Kitobni o'qish: «Лила через ИИ»

ВВЕДЕНИЕ

Почему я решила написать эту книгу

Сегодня «Лилу» можно пройти с помощью искусственного интеллекта. Человек формулирует запрос, передаёт нейросети правила и значения клеток, а затем получает вопросы и пояснения по ходу игры. Это доступный формат, который вызывает закономерный интерес. Но насколько он похож на игру с профессиональным ведущим? И какие ожидания от такого общения окажутся оправданными?

Мой профессиональный опыт в психологии и работе с трансформационными играми научил меня внимательно относиться к запросу каждого участника. Мне хорошо известно, насколько разными бывают эти запросы. Кто-то хочет лучше понять собственные желания или посмотреть на привычную ситуацию с другой стороны. Кто-то приходит после тяжёлого конфликта или переживает период, когда разобраться в происходящем самостоятельно особенно трудно. За одинаково короткими вопросами могут стоять совершенно разные обстоятельства. Для меня принципиально, чтобы игра давала человеку возможность самостоятельно исследовать свою ситуацию, а ведущий не навязывал ему собственных объяснений и выводов. Именно поэтому я считаю важным понимать, кто сопровождает человека во время игры и на что способен выбранный инструмент.

Чтобы посмотреть на возможности такого формата в реальной практике, я по собственной инициативе провела небольшой эксперимент с участием 30 человек. Участники дали согласие добровольно, поскольку им самим было интересно попробовать «Лилу» с искусственным интеллектом. Результаты этого эксперимента нигде не публиковались. Я рассматриваю его как собственный практический опыт, без претензии на статус научного исследования.

Искусственный интеллект во многом полезен. Он быстро работает с информацией, помогает упорядочить мысли, предлагает дополнительные вопросы и варианты объяснений. Если человек умеет проверять услышанное и самостоятельно оценивать свою ситуацию, разговор с нейросетью может дать ему новую идею или подсказать, что стоит обдумать подробнее. Для профессионального ведущего ИИ тоже может стать помощником в подготовке и организации работы.

Но интерпретация клетки ещё не равна профессиональному сопровождению. Нейросеть располагает лишь теми сведениями о человеке, которые ей предоставили или сделали доступными. Она может не заметить важное противоречие, принять предположение за факт или слишком уверенно объяснить чужое поведение. Квалифицированный ведущий тоже не застрахован от ошибок, однако обязан проверять свои выводы, учитывать состояние участника и понимать границы собственной компетенции.

При этом важно различать саму игру и психологическую помощь. «Лила» может стать способом исследования личного запроса, помочь человеку поразмышлять над своими обстоятельствами и увидеть новые возможности. Но даже при участии опытного ведущего она не становится автоматически психотерапией. Психологическая помощь предполагает профессиональную работу с переживаниями и состоянием человека, выбор подходящих методов и ответственность специалиста за соблюдение профессиональных границ. Если человек испытывает выраженное психологическое неблагополучие, игра не должна подменять обращение за квалифицированной помощью.

Самостоятельная «Лила» с искусственным интеллектом может быть полезной, если человек понимает возможности и ограничения такого формата. Для обычного жизненного вопроса она может оказаться интересным способом рефлексии. В то же время человек, рассчитывающий на глубокую работу со сложными переживаниями, рискует получить совсем другой опыт: убедительный текст вместо внимательного исследования его ситуации. Возможность критически относиться к ответам важна, но даже большой опыт самонаблюдения не даёт полной защиты от ошибок.

Основания для осторожности есть в научных исследованиях. Эксперименты, опубликованные в журнале Science в 2026 году, показали, что чрезмерно соглашавшиеся ответы ИИ способны влиять на оценку человеком межличностного конфликта [1]. Российские специалисты Научного центра психического здоровья также исследовали возможности и ограничения ChatGPT в психологическом консультировании [2]. Американская психологическая ассоциация рекомендует не использовать универсальные чат-боты вместо квалифицированной психологической помощи [3]. Подробнее мы разберём научные данные в отдельной части книги, не смешивая подтверждённые результаты с предположениями.

Мне хочется дать читателю ясное представление о том, чего можно ожидать от игры с нейросетью. Я понимаю, почему люди выбирают такой формат. Одни хотят сэкономить на услугах ведущего, другим любопытно самостоятельно попробовать игру, о которой так много говорят, третьи уверены, что искусственный интеллект вполне справится с её проведением. И в этом выборе нет ничего предосудительного. Но важно заранее понимать, какие возможности предоставляет нейросеть, где возникают ограничения и почему полученным ответам не всегда можно доверять. «Лила» станет основным примером, на котором мы рассмотрим эти особенности, поскольку многие из них актуальны и для других трансформационных игр. Книга будет полезна также профессиональным ведущим, которым интересно использовать новые технологии в своей работе. Здесь будут практические инструкции, примеры игровых разговоров и способы распознавания ответов, требующих проверки.

