Kitobni o'qish: «За стеклом»

Иллюстратор – Рыжкова Анастасия

Леттеринг – Фролова Мария

© Королева О., текст, 2026

© Рыжкова А., ил., 2026

© ООО «Феникс», оформление, 2026

Не знаю, как эта книга попала к тебе в руки. Но если с тобой случилась беда, то мне очень жаль.

Возможно, сейчас горя так много, оно настолько большое, что тебе кажется, что ничего, кроме него, никогда больше не будет. Но это не так.

Если рядом есть человек, готовый слушать и слышать, – не стесняйся говорить. Если получилось так, что рядом никого нет, – пиши. Не держи эмоции в себе.

У героини этой книги тоже случилось горе. Может быть, её история сможет немного поддержать тебя.

Часть первая
Потеря

У Лианы были волосы тёплого медного оттенка, спадающие на спину красивыми завитыми локонами, и зелёные глаза. На светлой и тонкой коже, почти прозрачной, летом тут и там высыпа́ли веснушки, если пробыть под солнечным светом хоть пятнадцать минут. Мама часто и с удовольствием отмечала, как правильно она подобрала имя для дочки – Лиана. Оно звучало так необычно и одновременно нежно, и сама Лиана выглядела так же. Высокая и тонкая, яркая и хрупкая, с зелёными глазами и рыжими волосами – она цепляла взгляд подобно экзотическому цветку где-то в джунглях, среди гибких и вьющихся лиан…

Сегодня её волосы были завязаны в высокий хвост и особенно выделялись на фоне чёрной одежды, а глаза заметно покраснели от слёз.

Сегодня Лиана хоронила своего отца.

Она стояла возле церкви в каком-то оцепенении, не обращая внимания на происходящее вокруг. Какие-то люди то и дело подходили к ней – кто-то ободряюще обнимал, хлопал по плечу, кто-то говорил слова поддержки. Лиана рассеянно улыбалась, кивала и тут же забывала и слова, и лица, и прикосновения. Она пыталась вспомнить свой последний разговор с отцом. Кажется, была среда… Он о чём-то спросил её… Она в тот момент была чем-то занята, и его вопрос застал её врасплох. Кажется, она сказала в ответ что-то грубое… Сказала или нет? Может быть, только подумала? Казалось очень важным вспомнить сейчас – сказала или нет?

Вдруг возле уха раздался суетливый голос бабушки:

– Лианочка, пора, пойдём, священник ждёт.

Тёплая, сухая рука. Прикосновение выдернуло её из размышлений. Оглядевшись, Лиана с удивлением заметила, как много людей пришло попрощаться с её отцом. Папа был очень общительным человеком, но чтоб настолько… «Как же мы все там поместимся?» – рассеянно подумала она, шагая следом за бабушкой в маленькую церковь.

В церкви было душно и тесно. Люди столпились вокруг гроба, в котором лежало то, что когда-то было её отцом. Дыхание перехватило от ударившего в нос запаха ладана. Стараясь не поднимать глаз от деревянного пола, Лиана начала считать.

Раз, два… Шаг, шаг… В руку кто-то суёт восковую зажжённую свечку.

Три, четыре… Она прячется за множество спин. Кто-то пропускает её вперёд, ближе к центру.

Пять… С паперти доносятся громкие рыдания: мама что-то кричит, отказываясь входить в церковь, но её, обмякшую, вводят внутрь под руки. К ладану добавляется запах корвалола.

Не надо смотреть, нужно просто продолжать считать.

Раз, два… Священник начинает обряд отпевания, размахивая кадилом туда-сюда, и что-то заунывно говорит. Даже как будто поёт.

Три, четыре… Глаза на мокром месте, но она задерживает дыхание, пряча эмоции где-то глубоко в себе. В носу саднит. Никаких слёз. Мама так страдает, нужно быть сильной для неё.

Священник заканчивает службу и говорит, ни на кого не глядя, что можно подойти к усопшему для прощания. Её толкают вперёд. Она видит, как другие люди подходят к гробу, наклоняются и целуют её отца в лоб. На секунду девочка поднимает взгляд. Холод пронзает тело, дыхание перехватывает, будто она тонет. Лиана больше не может сдерживать слёз, и слёзы бегут по щекам, падают на руки. Свечка шипит.