Kitobni o'qish: «Жизнь в разуме»

Пролог

-Привет, брат, – сказал Игорь, подойдя к барной стойке.

Я кивнул, не отрывая взгляд от полупустого стакана с виски, слушая как, кусочки льда звенят об стенки стакана, когда я кручу его.

–Дело дрянь, да?

Я снова кивнул, не отрываясь от стакана.

–Я в тупике, Игорь. Она ведет себя, так как будь то ничего и не произошло. Врачи говорят, это защитная реакция мозга и если ей рассказать все в лоб, так как оно есть, она просто слетит с катушек. А меня это медленно, но верно убивает. Иногда мне кажется, что это я схожу с ума, а не она. Я просто не знаю, что и делать. – Все так же, не отрывая глаз от своего стакана, рассказываю я брату, затем опустошаю стакан одним глотком и даю знак бармену, повторить мой заказ. Игорь, смотря на меня, тоже заказывает виски.

–Да, вся эта история, мутная если честно. Как было можно не заметить грузовик, он ведь не велосипед, – пытается поддержать разговор Игорь.

Мой брат, единственный кто сейчас меня поддерживает. Друзья отвернулись, сразу после трагедии, некоторые еще пытались поддерживать меня, но мои проблемы, стали для них слишком тяжелыми и они тоже от меня отвернулись. Из друзей остался со мной только Валера. Родители перестали со мной общаться сразу после моей свадьбы, они даже на неё не пришли. Считают, что моя избранница не достойна меня и потянет меня на дно. Сначала все было с точностью да наоборот, но сейчас, кажется, они правы. Да и черт с ними, пусть ликуют в своей правоте.

–Знаешь, что самое интересное. Были знаки, а я понял их только сейчас. Я мог бы предотвратить то, что произошло, но не смог. Слишком поздно догадался, – тяжелый смех вырвался из моих уст.– Теперь это абсолютно не важно. Теперь важно как помочь жене справиться с этим и как помочь мне?

–Олег, я даже и не знаю. Но ты всегда знай, что ты можешь на меня рассчитывать. Я не оставлю тебя с этим один на один. – Как всегда, поддерживает меня единственный родной человек, который еще остался со мной и я благодарен ему за это.

Этим вечером я напился до беспамятства впервые за десять лет. Надо сказать, что долгий перерыв дал о себе знать. Я выпил всего пять стаканов с виски и не помню, как добрался домой. А последствия на утро, оказались куда хуже, чем я ожидал.

Глава 1

Десять лет мы ждали этого момента. Так волнительно и страшно. Даже об этом думать. Страх наполнил мое тело.

– Ты готова? – с явным волнением спросил Олег.

– Еще пару минут и выходим, – ответила я, понимая, что парой минут не обойтись.

Я уже собралась, забрала в хвост свои медно рыжие локоны, нанесла легкий макияж и надела платье, которое купила накануне, просто потому, что оно мне очень понравилось, простое платье с неглубоким вырезом, пышной юбкой и небесно-голубым цветом. Но тут волнение одолело меня и я села на кровать. «Успокойся, Крис мы делали это уже много раз». И каждый раз был неудачным и я боюсь, что и в этот раз будет также. По телу проходит дрожь, и я никак не могу собраться с мыслями.

– Эй, детка? Все в порядке? – спокойным голосом, спрашивает меня муж.

– Нет, я волнуюсь.

Его теплые руки прикоснулись к моему лицу. Солнечный свет, который проникал, в нашу бежевую спальню, попал на его лицо, от чего его глаза казались золотыми и глубокими. Его прикосновение немного привело меня в чувства.

– Крис, я знаю, мне тоже страшно. Я знаю… Поэтому сегодня я с тобой. Это важный день. Я думаю, у нас все получилось, должно же это, наконец, то случиться.

– А вдруг снова нет… – мой голос задрожал и я вот, вот расплачусь. – Мы столько раз пробовали и каждый раз одно и то же, каждый раз одна и та же фраза: «К сожалению, эмбрион не прижился, будем надеяться, что в следующий раз все получиться». Олег, и так всегда. Не уверена, что сегодня будет иначе. – Чувствую, как слезы падают с моей щеки, на моё голубое платье.

– Да уж, оптимизма тебе явно не хватает, – с легкой насмешкой, он пытается меня приободрить. – Надо ехать. Ну конечно, мы можем остаться дома и переживать еще больше, рано или поздно мы все равно об этом узнаем. Ну, там если у тебя начнет расти живот или начнутся месячные, то мы сразу все поймем. Но я не уверен, что это самая лучшая идея. Так что, давай, вставай. – Он встает и протягивает мне руку, одновременно тянется к столику, где лежат салфетки, достает одну и нежно прижимает её к моему лицу. Его движения очень осторожны, чтобы, не испортить мой макияж, который я так тщательно наносила.

Он прав, нужно уже выходить, а то опоздаем к назначенному времени. Я собралась с мыслями, надела теплое пальто и шапку, и вышла из квартиры, Олег вышел за мной и закрыл дверь. Всю дорогу у меня сердце стучало так, что я слышала его в собственной голове. У Олега вид не лучше, я вижу, как он волнуется и это не придает мне спокойствия. Я настолько сильно разволновалась, что у меня помутнело перед глазами, я почувствовала тяжелые удары моего сердца. Чтобы успокоить, его я закрыла глаза и стала делать дыхательные упражнения и мне это помогло. Вскоре сердцебиение пришло в норму.

Мы подъехали к входу в частную клинику «Здоровая семья». Муж обходительно открыл мне дверь из машины и подал руку. Он всегда такой джентльмен, наверно в эту черту я влюбилась сильнее всего. Сегодня, несмотря на свои тридцать шесть лет, он выглядит на лет пять старше, наверно это из-за волнения.

Около кабинета, время шло слишком медленно. Я очень переживала и для успокоения всё время то снимала, то надевала на палец обручальное кольцо. Я так увлеклась этим процессом, что не заметила, как подошла моя очередь. И если бы не Олег, который был со мной рядом, я бы наверно так и сидела. Он толкал меня в плечо, а я не реагировала на его попытки. Видимо я о чем-то глубоко задумалась.

«Евсеева Кристина» из кабинета врача доносится мое имя.

– Ты чего задумалась? Нам уже пора, второй раз позвали, а ты сидишь не реагируешь, – сказал Олег, помогая мне встать.

Ну, вот момент истины настал. Громко выдыхаю, чтобы набраться смелости и захожу в кабинет, сажусь рядом с доктором, Олег сел рядом со мной и взял меня за руку.

– Здравствуйте, – говорю я.

– Здравствуйте, Кристина Викторовна. Ну, что ж посмотрим. – Врач стал перебирать бумажки на своем столе. Мне это показалось ужасно долгим занятием. Голова как в тисках от волнения, я чувствую, как мои щеки слегка покалывает, и они наливаются румянцем. Я пристально наблюдаю за каждой бумажкой, которую врач откладывает в сторону, значит это не мои анализы.

– Вот, нашла, Евсеева Кристина, – прочитала она на небольшом листке бумаги, внимательно её, изучая. – Что ж ваши результаты показывают, что вы беременны.

Что? Чтооо? Получилось, получилось! Я чувствую, как мои губы растянулись в неестественной улыбке и я начала плакать. Я прикрыла лицо, своими мокрыми от волнения ладошками. И тут же почувствовала, крепкие объятья Олега.

– Получилось, милая, наконец, то получилось. – Шепотом произнес он, уткнувшись мне в плечо. Я чувствовала его дыхание у себя на плече, оно было тяжелым, и когда он произносил эту фразу, плечу стало горячо. Он не отпускал меня еще несколько секунд. Пока врач не прервал нашу идиллию.

– Я конечно, очень рада за вас, но вы должны понимать, что это не конец. Это только начало вашего пути. Эмбрион прижился и это уже хорошо, так сказать, полдела сделано, но теперь вам нужно выносить этого ребенка. А это работа не легче. Риски всегда есть, даже у тех, кто без проблем зачал ребенка естественным путем, но у вас риски выше и право на ошибку нет, – объясняет врач, но я слышу слова доктора, отдаленно, как будь то на меня надели аквариум с рыбками. – Я сейчас вам дам направления на анализы и брошюру, там все подробно написано. А то, как показала практика, в такой момент меня мало кто внимательно слушает и все запоминает. – С легкой ухмылкой объясняет врач и протягивает мне бумаги.– Я искренне, вас поздравляю!

– Спасибо! Спасибо вам большое.

Это был волшебный момент. Ощущение как будь-то, ты маленький ребенок и на новый год под ёлкой ты находишь свой подарок. Разворачиваешь его, а там, та самая кукла, о которой так долго мечтала. Она такая красивая, в нарядном платьице и вся твоя. От этого хочется прыгать от счастья и благодарить за такой подарок. В этот день я испытала ту самую радость детства и разделила её со своим любимым мужем.

Глава 2

С Олегом мы познакомились давно, в институте, пятнадцать лет назад. Мне было тогда только восемнадцать лет. Я закончила одиннадцать классов и решила, что больше не хочу видеть этот город и многих людей живущих в нем, поэтому выбрала институт подальше от него.

Было тяжело прощаться с родными, мамой, папой, старшей сестрой Яной, младшим братом Артёмом и конечно с моими любимыми бабушками и дедушками. Но одноклассники, неудачники которые претендовали жить со мной «долго и счастливо», все они дали мне пинок, чтобы я раз и навсегда покинула этот город.

В чем-то я рада, но тоска по родным первое время не давала мне покоя.

Ух, первый курс… Я чувствую себя маленьким котенком, выброшенным на обочину из проезжающей машины. Всё дорогая, дальше сама. Не этого ли ты хотела? Стать самостоятельной, взрослой, начать все с чистого листа? Новый город, новая история, новая жизнь.

В первый учебный день я умудрилась проспать. Моя общага, куда я заселилась накануне в пару шагах от главного корпуса, но мой корпус находился далеко. Я вчера специально пошла туда пешком, чтобы не блуждать сегодня, и как мне казалось, я запомнила дорогу.

Быстро умылась, одела приготовленную с вечера одежду, а вот тут я молодец, что позаботилась об этом еще вчера, как и учила меня мама, и со всех ног помчалась к дальнему корпусу. Ну не дура ли? Почему бы мне не вызвать такси и спокойно доехать? Зачем? Я же мастер все усложнять.

И вот спустя двадцать минут я на месте.

Черт!!! Да как так-то?

Ну, конечно же, первая линейка у всех студентов 1 сентября проходит в главном корпусе. И вот я, вся уставшая, мокрая от пота, мне даже кажется, от меня попахивает, побежала на эту чертову линейку к главному корпусу, но, увы, спустя полчаса блуждания, я вырулила к тому же самому корпусу, откуда и начинала свой путь.

Что? Это все не правда, это не со мной происходит. Это какой-то дурацкий сон. Но как бы там ни было, факт, есть факт, я заблудилась и мне придется начинать всё сначала.

И вот спустя снова двадцать минут я, наконец, то прихожу к главному корпусу, на этот раз нигде не заблудилась, но к тому времени, когда я появилась около большого зеленого здания, линейка уже закончилась, и все благополучно разошлись.

Да-а-а, Кристина это в твоем стиле, только с тобой такое может приключиться. Я даже и не удивлена, ну вот ни капельки. Но на этом мои приключения не закончились.

Черт!!! Расписание на завтра! Я не знаю расписание на завтра! А оно в дальнем, черт его подери, корпусе!

Проходящие мимо студенты, посмотрели на меня как на сумасшедшую. Не удивительно, ведь я стою одна посередине тротуара и хохочу, почти во весь голос.

Соберись, дуреха, сейчас тебе придется топать обратно в дальний корпус и только потом в общагу. Мои ноги уже болят, новые балетки натерли мозоли.

Обратная дорога, от усталости показалась мне дольше, чем я шла туда в первый раз за сегодня. И вот, наконец, я захожу в дальний, нужный мне корпус и дальше не знаю куда идти. Где могут повесить расписание, оно точно висит, где-то тут. Нахожу деканат.

– Ааа, здравствуйте, подскажите, а где я могу найти расписание занятий? – постучавшись в открытую дверь, я спросила у приятно пухлой дамы в очках и распущенными осветленными волосами.

– Пройди чуть дальше по коридору, там увидишь холл. На стене висит, то, что ты ищешь. – Не отрываясь от работы, проговорила мне дама.

– О, спасибо!

Сделав, так как мне подсказали, я толи от усталости, толи от раздражения слишком резко вхожу в холл и поскальзываюсь на кафеле в своих балетках. Не удержав равновесие, я падаю прямо на копчик с такой силой, что из моего рта вырывается такой страшный и громкий звук, как будь-то все содержимое моего желудка, благо он был пустой, ударяет мне в горло. Похоже, что мозгу тоже не повезло, у меня потемнело в глазах, а потом полетели звёздочки. Посидев так несколько секунд, оправляясь от сильного падения, жду, когда зрение ко мне вернется. Когда я немного пришла в чувства, с ужасом понимаю, что в холле я не одна. Компания молодых парней смотрит на меня, и кто-то из них так громко смеётся, что его голос больно режет слух. Вот придурки, нет, чтобы помочь, они просто ржут. Что ещё можно было ожидать? Что они кинутся меня поднимать? Это так глупо.

Наутро естественно у меня болела пятая точка, и мне пришлось, сначала расходится, прежде, чем я смогла выйти из комнаты и отправиться в душ. Сегодня я встала пораньше и вполне успеваю к первой паре. Успешно собравшись, я отправилась в путь, но это было нелегко, я немного хромала от боли.

Где же нужный кабинет? Их тут так много. С большим трудом поднимаюсь на второй этаж и, конечно же, натыкаюсь на одного из тех парней, что были свидетелями моего эпичного падения. Ну да, сегодня именно этого мне и не хватало. Я запомнила этого парня, потому что, именно он смеялся надо мной.

Я развернулась и пошла, искать нужный кабинет, в противоположной стороне.

– Привет, – услышала я голос так близко сзади меня, несомненно, это было адресовано мне.

Оборачиваюсь не спеша, чтобы снова не попасть в какую нибудь историю.

– Э, привет, – отвечаю я ему.

– Как ты себя чувствуешь, после вчерашнего падения?

– Немного болит копчик, но знаешь терпимо, – ну, вот теперь я запомнюсь как летающая девочка, или еще чего похуже.

– Ты извини, что я вчера смеялся над тобой, – проговаривает он, – просто это было надо видеть. – Едва сдерживая смешок, неловко пытается извиниться незнакомец.

– Да, видеть, наверно это еще-то было зрелище. Вот мне повезло чуть меньше, я это все чувствовала. – Попыталась съязвить я.

– Да уж, не повезло тебе, – понимая, как нелепо звучал его комментарий, незнакомец опустил глаза в пол. – Меня кстати Олег зовут, я тут на третьем курсе учусь, а тебя как зовут? Ты, судя по всему, на первый курс поступила?

– Я Кристина, но друзья зовут меня Крис. И да, как проницательно ты успел заметить я на первом курсе. – Как это мило, он пытается познакомиться со мной. Что ж, я буду, рада новым знакомствам, тем более старшекурсник в друзьях сейчас мне не помешает.

– Приятно познакомиться Крис, – он одарил меня самой из милейших улыбок, которую я могла бы ожидать. Это так очаровательно. Похоже, он пытается флиртовать со мной. Крис? Что, разве мы уже друзья? Очевидно, он хочет им быть. Ладно, поживем, увидим. – Какой кабинет ты ищешь?

– 305 – ответила я. Он пошел, махнув рукой, дав мне понять, что я должна следовать за ним.

В тот момент я даже и подумать не могла, что этот паренёк займет главное место в моей жизни. Черные густые волосы, притягательные карие глаза которые подчеркивали густые брови, не слишком пухлые, но с отчетливым контуром губы, нос слегка большой для его аккуратно очерченного скулами лица. А тело я с удовольствием смогла разглядеть, когда мы с компанией отправились отдыхать на берег озера. Мы отмечали окончание курса он третьего я первого. Его голое тело рельефно играло в лучах солнца, это так притягивало, я хотела прикоснуться к нему. До этого мне удавалось насладиться его мышцами только под одеждой. Я чувствовала, как они сокращаются от его движений, но именно сегодня я захотела большего. В тот момент мы уже встречались, но близости у нас еще не было.

После окончания учёбы, Олег сделал мне предложение выйти за него. В то время он ещё только начинал свою карьеру, и не так уж и много зарабатывал. Денег на красивое, романтическое предложение, как в лучших мелодрамах, у него не было. Он решил, что потратит эти деньги на кольцо и свадьбу. Я не стала раздумывать над его предложением, ведь уже тогда я крепко и безвозвратно влюбилась в него. Конечно, мой ответ был «Да!». Его счастью не было предела. Он подхватил меня на руки и стал кружить, так долго, что у меня закружилась голова. И когда он отпустил меня на землю, я чуть не упала. Но его крепкие объятья не дали мне упасть.

Свадьба была скромной. Мы расписались в назначенный день. Из гостей были два несколько близких друзей, мои родители, брат и сестра, а у него пришёл только брат. Обида которая у него была на родителей, только увеличилась. Но даже это не испортило нашу свадьбу. Вообще собралось, не считая нас, десять человек. Мы все уместились, на нашей съемной квартире и отметили в узком кругу, самый счастливый день. День, когда родилась наша семья.

В медовый месяц мы отправились в путешествие к черному морю. А потом целый год наслаждались друг другом. Нам нравилось, что мы теперь супруги. То было хорошее время, я часто о нем вспоминаю.

Нам с ним стало не хватать только одного. Маленького, милого, созданного нами человечка. Мы принялись расширять нашу семью. Но время шло, а беременность так и не наступала. Мы стали подозревать, что что-то не так. И решили пойти к врачу. Это надо было сделать сразу, но мы не думали, что у нас с этим могут возникнуть проблемы. После долгого обследования, нас обоих, мы услышали неутешительный диагноз. Олег был здоров, а вот я не могла иметь детей.

В этот момент у нас опустились руки, но нам дали надежду. Мы можем воспользоваться ЭКО, и для нас это будет почти бесплатно. Процесс был долгим и не самым приятным. Для успешной процедуры, были запреты на многое. И на интим тоже. Но нас это не отдалило друг от друга, а наоборот даже сплотило, у нас появилась общая цель. К которой мы шли десять лет.

Глава 3

Я разглядываю свой уже округлившийся живот и до сих пор не могу поверить, что это происходит со мной. Сегодня впервые, за шесть месяцев я проснулась с хорошим самочувствием. У меня не было токсикоза, и я смогла нормально позавтракать. Олег ушел на работу, оставив немного денег на покупки. Он работает в крупной строительной фирме на руководящей должности и хорошо зарабатывает, достаточно чтобы я могла спокойно заниматься хозяйством.

Раздался звонок в дверь. Это моя мама, она обещала сегодня ко мне приехать.

– Привет, – мама с порога меня обняла и поцеловала в щеку.

– Привет, мам. Как добралась?

– Ужасно, вы далеко забрались, – она прошла на кухню, занесла свои большие сумки, которые привезла с собой и поставила их на стол. – Я привезла вам продукты и детские вещи. Я их перебрала, оставила только самые лучшие, постирала и выгладила.

– Мам, рано ведь еще. Мы успеем все подготовить к появлению малышки. Вот уже доделали комнату и купили мебель, да и Олег хотел, что бы все было новое, – возражаю я. Хотя знаю, что это бесполезно, она все равно настоит на своем и мне придется принять эти вещи.

– Вещи новые почти, их надевали пару раз, некоторые даже с этикеткой. Кристина, Яна обидится, если ты их не примешь.

– Да, я знаю, спасибо мам, – сдаюсь я, не хочу спорить или ругаться с ней из-за этих вещей. – Кстати, как у нее дела, она мне давно не звонила и не писала?

– У нее все как всегда. Юрка снова лежит на диване и ничего не делает, говорит, что у него гастрит обострился, но при этом каждый вечер выпивает по два литра пива и заедает чипсами. А потом удивляется, откуда у него этот гастрит, – говорит она, тихо, как будь-то, боится, что кто-нибудь, ее услышит. – Бедная Яна, ей приходиться работать на двух работах, что бы прокормить семью, а этот тунеядец, даже за ребенком в сад не ходит, не говоря уже и о том, чтобы отвести его туда, – слегка закатив глаза, рассказывает мать. – Ну же, гастрит ведь!

– Хм…, зачем она вообще с ним связалась, были же достойные парни, но нет, нам этого подавай, – отвечаю я.

– Да кто ее знает, как не отговаривала, ничего не помогало. Надо только этого Юру. А теперь и сама не рада, часто ко мне приходит и в плечо рыдает.

***

Моя семья не была особо богата деньгами, но была богата детьми. У родителей нас трое. Старшая сестра Яна, я Кристина и младший брат Артём.

С отцом у нас хорошие отношения, хоть и часто мне не хватает его. Он предпочитает провести время у телевизора после работы, а в выходные дни, он часто отдыхает на рыбалке, он редко когда берет нас с собой. После рыбалки он снова ложится на диван и смотрит телевизор. Он мало разговаривает с нами и редко интересуется личными делами, обычно все его вопросы касались учебы, но в расслабленном состоянии он становится, более разговорчив.

Его рыжие волосы передались мне по наследству, а голубые глаза никогда не были в гневе, его было невозможно вывести из себя или я этого не замечала.