Мне хочется, чтобы каждый читатель мог самостоятельно оценить возможности искусственного интеллекта и осознанно решить, подходит ли ему такой формат игры. Если после игры у вас появится полезный вопрос, новая мысль или более ясное представление о собственном выборе, это уже имеет ценность. Важно сохранить право сомневаться, не соглашаться с предложенной трактовкой и принимать решения на основании реальных обстоятельств своей жизни.

Научные источники

[1] Cheng M. et al. (2026). Sycophantic AI decreases prosocial intentions and promotes dependence. Science. DOI: https://doi.org/10.1126/science.aec8352

[2] Бойко О. М., Медведева Т. И., Воронцова О. Ю., Ениколопов С. Н. (2025). «ChatGPT в психотерапии и психологическом консультировании: обсуждение возможностей и ограничений». Новые психологические исследования, № 1, с. 26–55. DOI: https://doi.org/10.51217/npsyresearch_2025_05_01_02

[3] American Psychological Association (2025). Health Advisory: Use of Generative AI Chatbots and Wellness Applications for Mental Health. https://www.apa.org/topics/artificial-intelligence-machine-learning/health-advisory-chatbots-wellness-apps

ЧАСТЬ I. ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ И «ЛИЛА»

ГЛАВА 1. ЧТО ИИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО УМЕЕТ И ПОЧЕМУ ЕГО ОТВЕТЫ КАЖУТСЯ УБЕДИТЕЛЬНЫМИ

Когда человек впервые начинает разговаривать с нейросетью, его часто удивляет, насколько естественно складывается беседа. Программа отвечает на вопросы, учитывает часть предыдущего разговора, уточняет детали и иногда предлагает мысль, которую хочется обдумать. Возникает ощущение, что собеседник понимает происходящее. В игре «Лила», где участник обращается к личным вопросам, такое впечатление особенно важно оценивать трезво.

Чтобы пользоваться ИИ осознанно, достаточно разобраться в нескольких принципах его работы. Нам важно понять, откуда появляется ответ, почему он звучит убедительно и в каких случаях нуждается в проверке.

Как нейросеть составляет ответ

Современные диалоговые нейросети обучаются на больших объёмах текстов и других материалов. Во время обучения они находят закономерности языка, связи между понятиями, распространённые способы объяснять события и отвечать на вопросы. Затем программу дополнительно настраивают, чтобы она лучше понимала инструкции и могла вести последовательный разговор [1].

Если объяснить совсем просто, нейросеть продолжает полученный текст, учитывая вопрос и доступную ей часть предыдущей беседы. За внешней простотой этого принципа стоят сложные вычисления. Для читателя важен результат: ИИ умеет составлять связные объяснения, сравнивать идеи, пересказывать документы и формулировать вопросы. При этом сам по себе связный ответ ещё ничего не говорит о том, проверены ли содержащиеся в нём факты.

Информация для ответа может поступать из разных мест. Часть сведений связана с материалами, на которых обучалась модель. Другую часть сообщает пользователь. Некоторые сервисы позволяют дополнительно искать сведения в интернете или обращаться к загруженным документам. Поэтому ответы разных нейросетей могут отличаться. Даже одна программа меняет объяснение, когда получает новые сведения.

Для «Лилы» это имеет практическое значение. Существуют разные описания клеток и правил. Если не предоставить выбранный источник, нейросеть может использовать знакомую ей версию или смешать несколько трактовок. Уверенный тон в таком случае не поможет определить, соответствует ли объяснение вашей игре. Этому вопросу мы уделим отдельное внимание в главе о подготовке ИИ.

Откуда берётся ощущение понимания

В общении мы привыкли обращать внимание на то, насколько собеседник последователен, внимателен к нашим словам и умеет подобрать подходящее объяснение. Нейросеть хорошо воспроизводит эти признаки. Она может возвращаться к деталям разговора, писать спокойным тоном и предлагать формулировки, которые кажутся точными.

Представим, что участник игры рассказывает о сложном решении. Нейросеть отвечает: «Похоже, вы давно сомневаетесь и боитесь ошибиться». Такая фраза может откликнуться человеку. Возможно, он действительно испытывает сомнения. Однако программа сделала предположение на основании короткого сообщения. Она не знает всей истории и не может установить причину переживаний по одному ответу.

