Kitobni o'qish: «Глиняный денщик»

Shrift:

Скудя

(пьеса для младших школьников)

Действующие лица:

С т а р ы й Р о г о – баран, предводитель стада.

С к у д я – глиняная игрушка, волчонок.

Б а б а Л е н а – игрушечница.

Д а ш а – молодая овечка.

Б я ш к а – овца, тётка Даши.

Э м м а – белоголовая овца.

С к а л о л а з – козёл (с колокольчиком).

С о р о к а – птица.

К о г т и с т а я л а п а – вожак волчьей стаи.

Б е л о е б р ю х о – волк.

П а л ё н а я ш к у р а – молодой волк.

Л а р а – волчица.

Сцена первая

Игрушечница баба Лена лепит из глины игрушки и напевает себе под нос песенку.

Как на Волге, на реке,

Девушки тонули.

Пошли в поле погулять

И в копне уснули.

Б а б а Л е н а. Славные игрушки я сегодня из глины слепила, особенно удался мне волчонок. До того забавны-ы-й. Дай – ка я ему на нос пипку прилеплю (прилепляет пипку), вот так, отлично. (Целует волчонка в нос.) Осталось его принарядить. А принаряжать я его буду штампиками. Сейчас возьму колпачок от авторучки, он служит у меня штампиком, и оттисну у волчонка на спинке звёздочки. (Оттискивает.) Вот т-ак. Затем, другим штампиком, оттисну на лобике снежинку. Хорошая глина, податливая, отлично оттиски получаются. Осталось сделать глазки и ротик. (Чего-то ищет, заглядывает за плошку с водой.) Куда же я подевала старый фломастер? Вот старая – голова дырявая. Им я всегда оттискиваю у зверушек глазки. Так-так-так… Куда же он делся, проказник? (Ищет фломастер и находит.) Оказывается, закатился за ножку стула. (Достаёт фломастер и оттискивает волчонку глаза.) Стал ты у нас зрячим, а теперь прочертим палочкой рот. Вот… так. (Напевает себе под нос).

Рыбы во дворе живут,

На прохожих лают.

Корабли в степи плывут,

Верблюдов считают.

Дальше, как и полагается, делаем заливку – берём коричневого цвета жидкую глину, кисточку и закапываем глину в углубления от штампиков. Отлично. Сейчас игрушечники гуашевыми красками подкрашивают оттиски, а я всё по старинке… глинкой. Так мой дед красил и прадед тоже. Зато настоящая традиционная Саратовская глиняная игрушка получается. (Любуется изделием.) Теперь поставим тебя на просушку. (Ставит игрушку на стол, задумывается.) Как же, тебя назвать? Тимошей?… не подходит… Назову ка я тебя «Скудей». Хорошее имя «Скудя», скудельный значит, раньше «скуделью» глину называли, отсюда и глиняные горшки звали скудельными. Вот и отлично! Будешь у нас «Скудей». А теперь пойду, просею глину для новой игрушки. (Уходит, напевая.)

Как на печке на печи-и,

Да горячи кирпичи-и.

Забралися кошки в печку,

И погрызли калачи.

Сцена вторая

Как только баба Лена ушла, Скудя немного постоял на столе и стал осматриваться.

С к у д я. И долго я буду здесь стоять как огородное пугало? Нет, я не огородное пугало и стоять здесь долго не намерен. Кажется, я уже высох. (Ощупывает себя руками.) Вроде бы высох? только я не знаю, сколько надо глине сохнуть? Пока бабы Лены нет, пойду, посмотрю, что вокруг делается? (Слазит со стола, выбирается через окно на улицу.)

С о р о к а ( Сидит на изгороди и стрекочет ). Трак-ке-ке. Куда направился без спроса? Самовольник… Всё расскажу бабе Лене… всё-о-о…

С к у д я (отмахивается от неё и, напевая песенку, идёт беззаботно по дороге, бегает за бабочками, нюхает цветочки).

Я глиняный волчонок!

Я глиняный волчонок!

Мне всё на свете по плечу.

Мой нюх прекрасно тонок,

Мой глаз прекрасно зорок,

Я делаю, что только захочу!

Я захочу и целый мир открою,

Так пожелайте мне ни пуха – ни пера.

И норы я совсем не рою.

И норы я совсем не рою,

Весь этот мир – моя нора!

(Рассуждает вслух.) «Какой я молодец, что ушёл из дома. Конечно, я нехорошо поступил, что не спросил разрешения бабы Лены. С другой стороны надо же мне познать мир, а он такой красивый и всё это я вижу в первый раз!». (Замечает пасущихся на лугу овечек.) Кто это? Похоже овцы. Баба Лена таких же лепила, только они не глиняные, а пушистые. Надо подойти незаметно и посмотреть, что они делают?

Подкрадывается, овечки его замечают и с криком «Волк»!… «Волк»! бросаются в разные стороны, а одна молодая овечка падает в обморок. Волчонок подходит к ней и со словами «Куда же они все разбежались?» щупает у овечки лоб и проверяет пульс.

Лоб тёплый, сердце стучит, значит живая, только совсем, совсем не двигается, значит чуточку мёртвая. Верно, она меня испугалась и упала в обморок. Что же мне с ней делать? (Думает.) Я вспомнил!– когда баба Лена собирается чего-то лепить, а глина подсохла, то она всегда говорит, что глину надо оживить и брызгает на неё водой. Обрызгаю водой овечку и я, как раз рядом есть ручей.

Приносит воды и брызгает на овечку. Овечка приходит в себя, смотрит на волчонка и дрожит от страха.

С к у д я (в зал). Действует. (Обращаясь к овечке.) Кто ты такая и как тебя зовут?

Д а ш а (испуганно). Мы-мы-мы …овечки… Ты меня не съешь?

С к у д я. А почему я тебя должен съесть?

Д а ш а. Волки всегда охотятся за овцами.

С к у д я. Нет, не съем, не бойся. Я ещё не умею никого есть.

Д а ш а (обрадованно). Правда! И ты совсем, совсем не кусаешься?

С к у д я. Совсем, совсем. Я же ведь не настоящий волчонок, а игрушечный. То есть, настоящий, но не совсем. Меня сделала баба Лена из глины.

Д а ш а. Такого не бывает. Мне моя мама говорила, что волки – наши главные враги. Она ничего не говорила, что они бывают не настоящие. А моя мама была умная и очень серьёзная овца. Её в стаде все уважали. И она всегда говорила «Милая Долли, берегись волков, потому, что от них исходят все напасти» – Вот! И потому я тебе не верю. Ты самый настоящий волк, только перекрасил свою шкуру, а может быть даже сделал пластическую операцию, то есть шкурную операцию, чтобы в тебе было трудно узнать настоящего волка. Убирайся прочь.

С к у д я. Зря, ты так.

Д а ш а. Осторожность не помешает. (Отодвигается.)

С к у д я. Я, правда, не кусаюсь. Я этого и делать не умею. У меня даже настоящих клыков нет, а так совсем маленькие. (Показывает.)

Д а ш а. У меня тоже есть рожки, только, тоже очень маленькие их даже не видно, вот потрогай. (Наклоняет голову.)

С к у д я (трогает голову). Точно, два маленьких бугорочка, их из-за шерсти не видно.

Д а ш а. Вот видишь… рожки есть, а бодаться, как и ты кусаться, я не умею.

С к у д я (смущённо.) Знаешь, а ты очень симпатичная Я как тебя увидел, так ты мне сразу понравилась…

Д а ш а. Не прилизывайся. Всё равно не поверю. (Поправляет причёску, прихорашивается.)

С к у д я. Я что, не красив?

Д а ш а (опустив взгляд). И ты мне сразу очень понравился.

С к у д я. Какое у тебя красивое имя «Даша».

Д а ш а. Откуда ты узнал моё имя, тебе, что сорока сказала, как меня зовут? Вот болтушка…

С к у д я. Сама же сказала, что твоя мама говорила…

Д а ш а. А ты наблюдательный. Мне это нравится. Ты не только умеешь хорошие слова говорить…

С к у д я. А меня баба Лена назвала «Скудей». Хорошо, что я тебя встретил…Просто даже замечательно. У меня есть хорошая идея.

Д а ш а. Какая идея?

С к у д я. Давай поженимся. Я делаю тебе предложение. Прошу твоей руки и сердца, понятно?

Д а ш а. Как поженимся? Я так вот просто не могу, мне надо спросить разрешения у стада. У нас так заведено. Я не могу нарушать традиций. Пошли к нам в стадо и спросим старейшин. Пусть они посмотрят, какой ты хороший!?

С к у д я. С тобой – к кому и куда угодно, милая Даша! (Взявшись за руки, идут в стадо, играют, дурачатся.)

Сцена третья

В овечьем стаде.

Д а ш а (кричит издали). Овечки, не бойтесь! Предводитель стада Старый Рого!! Это я, ваша Даша! Со мной тот, кого вы так сильно испугались! Не бойся, тётушка Бяшка! Не бойтесь братики Козя и Луня! Он совсем не страшный! Он мой друг! Его зовут Скудя. (Подходят ближе; овцы с опаской рассматривают волчонка.)

Б я ш к а (всплеснув руками). Точно, это наша Даша! А мы думали, что тебя съели волки. А это кто с тобой? (Удивлённо.) Точно, волчонок! Только чудной какой-то. (Овцы окружают волчонка, нацеливают на него рога, с любопытством рассматривают.)

Э м м а (обращаясь к Даше). Ты зачем привела волчонка в стадо?

Д а ш а. Он мой друг и жених. Я хочу, чтобы он был с нами.

Голос из стада. Он, что, будет щипать с нами травку? Вот учудила…

Д а ш а. Он не будет щипать с нами травку, потому, что он глиняный.

Э м м а. А по мне волк, он и есть волк. И хоть он глиняный, хоть сделанный из мочала, разницы нет… Это надо обсудить с предводителем стада Старым Рого. (Кричит.) Старый Рого! Собирай совет! Будем решать, что с волчонком делать?

С т а р ы й Р о г о. Совет, так совет. (Поднимается на бугор, говорит.) Уважаемые бараны и добропорядочные овцы! Овечка Даша хочет выйти за волчонка замуж и просит нашего на то согласия, то есть, просит принять его в стадо. Мы должны обсудить этот вопрос. У кого какое мнение?

Б я ш к а. Это вопрос серьёзный, здесь замешана любовь.

С к а л о л а з (с колокольчиком на шее). Я не против любви. Только она какая-то уж очень экзотичная. Прости меня Даша, но я считаю, что волкам нет места в стаде. Волки наши враги! Волк волку не друг, а нам и тем более.

Э м м а. Они загрызли моего племянника и мою бабушку.

С т а р ы й Р о г о. Да, немало мы натерпелись от них бед. Потом, он может быть волчьим шпионом. Я такого не исключаю.

Д а ш а (взволновано). Как вы не понимаете! – не тот волк, кто внешне похож на волка, а тот волк у кого безжалостная, не имеющая сострадания жестокая натура, даже если он и имеет вид овцы!! Разве это непонятно!?

Э м м а (обращаясь к Бяшке). Добропорядочная Бяшка, помните, мы пожалели беспомощного волчонка, а теперь он стал вожаком волчьей стаи и зовут его «Когтистая лапа». Твоя жалость взрастила монстра.

С т а р ы й Р о г о. Верно говоришь, Эмма. Было такое, поэтому я призываю овец к бдительности и лучше выгнать глиняного волчонка, нежели смущать им наши сердца!

Б я ш к а. Не путайте кислое с пресным. Нельзя разлучать любящих. Выгонять из одной осторожности, ни в чём не уличив, разве это разумно? (Обращается к Скололазу.) Скалолаз! Ты ведь любишь Дашу и ты против? (Скалолаз опустил голову и вздохнул.)

С т а р ы й Р о г о. Кто ещё думает так же как Бяшка? (Осматривает стадо и не находит поддерживающих.) Как видим, большинство не одобрили твоего поступка, Даша. Я выскажу общее мнение: «Волков хороших не бывает». Верно?! (Раздался хор одобрительных голосов). А теперь стадо просит волчонка, Скудю, покинуть наше месторасположение и отправиться в волчью стаю. Вот там пусть и ищет себе невесту среди серых.

(Бараны подталкивают Скудю сзади рогами, выпроваживают за пределы поляны. Даша порывается идти за ним, но Бяшка и Эмма удерживают её. Потрясённая Даша опускается на землю, Эмма уходит.)

Б я ш к а (присаживается рядом с Дашей, гладит её по голове, поёт).

Мы овцы, знаешь Даша, овцы,

У нас особая стезя;

Мы в мире не первопроходцы

Ни ты – ни я,.. ни ты – ни я.

Задача наша не простая –

Растим густую длинную мы шерсть

И для овец задача то святая

Густая шерсть–овечья честь, густая шерсть.

Ещё, растим своих мы деток,

Ягнятки – милая семья.

А вырастить не просто малолеток,

И уберечь от стужи и дождя.

И уберечь от стужи и дождя.

(Смотрит на Дашу.) Кажется, уснула? Пусть поспит. Успокоится, перетерпится. Как говорится – «Утро вечера мудренее» (Бяшка уходит, Даша спит.)

Сцена четвёртая

В волчьей стае.

Явление первое

С к у д я ( идёт напевая горькую песню разлуки).

Зачем на свет родился я?

Зачем из глины слеплен волком?

Во мне ведь добрая душа,

Кто объяснит мне это толком?

Ну что, наслушались вы ушки (трогает уши),

Облили грязью с головы до пят.

Того не знают, что им без игрушки

Не вырастить порядочных ягнят.

И будет мало на них шерсти;

Без сказки деткам вырастать нельзя.

Я знаю, вы уж мне поверьте,

Ведь сказка она здесь и это Я.

(Останавливается около копны.) Эх, залезу я в эту копну сена и умру в ней, всё равно счастья нет. А когда овцы будут поедать сено, то найдут в нём меня и скажут: «Мы были не правы, Скудя был действительно хороший и что встречать и ценить, живущих на земле, надо не по одёжке и по шерсти, а по тому, какое у кого сердце. (Залезает в сено).

Явление второе

К копне подходят волки. Вожак запрыгивает на копну и осматривается. Волки располагаются около копны.

К о г т и с т а я л а п а. Давай, Белое брюхо, аккомпанируй и запевай нашу, голодную (Белое брюхо, подыгрывая на гитаре, запевает, стая подхватывает, вожак, стоя на копне, дирижирует лапой.)

Живот – барометр удачи,

Живот, когда он пуст – беда.

Кишки гремят, а волки плачут.

Задрать овцу – одна мечта, одна-а ме-чта.

Пусть говорят, что волки сплошь бандиты,

Пусть говорят, что волки наглецы,

У нас звереют аппети-и-ты,

Когда мы слышим блеянье овцы.

(последнюю строку ещё раз поёт один волк на октаву ниже).

Б е л о е б р ю х о (обращаясь к вожаку). Не видишь ли ты, Когтистая лапа, сверху поблизости овец?

К о г т и с т а я л а п а. Не напоминай мне про овец, Белое брюхо, у самого живот подвело. А овцы- вон они, целое стадо, только к ним не подобраться, вокруг открытое место, равнина, ни овражка, когда будешь ползти – обязательно заметят.

Л а р а. Вы хоть и клыки большие имеете, только думать надо головой, а не клыками, а тем более хвостом. Надо придумать, как подобраться к овцам незаметно? Может быть, ты чего посоветуешь, Белое брюхо?

Б е л о е б р ю х о. У нас есть старая овечья шкура. Может быть, попробуем одеть одного из волков в неё и подойти к стаду открыто, под видом отставшей овцы. Помнится, нам это когда-то удалось.

К о г т и с т а я л а п а. Два раза в один и тот же капкан не попадают. Предводитель этого стада – баран Старый Рого. Он знает и помнит этот приём. Придумай что- нибудь поновее.

Л а р а (с упрёком). Я вижу, у вас головы для того, чтобы только уши носить, а придумать что-то путное вы уже не можете.

Б е л о е б р ю х о. Лара, не задирайся. Твой язык как у гадюки. Только нас критиковать умеешь, а самой предложить нечего?

К о г т и с т а я л а п а. Давай, Лара, предлагай, укрепи свой авторитет мудрой волчицы. За последнее время он у тебя сильно пошатнулся.

П а л ё н а я ш к у р а. Его моль подъела, как старую шерсть на холке. Ха-ха-ха!

Л а р а. Не вижу причин для смеха. (Обводит взглядом стаю.) Моё предложение следущее – надо вырыть в этой копне нору, залезть в неё и когда овцы подойдут совсем близко, выскочить и задать им хорошей трёпки.

К о г т и с т а я л а п а. Я всегда говорил, что у Лары мозг изобретателя. Я не знаю ни одного волка ни в Пензенских, ни в Тамбовских лесах, кто мог бы с нею соперничать. Предлагаю принять предложение Лары и начать рыть в копне норы. (Волки начинают рыть в копне норы и обнаруживают Скудю.)