Когда я была маленькая, он часто укладывал меня спать. Помню, у меня была игрушка большая плюшевая кошечка. Папа брал её, прятался за кровать и разговаривал милым голосом, как будь-то это кошечка пришла меня укладывать и рассказывает мне сказку. Сначала я так и думала, но потом поняла, что к чему, но всё равно позволяла ему это делать. И таких моментов было достаточно, чтобы понять, что я моему отцу не безразлична.

С мамой Оксаной нас часто прохожие считали сестрами и очень удивлялись, когда узнавали кто мы друг другу. Её приятные черты лица привлекают внимание, всегда красиво уложенные темные волосы и необычного миндального цвета глаза идеально подчеркнутые легким макияжем. Всю жизнь она проработала учителем в школе. С её характером у неё прекрасно, получается, ладить с детьми. Работа эта не из легких и иногда она её выматывала похуже, чем отца на заводе. Всегда она была, есть и будет для меня островком поддержки, понимания и любви. В детстве я не могла уснуть, если она не держит меня за руку и не читает мне сказку. Она старалась мне дать все необходимое, что мне нужно. Все мои хотелки, игрушки, кружки, внимание и забота. Она окружала нас любовью и сейчас старается поддержать нас всех как может. Мы стараемся отплатить ей тем же.

Первым их ребенком была Яна. Очаровательная блондинка с голубыми глазами как у папы, фигура не свойственная нашей семье, её пухлость ей досталась от семьи дедушки, отца по маминой линии. Она старше меня на три года. Очень рано вышла замуж и родила ребенка, ей только исполнилось восемнадцать. Второго ребенка она родила достаточно поздно и разница между детьми тринадцать лет. Старшая дочь уже окончила школу и поступает в колледж, а младшему сыну только исполнилось три и он уже ходит в детский сад. От её мужа нет никакой поддержки, он живет за её счет, часто находясь на больничных или поисках работы, но только стоит заболеть ребенку он с ним сидеть не собирается и Яне приходиться брать больничный.

А мой младший брат запозднился и родился, через восемь лет после моего рождения. Он удивительно похож на маму. Ему сейчас двадцать пять лет, он уже отучился в университете и в поисках работы. Семьи пока нет и даже нет на неё планов на ближайшее будущее.

***

Я налила нам с мамой чай, села за стол и в эту же секунду мама стояла уже около меня и трясла за плечо. Как она так быстро оказалась тут я не поняла.

– Кристина, ты как будь-то выпала из реальности, настолько задумалась, что не реагировала на меня совсем. Что с тобой? – спросила озадаченная мама.

– Я не знаю, что это было, – ответила я.

Посмотрев на стол, я поняла, что ничего не поставила на стол к чаю, встала и принесла тарелку с печеньем и конфетами. Стала садиться на стул обратно и в этот момент произошло, то чего никогда до этого не было. Я почувствовала, резкий удар своего сердца. Боль заставила меня резко схватиться за грудь и согнуться. В голове зашумело, и сердце ударило еще так пару раз, а потом резко заколотилось, как будь-то от испуга. Комната стала темнеть и постепенно погрузилась в темноту.

Яркий свет больно ударил по моим глазам. Что это было? Открыв глаза, я не сразу поняла, что нахожусь у себя в гостиной. Врач закончил измерять мое давление.

– Сейчас давление в номе, – сказал медработник и стал ощупывать мой живот. – С ребенком тоже все в порядке, причин для беспокойства нет, но я все же вам рекомендую лечь в больницу для обследования.

– Какого обследования? – спрашиваю я, до сих пор ничего не понимая.

– Такая резкая боль в сердце не очень хороший знак, нужно проверить его.

– А мне обязательно ложиться для этого в больницу? – спрашиваю я. Мне так не хочется ложиться в больницу, не люблю эти больничные палаты, уколы и все такое.

– Вы можете самостоятельно пройти обследование, но в больнице будет удобнее, вам никуда не нужно ходить самой, сидеть в очередях, – поясняет врач, – тем более вы беременны.

– Спасибо доктор, я сама пройду обследование, которое требуется, – заявляю я.

– Хорошо, подпишите только отказ от госпитализации, – я подписываю бумаги. – Сегодня отдыхайте, вам нельзя много напрягаться пока вы не выясните, что с вами.

– Хорошо, спасибо доктор.

Врач собирает свой чемодан и выходит в коридор, мать уходит за ним. Я слышу, как они о чем-то говорят, но я не слышу их слов. Дверь закрывается, и мать входит в комнату.

– Доченька, ты меня так напугала, – говорит она. Её волосы слегка растрепались, а макияж размазался, она плакала.

– Спасибо, что вызвала врача, страшно подумать, что было бы, если бы я была одна дома, – смотря в потолок, говорю я матери. Мама села рядом на диван и посмотрела на меня своими добрыми, миндальными глазами. Ее лисий разрез глаз выглядит очень элегантно, и ее морщинки подчеркивают их изгиб.

– Почему ты отказалась от госпитализации?

– Ты же знаешь, как я ненавижу эти больницы, – закрываю глаза и с содроганием представляю, что если бы не мама я бы так и лежала на полу без чувств, пока не пришел бы Олег. Теперь мне стало страшно оставаться одной, вдруг это повторится, вдруг это навредит ребенку.

– Знаю, но ты сейчас должна не о себе думать, а о ребенке в первую очередь.

– Ладно, я завтра схожу в больницу и начну проходить обследование, – отвечаю я матери.

– Хорошо. Дочка, мне уже пора идти. Но я так боюсь оставлять тебя одну, – поцеловав меня в лоб, она отошла от меня и посмотрела с такой любовью, настоящей материнской любовью. Мне не хватало этого взгляда и я надеюсь, что скоро буду смотреть так же на свою дочь.

Глава 4

Проснувшись от звука ключей входной двери, я заметила, что уже стемнело. Это Олег пришел с работы, но почему-то очень поздно, время полпервого ночи.

– Привет, – говорю ему я.

– Привет, ты чего не спишь?

– Я только что проснулась. Ты почему так поздно? – спрашиваю я.

– Пришлось задержаться на работе, что бы, не выходить в выходные, – отвечает он. – Прости, что не позвонил тебе.

– Ладно, я все равно спала.

– Как прошел твой день? – спрашивает он, снимая с себя одежду.

– Ужасно… – Я рассказала ему о том, что случилось днем и на его лице появилось беспокойство.

– Что? Ты издеваешься, сейчас, что ли? – возразил муж, тоном выше, чем обычно. Олег в этом плане, всегда сдержан и я была удивлена, что он повысил на меня голос. – Ты должна была, лечь в больницу! И почему ты мне даже не позвонила? – он встал и стал мерить шагами комнату, потирая лоб.

– Прости, но ты же знаешь, как я ненавижу больницы! И я не позвонила тебе, потому что сразу же уснула, как ушла мама, я даже её не проводила! – восклицала я, в том же тоне, что и он.

– Крис, это несерьезно. Ты должна думать не о себе, а о ребенке!

– Да, что вы все как под копирку, мне это твердите? – возмущенно, отвечаю я ему. – Как я могу думать не о ребенке? Я о ней думаю, каждую минуту!

– Что-то не заметно… – буркнул он себе под нос.

– Ладно, я обещаю, завтра поеду в больницу и пройду обследование, – резко отвечаю я.

Олег ушёл на кухню и оставил меня переживать. Я почувствовала, как глаза стали наполняться жгучими слезами и я не смогла их сдержать. Практически всю ночь я так и не смогла сомкнуть глаз, из них все время текли слезы, и я от них уже устала. Я решила уйти в спальню, на диване неудобно. Встав с дивана, у меня закружилась голова, немного потемнело в глазах и я села обратно, чтобы прийти в чувства. Посидев немного, я попробовала снова встать, на этот раз всё было в порядке, и я пошла в уборную… Олег сидел на кухне и даже не обратил на меня внимания, когда я прошла мимо.

Справив свою нужду, я направилась в спальню. Олег уже лежал в спальне. Я легла на свою сторону и укрылась. Молчание между нами было мучительным. Мы оба знали, что не правы. Я что, не отправилась в больницу и не позвонила мужу. Он, что так резко со мной разговаривал. Я понимала, что он прав.

– Извини меня, я правда поступила глупо, – прервала я наше ночное молчание. – Мне действительно следовало лечь в больницу и прости, что не нашла в себе силы позвонить тебе. Я была как в дурмане и плохо соображала.

– Завтра, точнее уже сегодня я возьму выходной и сам отвезу тебя в больницу и буду там с тобой, пока ты проходишь обследование, – заявил он.

– Выходной? Спасибо, но ты же не можешь пропустить целый день на работе, – возражаю я. – Я вызову себе такси и спокойно доеду до больницы сама, тебе не стоит беспокоиться за это.

– Хм, не стоит беспокоиться? Упрямая девчонка! – Он произнес эту фразу, как можно мягче, что бы, не ранить меня. – Зря, ты наивно полагаешь, что я смогу отпустить тебя одну, в таком состоянии. Тем более, что с тобой произошло днем, я не буду беспокоиться за вас?

– Да, это глупо с моей стороны. – Осознав, серьезность его предложения, а в нем я нуждаюсь, сейчас больше всего, поняла, что не могу отказываться от его предложения. – Спасибо!

– Давай спать, я не хотел спать, пока тебя не было в нашей постели, поэтому я сидел на кухне и наблюдал за тобой. Вдруг с тобой, что-то случиться. – Олег повернулся ко мне и обнял, между животом и грудью, и в ту же секунду засопел. Да и я в его объятьях не смогла долго лежать, так спокойно на душе стало, что следом за ним уснула и я.

Утро наступило слишком быстро. Но нам все равно пришлось встать. Больница открывается рано, но люди бегут в нее задолго до ее открытия, поэтому очередей не избежать.

Посмотрев в свое отражение в зеркале, перед выходом я с ужасом разглядываю свои красные глаза и мешки под ними. Последствия ночных переживаний, читались у меня на лице, не спасал даже макияж.

В пути мы провели на удивление недолго. Выехали после час пика и к девяти утра были уже в больнице. «Ох, блин, сколько же тут народу». Теперь я начинаю сожалеть, что отказалась от госпитализации.

И вот спустя, час я сижу в кабинете. Врач меня внимательно выслушала и покачала головой.

– Зря конечно, вы отказались от госпитализации, – томно ответила худощавая женщина, лет сорока. – С моторчиком, знаете ли, шутки плохо шутить. Вам нужно пройти обследование и я все-таки настаиваю, чтобы вы легли в больницу, врачи смогут наблюдать за вами и ребёнком. Вдруг дело серьезное, в вашем положении, нужно думать не только о себе, а о ребенке в первую очередь. – В сотый раз, услышав эту фразу, я закатываю глаза. Меня начинает это раздражать.

– Просто выпишите мне необходимые направления, и я пойду, – попросила я.

Женщина стала заполнять бланки, и говорить где, какие процедуры меня ждут.

Вот же засада, у каждого нужного кабинета, куча народу.

И вот тут-то я благодарна Олегу, что он сопровождает меня. Мы разделились, он занял очередь в одном кабинете, где народу больше я в другом. Мне нужно было пройти ЭКГ и УЗИ сердца. А дальше посмотрим, так сказал врач.

Прошли долгие четыре часа. Я устала, у меня болит спина и ноги, я голодная и хочу спать. Смотря на мужа, он не в лучшем состоянии, чем я. К счастью результаты обследования у меня на руках и мне осталось только отправиться с ними к терапевту, для окончательного вердикта.

О, какое облегчение, у кабинета врача, всего пара человек.

– Здравствуйте, еще раз. Вот результаты обследования. – Я протянула бумаги, которые мне выдали.

– Так, хорошо, – ответила врач и слегка улыбнулась. – По результатам исследования, никаких отклонений у вас нет. Но расслабляться, на этом не стоит. Раз уж случилось один раз такое, это может случиться и в другой раз. Будьте осторожней, отдыхайте больше, ешьте свежие фрукты и овощи, не забывайте про мясо и рыбу. И если это произойдет вновь, не отказывайтесь от госпитализации, пока не поздно.

На обратном пути, мы заехали в кафе пообедать и заказали еду на ужин. У нас у двоих совсем нет сил, что-то готовить. А Олегу завтра на работу и в выходные тоже, теперь ему нужно отрабатывать свой сегодняшний выходной, в который он так и не отдохнул.

– Ты был прав, нужно было ложиться в больницу. – Устало говорю, мужу, расправляя постель. – Я так устала. Спасибо, что ты был со мной.

– Это мой долг, заботится о тебе. В следующий раз, не упрямься и соглашайся на госпитализацию. Тебе ни к чему высиживать огромные очереди, среди болеющих людей, мало ли подхватишь, еще чего.

– Почему ты так уверен, что будет следующий раз? – недовольно спрашиваю я. – Врачи сказали, что все нормально.

– Да, я знаю. Но если они ничего не нашли, это не значит, что все в порядке. Почему-то это же случилось.

Ответ, вполне меня устроил. Но все равно, мысль о том, что это может повториться, тоже не отпускает меня. А еще я боюсь, что в этот момент я буду одна, и никто не сможет мне помочь.

– Может нанять тебе сиделку? – Олег, как будь-то, прочитал мои мысли.

– Сиделку? Ты сейчас серьезно? – скривилась я, от этой мыли. – Я ведь не старая парализованная кляча, я всего лишь беременна! – заявляю я.

– Вот именно, ты беременна и этот ребенок, достался нам уж очень тяжело. Или ты уже забыла, как рыдала, когда узнала, что мы не сможем зачать самостоятельно? И все эти десять лет, ты тоже забыла? – возмущенно говорит Олег, устремив на меня строгий, пронзительный взгляд из-под бровей.

– Прости, я ничего не забыла. Но сиделка мне не нужна. Я могу попросить Агату, например чаще навещать меня, да и с Мариной давно не виделись. Так что няньки мне найдутся и без сиделок.

– Ладно, только обещай мне, что ты больше не станешь, так безалаберно относится к своему положению.

– Обещаю, – тихим и нежным голосом соглашаюсь с мужем и целую его в губы. Теперь даже такие поцелуи для нас редкость, не говоря уже о большей близости и супружеском долге. Постоянные запреты перед процедурой ЭКО, еще как то мы могли перетерпеть, но моя беременность отдалила нас. Как же он с этим справляется? Надеюсь не нашёл себе молоденькую любовницу.

– М.м.м было приятно, дорогая, но я начинаю возбуждаться, а нам нельзя, ты же знаешь, – отрываясь от моих губ, но не отпуская из своих объятий, говорит Олег.

– Да, я знаю, прости, – смущенно говорю я. – Позволь загладить свою вину и сделать тебе приятно? – еще более смущенно предлагаю я. Я уже чувствую, как его желание упирается мне в живот. С этим, точно, что-то нужно делать иначе он и вправду найдет себе любовницу. К моему удивлению Олег не стал отказываться от моего предложения, и мои руки скользнули вниз по его животу. Я думала, что уже и забыла, как это делать, но инстинкт мне подсказал, как правильно двигаться. «Не забыла!», есть ещё порох в пороховнице. И как только я рожу и оправлюсь после родов, ему от меня так просто не отделаться. Я слишком соскучилась по нашим кроватным увлечениям. Этот вечер закончился, не так как я планировала, он закончился намного лучше. И мы, обнявшись в кровати уставшие, но довольные, достаточно быстро уснули.

Глава 5

После моего сердечного приступа прошёл месяц. Все было достаточно спокойно и рутинно.

Олег работал, а я пропадала дома, сначала со мной постоянно были подруги, но когда я немного успокоилась и перестала переживать из-за случившегося, стала оставаться одна.

Сегодня суббота и начались первые весенние теплые деньки. В этом году они наступили поздно. Ну, не просиживать же такую прелесть в душных четырех стенах. Я взяла телефон и набрала Агату. Попросила ее прогуляться со мной в ближайший парк, благо он был всего в квартале от меня, и к моему счастью подруга согласилась.

Через час мы уже обе были готовы к прогулке. Выходя из подъезда, я вдохнула полную грудь теплого майского воздуха.

– Как приятно, – немного закрыв глаза, проговариваю вслух.

– Да уж это точно, особенно учитывая то, что ты почти не выбираешься из своей норки.

– Верно, подметила.

Наш путь до парка был коротким, всего один дом и светофор, через не очень оживленную проезжую часть.

В парке мы уютно устроились на лавке около уже цветущей клумбы. Так приятно смотреть на эти разноцветные бутоны.

– Ну, что рассказывай, хочу узнать новые сплетни, – подталкиваю на разговор я подругу.

– Маринка снова снюхалась, с каким-то сомнительным парнем. Она думает, что он тот самый, как и всегда, впрочем.

– Почему же я совсем не удивлена? – хохочу я.

– Потому что, это в ее стиле, детка, – подхватывая мой смех, верно, подметила подруга.

– А ты? – интересуюсь я. – Как твои дела?

– Все так же, кручусь, чтобы дать детям все возможное, это достаточно трудно, когда воспитываешь их одна.

– Это ужасно, как он мог с тобой так поступить? – с великим сочувствием говорю я, но в душе радуюсь, что у меня есть Олег.

– Да, плевать на него, – с раздражением отвечает Агата. – Знаешь, он нашёл новую жертву. И она свято верит, что это я виновата, и извела его, вот и сбежал. Все что угодно, но не он тупо испугался и бросил меня беременную, ради свеженькой юбки. И ведь сволочь даже алименты не платит, а они ему по суду назначены.

– Серьезно? Вот она конечно тупица, – фыркаю я. – Ну посмотрим, как эта птичка запоет, когда он и её обрюхатит, а потом упорхнет, как ни в чем не бывало.

– Ух, ему еще воздастся, карму никто еще не отменял, – с явным облегчением, говорит Агата и по её глазам видно, что она другого исхода и не ожидает. – Рано или поздно он все равно сядет за долги или выплатит их, хотя я очень сомневаюсь за последнее. Эта курица думает, что с ней все будет иначе, подхода я к нему не нашла. Ага, как бы ни так. Я готова поспорить с ней, на все мое состояние, что он поступит так же.

Вот так за девичьими сплетнями мы провели целых четыре часа и если бы не мой мочевой пузырь, в который с явной точностью периодически пинает малышка, мы просидели там еще столько же. Возвращаясь, домой по тому же пути, которому мы пришли сюда, мы остановились на пешеходном переходе и ожидали зеленого сигнала светофора, Агата рассказывала о своих близнецах, ничего не обычного, если бы не одно, но…

***

Вы когда-нибудь, теряли свой разум? Да, да именно теряли. Это не потеря сознания, ваше тело продолжает двигаться, вот только все чувства отключаются. Если да, то случившееся в следующую минуту моей жизни, вам не покажется странным, оказывается, такое бывает. Только я не знала, что такое бывает.

Ваше тело словно отключается, просто внезапно засыпает. Вы ничего не видите, не слышите, не чувствуете, ни о чем не думаете и не помните. Как будь-то вам, специально стерли память последних нескольких секунд.

В лучшем случае вы просто очнетесь так же внезапно, как и отключались. Только вы будете немного потеряны, не понимая, как вы вообще сюда попали, были там, а теперь тут или совсем этого не заметите. Ну а в худшем попадете в мою историю.

Наверно это работает как телепорт. Только это не телепорт вовсе. Все вокруг происходит, так как и было, люди идут, как и шли, машины едут, как и ехали, вот только вы после этого телепорта разума становитесь другими, что ли.

Глава 6

Сегодня на работе такая запарка, я с утра даже в туалет не сходил ни разу.

Кто-то названивает мне еще все время. Вот если не берет человек трубку, какого черта ему названивать. Придется все-таки взять трубку, а то не отстанут.

– Алло, говорите.

– Евсеев Олег Константинович?

– Да.

– Кем вам приходится Евсеева Кристина Викторовна?

– Жена, а что? – я весь напрягся в ожидании ответа.

– Вашу жену сегодня доставили в центральную больницу, её сбил грузовик.

Голос в трубке еще, что-то говорил, но я его уже не слышал. Тысячи раскаленных иголок вонзились в моё тело, а ноги, словно стали водой и от этой мнимой боли я потерял сознание.

Придя в себя, я не сразу осознал, что произошло, но когда память ко мне вернулась, я со всех ног помчался в больницу. Поняв, что за руль садиться мне сейчас нельзя, а то собью кого-нибудь или попаду в аварию. Я попросил коллегу отвезти меня, пообещав выписать премию, он согласился.

Этот день войдет в список худших дней в моей жизни, и он будет его возглавлять. В моей голове произошло абсолютно все, даже то, что в принципе в природе быть не может, но только не благоприятное завершение. Мы ехали достаточно быстро, но мне казалось, что мы едем назад. От мысли, что мою жену сбил грузовик, меня бросает в дрожь. Я не знаю в каком она состоянии и что с ребенком, живы ли они вообще. Дорога не была долгой, но чтобы отвлечься от мрачных мыслей я стал смотреть в окно, на небо. Тучи заполонили город, и я заметил небольшой островок солнечных лучей, они направились прямо на меня. Лучики такие теплые, они так ласкают и греют своим теплом, как будь-то, уговаривают и успокаивают «всё будет хорошо».

Всю дорогу я надеялся на лучшее, но ожидал худшего. Если Крис в больнице значит, она жива, но жив ли ребенок? Этот вопрос колотился у меня в голове. Я просил у Бога, чтобы с ними все было хорошо, даже пытался вспомнить какие-то молитвы.

