Kitobni o'qish: «Мой дебют»

Казалось бы, ненастье дождь и снег ,

Чрез туч завесу не пробьётся свет ,

Земли еще недавно столь живой

Травой покрыта ,запах полевой.

И на замену ей!

Что ?

Снег и грязь.

Шуршанье льда на речке.

Снега власть!

Всё! Всё вокруг пророчило тоску!

В плен белый заковав земли красу!

Но!

Присмотрись!

Ужель всё плохо так?

Зима – ненастье беспросветный мрак?

Быть может не вокруг, в душе темно?

Ненастьем, бурей сердце замело?

Быть может пустоту заполнила тоска?

А вовсе не виновница зима?

Зимы трескучего мороза красота,

Заснеженных деревьев,

Ночного неба глубина!

И снегопад обильный в феврале!

Что может быть белее снега на земле?

А снегирей пожарище груди

Так редко видим мы теперь....

Лишь видим мы витрин огни ,

На цифры денег взгляд наш устремлён !

И всё равно какой там неба склон (

Заброшены к урочищам дороги

На картах не найдёшь тех деревень.

Я вечерами вспоминаю ночи,

Что проводил тогда в избе своей.

Как босоногим, худеньким мальчишкой

По тропке к речке по утрам бежал.

На удочку из гибкого ореха

Я окуня большущего поймал.

Как с детворою местной озорною

Я дрался в кровь без злобы и обид.

Потом на пруд веселою гурьбою

Побоев кровь смывать бежали мы.

И леса синь,как океана волны

Я с крыши дома видел в вечеру

До звёзд. Мечтал, что стану взрослый.

Уеду я тогда в Москву!

И блеск витрин, обилие магазинов

Мне представлялось будто некий рай.

Я стану ездить на своей машине,

Женюсь, наверное, когда нибудь…

И за полночь уже слезая, сдирая кожу с пальцев крепких рук.

Не знал тогда, что я бегу из рая,

Куда отныне больше не вернусь…

А нам когда-то будет пятьдесят?

Что?

Да?

И дети вырастут?

Нам время личное чуть-чуть освободят?

И на свидание тебя я приглашу в Калининград?

И не откажешь ты?

Я был бы очень рад…

И на кораблик сядем ближе у руля в обнимку !

Будем плавать до утра…

И Рыбная деревня будет нам прибежище

Не та

Халупа где

Когда-то мы с тобой убили "комара"?

На Канта острове гуляя до утра.

Мы местного хорошего

попьём вина …

Старинных набережных множество

огней

Приголи словно зеркало сверкают в ней!

А может замысел творца венец

Настанет мир .

Везде.

Не будет никаких границ.

Песка

Немного с дюны Куршской приташив,

Разляжемся .

Друг другом согрешив.

И глаз мы не сомкнем,

Болтая до утра .

О всём на свете

Не жалея языка.

И в будний день еще во власти тьмы

Сна еле-еле разорвав оковы,

С тупою болью в голове

К метро шагаешь снова.

И света дня не видя череду ,

Гранит труда ты гложешь дико .

Хруст снега под ногой,

Над головой Луну,

Ход мрачных мыслей нарушает тихо.

И хочется замедлить шаг.

Но нет!

Успеть ко времени необходимо на работу…

Уже давно не веришь ни в какой успех,

одно и тоже,

каждый день!

(пусть даже в воскресенье и субботу)

И знаешь , праздность —главный враг!

Победою над ней себя лишь утешаешь.

А время вспять не повернуть ни как.

А хочется, чтоб всё исправить…

И перманентно слушая тот звон

будильника, ему внимая…

И хочется его швырнуть в окно.

Потом заснуть уже не просыпаясь.

Я знаю, не могло и быть иначе .

И я за то Всевышнего благодарю.

Весенним утром путь мой мрачный,

С тобою встречей был раз озарен.

Остановились. Дождь.

Холодный ветер. И ты

С улыбкой, в прочем как всегда,

И я на век запомнил эту встречу ,

Твою улыбку, но печальные глаза.

Мы вместе возле дома у дороги

Стеснённо я смотрел в твои глаза.

Болтали мы о чём угодно,

Но не сказав друг другу главные слова…

И ты со страхом (мне так показалось)

Ждала , что я вот-вот уйду

И с той улыбкой милой замерзала

Всё глубже руки пряча в рукава.

Я уходил, не оглянувшись даже,

Всё меркло, даже что цвело ,

А память тем мгновением дышала,

Тот дом,

дорога

и твоё лицо….

Метро —колес звук монотонный.

Рабочий люд везет вагон.

На лицах маска – взгляд суровый

Уставил каждый в телефон.

И ритм внезапно вдруг сбивает

Бродяги голос. Он просил

О помощи людей деньгами.

Я даже чтение прекратил.

И рассмотрев его детально,

Лицо обычное. Пальто

как-то нелепо мне казалось,

Как будто не его оно.

Штаны немного маловаты

И обувь не стара,чиста.

На вид бродяга, голос странный.

Речь грамотна , длинна , ясна.

Он говорил,что с злой судьбою

Лет восемь борется один

И что до этого момента

Не разу помощь не просил.

Что потерялись документы,

Без них жилье уже не снять ,

Что не нужно ему спиртное.

Он нас просил его понять .

Мне почему-то показалось,

Что с нами честен всё же он.

Бродяга речь свою закончил,

Ушёл потом в другой вагон.

И я подумал, чтобы если

судьбой Всевышний наградил

меня такой.

И на том месте

Бродяги. Я бы стал просить?

Никто от своего смартфона

Ни разу глаз не оторвал.

Никто не слышал монолога

И даже виду не подал.

И я тут вспомнил,

Как же точен

Крик Северянина души:

В деревне хочется столицы…

В столице хочется глуши…

И всюду человечьи лица…

Без человеческой души…