известно, что оно идёт от Творца, только Он может спасти и спасает человека. Псалмопевец указывает тут на будущее пришествие в мир Спасителя. Через Своего Единородного Сына Бог даст человечеству полное знание Его воли.

Несмотря на страшную картину, изображённую в начале псалма, конец его звучит утешительно, как это обычно бывает у пророка Давида: Внегда возвратит Господь пленение людей Своих, возрадуется Иаков и возвеселится Израиль (8).

Конечно, эти слова обращены к людям, знающим закон Божий, и являются предупреждением: всякая мысль о неверии в Бога приводит человека к пагубным последствиям. И тем, кто готов в какой-то мере отступить или отойти от Господа, псалом напоминает, откуда идёт спасение.

Оно начинается, когда Создатель освобождает человека от пленения. И тринадцатый псалом является пророческим предсказанием, что Господь выведет Свой народ из вавилонского плена. Царь Кир скажет, что он повелевает израильскому народу возвратиться в свою землю, совершать поклонение своему Богу.

Это освобождение от пленения принесло людям большую радость, открыло возможность творчески трудиться, возрождать всё, что было разрушено во времена неверия, страшного отпадения от Бога.

Но пленение бывает и духовным, когда человек попадает в зависимость от падших ангелов, ведущих непрестанную брань с нами. И тогда оно выражается во внутренней несвободе: люди осознают её, но не имеют сил преодолеть. В такую зависимость могут попадать наш разум, чувства. Тогда происходит умаление веры, чуждые духовные силы обладают человеком. Но Господь освобождает и из такого плена.

Возрадуется Иаков и возвеселится Израиль. Иаков и Израиль – это, собственно, имена одного народа, но в них переданы разные духовные уровни людей: Иаков как патриарх Ветхого Завета находился под законом, а новозаветный Израиль будет под благодатью.

Тринадцатый псалом раскрывает вещи, существенно важные для человека. Даже при внешне благоприятных условиях, когда нам даётся свобода возводить храмы и устраивать свою христианскую жизнь, всегда остаётся внутренняя брань с духами злобы. Особенно сильно она проявляется, если человек примет хоть какой-то помысл о том, что Бога нет, или даже умалится его чувство, что жив Господь – и всё наполняется Им. Тогда мы можем потерять благодать – сокровенное единство с Богом. Часто это происходит незаметно, но тот, кто внимательно проводит свою духовную жизнь, чувствует: что-то случилось.

Бывает перспективное восприятие существующего, а бывает – интроспективное, обратное, когда как бы возвращаешься назад. Начинаешь разбирать, где и что произошло. И вдруг в каких-то тончайших переплетениях реакций, чувств, мыслей пока неосознанно зарождается ощущение: здесь я погрешил. Почему такой вывод? Потому что в тот момент потерялась внутренняя цельность, сила.

Начинаешь молиться: «Господи, если я даже неявно для себя допустил маловерие, отрицание Тебя, Ты меня прости! Я всегда Тебе верю». И невидимая грань преодолевается. Восстанавливается внутреннее единство с Богом и душевный мир.

Тринадцатый псалом показывает нам развитие внутренних состояний, которые мы не хотим иметь и никогда не одобрим. Помогает утвердиться в том, что Бог неизменен и всегда спасает нас.

Псалом служит серьёзным напоминанием: только разум, потерявший трезвение и бодрость, может склониться к представлению, что Бога нет. А кто тогда есть?

Псалом 14

В конец, псалом Давиду.

¹Господи, кто обитает в жилищи Твоем? Или кто вселится во святую гору Твою?

²Ходяй непорочен и делаяй правду, глаголяй истину в сердце своем.

³Иже не ульсти языком своим и не сотвори искреннему своему зла, и поношения не прият на ближния своя.

⁴Уничижен есть пред ним лукавнуяй, боящыя же ся Господа славит, кленыйся искреннему своему и не отметаяся.

⁵Сребра своего не даде в лихву и мзды на неповинных не прият. Творяй сия не подвижится во век.

В каждом псалме обычно присутствует несколько тем, а в четырнадцатом – и стихов немного, и все они об одном. Этот псалом очень цельный по содержанию. Он о том, кто достоин вечной жизни, Небесного Царства. И в самом начале идёт вопрос, удивлённое обращение пророка Давида к Богу: Господи, кто обитает в жилищи Твоем? Или кто вселится во святую гору Твою? (1). А дальше – ответ на эти вопрошания.

Мы часто размышляем о тех обителях, про которые Христос говорил ученикам накануне Своих страданий: «В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам. И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я»¹³⁵.