Моё волнение нарастало с каждой секундой, тишина, которая повисла в машине, давила еще сильней и мне кажется лучше, когда вокруг громкая музыка. Она бы отвлекала меня от мыслей, заполняя тишину, но включить магнитолу, я так и не решился. Мы так и ехали в тишине, мой водитель вообще не произнес ни слова за всю поездку.

Я вспомнил историю, которую мне рассказывал знакомый врач: «Я потерял свою единственную дочь, а второго ребенка мы так и не захотели. Да и возраст уже не позволял. Дочь родилась поздно и прожила с нами всего десять лет. Она выпала из окна четвертого этажа. Я был тогда на смене и когда, увидел её на каталке для больных, был к этому совсем не готов. Травмы были слишком серьезные, а я не имел права проводить операцию, да и в таком состоянии я бы всё равно не смог. Доверил это своему коллеге, который был лучшим из хирургов. Я тогда уже понимал, что моя дочь обречена. Это был самый страшный день в моей жизни».

Вот и мой самый страшный день в жизни настал. Но я всё еще верю в лучшее.

Глава 7

Очнулась я уже в больнице, тело ныло и первое, что я сделала, это нащупала свой живот. Его нет, я так сильно испугалась, что потеряла ребенка. Черт! Как так произошло, последнее воспоминание, очень смутное и этот визг колес до сих пор у меня в ушах. Как хорошо, что тот грузовик успел затормозить вовремя и даже не задел меня. Но вот только как я оказалась на дороге, совсем не помню.

Меня осмотрел врач, задал вопросы, я смогла на них ответить.

– Вам нужно полежать в больнице, вы пережили огромный стресс. Нам нужно понаблюдать за вами. А сейчас отдыхайте, больше вам ничего не угрожает. Но из-за падения произошла отслойка плаценты, а это значит, вам срочно потребовалось «кесарево сечение», что бы спасти ребенка, – объяснила врач.

Я кивнула, дав понять врачу, что я его поняла.

– Что с ребёнком? – с большим усилием сказала я. Ком в горле мешал мне говорить.

– Не переживайте с ней всё в порядке. Слабая, но сильная девочка, – успокоила меня врач.

Надо бы позвонить Олегу, а то он опять взбесится, что я ему сама не позвонила. Это было бы проще, если бы я знала, где мой телефон. Но он мне не понадобился, в коридоре я слышу громкие крики и понимаю, что это кричит Олег. Что? Олег кричит. За все пятнадцать лет я ни разу не слышала, как он кричит, а тут прям глотку дерет. Мне стало очень страшно.

***

– Агата, какого хрена? – кричу я на неё.

– Олег, я не знаю, как так вышло. Мы стояли у светофора и ждали зеленый свет, я рассказывала ей о близнецах, она стояла и слушала меня. А потом пошла, так резко выскочила на дорогу, что я не успела её удержать. – Агата явно волнуется о случившемся, но скорее всего не за Крис, а за себя.

– Черт! Ты должна была её остановить! – я приблизился к Агате, так близко, что отчетливо разглядел испуг в её глазенках, еще бы, я и сам себя сейчас боюсь. Я чувствую, как гнев приливает к моей голове, он растекается по всему телу, даже стало щипать пальцы. – Если с ней что-то случится или с нашим ребенком, я буду проклинать тебя всю оставшуюся жизнь! – процедил я сквозь зубы, а она в ответ, только смогла кивнуть.

– Что за шум? Что тут происходит? Кто вы такой, молодой человек? – мужчина прервал меня, он шел по коридору, и по мере его приближения, голос его становился громче.

– Мою беременную жену сегодня доставили сюда после аварии, – резко отворачиваюсь от Агаты и отвечаю мужчине.

– Ах, да, сегодня действительно поступила к нам такая пациентка, – спокойно ответил мужчина, скрестив руки за спиной. – Значит вы муж. Я лечащий врач вашей жены. Мне бы хотелось с вами поговорить в более спокойной обстановке, пройдемте в мой кабинет, – мужчина развернулся и пошел по коридору.

Я пошел за ним, но перед этим успел бросить злой взгляд на Агату. Тут я явно представил, как скручиваю её тонкую шею в узел, от чего она синеет, и глаза выпячиваются как у мопса. Мне стало даже немного легче.

Мы зашли в кабинет врача. Он указал мне на стул, приглашая сесть, что я и сделал.

– Как ваше имя, молодой человек? – спрашивает врач, садясь за свой стол.

– Олег – отвечаю я, уже более спокойным тоном, понимая, что истерикой тут не поможешь. – Расскажите доктор, лучше о моей жене.

– Ваша жена получила не серьезные травмы, жить будет, переломов нет, сотрясения тоже, несколько царапин и ушибов. Основной удар пришелся на живот.

Я оцепенел. И надо отдать должное этому доктору, за то, что он сделал паузу, дав мне возможность прийти в себя, и только потом продолжил.

– Олег, мне очень жаль, но, к сожалению, ваш ребенок погиб. К моменту когда, вашу супругу доставили в больницу, нам некого было уже спасать. Ребенок был уже мертв. И она не сможет больше иметь детей.

Агония… вот, что творилось у меня внутри. Я чувствовал, как каждая клеточка моего организма отказывалась принимать это, мое тело застыло. Не сможет иметь детей, да она и так не могла забеременеть. Жгучая боль наполнила мои глаза и всё мое мужество, градом полились из моих глаз. Я плакал, не обращая внимания на, мужчину, сидевшего напротив меня. Боль была настолько сильная, что я не мог совладать с ней. Я отказываюсь в это верить.

Прошло примерно минут двадцать, прежде, чем я смог успокоиться, врач все это время терпеливо ждал, подавая мне салфетки и наливая воды в стакан. В один из них он накапал добрую порцию валерьянки.

Я веду себя словно школьница, которая впервые получила двойку. «Надо собраться. Крис, моя бедная Крис, что с тобой случилось, что ты бросилась под грузовик. Нет… тут, что-то не так, ты не могла так поступить».

– Олег, я вас прекрасно понимаю, потеря ребёнка это страшное горе, – прервал, мои раздумья врач. – Соболезную вашей утрате.

– Спасибо, доктор! – только это я и смог сказать.

– Ваша жена уже пришла в сознание, мы уже провели операцию. Тело вашего ребенка доставлено в морг, – услышал я самые страшные слова «Нет, не говорите этого. Я не хочу этого слышать». – Но после осмотра и беседы с вашей женой, я понял, что с ней не все в порядке.

Конечно с ней не все в порядке, она бросилась под грузовик и убила нашего ребенка. Какой тут порядок может быть.

– У неё очень сильный защитный механизм, её мозг заблокировал воспоминания о случившемся и она до сих пор верит, что ребёнок жив, – говорит врач. – Поэтому постарайтесь не говорить ей правду, теперь эта работа психиатра. Вы должны быть максимально осторожны с ней, если не хотите, чтобы она оказалась в психушке.

Да ну блин, этого еще не хватало. Моя жена псих. Ну как так-то. Уходил на работу, было все прекрасно. Неужели это все правда, может, я сплю, и это очень плохой сон.

– Я понимаю, вам сейчас и без того тяжело, но постарайтесь оградить свою жену от резкого потрясения. Постарайтесь не затрагивать тему беременности или подыграйте ей. Пока её разум не прояснится лучше, если она будет думать, что всё в порядке. Правда в лоб, ей не пойдет на пользу. Тут знайте нужно действовать с особой осторожностью и доверить дело профессионалам.

А можно мне тоже ваших профессионалов. Мне что-то нехорошо.

– Хорошо, я вас понял. Могу я её увидеть? – успокоившись и приняв правду, спрашиваю доктора.

– Да, только не забывайте о нашем разговоре.

– Не забуду.

Войдя в палату, я увидел свою жену. Её зеленые глаза были пустыми, медно рыжие волосы, забраны в хвост, они были пыльными. Вся её нежность и утонченность, куда-то исчезли.

Она лежала на кровати и смотрела в потолок, никого не было она совсем одна. Её положили в отдельную палату, может оно и к лучшему, ей никто не сболтнет лишнего, и мы сейчас сможем быть наедине. Подойдя к своей любимой, я не увидел уже привычный для меня живот и только сейчас до меня дошёл весь масштаб трагедии. Я не стану отцом, папой, папочкой, я никого не поведу в детский сад, в первый класс и мне не за кого будет гордиться на выпускном вечере.

Но я также понимал, что это и её потеря. Только она этого еще не поняла. Следующие пять минут я помню плохо. Полное сознание ко мне пришло, когда я понял, что прильнул к её животу. Содрогаясь всем телом, рыдал, не стесняясь этого. Кристина гладила меня по голове и что-то бормотала. Наверно это были слова утешения, но я их не слышал из-за собственного горя, которое ей предстоит еще прочувствовать. Конечно, если ей помогут.

Глава 8

Это первая ночь со дня нашей свадьбы, которую я провел в одиночестве.

Мне это не нравится.

Я не могу поверить в происходящее. Все к чему мы стремились разрушено. Мы разрушены. Я разрушен.

Впереди одна неизвестность. Как и когда Крис поймет, что мы никогда не станем родителями? Что вообще с ней произошло? Что станет с нами? Что станет со мной?

Наша светлая просторная спальня уменьшилась до одной точки на потолке.

Когда мы купили эту трехкомнатную квартиру, я сразу полюбил её. В самой маленькой комнате, напротив нашей спальни была бы детская. Я представлял как наши малыши, входя домой, через прихожую бегали по кухне, меновая гостиную и по коридору играя в догонялки, забегали себе в детскую. А по утрам они забирались бы к нам в большую кровать и мы бы по выходным сладко нежились в теплой постели. А потом вставали и шли на кухню, проходя через большую арку между гостиной и самой кухней. Там где сейчас стоит стол, мы бы собирались все и моя дорогая жена, ставила на стол блинчики и два блюдца со сгущенкой и вареньем. И, конечно же, она нас всех бы отчитала, за то, что мы не умылись. Мы бы все послушно отправились в ванную чистить зубы. После мы бы собирались все на прогулку в парк или в кино, может быть, прошлись бы по магазинам и возвращались домой только под вечер. И вот мы все уставшие и довольные садились бы в гостиной на большой мягкий диван, включали семейную комедию, уплетая пиццу и попкорн, весело смеялись. Уставшие дети, не дождавшись конца фильма засыпали в гостиной, и мы с Крис нежно их относили в свои кроватки. Я всегда мечтал о двоих мальчике и девочке. Ну а после продуктивного дня мы бы с Крис уединялись в спальне и вытворяли бы безумные вещи. И мы их вытворяли, даже больше чем я мог себе представить. Как хорошо, что тогда мы выбрали кровать из цельного дуба, а не дешевое ДСП иначе, пришлось менять кровать раз в неделю, а может и чаще.

Но сегодня это всего лишь грезы несбывшихся надежд. И зачем теперь нам эта большая квартира, эта кровать. Нужна ли она теперь нам?

Солнце уже пустило свои лучи в комнату, а значит уже часов девять утра. А я даже не сомкнул глаз за всю ночь. Я так сильно вымотан, что не мог уснуть, хотя очень хотел.

То чего я так боялся, произошло. Бояться то теперь нечего! Но вот мозг борется с этой информацией.

Боль, отрицание, торг, принятие.

Это те стадии трагедии, которые человек обычно проходит, но иногда боль настолько невыносима, что мозг ломается и отказывается принять происходящее, блокирует и заставляет жить как обычно.

А нам остается подыгрывать, чтобы не нанести травму еще больше…

– Сынок, сынок, Олежек?

Мама? Её голос донесся из кухни, но её точно тут быть не должно или…

– Олежек! Вставай соня, я тебе омлет с тостами приготовила и сок.

Точно мама, но почему?

– Мам? – выглядывая на кухню, с тревогой спрашиваю я.

– Доброе утро! – мама поцеловала меня в лоб.

– Почему ты тут? – спрашиваю я.

– А где же мне быть? Я всегда была тут, – в недоумении ответила мать.

– Что? Ты бросила меня вместе с отцом. Отвернулась, а теперь стоишь тут и делаешь вид, что ничего не произошло, – чуть ли не кричу я ей.

– Тебе так казалось, но я всегда рядом, – словно не шевеля губами, ответила мама.

– Хватит врать, тебя не было рядом никогда! – кричу я.

Мать подошла ко мне, прикоснулась к моей щеке своей ладошкой, такой мягкой и теплой и одарила меня своей улыбкой. Это самое теплое воспоминание из детства, которое я еще помню, она всегда меня так успокаивала. Стало так легко, как будь то через ладонь она забрала, всю мою боль. Жаль что это не так, ведь так не бывает.

– Сынок, зачем так кричать? Ты разбудишь Крис с малышкой.

Какого хрена? В этот момент моя мать стала уменьшаться, и только спустя мгновение уменьшился я сам, мир потерял все цвета и стал белым и горячим.

От жара я вздрогнул, на меня светило солнце прямо в глаза, было жарко. С облегчением я понял, что это был сон. Но еще я понял, что мне безумно не хватает матери, особенно сейчас. И я захотел ей позвонить. Тупейшая идея.

– Алло, – в трубке раздался женский голос.

– Мам?

– Олег?

Что я делаю? Когда успел набрать её номер? Она его не сменила за десять лет?

– Сынок, как ты? – я слышу ком в её горле. Может она тоже скучала?

– Если честно, хуже некуда, – я не собрался с ней откровенничать, но вышло совсем иначе. – А как ты?

– Я скучаю сынок.

– Я тоже, но почему ты ни разу даже не позвонила? – задаю я вопрос, который хотел задать очень давно.

– Я под полным контролем твоего отца.

– Знаю, Игорь тоже под его контролем, но он находит возможность общаться со мной.

– Да, он смелее меня и ему же нечем рисковать!

– Хм… Нечем рисковать, а ты значит, не готова расстаться с деньгами, которые тебе не принадлежат, и никогда не принадлежали, и не будут принадлежать, ради сына? Тебе проще бросить своего ребенка, но не деньги. Я бы так не поступил со своим ребенком и к твоему сведению ребенка у меня уже никогда не будет! – выкладываю ей все как есть.

– Я не знала…

– Конечно, откуда бы тебе знать.

– Олег. Прости меня! – жалобно просит она.

– Расслабься мне уже пофиг, я смирился, – холодно отвечаю я.

– Прости меня… – шепотом проговаривает она, и я знаю, что она плачет.

«Алиса, с кем ты разговариваешь? Пошли, мы опаздываем». Телефонный разговор закончился, в трубке осталась тишина, как и в моей голове.

И? Зачем я это сделал? Мне не стало от этого легче или тяжелей. Мне и вправду пофиг.

Глава 9

Мои родители Константин и Алиса не самые лучшие из родителей. Отец, будучи нищим голодранцем полжизни, прожил в гетто, он любил нас с братом наказывать. Мы часто даже не понимали, за что были наказаны. Не знаю от чего он был так зол на нас. То ли от тяжелой жизни, то ли попросту нас не любил. Он работал грузчиком в магазине и большую часть своей зарплаты он пропивал, а потом злился, что денег мало и нечего есть. Но в один прекрасный для него день получил в наследство от своего отца небольшую фабрику по изготовлению бетоноблоков для строительства. Фабрика давала прибыль, но очень маленькую, едва хватало, на покрытие расходов и выплаты зарплаты рабочим.

И тогда отец рискнул всем и взял кредит в залог фабрики и всего имущества, что у него было, а это комната в общаге и велосипед. На удивление его идея зашла и сегодня он генеральный директор крупной металлостроительной фирмы.

Он никогда не был отличным отцом и мужем, но когда у него появились деньги, он стал невыносим. Его алчность, жадность и желание всевластия травили нашу жизнь. Он стал контролировать нас буквально во всем.

В детстве я помню его высоким, худым мужчиной. Его черные густые волосы всегда были сальными. Лицо серое от частых пьянок, карие глаза никогда не были ясными. Он всегда носил черные треники и замызганную зеленую футболку. И мне всегда казалось, что он ненавидит нас всем своим нутром. Никогда от него доброго слова не получишь, ему было все равно на полученную пятерку за контрольную или медаль на соревнованиях, за то за любой малейший проступок всыпал по первое число.

Но после получения наследства, мы все думали, что он изменится в лучшую сторону, и он изменился, не оправдав наши ожидания.

Сначала он окунулся в изучение бизнеса. Потом стал его строить на том, что было и у него это получалось намного лучше, чем отцовство. Мы всё немного выдохнули и стали спокойнее, он забыл про нас и наше воспитание. Каждый день он просиживал с кучей бумаг, ходил на встречи с потенциальными партнёрами, ему было не до нас. Мы были этому только рады.

И вот уже через три года, отец изменился. Замызганная футболка сменилась белой накрахмаленной рубашкой. Дешевые сигареты, сменились дорогими сигарами. Дешевая водка, сменилась пятизвездочным коньяком и элитным виски. Комната в общаге, большим загородным домом и вот тут был огромный плюс, у меня появилась собственная комната. И, конечно же, дедовский велосипед стал ржаветь в гараже, а на его место отец купил отличную спортивную тачку. А характер стал еще больше невыносим.

К этому времени я окончил школу, и вот пришло время выбирать дорогу в будущее. Отец видел меня в своем бизнесе, и как старший из двоих сыновей я был главным наследником. Наследник – вот мое будущее.

Я поступил выбранный им универ, сделал, как он хотел. Но этого хотел не я, а он.

Но следующий его поступок, привел меня в бешенство.

Он задумал меня женить на дочери своего бизнес партнера, а взамен тот увеличит свой вклад в бизнес отца в пять раз. То есть он хотел меня продать, без моего согласия. Я даже девушку эту ни разу не видел, знал только имя Екатерина, но этого было недостаточно, чтобы я согласился на брак, во блага своего отца. Он для меня ничего не сделал, так что и я черта с два сделаю. Пусть спасибо скажет, что я вообще поступил в тот универ, который он хотел. Да и то не потому, что он так захотел, а потому что мне все же нравится выбранная специальность.

Конечно, все мои возражения и протесты по поводу брака были игнорированы отцом. Он полагался на свой авторитет и приказал мне прибыть в указанное место и время при полном параде, иначе он лишит меня всего.

Но в ответ, я специально не пришел туда и сорвал крупную сделку своему папаше. Я надел, то, что купил себе сам на деньги, которые заработал, когда подрабатывал, а это спортивный костюм и кроссы. Ладно, трусы я все-таки оставил. Но я и их честно вернул ему, отправив бандеролью. Как жаль, что я не видел его лицо, когда он вскрыл коробку.

В тот день я вышел за порог отцовского дома на свидание с Крис и больше никогда не возвращался. Мы изредка общались и всегда разговоры заканчивались руганью и упреками моего выбора.

И вот теперь я нищий голодранец, но я не мой отец и у меня есть Крис.

Я не жалею о своем выборе, и рад, что это взбесило отца, радуясь этому всеми фибрами души. Как же это было эпично. Я отомстил отцу за все года издевательств и неуважения свои поступком и доволен этим.

К моему не удивлению и несчастью общение со мной прекратила и моя мать. Я иногда скучаю по ней. По её зеленым глазам и всегда выкрашенным в самый модный оттенок сезона волосам, собственно она всегда следила за модой, и конечно так было не всегда. Она пыталась выглядеть прилично, вещи были чистыми хоть и заметно поношены и далеко не новы. У Алисы есть удивительная женская способность, которая дана далеко не всем, выглядеть на все сто даже в картофельном мешке, у нее всегда была неуловимая грация. Наверно отец и полюбил её за это. Только вот за что полюбила она его, остаётся загадкой. Она никогда об этом не рассказывала, да и мы не спрашивали. Это сейчас он дает ей все ресурсы для воплощения её самых смелых идей, но не тогда. Конечно же, он имеет над ней полную власть и контроль.

Он запретил ей общаться, видеться, иметь хоть какие контакты со мной. Следит, прослушивает её телефон. Она привыкла к этому, в отличие от моего брата Игоря. Он с этим мириться не стал, хоть и рвать отношения с отцом даже и не думал.

Он на три года младше меня, но уже разведен дважды. От первого брака у него появилось двое детей, а от второго один. В итоге у него две дочки и сын. Женщины его любят и, будучи в браке, он понял, что принадлежать только одной он не способен. Хоть и очень любил своих бывших жен, верным он им быть не смог. Он единственный кто поддерживает со мной связь из родных, хоть и тщательно это скрывает. Отец тоже запретил ему общаться со мной, иначе лишит наследства. Но брату всегда было наплевать на его наследство, он смог открыть свой собственный бизнес и стать независимым от его денег.

Глава 10

Сегодня второй день после трагедии. День уже близится к вечеру, и я могу навестить Крис. Но мне совсем не хочется. Мне тяжело видеть её такой. Вся её жизнерадостность, лучистость исчезла, а мне этого так не хватает. Я знаю, что должен всеми силами её поддерживать. Но беда в том, что у меня нет на это никаких сил и ресурсов. Близкие друзья оказались гадами и нашли тысячи причин отказать мне в разговоре или встрече, когда я их просил. Все-таки правильно говорят, что друзья познаются в беде. Мои друзья этот тест провалили, но надо сказать не все. Как только я начинал свой рассказ, все начинали «охать и ахать», но больше ничего. Только Валера спросил, нужна ли мне помощь и я смог его уговорить встретится со мной.

Собравшись, я с тяжелой головой вышел во двор, дожидаться такси. Не могу в таком состоянии сесть за руль. Мои мысли меня все время, куда-то уносят, и я не могу сконцентрироваться на дороге. Так что я сейчас опасен. Может у того водителя, тоже были проблемы и он не так серьезно отнесся к себе и окружающим. Хотя кого я обманываю, Крис сама вышла на дорогу, когда горел для неё красный. Я опять вспомнил об Агате, и прилив гнева моментально наполнил моё тело.