Б е л о е б р ю х о. Тут, кажется кто-то прячется?! Я кого-то держу за шкирку?!

П а л ё н а я ш к у р а. Спорю на сахарную косточку, если это не овечий шпион.

Л а р а. Это резонно. Ведь моё предложение дорогого стоит, а овечья разведка не дремлет. Помните барана в волчьей шкуре. Он нас целый месяц за нос водил, выдавая себя за волка. В результате за месяц мы ни поймали ни одной жалкой овцы… Питались одними мышами и чуть не протянули ноги.

Б е л о е б р ю х о. Вот и он. (Вытаскивает из сена Скудю, рассматривает, удивляется и спрашивает.) Ты кто такой будешь?

С к у д я (боязливо). Я глиняная игрушка – волчонок Скудя.

Л а р а. Видим, что не ягнёнок.

С к у д я. Я ваш брат. Ведь вы тоже волки.

К о г т и с т а я л а п а. Тамбовский волк тебе брат. Гы-гы-гы!

Б е л о е б р ю х о. Не верьте ему, серые. Это овечий шпион. Он только вырядился волком. Посмотрите с виду, как и мы – волк, только почему по его шкуре идут какие-то геометрические углубления в виде крестиков, звёздочек и кружочков?

С к у д я. Я же говорю вам, что я Саратовская глиняная игрушка. Она так декорируется, а эти углубления на мне – штампиковый геометрический рисунок. Этим рисунком я и отличаюсь от других глиняных игрушек, например от Каргопольской или Филимоновской.

Б е л о е б р ю х о (обращаясь к Палёной шкуре). Я что-то про Саратовскую не слыхал, а ты, Палёная шкура?

П а л ё н а я ш к у р а. Говорит, что игрушка, а совсем не похож. Помнишь, Белое Брюхо, мы раз с тобой съели одного игрушечника под городом Аткарском, из Филимоново ехал. У него было много игрушек полосками раскрашенных. Полоска красная, полоска голубая, полоска жёлтая, помнишь, а это ни то, ни сё,… вмятинки какие-то? как будто в него из ружья картечью охотники палили.

С к у д я (раздражённо). Да, Саратовская я игрушка, Саратовская. Сколько раз повторять одно и то же?! А это декор ямчатым называется, он очень древний.

П а л ё н а я ш к у р а. Чего твердишь одно и тоже. Мы волки тоже не из Пензы, а свои Саратовские, разберёмся. Только нам интересно знать кто ты? и зачем сидел в этой копне? Говори, иначе не видать тебе ничего в этой жизни хорошего. (Берёт Скудю за шкирку, трясёт.)

К о г т и с т а я л а п а (добавляет). И самой жизни не видать тоже. Гы-гы-гы!

С к у д я (жалостливо). Я. Я, я… правда волчонок, только глиняный, меня баба Лена слепила и поставила на столе сушится, а я убежал. (Слёзно.) Поверьте мне, серые…

Л а р а. Вы посмотрите, он нам историю колобка рассказывает. Славно. Убежал и встретил на дороге волка. Ха-ха-ха! Вот нахал. Интересно, что ты ещё наплетёшь? Теперь, расскажи нам, как по сусекам был метён, в печку сажен и так далее. Это наш предок на этом опростоволосился, а мы волки цивилизованные, книжки читаем и на твои уговоры не поддадимся. Правильно, серые?! (Волки одобрительно загудели.)

С к у д я. Ни по каким сусекам я не был метён. Глину в овраге лопатой накопали и всё.

П а л ё н а я ш к у р а. Рассказывай нам басни. Одного по сусекам мели, другого лопатой копали, голова кругом. Твоя правда, Лара, нельзя ему верить, он овцами подосланный, поэтому и в копне сидел, чтоб наши разговоры подслушать!

Б е л о е б р ю х о. Не спеши с выводами, Палёная шкура. Если он волк, то должен уметь свирепо рычать, вот так (рычит) Ры-ры-ры!!! А, ну -ка повтори… (Скудя пытается зарычать, но у него ничего не получается.)

К о г т и с т а я л а п а. Белое брюхо был прав. Это овечий шпион. Раз он не умеет рычать, значит, блеет как овца.

С к у д я. Я и блеять не умею.

Б е л о е б р ю х о. Что ты на это скажешь, Когтистая лапа?

К о г т и с т а я л а п а. Разберёмся. Мы волки цивилизованные и будем есть его цивилизованно. То есть, сначала исследуем всё хорошенько. Взвесим все «за» и «против», а потом обязательно съедим. Гы-гы-гы…

С к у д я (отчаянно). Так какая мне разница, исследуете вы или не исследуете, если всё равно съедите. Странная у вас цивилизация. Какая-то волчья.

Л а р а. Такой у нас порядок, по закону живём.

С к у д я. Меня баба Лена не учила рычать, а когда лепила, то учила, чтобы я был совестливым вежливым и умным волчонком.

Л а р а. Умным и вежливым, говоришь? А она говорила тебе, что такое баранина? Ха-ха-ха! И кто же твоя мама, если не секрет? Может быть овца Бяшка?

С к у д я. Я же вам говорю – моя мама игрушечница баба Лена, какие вы непонятливые.

Л а р а. Она из кого, из человеков что ли, или тоже овца?

С к у д я. Она человек. Между прочим, очень хороший и человек и мастер.

Л а р а. Если твоя мама человек, то почему ты волчонок, это непонятно?

С к у д я (раздражённо). Да потому, что я игрушка, олухи вы царя небесного. Сколько раз говорить, что я игрушка, что меня слепила из глины баба Лена, что баба Лена очень добрый и хороший человек и что все игрушки у неё очень добрые.

П а л ё н а я ш к у р а. Что ты всё твердишь о доброте? По мне доброта, хуже воровства.

Б е л о е б р ю х о. Он говорит, что имеет отношение к человеческому роду. А это для волков очень опасно. С людьми нам лучше не ссориться. Ты у нас, Когтистая лапа, насчёт людей и их повадок самый умный, ты столько раз спасал стаю от охотников!!! Как проверить, волк он или не волк, игрушка для забавы волчатам, или кусок дерьма, сделанный людьми, чтобы сбить нас с толку?

К о г т и с т а я л а п а. Подожди, Белое брюхо, не спеши. Он говорит, что глиняный. Вспомните: сколько раз мы ходили в походы, наши тропы были усеяны камнями, мы утопали в песке и тонули в чернозёме. Но это всё было сносно. Самой плохой тропой была тропа не из камней и песка, а из глины после дождя, потому что лапы наши скользили и разъезжались. Даже когти не могли удержать нас на спусках и склонах и мы скользили, кувыркались и падали и редкий, кто из волков мог подняться на глинистую размокшую гору. Мы старались обходить такие участки стороной.

Б е л о е б р ю х о. Ты прав, Когтистая лапа. Ты умный вожак. Только мы не поймём, к чему ты клонишь? ( «Говори суть дела», раздались голоса.)

К о г т и с т а я л а п а. Я и говорю суть дела. Глинистая тропа была для нас хороша, когда она была сухая. Верно?

П а л ё н а я ш к у р а. Совершенно верно!

К о г т и с т а я л а п а. А, когда она мокрая, то становилась бесформенной скользящей жижей, то есть глина от воды становится жидкой. Вот я и предлагаю, поместить шпиона в воду и мы посмотрим, уцелеет ли он, или превратится в глиняную жижу? Гы-гы-гы…

Л а р а (выждав, когда смолкнет смех). Велика ли для нас корысть, если этого шпиона бросим в лужу и он превратится в грязь. А когда лужа высохнет, не станет ли он опять таким же? Мы этого не знаем… Отпечатки наших лап на глиняных тропах каменеют от солнца и очень долго не стираются, правда, Белое брюхо? Глина, размятая нашими ногами, от солнца снова становится твёрдой. И он снова станет твёрдым. Чего мы этим добьёмся? Только время зря потратим.

Б е л о е б р ю х о. Твоя правда, Лара. Только чего ты предлагаешь?

Л а р а. Я предлагаю испытать шпиона огнём. Мой аргумент такой. Разве мы волки боимся воды или грязи? Никогда. А что для нас самое страшное…? Самое страшное, для нас огонь. Палёная шкура это на себе испытал.

П а л ё н а я ш к у р а. Век не забуду.

Л а р а. Лесные пожары попаляют нам шкуру, путники бросают в нас горящими головнями. Шпионов надо уничтожать огнём. Правильно я говорю, братцы? Что скажете?

П а л ё н а я ш к у р а. Умно. Правильно, Лара!! Моя шкура знает, что такое пламя. В огонь его.

Б е л о е б р ю х о. Наше мнение разделилось. Вожак, Когтистая лапа, предложил уничтожить шпиона водой и привёл веские для этого основания. Лара предложила уничтожить шпиона огнём и тоже аргументированно. С обоими нельзя не согласиться. Так что нам делать? Какое решение принять? Может быть, спросим самого овечьего шпиона, от чего он желает принять смерть? Говорят, что последняя просьба перед смертью всегда исполняется. Особенно если выбор не велик и с одним результатом, ха-ха-ха. ( над копной появилась и исчезла голова козла.) Так отчего ты желаешь закончить свою пакостную шпионскую жизнь? (Обращается к Скуде.) От воды или огня? Предлагаем на выбор.

С к у д я (в зал). От воды я точно погибну, сухая глина в воде полностью разваливается. Я это видел, когда баба Лена глину сушила, а потом замачивала водой. А вот с огнём дело иметь не приходилось. У огня есть преимущество. Сжигать будут на костре, а от него дым. Может быть, кто-то увидит, подумает, что лес горит и придёт затушить? Шанс, конечно, есть, но маленький.

К о г т и с т а я л а п а. Так что скажешь? Тебе был задан вопрос.

С к у д я (в зал). Если я выберу огонь, не бросят ли они меня в воду? Народец- то подлый. Надо сделать так, чтобы они обязательно бросили меня в огонь. Попробую обмануть и нарочно выберу воду. Самолюбивая Лара обязательно настоит на своём, то есть на огне.

С к у д я. Я одинаково умру от того и другого, серый разбойник, но зло выбирают всегда меньшее. Так вот я предпочитаю погибнуть от воды.

Л а р а. Моя правда… Этот хитрец хочет, чтобы он намок в воде, потом высох, как моя шкура и стал прежним. Такие хитрости не пройдут! (В огонь его…– закричали волки и схватили Скудю.)

Б е л о е б р ю х о. Я видел на опушке тлеющие угли в брошенном людьми костре, нам остаётся только набрать сухих дров и подбросить в него.

Сцена пятая

Овечье стадо.

Д а ш а (горько). Вы бездушные, бездушные, бездушные. Разве вы не видили, что он очень добрый?

Б я ш к а. У овец, Даша, есть причина сомневаться. Я тебе верю. Но и ты подумай, волки могут притворяться очень добрыми. Разве ты не читала сказку «Волк и семеро козлят»? Там волк тоже претворился очень добрым, и чем это дело кончилось? А в сказке про Красную шапочку… Ты, что не помнишь, как серый разбойник оделся бабушкой и обманул Красную шапочку и бабушку? Этого, дорогая, забывать нельзя. Для этого и книжки пишут, чтобы мы учились, вот. А если б мы не учились, то нас бы давно съели. Так-то милая. Не сердись на стадо. Опыт коллектива многого стоит.

Д а ш а. А если овцы ошибаются? Ведь бывают же в жизни исключения!

Э м м а (вступает в разговор). Похоже, что это ты у нас исключение, дорогая Даша. Тебе что молодых барашков в стаде мало? Вон Курчавый с тебя глаз не сводит. (Обнимает Дашу, говорит ласково, успокаивающе.) Он тебя любит. Женитесь. А мы всем стадом такую свадьбу закатим. Потом у вас появятся детки. И они будут резвиться на поляне с самой сочной и вкусной травкой. Вожак не велит ни одной овце туда заходить, бережёт эту травку для малышей.

(В стадо вбегает Скалолаз. Он возбуждён. Овцы спрашивают, что случилось?).

С к а л о л а з. Ой! Что я сейчас видел и слышал. Глазам и ушам не поверишь!!

Э м м а. Да говори ты толком, а то ни «бе», ни «ме» ни «ку-ка-ре?-ку».

С к а л о л а з. Я днём обронил колокольльчик, а к вечеру пошёл его искать. Какой же я козёл без колокольчика? Как отару с поля вести? Без колокольчика овцы разбредутся кто куда.

Б я ш к а. Говори ты толком.

С к а л о л а з. Дохожу я до копны сена, до той, что на краю поля стоит и – и – и …

Э м м а. Что «и»…? Да говори ты…

С к а л о л а з. А там волки… (Пауза.)

Б я ш к а. Как же они тебя не съели?

С к а л о л а з. Съели бы, как пить дать, съели. Только им не до меня было, они шпиона допрашивали.

Д а ш а (порываясь к козлу). Какого шпиона?

С к а л о л а з. Да нашего глиняного волчонка и допрашивали. Они его за шпиона приняли, он в копне прятался.

Б я ш к а. Как за шпиона? Он же волчонок, стало быть, их породы.

Д а ш а. Да не их породы! Не их,… он обыкновенная глиняная игрушка. Я же вам говорила… (Плачущим голосом.) Они его съедят.

Э м м а. Как же они его съедят, когда он глиняный?

Д а ш а. Тогда разгрызут.

С к а л о л а з. Они хотели его сначала в воду бросить, чтоб размок.

Э м м а. Ах, как это мокро! Мы овцы не любим воду… И что же?

С к а л о л а з. Не бросили. Потащили в костёр, что на опушке леса горел. Люди, как следует не затушили, вот угли и остались (Даша охает и падает в обморок.)

Б я ш к а. (укоризненно, обращаясь к Скололазу и показывая на Дашу). Нашёл о чём сказать. Ну, придумал бы что- нибудь… Дескать, он вырвался… убежал, или лучше вообще ничего бы не говорил… Экие вы козлы. У вас одна извилина в мозгах и то прямая, а ещё про овец говорят, что мы безмозглые.

С к а л о л а з (уходя). Не пойму я этих овец – то волчонка прогоняют, то по нему же слёзы льют, да ещё меня упрекают? Нашли козла отпущенья.

Сцена шестая

Сумерки. Волки носят для костра ветки.

Явление первое

С к у д я (притворно кричит). Не надо в костёр, лучше в воду!

Б е л о е б р ю х о. Ты шпион и предатель волчьего рода. А шпионов и предателей мы поджариваем в костре.

(Вбивают в костёр с тлеющими углями кол, привязывают к нему Скудю, обкладывает Скудю ветками и дуют на угли, чтоб разгорелись. При этом Белое брюхо обжигает немного лапу. Трясёт лапой, прыгает, воет.)

П а л ё н а я ш к у р а. Что, лапу обжёг? Теперь ты у нас будешь не Белое брюхо, а «Палёная лапа». Ха-ха-ха.

Б е л о е б р ю х о. Посмейся мне, а то быстро сменишь имя и будут тебя называть не «Палёная шкура», а «Выдранный хвост» или «Откушенное ухо».

П а л ё н а я ш к у р а. Пошутить нельзя, сразу и драться. (Костёр разгорается.)

К о г т и с т а я л а п а. А ты, Палёная шкура, знай, как шутить. Шутки шуткам рознь. Над одними шутками смеются, а за другие и по зубам дают. А перед охотой, чтоб была удача споём нашу. Запевай, Белое брюхо. (Белое брюхо снимает гитару со спины, играет и поёт, волки подтягивают.)

Мы волки – следуем удаче;

Мы волки – любим есть и пить,

А не своруешь, как иначе?

А не своруешь, как ина-а-че?

Ну, надо же на свете жить.

На свете мы живём с оглядкой,

И своего не отдадим;

Со смертью мы играем в прятки,

Со смертью мы играем в пря-а-тки,

А волк – есть волк, хоть и один.

Волк в поле воин, хоть и одиночка;

Овец пускаем мы на шашлыки

И смерть нам выдаёт отсрочку,

И смерть нам выдаёт отсрочку-у,

Когда во рту горят клыки.

Л а р а (перебивает). Стоп, ребята! У меня идея. (Звучание гитары обрывается).

П а л ё н а я ш к у р а (недовольно). Обязательно тебе, Лара, надо песню испортить. Могла бы и подождать.

Л а р а. Идея не может ждать. Это песню мы можем допеть, а идея она (поднимает глубокомысленно лапу вверх) есть и-де-я-я,.., дурак.

К о г т и с т а я л а п а. Говори, Лара, толком. Сама знаешь – прерывать волчий гимн нельзя, это святое.

Л а р а. Давайте не будем ждать, когда овцы подойдут завтра к копне, а обвяжемся сеном, и сами подойдём к овечьему стаду, а там уж мы с ними посчитаемся.