Эти слова Христа Спасителя удивительны! В сердце рождается тепло от такой Божией любви, заботы: «Иду приготовить место вам»! Какие же обители устроил Бог для жизни будущего века? Оказывается, они разнообразны – и свидетельства об этом мы находим у святых.

Духовная дочь святого праведного Иоанна Кронштадтского после его смерти видела такой сон: отец Иоанн и ещё один усопший монах-подвижник вместе шли в гору. Монах остановился:

– Господь определил мне обитать тут.

Иоанн Кронштадтский ответил:

– А мне надо ещё выше подниматься!

И продолжил путь вверх. Во сне не было открыто куда. Но жизнь отца Иоанна на земле всех поражала Божественной высотой и силой.

Вопрос пророка Давида: Господи, кто обитает в жилищи Твоем? – звучит похоже на то, как спрашиваем мы сами: «Господи, кто же будет в Царстве Небесном?» Сердце человека всегда хочет знать: кто вселится во святую гору Твою?

А ведь в древности горы были не только символом близости к Богу. В псалмах часто упоминается Сион. Сын царя Давида построил там храм – и гора эта стала называться святыней Господней.

В ветхозаветной и новозаветной традиции, у всех народов алтари для служения Богу воздвигались на высотах. Даже язычники для своих капищ выбирали возвышенные места. Поднимаясь в горы, люди становятся ближе к небу.

Кажется, прекрасные, мощные нагромождения гор мистически выходят из самых недр земли. В горах даже свет необычный: солнце чуть изменит положение – и сразу всё видится по-другому. Воздух прозрачен, звуки мощным эхом отражаются от каменных глыб. Устремляются вниз потоки рек. Какой же красивый мир!

Когда-то мы с моим духовным отцом схиигуменом Саввой (Остапенко) путешествовали по Кавказским горам – к тому месту, где была обретена глава Иоанна Предтечи. Шли от Сухуми через Команы. Время близилось к вечеру. А день в южных широтах сразу сменяется ночью – и скоро уже все тропинки исчезнут из глаз. Что будет?

Тут мы увидели какое-то подобие лежанок. Вероятно, лесники или жители рубили мелкий хворост и складывали сушить. На нём мы и расположились. А дело было осенью, погода стояла тёплая. Я прилёг – и услышал шум внутри. Среди прутьев было полно каких-то мошек.

Стемнело. Вдруг раздался вой.

– Неужели это шакалы? – спросил я отца Савву.

– Да, шакалы, – спокойно ответил он.

Мне это запомнилось на всю жизнь. Побывать в горах – значит получить богатые впечатления и внутренне очиститься. А когда над головой зажигаются звёзды, то словно открываются небесные обители.

Кто вселится во святую гору Твою? – спрашивает Господа пророк Давид. Не взойдёт на неё, а будет там обитать. Вселение предполагает переселение: нам придётся оставить землю, города, квартиры, полностью сменить условия жизни.

Так кто же? Прежде всего: Ходяй непорочен и делаяй правду, глаголяй истину в сердце своем (2). Непорочность – это чистота человека, не подвергшего порокам свою жизнь, сердце, мысли. Не принявшего грех как норму жизни – нечто само собой разумеющееся. Или верой, покаянием, добрыми делами преодолевшего наследие порока – от юности, невнимательности, беспечности, непонимания духовной жизни.

Легко омрачить свою Божественную природу одним дурным, беззаконным поступком – и в душе гаснет свет, в неё входит страсть. Даже на физическом уровне можно проследить, как она действует – и человек совершает грех, словно пьёт воду, теряет чувство Божественной правды.

Слово «правда» постоянно присутствует в псалмах. Оно выражает потребность нашего духа: делать правду – значит сохранять себя физически, душевно, духовно. Тот, кто отвергает её, не внимает ей, даже не замечает, как разрушается его духовная природа.

В наших делах, действиях правда проявляется как настрой. Юноши, сохранившие себя, не погасившие взыскующего духа, обязательно ищут правды, «пока сердца для чести живы» (А. С. Пушкин). И приближаются к познанию Того, Кто есть Источник истины.

Во времена «научного» атеизма один молодой человек решил никогда не лгать – ни в слове, ни в деле. Жить по правде. Казалось бы, всё просто и естественно: зачем лукавить? Но тут кто-то из близких спросил его: «Куда ты идёшь?» Он ответил: «В кино», – хотя шёл в церковь. И понял, что говорить правду ещё не готов, потому что придётся огорчать родственников, они начнут переживать: «Ты что, сумасшедший?!» И станешь преступником: сначала – для ближних, потом – для дальних. Чуть ли не «врагом народа».