Удачно подобранные слова иногда создают ощущение точности раньше, чем человек успевает проверить их содержание. Особенно привлекательным бывает ответ, который совпадает с уже сложившимся мнением. Исследование, опубликованное в журнале Science в 2026 году, показало, что некоторые модели склонны чрезмерно соглашаться с пользователем. В экспериментах такие ответы влияли на оценку участниками межличностных конфликтов [2].

Поэтому в разговоре полезно различать подтверждённые факты, описание событий со слов участника и предположения нейросети. Они могут оказаться в одном абзаце, хотя доверять им в одинаковой степени нельзя. Самостоятельный игрок вправе не согласиться с объяснением, даже если оно звучит красиво и убедительно.

Почему возникают ошибки

Нейросеть может неправильно назвать автора книги, перепутать правило, привести несуществующую цитату или дополнить рассказ подробностями, которых никто не сообщал. Подобные правдоподобные ошибки часто называют «галлюцинациями» ИИ. Этот термин описывает особенности работы программы и не имеет отношения к психологическому состоянию пользователя.

Исследователи OpenAI в публикации 2025 года показали, что распространённые способы оценки языковых моделей могут поощрять попытку угадать ответ. Признание неопределённости в таких условиях часто не приносит баллов. Это одна из причин, по которым система продолжает отвечать, даже когда достоверных сведений недостаточно [3].

Ошибки бывают и менее заметными. Допустим, ИИ правильно передал основное значение клетки, затем добавил к нему объяснение жизненной ситуации участника. Первую часть можно сверить с игровым источником. Вторая требует осторожности, поскольку программа могла предложить лишь один из нескольких возможных взглядов. Такие добавления особенно трудно заметить, когда они изложены тем же уверенным языком, что и достоверный материал.

Не стоит считать, что подключённый поиск полностью устраняет ошибки. Он расширяет доступ к информации, при этом найденный материал ещё нужно правильно прочитать и истолковать. Для важных утверждений имеет значение возможность увидеть источник и самостоятельно убедиться, что он действительно подтверждает сказанное.

Какая помощь от ИИ действительно полезна

Я вижу ценность нейросети прежде всего в тех задачах, где человек сохраняет возможность оценить результат. Например, она может изложить сложный текст понятными словами, упорядочить записи после игры, сопоставить два описания или предложить несколько открытых вопросов. Для ведущего это бывает удобно при подготовке материалов. Для самостоятельного игрока такая помощь позволяет уделить больше внимания собственным размышлениям.

При работе с личным запросом полезно заранее понимать, какого результата вы ожидаете. Если нужно объяснить значение незнакомого слова в описании клетки, ИИ справится с такой задачей при наличии исходного текста. Если требуется установить реальные причины поступков другого человека, одной нейросети для достоверного ответа недостаточно. Вопросы, затрагивающие психологическое состояние, отношения и серьёзные решения, требуют более внимательной оценки обстоятельств.

В исследовании сотрудников российского Научного центра психического здоровья, опубликованном в 2025 году, рассмотрены возможности ChatGPT в психологическом консультировании. Авторы также анализировали ответы программы на запросы разной сложности и отмечали как потенциальную пользу, так и ограничения такого применения [4]. Для нашей книги особенно важен подход исследователей: оценивать возможности инструмента применительно к конкретной задаче и не принимать убедительность за показатель качества.

Прежде чем опираться на полученный ответ, полезно задать себе несколько простых вопросов. Откуда взялось это утверждение? Какие сведения его подтверждают? Могу ли я проверить объяснение по правилам игры или по событиям собственной жизни? Если ответа нет, разумно оставить предложенную мысль предположением.

Дальше мы рассмотрим, как эти особенности проявляются в разных форматах «Лилы». Самостоятельная игра, помощь профессиональному ведущему и цифровая игровая система предъявляют разные требования к нейросети. Понимание её возможностей поможет выбрать подходящий способ использования, сохраняя за человеком право на собственные выводы.

Научные источники

[1] Ouyang L. et al. (2022). Training language models to follow instructions with human feedback. https://arxiv.org/abs/2203.02155

[2] Cheng M. et al. (2026). Sycophantic AI decreases prosocial intentions and promotes dependence. Science. DOI: https://doi.org/10.1126/science.aec8352

[3] Kalai A. T., Nachum O., Vempala S. S., Zhang E. (2025). Why Language Models Hallucinate. https://arxiv.org/abs/2509.04664

[4] Бойко О. М., Медведева Т. И., Воронцова О. Ю., Ениколопов С. Н. (2025). «ChatGPT в психотерапии и психологическом консультировании: обсуждение возможностей и ограничений». Новые психологические исследования. № 1. С. 26–55. DOI: https://doi.org/10.51217/npsyresearch_2025_05_01_02