К о г т и с т а я л а п а. Очень умное предложение. Ты слышишь Скудя? (обращается к привязанному волчонку, тот задыхается в дыму) Завтра от твоих овец останутся рожки да ножки. Они даже и не поймут, как это всё произошло. Ай, да Лара… (Громко.) Волки! Предложение Лары – стопроцентная удача. Ради такого предложения можно и гимн прервать. Давай, Белое брюхо, продолжай (Белое брюхо снова играет, волки поют с особым настроем, воодушевлённо.)

И вот погоня – всё слилось в едино,

Чему не миновать, тому и быть

И если сорвалась с зубов скотина

И если сорвалась с зубов скоти-и-на,

Нам хочется по-волчьи так завыть.

Завыть, чтоб дрожь пронзала тело

И стыла кровь от звуков ледяных;

Мы на одностволку идём смело,

Мы на одностволку идём смело-о,

Убьют ведь одного, а не двоих.

Своих подранков в поле не бросаем,

Укроют дебри нас наверняка,

А в дебрях раненых съедаем,

А в дебрях ранены-ы-х съедаем,

Чтоб выжить стае и наверняка.

Чтоб выжить стае и наверняка.

К о г т и с т а я л а п а (встаёт). Довольно… Завтра трудный день. Пошли, братцы. А ты жарься – овечий шпион. Мы жареное мясо, если ты не глиняный, тоже очень уважаем. Позавтракаем тобой и на охоту, овец драть (уходят).

С к у д я стоит среди пламени, мучается, пытается отвязаться от кола, но у него ничего не выходит.

С к у д я. Как же мне предупредить овец!? Ах, Даша… Даша… Как я устал. ( Обвисает на верёвке, склонив голову.)

Явление второе

Утро. К костру с почти сгоревшим колом и прогоревшими дровами подходит Скалолаз и овечка Даша. Пышет жаром от светящихся углей.

С к а л о л а з (показывает на костёр). Здесь волки привязали Скудю к вбитому колу и развели огонь. Видишь, кол почти сгорел, значит, сгорел и волчонок. Мы все виноваты, что не поверили Скуде, что он игрушка. У нас чёрствые сердца. Из-за нас он пошёл искать друзей среди волков, потому, что мы сказали, что раз ты волк и называешь себя волком, то иди и живи в стае. А он не волк, то есть волк, но в душе не волк.

Д а ш а (скорбным голосом). Прощай, мой друг… прощай, любимый. Ты был лучше всех на свете. Я никогда, никогда тебя не забуду (обращаясь к Скололазу). Давай соберём от костра пепел, положим в баночку и похороним то, что от него осталось.

С к а л о л а з. Мы это, милая Даша, обязательно сделаем, только не сегодня. Угли ещё очень раскалены. К обеду они догорят, остынут и уж тогда. Да и волки могут вернуться. Нам опасно здесь задерживаться…

Д а ш а (тихим голосом, слышатся всхлипы). Я останусь… Пусть они и меня съедят, как съел огонь моего Скудю.

С к а л о л а з. Так нельзя говорить. Пошли… пошли… посмотрела и хватит. А то ещё обожжёшься. Вот костёр остынет, и мы его похороним. (Берёт Дашу за руку и уводит. Идут медленно. Даша скорбным голосом поёт.)

Зачем я встретила тебя?

Твой голос был красив и звонок?

Жила б спокойно в стаде я

Ах, милый глиняный волчонок.

Волчонок, где же ты теперь?

Зачем оставил свою Дашу?

Не жить мне без тебя поверь,

Ведь не было тебя милей и краше.

Явление третье

После ухода Скололаза и Даши к костру подходит волчья стая.

П а л ё н а я ш к у р а. Интересно, хорошо ли зажарился овечий шпион?

Л а р а. Угли ещё очень горячие, можно обжечь лапы. Давайте сначала обвяжемся сеном и перебежками подберёмся к стаду. (Волки начинают маскироваться сеном, собираются в кучу, получилась живая копна).

К о г т и с т а я л а п а. Будем передвигаться короткими перебежками. Держаться кучнее. За мной, серые! (Волки, скучившись, в виде живой копны двигаются к овечьему стаду.)

Сцена седьмая

Явление первое

Овцы мирно пасутся, срывая травку.

Э м м а (обращаясь к Бяшке). Чудится мне что ли? Вроде копна с сеном дальше от нас стояла?

Б я ш к а. Конечно, чудится. Разве копны с сеном умеют ходить?

Э м м а. Конечно, не умеют. Только я смотрю, а она, вроде, опять ближе стала?

Б я ш к а. Долли, посмотри копна с сеном на том же месте стоит? а то Эмму что-то тревожит. (Овцы поднимают головы и смотрят на копну. Копна в это время не двигается.)

Явление второе

К о г т и с т а я л а п а (из копны). Ещё одна перебежка и мы у цели.

Л а р а. Эти вислоухие даже ни о чём не догадываются.

П а л ё н а я ш к у р а. Тише вы… Замерли… В нашу сторону смотрят.

Б е л о е б р ю х о. Как бы не догадались, давай, Когтистая лапа, подавай команду на абордаж. Первых, что ближе к нам, точно утащим.

П а л ё н а я ш к у р а. Я бы вон от той молоденькой овечки не отказался.

Б е л о е б р ю х о. Тут и постарше сойдут, лишь бы голод унять.

К о г т и с т а я л а п а. Помолчи, Брюхо. Надо всё стадо порезать. А вы делите шкуру не зарезанной овцы. Лучше подготовьтесь к последней перебежке. Как только овцы нагнут головы и станут рвать траву, сразу вперёд.

Л а р а. Молодая овечка, не нагибает голову и смотрит в нашу сторону, вот дрянь.

К о г т и с т а я л а п а. Главное не дать себя обнаружить раньше времени (смотрит пристально на Дашу). Ну, нагибайся же… кушай травку, кушай. Чего же ты не нагибаешься паршивка? Нагнись «милая», клыки тебе в брюхо…

Явление третье

Неожиданно к волкам сзади подбегает Скудя. В руках он держит горящую головню и сам цветом как раскалённые угли.

С к у д я (громко кричит размахивая головнёй). Овцы! Это я, Скудя! Копна – это не копна, а волки!

Овцы бросаются наутёк, а волки бросаются на Скудю, обжигают об него лапы, скулят, сено на них загорается, Скудя бьёт волков головнёй. Волки сбрасывают с себя горящее сено и убегают. Остаётся одна волчица Лара, которая не принимала участия в драке. Она не стала сбрасывать с себя маскировку, а просто легла на землю и притаилась.

(Скудя, думает, что он один.) Вот так, серые разбойники! Обожглись на игрушечном волчонке! Потому, что вы неучи и не знаете того, что глина от огня только крепче становится. Да и я этого не знал, пока в огонь не попал. (Садится на камень.)

Л а р а (вальяжно поднимается). Это ты палёных перехитрил, а не меня. Хе-хе-хе. Нет, дорогой, наши ожоги и бегство тебе дорого обойдутся. Теперь ты у нас поплаваешь. Прав был Когтистая лапа насчёт воды… Ты не волнуйся, мы тебя не глубоко утопим. (Трогает Скудю лапкой, не жжётся ли?) Кажется, ты уже достаточно остыл. (Связывает Скудю верёвкой и привязывает к его ногам камень.) Так надёжнее, в колодце совсем остынешь.

Толкает Скудю в колодец, потирает от удовольствия лапы. Оправившись от испуга, к Ларе подходят, поскуливая и зализывая ожоги, убежавшие волки.

Сцена восьмая

Овцы обсуждают случившееся.

С т а р ы й Р о г о. А этот игрушечный волчонок настоящий герой. Он спас наше стадо от истребления. Хитрую ловушку придумали серые разбойники.

Д а ш а. Хотелось бы это услышать не сейчас, а тогда… (Отворачивается, вытерает слёзы.) Теперь уже поздно его хвалить.

С т а р ы й Р о г о. Прости нас, Даша. Мы сильно перед ним и тобой виноваты.

Б я ш к а. Не грусти, милая Даша.

С т а р ы й Р о г о. У тебя, Даша, есть ещё жених, Курчавый. В стаде много и других молодых барашков.

Э м м а. И то, верно. Старый Рого тебе желает только добра и мы все тоже.

Д а ш а. Вот и выходите сами замуж за Курчавого, если он вам так нравится.

Э м м а. И непременно бы вышли, на твоём месте.

Д а ш а. Вот и выходите, а меня оставьте в покое. (Отворачивается, грустно поёт.)

Чего ко мне пристали вы?

Все в стаде мне добра желают.

Дают поесть молоденькой травы

И выдать за Курчавого мечтают.

Спасибо вам рогатая родня.

За доброту, за ласку, за заботу.

В чём виновата перед вами я?

Ах, лучше б дали нам свободу.

Сцена девятая

Явление первое

Волки подходят к колодцу, заглядывают в него.

П а л ё н а я ш к у р а (ехидно). Что, плаваешь? Тоже мне «я Саратовская игрушка… я Саратовская игрушка!»… удивил… Мы то здесь наверху, а ты там… И кому из нас смешнее?

Б е л о е б р ю х о. Не хвались, Палёная шкура. Было бы, чем хвалиться. Не твоя заслуга. Бежал от головни не тише нас. Лучше подёргай за верёвочку, должен уже от воды размокнуть. Вытяни верёвку, посмотрим на этого глиняного храбреца. (Палёная шкура тянет верёвку и вытаскивает мокрого, остывшего, но невредимого волчонка.)

К о г т и с т а я л а п а (удивлённо и зло). Опять осечка. Что же это такое?! Ни в огне не горит…ни в воде не размокает? Что же нам делать?

Л а р а (зло). Давайте его разгрызём. Никогда и ничего не могло устоять против волчьих зубов…

Б е л о е б р ю х о. И то верно, Лара. Даже самые крепкие кости дробят наши клыки.

К о г т и с т а я л а п а. Палёная шкура, ты среди нас всех моложе и зубы у тебя острее. Разгрызи этого глиняного нахала. Ведь тебе приходилось грызть нечто подобное.

П а л ё н а я ш к у р а. Да, вожак, мне приходилось разгрызать самую крепкую и толстую бедренную кость. Я с удовольствием поквитаюсь с этим шпионишкой. Ни у кого нет теперь никаких сомнений, что это овечий шпион? ведь он спас овечье стадо. Мы все слышали, как он кричал и предупреждал овец об опасности. (Раскрывает пасть и кусает Скудю. Раздаётся звук «Крак». Палёная шкура хватается за щёку и выплёвывает зуб.) Мой знаменитый клык. Вау-вау-у!

Л а р а (испуганно). Он точно не глиняная игрушка, а оборотень, потому, как его ни огонь не попаляет, ни вода не растворяет, ни клык не берёт.

Б е л о е б р ю х о. Братцы! Если его шкуру клыки не берут, то каковы же у него зубы?!! Бежим братцы, пока он нас не пошинковал как капусту. Верно, это хитрость, что он пока этого не сделал.

К о г т и с т а я л а п а. Бежим в Пензенские леса! И расскажем тамошним волкам, что в Саратовских лесах появился волчонок – монстр.

П а л ё н а я ш к у р а (на бегу). Может быть сразу в Тамбовские леса когти рвать! Пензенские недалеко, он до них быстро доберётся! (Убегают.)

Явление второе

Овцы ищут Скудю. На переднем плане Старый Рого, овечка Даша и Бяшка.

Д а ш а. Мне бы его хоть один разок увидеть, хоть живого, хоть мёртвого.

С т а р ы й Р о г о. Мы тоже, девочка, все его очень любим, ведь он хоть и волчонок, хоть и игрушечный, но настоящий герой.

Б я ш к а. Я знаю волчьи клыки, ничего не может устоять против них. Мне и бабушка об этом говорила.

Д а ш а. Не говорите… не говорите… не говорите. (Закрывает уши.) Волчьи клыки… волчьи клыки. Только и твердят про эти волчьи клыки. А он жив-жив. Я в это верю…

Б я ш к а. Хотелось бы и мне верить, дорогая племянница, только жизненный опыт мне говорит о другом.

С т а р ы й Р о г о. Я, кажется, чего-то нашёл интересненькое.

Поднимает что-то, рассматривает. К нему подходят Бяшка и Даша.

Д а ш а. Что это такое Рого?

Б я ш к а. Вот сразу видно, что ты очень молодая. Это самый настоящий волчий клык, редкая находка, он украсит наш овечий музей.

Д а ш а (обрадовано). Значит, Скудя им оказался не по зубам. Я же говорила… говорила… говорила!! Мы его обязательно найдём!!

Б я ш к а. Может быть Скудю опять волки бросили в костёр?

С к а л о л а з. Нет, они про воду что-то тогда говорили.

Д а ш а. Давайте поищем у колодца.

Идут, подходят к колодцу и видят связанного мокрого Скудю. Даша сразу бросается к нему, ощупывает, цел ли?

Любимый мой, ненаглядный. Я всю ночь не сомкнула глаз, думая о тебе. Как ты себя чувствуешь? Что ты здесь делаешь? Разве ты не сгорел?!

Б я ш к а (кричит). Овцы! Мы нашли глиняного волчонка!! Идите сюда-а!

С к у д я. Милая Даша. Я жив и почти здоров. Этот волчий сын Палёная шкура очень сильно сдавил меня своими клыками. (Весело.) Я даже думал, что расколюсь пополам.

Д а ш а. Я умерла бы со страха. Как же ты выдержал?

С к у д я. Милая моя Даша. Разве мог я погибнуть, когда у меня есть ты?

С т а р ы й Р о г о. Да развяжите вы его, глупые овцы.

Б я ш к а. И правда глупые. (Развязывают.) Ты такой мокрый, прямо пропитан водой?

С к у д я. Всё хорошо Даша. Мы вместе, опасности позади. (Гладит её по руке, поёт.)

Не будем вспоминать плохое,

Зачем нам в жизни этот негатив.

Ведь главное любимая – нас двое,

А волки это прошлого мотив.

Зачем нам думать о вчерашнем:

Про страх, голодный вой и суету,

Давай хранить очаг домашний

И в жизни воплощать свою мечту.

С о р о к а (подлетает, взмахивает крыльями и трещит). Я всё видела… я всё видела… я всё знаю. Тре-ке-ке… Он герой, он настоящий герой. И очень скромный… Его жгли – не сожгли, мочили в воде – не размочили, пробовали на зуб – поломали клыки. Я всё видела. Тре-ке-ке. Волки его называли «Овечьим шпионом» и от испуга дали дёру в Пензенские леса.

Б я ш к а. Ах, вот почему он мокрый – его опускали в колодец. Ну не мерзавцы же эти серые. (Скудю обступают овцы.)

Голоса. «Ему надо дать самой вкусной травки», «ему надо постелить самой мягкой шерсти, чтобы он на ней хорошо отдохнул и залечил свои раны», «Его надо напоить целебным козьим молоком».

С к у д я. Пожалуй я не откажусь только от козьего молока.

Д а ш а. Почему милый? Разве тебе не хочется полежать на мягкой тёплой шерсти?

С к у д я. Ты забываешь, что я, всё таки, самая настоящая глиняная игрушка, а глиняной игрушке мягкая постель не нужна.

С о р о к а. Игрушкам, которые побывают в огне, в игрушечном царстве присваивается титул – «Керамический». С этого дня, он не просто глиняная игрушка и не просто глиняный волк, а «керамический волк», звучит правда? И теперь он совсем-совсем не боится воды. После того, как Скудя побывал в огне, ему вода не страшна. Только вот баба Лена всегда игрушки, после изготовления, обливает молоком, после этого они становятся блестящими и не боятся пыли.

Д а ш а. У нас у овец пыли всегда хватает. Милый! Тебя, надо обязательно облить молоком. Я сейчас. (Собирается уходить.)

Б я ш к а. Не спеши, Даша, я о молоке уже позаботилась (показывает на бочонок). Скудю опускают в бочонок с молоком, затем вытаскивают. Скудя становится блестящим и ярким).

Д а ш а. Какой ты у меня стал интере-есный.

С к у д я. Как интересный?

Д а ш а. Такой важный. И эти на тебе штампиковые узоры раньше не так выделялись.

С к у д я. Они были мало заметны потому, что я не побывал в огне и закапанная в штампиковые углубления глина не стала от огня коричневой.

Э м м а (подходит). После молочной купели, цвета стали более сочными. Вы такие пригоженькие, что вас впору под венец (радостно улыбается). Какой же ты теперь Скудя? ты теперь не Скудя, а «ЗОЛОТКО», видишь какой у тебя цвет золотистый. Овцы! Давайте Скудю звать «Золотко»!

Д а ш а. (обращается к Скуде, с тревогой в голосе) Ты что так погрустнел?

С к у д я. Я вспомнил об игрушечнице бабе Лене? Она меня поставила сохнуть, а я сбежал без спроса, а это нехорошо. Мне стыдно за такой поступок. К ней надо пойти и попросить прощение. (Расстроен, прижимает платочек к глазам.) Она, наверное, меня ищет.