Кристально жить ради правды – это большая высота. Если избегать лжи даже в словах, мыслях – уже будешь праведником. И человек непорочный всё-таки должен выстоять, осуществить правду – Божественную волю, жить и творить дела, созвучные ей.

Пророк Давид говорит, что в небесные обители вселится глаголяй истину в сердце своем. Истина – это внутренний Божественный свет, и она руководит человеком, чтобы не раздваивался в мыслях, словах, делах. Отец Иоанн Кронштадтский, обращаясь к священникам, утверждал, что им нужно истинствовать. Их слово должно быть созвучно слову Божию. А Христос говорит: «Я есть путь и истина и жизнь»¹³⁶.

Из сердца исходят мысли, настроения, переживания. Увидеть вечную, непреходящую истину, постичь её – уже счастье, а утвердить в сердце – великое дело.

Пророк Давид продолжает: Иже не ульсти языком своим и не сотвори искреннему своему зла, и поношения не прият на ближния своя (з).

Лесть, наверное, бывает у каждого на языке. Как сказал апостол Иаков, язык наш – это «прикраса неправды», от него зажигается адский огонь¹³⁷. Как же трудно не льстить, говорить прямо – по сердцу, справедливости, по любви к человеку! Но мы и услышать другого не готовы, даже просто послушать. Он ещё не высказался, а наши мысли опережают его, укоряют в ошибках, неточностях.

Лесть искажает единство, чистоту мыслей – и они часто не соответствуют слову. А ведь это результат одного и того же движения души! Но, пока человек собирается что-то произнести, к его мысли примешивается лесть, ему хочется возвысить или оправдать себя, усилить достоверность, угодить человеку – особенно вышестоящему.

Осуждение, превозношение, лесть приводят к тому, что прекрасные отношения рушатся. Недоброе слово обижает, даже убивает, приносит страдания. Как в пословице: «Мягко стелет, да жёстко спать». Хорошо, красиво вещает, но это коробит, унижает.

По сути, лесть – это тончайшая ложь, но она преподносится как правда. Мы можем клюнуть на неё, словно рыба на червячка. И тут же попадёмся на крючок. Чтобы сохранить себя от лести, требуется глубокое трезвение ума, желание, воля. Вот где выковывается внутренний человек! И блажен тот, кто не льстит языком своим, не приумножает ложь. Здоровый хлеб благоприятен для человека, укрепляет и веселит сердце. Так и чистое слово.

Пророк Давид перечисляет: в небесные обители вселится тот, кто не сотворит искреннему своему зла. Порой вся энергия людей направлена на то, чтобы причинить зло окружающим. Но Царство Небесное наследует тот, кто этого не делает и поношения не прият на ближния своя.

Христос объясняет нам: «из сердца исходят злые помыслы»¹³⁸. По зависти, ненависти, нелюбви люди начинают обвинять, втаптывать в грязь других. Цель такого поношения – уничтожить почитание, доверие, любовь, которые мы испытываем к ближнему.

Что бы ни говорили мне плохого о собрате священнике, духовных чадах или знакомых, слышать этого не хочу.

Уничижен есть пред ним лукавнуяй, боящыя же ся Господа славит, кленыйся искреннему своему и не отметаяся (4). Человек, имеющий духовный разум, может отличить ложь – от правды, заблуждение – от истины. А лукавнуяй (лукавый) хочет всё спутать, строит отношения с людьми по своей испорченности, неискренности. Даже не понимает: его поведение, слова, дела – очевидны.

С ним хочется прекратить разговор, отойти от него. И если отвечаешь за жизнь, поведение этого человека, постарайся поставить его на место. Такое неприглядное положение он создаёт себе сам.

Лукавый не принимает слов, действий тех, кто избрал путь правды, верит в Бога и благоговеет перед Ним: боящые же ся Господа славит. Боязнь праведника – это внутренний трепет, который обязательно приводит к возрождению души: если человек чтит Бога, он всё видит в правильном свете. И не меняется от унижений, клеветы.

Апостол Павел писал об этом: «Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сём надобно судить духовно»¹³⁹. Подобное познаётся подобным.

Кленыйся искреннему своему и не отметаяся. Бывают моменты, когда люди начинают в чём-то уверять других – и клянутся в этом. В древности клятва была очень распространена, даже считалась самым надёжным свидетельством. Христос отмечает это: «…и в законе вашем написано, что двух человек свидетельство истинно»¹⁴⁰.