Такси приехало быстрее, чем я смог совладать со своим появившимся состоянием и отвлек меня от мрачных мыслей.

В больнице я чувствовал страх и не заходил в палату минут пять. Я не знал о чем и как говорить с женой. Я помнил о том, что мне сказал врач, и это усугубляло ситуацию. Мне хотелось сказать ей, все как есть. Но я даже не смогу поделиться с ней своими переживаниями.

Все-таки собрав все свое мужество в кулак, я захожу в палату.

Крис сидела на кровати в позе лотоса, она улыбалась мне, это значит, что она еще не поняла случившегося.

– А вот и папочка пришел, – сказала она и протянула мне обе руки, но правую руку тут же отдернула, там стояла капельница.

– Привет, – ответил я.

– Чудесный день, вчера родилась наша дочка, она просто великолепна, хоть и родилась очень рано, и только сегодня я впервые увидела её, – с таким спокойствием рассказывает мне Крис. – Она в боксе и слаба, но врачи говорят, что она боец и справится.

Как такое может быть, неужели она и вправду думает, что родила. Мне нужно как то отреагировать на её слова, а то она почувствует неладное. Но слов я так и не подобрал, поэтому только улыбнулся в ответ и обнял её.

– У тебя все в порядке? Ты какой-то напряженный, – спросила Крис.

– Да, просто вся эта история немного выбила меня из колеи, и я устал, – ответил я. Хотя о каком порядке может идти речь. Я просто разваливаюсь на части, и меня никто не соберет, никогда. Это будет преследовать меня всю жизнь, а потом и её когда сознание позволит ей всё понять.

– Я тут выбрала несколько имен, раз уж так случилось, не оставлять же её без имени. Екатерина, Ева, Милана…

Она стала перечислять еще несколько имен, но мой внутренний голос буквально взрывал мне мозг: «Какое имя? Кому? Мертвому ребенку? Зачем оно ей?», «Скажи ей правду, прямо сейчас!», «Ей нужно это знать! Скажи!».

– Олег? Ты слышишь меня? – я увидел её недовольный взгляд смотрящий прямо в глаза. – Ты, кажется, немного завис. Не ожидал, что станешь отцом так скоро?

– Да, не ожидал, – подумав немного, что ответить, сказал я.

У меня зазвонил телефон, это был друг Валера. Я ответил на звонок и поспешно сообщил, что перезвоню позже.

– Ну, что с именем, какое тебе нравится больше? – спросила она.

А я не знаю, что ей ответить, точнее, как и глупо улыбался ей вместо ответа. Крис вопросительно подняла бровь и еще пристальней стала вглядываться в мои глаза.

– Знаешь, мне нравятся все, и доверяю тебе выбрать для неё имя самой, – смог ответить я. Ведь я понимал, что это бесполезная идея. – Расскажи мне лучше, что с тобой случилось?

Кристина переменилась в лице, ей этот вопрос не понравился.

– Я знала, что ты спросишь меня об этом. Но проблема в том, что мне нечего тебе рассказать. Я не знаю, что со мной случилось, – ответила Крис. – Мы с Агатой возвращались из нашего парка. Она мне рассказывала о своих детях, и мы встали около светофора, ждать зеленый сигнал. А дальше я очнулась от падения и увидела перед собой этот огромный грузовик. Водитель так орал на меня, что у меня уши в трубочку свернулись. Все смотрели на меня, а я не понимала, как вообще тут оказалась, это как провал в памяти, мой мозг просто отключился на некоторое время, а тело продолжало двигаться и вот, что получилось. Агата помогла мне встать и добраться до тротуара, а потом уговорила водителя довезти нас до больницы, потому, что ждать было нельзя, мне срочно требовалась медицинская помощь. В больнице я дала твой номер, единственный который я помню.

Я внимательно выслушал её и не поверил своим ушам. Как можно отключиться, она же не компьютер. Или её мощный защитный механизм стал работать еще раньше, и она просто не помнит, самой аварии? Но спрашивать я её об этом не стал. Я просто её обнял и понял, что в этих объятьях, что-то изменилось. Мои ощущения и чувства к ней стали другими. Теперь я не хотел к ней прикасаться и более того мне стали противны её объятья.

Затем я поспешно встал и вышел, не в состоянии больше это терпеть, оставив Крис в недоумении одну.

Глава 11

От больницы до дома я решил прогуляться, хоть и расстояние было приличным, на машине ехать полчаса. Но мне так не хотелось возвращаться домой. Тут я вспомнил, что мне звонил Валера и решил позвонить ему. Мы договорились встретиться у него.

Живет он чуть ближе к больнице, чем я. Мой путь был ближе, и к нему я добрался через час. Настроение чуть улучшилось мне не нужно идти домой, а предвкушение встречи с другом меня радует.

– Здарова! – похлопал меня по плечу Валера.

– Как дела? – проходя на кухню, спросил я.

Валера холостяк и его небольшая съемная квартира тому подтверждение. Хаос, вот что творилось у него дома. Он всегда был равнодушен к чистоте и гора посуды в раковине и грязного белья в ванной для него считается нормой. Высокий коренастый мужчина, с отросшей бородой, за которой не было видно губ. Выглядело достаточно забавно, когда он разговаривал, как будь-то, затылок научился шевелиться. За очками скрывались голубые глаза. Он зачем-то носил солнцезащитные очки даже дома. Валера как настоящий хозяин своей берлоги учтиво предложил мне банку пива, и я отказываться не стал. Я так давно не слышал этого «пшик», что даже немного вздрогнул, когда друг стал открывать банку. Я повторил то же самое, что и он. Но у меня в отличие от него получилось, не сразу и мне пришлось, немного повозится, прежде чем я услышал свой «пшик». Отпив глоток, я понял, что этот вкус мне не особо нравится. Он отдавал горьковатым послевкусием. Понравилось только, как пузырьки щекотали всё во рту. Но ради этих прохладных пузырьков, я бы мог и попить газировки. Вкус куда приятнее, в отличие от пива. Но я не хотел обижать друга и продолжил пить своё пиво.

Когда мы с Крис начали встречаться я пил и немало. Все проблемы, которые были у меня на тот момент, сглаживались под действием горячительных напитков, вот только они никак не решали эти проблемы, но часто добавлялись новые.

Однажды я очнулся на обочине неизвестной мне деревушки, от того что в меня тыкали палками местные мальчишки. Когда я подал признаки жизни, они закричали «Он живой!», с визгом разбежались в разные стороны. Я попытался пошевелиться, но боль пронзила всё мое тело, голова ныла. Я лежал на солнце и кажется, вместе с похмельем в тот день я получил солнечный удар. Алкоголь в крови даже не думал уменьшаться и я с большим трудом смог встать на ноги. К моему удивлению на мне не было одежды, только трусы и кроссовки, где я всё оставил, не помню, так же как и оказался тут. Мне нужно было выяснить, где я и в какую сторону мне двигаться, чтобы добраться домой. Оглядевшись, я обнаружил колодец и направился туда. Это было сложно, ноги меня совсем не слушались. Когда всё же мне удалось добраться до спасительной воды, я вытащил ведро очень холодной воды и опрокинул на себя, чтобы освежиться. Вода была настолько холодной, что на мгновенье у меня перехватило дыхание, я буквально не мог вздохнуть. Спазм в груди длился недолго, и я снова смог дышать. Я набрал еще воды и стал жадно её пить. Жаль, что у меня нет с собой тары, чтобы набрать её с собой. Остатки воды я снова опрокинул на себя. Освежающий душ привел меня немного в чувства. У местных не удалось выяснить, в какой стороне город, к моему счастью один из местных жителей как раз направлялся туда и любезно подвез меня до самого дома. Не знаю, что бы я делал в таком виде, если бы не он. Я до сих пор в долгу пред ним.

В тот день я пообещал себе больше не пить, но обещание свое нарушал регулярно, хоть и не пил так много как раньше и всегда заканчивал, когда начинал чувствовать вертолеты в своей голове. А вот окончательно бросил пить, тогда когда мы с Крис узнали, что сами зачать не можем и нам приходилось во многом себе отказывать даже в близости.

И вот спустя десять лет я сижу с другом, пью пиво и вспоминаю былые времена. Ведь с Валерой мы знакомы еще со школы, он помнит те времена, когда мой отец был нищим. Я часто проводил с ним время, делился наболевшим и он мне помог, когда я сбежал из дома. Впустил меня пожить у него, помог найти подработку. За это я его и ценю, он не отвернулся от меня ни тогда, ни сейчас.

–Ты знаешь, я мечтаю уехать из этого городишки, куда-нибудь в деревню завести кур и коз, возможно даже корову, выращивать овощи и всякие деревья. Я знаю, что это только кажется простым, но от города я устал, – начал рассказывать мне Валера.

– Деревня не так уж и плохо, экология лучше, да и проблем меньше, – поддержал его я.

– В точку. – Валера протянул мне еще одну банку с пивом и предложил порубиться с ним в приставку. Я не отказался ни от того, ни от другого.

Приятно проводить время с другом, тем более, когда в жизни твориться, не пойми что. Валера снова меня поддержал, внимательно выслушал про случившееся и ни разу даже не «ойкнул», а только хлопнул меня по плечу.

– Да, дерьмово вышло, конечно, но ты знай, что можешь рассчитывать на мою помощь, и я постараюсь тебе помочь, чем смогу, – сказал Валера. – Надо бы этого водилу найти, и выяснить, что всё-таки произошло.

– Не выйдет, Крис сама на красный свет вышла, – возражаю я.

– Да это и неважно. Можно посмотреть по камерам, если они там конечно есть, ну или найти свидетелей, – начал рассматривать варианты друг.

– Камер там нет, возможно, у кого-то был видеорегистратор, но как теперь найти свидетелей.

– Давай напишем пост, во всевозможные городские группы, с просьбой о помощи в поисках, – предложил Валера и достал свой телефон, долго, что-то печатал и наконец, сказал. – Ну, вот готово, будем ждать результатов.

– Спасибо, о таком я бы сам не догадался, – поблагодарил я Валеру и допил свое пиво, а затем смял железную банку. Друг достал из холодильника еще две баночки и хоть я и чувствовал, что уже начал пьянеть не захотел останавливаться.

Мы еще долго сидели и играли в приставку, а потом включили какой-то боевик, я не запомнил название, да и сюжет тоже. Пять банок пива вырубило меня почти в самом начале фильма.

На удивление утром я встал в хорошем самочувствии, похмелья не было, только урчало в животе и неприятно пахло изо рта. Я добрался до холодильника и ничего там не обнаружил, меня это не удивило, и пока Валера спал, я успел сбегать в супермаркет и накупить там еды на завтрак. Почувствовав себя хозяюшкой, я решил приготовить омлет с помидорами и колбасой и кофе. Видимо почувствовав запах еды, Валера проснулся.

– О, завтрак из еды, – сказал сонный Валера. – Ну, ты даешь, может, останешься у меня жить кухаркой? С готовкой у меня проблемы,– захохотал он.

– Тогда мы будем питаться скудно, – ответил я. – Я мало что умею готовить.

– Это все равно больше, чем умею я, – поделился своим умением готовить Валера и снова захохотал и я не смог удержаться и засмеялся в ответ.

– Спасибо за завтрак, я давно так не ел. В основном бич пакеты или фастфуд иногда поем в кафе, бывает, что подружки готовят завтрак для меня, когда остаются на ночь, но что бы приготовить самому, никогда, – доедая омлет, сказал Валера.

– И как же ты тогда собирался жить в деревне? Там такого нет, – спросил я.

– О, я об этом и не подумал. Видимо я не так уж и готов отправиться жить в деревню, – сказал он и снова принялся за омлет.

Я улыбнулся, мне приятно находится рядом с другом. Но мысль о том, что мне все равно придется пойти домой, испортило мне хорошее настроение, и Валера это заметил.

– Что? Снова мрачные мысли вернулись?

– Да, – тяжело вздохнул я, ковыряя вилкой в тарелке, – дом стал чужим, я не хочу туда возвращаться, – ответил я.

– Ну, я тебя никуда не гоню, если тебе тяжело ты можешь остаться у меня, – предложил Валера.

– Спасибо, не хочу стеснять тебя, – попытался отказаться я. Мне действительно было неловко стеснять его, у него своя жизнь и мои проблемы не должны мешать ему, комфортно жить, Валера и так мне помогает.

– Да ладно, – ответил он. – Тем более, ты вкусно готовишь.

Мы оба улыбнулись и продолжили свой завтрак. Конечно, я не остался у него, как бы мне этого не хотелось. Распрощавшись с Валерой, я поблагодарил его за гостеприимство и пошел домой по пути забежал в магазин и купил себе пива. Кажется, я потихоньку спиваюсь. Да и черт с ним.

Глава 12

Очередной визит к жене состоялся в не лучшем моём состоянии, и я переживал, что от меня пахнет перегаром. Похмелье всё чаще навещает меня. Но пропустить встречу с Крис я не мог, моя поддержка нужна ей.

Я зашел в её палату, но там оказалось пусто. Странно, где она? Решил подождать её тут, благо ждать пришлось недолго, через пять минут Крис вернулась.

– Привет, – сказал я и обнял Крис.

– Привет, я думала ты позже придешь, поэтому была у дочери.

Ну, началось, мне и так фигово, а тут еще её мозговые заскоки. Я решил, что лучше будет, если я ей подыграю.

– И как она? – взгляд Крис, меня обескуражил, мне показалось, она была не готова к такому вопросу.

– Поправляется, скоро выпишут домой. Я не думала, что ты вообще, когда-нибудь о ней спросишь, – ответила она.

– Почему ты так решила? – спросил я.

– Твое поведение последнее время очень странное. Я не знаю с чем это связано. Возможно то, что произошло со мной, изменило что-то в тебе, а может быть, мне так только кажется.

– Мы оба поменялись, это не могло пройти без следа для нас. Но я надеюсь, в скором времени все наладится, – попытался приободрить я Крис.

– Конечно, наладится, скоро мы все будем дома. И уж ты поверь, шороху малышка нам даст. Из-за преждевременного рождения она получила несколько болезней, поэтому она очень капризна и беспокойна. И нам понадобится много терпения и сил, чтобы помочь ей совсем справиться и стать нормальным здоровым ребенком, врач сказала, при должном лечении и уходе это вполне возможно.

– Здоровым… это хорошо, – задумчиво протянул я.

– Мы так и не выбрали ей имя, – сказала Крис.

– Я же сказал, что ты сама вольна выбрать ей имя, – но увидев, как переменилась в лице Крис, решил добавить, – у нее и так будет моя фамилия и отчество, будет честным, если имя выберешь все-таки ты.

– Ну, раз так, – улыбнувшись мне, явно довольная ответом Крис сказала, – мне нравится Ева.

– Евсеева Ева Олеговна, отлично звучит, – я одобрительно кивнул, а затем обнял и поцеловал Крис. Вот только в этом поцелуе я не почувствовал былых чувств. Не могу сказать, что мне этот поцелуй не понравился, просто отношение к жене стало другим, все-таки я винил в случившемся и её.

У меня завибрировал телефон, я достал его из брюк, это звонил Игорь. Надо ответить, он и так редко находит возможность поговорить со мной.

– Извини, это Игорь, я не долго, – сказал я жене.

– Алло, привет, – ответил я.

Вид и взгляд моей супруги дал мне понять, что она не против разговора, но я постарался быстрее его закончить.

– Он хочет встретиться, поболтать, – ответил я жене.

– Встретьтесь, поверь, я не против и вы мне мешать не будете, – с легкой ухмылкой ответила Крис.

Я ответил на её одобрение такой же улыбкой.

– Ты знаешь, я недавно разговаривал с матерью.

Вот в этот момент у Крис чуть глаза не выпали, они так округлились, что я даже немного испугался.

– Вот это неожиданно! – очень удивленно ответила она. – И? Кто был инициатором?

– Ты удивишься еще больше, но я.

– Действительно, – потирая лоб ладонью, ответила мне Крис. – Очень интересно, о чем же вы говорили.

– Кажется, она была удивлена не меньше твоего, слышно было, что она плакала, ну или хотела, что бы я так думал. Говорила, что скучает и не может, общаться со мной из-за отца, точнее из-за его денег. А потом наш разговор резко оборвался, когда в трубке я услышал голос отца, – рассказал я.

– Да уж, я её совсем не понимаю, как можно ребенка на деньги променять, – поддерживает меня Крис.

– Я тоже этого не понимаю, – ответил я.

Время пролетело незаметно, мы с женой просидели целый час, болтая, как ни в чем не бывало. Мне это понравилось, но нужно было идти, и я обнял жену как раньше и почувствовал наконец-то её прежнее тепло и нежность. Совсем не хотелось отпускать этот момент, не зная, будет ли он ещё когда-то.

Глава 13

Мое пристрастие к алкоголю мне не нравиться и я никогда не одобрял подобное и, вспоминая отца, не хотел быть на него похожим. Сегодня я проснулся на диване в куче банок пива и рассыпанных чипсов вперемешку с орешками. Точь-в-точь как мой отец много лет назад. От этого стало еще хуже, детские воспоминания нахлынули на меня. Я вспомнил, как мы прятались с братом в своей комнате, едва услышав его кряхтение на диване. Мы знали, как только он обнаружит, что всё пиво выпито, начнет винить нас за это. А потом начнет обвинять нас, за это и непременно нас накажет. Но мы быстро сообразили, что нам делать. Хоть нам еще не было восемнадцати, мы брали свои накопленные деньги, а если их не было искали в карманах отцовской одежды, шли в магазин, и просили кого-то из взрослых купить пару банок пива. Конечно, многие нам отказывали и ругались, но всё же находились и те кто соглашался. Мы приходили домой и оставляли их около отца, и когда он просыпался, не обращал на нас внимания, когда находил полные банки пива, а сразу же принимался их опустошать. Но один случай очень хорошо отпечатался у меня в памяти.

«– Где вы, мои отпрыски? Идите сюда оба и поживей? – прорычал отец. Мы уже знали, что из этого ничего хорошего не надо ждать, поэтому постарались как можно быстрей прийти к нему, чтобы не ухудшить ситуацию.

– Вы опять выпили моё пиво?

– Нет, папа! – хором ответили мы.

– А где оно? – злобно спросил он нас.

– Ты сам всё выпил.

– Я? – очень удивленно спросил отец. – Вы хотите сказать, что вся эта куча принадлежит мне одному?

– Мы не пили твоё пиво!

– Да как же, я точно помню, что оставлял вчера несколько банок, но сегодня их нет, все пустые!

– Ты вчера всё выпил, мы не пьем пиво и никогда не станем его пить! – испугавшись, ответил Игорь, а я промолчал.

– Ладно, испарились с моих глаз, пока я не придумал вам наказание, –скомандовал отец, и мы со всех ног рванули в свою комнату.

Мы сидели очень тихо и боялись даже дышать, сейчас отец как пороховая бочка, не знаешь, когда рванет и чего от него можно ожидать. До нас доносился его голос. Он говорил достаточно громко, так что мы смогли расслышать каждое его слово.

– Мать, ты где? – прокричал отец.

– Я на кухне, готовлю обед.

– Бросай свои дела, и иди в магазин, мне не хорошо и я хочу пива, и сигарет купи.

– Мне немного осталось, подожди чуть-чуть.

– Я не могу ждать. Обед твой подождет, собирайся в магазин.

– Раз тебе не терпится, иди сам, а я занята.

– Ты меня плохо слышала, я же сказал, что я болею.

– Кто заставлял тебя вчера пить? – спросила мама.

– У меня выходной! Я что в свой выходной выпить не могу?

– Да у тебя каждый день выходной, я уже и не помню, когда ты засыпал трезвым! – уже начала кричать Алиса.

– Я работаю, и устаю на ней, могу я хоть дома отдохнуть?

– Дома тоже дел куча, всё разваливается, ни одна дверца шкафа не прикручена толком. И к твоему сведению я тоже работаю! И не сижу вечерами с бутылкой.

– Ты долго ворчать будешь, давно бы уже сходила в магазин! – заорал отец.

Мы услышали, как мама закричала «Не трогай меня!», из кухни доносились звуки борьбы. Мы должны были, что-то сделать иначе он опять побьет мать. На кухне мы увидели, ужасную картину, отец, стоя над мамой бил её по лицу, а когда она упала, он продолжил бить её ногами. В тот момент я даже не задумался о последствиях и с разбегу толкнул отца. Ему не повезло, его ноги были слабы от ужасного похмелья, и он не удержав равновесия, попятился назад, туда, где стояла газовая плита, а на ней кипящая кастрюля с супом. От сильного толчка, плита зашаталась, и кастрюля со всем содержимым полетела, прямо на спину отца. Таких воплей я больше никогда не слышала, он заскакал по кухне как козлик на лужайке. Ожог был сильный, и его увезли в больницу, где он провел целый месяц. Это время мы провели как в сказке. Никто не кричал, не бил нас. Мы спокойно возвращались со школы и приятно проводили время дома. Я даже перестал грызть ногти, и они стали выглядеть как у нормальных людей. Но когда отец вернулся, все снова стало как раньше».

Таким был мой отец, а я в этот момент похож на него. Хорошо, что Крис этого не видит, она пришла бы в ужас, во что превратилась наша квартира. Без её рук тут стало мягко сказать неуютно и очень грязно. А если бы у нас был ребёнок и увидел меня в таком же состоянии, наверно он бы почувствовал, то же что и я в детстве. Вот только отцом теперь я не стану или стану, но не с Крис, а без Крис мне дети не нужны. Вот такой вот замкнутый круг.