Э м м а (укоризненно). Разве герои плачут? (Обращается к стаду, с недоумением и иронией.)

С т а р ы й Р о г о (громко). От стыда, Эмма, все плачут. Потому, что это душа плачет. И только из самых чёрствых душ слезу не выдавить. Волк никогда не заплачет, потому что погрязла его душа в злобе и нет в ней сострадания ни к слабым, ни к убогим. Теперь я верю, что Скудя, самая настоящая глиняная игрушка, потому что он умеет переживать. Главное в игрушке, что она умеет сострадать и принимать боль и сердечную тяжесть на себя и не важно, взрослый это или ребёнок, этим она всем и мила.

Овцы уходят, остаётся Бяшка, Скудя и Даша.

Д а ш а (поёт).

Какой же ты хороший,

Какой же ты красивый

Совсем, на волка не похож.

Ты даже очень милый

И ты совсем не серый

Ты, попросту, ты попросту пригож.

Ведь я тебя не знала,

Ни разу не встречала,

Теперь, совсем наоборот.

Ты наш теперь спаситель,

От серых избавитель,

Ты слышишь, как ликует наш народ?

С к у д я (поёт).

Ах, милая барашка,

Любимая рогашка,

С тобою будем мы всегда.

Куда б мы не попали,

Чего б не увидали,

Мы не поссоримся нигде и никогда.

Вместе:

Мы не поссоримся нигде и никогда! (Смеются.)

С к у д я (восторженно). Знаешь Даша! Я самая счастливая глиняная игрушка на свете!

Д а ш а. Почему, милый?

С к у д я. Потому, что у меня есть ты.

С к у д я обнимает Дашу и прижимает к себе. Бяшка накидывает влюблённым на плечи свой платок. Скудя и Даша медленно уходят

Б я ш к а (провожая их взглядом). Я же всегда говорила, что настоящая любовь ничего не боится: ни воды, ни огня, ни клыков, ни каких других напастей! (К ней подходит Старый Рого.)

С т а р ы й Р о г о. Мы все в этом теперь убедились, дорогая Бяша.

Б я ш к а. Счастливые они,.. я рада за них. (Улыбается, глядя им вслед.)

С т а р ы й Р о г о. Я тоже очень рад. Только и мы с тобой, Бяша, ни несчастные. Ты же знаешь, что я одинок и ты тоже. Давай выходи за меня замуж. Хоть мы уже и пожилые, да вместе всё веселее.

Стоят, смотрят друг на друга и не говоря ни слова, поворачиваются и, взявшись под руку, уходят следом за Скудей и Дашей.

Явление заключительное

Выходит игрушечница баба Лена, за ней ковыляет сорока.

Б а б а Л е н а. Вот все и разошлись, чуть-чуть не успела, куда ж мне старой до молодых… ( Переводит дыхание.) Я вот о чём подумала, когда шла: «А не завести ли мне овечек? Это я раньше боялась, шалили в округе серые. Так, наверное, и сделаю». (Уходит негромко напевает песенку.)

Овцы по полю гуляли,

Берегли своих ягнят,

Волки в Пензу убежали

Не воротятся назад.

С о р о к а (в зал). И как это она о глине ничего не сказала? Просто удивительно. Такого раньше никогда не было.

Б а б а Л е н а (останавливается). Вот старая – голова дырявая, забыла сказать. (В зал.)

Я вам вот чего советую – обязательно лепите из глины. Она для всякого здоровья полезная. Ещё я вам по секрету скажу, эту пьесу для вас написал тоже игрушечник, а он толк в глине знает. (Уходит, напевая.

Волки в Пензу убежали,

Не воротятся назад.

С о р о к а. А я чего говорила… (Разводит крыльями.). Вот теперь всё в порядке. А что касается овец. Знаю, как она их заведёт. Сейчас придёт, замесит глины и слепит их десяток, другой саратовских, ямчатых. Малым деткам на радость, а старикам на утеху. Вот теперь конец. Тре-ке-ке-ке!

Глиняный денщик

(пьеска для школьниковпо сказке «Глиняный денщик»)

Воинам 32-й Саратовской

краснознамённой стрелковой

дивизии посвящается

Действующие лица

Русские:

П о л к о в н и к – командир 32-й саратовской дивизии

Ф ё д ор – ординарец полковника, рядовой

С е р ж а н т

С о л д а т

П е т у ш о к – символ саратовского края

Г а р м о ш к а – символ саратовского края

К а л а ч – символ саратовского края

Немцы:

Г е н е р а л Ф о г е л ь – Командир немецкой дивизии.

Б е к к е р – майор, начальник разведки дивизии

К у р т – денщик генерала, рядовой.

Т е л е ф о н и с т

П о с ы л ь н ы й о ф и ц е р

С о л д а т

П о л к о в н и к – командир полка

Полковник – командир полка

Полковник – командир полка

Пояснение: Ординарец и денщик – два разных названия, с примерно одинаковым содержанием в русской и немецкой армиях.

Сцена первая и последняя

Действие первое

Блиндаж. За столом сидит полковник и разговаривает с солдатом, который топит печку – буржуйку. В углу стоит красное знамя. На полке, у стены, разместились реликвии земли Саратовской: глиняная игрушка «Петушок» (мальчик), саратовская гармошка с колокольчиками (девочка) и калач (мальчик). Они весело болтают ногами, хихикают.

Ф ё д о р : Зачем вы их товарищ полковник с собой возите? (кивает на полку с реликвиями). Вам думать надо, а они хи-хи, да ха-ха. Их место в музее, а они на фронте…

П о л к о в н и к: (встаёт из-за стола, ходит по блиндажу) Говоришь, игрушку, гармошку и калач надо в музей отправить? Хихикают, думать мешают… Нет, Фёдор, не мешают они нам ни думать, ни воевать, а вот помогать – помогают. Да ещё как помогают. Когда я на них смотрю – у меня сердце кровью обливается от ненависти к фашистам. В нашей 32 саратовской стрелковой дивизии обязательно должны быть символы родного саратовского края. Мы – дивизия ополченцев. То есть, ополчился народ на врага, до сердешной боли и вышел на бой! Смотри (показывает) – этот калач, он давно высох, но не пропал, его испекла моя мама, а испечён он из нашей саратовской пшеницы; на этой гармошке (показывает) я сам играл на вечеринках. Тех девчат и ребят, которые под неё танцевали уже нет в живых, все погибли, защищая Родину; а этого глинянного петушка (гладит) – слепил мой отец и я вспоминаю, как в него играли мои дети. Эти изделия, Федя, побуждают на подвиг. Глядя на них, в воинах Саратовской дивизии появляется великая сила. А наши враги не понимают этого. Для них это ненужный хлам, который мешает воевать… и больше ничего.

[Пауза].

Ф ё д о р: Извините, товарищ полковник, не подумал.

П о л к о в н и к: (подходит к реликвиям, смотрит на них и спрашивает) Ну, что братцы? Припёр нас фашист своими танками, дальше некуда. А у нас и патроны и гранаты кончаются, что делать? Ума не приложу. Потери большие. Видно нам этот блиндаж не удержать, отступать придётся…

Г а р м о ш к а: А давайте, товарищ полковник, мы к солдатам в траншеи пойдём, поиграем, споём, дух поддержим…

П о л к о в н и к: Это вы хорошо придумали, молодцы. (символы убегают. Слышится игра саратовской гармошки с колокольчиками). Ведь в самое пекло пошли, там головы поднять нельзя, а они там играют и поют… Вот она душа нашего народа!!!

С е р ж а н т: (вбегает) Товарищ полковник!!! Политрука сильно ранило. Говорить ещё может, а трогать и переносить нельзя, умрёт. Вас подойти просит.

П о л к о в н и к: беда одна не идёт, она за собой ещё двух ведёт.

(Сержант и полковник быстро уходят).

Ф ё д о р: (ходит по блиндажу) Кому эта война нужна? Кроме этих фашистов больше никому. Сколько стран захватили, столько людей убили, и вот теперь политрука смертельно ранило… А такой хороший, сердешный человек…

С е р ж а н т: (вбегает и кричит) Танки прорвались!!! Отходим! Немцы здесь будут минута на минуту (убегает)!

Ф ё д о р: Боже ты мой! Танки прорвались… (сворачивает знамя) Хоть вещи полковника успеть взять (суетится, бегает по блиндажу и запихивает что-то в вещмешок. Раздаётся рядом с блиндажом сильный взрыв, Денщик падает, встаёт, хватает вещмешок, бежит к двери. Резко останавливается) Эх, а где же наши символы!? (следует ещё более сильный взрыв, падает посуда, сыпется земля. Фёдор, прижимая к себе знамя, убегает).

[Пауза]

В блиндаж входят запыхавшиеся петушок, гармошка и калач, они возбуждены.

П е т у ш о к: А здорово мы немчуру причесали!!! Когда в пулемётном расчёте бойца ранило, мы патроны подносили!!!

К а л а ч: Лихо получилось! Гармошка играет, пулемёт строчит – Тра-та-та (показывает руками).

П е т у ш о к: Калач бойца перевязывает (обводит глазами блиндаж). Послушайте, а где все? Полковника нет, дяди Феди тоже…

Г а р м о ш к а: Не боись, сейчас придут (усаживаются на свою полку).

К а л а ч: И знамя тоже нет (садится рядом).

П е т у ш о к: Интересно знать, что здесь произошло, пока нас не было?..

Действие второе

В блиндаж входит немецкий генерал Фогель, начальник разведки майор Беккер и денщик генерала. Генерал садится на стул, снимает фуражку). Адьютант: Ставит в угол знамя со свастикой.

Б е к к е р: (ходит по блиндажу, берёт некоторые вещи двумя пальцами и брезгливо бросает) Всё-таки блиндаж русского полковника мы взяли (смеётся). Эти русские бежали от нас только пятки сверкали.

Г е н е р а л: Не надо слишком преувеличивать майор. Это вам не на пользу. Лучше подумайте о том, почему русские так долго и упорно защищали этот клочок земли чуть ли не голыми руками. Об этом следует хорошо подумать. Если мы этого не поймём, то ничем хорошим для нас эта война не закончится (качает головой).

Б е к к е р: Здесь не о чем думать. Русские солдаты – слаборазвитые фанатики. А мы знаем, что ограниченные в своём развитии люди, всегда своенравны и упрямы, как ослы, потому так и сопротивлялись.

Г е н е р а л: Ваш ответ слишком прост, майор. Этому факту требуется более веское подтверждение.

Б е к к е р: (смотрит на полку, где жмутся друг к другу испуганные игрушка, гармошка и калач) А вот и подтверждение моим словам. Ха-ха-ха. Посмотрите генерал на эти музейные экспонаты. Это же отражение русской дикости. Ха-ха-ха! Русский Полковник таскается на фронте с этими побрякушками. Лучше б о гранатах да патронах позаботился. (Подходит к полке вплотную, размышляет). Кому нужна на фронте глиняная игрушка? (приподнимает петушка за гребешок и отпускает) Не понимаю. Детей здесь нет, играть некому (пожимает плечами). А гармошка? Где эти русские только откопали такое уродство (поворачивает гармошку вокруг) Ха-ха-ха! Это у русских называется музыкальным инструментом? У нас Вернер в первом батальоне играет на концертном аккардеоне. А это что? (рассматривает калач) Какой-то зачерствелый круглый хлеб.

К у р т: Этот высохший хлеб, господин майор, у них калачом называется.

Б е к к е р: Вот не знал. Впрочем, и хорошо, что не знал. Зачем знать майору вермахта, как называются бусы в племени Мумба-Юмба. Ха-ха-ха!

Т е л е ф о н и с т: (Входит, ставит на стол телефон, приветствует) Связь установлена, господин генерал.

Г е н е р а л: Соедините меня с командующим армией.

Т е л е ф о н и с т: (Говорит в телефонную трубку) Я Рейн – я Рейн – я Рейн… Как меня слышите? Приём. (Передаёт трубку генералу). Господин генерал! Командующий армией на проводе.

Г е н е р а л: Господин командующий, докладывает генерал Фогель. Высота, обороняемая 32-ой дивизией взята. Я нахожусь на командном пункте русских. Жду дальнейших распоряжений.

К о м а н д у ю щ и й: (Слышится из трубки) Молодец Фогель. Представляю вас к железному кресту. Скоро к вам прибудет мой ординарец с секретным пакетом. В этом пакете и будут мои указания. Вскрыть пакет завтра ровно в 5 утра. (Генерал положил трубку). Курт, завари чай. Мы с майором будем чай пить.

К у р т: Сейчас принесу дров и вскипячу (выходит за дверь. В блиндаж входит посыльный офицер с пакетом).

П о с ы л ь н ы й о ф и ц е р: (приветствие) пакет из штаба армии для генерала Фогеля!!! Вскрыть в 5,00 (вручает пакет, приветствует, уходит).

[Пауза].

Действие третье

На полке с реликвиями слышится тихий разговор.

Г а р м о ш к а: Слышали? Пакет с секретными документами доставили. Эх, если бы нам украсть эти документы и нашему полковнику отдать.

К а л а ч: Хорошо бы, только ничего не выйдет. Пакет в портфеле у генерала, а тот не отпускает его ни на минуту.

Г а р м о ш к а: А что если генерала усыпить?

П е т у ш о к: Точно. Насыпать им в чай сонной травы. Помните, её пил от бессонницы наш полковник. Они уснут, а дальше мы успеем украсть пакет.

[Пауза].

Б е к к е р: Куда-то запропастился денщик. Пойду посмотрю (выходит и тут же возвращается). Господин генерал. Денщик Курт погиб. Вот бедняга. Был солдат расторопный. Я сейчас сам заварю чай.

[Пауза].

П е т у ш о к: Идея хорошая. Тем более у них денщик погиб. Попробую выступить в роли их денщика и поухаживаю за генералом и его офицерами. (Приготавливается к прыжку).

Г а р м о ш к а: (пытается удержать петушка за крыло) Стой, торопыга… (Петушок прыгает с полки и приземляется рядом с генералом Фогелем.

Г е н е р а л: (Удивлён появлением петушка) Это что такое!? Русские игрушки, кажется, начинают оживать?! – и он вопросительно посмотрел на майора Беккера.

П е т у ш о к: Господин генерал, разрешите мне заварить вам чай!? (Петушок галантно поклонился генералу и майору.

Б е к к е р: Это забавно… Эти русские воевать не умеют, а механического денщика завели. Ха-ха-ха!!!

Г е н е р а л: В этом что-то есть. Глиняный денщик… Мило… Пусть обслуживает. Посмотрим, что он умеет?

Б е к к е р: Мы будем его звать – Ку-ка-ре-ку. Ха-ха-ха!!!

П е т у ш о к: (Кланяется) Как вам угодно, господа.

Г е н е р а л: Ку-ка-ре-ку, приготовь нам чай.

П е т у ш о к: Сию минуту, ваше благородие… (показывает мешочек с травой друзьям и заваривает в чайничке травяной чай, те ему знаками показывают – сыпь больше.

Б е к к е р: Ку-ка-ре-ку! Наведи в блиндаже порядок.

П е т у ш о к: (поднимает упавшие вещи, протирает пыль, затем разливает чай по чашкам майору и генералу, те пьют чай, хвалят, петушок запрыгивает на полку к товарищам).

Г е н е р а л: Прекрасный вкус.

Б е к к е р: Никогда такого не пробовал. В нём есть что-то от мендаля.

П е т у ш о к: Я им сонной травы насыпал.

Действие четвёртое

Г а р м о ш к а: Ну, ты Петя, даёшь. Я думала, что у меня сердце в пятки уйдёт, когда ты к ним слетел и с генералом стал разговаривать.

П е т у ш о к: А что было делать? – должен же быть какой-то доступ к их желудкам.

К а л а ч: Сейчас они выпьют чай и уснут.

Г а р м о ш к а: Хотелось бы.

П е т у ш о к: Кажется, они уснули. Быстро сон свалил – трава действует. Слезаем братцы. (Друзья осторожно слезают с полки, берут портфель генерала, достают секретный пакет, вскрывают его).

К а л а ч: (недоумённо) В пакете только одна карта.

П е т у ш о к: А тебе чего, три надо?

Г а р м о ш к а: (Рассматривает карту) На ней какие-то стрелки синими и красными карандашами нарисованы.

П е т у ш о к: Красные линии, это направления наступления немецких войск.

Г а р м о ш к а: Бросайте её скорее в печь, чего рассматриваете?!

К а л а ч: У меня идея: давайте не будем её сжигать. Толку от этого много не будет. Генералу из штаба другую карту пришлют, время наступления подкорректируют и всё.

П е т у ш о к: Не ходи вокруг да около, говори прямо, чего придумал?

К а л а ч: Петя… Ты хорошо рисуешь. Давайте подрисуем стрелки и изменим направления движения немецких полков.