Ещё в раю Бог, видя падение человека и нарушение Своих творческих замыслов о мире, сказал Адаму: «…проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от неё во все дни жизни твоей; тернии и волчцы произрастит она тебе»¹⁴¹. Эта клятва Божия навсегда связала людей, обрекла на тяжкий труд.

Клятва должна быть правдивой, иначе человек становится клятвопреступником, а это очень тяжёлый грех. Он до основания разрушает наше иерархическое устроение: мысль, слово, дело. И в Ветхом Завете тот, кто давал ложную клятву, подлежал суду. А люди тогда клялись и Богом, и жертвенником храма, и своей жизнью, поэтому Спаситель Христос запрещает нам клясться: «А Я говорю вам: не клянись вовсе…»¹⁴².

Пророк Давид утверждает в псалме: если кто-то поклялся – и это соответствует истине, значит, он достоин небесного жилища.

Искренний – тот, с кем человек единомыслен, связан родством, служебными отношениями, делами. Имеет общий настрой, идеи.

Кто ещё вселится на святую гору Господню? По слову пророка Давида, тот, кто: Сребра своего не даде в лихву и мзды на неповинных не прият. Творяй сия не подвижется во век (5).

Оказывается, кредиты, проценты появились задолго до капитализма. Нечто подобное было всегда – и об этом свидетельствует Библия.

Патриарх Авраам покупал землю для погребения супруги Сарры. Хетты, среди которых он жил, хотели отдать ему землю бесплатно: они чтили его. Но патриарх настоял на продаже – за четыреста сиклей серебра, чтобы сделка была прочной и показывала: здесь осуществляются высокие цели¹⁴³.

Человек заработал, стал богатым – и может платить за свои приобретения, а излишек денег – отдать в оборот. И кто-то другой построит дом, посадит виноградник или отправится торговать в иные страны. Но серебра, оказывается, нельзя давать под проценты – в лихву.

Часто ко мне приходят люди посоветоваться: «Батюшка, что делать? Нужно взять деньги в долг, но человек просит, чтобы я потом вернул их с процентами. Соглашаться?» Сейчас это – как нечто само собой разумеющееся.

Конечно, тот, кто нуждается, – возьмёт и под проценты! Но здесь отрицается воля Божия: даёшь кому-то деньги – и пусть он тебе возвратит столько же. Ты же ничего не потеряешь. А нажива на нужде другого – это лихва, лишающая Царства Божия.

В Евангелии Христос говорит: «Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся»¹⁴⁴. Но ни в коем случае не требуй лишнего! Зато в области духовной – всё наоборот¹⁴⁵. Господь раздаёт таланты – и ждёт прибыли. Смысл здесь такой: человек не должен быть бездеятельным. Мы обязаны трудиться над дарами, которые получаем от Бога, – и они непременно принесут плоды. Господь много вручает каждому человеку – и нам нельзя закапывать в землю дары благодати, терять их, не воздавать должное Создателю.

И мзды на неповинных не прият. О какой мзде говорит псалмопевец? Всегда, во все времена, во всех народах и государствах возникали споры, раздоры – и люди шли к судьям. А те имели власть за мзду скрыть какие-то обстоятельства, ложно описать ситуацию – и вынести несправедливый приговор, оправдать виновного.

Но взятки, мздоимство – недопустимы. Ещё в Ветхом Завете за этим строго наблюдали. Продажные судьи считались людьми безбожными – нарушителями закона Господня.

Четырнадцатый псалом завершается такими словами: Творяй сия не подвижется во век. Если человек соблюдёт всё, перечисленное в псалме, он не приклонится ко злу, клевете, лести, корысти. И будет в духовном плане как некий столп, утверждённый в правде Божией, достойный, приятный Господу.

Каждый псалом вписывается в общий строй Священного Писания. А четырнадцатый – во многом предваряет заповеди блаженства, которые Христос открыл людям в Новом Завете с большой силой, ясностью, уже на другом уровне. В Нагорной проповеди Спаситель говорит: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное». Блаженны плачущие, кроткие – они наследуют землю, но уже обетованную. Блаженны алчущие и жаждущие правды, милостивые, чистые сердцем, миротворцы, изгнанные за правду – им приготовлены вечные обители у Бога¹⁴⁶.

Нам важно почувствовать созвучие разных эпох. Дух Божий в древности уже готовил людей к осознанию того, что человек достоин небесных обителей. Жилище для него устроено на высоких горах.