Прошла уже неделя моего одиночества, и я немного привык к такому положению вещей, поэтому я спокойно прибрался дома, выбросил весь скопившийся мусор и даже помыл посуду, хотя раньше в этом доме я этого не делал. После моей уборки я поехал в больницу. За руль не сел, у меня появилась паранойя. Да и похмелье не позволяло мне это сделать. Я стал бояться пешеходных переходов и грузовиков. Надеюсь, это пройдет.

В больнице я уже не боялся встречи со своей женой. Но совсем не ожидал увидеть там Валеру, который разговаривал с лечащим врачом Крис.

– Здарова, – поприветствовал он меня, в коридоре больницы, он наверно ждал меня, его не хотели пускать, так как пациентов могли навещать только родственники.

– Здарова. Что ты тут делаешь? – озадаченный его присутствием, спросил я.

– Я пришёл поговорить с Кристиной.

– Странно и о чем же?

– Можешь провести меня в её палату? – попросил Валера, и я был озадачен такой просьбой.

– Могу, а зачем?

– Прости, дружище. Ничего такого не подумай, но мне срочно нужно с ней поговорить. Прежде, чем поговорю с тобой.

– Ладно, – еще больше озадачился я.

Я договорился с девушкой на посту, и показал Валере, на палату, где лежала Крис. Валера зашёл один, попросив дать им пару минут. Я пытался подслушать, о чем они говорят, но ничего не слышал.

Может они любовники? И кто-то увидел их вместе и теперь они решают, что с этим делать. Или они вместе ограбили кого-то и теперь их шантажируют. Мысли лезут всякие нехорошие. Я думаю у каждого, были бы мысли не в порядке, приди друг вот так с разговором к твоей жене. Странно всё это. Я даже забыл, что пришёл в больницу. Так и завис стоя у двери, прислушиваясь к ним, ожидая, когда там наговорятся заговорщики.

«С этим нужно, что-то делать, так оставлять нельзя».

Донесся обрывок разговора до меня. С чем делать? Что они там замышляют. Моё терпение лопнуло, и я зашёл в палату.

– О чем вы там замышляете? – с недовольством спросил я. – Что вы от меня скрываете.

– Прости, нужно было кое-что обсудить.

– Что обсудить? Знаешь ли, друзья вот так не беседуют с женами своих друзей, скрывая что-то от него, – решительно заявил я, в этот момент я готов был добиться от них правды.

– Это все ради тебя, я кое в чем запутался и решил сначала поговорить с Крис, но, кажется, теперь это уже не важно, важно стало другое.

– Что важно? Хватит говорить со мной загадками! – потребовал я.

– Мы не уверенны, что мы можем тебе сейчас это сказать, – испуганно сказала Крис. – Я не думала, что всё так серьезно.

– Да к черту всё, делайте что хотите. Скрывайте, обсуждайте, хоть сексом тут займитесь, я устал от этого всего, – закричал на них я. – Почему все от меня, что-то скрывают, вокруг одни загадки и я не могу их решить сам. Хоть на один вопрос мне кто-нибудь может дать ответ.

В палате воцарилось молчание, никто не хотел отвечать на мои вопросы и я не в силах терпеть это вышел из палаты и захлопнул за собой дверь.

– Олег, здравствуйте, – окликнул меня незнакомый женский голос.

– Здравствуйте. Мы знакомы? – удивленно ответил я.

– К счастью, нам не представлялось такой возможности ранее, – ответила девушка.

Милая молодая девушка, сидела в коридоре на скамейке, она точно ждала меня. Её светлые волосы естественно кудрявились и падали ей на плечи, неестественно большие голубые глаза смотрели, как будь-то не на меня, а сквозь меня, в моё нутро. Её губы, тонкие с четким контуром слегка улыбались, делая её черты лица, ещё милее. Изумрудное платье не было современным, скорее прошлых веков и милые туфли под цвет платья дополняли образ. Кто она и откуда я не знал. Но чувство, что я её знаю, не покидало меня. Но как бы я не пытался вспомнить, я не мог.

– Кто вы и зачем я вам нужен? – задал вопросы я те, которые я думаю, многие бы задали при встрече с незнакомкой.

– Меня зовут Елизавета. И это я вам нужна, а не вы мне, – ответила юное создание, оставив ещё больше вопросов.

– Я вас не понимаю, что значит, вы мне нужны? – спросил я.

– Время все покажет, и вы все поймете, когда придет тому час, – ответила Лиза. – А сейчас мне нужно идти. В скором времени мы еще встретимся и не один раз. До доброго свидания мой милый друг. – Удивительно легкой походкой, девушка удалилась из коридора, мне показалось, что она даже летела, а не шла.

Я же так и остался стоять в коридоре, обдумывая, кто она и что вообще это было. Но я настолько был удивлен, что мысли мои никак не приходили в обычный ритм и быстрыми воспоминаниями я пытался вспомнить, где же я мог её видеть. Но все безуспешно. Это настолько было мучительно, что у меня разболелась голова и только это, заставило меня двигаться и пойти к выходу.

На улице я попытался найти девушку, но её нигде не было. Вспомнив о договоре с братом, я решил прогуляться пешком до места встречи, на это у меня время было. Весь путь, что я шел, искал глазами ту таинственную Лизу в изумрудном платье.

Дойдя до бара, в котором мы договорились встретиться, я остановился у входа, собрался с мыслями и настроился хорошо провести время с моим единственным родным человеком.

Внутри обстановка мрачноватая, все в темно-синем тоне, громкая музыка резала мой слух, от чего голова стала болеть ещё сильнее. Осмотревшись, я не увидел Игоря и, подойдя к бару, встал, так, чтобы он увидел меня, как только войдет в бар. Я сделал заказ бармену виски со льдом и залпом опрокинул стакан, вместе с кусочками льда и повторил свой заказ. Но второй стакан я не стал пить так быстро и наслаждался каждым глотком, который согревал меня и я чувствовал, как он разливается по моему организму.

– Привет, брат, – отвлек меня голос, но я настолько был погружен в свои мысли, что только лишь кивнул ему в ответ.

За два часа, что мы провели в баре я только и делал, что жаловался ему без остановки. Мне самому было от этого противно, но больше излить душу мне некому. И надо отдать должное Игорю он терпеливо и внимательно выслушивал мои капризы. Я опьянел достаточно быстро и не помню, как добрался до дома.

Проснувшись в пустой квартире, я вдруг осознал глубину моего одиночества. Моё похмелье было настолько сильным, что я не мог поднять голову от подушки даже на сантиметр и очень жалел, что рядом нет Крис, ведь у меня пересохло в горле, а добраться до кухни и попить воды я не мог. Если быть честным, то будь тут Крис я бы даже и не напился.

Следующие дни тянулись долго, но ничем друг от друга не отличались. Я был вынужден выйти на работу, так как её я потерять не мог. А после работы заезжал в больницу, у Крис не было никаких изменений, она всё так же была в неведении, что происходит и с нежным трепетом рассказывает про нашу дочь. Я решил, что пить больше не буду, толку от этого нет, проблемы алкоголь не решит, впрочем, как и молоко.

Глава 14

В полнее обычном ритме, прошли еще две недели. Дом, работа, больница, дом. Моя таинственная незнакомка больше не появлялась, хотя я часто вспоминал о ней. Но так и не смог вспомнить, откуда у меня чувство, что я её знаю.

Этот вечер закончился не так как обычно.

Подходя к своему подъезду меня, окликнул до дрожи знакомый голос.

– Олег!

Я даже сначала и не понял, откуда доносился голос и только когда увидел дорогую машину, я догадался кто это. Мой отец, но что ему надо? Вспомнив, как он отвернулся от меня, я проигнорировал его и пошел своей дорогой.

– Олег, сын, постой, – позвал он меня еще раз. Но его слова задели меня и весь гнев, который копился во мне столько лет, вот-вот вырвется наружу.

– Я не твой сын! Ты дал мне это ясно понять! Ты сам это обозначил! – гневно ответил ему я. – Я не знаю, что тебя привело ко мне. Но тебе лучше убраться от меня подальше.

– Ты не злись так, сядь в машину, поговорим,– упрашивает меня мужчина, который когда-то был мне отцом.

– Черта с два я сяду в твою дерьмовую тачку, – заявил я, отмахнувшись рукой, дав ему понять, что не желаю с ним разговаривать.

– Я все осознал, я понял свою ошибку и хочу исправить её. Ты дорог мне и я хочу восстановить наши отношения, – не унимается отец.

– Долго же до тебя доходило, но вот только я не хочу иметь с тобой никаких отношений и не собираюсь помогать тебе, исправлять твои ошибки, – ответил я.

– Ты же понимаешь, что я был не прав и поступил с тобой плохо. Дай шанс старику исправится и стать лучше для тебя и Игоря, для мамы, – сказал он. – Если мы помиримся, вы сможете с ней общаться, я больше не стану вам мешать.

– Оставь эти манипуляции для кого-то еще, я тебя знаю, такие, как ты не меняются.

– Я знал, что ты не захочешь мириться со мной, но хотя бы выслушай меня, – просит отец.

– Выслушать тебя? А с чего бы это? Ты никогда меня не слушал и даже не хотел, тебе всегда было наплевать на меня. Так с чего бы это ты решил сейчас все исправлять?

– Я умираю, сын и поэтому хочу исправить все свои ошибки, – его ответ меня удивил.

Я подошел к открытому окну машины, из которого смотрел на меня отец, наклонился и посмотрел ему прямо в глаза, давно я не видел его глаз. Обычно это он смотрел в мои глаза, когда я в чем-то провинился, этот взгляд меня пугал. Он злорадствовал, и выглядел счастливым от того что сейчас он сможет меня наказать. Но в этот раз злорадствовал я.

– В таком случае я с радостью спляшу на твоих костях и буду этому очень рад, – ответил я ему прямо в лицо, встал и пошел домой. Отец ничего мне не сказал, я только лишь увидел, как уезжала его машина.

Обычно новость о неизлечимой болезни близких людей, принимается болезненно, но не в моём случае. Как бы ни страшно это выглядело, я рад. Жизнь наказала его, за всё, что он сделал и не сделал. Он должен был отплатить судьбе высокой ценой и вмешиваться в её планы, у меня нет намерений.

Почти около дверей подъезда меня снова окликнул знакомый голос, но к счастью это был не отец. Это была моя таинственная незнакомка Елизавета.

– Кажется твой отец на прямой дороге к Голгофе? – протяжным, нежным голосом спросила Лиза.

– Что? О чем ты? – спросил я.

– Он умирает, не так ли?

– Мне нет до него дела. – ответил я.

– Он же твой отец, он дал тебе жизнь и ты думаешь справедливо оставлять его в последние дни жизни. Когда он просит тебя быть с ним? – возражает Лиза.

– Понимаешь Лиза, ой прости Елизавета, просто жизнь дать этого мало. Он никогда не был папой, и не ценил всех кого, породил. А я должен, теперь в ноги ему кинутся и все забыть, разве это справедливо? – спрашиваю я.

– Справедливость? Сложная штука. Он сделал для тебя много плохого, но ты забыл и о хорошем.

– Нечего мне забывать, ничего хорошего он для меня не сделал, так же как и мать. – Мне этот разговор был не приятен, но она продолжала говорить.

– Если ты не поговоришь с ним и не простишь его, как ты будешь дальше с этим жить? Совесть даст тебе спокойно следовать нити Ариадны или ты её потеряешь?

– Я буду жить как жил! Вез этих всяких нитей и прочей ерунды, которую ты мне тут говоришь! – уже начиная раздражаться на неё, я высказал ей это грубо. Мое душевное спокойствие, которое и так расшатано, подкосила встреча с моим отцом, а тут еще и она, кто она вообще такая, чтобы жизни меня учить.

– Не горячись так, я зла тебе не желаю, я помочь тебе хочу, – так же, не меняя интонации, как и в самом начале, проговорила Лиза.

– Странно как то ты помогаешь, – возразил ей я. – Если хочешь помочь, дай совет, что мне делать с моей женой. Вот это меня сейчас беспокоит больше всего.

– Возможно, твой отец поможет решить твою проблему, стоит только захотеть, воспользоваться его помощью, но для этого ты сам должен помочь отцу. – дала непонятную подсказку Лиза.

– Чем интересно я должен ему помочь? – спросил я, отвернувшись от собеседницы, зная, что не собирался даже помогать ему.

– Все просто, помочь ему остаться жить.

Я повернулся к ней высказать не очень хорошие мысли. Но обернувшись, я не увидел её, она исчезла, так же как и появилась, оставив много вопросов, на которые я бы хотел узнать ответы.

Кто она? Почему после встречи с ней меня мучают странные мысли? Вот что она хотела этим сказать, «помочь отцу остаться жить» и как это поможет Крис? Я совсем запутался, но, несмотря на совет незнакомки, я твердо решил не помогать отцу.

Вечер я закончил в раздумьях и долго не мог из-за них уснуть. Я долго думал над словами Лизы, «Что хорошего сделал отец?».

***

Мы были спокойны только тогда когда, он засыпал, выпив очередную дозу алкоголя, которая отрубала его или его не было дома, но стоило ему проснуться или вернуться, нашему спокойствию наступал конец, наказание было неминуемо. Ему было все равно, была у него причина наказывать нас или нет, часто он выдумывал причины. Например, однажды он наказал нас за то, что выкурил последнюю сигарету. Подумал, что это сделали мы. Он кричал на нас с такой злобой, что лицо его становилось багровым, а слюни разлетались по всей комнате. Он успокаивался только тогда, когда вдоволь отлупит нас с братом. Мама часто нас защищала, и за это прилетало и ей. Со временем в момент нашего наказания она стала просто уходить на кухню и там плакать, но когда отец слышит её рыдания, он уходил к ней на кухню и начинал, избивать её. Этим мы пользовались, успевая убежать к себе в комнату и спрятаться в шкафу. Но наше убежище быстро было обнаружено, и больше мы там прятаться не могли, поэтому нам приходилось искать другие места, а с возрастом совсем сбегать из дома.

Чем старше мы становились, тем сильнее нас наказывал отец. Он даже повесил свой армейский ремень с огромной пряжкой около входной двери, чтобы не искать его, а сразу при входе домой браться за него.

– Где вы мои маленькие паршивцы? Идите сюда сами, найду, хуже будет! – часто говорил нам отец.

После получения наследства он оставил свой ремень, и мы казалось, вздохнули спокойно. Но он нашел другие способы истязаний. Он начал пользоваться нами. Относился как к прислуге, а если, мы не выполняли его прихоти, он закрывал нас на замок в чулан и мог на три дня о нас забыть. Ни еды, ни воды мы не получали.

Я отчетливо помню, как отец впервые посадил, в этот чулан. За что, я так и не понял, даже спустя много лет. Но хорошо запомнил тот страх, который я испытал.

Вокруг было очень темно, ни единого, даже тусклого света. Я и без этого боялся темноты. Звуки, которые до меня доносились, казались чудовищными. Моё воображение стало играть со мной злую шутку. Темнота была настолько густой, что я не видел собственных пальцев, когда подносил их к лицу и касался носа. Мне казалось, что кто-то передо мной стоит. Кто-то ужасный и тихий, я даже боялся дышать. Вдруг чудовище, которое мне нарисовало воображение, ждёт моего дыхания и как только он его услышит, обнаружит меня и схватит.

Постепенно я привыкал к этой темноте, но от двери никуда не отходил, мне казалось я заблужусь, если отойду хоть на шаг. Эта темнота казалась бескрайней. Даже время, за которое обычно человеческие глаза привыкают, не помогло. К такой темноте нельзя привыкнуть. А вот слух обострился. Я начал слышать любой шорох за дверями. И когда дверь открывалась, яркий свет больно бил в глаза, живот ныл от голода. Я всегда выходил оттуда с закрытыми глазами и потихоньку открывал их. Мне на это требовалось много времени. И как только привыкал к свету, сразу принимался за еду. Вход шло всё подряд, даже залежавшиеся печенки, казались сладким мёдом.

Это я уже потом смекнул, что легче всё это перенести во сне и когда попадал в чулан, я старался поскорей уснуть. С каждым разом монстры в моей голове казались не такими страшными, я с ними подружился.

И это мой отец. И что тут хорошего? За какие заслуги я должен его спасать?

***

Завтра, я должен все-таки выяснить, как я могу помочь отцу. Хотя это ему не поможет, но надеюсь, поможет мне перестать, об этом думать.

Мелодия будильника заиграла в моих ушах, я не мог открыть глаза, и тело все болело, как будто, меня вчера избили, причем так качественно, не оставляя живого места. Выбора у меня не было, через силу я встал. Еле как отправился на работу. К обеду более-менее расходился, но бодрости у меня совсем не было, даже спустя десять кружек крепкого кофе и баночки энергетика. Я был счастлив, когда этот рабочий день закончился, не имея сил ехать в больницу, я позвонил жене и рассказал ей все, что случилось вчера и про Елизавету тоже.

– Может у тебя есть знакомая, Елизавета или похожая на нее? – спросил я.

– Нет, я даже представить, не могу, кто она, – ответила в трубке Крис.

– Вот и я тоже. Но она мне кажется такой знакомой и это не оставляет меня в покое, – сказал я.

– Думаешь, это чья-то злая шутка?

– Все возможно, но зачем?

– Я не знаю, милый, – ласково проговорила жена.

– Прости еще раз, что не приехал, нет никаких сил. Сегодня лягу сразу спать, а завтра как высплюсь, приеду к тебе и мы обсудим это. – Если честно, то я был рад, что сегодня я не поеду в больницу. Прошёл уже почти месяц, а мне все еще трудно осознать, что произошло, да и у Крис нет никаких мозговых прояснений, от этого еще хуже. Она каждый раз так оживленно рассказывает про несуществующую дочь, с такими подробностями, что невольно я начинаю верить в её существование.

– Хорошо, до завтра. Целую тебя.

– Пока, до завтра, тоже целую тебя, – сказал я и положил трубку.

Придя домой, я решил набрать брата и выяснить, что с отцом. Игорь пообещал приехать вечером и всё рассказать.

Всё оказалось настолько ироничным, что мне стало даже смешно. Мой папаша, заработал цирроз печени, что абсолютно неудивительно. И как бывает в таких случаях ему необходима пересадка. Именно поэтому он решил помириться со мной, ему нужен не я, а моя печень. Как на него это похоже.

– Он сначала, пришел ко мне, но я сразу отказался, – сказал Игорь. – Когда мне нужна была его помощь, он ответил, что это мои проблемы. Я должен с ними справиться сам, я ответил ему его же словами.

– И правильно сделал.

– Видел бы ты его лицо. Я даже на секунду вернулся в детство. Мне показалось, что он сейчас из кармана достанет ремень и начнет бить меня.

– Да, это у него получалось отлично. Он прекрасно впечатал в нашу память эти, как он говорил «воспитательные моменты».

– Видать у него сильно плохо дело, что даже пришел к тебе.

– Возможно, но мне на это наплевать, пусть хоть сгниет весь. Это ему будет расплата за все сделанное. Я уверен, что даже после смерти он выкинет какую-нибудь гадость в его стиле.

– О, а вот в этом я и не сомневаюсь, – сказал Игорь. – Мама сказала, что он изменил завещание, но что там она не знает. Сомневаюсь, что он завещал, все имущество ей и нам.

– Он скорей лопнет, чем хоть копейку нам свою даст. Да и мне от него ничего не надо.

– Верно, сказал, если со мной он еще хоть как то общается, то с тобой совсем другая история. И если честно я совсем не ожидал, что он к тебе обратится.

– Видимо сильно жить захотел, но он столько дерьма из нас выбил, что мне его даже не жалко, вот совсем ни капельки.

Я был рад, что его жизненный путь скоро закончится. Мне было наплевать, что он сделает со своим имуществом. Но уверен я в одном меня в этом завещании точно нет.

Глава 15

Вот и настал тот день, когда этот мир избавился от моего отца. Произошло это ровно через месяц после трагедии с Крис.

Из СМИ я узнал, что похороны были пышнее нашей с Крис свадьбы и многие говорили о том, что старший сын, то есть я, не пришел на похороны отца. Так сказать не проводил его в последний путь. В глазах народа он был отличным человеком. Что бы заработать себе такую репутацию он часто участвовал в благотворительных акциях, но только в тех, что оглашались в СМИ. Иначе, зачем тратить деньги просто так. То отправит на лечение больной раком девочке, то пожертвует для реставрации какого-нибудь здания или для строительства нового, современного детского сада, отправлял круглую сумму. Если бы хоть кто-то подозревал, каким отцом он был. Я думаю, что они тоже не пришли бы на его похороны. Такие люди как он, вообще не должны становиться отцами, но судьба подарила ему двух сыновей, а он их уничтожал, унижал и делал из них никчемными с отличным успехом. Вот только он ошибся в одном. Все его попытки не увенчались успехом, и наше детство закалило нас и теперь мы способны выдержать многие испытания.

Как я и ожидал, после его смерти мать стала налаживать со мной связь. Пару раз я даже приходил к ней домой, где жил в подростковом возрасте. Именно этот дом я покинул, убежав с Крис. Я удивился, когда обнаружил там нетронутую комнату, в которой я жил. Всё, что осталось там, лежало на своих местах. Только не было пыли и грязи, все-таки комнату убирали.

– Это я не давала тут ничего трогать, – сказала мама.

– Почему?

– Отец хотел сделать из неё переговорную, но я отстояла право на неприкосновенность этой комнаты, чтобы хоть немного чувствовать с тобой связь.

– Спасибо, не думал я, что увижу свои вещи еще хоть раз.

– Можешь забрать их или остаться тут жить. Теперь никто не сможет запретить тебе это сделать.

– Нет мам, все же этот дом полон воспоминаний о нем и поверь они не самые хорошие, – я остановил свой взгляд на чулане, где часто был заперт.

– Я знаю, сынок я и сама подумываю продать этот дом, но пока не будет вскрыто завещание, я не могу распоряжаться ни домом, ни любым другим имуществом.

– Ты думаешь, что он завещал дом тебе?

– Так было в первом завещании.

– Он же его изменил, кто знает, что на смертном одре ему пришло в голову.

– Скоро узнаем, представитель нотариуса придет завтра.

Следующим вечером, после визита в больницу, около своего подъезда я обнаружил плачущую женщину. Подошел к ней и узнал в ней свою мать.

– Что случилось? – спросил я.

– Твой отец действительно чудовище, – всхлипнула она.

– Долго же до тебя доходило.

– Сегодня огласили завещание.

– И? Что там?

– Весь свой бизнес, дом, все движимое и недвижимое имущество, все накопления он завещал своим партнерам по бизнесу, а семье ничего, совсем. Даже копейки, чтобы снять квартиру, у меня нет. Ведь из дома меня выселили, в чем была. Его так называемые партнеры сразу завладели домом. Я даже не успела прихватить с собой свои собственные накопления и украшения, которые он мне подарил. Я бы хоть их продала и на первое время, мне бы хватило. А теперь я осталась нищей и совсем не знаю, что мне делать? – причитала Алиса.

Я внимательно её выслушал и принял решение, разрешить ей пожить у нас. Все-таки она моя мать и пыталась защитить нас от отца, хоть и не всегда у неё это получалось. И это понятно, она хрупкая женщина и он хоть и был тогда хилым, но все же намного сильней её. А дальше он втерся в её доверие, и она наивно поверила ему. А что касаемо завещания, меня это никак не удивило, я ожидал, что-то подобное.

Мы зашли в квартиру, я разрешил ей устраиваться там, где ей будет удобно и она скромно выбрала гостиную. Я тем временем пошел готовить ужин, сегодня настроения на изысканный ужин у меня не было, и я остановился на простых макаронах с котлетами из ближайшего магазина. Наверно мать привыкла ужинать какой-нибудь пастой карбонара или жульеном из морепродуктов, но сегодня она опустилась с небес и пусть привыкает к простой пище.

Накормив мать, я решил немного прогуляться и обдумать все что произошло. На удивление она съела все до последней крошки, возможно, она была очень голодной.

– Спасибо сынок, давно я не ела такой еды, но было вкусно, – поблагодарила меня мать.

– Пожалуйста. Дом в твоем распоряжении я оставлю тебе немного денег, ты можешь сходить в магазин и купить продукты, а то за месяц без женских рук тут совсем становиться по холостяцки.

– Я заметила, пыль на полках хоть рисуй, – посмеялась Алиса.

– Я возьму на себя смелость и завтра помогу тебе с уборкой, если ты не против.

– Я не против, помощь мне не помещает, – согласился я.

– Я немного прогуляюсь перед сном, если нужно принять душ, то там все есть, полотенца тоже там, халат я дам тебе какой-нибудь из Крис, вы похожи фигурами, думаю, подойдет.

– Спасибо большое. – Алиса подошла ко мне и обняла. Я почувствовал, что она давно хотела это сделать. Но с момента нашего воссоединения она ни разу не прикоснулась ко мне. Видимо боялась, что я оттолкну её или, что-то подобное. Но у меня и в мыслях не было этого делать, поэтому я обнял её в ответ и почувствовал, как она расслабилась.

Я сходил в спальню и достал один из халатов Крис, не думаю, что она сейчас будет возражать. Возвращаясь в гостиную, я увидел открытую дверь в детскую, где должна была жить моя дочь. Эта дверь всегда закрыта, чтобы не напоминать мне о трагедии, но сегодня в неё зашла мама.

– Красивая комната, – сказала она.

– Да, тут уютно, мы вместе с Крис готовили её для маленькой хозяйки, но, увы, теперь я не знаю, что и делать с ней.

Я чуть было не заплакал, но успел взять все своё мужество в руки и успеть выйти из квартиры, прежде чем слезы хлынут из моих глаз. Да что это со мной такое, я как девчонка нюни развожу.

Глава 16

Вечером стало прохладней, и вечерний воздух приятно наполнял легкие. Легкая прохлада немного освежила меня, и я чуть успокоился, но мои мысли не стали ясней поэтому, проходя мимо ночного бара, я решил его посетить. Заказав у бармена рюмку коньяка со льдом, я погрузился в еще большие раздумья. «Что мне теперь делать с детской? Оставить все как есть, может тогда у Крис хоть что-то проясниться в голове или не рисковать её здоровьем и убрать всё из комнаты? ». Долго думать мне над этим не пришлось, мои раздумья прервала незнакомка.

– Привет, что скучаешь? – спросила она.

– Привет, я вовсе не скучаю, – ответил я. Совсем не хочу сейчас разговаривать.

– Тогда чего ты такой угрюмый?

– Тебе что-то от меня надо?

– Нет, просто хочу поднять тебе настроение, поэтому хочу выяснить, что с тобой.

– Мне не нужна веселая компания.

– Жаль я могу тебе помочь.

– Ха, как бы ни так у меня много проблем, хочешь решить и все?

– Ну, расслабиться я тебе точно помогу и хотя бы на время забыть о своих проблемах тоже.

– Я понял, о чем ты, мне не нужны твои услуги.

– Услуги? Думаешь, я предлагаю тебе свои услуги? – недовольно спросила девушка.

– А что, нет? Если я ошибся на твой счет, прошу за это прощения, но твоё общество мне не нужно.

Немного помолчав, видимо соображая, что ответить, девушка снова начала меня уговаривать.

– Я никому не предлагаю себя и тебе тоже. Я хочу провести время хоть с кем-то. Я совсем одинока. Мои друзья куда-то ушли, и я осталась одна, – жалуется незнакомка.

– В этом я тебе не помощник.

– Может, ты сможешь отвезти меня домой, а я дам тебе выпивки?

– Ищи другого дурачка, я сам способен оплатить свой коньяк, столько, сколько смогу выпить. И бесплатной выпивкой меня не взять. Ясно? – грубо ответил я.

– Ладно. Я вижу настроение у тебя не очень радушное, может тогда, посидим в баре вместе? – не отстает дама.

– Если ты еще не поняла, то скажу в лоб. Отвали от меня! – фыркнул я, и дама с презрением взглянула на меня и ушла искать другую жертву. По моим наблюдениям долго ей искать не пришлось. Уже через десять минут она входила с каким-то мужиком. Но это меня никак не касается, главное, что это не я.

Сегодня в баре я принял дозу обезболивающего выше своего крепыша и еле держался на ногах. Уже давно за полночь и пора идти домой, мать наверно переживает. На дорогу я заказал еще целую бутылку коньяка.

В баре было очень душно и громко, а на улице такая прелесть, прохладно, тихо и темно, только уличные фонари освещают дорогу. Я решил прогуляться до дома пешком, хотя это было достаточно сложно, ноги меня почти не слушались, я даже несколько раз упал. Дойдя до парка, я уже выпил полбутылки и к моему несчастью уже выключили фонари. Стало настолько темно, что я не видел дороги. Я и так-то плохо её видел. Она всё время, куда-то плыла, то убегала от меня далеко, то становилась настолько близко, что мне было хорошо видно её рельеф. Я включил фонарик на телефоне, чтобы видеть, куда мне идти.

«Хи-хи».

Смех? Откуда, женский тихий смех? Я освятил, всё в округе, но никакой девушки я не увидел. Может, показалось? Я слишком много выпил и в бутылке почти ничего не осталось.

«Хи-хи».

Снова смех. Нет, мне это точно не показалось. Только смех стал громче. Я снова осмотрелся и никого не обнаружил.

«Хи-хи»,

«Хи-хи».

Все громче и выразительней становился смех. Голова кружится, кажется, сейчас мой желудок восстанет против меня и извергнет, все, что я выпил.

«Хи-хи»,

«Хи-хи»,

«Хи-хи».

Прислушался к доносящемуся смеху, я понял, откуда он. Я пошёл в ту сторону, как мне показалось, откуда идет смех и не ошибся, смех стал громче.

«Хи-хи»,

«Ха-ха».

Смех уже не был милым, он становился похожим на истерический. Кто же это? Я снова осветил всё вокруг и то, что обнаружил в следующую секунду, долго не смогу забыть.

Голова! Да, голова моей таинственной незнакомки Елизаветы, она торчала из земли, и смех доносился от неё. Я посветил ей в лицо фонариком от телефона. Её глаза стеклянные и безумные, сначала смотрели никуда.

– Лиза? Что с вами? Как вы тут оказались? – испуганно спросил я.

Но вместо ответа её глаза устремились на меня, и её рот растянулся в неестественной улыбке. Я увидел все её зубы. Они были гнилыми, черными казалось, если до них прикоснуться, они все выпадут. В приоткрытом рту я не увидел языка. В то же мгновение, она засмеялась, неестественным истерическим смехом, больше похожее на ржание лошади, и она начала смеяться во весь голос. Меня настолько испугало увиденное, что я чуть не наложил в штаны и когда инстинктивно отпрянул назад, наткнулся, на что-то твёрдое и мягкое одновременно. Обернувшись, я обнаружил еще одну голову Лизы, она так же смотрела на меня с открытым ртом и смеялась. Я встал с трудом на ноги и попытался бежать, но обнаружил еще головы, торчащие из земли, их были десятки, они все смотрели на меня и ржали. Я отрезвел мгновенно, но головы не исчезли. Осветив добрую часть лужайки засеянной травой, я увидел, что на ней множество таких голов. Я не сдержался и закричал от испуга, а головы как будь-то, отвечая мне стали качаться из стороны в сторону. Их было настолько много, что я не знал куда наступить, чтобы не задеть их. Я бежал и бежал, а головы все ржали и качались, казалось, что этому полю из голов нет края. Мне никогда не казался этот парк большим, но сегодня он стал бескрайний.

Как я выбрался из своего кошмара, я не помню, может это и действительно был только кошмар. Реальный кошмар. В себя пришел, когда уже светлело. Я лежал в этом самом парке под кустом. Так стыдно мне еще не было. Неизвестно сколько я еще бы тут пролежал, если бы, пес меня не обнаружил. Он обнюхал моё лицо и стал облизывать, это и привело меня в чувства.

Я встал, погладил по голове пса, в знак благодарности, а тот лишь вильнул хвостом и убежал по своим делам. Рядом с моей так называемой кроватью из грязи и травы под кустом, была небольшая лужайка засеянная травой. Видимо тут я и видел головы, но никаких следов там не было, да и лужайка была совсем маленькой. Я решил пройтись по парку в поисках хоть каких-то следов моего кошмара, но таких не обнаружил. И на этом немного успокоился, хотя чувство тревоги и страха меня не оставляли.

Пережитый страх этой ночью меня не покидал еще очень долго.

Парк был недалеко от моего дома, именно в этом парке Крис гуляла с Агатой перед трагедией, и на меня снова нахлынули грезы. Но нужно было идти поскорей, пока нет людей, а то в таком виде вообще быть нельзя. Я как бездомный, весь грязный, ободранный и от меня жутко разило перегаром. Ну, обещал же себе больше не пить, вот что из этого вышло. К моему огорчению я обнаружил, что потерял ключи, хорошо, что мама дома, но мне так не хочется её будить. Сидеть на лавочке и ждать когда кто-то выйдет или зайдет точно не вариант, да и к тому же все равно придется будить мать, что бы она открыла мне дверь. Так что без вариантов, придется её будить, но как я и ожидал, она не спала.

– Где ты был? – испуганно спросила Алиса.

– На улице, хотел немного посидеть в баре, но что-то пошло не так, – виновато ответил я. – Прости, ты наверно волновалась.

– Еще как. Я подумала, что ты не хочешь находиться со мной в одной квартире. Поэтому ушёл, чтобы не видеть меня.

– Выбрось эти глупости из головы. Я сам предложил тебе тут пожить, почему должен теперь куда-то уходить? Просто в последнее время столько всего происходит, что я запутался.

– Снимай с себя все и иди в душ от твоего амбре я и сама сейчас опьянею. Постараюсь что-то придумать с твоей одеждой, но не думаю, что это теперь подлежит восстановлению. Хотя в не лучшие наши годы ты приходил и в худшем состоянии. Только к счастью без перегара, – она улыбнулась мне и удалилась в гостиную. Я прошмыгнул в ванную, неловко вышло, что она увидела меня в таком состоянии.

Я не знаю, был ли сном мой ночной кошмар в парке, но я знаю одно, он меня окончательно отрезвил. Я решил твердо, что жизнь без алкоголя мне больше нравится и ради себя я пить больше не стану.

Хорошенько выспавшись, я проснулся только на следующее утро. Я уже устал от одиночества, я соскучился по своей жене, я уже хочу обнимать её ночью, видеть её в нашей кровати по утрам, а не лежать один в нашей спальне и обдумывать всю свою жизнь, которая рушится с каждой секундой. В моих мыслях всегда столько вопросов, а порой день мне приносит их еще больше, а вот ответы мне даются с большим трудом или вовсе не находятся.

– Я сегодня поеду в больницу к Крис, – сказал я матери, которая уже с утра хлопотала на кухне над завтраком.

– Хорошо.

– Я ей еще не сказал о тебе, но сегодня собираюсь это сделать.

– Если она будет против, я уйду, как только её выпишут или раньше, если смогу найти работу.

– Не думай об этом, ты можешь остаться тут, столько сколько нужно. Да мы не знаем, когда её уже выпишут, всё это как то затянулось.

– Спасибо тебе, – отозвалась мама. – Я не достойна, что бы ты мне помогал. Я столько лет не могла с тобой быть рядом и вот к чему это привело. Поступок твоего отца я до сих пор не могу понять. За что он на меня так обозлился? Что я ему не додала или не сделала? Всегда шагала по его указке, но все напрасно, – начала рассказывать о своих переживаниях мама.

– Он всегда таким был. Мы с братом это хорошо усвоили, когда он бил нас своим ремнем. Просто так, потому что так ему захотелось. Это его сущность. Делать все наперекор, всё назло нам и даже после смерти он смог еще раз это доказать.

– Ты в этом прав.

– Мама, а почему ты от него не ушла?

– Мне казалось, я одна не справлюсь. Да и вам нужен был отец.

– Отец, но не тиран!

– Прости меня. Я знала, что и вам сложно. Но я не знала, как воспитывать вас в одиночку. Да и время знаешь, было, такое, что разводы не приветствовались.

– Ага, а вот домашнее насилие, приветствовались, значит?

– Так было не только с вами. В каждом втором доме творилось похожее.

– Мне не важно, что происходило у других. Мне важно было, что происходит с нами. И поверь, страх был не только за себя, но и за тебя тоже.

Углубившись в свои мысли, мама продолжила готовить завтрак. Ей было обидно и больно, это видно по её глазам. Уныние и безысходность повисли над Алисой, стала её преследовать и я должен ей помочь.

Этот вкусный завтрак в компании моей мамы, ненадолго отправил меня в детство. В те немногие приятные воспоминания о добрых утрах, когда мы с братом собирались в школу, а отец еще спал или не пришел с очередной пьянки. И мы вот так вот сидели все втроем за обеденным столом и слушали мамины рассказы. Я скучал по ней, а она скучала по мне. Я рад, что она вернулась в мою жизнь и теперь я её не отпущу.

Утро было хорошим, и у меня появилось настроение сесть за руль. Надеюсь, я об этом не пожалею. Было немного волнительно, но я отлично справился и без приключений доехал до больницы.

– Привет, – я зашел в палату Крис.

– Привет, у меня хорошие новости, – расплылась в улыбке моя жена. – Завтра нас уже выписывают. Мы едем домой.

– Это очень здорово. Я рад, – подхватив её радость, я действительно был рад. Но тут же одумался, ведь теперь её сумасшествие мне придется терпеть все время и интересно, как она представит несуществующую дочь?

– Я тоже рада.

– Я должен тебе кое о чем рассказать.

– Да? И о чем же? – с большим интересом Крис уставила на меня свои глаза.

– У нас теперь живет моя мама.

– О, вот это неожиданно, как так получилось?

– После смерти отца, он все имущество завещал своим партнерам по бизнесу. Мать выставили на улицу без всего, и я принял её к нам, не оставлять же её теперь.

– Я не знала про твоего отца, но его поступок не стал для меня неожиданностью.

– Если честно я тоже не удивился, только еще больше разозлился и теперь у меня есть огромное желание сжечь этот дом, со всеми воспоминаниями о нём.

– За это могут посадить, – попыталась успокоить меня Крис, но я уже всерьез начал задумываться о своих словах.

Почему он решил все отписать им? Наверно всё-таки есть на это причина, выяснить бы это. Займусь этим вечером, начну со звонка Игорю, может он, что-то знает. Да и с комнатой для ребенка нужно, что-нибудь придумать.

Глава 17

Наконец-то, этот день настал. Кристину выписали из больницы, и я волнуюсь как никогда. Как она будет дальше жить? Но главное, что она снова будет дома. За это время я понял, что она мне дорога. Я не хочу жить без неё, у меня это плохо получается. За этот месяц у меня произошло столько плохого. Я даже вообразить себе не мог, что это со мной произойдет когда-нибудь. Но очень надеюсь, что всем моим неприятностям настанет конец. Я решил поехать за ней на машине, так будет удобней для неё.

И вот я стою в холле больницы и жду свою жену. Как же я был рад её увидеть, таких объятий она от меня давно не получала.

– Поздравляю молодой папочка, принимайте, – с радостной улыбкой подает мне врач, сверток из одеяла.

Я чуть в обморок не упал. Это, что шутка такая? Или игра в родителей это, часть лечения Крис и все вокруг решили свести меня с ума?

Дрожащими руками я решил открыть сверток и посмотреть, что же там внутри. Мои глаза стали еще больше, когда я все-таки открыл уголок одеяла, я увидел там куклу. Да, это была кукла, откуда они её взяли я не знаю.

– Это, что? Вы видите? – стал восклицать я. – Это, что серьезно?

– Да, вы все верно поняли! – подтвердила девушка, которая подала мне куклу в одеяле.

Я смотрел на жену всё это время. Сначала она была взволнована, потом озадачена, а сейчас стоит и сияет как новенький цент. Она довольна.

– Правда, она чудесна? – спросила Крис, и мне ничего не оставалось делать, как согласиться с ней.

Всю дорогу домой мы молчали, у меня под кожей бегали тысячи жучков, от этого меня периодически передергивало. Кукла. Теперь мы будем воспитывать куклу. Как отнесутся окружающие к этому? Я, что должен теперь каждому разъяснять, в чем дело? Это выше моих сил, я так долго ждал, когда Крис вернется домой, а теперь я хочу, чтобы она снова была в больнице.

– А вот и мы, – радостно проговорила жена, когда зашла домой. – Здравствуй милый дом, как же я соскучилась по родным стенам.

– Привет, мои дорогие, рада вас видеть, – скромно вдалеке коридора пришла поприветствовать нас мама. Я рассказал ей всё, и она знает, что ребенка никакого нет, точнее не должно быть, но мы зашли с куклой.

– Давай я возьму ребенка, а вы пока разденетесь, – предложила мама и вопросительно посмотрела на меня, а я в ответ только пожал плечами.

– Да, спасибо! – приняла помощь Крис.

Мама подняла край одеяла и с еще большим удивлением на лице посмотрела сначала на меня потом на Крис. К счастью Крис этого не заметила и быстро раздевшись, забрала куклу и понесла в детскую.

– Олег?! – громкий крик раздался из детской, Крис выбежала из неё и начала задавать кучу вопросов. Я даже не успевал их слушать, не то, чтобы отвечать на них. – Где мебель? Где детские вещи? Игрушки? Где вообще все из детской?

– Я все убрал в чулан, – робко ответил я.

– Зачем ты это сделал? Ева, что должна теперь жить в чулане?

– Нет, – все, что я смог ответить ей.

– Я не знаю, с какого перепуга ты это сделал, но сегодня же верни прежний вид детской комнаты, – чуть не плача скомандовала Крис. – А до тех пор мы будем в спальне, и даже не пытайся подойти ко мне сегодня, я очень разочарована твоим поступкам и даже, знать не хочу, зачем ты это сделал.

Крис буквально убежала в спальню, а мама за ней, в её взгляде я понял, что полный идиот. Но я подумал, что возможно это поможет Крис вспомнить и понять, что ребенка нет. Поняв, что я сделал только хуже, мне пришлось возвращать все детские вещи на место. Я думал, что этот день будет для меня сладким пряником, но этот пряник оказался горьким.

Весь вечер и следующий день я потратил, на то, чтобы вернуть все на свои места. Крис действительно не разговаривала со мной и даже не пустила меня в спальню, поэтому я постелил себе в детской на полу. Ночь на жесткой поверхности сразу дала о себе знать, и утром я еле встал, всё тело затекло, а спина как будь-то, сложила все мои позвонки на полку. Я как сломанный робот, каждый раз что-то да сломается и перед продуктивной работой меня нужно сначала починить.