Г а р м о ш к а: Я нашла у генерала в портфеле цветные карандаши (протягивает петушку карандаши, тот рисует).

П е т у ш о к: Так, одну стрелку подрисовал, теперь другую. Не толкайся калач. (Сердито). Ну, вот. Из-за тебя вместо стрелки зиг-заг получился.

Г а р м о ш к а: Пусть зиг-заг остаётся. Если начнём его стирать то всё испортим. Сразу заметят (Кладут карту в пакет, пакет засовывают в портфель генерала, забираются на полку).

[Пауза].

Действие пятое

Слышится храп спящих немцев.

Г а р м о ш к а: (зевает) Я беспокоюсь – как бы немцы с такого чая не проспали начало собственного наступления.

К а л а ч: Их надо разбудить.

Г а р м о ш к а: Пропой им Петя подъём, а то наш план сорвётся, проспит немчура.

П е т у ш о к: Точно. Надо пропеть. (Кричит по петушиному три раза. Просыпается Беккер и будит генерала. Генерал смотрит на часы.

Г е н е р а л: Без пятнадцати пять. (В блиндаж входят три немецких полковника. Приветствие.) Через пятнадцать минут, господа, мы идём в наступление согласно секретному приказу. (Полковники склоняются над картой) Господа! Это секретная карта. На карте стрелками указаны направления движения ваших полков. Сверим часы господа (сверяют часы). Вопросы есть?

П о л к о в н и к: Движение моего полка указано зигзагообразно. Меня это смущает.

Г е н е р а л: Никаких смущений. План наступления утверждён командующим армией. Зигзагообразное движение вашего полка есть военная хитрость, чтобы сбить русских с толку. Отдайвайте приказы о наступлении. (Офицеры расходятся).

Б е к к е р: Через пятнадцать минут от русских только пёрышки полетят.

[Пауза]

П е т у ш о к: ( шёпотом) По-моему у нас получилось… Фашисты поверили карте и нашим стрелкам. ( раздаётся телефонный звонок).

Б е к к е р: (берёт трубку, слушает, кладёт трубку и докладывает генералу). Господин генерал! Случилось непоправимое – первый полк попал в болото и тонет.

Г е н е р а л: О майн гот! (Кладёт руку на голову).

(Снова раздаётся новый телефонный звонок, Беккер берёт трубку, слушает и докладывает генералу)

Б е к к е р: Господин генерал! Второй полк, двигаясь согласно указанного на карте направления, попал в непроходимую чащу леса и двигаться дальше не может ни вперёд, ни назад.

Г е н е р а л: О майн гот!! (Сжимает голову двумя руками).

(Снова раздаётся телефонный звонок)

Б е к к е р: (берёт трубку, докладывает). Мой генерал! Случилось ужасное. Третий полк, совершая зигзагообразный маневр, попал под перекрёстный огонь русских батарей и почти весь уничтожен.

Г е н е р а л: (Вскакивают и генерал и майор). О майн гот!!! Такого не может быть…

С о л д а т: (вбегает в блиндаж, кричит) Русские наступают. Сейчас будут здесь. (Генерал и майор бросаются к двери. Дверь перед ними открывается и на пороге вырастает русский полковник и солдаты. Немцы испуганно пятятся).

П о л к о в н и к: Отвоевались господа!!! (Полковник подходит к генералу). Я с вами не первый год воюю, генерал. Вы никогда не совершали столь трагических ошибок. А сейчас: один полк утопили в болоте, другой загнали в непроходимые дебри, третий подставили под наши пушки.

Г е н е р а л: Я действовал согласно секретного плана Вермахта.

[Малая пауза]

П е т у ш о к, Г а р м о ш к а и К а л а ч: (хором с полки) А мы стрелки на немецкой карте подрисовали товарищ полковник!!! Вот они и вбухались. Ха-ха-ха! (покатываются со смеху).

Г е н е р а л: (Растерянно. Смотрит то на полковника, то на символы) Такое невозможно… Я не могу этому поверить, чтоб этот глиняный денщик, этот Ку-ка-ре-ку с компанией, сорвали немецкое наступление!?

П о л к о в н и к: Надо поверить. А лучше понять.

П е т у ш о к: (Спрыгивает с полки, подбегает к знамени со свастикой, выдёргивает его и бросает на пол). Вот тебе фашистская гадина… (Фёдор ставит на место дивизионное знамя).

Г е н е р а л: О! Я понял. Русский полковник специально оставил в своём блиндаже эти предметы, чтобы испортить секретную карту Вермахта. О! Я понял!

Ф ё д о р: Ничего, ты, фриц, не понял. Это же реликвии Саратовской области. Они саратовской дивизии воевать помогают, дух у солдат поднимают. Эх ты! Немчура.

Г е н е р а л: Да-да. Это ваш амулеты-диверсанты, амулеты-диверсанты. Это есть ваш секретный план.

Ф ё д о р: Тьфу ты… Сам ты амулет-диверсант. Ничего ты своими саксонскими мозгами так и не понял. Вот твердит: «Амулет-диверсант. Амулет-диверсант», это же си-м-во-лы, тут понимать надо, а не ваши амулеты. (Безнадёжно машет рукой в сторону генерала).

Генерала Фогеля и майора Беккера уводят. В блиндаже остаются полковник, денщик, петушок, гармошка и калач. Гармошка, петушок и калач от радости виснут на шее у полковника и, перебивая друг-друга, рассказывают ему о произошедшем. Даносится: «А он как даст!..», « Гармошка упала!..», «Пушка как бабахнет!..», «Мы по пластунски!..» «Танки рычат» (голоса затихают).

Ф ё д о р: (Выходит, встаёт к зрительному залу лицом) Всё ребята…. Конец.

Занавес закрывается

Ведущая: Вот и закончилась эта фронтовая история. 32-я Саратовская стрелковая дивизия разгромила немецкую дивизию, а помогли ей в этом наши родные символы. Они не держали в руках оружие, но они крепили дух саратовских воинов-победителей.

2020 год. Январь.

Жаворонки

(пьеска для школьников)

Действующие лица

П а н к р а т о в И в а н С т е п а н о в и ч – командир партизанского отряда во время ВОВ.

К а т я – медсестра

П р о х о р – партизан

С т е п а н – партизан

К о м и с с а р

Ж а в о р о н к и – два мальчика и девочка –

П а р т и з а н ы (для массовки) – несколько человек.

Действие первое

На сцене кустарник. Весна. Жаворонки поют. Среди кустарников ходит в фуфайке нараспашку и с повязкой на рукаве партизанка санинструктор Катя. У неё через плечо санитарная сумка. Она рвёт первые цветочки, улыбается, нюхает.

К а т я: Ах, какая прелесть! Весна. Жаворонки поют. (сцепляет руки за головой) И зачем эта война!? Вчера наш хирург Матвей Иваныч умер. А такой был хороший человек. Врач от Бога. Жалко. Я думала, что на войне просто так не умирают, А он взял и умер, сердце не выдержало. (Пауза) И куда это Прохор запропастился!? Договорились – у этих кустов встретится, прямо за землянкой и на тебе! Его всё нет. (аскорблённо) А говорит, что любит. Если б питал чувства, то вперёд меня бы пришёл (ходит взад и вперёд, вглядывается в лес) Нет, зря я на Прошу так (Улыбается)… Прохор меня по-настоящему любит. Это по его лицу видно, не то, что вестовой Степан. Степан парень отчаянный, храбрый. Фрицев колотить у него хорошо получается, а вот до любви он ещё не дорос. Для него, что фрица в плен взять, что девушку – методы одни и те же – кляп в рот и выполняй, что я говорю (смеётся).

Пр о х о р: (Вбегает) Катя! Катя! Ты здесь!?

К а т я: (Иронично) Я-то здесь, а вот ты где бродишь?

П р о х о р: Я у детей в землянке был. Трёх новеньких, шестилеток бойцы привели; в лесу нашли.

К а т я: (Удивлённо) Как в лесу нашли?

П р о х о р: Так вот и в лесу. Фашисты в деревню Остапово вошли, всех жителей и старых и малых в амбар колхозный загнали и подожгли. Эти трое, что в лес прибежали, самыми маленькими оказались, потому из сарая и выбрались, под сруб подлезли…

К а т я: (Взволнованно) Дети не обгорели?

П р о х о р: Нет, не обгорели. Только испуганные, молчат, даже не плачут, как окаменелые. Я им игрушки из глины слепил наши саратовские, жаворонков, чтоб пели. Поиграл с ними немного… Как в свистульки стали свистеть – повеселее стали, в глазках искорки появились. Слышишь (раздаются свисты) Это они посвистывают, наши маленькие жаворонки.

К а т я: Точно жаворонки. И в небе поют, и дети свистят, похоже.

П р о х о р: Просто здорово! Я вот что иногда думаю: «В народной игрушке заключена великая сила любви, и она проливается из неё на всех нас. И мы от этой, пролитой на нас любви, становимся во имя её храбрыми, стойкими, смелыми, горячо любящими свою Родину». Это правда, Катя. Игрушка – это тоже наше оружие. Может быть, даже для врагов наших пострашнее автомата и пулемёта будет …

К а т я: Ой! Какой ты молодец Проша, всё умеешь и с фашистами воевать и игрушки лепить (обнимает Прохора.). Пошли скорее к нашим жаворонкам (взявшись за руки уходят).

К о м и с с а р: (выходит на полянку, смотрит в сторону уходящих Прохора и Кати, качает головой) Вот ведь как жизнь устроена. Вокруг война, смерть. Не успеваем партизан хоронить, а тут любовь. И никакие фашисты с этой любовью справится не могут. Потому что любовь созидает, а фашизм – разрушает. Любовь защищает, а коричневая чума в могилу гонит. Вот так вот (уходит)

Действие второе

На полянку вбегает боец Степан.

С т е п а н: (Громко кричит) Санитара сюда! Санитара! Катя! Ты где! Командира… Понкратова ранило!!! Перевязать надо… (нервно, разводит руками) Сам видел. Только что сюда пошла и нет…

К а т я: (вбегает на полянку) Чего кричишь? Кого перевязать надо?

С т е п а н: Командира нашего ранило…

К а т я: Где он!

С т е п ан: Вон (показывает рукой) видишь, на носилках несут.

Показываются несколько партизан с носилками. Носилки ставят на подставки (пни). Катя бросается к носилкам.

К а т я: Иван Степаныч! Товарищ командир! Миленький… Как же это вас так (расстегивает на раненом фуфайку, достаёт бинты, торопится).

С т е п а н: На засаду немецкую нарвались. В соседний отряд ходили. Туда прошли, а оттуда – засада.

К а т я: Рана тяжёлая. Срочно нужна операция. Если операцию не сделать, то он умрёт. Пулю достать надо…

С т е п а н: (Обращается к Кате) Так делай эту операцию. Кто у нас санитарка, ты, или я?

К а т я: Я не хирург. Сам знаешь, что наш хирург умер. А я умею только перевязки и уколы делать.

С т е п а н: А у меня вообще нет никаких курсов по военному делу. Первого фрица вилами в нашей деревне заколол, когда он стал корову со двора выводить. Второй фриц в это время хотел в меня из карабина выстрелить, да осечка вышла. Я и его укокошил. Это и были мои курсы по предмету – как с врагами Родины надо бороться… Вот так (говорит Кате приказным тоном). Делай операцию и немедленно!

К а т я: Сравнил меня с сабой… Ты врагов убивал, а я должна Ивана Степановича собственными руками зарезать (плачет в голос). Разница есть. Герой с дырой. (короткая пауза) У меня рука не поднимается… Ы-ы-ы-ы-ы (вытирает слёзы). (Подходит Прохор).

П р о х о р: (Степану) Что пристал к девчонке? Не умеет она. Ни делала этого никогда. Не знает… Понял…

С т е п а н: (Грубо) Ты же, Екатерина, помогала Матвею Петровичу, когда тот операции делал, что-то видела, запомнила…

К а т я: (сквозь слёзы) Помогала… Как помогала? Подай это… Вытри пот со лба, сделай укол… Проверь пульс… Вот и вся моя помощь.

П р о х о р: (Обращается к Степану) Слышал?!

С т е п а н: Заступник нашёлся! Да я тебя сейчас (снимает с плеча автомат, двигается на Прохора) По закону военного времени! Саботажники!

К а т я: (Встаёт между Прохором и Степаном) Охолоньте оба! Петухи!

С т е п а н: Что ты Катька в этом мямле нашла (кивает на Прохора). Как фрица в плен взять – так это Степан. А как в поцелуйчики играть, да игрушки свои дурацкие лепить – так это, понятное дело, Прохор (уходит).

П р о х о р: (Обнимает Катю, прижимает к себе) Любушка моя. Скажи мне. Ну, хоть один шанс спасти командира есть? Ну, хоть один единственный из тысячи… Ты знаешь, как я тебя люблю. У тебя получится? Сделай, а? Во имя нашей любви… Я сам буду у тебя пот со лба вытирать, подавать что надо. Другого варианта нет. Другой вариант только один – мы его вот здесь на этой самой полянке через час закопаем и всё. А как говорит наш комиссар: «Любовь созидает». Так твоими руками и нашей любовью и будем его лечить.

К а т я: (Бросается к Прохору на шею восклицая) Прошенька! не могу я!!! Родно-ой! Не могу-у-у!!!

П р о х о р: (Отрывает Катю от себя, смотрит в глаза) Ну хоть один шанс, что получится, есть. Я знаю, что есть! (целует Кате лицо).

К а т я: (Всхлипывая) Шанс есть, но я боюсь.

Действие третье

Подходят Степан и комиссар отряда.

С т е п а н: Вот товарищ комиссар, полюбуйтесь. Целоваться боец Катерина умеет. Это у них с бойцом Прохором даже очень неплохо получается. Сами, когда подходили, видели, а вот операцию командиру сделать, она не умеет. Видите ли, не научена. Целоваться никто не учил, а целуется, а вот жизнь командиру спасти – курсов не проходила? Как это понять? А?

К а т я: Дурак ты Стёпа, хотя и двух фрицев убил.

К о м и с с а р: (Улыбнувшись в усы) Это ты, Катерина, в точку попала. Женская, Стёпа, натура тонкая. С ней деликатно надо, а ты сразу человека готов во враги записать. Так ведь Катенька? (Катя молча кивает).

П р о х о р: Она, товарищ комиссар, согласна, только трусиха, я с ней говорил.

К о м и с с а р: Вот и умница. Готовься Катюша к операции (Стоит и смотрит на раненого). Эх… Сколько мы с ним партизанских троп потоптали. Милый мой боевой товарищ…

К а т я: (Жёстко и требовательно) Степан – быстро грей воду.

Степан медленно собирается идти. Катя ударяет его прутом вдоль спины.

С т е п а н: (выгувшись и почёсывая место удара) Ох-хо-хо! Этого я от тебя Катюха не ожидал…

К а т я: (сердито) Да быстро, я сказала, а то ещё получишь (Степан убегает). Прохор! – неси лейку, полотенце и нож. Да быстро, иначе тоже получишь. (Прохор опасливо обходит Катю, пятится и убегает следом за Степаном. Катя готовит командира к операции. Пауза).

К о м и с с а р: К командиру вернулось сознание.

К а т я: (смотрит на раненого) Открыл глаза.

К о м а н д и р: (слабым голосом) Режь дочка… Режь… Не бойся… Я приказываю (теряет сознание).

Приходят Степан с ведром воды и Прохор с инструментом и полотенцем.

К а т я: (командирским голосом) Степан! Поставь ведро с водой рядом с носилками и слей мне воду на руки. Прохор! Открой инструмент и дай мне скальпель. Сам встань с другой стороны носилок и держи инструменты (берёт скальпель, одевает маску) Потерпите, товарищ командир (склоняется над раненым, копошится, делает операцию, достаёт пулю и бросает в тазик (Пуля звонко ударяется о тазик, Прохор подходит к Кате).

К о м и с с а р: (Отирает пот со лба) Фух – ты! Лучше самому под ножом лежать, чем вот так ждать и переживать.

К а т я: (поворачивается, снимает маску) Будет жить.

(Тут же падает от усталости и перенапряжения. Прохор подхватывает её во время падения и бережно кладёт на траву.

С т е п а н: Что с ней?

П р о х о р: (Снимает фуфайку, подкладывает Кате под голову) Устала бедненькая, перенервничала. (Гладит по волосам).

К о м и с с а р: (Протяжно) Вот дела-а-а-а… Унесите командира в землянку. (Появляются несколько партизан и уносят носилки с командиром со сцены).

(Пауза).

К а т я: (приподнимась на локтях. Слышится пение жаворонков) Вы слышите? Это жаворонки… Слышите? Наши жаворонки…

(Все поднимают головы вверх, вглядываясь в небо. Слышны птичьи трели).

С т е п а н: Так они всё время в небесах поют.

П р о х о р: Не туда Степан смотришь. (Поворачивает лицо к лесу.)

На сцену вбегают два мальчика и девочка. Они свистят в свистульки и бегают друг за другом, затем убегают со сцены.

К а т я: (Улыбается) Вот они наши жаворонки. Я когда пулю доставала, всё о найдёнышах наших думала (встаёт с помощью Прохора и Степана на ноги).

П р о х о р: При помощи саратовской глиняной игрушки ребятишки оттаяли, это факт. Великая сила в народной игрушке заключена. Она и воспитывает и лечит и надежду даёт одновременно. Давай Катя усыновим и удочерим наших жаворонков после войны. Ты не против?

К а т я: Проша… ты никак сразу и сватаешь и детками обзаводишься? Так что ли?

П р о х о р: (Смущённо) Выходит так…

К а т я: (Прижимаясь к Прохору) Конечно не против.

П р о х о р: А вы нас, товарищ комиссар, зарегистрируете?

К о м и с с а р: (Обнимает Катю и Прохора) Я не против. Вот командир поправится и мы вас распишем по всей боевой форме с нашими подписями и командирской печатью.

К а т я: И ребятишек впишите?

К о м и с с а р: (Поглаживает усы) И ребятишек впишем. Я же сказал – по всей форме.

С т е п а н: Пойду в разведку. За всех поквитаюсь (идёт в направлении кустов).

Фигуры на заднем плане замирают и затеняются. Вперёд (на свет) выходит комиссар и обращается к зрителям.

К о м и с с а р: (монолог) Великая и несокрушимая сила таится в русском народе. И не понять врагам, где она есть и как её одолеть? Где она начинается и где кончается. В небе она или на земле? В крови его или в душе! А может быть она соткана из памяти поколений нашего народа из прошлых веков и до наших дней и разлита в необозримом пространстве нашего отечества! Всё так. Всё как сказал. Гордитесь своими предками, любите свою страну и делайте всё, чтобы она процветала!

2020 год. Февраль.

Сорванцы

(пьеска для школьников)

Действующие лица

В и т я С у к а ч ё в – ученик 5 – «б» класса.

Ж е н я С т у к а ч ё в – ученик 5 – «б» класса.

П р о х о ж и е – три человека.

Б о л ь н о й с т а р и к

В р а ч с к о р о й п о м о щ и.

В и х р о в И г о р ь В а л е н т и н о в и ч – директор школы

С а н и т а р с к о р о й п о м о щ и

М и л а – ученица 5 – «б» класса.

К а т я – ученица 5 – «б» класса.

В а л е н т и н а П а в л о в н а – учитель истории

У ч е н и к и 5 – «б» класса за столами.

Действие первое

На сцене лежит в непритязательной куртке пожилой человек. Шапка валяется рядом. Мимо него проходят люди. Некоторые останавливаются, разглядывают и высказываются по этому поводу:

П е р в ы й п р о х о ж и й: «Напьются, что и ноги до дома не дотаскивают».

В т о р о й п р о х о ж и й: «Бомж, наверное»,

М и л а: Старикашка лежит. Живой или нет. Может скорую вызвать?

К а т я: (Презрительно) Тебе это надо? Нам надо к контрольной готовиться. Эти бухарики себя до дома не дотаскивают, а ты тут расстилайся скатертью (уходят).

На сцене появляются ученики пятого класса Витька и Женька.

В и т я: (весело) Хорошо, что мы с последнего урока удрали!

Ж е н я: Ага.

В и т я: (смотрит на лежащего старика) Глянь Женёк. Тут старикашка лежит.

Ж е н я: БОМЖ наверное? До своей клетухи не дошёл, свалился и отдыхает.

В и т я: (рассматривает лежащего) Нет, Женёк, Не похож он на пьяницу. Давай скорую вызовем. Может быть ему плохо?

Ж е н я: Давай. Только я думаю, что ему очень даже хорошо.

В и т я: Запаха водки нет. (достаёт телефон) Надо позвонить (звонит) Алло, скорая? Дедушка тут на улице лежит. Ему плохо. Улица Марины Расковой 9. Спрашиваете, как нас зовут? Звонят вам Витька Сукачёв и Женька Стукачёв, ученики 5 –го класса школа № 2.

Ж е н я: Давай ему подложим шапку под голову. Точно не БОМЖ.

В и т я: Давай. (Поднимает голову деда. Женя подсовывает под голову шапку).

Слышно звуки подъехавшей машины скорой помощи. Врач осматривает лежащего.

В р а ч: Нужна срочная госпитализация. (делает укол).

Подходит санитар с носилками. Витя и Женя помогают погрузить носилки в скорую помощь (слышна сирена отъезжающей скорой помощи).

Ж е н я: (Недоумённо) Действительно оказался больным, а я в начале думал, что он пьяный. Кстати, Ты чего мне эсэмэсил на уроке и предлагал сбежать с урока и срочно встретится?

В и т я: Идея есть. Я в газете прочитал, что по Мамаевому оврагу проходила линия обороны наших войск.

Ж е н я: Ну и что, что проходила?

В и т я: Давай в этом мамаевом овраге покопаемся, может быть, чего-нибудь ценное найдём.

Ж е н я: Чего ты там собрался найти?

В и т я: Много чего может попасться. По телеку показывают, как мальчишки ведут раскопки в местах боёв. Находят планшеты, патроны, наганы и даже гранаты. Иногда медальоны.

Ж е н я: Какие такие медальоны? Медали что ли?

В и т я: Сам ты медаль на шее. По этим медальонам искатели узнают, какой боец здесь воевал и погиб. Вот так вот. Медальон, он даже важнее автомата. Автомат ржавый и гнилой. Из него даже не выстрелишь. А если медальон найдёшь, то о тебе в газете напишут или даже съёмочная группа приедет, по телеку покажут. Дети и внуки погибшего тебе спасибо будут говорить. Героями будем. Понял теперь!?

Ж е н я: Понял! Понял! Вот тогда уже на родительском собрании никто не скажет, что мы оболтусы, а сам директор выведет перед всей школой и руку пожмёт. Ветеранов пригласят. Другие классы придут. Да что там классы – другие школы тебя на встречу приглашать будут.

В и т я: Вот здорово! Милка с Катькой от зависти лопнут. Списать контрольную никогда не дадут, жадины. А тут, сами будут предлагать, представляешь. Подходят они к нам и говорят: «Витя, Женя, мы всё решили. Спишите у нас пожалуйста». Вот житуха буде–ет…

(Витька с Женькой садятся на скамейку и принимают мечтательные позы – смотрят вверх, улыбаются)

В это время Милка с Катькой, танцуя и кружась выходят на сцену. Они держат в руках раскрытыми тетрадки.

М и л а: А где же наши герои класса Сукачёв и Стукачёв?

К а т я: Не только одного класса герои, но и всей школы.

М и л а: (показывает тетрадку) Ты хотел, Витя, у меня списать решение задачки? Списывай пожалуйста. Видишь какой у меня почерк разборчивый. Всё разберёшь.

К а т я: На, Женя, тетрадку, списывай контрольную. У моей шариковой ручки цвет хороший. Для героев нам с Милкой ничего не жалко. ( Витька с Женькой млеют от счастья. Милка и Катька уходят).

Ж е н я: (толкает Витьку) Чего размечтался. (Тот вздрагивает). Представляешь. Сон такой хороший приснился. Давай! Айда скорее копать (убегают).

Действие второе

Входят директор школы Вихров Игорь Валентинович и учитель истории Валентина Павловна.

Д и р е к т о р: Эти Сукачёв и Стрекачёв на математике были.

У ч и т е л ь н и ц а: Были Игорь Валентинович. Были.

Д и р е к т о р: Вот и хорошо, вот и хорошо. Наконец -то за ум взялись…

У ч и т е л ь н и ц а: А что толку…

Д и р е к т о р: Что так?

У ч и т е л ь н и ц а: Нет, на сей раз вели себя тихо и даже очень тихо.

Д и р е к т о р: Что же тогда плохо?

У ч и т е л ь н и ц а: А плохо то, что они вроде были на уроке, а в то же время не были. Сидят, чего-то пишут и друг другу эти писульки передают.

Д и р е к т о р: А вы?

У ч и т е л ь н и ц а: Отобрала, какие- то карты, чертежи. Одним словом, что у них в голове не знаю (пожимает плечами). Они нас Игорь Валентинович или прославят, что сомнительно, или похоронят, что более правдоподобно.

Д и р е к т о р: Хорошо, если б первое. Я приглашу их к себе (оба уходят)

Действие третье

Видно как мелькают лопаты, лязг о камни.

В и т я: У тебя чего-нибудь нашлось?

Ж е н я: Пусто. А у тебя.

В и т я: перестань болтать, а то удача мимо пройдёт.

Ж е н я: Ты суеверный стал, откуда?

В и т я: Будешь тут суеверным, когда тройки да двойки. На контрольной, когда сидишь, хоть лешего в помощники приглашай.

Ж е н я: Я чего-то выкопал.

В и т я: И я тоже.

Приближается Мила и фотографирует мальчишек из -за укрытия.

М и л а: (В зал) Ах, вот чем вы занимаетесь! Интересно. Запечатлим в электронной памяти (фотографирует и уходит).

В и т я: Я уже устал до чёртиков (вытирает пот рукавом).

Ж е н я: И я тоже. Пошли, дома при свете разглядим.

Дома рассматривают находки. Нашли звёздочку и какую-то жестянку.

В и т я: Я нашёл жестянку.

Ж е н я: А я звёздочку. Наверняка с пилотки бойца. Пилотка сгнила, а звёздочка осталась.

В и т я: Я думаю, что эта тоже не простая жестянка. Возможно это с танка Т–34.

Ж е н я: Пошли, покажем нашему историку.

В и т я: Хорошая идея.

Оба убегают.

Действие четвёртое

На сцене несколько столов с сидящими детьми. Среди них Витя и Женя. В класс входит историк Валентина Павловна.

В а л е н т и н а П а в л о в н а: Прежде чем начать занятие я хочу сказать вот о чём. Вчера мне двое наших ребят, не буду называть фамилии. Принесли, найденные ими, кусок железа и звёздочку. Они утверждают, что эти вещи найдены на месте проходивших боёв во времена ВОВ и что их нужно поместить в наш музей боевой и трудовой славы. Хочу заметить, что я сама когда-то являлся членом отряда, который проводил раскопки в местах сражений. Уверяю вас ребята, что ни эта звёздочка, ни кусок железа к сражениям в ВОВ никакого отношения не имеют. Звёздочка выполнена из пластика, а в то время такого материала просто не существовало. Осмотрев жестянку, я выяснила, что на ней имеется табличка с надписью – «Стиральная машинка «Чайка»». Во времена ВОВ таких машинок не выпускалось. (историк многозначительно развела руками) К танку Т34 этот кусок железа никакого отношения, как видите, не имеет.

К а т я: А мы с Милой подготовили настенный листок. В нём мы показываем бездуховность Вити и Жени и говорим, что цель их была чисто потребительской. Вывешивают листок на стену, разглаживают.

В классе поднялся шум. Кто-то запустил в Витю и Женю кепкой. Послышались выкрики: «Чудилы!». У них стиральная машина вместо танка в бой ходила. Так на колёсиках тёп, тёп, тёп, тёп на немецких тигров, те врассыпную. А как же. Это же Сукачёв со Стукачёвым в бой на стиралке едут, от неё немцы драпают. Вот чудики! Прославится решили! Ха-ха-ха!!!

«Историю надо знать!», «Безмозговые!»

Открывается дверь, в неё входит директор школы. Шум прекращается.

Д и р е к т о р: (Строго) Кто тут прославиться решил?

И с т о р и к: Да вот небезызвестные всем нам Витя и Женя. Принесли в школу два изделия и утверждают, что эти предметы относятся к боевым действиям во времена ВОВ, но это, к сожалению, оказалось не так. Потому ребята и смеются.

У ч е н и к: (выкрик) Славу решили шапкой поймать. Ха -ха-ха!!!

Д и р е к т о р: (Строго) Тихо ребята. А я вам пришёл прочитать бумагу, которую мне только что принесли из военкомата. И бумага эта для нас для всех очень важная (зачитывает.)

Военный комиссариат Заводского района города Саратова уведомляет дирекцию школы № 2, что два её ученика Витя Сукачёв и Женя Стрекачёв совершили благородный поступок. Они спасли жизнь ветерану войны, трижды тяжело раненому Спиридонову Михаилу Игнатовичу, награждённому тремя орденами «Славы» и который брал Берлин. Если перевести действия ваших учеников на военный язык, то они как санитары под пулями и бомбами современной рекламы вытащили раненого с поля боя. Спасибо за воспитание подрастающего поколения. Нижайший вам поклон.

Подпись: Комиссар и так далее.»

Я связался с больницей и выяснил: врачи больницы долго боролись за жизнь ветерана. Операция прошла успешно. Мне хирург сказал, что если бы опаздали на пять минут, то жизнь бы ветерана оборвалась.

У ч е н и к и: (перебивая друг друга) «А что произошло?», «В чём их подвиг?»,

, Мила Катя загораживают листок на стене спинами и потихоньку его сдирают.

Д и р е к т о р: Их подвиг в том, что они не прошли мимо умирающего человека и вызвали скорую помощь. Десятки человек прошли мимо, а они нет. Это и есть подвиг духа. А так как они спасли ветерана войны, то и мы будем защитывать им этот поступок за победу на поле духовного боя. И бой они этот выиграли. Хотя десятки гаджетов и рекламных роликов в интернете их всячески отговаривали это делать. Но они им противостояли.

(В классе раздаются аплодисменты).

И ещё к этому. Как оказалось, этот ветеран войны оказался и мастером саратовской глиняной игрушки. Школа обязательно пригласит его на встречу, как только ветеран поправится.

(В классе снова раздаются аплодисменты).

2020 год. Март.

Глиняный Топ

(комедия для подростков)

Действующие лица:

С т о р о ж – Евстафий Пантелеич

Ш и ш к а р ь – Игнатий Григорьевич Шишкарёв, хозяин игрушечной мастерской.

Щ е п к а – Эмма Владимировна, жена Шишкаря

В а с с а Ю р ь е в н а – мастер лепки игрушек (лет сорока)

Ю л я – покрасочница, девушка лет 18.

П р а х а н я – глиняная игрушка, (топ-менеджер Прохор Игнатьевич Глинолепов или «Глиняный Топ»), мальчик лет четырнадцати.

Б а с я н я – сын Вассы, мальчик лет двенадцати. (Датский принц Басан де Вассан представитель Лейпцигской ярмарки.)

М и – м и – дочь Щепки, хитрая, капризная, девушка лет 18-ти.

Г р и ш а – мяльщик глины.

К у з я – пёс (профессор Оксфордского университета, специалист по народному творчеству – Рычалов Кузьма Кузьмич)

Ч и р и к – воробей, попутчик и друг Прахани (Чирик Чирикадзе, глава фирмы, переводчик, юрист по совместительству)

П р о с т я ш к и (глиняные мальчики) – игрушки добрые.

З у б а с т и к и (большеголовые с короткими ножками и туловищем игрушки) – игрушки злые.

Ч у в ы р л а – глиняный свирепый гигант.

С о б а ч к и – игрушки добрые.

События происходят в мастерской по производству глиняных игрушек.

Сцена первая

Явление первое

К дому предпринимателя Игнатия Григорьевича Шишкарёва примыкает мастерская по изготовлению глиняных игрушек. Из открытого окна дома льётся музыка, слышен весёлый смех. На крыльце игрушечной мастерской сидит в телогрейке сторож Евстафий Пантелеич с ружьём, около него подросток Басяня. Басяня учит пса Кузю ходить на задних лапах и подавать голос, рядом Гриша – мнёт в большой кадушке ногами глину.

С т о р о ж (ворчит, глядя на Басяню). Замучил собаку, ирод.

Б а с я н я (не смотря на сторожа). Ничего, тяжело в ученье, легко в бою. (Встаёт перед Кузей на карачки и командует.) Голос, Кузя… голос! Гаф-гаф-гаф.

С т о р о ж. Хлебом не корми, лишь бы чего отчудить, дался ему этот пёс…

Б а с я н я. Я, может быть, в цирке с ним выступать буду?

С т о р о ж (недоверчиво). Эк, куда собрался… Школу закончи сначала. Циркач… Кота плавать учил-учил – ничего не получилось, кот сбежал, теперь за собаку взялся и этот сбежит (Кузя, наконец, встаёт на задние лапы, проходит несколько шагов и громко лает.)

Б а с я н я (радостно). Гриша! Гриша!

Г р и ш а (перестаёт мять глину, смотрит на Басяню). Чего тебе?

Б а с я н я. Гриша! Смотри (показывает на Кузю) – он уже ходит, только чуть – чуть осталось осанку подправить, чтоб на лорда английского был похож… а? Если приодеть, будет совсем клёво.

С т о р о ж. А ты – то сам знаешь, как английские лорды ходят… босята?