Мама тоже вела себя непонятно. Все время была в раздумьях и ни слова не сказала мне, про случившееся. Она и не обвиняла меня и не поддерживала. Мне кажется, она знает немного больше меня. Но не знает, как сказать мне.

– Комната готова, – через дверь я сообщил Крис о проделанной работе, но в ответ я получил тишину. Больше я этого выдерживать не могу и попытался открыть дверь, но она не поддавалась мне. – Ты что, подперла дверь чем то, чтобы я не смог войти? Ты это серьезно? – но в ответ снова тишина.

– Ну и сиди там, больно надо, – я надеялся, что когда верну комнату я, смогу поговорить с Крис, но потерпел полное фиаско, поэтому решил прогуляться и дать возможность Крис спокойно обжить комнату.

На улице сегодня прохладно и я пожалел, что не взял с собой кофту. Сложности в наших отношениях только нарастают, и теперь я совсем не знаю, что мне делать. Решил позвонить брату и спросить совета. Но трубку он не брал.

– Ты же знал, что так будет! – знакомый голос начал со мной беседу.

– Откуда ты тут появилась? Я точно знаю, что тут никого не было! – удивленно отвечаю я.

– Ошибаешься, я была тут.

– Кто ты такая? Ты начинаешь меня пугать! – я сразу вспомнил свой ночной ужас и голова Елизаветы, которая торчала из земли, всплыла в моей памяти. Теперь она не казалась мне милой, а скорее, чем-то отвратительным и ужасным, мне не хотелось на неё смотреть.

– Я не стараюсь тебя напугать! – ответила Лиза. – Я думала тебе понадобиться меньше времени, что бы понять кто я.

– К чему все эти загадки? Почему нельзя просто ответить мне? – я уже начинаю раздражаться.

– Если бы я могла тебе сказать, я бы сказала. Но ты должен сам понять, кто я и тогда все твои вопросы отпадут сами с собой. Ты еще удивишься, что все было настолько просто.

– Да плевать, у меня сейчас и без этого проблем достаточно.

– Вот именно как только ты поймешь, кто я и твоих проблем не будет. Тебе всего лишь нужно напрячь мозг, и заставить его работать в нужном направлении. А до этого твои проблемы будут только нарастать.

– Странная ты. Как может один человек, то есть ты решить мои проблемы? Ты что волшебница?

– В некотором понимании да. Я хочу тебе помочь направить тебя на правильную дорогу. Я знаю, ты уже устал и твоих сил идти самому тебе не хватает, поэтому я тут. Я иду с тобой рядом пока это возможно.

– Но ты же не всегда со мной? Ты появлялась всего несколько раз.

– Это ты меня видел несколько раз, на самом деле я всегда с тобой.

– Что за бред ты несешь? – спрашиваю я незнакомку.

– Это бред только в твоем понимании, но когда ты все поймешь, ты сможешь сложить кусочки этой головоломки и стать свободным от своих проблем.

– Я устал от твоих загадок, – схватившись за голову, повторяю я ей. Я действительно устал, а её слова меня запутали еще больше. – Может лучше вместо загадок, ты поможешь мне с Крис? Что мне с ней делать? Как ей помочь?

– Крис не нужно помогать, скоро все встанет на свои места.

– От тебя толку как от левого ботинка на правую ногу. Запутала только еще больше. – Я действительно ничего не понимал, а вот такие вот внезапные встречи запутывают меня еще больше. К моему счастью у меня зазвонил телефон.

– Игорь, привет.

– Нам нужно поговорить.

– Хорошо, жду.

Телефонный разговор был коротким, но за это время моя собеседница снова куда-то исчезла. Кто она такая, как может мне помочь её происхождение? От этой дамы у меня кругом голова. Возможно, она наблюдает сейчас за мной из-под куста или залезла на дерево. Местность хорошо просматривается и так быстро скрыться она не могла, значит, она действительно, где-то рядом. Может она знакомая моего отца, и что-то знает, но не хочет говорить. Но тогда зачем она приходит ко мне и кормит меня загадками? Не знаю, что и подумать.

Глава 18

Я бы так и стоял, ничего не понимая, но мои раздумья прервал звук мотора, кто-то въехал во двор, это был Игорь. Я сел к нему в машину и пока мы катались по городу, всё ему рассказал. И про Крис и про Лизу.

– Я не знаю, кто такая Лиза. Может она и была знакома с отцом. Я с ним не особо-то общался, – сказал мне брат. – Хотя я знал одну Лизу, но она не похожа по описанию на твою Лизу. Ух, ты бы знал, какая она была горячая в постели.

– Ладно, разберусь как-нибудь с ней, сейчас меня больше беспокоит Крис. Она принесла в дом куклу, вместо ребенка и закрылась в спальне. Она обиделась, когда увидела, что я всё убрал из детской, и заставила меня всё вернуть на место.

– Зачем ты всё убрал из детской.

– Я подумал, что это поможет ей прийти в чувства. Но оказалось, что я не прав и кажется мама на её стороне.

– Тебе стоит извиниться перед ней.

– Я это знаю, но как это сделать? Она меня не пускает.

– Поговори с ней через дверь, даже если она не ответит тебе, то хотя бы выслушает.

– Надеюсь когда вернусь, она будет в лучшем настроении.

– Будем, наедятся.

– Кстати, ты слышал, что отец всё имущество и бизнес, завещал своим партнерам?

– Да, – ответил Игорь.

– Интересно, почему он так сделал, мама говорит, что он изменил завещание почти перед смертью.

– Я тоже интересовался этим, и мне удалось кое, что узнать.

– И что же?

– Наш «драгоценный» папочка, часто играл в карты со своими так называемыми партнерами. Не трудно догадаться, что в карты ему часто не везло, – очень удивил меня Игорь своим рассказом. Отец всегда презирал игроманов и то, что он стал одним из них, я никак не ожидал. – Поначалу денег ему хватало, чтобы играть и не влезать в долги, но азарт взял верх и он стал проигрывать больше, чем зарабатывал и, в конце концов, заложил дом и бизнес, а сбережений у него и не осталось, всё спустил.

– Вот гад же, я всякое ожидал, но не такого.

– Я тоже. Я думал, что хотя бы мне удастся вернуть матери дом, но те люди, которые там поселились, заломили космическую цену за него. Этот дом раза в три меньше стоит, у меня таких денег нет, да и проще купить новый дом.

– Пусть пока у меня живет, я её не выгоняю, да и не собираюсь этого делать.

Брат хотел пригласить меня в бар выпить, но я отказался, вспомнив, чем обычно это заканчивается. Не хватало, что бы Крис меня увидела в таком состоянии, ей и так не просто.

– Понял, заставлять не буду, – ответил Игорь. – Слушай я вот, что вспомнил и хотел с тобой поговорить, по сети гуляет пост, разыскивают свидетелей аварии с Крис.

– Точно же, Валера разместил его, что бы помочь найти того водителя. Я совсем про это забыл.

– Свидетели действительно были, и они активно пишут в комментариях, но их слова расходятся с тем, что рассказывал ты.

– Я не сохранил пост, попробую найти его, и лучше будет, если ты сам всё прочтешь. – Игорь уставился в телефон в поисках информации, а я стал думать, что неплохо было бы позвонить Валере и узнать, может он, что смог понять. Было уже поздно, и я решил сделать это завтра.

Игорь продолжал увлеченно искать в телефоне пост, у него это занятие отняло много времени.

– Я даже не помню где, я его видел, – периодически комментировал он.

В поисках он провел больше часа, но так и не смог отыскать пост. Пообещав сделать это завтра на компьютере, так будет проще, а сегодня наша встреча подошла к концу, нам обоим завтра на работу и Игорь отвез меня до дома.

Дома была тишина, все уже спали, я пошел в спальню в надежде, что она открыта. Тихонько толкнул дверь, и она мне поддалась, я с облегчением выдохнул. Но к моему удивлению она была пуста. Я испугался, а вдруг она совсем ушла, и пошел её искать. Сначала решил проверить детскую. И не прогадал, дверь была закрыта, она там. Не буду беспокоить её, надеюсь, поговорю с ней завтра. Но не завтра, не на следующий день моя жена так и не выходила из комнаты, можно было бы подумать, что её там и вовсе нет, но я отчетливо слышал её голос.

– Мам, а она вообще выходит или там так и сидит? – решил спросить я.

– Нет, когда ты уходишь, она выходит, но как только время подходит к твоему возвращению, она снова туда уходит.

– Странно.

– А что ты хотел? Ты вынес всю детскую комнату в чулан, не сказав ей об этом. Она крепко на тебя обиделась. Говорит, что таким ты никогда не был и очень разочарована твоим поступком.

– Я не знаю, что мне теперь с этим делать.

– Вам однозначно стоит поговорить.

– Как? Она меня даже видеть не хочет.

– Что у вас тут происходит не моё дело, не хочу в это лезть, так что разбирайтесь сами. Натворил, вот теперь выкручивайся, как хочешь.

– А ты не изменяешь своей позиции. Живите, как хотите, только не трогайте меня? Ты всегда так, ты всегда была в стороне и просто наблюдала, вместо того чтобы помочь. И сейчас ты поступаешь точно так же.

– Ты хочешь теперь обвинить меня во всём?

– Я не обвиняю тебя в моих поступках. Я прошу у тебя совета, помощи, а ты делаешь вид, что тебе всё равно.

– Я не знаю, кто из вас прав, а кто виноват. Но то, что происходит, мне не нравится, и я не знаю, как вам помочь.

– Вот об этом я и говорю! – наша ссора выходила из-под контроля, и мы уже разговаривали на повышенных тонах.

– Олег твоё поведение меня пугает. Я знаю, что тебе сейчас сложно, но пойми, я не знаю, как тебе помочь.

– Всё я пошел спать, завтра разберусь с Крис, а сейчас я хочу закончить наш разговор, он ни к чему хорошему не приведет.

На следующий день после работы я был решительно настроен на разговор с Крис. Но даже не удивился, когда дверь в детскую была закрыта. По совету Игоря я начал разговор через дверь. Было немного неловко из-за присутствия матери, но я старался не обращать на это внимание.

– Крис, я знаю, что ты меня слышишь и не хочешь разговаривать, но я так больше не могу. Я хочу поговорить с тобой. Будет проще, если ты откроешь дверь, и мы сможем поговорить, смотря друг на друга, – немного подождав ответной реакции, но, так и не дождавшись её, я продолжил. – Извини за мой поступок, не знаю, зачем я это сделал. Наверно я был напуган и признаюсь честно, пьян. За это мне очень стыдно. После того как ты попала в больницу я часто стал пить, но обещаю тебе, что с этим покончено.

Дверь тихонько приоткрылась и оттуда вышла Крис, закрыв за собой дверь.

– Я только что уложила Еву спать, а твой бубнеж под дверью может её разбудить, только поэтому я решила выйти и поговорить с тобой.

Одна из целей достигнута, Крис вышла на разговор, осталось самое сложное, выпросить у неё прощения.

– Прости меня я, правда, не знаю, зачем я это сделал.

– У меня сложилось впечатление, что ребенок тебе уже не нужен. Я стала догадываться об этом еще в больнице. Ты как то отстраненно к этому относишься. Избегаешь тем касаемо ребенка, пытаешься сразу сменить тему, если я рассказываю тебе о Еве. А по приезду домой, что я вижу? Пустую детскую комнату. Что после такого я должна подумать? – говорит Крис, расхаживая по кухне, а я сижу за обеденным столом и виновато смотрю вниз. Я не знаю, как достучаться до неё. В таком состоянии заметил узоры на скатерти, они мне показались забавными и я отвлекся на них, не слушая Крис.

– Ты меня слушаешь вообще? – отвлекла меня жена, повысив голос.

– Да, конечно, я просто обдумываю, то, что ты мне сказала и ты права. На твоем месте я бы так же подумал, так же как и ты, – мне пришлось немного соврать ей. Я и так виноват перед ней. А если она поймет, что я её не слушал, точно не захочет мириться со мной.

– За последнее время я слишком устала, чтобы выяснять с тобой отношения. Посмотрим, как у нас всё складываться будет дальше, но с уверенностью могу сказать после рождения ребенка, мы оба сильно изменились и эти изменения в нас мне не по душе. Я хочу как раньше, как мы с тобой мечтали. А в итоге получается, что семья нужна только мне. Ты из неё куда-то делся. Возвращайся уже, я одна не справлюсь.

– Я постараюсь, правда, – пообещал я и постараюсь выполнить своё обещание.

Глава 19

Сегодня выдался очень жаркий день. Кондиционеры не работали, и в офисе была невыносимая духота, не спасали даже настежь открытые окна. Работы было много и мне пришлось задержаться допоздна. Я позвонил Крис и предупредил её, что буду поздно.

Домой мне совсем не хотелось, за последнее время обстановка накалилась и в наших отношениях появилась огромная трещина. Кроме проблем со здоровьем Крис, стала уделять кукле всё время и часто пропадала в комнате ребенка. Она даже кормит её грудью, купает и сюсюкается с ней как с живой. Но больше всего меня волнует, что она ходит с ней на улицу и в больницу на плановые приёмы, и всё вокруг как будто, не замечают неладное. Меня удивляет, как всё спокойно относятся к этому, не задавая ни единого вопроса. Как будто, так и должно быть. Признаюсь, меня сначала волновало, что соседи будут говорить с ней об этом. Но их реакция взволновала меня ещё больше. Но не могут же они знать все о её проблеме? Я никому не говорил, да и сказать об этом больше некому. Маме это тоже не нужно, да и она оживленно помогает Крис с ребенком, то есть с куклой, что меня это очень удивляет. Мне кажется, она хочет таким способом загладить вину передо мной, за моё детство.

Проезжая мимо самого высокого дома нашего города я решил вспомнить свои студенческие годы. Мы с однокурсниками часто это проделывали. Доступ всегда открыт и у нас не возникало проблем выйти на его крышу. Вот и сегодня я без проблем смог пробраться на крышу. Столько лет прошло, и до сих пор никто не закрыл единственный вход на крышу и домофон поддавался с легкостью.

Этот вид на город всегда меня завораживал, но больше всего мне нравилось смотреть на него ночью. Он сиял в своих огнях. Придавая романтичности улочкам и паркам, которые располагались в зоне моей видимости.

Гул еще не уснувшего города доносился до меня, и я уловил себя на мысли, что мне это нравится. Там внизу всё не так. Все суетятся, кто-то идет торопясь по своим делам, кто-то нервничает в дороге, а тут с высоты это всё замедляется, как в замедленной съемке.

С одной стороны отчетливо видно мост через реку, машины не суетливо сверкают фарами от кочек, и создается впечатление, что они подмигивают мне. С другой стороны открывается вид на городской парк. Там тихо, горят фонари и шелестят деревья, покачиваясь на ветру. Небольшой фонтанчик еще работает. Он подсвечивается, и его огни сменяются с синего на зеленый, с зеленого на красный, с красного снова на синий. Струйки воды играют в этом свете, давая созерцать приятной атмосферой. Слева находится мой дом, отсюда его хорошо видно и если бы у меня был бинокль, я бы смог увидеть, что происходит у меня в квартире.

Я целый час провел вот так, сидя на крыше и наблюдая за жизнью города, но потом я поднял голову вверх и увидел их… Звезды. Я сейчас ближе к ним и они горят ярче, чем смотреть на них с земли. Хорошо видно каждую звездочку и луна, играя полумесяцем, светила на меня. В этом лунном свете я бы провел всю ночь. Он успокаивал меня своим холодным светом и мысли, куда-то ушли сами по себе.

До меня донеслись звуки грома. Я огляделся и увидел вдалеке раскаты молнии. Подул прохладный ветер, он предупреждал меня, что скоро начнется дождь. Но мое умиротворенное состояние, заставило меня остаться. Я не хотел возвращаться на землю, там столько проблем, а тут их нет. Как будь-то ветер, забирал их у меня и уносил далеко за горизонт. С каждой минутой раскаты грома становились всё громче, а ветер всё сильней. Туча приближалась к городу и вот, вот пойдет дождь, прибивая городскую пыль. Завораживающий вид не оставлял меня. После жаркого летнего дня, прохладный проливной дождь был бы кстати. И вот уже через десять минут на меня стали падать первые капли дождя. Они не испугали меня, я наоборот захотел остаться и поддаться этому дождю. Гром показывал всю свою мощь, а раскаты молнии освещали город ярким светом, ветер склонял верхушки деревьев к земле. Я подумал, что он может унести и меня, а я был бы не прочь оказаться в «Изумрудном городе».

Дождь оказался сильней, чем я ожидал, он поливал как из ведра и в секунду я промок до самых трусов. Крупные капли дождя окатывали меня как из шланга, ветер то подгонял их, то уводил в сторону. Незабываемые впечатления. Оказывается в городе можно наслаждаться буйной природой просто с крыши. Наверно многие жители не поняли бы меня, как мне сейчас хорошо и они много потеряли, не оказавшись тут со мной.

К сожалению, дождь закончился также быстро, как и начался. Я ощутил запах дождя. Остатки крупных капель еще попадали на меня и ветер стал холоднее, толи сам по себе, толи от того что я стал мокрый. Туча медленно покидала город. Стало холодно, но не душно как бывает днем после такого дождя. Заболеть я не боялся, но дрожь от холода все-таки заставила меня покинуть крышу и пойти домой.

Наслаждение природой во всей её красе мне понравилось и мне хочется вновь испытать эти эмоции. Спокойствия и единения со стихией, с космосом, ощущать, что я часть этого мира. Я создан природой, мы все созданы ей.

Дома меня ждала жена, хоть и было уже поздно, она не спала, а мама уже легла. Мне очень не хотелось, чтобы Крис увидела меня в таком виде. Мокрый, дрожащий от холода я зашел домой.

– Что с тобой произошло? Ты почему такой мокрый? – спросила Крис.

– Я всего лишь попал под дождь, он оказался сильней, чем я ожидал.

– Ты же на машине, как ты мог попасть под дождь?

– Я сам захотел прогуляться под дождем и когда он начался я, вышел из машины и стоял под ним.

– Странно, ты же никогда не любил дождь.

– Я не люблю мелкий, моросящий дождь, а вот когда он такой, я люблю.

– А я и не знала этого, – с удивлением ответила Крис.

– Я тоже, до недавнего времени. – Признался я. – Знаешь дождь, как будь-то, обновляет, проясняет мысли.

– И что же он тебе прояснил сегодня?

– То, что я сейчас хочу под горячий душ, я немного замерз.

– Иди, я тебя больше не задерживаю, – пожав плечами, ответила жена. Она странно себя ведет. Раньше она бы бросилась мне помогать снимать мокрую одежду и налила горячий чай, пока я отогревался в душе, но сегодня меня поразила её безразличность. Эта её перемена не в лучшую сторону, хотя я её прекрасно понимаю. Ей тоже нелегко от того, что сейчас происходит.

По правде говоря, я давно стал замечать её отдаленность от меня. Еще в больнице она не спрашивала как у меня дела, чем я занимался, а когда приехала домой еще ни разу не прикоснулась ко мне как к мужу. Я скучаю по нашим объятьям по ночам или милым посиделкам на кухне за чашкой чая. Она много мне рассказывала о том, что произошло с ней за день. Я всегда удивлялся, когда она всё успевает. А сейчас может ей, и рассказать нечего или просто нет желания, делится со мной.

Глава 20

Звонок в домофон отвлек меня от домашних дел. Я чинил кран, который стал протекать. Это был курьер, он принес посылку, адресованную для Крис. Это была куча детских вещей и игрушек. Это свело меня с ума. Я не понимал, зачем всё это, но когда узнал, что посылка от матери Крис, разозлился еще больше. Зачем так вживаться в её историю. Крис нужно выводить из этого состояния, а не наоборот. Или она не в курсе происходящего. Но ведь я сразу ей сообщил о её состоянии, когда Крис попала в больницу, а она даже ни разу не навестила её. Зато шлёт посылки.

Я настолько был зол на неё, что ударил кулаком стену. Она оказалась крепче, чем я ожидал, но виду, что мне больно подавать не стал, а сразу же вышел из квартиры. Сел за руль и поехал, сам не знаю куда.

Моё путешествие привело меня к старому дому. Тут прошло всё мое детство. В такой машине тут могут быть неприятности. Лада Веста, не встречается у местных, а значит, они сразу поймут, что я чужак. Глупая была идея приехать сюда. Но я подумал, что может тут найдутся хоть какие-то ответы. Так сказать вернуться к началу.

Я всю жизнь прожил в этом городе и это не лучшая её часть. Бедняки, пьяницы, наркоманы, маргиналы, всевозможные преступники жили тут. Что тут только не было? Как мы тут выжили? Как не стали такими же?

Старые, обшарпанные бараки, были построены еще задолго до моего рождения. Многие из них уже не пригодны к проживанию, но люди продолжали в них жить. Им предлагали расселение, по какой-то государственной программе, но они не захотели улучшать свою жизнь. Да и это им было не надо, они продолжили бы и в новом жилище вести свой образ жизни. Но все же не все остались, кто-то воспользовался шансом и уехал отсюда и смог изменить свою жизнь.

Вот мой двор. Сколько раз я разбивал тут коленки, даже посчитать сложно. Столько драк с дворовыми мальчишками из-за девчонок, а иногда просто не могли поделить спортивную площадку. Это всегда заканчивалось тем, что дома нам доставалось еще больше. А с нашим отцом, нам не везло больше всех. Но это нас никогда не останавливало.

Сколько раз на этой самой лавочке я находил отца в нетрезвом состоянии, до такой степени, что он на ней же и засыпал. Я никогда не помогал ему добраться до дома. Просто знал, если его разбудить, вместе с ним проснется и его зло и мне же потом влетит за это.

За то время пока меня тут не было, мало что изменилось. Разве что мальчишки, с которыми я делил двор, играя в мяч, теперь в пьяном угаре спят на той самой лавочке. А девочки, за которыми я бегал, с вениками выходят на улицу, чтобы загнать пьяных мужей и играющих во дворе детей домой. В этом нет изменений.

Смотря на детишек, которые гуляют во дворе, я вспоминаю себя. У каждого из них своя судьба в будущем, но детство у них одинаковое.

Приезд в этот район, дал мне понять, что сейчас не так уж и плохо, только нужно разобраться с некоторыми проблемами.

Помутнение рассудка Крис.

Кто такая Елизавета.

Почему все вокруг не замечают происходящее с Крис, кроме меня.

Возможно, действительно стоит сначала понять, кто такая Елизавета и всё остальное встанет на свои места. Но сначала я хочу все же выяснить, как помочь Крис. Поэтому нехотя я поехал домой.

Дома Крис сидела на кухне и смотрела на уже остывшую тарелку с супом. Её вид меня насторожил. Она явно чем-то расстроена.

– В последнее время ты очень сильно изменился! – тихим голосом заявила она, отрывая свой пристальный взгляд от тарелки, её глаза опухли, а значит, она плакала. – Куда ты дел моего Олега, того кто сейчас передо мной, я не знаю.

– Это я, то изменился? – я обескуражен её словами. – А не по твоей милости я изменился?

– Я не могу понять, о чем ты? И в чем именно меня обвиняешь?

– Все вокруг только и делают, что жалеют тебя. Какая ты несчастная, да вот только к твоему же благу, ты этого не понимаешь.

– Да, не понимаю, ну просвети же меня, – с невозмутимым видом потребовала объяснений Крис, сложив руки на груди.

– Сама разбирайся в своей голове, я туда не полезу. Это тебе всё вокруг помогают, а я как отброс никем не замеченный. Моих страданий никто не видит и даже ты.

– Вот тебе то, как раз и помогают все вокруг и ты, то и не замечаешь этого, – заявила Крис. – А жалеют меня из-за тебя.

Я готов завыть на луну как волк, но только сил моих больше нет. Я устал скрывать от неё правду. Сколько это ещё продлится, сколько я смогу еще выдержать. Я уже на грани всё ей рассказать. Почему врачи ничего не делают, надо наведаться к ним с визитом и потребовать объяснений. Почему у Крис нет сдвигов вообще никаких, я сам скоро стану психом и мне самому потребуется их помощь или уже требуется.

Глава 21

За три месяца Крис не выздоровела умом, а я заболел душой. Меня окончательно достали все загадки, которые я так и не смог решить. Хоть вилкой мозг ковыряй, я всё равно ничего не понимаю.

Дом для меня стал пыточной камерой, я чувствую, как силы меня покидают. Иногда я слышу истошные крики, где-то за стеной, но в квартире тихо. Появилось чувство, что я не дома, а где-то в другом месте, но выглядит как дом. Я чувствую, что что-то не так и дело не в Кристине, а кажется во мне.

Еще одного спектакля с несуществующим ребенком, я не в силах выдержать. С меня хватит! Сегодня я этому положу конец, и путь будет, что будет.

– Ты собираешься всё рассказать Кристине? – из гостиной донесся голос Лизы.

– Откуда ты? Как ты оказалась у меня в квартире?

– Это абсолютно не важно, – ответила она. – Но если тебе будет спокойней я вошла сюда через дверь.

– Как же, она закрыта, никто не стучал и не открывал тебе её.

– Ну, скажем так, мне помогли.

– Допустим, но мне всё равно, я собираюсь серьезно поговорить со своей женой.

– Попробуй, может тогда, ты всё поймешь, – на удивление Лиза не стала возражать.

Мне было всё равно, будут ли свидетели «большого» разговора или нет, я решительно настроен, положить этому конец.

– Кристина! – громко позвал я жену. Она прибежала, через минуту и была в ярости.

– Чего ты так кричишь? – спросила она. – Я только уложила Еву спать, она и так капризная, а ты тут на всю квартиру крик поднимаешь.

– Какую Еву ты спать все время укладываешь? – спросил я.

– Ты что забыл? – удивлено спросила Крис, её глаза расширились от удивления и стали неестественно большими. – Нашу дочь вообще-то.

– Какую еще дочь, сходи и посмотри внимательно, раскрой уже свои глаза! – заявил я.

– Да, что с тобой происходит?

– Со мной ничего, а вот ты всё время впихиваешь мне, про какую-то дочь, которой у нас нет.

– Как нет, а кто тогда спит сейчас в детской? – рассекая руками воздух, Крис указала на детскую.

– Я знаю, кто там, точнее что, – сказал я. – Всё это время ты нянчишься с куклой!

– Это не выносимо, – схватившись руками за голову, ответила Крис. – Что у тебя еще на уме, я устала от твоих выходок. Я не за этого человека замуж выходила. Если бы я знала, чем обернётся наш брак, без колебаний ответила бы тебе, нет, – Крис указала на меня всего.

– А вот тут я с тобой солидарен.

– В чем же проблема, почему ты так изменился? Я думала, мы вместе хотели этого ребенка и ждали его очень долго.

– Да, мы хотели, да ждали, но в какой-то момент ты просто забыла и выкинула из своей головы, одно очень важное событие в твоей жизни, – заявил я.

– И что же я забыла? – Крис настолько близко ко мне подошла, что я смог разглядеть её глаза, которые были в ярости.

– Как ты вышла на дорогу, и тебя сбил грузовик! Вот что ты забыла.

– На дорогу я вышла, но грузовик меня не сбивал. Он успел затормозить, прежде чем столкнулся со мной. От чего я упала, и у меня заболел живот. Вот почему я оказалась в больнице, – не отходя от меня ни на миллиметр, сквозь зубы проговорила Крис.

– Подумай Олег, а может она тебе, говорит правду? – влезла в разговор Лиза, но я предпочел её проигнорировать.

– У меня другая информация! Тебя сбил этот грузовик, а в больнице ты потеряла ребенка! Он умер Крис! – уже крича, настаивал на своем я. – А твой мозг, не справился с этим и придумал, что всё в порядке с ребенком. Но это не так! Ребёнка нет! Ты это всё придумала и заставила всех поверить в это. Нам пришлось подыграть тебе, ради твоего же блага.

– Ты мне лжешь! Это ты псих и всё себе придумал, только зачем я не знаю! – закричала на меня Крис, мне даже показалось, что она готова меня ударить.

– Я не буду тебе доказывать правду. Я просто её тебе сказал, а дальше делай с этим, что хочешь. И если ты не престанешь играть в «дочки-матери», я навсегда исчезну из твоей жизни!

– Поздравляю, своими криками мы разбудили нашу ДОЧЬ, – на последнем слове Крис сделала особый акцент, чтобы я ясно понял, о ком идет речь. – И сейчас я пойду к ней, ей сейчас моё внимание нужно больше, чем тебе. А за это время я надеюсь, ты остынешь и всё хорошо обдумаешь! Если хочешь оставаться заканчивай свои выходки и верни прежнего Олега, а если нет, можешь убираться куда захочешь! – решительно и гневно заявила Крис, не отрываясь от меня.

Не в силах больше терпеть этого, моё тело сжалось, и я закричал, что есть силы, прямо в лицо Крис. С этим криком вся моя боль, которая скопилась, выходила наружу, она была нескончаема. Жилы на моей шее и висках напряглись настолько, что я чувствовал, как они пульсируют и скоро лопнут. Глаза готовы выпасть из орбит от напряжения и чтобы этого не произошло, я их зажмурил и продолжал кричать. Испуганное лицо Крис продолжало вырисовываться в темноте, но я не мог остановиться. Не знаю, сколько это продолжалось, но мне становилось легче. Я кричал на одном дыхании, выдавливая всё, что накопилось у меня в душе. Чувствуя, что воздух в моих легких заканчивается, я открыл глаза, чтобы увидеть, смотрит ли на меня Крис, но картину, которая предстала передо мной, я никак не ожидал.

Я не увидел лица Крис, я вообще оказался в другом месте. От увиденного я перестал кричать, но рот мой не закрылся, а ощущение, что я продолжаю кричать, не покинуло меня. Я огляделся и не понял, как тут оказался.

Передо мной стоит стол, я сижу на металлическом стуле и мои руки привязаны к нему. Напротив меня сидят люди. В одном из них я узнал Елизавету, только она была старше, чем являлась ко мне. Комната была небольшой, старой и тут явно давно не делали ремонт. Небольшая лампочка, которая освещала комнату, была недостаточно яркой, и казалось всё в полумраке, к тому же в комнате не было окон.

– Вот ты и вернулся! – сказала Елизавета.

Не понимая где я, как тут оказался и что тут происходит, закрыл глаза, в надежде, что когда их открою, я снова вернусь домой. Но когда я их открыл, снова оказался в этом месте.

– Где я? Кто вы такие? – в горле першило от моего крика, голова раскалывалась на части, но всё это было не так важно.

– Теперь ты готов меня выслушать? – спросила Елизавета.

Я только кивнул, мне стало интересно, что она мне скажет.

– Рассказ будет долгим, – предупредила она. – В тот момент, когда тебе позвонили на работу с известием об аварии с участием твоей жены, ты не стал дослушивать говорящего, а это было важно. С того момента всё происходящее было только в твоей голове, ты стал всё отрицать и не принимал правды. Твое состояние заметили не сразу. К нам обратился твой друг Валера. Он понял, что с тобой, что-то не так. Выслушав его, мы прибыли к тебе на помощь, но уже тогда всё было запущено и ты жил в своей собственной реальности. Ты похоронил своего ребёнка и сделал больной свою жену, но это ты был болен, с ней всё в порядке и с твоим ребёнком тоже.

Я не верил ей, это не может быть правдой, мой ребенок мёртв, врач так сказал, я не придумал.

– В скором ты похоронил и своего отца, заявив, что он болен. И ты не собираешься его спасать. Я попыталась тебе помочь, но ты, как всегда, не слушал меня. Его смерть означала, для тебя освобождение от прошлых обид и самое главное возвращение твоей матери в твою жизнь. На самом деле всего этого не произошло, он жив и твоя мать продолжает жить с ним. Лишь единожды она наведалась к нам в тайне, чтобы муж не узнал, но она и не узнала в тебе своего сына. Она лишь расплакалась, и ни сказав, ни слова ушла. Больше мы её не видели и не слышали о ней, вот только для тебя она осталась. И в скорее поселилась жить с тобой. Твоя жена часто приходила к тебе. Но разговор у вас не клеился, ты разговаривал не с женой, а с её воображаемой копией. Отвечал невпопад, уходил глубоко в свои мысли, часто вообще игнорировал её. Она не смогла этого терпеть и оставила попытки ведется с тобой. Ребёнка она предпочла не приводить сюда, ей это ни к чему, хоть она и маленькая.

– И сколько я тут уже? – решился спросить я.

– Чуть больше года, – ответил мужчина.

– Не может этого быть, – я хотел схватиться за голову, но моим рукам помешали ремни и я смог только дёрнуть ими.

– Всего этого можно было бы избежать. Но, к сожалению, неладное заметили поздно и хорошо, что ты вернулся, теперь с тобой можно говорить о реальных вещах. Полдела сделаны мы вытащили тебя из твоего подсознания и поможем тебе восстановить твой разум. Есть шанс, того, что ты будешь жить как раньше.

Раньше? Раньше уже не будет никогда, я жил в другой жизни и как теперь жить в этой? Я теперь понял, о чём говорила моя таинственная незнакомка Елизавета. Как только я узнал кто она все вопросы и проблемы, которые были у меня, решились сами с собой. Их попросту не было.

Эпилог

ВАЛЕРА

На следующий день, после нашей пьянки с Олегом, я вспомнил, что разместил пост об аварии с Крис и решил почитать комментарии. Но то, что я там прочитал, шокировало меня. Я тогда понял, что с моим другом не всё в порядке. То, что он рассказывал мне, очень различалось от того, что пишут люди.

«Она сама выскочила на дорогу, и если бы водитель грузовика вовремя не остановился, ей был бы конец»;

«Водитель сам испугался и всё сделал правильно! Он не оставлял её, а наоборот помог добраться до обочины. И когда понял, что ей требуется медицинская помощь, он посадил её в грузовик и отвез в больницу. Он не виноват в случившемся, это ей нужно было думать, что она делает»;

«Не умеют дорогу переходить, а потом ищут виноватых, да свидетелей»;

«Он её даже не задел, она от испуга сама упала. А водитель всё сделал правильно, был бы я на его месте, дал поджопника вдогонку, чтобы в следующий раз думала»;

«С ней подруга была! Неужели она ничего не видела? Как она позволила выйти ей на дорогу?».

И это еще самое безобидное, что писали. Я решил не говорить с Олегом, а сначала поговорить с Крис, но чтобы не терять время первым делом отправился к врачу и сообщил о своих догадках. Он подтвердил, сказав, что он и, правда вел себя странно, почти полчаса рыдал и никак не мог успокоиться. Его поведение он списал всё на стресс и надеялся, что он придет скоро в норму.

Крис рассказала мне, всё как было, и я понял, что люди были правы. Я вышел из палаты, после того как Олег вышел из палаты, его уже ждали врачи и забрали с собой, кажется он даже этого не понял.

Кристине не стали сообщать о состоянии мужа, у неё и так был сложный период. Хоть она и знала, что с ним не всё в порядке. О том, что его забрали в психиатрическую клинику мы говорить не стали. Преждевременные роды отняли у неё много сил. Она и так переживала за ребенка. И мы с врачами придумали, для неё историю, что её муж уехал в командировку на некоторое время и у него не будет связи. Она только удивилась, что он сам об этом не сказал, но поверила нам. Правду я ей сказал, уже после выписки, через несколько дней. Она не поверила мне, и я отвез её к мужу. Она очень переживала из-за этого и часто навещала его в надежде, что он вспомнит и пойдет на поправку.

АГАТА

Я очень испугалась, когда Кристина пошла на красный свет, но остановить я её не успела, только и смогла что закричать, чтобы она обратила внимание. Я видела, что на неё несся грузовик и надо отдать должное водителю. Он испугался не меньше моего, и понимаю, почему стал кричать, но всё же сделал всё правильно. Я долго перед ним извинялась, но он меня и слушать не хотел. Привез нас в больницу и уехал, что с ним было дальше, я не знаю.

Ожидая в коридоре, я сильно нервничала, боялась за подругу. Винила себя в случившемся. Но встреча с Олегом меня настолько шокировала, что я не знаю, как сказать. Он был в бешенстве. Мне показалось, что он готов меня задушить. И с легкостью бы это сделал, если бы рядом никого не было. Я никогда его таким не видела. Дальше я старалась не встречаться с ним, кто знает, на что он способен.

В один из дней я случайно увидела пост в контакте, кто-то разыскивал свидетелей и водителя происшествия. Я поняла, что это неспроста и Олег в этом причастен, но выяснять не стала.

Позже Крис мне сообщила о странной командировке Олега и попросила меня узнать, что за командировка такая. Мне удалось узнать, что Олега уволили уже давно, за прогулы. Крис я об этом говорить не стала, у неё и без этого куча проблем в жизни, а тут еще и Олег, куда-то пропал. Я подумала, что он сбежал от неё, как от меня сбежал отец моих детей. Но скрывать от неё правду мне долго не пришлось. Крис сама мне позвонила и сообщила мне, что Олег в психиатрической больнице.

Я не удивилась, я даже думала об этом, но старалась не придерживаться этой версии, а думать, что он сбежал.

После её выписки я и так старалась поддерживать её. Часто приходила к ней. Но после известия о судьбе Олега мы решили, объединиться и я поселилась у неё вместе с детьми. Нам так было спокойней.

ВОДИТЕЛЬ ГРУЗОВИКА

Этот день начался для меня как обычно. Я полжизни проработал водителем грузовика и за всё это время ни разу не нарушил ПДД, никогда не получал штрафы. В этот день я принял заявку на переезд и отправился по указанному адресу. Но как говориться оказался не в том месте и не в то время. Я не ожидал, что кто-то выскочит на дорогу на красный свет, но вовремя заметил идущую женщину на дороге и успел затормозить. Я испугался и не понимал, что теперь делать. Я вышел из кабины, громко ругаясь, больше от страха, чем от возмущения. Когда подошел к женщине, увидел её испуганный взгляд, она не меньше моего понимала, что вообще произошло. Я помог ей добраться до обочины и только тогда заметил, что она беременна.

Передо мной встал нелегкий выбор. Я понимал, что ей срочно нужно в больницу, но и я не мог оставить место ДТП. Я должен был вызвать скорую и полицию, но когда она стала терять сознание, я принял для себя роковое решение. Я погрузил её в кабину грузовика и отвез вместе с подругой в больницу, иначе она бы потеряла ребенка, а этого я себе простить не смог бы. Мой добрый поступок, отплатил мне недобрыми последствиями.

После того как я отвез их в больницу я отправился в полицию и заявил о ДТП. Но даже моя явка не спасла меня от лишения прав. К тому же я лишился заработка. Я мог бы написать заявление на эту девушку, но не стал. В скорее я еще раз посетил больницу, чтобы узнать о судьбе девушки. Там мне сказали, что она в порядке и родила девочку, но раньше срока. Обе будут жить. Больше я о ней ничего не слышал.

КРИСТИНА

После рождения дочери Олег сильно изменился. Он стал очень странно себя вести. Больше того Олега за которого я выходила замуж и отчаянно пыталась зачать ребёнка нет. Я думала, что после рождения дочери буду на седьмом небе от счастья, но Олег меня с грохотом спустил на землю и той эйфории, которую я ожидала почувствовать, я не испытала.

Я понимала, что отчасти это и моя вина. Но это не дает ему право так обращаться со мной. В последний его визит сначала ко мне пришёл Валера и рассказал о своих догадках. В тот момент я не поверила своим ушам и пыталась найти оправдание ему. Я ссылалась на стресс, после известия об аварии, но не ожидала, что всё настолько плохо.

В скорее после этого Олег пропал. Его друг сказал, что он уехал в командировку, но я ему сразу не поверила. Если бы Олег действительно уехал в командировку, он обязательно бы мне сказал об этом. Да и его друг не смог сказать, куда и насколько его отправили. Известие о его реальном местонахождении, всё поставило на свои места, но от этого легче мне не стало.

Я часто его навещала. Видела, что он не понимает, где находится. Он разговаривал сам с собой, уходил глубоко в свои мысли или сидел, не шевелясь, всё время пока я была рядом. Он даже не реагировал на мои прикосновения, слова. Он был где угодно, только не тут со мной.

Иногда он реагировал на меня. Разговаривал со мной, но отвечал, как будто совсем на другие вопросы, которые я ему не задавала. Я поняла, что ему неинтересно о судьбе ребенка. Но самое отвратительное, это то, что он стал со мной скандалить. Он стал злым и отвратительным для меня. Это было ужасно, и я больше не хотела его видеть.

Прошёл год и три месяца с момента, когда Олега забрали лечиться и мне сказали, что он вернулся, он осознал реальность. Но, к сожалению, ненадолго. Через месяц он снова вернулся к тому же состоянию, и все надежды на выздоровление мне пришлось оставить. За год я уже смирилась с его состоянием. Но новость о том, что он будет всегда таким, меня пошатнула и только дочь вывела меня на свет. Я посвящу всю свою жизнь только ей.

ЕЛИЗАВЕТА

Пациент Олег был самым сложным за мою карьеру. Я не ожидала, что с ним будет настолько сложно. Раньше я только читала про таких пациентов.

В первую встречу, когда мы его забирали, я еще не понимала, что уже знакома с ним. Подняв архив своих пациентов, я обнаружила, что он уже посещал меня. Точнее его приводила мать. У него был сильный невроз на фоне издевательств отца. Я тогда помогла ему. Я не знала, что его отец будет с ним обращаться еще хуже, чем раньше, усугубив ситуацию. Возможно, это и был толчок к слабой психике и он не смог справиться с возможной потерей долгожданного ребенка.

При личных беседах я поняла, что он живет в собственном мире, где всё происходит, так как и должно быть. Он говорил, что его жена больна, и ему нужно ей помочь. И это его главная проблема. Он редко выходил на контакт, и я в эти моменты, пыталась ему помочь осознать происходящее, но он всячески игнорировал мои слова. Он их либо не слышал, либо делал вид, что не хочет слышать, этого я не знаю. Он начинал разговаривать со мной, как с Лизой, так же внезапно, как и переставал. Иногда он разговаривал со мной как с отцом, матерью или братом. Я понимала, что он находится у себя дома или в баре, он даже продолжал ходить на работу.

Нам приходилось применять сильнодействующие психотропные препараты, чтобы успокоить его. Он считал, что он в этот момент пьян и впоследствии, ощущал похмелье, на правде это заканчивалось действие препарата.

Его состояние было стабильным, но спустя год лечения в момент сильной истерии его сознание вернулось. Он всё понял, но не хотел в это верить. У нас появилась надежда на его выздоровление, хоть и об этом было рано говорить. Наши надежды рухнули, когда он снова начал разговаривать со мной как со своей матерью и стал замкнутым. В этот момент мы поняли, что его домом будет психиатрическая палата до конца его дней. Для общества он был опасен, так же как и для себя.