Б а с я н я. Нечего тут и знать, смотри:

(Берёт в зубы палочку, имитируя сигару, снимает с Гриши и одевает на себя шляпу, выпячивает живот вперёд, берёт в руки палку (подразумевая зонтик) и важно, выбрасывая палку-зонтик вперёд, закинув одну руку за спину, идёт по двору.)

С т о р о ж (смеётся). Эх, Басянька, кабы знать, кем ты станешь, когда вырастешь? (В это время Кузя, без всякой команды, берёт с земли в зубы палочку, встаёт на задние ноги, важно идёт за Басяней, закинув переднюю ногу за спину. Раздаётся смех Гриши.)

Г р и ш а. Ну и выдумщик же ты, Бося, просто Дуров или братья Запашные.

С т о р о ж. Эта выдумка сродни хулиганству… Пошёл бы вон игрушки с матерью полепил, или у Юли поучился раскрашивать, а то, невидаль – пса на задние ноги поставил. (Качает головой.) Был бы толк, а так… одна забава.

Г р и ш а. Зря ты, Евстафий Пантелеич, на парня, тут без смекалки не обойдёшься…

Б а с я н я (сторожу). Дед Евстафий!? А, дед Евстафий?

С т о р о ж (недоверчиво, ожидая подвоха). Чего тебе?

Б а с я н я. А ружьё у тебя настоящее?

С т о р о ж. Разумеется, настоящее. Каким же ему быть, не из глины же?

Б а с я н я. Дай пальнуть?

С т о р о ж. Не дам, не положено.

Б а с я н я. А если заслужу?

С т о р о ж. Если заслужишь, тогда дам.

Б а с я н я. Гриша, будь свидетелем, обещал…

С т о р о ж. А ты не обольщайся. У меня, чтоб заслужить это о-го-го! (Подчёркивая значительность события, грозит около уха указательным пальцем.) Надо совершить такое…

Б а с я н я. А хочешь, я тебе песню спою и заслужу, сам сочинил, бардовская…

С т о р о ж (удивлённо). Ты смотри – ко! Бардовская… Ну, пой, раз охота пришла, только о ружье и не мечтай. Из циркачей уже в барды записался… быстро у тебя получается.

Б а с я н я. А я способный … (Звонко поёт.)

Одни имеют мерседесы,

Нет у других, в трамвае на проезд

У всех свои на свете интересы,

А я хочу велосипед.

Одни имеют яхту в синем море,

А у других простых ботинок нет,

А у меня желание простое –

Я так хочу, велосипед!

На нём бы мчался с ветерочком

И разбегались куры кто-куда,

Но с великом – опять отсрочка –

У мамы нету денег – вот беда…

С т о р о ж. (комментирует). Так и желай иметь свой велосипед на здоровье… кто тебе желать мешает, я что ли? Я вот желаю, чтоб у меня старая рана не ныла, а она проклятущая ноет и ноет, видно что-то произойдёт? (Отставляет к забору ружьё, садится на крыльцо, растирает ногу.)

Г р и ш а (из кадушки). Погода, значит, изменится.

С т о р о ж. К непогоде она не ноет, только к несправедливым событиям, Вот, когда Шишкарёвы мастерскую прихватизировали, тут тоже ныла, спасу нет. На всякую несправедливость реагирует, как у Вассы поясница на непогоду.

Г р и ш а. У тебя не нога, а просто нравственный барометр какой-то.

Б а с я н я (хватает оставленное без присмотра ружьё и, целясь в верх, кричит). Бах!! Бах!!

С т о р о ж (сердито). Ах, ты… проклятущий! (Отбирает ружьё.) Мал ещё, не положено… выдрать вон крапивой за хулиганство…

Б а с я н я. Давай, дед, я тебе ещё песню спою или ту продолжу?

С т о р о ж. Ну, продолжай, раз охота. (Приставил ладонь к уху, слушает).

Б а с я н я (поёт).

Одни имеют яхту в синем море,

А у других простых ботинок нет,

А у……………

С т о р о ж (перебивает). Это я уже слышал, ты чего-нибудь поновее.

Б а с я н я (сердито). Будет и поновее. (Предусмотрительно отодвигается от сторожа.)

Я так хочу с ружья пальнуть разочек

Я даже ствол на облако навёл

И уж хотел нажать крючёчек,

Но сторож наш упрямый, как осёл!

С т о р о ж (угрожающе). Чего, чего!? (Басяня отбегает от сторожа, подходит к Грише, отдаёт шляпу, смотрит на деда и оправдывается.) Да это же сравнение, для рифмы, понимаешь?

С т о р о ж (сердито). Я дам тебе рифму… Вот, вытяну тебя прутом вдоль спины, будет тогда тебе и звук и смысл и рифма. Уйди с моих глаз прочь! (Басяня, подходит к Грише, берёт лопату и подбрасывает в бочку глину.)

С т о р о ж (растирая ногу и постанывая).

Эх, кабы ноги мне покрепче,

Да пулю б вытащил мне из бедра хирург,

А то, как вляпал снайпершка немецкий,

Я чуть в Днепре, не утонул.

Потом Берлин мы с Жуковым гвоздили.

И тут опять мне шибко повезло

Мне фрицы так осколком зазвездили

Полдня боролся врач за бытиё.

Солдат я был, удачливый и храбрый,

Теперь дожил – вручили дробовик.

Хоть хорошо – не дали деревянный,

Пугать ворон, а не людей лихих.

И к чему она разболелась (гладит ногу), ума не приложу?

Б а с я н я. (Обращается к Грише). Чего это ты бочку всю мелом изрисовал? Чертежи какие-то?..

Г р и ш а. Думал, как процесс глинотопства механизировать.

Б а с я н я (с интересом рассматривает чертежи). Ну и как, придумал?

Г р и ш а. Придумать-то придумал. Только что толку, Шишкарь даже слушать не стал. Ему и так хорошо. А то, что такая подготовка глины как у нас – средневековье, его не волнует. Прибыль идёт и ладно.

Б а с я н я. Давай с тобой Гриша сами механизацию сделаем. Я тебе помогать буду, а?

Г р и ш а. А тебе что, Кузя надоел?

Б а с я н я. Не надоел. Только Евстафий прав. Я и сам чувствую – не моё всё это. Мне интереснее с железками возиться. Бочку бы с тобой механизировали…

Г р и ш а. Здесь мотор надо, вал, а это всё денег стоит. А у нас с тобой «шиш» в кармане песню поёт.

Б а с я н я (Грише). Устал, поди, топать. Отдохни, давай я помну.

Г р и ш а. Добрая у тебя душа, Бося. Тебя вытаскивать из кадки не придётся, залипнешь?

Б а с я н я. Не боись.

Г р и ш а. Ты чего там с Евстафием не поделил?

Б а с я н я. Это я так, от скуки, Евстафий добрый, только вот пальнуть ему дать жалко.

Г р и ш а (с любовью треплет кудри Басяни). Эх, ты, пальнуть…

Б а с я н я. Если хочешь знать, такие как я, в Великую Отечественную войну ужас на фашистов наводили и партизан здорово выручали…

Г р и ш а. Ладно, залезай… мни. Сапоги мои одень. (Вылазит из бочки, отдаёт Басяне резиновые сапоги.)

Б а с я н я. Опять к Юле лыжи востришь? (Одевает сапоги.) Большеватые…

Г р и ш а. К ней… (Радостный уходит.)

Б а с я н я (вслед). Беги давай, пока хозяев нет. Минуты без неё не может. (Смотрит на задремавших сторожа и Кузю.) Кажется задремал наш стрелок? (Рассуждает.) «А не пора ли устроить обеденный перерывчик пораньше: Гриша мять устал, у родительницы, поди спину разламывает, Юле надо с Гришей пошептаться, пусть отдохнут». (Вылезает из бочки, снимает сапоги, подходит к подвешенному рельсу, берёт в руки железный прут, тихонечко по нему стучит, раздаётся тихий гудящий звук. (Рассуждает.) Вот сигнализация, так сигнализация, двести лет, поди, висит, а всё без сбоев работает – стукнул – перерыв, стукнул – конец рабочего дня.

(От звука рельса начинает ворочаться сторож. Басяня прикладывает пальцы к губам, замирает, смотрит на сторожа.) Сейчас как бабахну… (Замахивается прутом, но не ударяет, отставляет прут, смотрит на подвешенные у входа с двухсторонним циферблатом часы. Часы видно и из мастерской и с улицы, украдкой подводит стрелки, снова залазит в бочку, мнёт глину.) Так будет интереснее, и не без пользы.

Сцена вторая

Явление первое

В мастерской Юля и Васса лепят и раскрашивают игрушки, ставят их тут же на полку. На полке стоят зубастики и простяшки.

Ю л я (Вассе, кивает на дверь). Твой Басяня распевает.

В а с с а (жалостливо). Велосипед ему хочется. У других ребятишек есть, а у него нет, а я с этой зарплатой, даже на мобильный телефончик ему не наскребу.

Ю л я. Шишкарь проклятый совсем перестаёт платить.

В а с с а. Денег говорит у фирмы нет, а сам по заграницам со своей мымрой ездит, автомобиль дорогущий купили.

Ю л я. Ох, и семейка подобралась,… стоят друг друга. Доченька о заморском принце мечтает, днями перед зеркалом крутится, да ещё придёт в мастерскую и советы даёт, что и как красить? Да и та, как бельмо на глазу…

В а с с а. Это ты о ком?

Ю л я. О мамаше её, незабываемой Эмме Владимировне. Скоро эта Щепка появится, давно уже не была. (Передразнивает.) «Девочки, то, что вы слепили это не форс-мажор». Хоть бы знала значение выражения, корчит из себя.

З у б а с т и к (с полки, голос как у робота). Не называйте хозяйку «Щепкой», это не хорошо. Её зовут Эмма Владимировна, она нас любит… Эмма Владимировна, она нас любит.

Ю л я (зубастику). Тоже мне заступник нашёлся, за нас никто не заступится.

З у б а с т и к. За вас пусть простяшки заступаются, вы их любите.

В а с с а. Скорее бы перерыв, спину разламывает. (Шевелит плечами.) Ладно, хватит о грустном.

Ю л я. Точно. Нам от этого Щепка больше не заплатит. Давай лучше тётя Васса споём нашу, всё на душе полегчает. (Поют.)

Месим глинку, краски трём

Ой, лю-ли, ой, лю-ли!

И работая поём,

Раз, два, три – раз, два, три.

(далее скороговоркой, быстро)

А без песни – нет игрушки,

Выйдут девки-колотушки,

А бараны, и козлы,

Будут все страшней чумы… Ох!

Ю л я. Встаёт из-за стола, танцует с готовой весёлой игрушкой, простяшкой.

В а с с а. Очень хорошо простяшку расписала, молодец, хороший у тебя глаз и добрая душа. От этого добрая игрушка и получилась, ласковая, то-то детям будет радость.

Ю л я. Если б вы так хорошо тётя Васса не слепили, то я бы и не раскрасила. Это у вас руки золотые, а я только кисточкой поводила и всё.

В а с с а. Сколько живу и вижу – доброта, если рядом, она и злого делает добрее. Ты уж мне поверь. Если б была моя воля, то я бы злых игрушек совсем не лепила, зубастиков вот этих. Их даже руки лепить не поднимаются, а слепишь, то и жалко их становится.

З у б а с т и к (другому зубастику, ухмыляясь). Себя пусть пожалеет, а мы о себе сами позаботимся. (Другой зубастик согласно кивает головой, оба улыбаются, сидят, поматывая ногами.)

Ю л я. Это потому тётя Васса, что зло угнетает, вот и получается, что злые и страшные по сути самые и несчастные. Возьмите зубастиков. У меня даже кисточка в руках не держится их расписывать, а деваться некуда, заставляют.

З у б а с т и к п е р в ы й (с лавки для просушки). Я всё скажу хозяину, как ты о нас плохо отзываешься, тоже мне маляр с метлой. Ха-ха-ха… (Смотрит на других зубастиков, те, поддерживая, смеются.) Маляр с метлой… ха-ха-ха!

Ю л я (на зубастиков). Да замолчите вы… (Вассе.) Ну как этих зубастиков раскрашивать?.. чуть первый зуб прорисуешь, так он им уже укусить норовит, не игрушки, а зверьё какое-то.

В а с с а. А ты их всех покрась, а зубы не надо, в последнюю очередь.

З у б а с т и к в т о р о й (недовольно). Как это в последнюю очередь? Как это в последнюю очередь?! Ты чему старая ведьма Юльку учишь?.. Юлька! Не слушай её, крась сначала зубы.

Ю л я (задёрнув ширму, около зубастиков). Смотреть на них не хочу.

З у б а с т и к и (из-за ширмы хором). А ты Юлечка всё-таки зубы первыми крась. Мы тут договорились, что не будем тебе пальцы кусать и кисточки грызть, когда раскрашиваешь. (Замолкают.)

В а с с а (в сторону зубастиков). Сделали одолжение… Смотри какие!.. уже торгуются. (Пауза, Юле.) Что-то твой ухажёр сегодня к тебе не заглядывал? (Улыбается.) Сватается, или нет?..

Ю л я (смущённо). Намёки делает.

В а с с а. Вижу, любит он тебя. А ты парня то не упускай. Душа у Гриши добрая. Семья будет, забота, детки пойдут, жить веселее будет.

Ю л я. Скажете тоже, детки. У вас, один Басяня сума сведёт.

В а с с а. Возраст у него такой, пошалить да подурачится, пройдёт. У меня муж весёлый был, балагур да придумщик, в него пошёл, в чеченскую сгинул. У твоего Гриши тоже голова на месте, вон сколько нам разных приспособлений и инструментов сделал.

Ю л я. Это он умеет, только всё равно у шишкарей не в почёте. (Открывается хозяйское окно. Из него доносятся голоса, но никого не видно.)

М и – м и (голос, истерично). Все добра желают, то одни, то другие!!!..)

В а с с а. Опять дочка хозяев, Ми-ми, замуж просится. Вот таких деток не дай господи. (Крестится.)

М и – м и (голос, громко). Что вы мне всё мукомола пророчите! Не хочу за мукомола! Так и буду всю жизнь в муке ходить, да люди будут «Мукомолихой» звать! Ы-ы-ы-ы-ы!

Щ е п к а (голос, уговаривающе). Кого ж тебе ещё дитя моё!? Мукомолы люди состоятельные, будешь как сыр в масле кататься…

М и – м и (голос, капризно). Хочу за датского принца! Ы-ы-ы-ы-ы…

Щ е п к а (голос, недоумённо). Где ж мы его возьмём?

М и – м и (голос, капризно и высокомерно). А где хотите там и берите! Сумели народить – сумейте и женихом обеспечить. (Окно захлопывается, становится тихо).

В а с с а (кивает на окно). Вот закатывает.

Ю л я. Беда просто.

Явление второе

В мастерскую входит Гриша.

Г р и ш а (добавляет). Не их одних эта беда, но и наша.

Ю л я (смутившись). Это почему же – наша?

Г р и ш а. Они из-за этого датского принца с нас три шкуры сдерут, чтоб в Данию поехать. Им бы там какого-никакого датчанина в женихи уломать. (Подходит, заигрывает с Юлей, шепчутся, хихикают.)

Ю л я (притворно сердито). Гриша! Ну, хватит. Время рабочее, хозяева заругаются…

Г р и ш а (понарошку, тихо). Объявляю обеденный перерыв…

Ю л я. Вот когда сторож стукнет прутом в рельс, тогда и приходи, а сейчас иди лучше глину мни, вон у Вассы кончается.

В а с с а. Мни, да ног не жалей, чтоб без комочков, чтоб больше сделали и больше получили денег.

Г р и ш а. У наших хозяев сколько не делай – всё прожиточный минимум получишь. Калькуляторы что ли у них бракованные? Я в уме лучше считаю, вроде должен получить столько, а у них обязательно наполовину меньше.

Ю л я. Смотри, тётя Васса спина совсем откажет, посиди чуток, отдохни.

В а с с а (выпрямляется, трёт поясницу рукой). Опять, Юлечка, вступило…

Ю л я. Давайте я вам массаж сделаю.

В а с с а. Спасибо, добрая душа; скоро перерыв, полежу, отпустит. (Слышится удар в рельс). Вот и перерыв, а то хоть волком вой. (Встаёт, направляется к двери). Раз перерыв, пойду хоть прилягу на часок. (На пороге противоположной двери сталкивается с Басяней, грозит ему пальцем).

Смотри у меня, в мастерской не балуй.

Г р и ш а. Вот, вот, Васса Пантелеевна, пойдите, приляжте, вашему радикулиту лишние десять минут не повредят. (Смотрит, что Васса ушла). Ну, поцелуй, сердечко моё. (Тянется к Юле).

Ю л я. Не буду целовать, ты над сторожем подтруниваешь, ведёшь себя как Басяня? Это ты, наверняка, в рельс ударил?

Г р и ш а (вспрыгивает и садится на стол, перед Юлей). На этот раз ошиблась, я рядом с тобой был, когда рельс прогудел.

Ю л я. С вами спутаешься. Не ты, так Басяня… Тому хоть простительно мал, созорничать охота?

Б а с я н я (слышит слова Юли). Ты чего Юля на меня? Я прута в руки не брал и с другой двери заходил не от рельса, маманя видела. (Ходит по мастерской, весело лает на слепленную собачонку, квохчет на курицу, за ним, не отставая, ходит Кузя; Юля с Гришей тихо разговаривают.)

Ю л я (смотрит на часы). Хоть вы, вроде, и не виноваты, но без вашей «помощи» всё равно не обошлось… На десять минут раньше рельс загудел.

Г р и ш а. Это он от скуки Юличка загудел… Рельс – хоть и желездяка, а понимает, что людям отдых давать надо. В нашей мастерской Юлечка скоро все от чего нибудь загудит или завоет, а не только один рельс. Вы вот с Вассой Юрьевной от зубастиков взвоете, а я от кадушки с глиной.

Ю л я. Не напоминай мне о них.

Г р и ш а. Эх, надоело в глине лопатой ковырятся, а этим держимордам всё мало. (Кивает на хозяйское окно). Нет технику закупить – так денег жалко. Лучше на Канарах прогулять, а Гришаня пусть лопатой наяривает, от него не убудет… (Обращается к Юле). Давай сбежим куда-нибудь?… Тошно здесь… Сколько раз предлагал хозяину хотя бы бочку усовершенствовать, чертежи сделал – всё мимо ушей, там и затрат-то всё ничего.

Ю л я (испуганно). Тише ты, услышат… с работы прогонят.

Г р и ш а. Не услышат.

Ю л я (шёпотом). Зубастики передадут.

Г р и ш а. Я из-за тебя только Юленька у шишкарей глину мну, чтоб почаще тебя видеть. Давай сбежим, а? Глиномял – это не для меня.

Ю л я. Куда же мы сбежим, солнышко моё? Там работу надо искать, а я к игрушкам душой прикипела. Я их так Гриша люблю, что готова даже за копейки раскрашивать.

З у б а с т и к и (из за занавески). А мы всё слышали…, а мы всё слышали!

Г р и ш а (Юле). Не обращай внимание.

(По спускающейся сверху верёвке, к которой привязана бадья, залезает на перекрытие. Смотрит сверху на Юлю).

Залезай…

Ю л я (смотрит на Гришу, улыбается). Ничего умнее придумать не мог?

Г р и ш а. Это я чтобы тебя получше видеть. (Поёт.)

Я люблю тебя душа моя…

Без тебя мне не прожить и дня…

И в любой часочек,

Хоть одним глазочком

Обязательно увижу я тебя-а-а-а… (тянет).

Ю л я. Что-то не совсем складно.

Г р и ш а. Зато верно.

(Протягивает руку Юле и втаскивает её к себе, снизу подвывает Кузя. Басяня подбрасывает вверх влюблённым кусочки глины, Юля и Гриша ловят их, лепят из кусочков рожицы, радуются, смеются).

Ю л я (кивая на рожицу). Эта – на бакалейщицу похожа.

Г р и ш а. А эта – вылитый Шишкарь.

Ю л я. А это – ты в кепке… (Поёт подражая Грише).

Как хорошо, что встретила тебя-а-а.

Не могу прожить и я ни дня-а-а.

(Оступается и чуть не падает.) Ах!

Г р и ш а (подхватывает Юлю). За меня замуж сбежишь? Последний раз спрашиваю.

Б а с я н я (занимается с Кузей, тренерует его подавать лапу). Дай лапу! Лапу дай… тебе говорю…

Ю л я (обнимает Гришу, целует, говорит ласково). Замуж не сбегают, а выходят, и не говори глупостей. Этот твой последний раз уже сто первый.

Г р и ш а: Я, имею ввиду, от шишкарей. И потом, я и не говорю глупостей, я по-серьёзному.

Спускаются друг за другом вниз по верёвке, садятся на лавку.

Ю л я. А если по серьёзному, то я должна себе на подвенечное платье заработать, а ты хотя бы на штаны приличные. Над нами куры будут смеяться – «жених с невестой ощипанные». Иди лучше глину мни. (Смотрит на часы, рассуждает.) Всё же кто из вас с Басяней на сей раз сторожа обманул? Признавайтесь. Узнают, ох и нагорит вам…

Г р и ш а. У каждого из нас свой стимул, Басяне хочется, чтоб мать подольше отдохнула, жалеет, он мне сам говорил, а мне, разумеется, хочется с тобой побольше побыть. Как видишь, стимулы совпадают. И не важно, кто из нас, когда постарался.

Ю л я. Эх, вы-ы – два сапога пара. (Слышится звук разбитой игрушки.)

Ю л я (поворачивается к Басяне). Ты это чего там расколотил негодный мальчишка? (Всплёскивает руками, сердито.) Уже, игрушку разгрохал?

Б а с я н я. Она сама упала.

З у б а с т и к и (хором). Он врёт. Это он нашего друга столкнул на пол.

Ю л я. Мать лепит-лепит, а он, – «упала». По шее дать…

Б а с я н я. Все игрушки добрые, а эти зубастики, так и норовят укусить?

Ю л я (сердито). Что эти?! Что эти!

Б а с я н я. Они злые и бездушные.

З у б а с т и к и. Планетарный поклёп, будем жаловаться в европарламент. Налицо посягательство на жизнь, свободу и наши права.

Г р и ш а (отдёргивает занавеску). Куда? Куда? Никакие права за вами европарламент не закреплял.

З у б а с т и к и (вместе). А мы постараемся… закрепит… У нас там свои люди.

П р о с т я ш к и (с соседней полки). Зубастики сами Басяне языки показывали и дразнились.

З у б а с т и к и. Ещё одно слово… чучелы-мучелы и мы за себя не отвечаем. (Показывают простяшкам кулаки.)

Ю л я (вкрадчиво). Бося, это заказ Щепки и Шишкаря, мы их сами не любим, не трогай их, пожалуйста.

Б а с я н я. Не любите, а делаете. Чего делаете? Раз не любите? Делать надо то, что нравится. Вот тебе Гриша нравится – вы и целуетесь, сам видел, а мукомол за тобой ухлёстывает, а ты отворачиваешься, так и здесь.

Ю л я (вспыхнув). Тебе этого Бося не понять.

Г р и ш а. Брось Юля. Басяня всё лучше нашего понимает, просто у него обострённое чувство к злу и несправедливости, возраст такой.

Ю л я (прислушивается). Кажется, Шишкарь с Щепкой приехали. Иди скорее к кадушке. Вон и Васса встала.

Г р и ш а. Ещё время обеда не вышло (смотрит на настенные часы).

В а с с а (входит, болезненно потягивается). Кажется, прихватизаторы появились? Черти их носят.

Ю л я. Сейчас опять начнут, уму – разуму учить.

Явление третье

Входит хозяин мастерской и хозяйка, начинают смотреть игрушки. Шишкарь на внешний вид неприятен – толст, на носу и на темени красуются две шишки. Щепка – тощая, брезгучая, властная баба.

Щ е п к а. Почему языками болтаем, а не работаем, бездельники!?

Г р и ш а (непринуждённо). Так, перерыв ещё, имеем право.

Щ е п к а (смотрит на висячие у входа часы, сверяет со своими, обращается к Грише). Это ты подвёл стрелки? Знаю, ты… Можешь не отнекиваться…

Г р и ш а. Ну, я. От вас не убудет…, подумаешь десять минут…

Ш и ш к а р ь. Это нарушение рабочего режима, полагается штраф и удержание убытков.

Г р и ш а. Валяйте, удерживайте. Если б вы на эти удержания машины современные покупали, я бы давно ногами в бочке не топал и производительность труда бы выросла. А то штрафуете, чтоб себе лишние бигуди купить. На вашем производстве всё дедовским методом делается: Глину месим лопатой, заливаем водой из бадьи (стукает по бадье, та раскачивается на верёвке), мнём ногами и никакой техники безопасности. Вон за границей, машина стоит, а из неё перемятая глина колбаской вылезает и прямо к мастерице, сам по телеку видел, а здесь…, того и гляди в какую яму с раствором свалишься. (Скользит балансирует на досках, что уложены на полу.)

Б а с я н я (насупившись). Это я подвёл часы!

Г р и ш а. Он врёт.

Ю л я (берёт Гришу за руку). Не нарывайся… Не ты же часы подвёл.

Г р и ш а (тихо Юле). Пацан, это сделал не шутки ради над сторожем, а чтоб мать подольше в перерыв отдохнула. И потом её из-за мальчишки с работы выгонят, куда она с оравой, пусть лучше на меня думают.

Щ е п к а (сердито). Хватит болтать, за работу.

(Подходит к двери, берёт прут и ударяет в рельс. От неожиданности вскакивает дремлющий сторож, забегает в мастерскую, кричит,) К-ка-ра-ул! Пожар! Грабители!» (Поскользнувшись, падает в колоду с глиной. Суета, крики, Гриша вытаскивает перепачканного деда, Басяня с Юлей счищают с него глину.)

С т о р о ж. Как будто снова в болотах Белоруссии побывал, когда нас немцы шрапнелью крыли.(Басяня. уводит сторожа.)

Г р и ш а (Шишкарю). Что я говорил. Безопасности труда никакой, сегодня сторож в колоду угодил, а завтра кто?

Ш и ш к а р ь (зло). Ещё одно замечание и будешь уволен!

Г р и ш а (решительно). Можно и без замечания. (Бросает лопату в колоду.) Я за тобой приду Юля! (Идёт к двери.)

Щ е п к а (Грише вслед). Вернись! Тебя никто не увольнял, за эти минуты ты должен отработать и за грубость тоже. (Обращаясь к Юле и Вассе.) А вы что тут наляпали?

Ш и ш к а р ь (скептически). Они это называют игрушками! Бездельницы, только языками болтать. Разве это игрушки!? (Указывает на простяшек). На что это похоже? Сказать вам, что это? Это затычки для бочек с прокисшей капустой. Эту дрянь, к утру размочить, И запомните – игрушки должны быть современные, а вы что лепите?..

Щ е п к а. Вот именно…

В а с с а. Так людям же нравится.

Ш и ш к а р ь. Нравится, говоришь! Им должно нравится то, что нравится мне. Гы-Гы-Гы! Объясни им Эммочка, кто формирует сегодня спрос? Это я формирую спрос, (тычет себя пальцем в грудь) а не толпа на базаре! И вот, что я выставлю на прилавок, разрекламирую, то и будут покупать как миленькие.

В а с с а. И «пугал огородных»?

Щ е п к а. Да, дорогая… если надо, то и пугал огородных. У мужа на всё особый нюх, он коммерсант.

В а с с а. Мы что, должны всяких уродцев лепить, если на них спрос?

Ш и ш к а р ь. А это не уродцы! Какие это уродцы? – это будущее игрушечной промышленности и мировой политики в воспитании подрастающего поколения, это будущее нашей свободы и равноправия. (Показывает на зубастиков.) Только жёсткие, крепкие…и…и… (Не знает что добавить.)

Ю л я (вставляет). Крутые!

Ш и ш к а р ь. Да, да… Крутые!

Г р и ш а (с порога). И бритоголовые!

Ш и ш к а р ь. Не без их участия. Да, да… вы правы, без всех, кого мы сейчас назвали, нельзя защитить конституцию, отстоять свои права. И вот вам пример.

(Берёт хлыст и ударяет им улыбающегося простяшку, тот обиженно зашмыгал носом, намереваясь заплакать. Потом Шишкарь бьёт хлыстом по физиономии Зубастика.)

З у б а с т и к. рычит вцепляется в хлыст и разрывает его зубами.

Ш и ш к а р ь (торжествующе). Вот вам и доказательство. Ваши нытики только будут ходить с лозунгами по улицам, а эти (показывает на Зубастиков). Они будут зубами и кулаками отстаивать своё право на место под солнцем. Разве не так!?

З у б а с т и к и. Правильно хозяин! Так и будет.

Ш и ш к а р ь. Зубастики воспитывают в детях борцов за свои права, а эти (тычет в простяшек), воспитывают из детей нытиков, не могущих предотвратить зло или бороться с ним. Так какая игрушка полезнее?? Воспитатели…

З у б а с т и к и. Браво хозяин! Умно! И педагогически верно…

Г р и ш а (с порога). Зло будет воспитывать доброту – это интересно. Не по-евангелиевски. Ваши Зубастики борцы за права сильных, не спорю, но не за справедливость и правду, они не защитники слабых. Ваш Зубастик защитит того, кто его кормит, вот его психология… Ваши зубастики хозяйские холуи, цепные псы несправедливости и за простяшек не вступятся.

Ш и ш к а р ь. Ты ещё здесь!? Иди, затыкай своей справедливостью дырки в штанах или ты их заткнёшь соломой!? (Смеётся. Обращается к жене.) А мы уж будем делать игрушки, какие умеем и какие полезны в современном мире, так Эммушка?.. (Обнимает Щепку. Гриша уходит.)

Щ е п к а (кивая на простяшек). Интересно, почему у их поделок такие добрые лица? Где они такие лица увидели, где?

Ш и ш к а р ь. Не понимаю… (Пожимает плечами.)

Ю л я (отвечает). На улице. В городке очень много добрых лиц, там и увидели.

Щ е п к а. Ха-ха-ха! Нашли добрых; да они только рожи такие делают, а на самом деле они злые…

Ш и ш к а р ь. Вот именно. Золотые слова Эммочка.

Щ е п к а (Шишкарю). Мы вылетим в трубу если будем лепить любовь и сострадание, кто купит эту иллюзию?

Ш и ш к а р ь. Вот именно. Чего на свете нет, того, дорогая, лепить нельзя.

Щ е п к а. В других мастерских будут лепить крутых, а мы любовь и сострадание. Кто же себе работает в убыток? Такого не будет никогда. Мы должны лепить правду и только правду, а она сегодня злая.

З у б а с т и к. Круто! Наша философия…

Ш и ш к а р ь (Щепке). Потом, если посмотреть с экономической точки зрения, то кто сирых, бедных и сострадательнеых купит? – только сирые и бедные, за копейки, потому, что у них нет денег и психология такая. А кто купит крепких, сильных, умеющих за себя постоять? Ответ ясен.

Ю л я (в зал). Тупых, надменных, бессовестных и без грамма интеллекта.

Ш и ш к а р ь (продолжая). Правильно – купят богатые и по хорошей цене. (Направляется к выходу.)

Щ е п к а (сурово, с порога). Слышали!? И никакой добродетели! (Идёт вслед за мужем.)

З у б а с т и к и. Это по-нашему. (Хлопают в ладоши.)

Явление четвёртое

Васса, Юля, Басяня и зубастики.

В а с с а (сокрушённо). Как же нам теперь быть, Юля? Не просто так на нас хозяева наседают.

Ю л я (встревожено). Нас выгонят с работы, если будем лепить своё, для души.

В а с с а. Выгонят, если не подчинимся и не будем делать то, что они говорят (кивает на дверь), у меня руки не поднимутся лепить надменных и бессердечных держиморд или страшилок. Тоже мне воспитатели молодого поколения…

Ю л я. Налепить их надо с десяток для утешения Шишкаря, да на видное место поставить, а дальше уж своих делать.

В а с с а. Правильно. Будет чем отговориться. Я уже троих слепила. (Кивает на сидящих на доске зубастиков.) Одного Басяня расколол.

Ю л я. И я пару раскрасила.

З у б а с т и к (товарищу). Нас это устраивает. Гы-гы-гы! (Вассе.) Да лепи дура старая поскорее наших, а то нам одним скучно.

З у б а с т и к (второй). Давай, друг, повеселимся.

З у б а с т и к (первый). Чем тут развлечёшься, одна глина?

З у б а с т и к (второй). А вот ей и развлечёмся. (Зубастики с хохотом бросают в простяшек сырой глиной.)

Ю л я. Васса, посмотри на этих идиотов. (Плачет обтирая глину с простяшек.)

П р о с т я ш к и (вразнобой). Они дерутся… они нас обижают. Тётя Васса спрячьте нас.

Ю л я. Давай, Васса, простяшек куда-нибудь спрячем. Тем более Шишкарь грозился их размочить.

З у б а с т и к и (хором). Подальше их, а лучше в колоду, на размочку.

Ю л я. (обращаясь к зубастикам). Что вы говорите… Может быть вас надо на размочку?!

З у б а с т и к и. Вы нас не тронете, иначе хозяин вам задаст. А если тронете, то мы пожалуемся и скажем, что вы этих нытиков прячете… вот так.

Yosh cheklamasi:
12+
Litresda chiqarilgan sana:
22 mart 2021
Yozilgan sana:
2020
Hajm:
150 Sahifa 1 tasvir
Mualliflik huquqi egasi:
Автор
Yuklab olish formati: