Kitobni o'qish: «Зумеры, такие зумеры»

Глава 1. ДОФИН

Арсений проснулся в три часа дня с липким ощущением, что его жизнь официально зашла в тупик.

Двадцать два года. Диплом бакалавра по направлению «Медиакоммуникации и креативные индустрии» пылился где-то под кипой пустых банок из-под матча-тоника. На банковском счете оставалось четыреста двенадцать рублей и восемьдесят копеек – ровно столько, чтобы купить один овсяный флэт-уайт и грустно поплакать над ним в сторис, запустив опрос: «Ребят, выгорание в 22 – это норма или я просто токсик?»

Его утро – если так можно назвать три часа дня – началось с ритуала: захода на HeadHunter и Telegram-каналы с вакансиями.

SMM-стратег в стартап по шерингу самокатов (оплата печеньем и опытом) – мимо. Копирайтер для бренда осознанной одежды (требуется знание санскрита и 5 лет опыта в B2B) – мимо. Контент-мейкер в крипто-проект (отклик только с видеовизиткой в стилистике Уэса Андерсона) – мимо. Сеня вздохнул и пролистал дальше.

Сеня разослал уже, кажется, миллион откликов. Составлял сопроводительные письма с правильной долей самоиронии, подгонял резюме под ключевые слова алгоритмов, делал тестовые задания, на которые уходили дни, – и в ответ получал только вежливое автоотвечалочное «Спасибо, мы сохранили ваше резюме в резерв» (что на языке работодателей означало «мы смыли его в цифровой унитаз»).

Он уже собирался заблокировать телефон и отправиться на кухню, чтобы сообразить обед из остатков гречки и надежды, как на экране всплыло уведомление из канала «Креативные вакансии / Удалёнка / Без опыта».

ВАКАНСИЯ: Старший Промпт-Сказочник (Junior++ / Middle-) Оклад: от 120 000 руб. на руки + соцпакет + компенсация психотерапевта.

Локация: Москва, очно (спецобъект).

Требования: Знание трендов TikTok/Reels, понимание ESG-повестки, владение сленгом Gen Z, умение упаковывать устаревшие смыслы в нативные форматы. Наличие навыков работы с аномальными кейсами приветствуется. Работодатель: ДОФИН (Департамент Оптимизации Фольклорного Наследия). «Мы делаем культурный код снова релевантным!»

– Сто двадцать тысяч? – переспросил Сеня вслух пустоту своей съемной студии на окраине. – Сто. Двадцать. Тысяч?

Он не знал, что такое ДОФИН. Наверняка какой-нибудь очередной грантовый фонд, выбивающий бюджеты на «омоложение патриотического контента». Но цифра с пятью нулями обладала магией, способной мгновенно исцелить любой синдром самозванца.

Сеня мгновенно сунул ноги в кроксы, надел оверсайз-худи, схватил поясную сумку и нажал кнопку «Откликнуться», прикрепив свое стандартное резюме, где в графе «О себе» гордо значилось: «Умею превращать духоту в виральный контент и фасилитировать конфликты на стыке смыслов».

Ответ пришел через четыре секунды: «Ваш оффер предварительно одобрен. Ждем на собеседование сегодня в 17:00. Вход со двора Министерства, за контейнерами для раздельного сбора мусора, металлическая дверь без вывески. Спросить Кузьму Демьяновича. Не забудьте паспортину».

«Паспортину», – мысленно скривился Сеня. – «Боже, какой дедкор. Но за сто двадцать тысяч я готов слушать этот сленг хоть весь день».

Глава 2. ЦифровизацияБессмертного

В пять вечера Арсений стоял в темном, подпахивающем сыростью переулке за главным зданием Министерства. Металлическая дверь выглядела так, будто ее не открывали со времен первого издания «Слова о полку Игореве».

Сеня постучал.

Дверь с оглушительным скрипом отворилась. За ней стоял маленький, высохший старичок в помятом пиджаке поверх косоворотки и в роговых очках, сидевших на самом кончике носа. В руках он держал пачку бумажных папок, перевязанных суровой бечевкой.

– Ты Арсений? – спросил старичок, смерив Сеню взглядом снизу вверх. – Из этих... из зумеров? Контент крутишь, промпты пишешь, прости, Господи?

– Добрый день. Да, я на позицию Промпт-Сказочника. У меня с собой портфолио, могу показать кейсы по продвижению...

– Не надо мне твоих кейсов, – махнул рукой старичок. – Я Кузьма Демьянович, советник юстиции сказочного ранга. Главное скажи: слова «засека», «посолонь» и «сусеки» тебя в когнитивный диссонанс вводят?

– Э-э... ну, это устаревший лексикон с низкой релевантностью для аудитории 18-25, – честно ответил Сеня.

– Во-во! И я о том же! – обрадовался Кузьма Демьянович, хватая Сеню за рукав худи и увлекая в темный коридор. – Не «коншумит» молодёжь наш продукт! Скачивают эти свои аниме, играют в доты, а Кощея с Ягой за токсичных дедов считают. Нам нужен ребрендинг. Чтобы с оффером, кастдевом и без этого... как его... эйблизма. Пойдём, покажу твой первый кейс.

Коридор уходил глубоко под землю. Лампы дневного света мигали, а вдоль стен вместо офисных кабинетов тянулись тяжелые дубовые двери с табличками: «Отдел деконструкции ступы», «Сектор реструктуризации щучьих велений», «Группа контроля за экологией Лукоморья».

Кузьма Демьянович толкнул дверь с табличкой «Кабинет 104. Приемная VIP-сущностей».

– Знакомься, Сеня. Твой первый клиент.

На кожаном диване, закинув ногу на ногу, сидел очень тощий мужчина в безупречном костюме-тройке от Brioni. Лицо его обладало благородной, хотя и несколько пергаментной бледностью, а пальцы с безупречным маникюром нервно выстукивали по подлокотнику ритм лезгинки.

– Это Кощей Константинович, – представил его Кузьма Демьянович.

– Проблема – полная потеря целевой аудитории и стремительное падение охватов. Я никому не страшен, – глухо сказал Кощей. Голос его звучал так, будто кто-то пересыпал сухие горошины в медном тазу.

– Раньше бывало: проедешь на вороном коне, свистнешь, девку умыкнешь – полцарства в трепете! А вчера прилетаю в Свиблово. Выхожу в сафьяновых сапогах. Стоит целевая аудитория. Лет четырнадцати. Смотрят в свои дощечки с огнями. Я им: «Я – Кощей, царь тьмы, погублю ваш род!». А они мне: «Дядь, у тебя скин оверпрайс или это дефолтный кринж? И почему от тебя пахнет нафталином, это эстетика дедкора?». Они меня на видео сняли, Сеня! Подложили музыку с басами и подписали: «Когда дед забыл принять таблетки».

Кощей закрыл лицо узкими костлявыми ладонями.

Арсений замер. Мозг, воспитанный на тысяче маркетинговых разборов, мгновенно включился. Забыв о страхе перед жутковатым видом клиента, Сеня поправил очки, вытащил планшет и сделал первую пометку стилусом.

– Окей, Кощей Константинович. Давайте забрифуемся и разберем ваш продуктовый оффер. В чем ваша ключевая ценность для рынка?

– Я Бессмертный! – гордо выпрямился Кощей.

– Отлично. Уникальное торговое предложение есть. А как реализована защита вашего главного актива?

– Как и по ГОСТу четырнадцатого века! – Кощей подался вперед, в его глазах вспыхнули зеленые огоньки. – В море-окияне, на острове Буяне стоит дуб. Под дубом сундук. В сундуке заяц, в зайце утка, в утке яйцо, в яйце игла. На конце иглы – моя смерть.

Сеня вздохнул, медленно прижал ладонь к лицу и качнул головой.

– Вы серьёзно? Это же абсолютно неэкологично и логистически кошмарно! Вы считали углеродный след этой цепочки? Заяц, утка, транспортные расходы до Буяна! К тому же, это абсолютная неликвидность. Если Иван-Царевич – а он, поверьте, придет с металлоискателем и георадаром – найдет дуб, ваш актив уничтожается в один клик. Нам нужна миграция в «облако».

– В какое еще облако? – нахмурился Кощей. – Тучу, что ли, ловить?

– Цифровизация, Кощей Константинович. Мы перенесем вашу Смерть из физического объекта в распределенный реестр. Мы выпустим NFT-токен вашей Жизнедеятельности. Или проще: упакуем вашу Смерть в двуфакторную аутентификацию. Чтобы вас уничтожить, Иван должен будет не дуб пилить, а ввести шестизначный код из SMS, который придет на ваш старый кнопочный «Нокиа», лежащий в сейфе у Кузьмы Демьяновича.

Кощей замер. Его узкие, бескровные губы медленно тронула улыбка, от которой в углу кабинета мгновенно завял фикус.

– Код из SMS?.. Без утки? Без затрат на кормление зайца?

– Именно. А для аудитории мы запустим прогрев. Вы больше не «злобный дед из пещеры». Вы – архетипичный амбассадор долголетия и осознанного накопления ресурсов. Сокращенно – финтех-магнат.

– Сеня... – шепотом сказал Кузьма Демьянович, крестясь под столом. – А это законно?

– Это не просто законно, Кузьма Демьянович. Это масштабируемо.

Спустя три часа Кощею зарегистрировали аккаунт в Telegram, настроили аутентификацию через биометрию и провели первый ребрендинговый стрим. Кощей, сидя в эргономичном кресле, вещал на аудиторию в две тысячи человек о том, как правильно инвестировать золото в условиях Древнерусского дефолта и почему выгорание – это следствие неправильного дыхания при чародействе.

Всё шло идеально, пока в чате стрима не появился пользователь с ником @Ivan_Pro_007.

@Ivan_Pro_007: «Кощей, ты токсик. Выходи на честный бой на Калинов мост, разберемся по-мужски!»

Кощей победно ухмыльнулся, посмотрел на Арсения и набрал в ответ:

@Koschei_Official: «Сударь, Калинов мост – это неэкологично и нарушает правила благоустройства. Если у вас есть ко мне претензии, оформляйте тикет через техподдержку. Ссылка в описании профиля».

– Работает! – хохотнул Кощей, потирая костлявые руки. – Не придет! Не прорвется через капчу! Там надо выбрать картинки с гидрами!

Но через минуту телефон Кощея задрожал. На экране вспыхнуло уведомление: «Ваша Смерть заблокирована за подозрительную активность. Для разблокировки перейдите по ссылке: [http://иван-царевич-скам.ru/pobeda](http://иван-царевич-скам.ru/pobeda)».

Кощей, привыкший за тысячу лет к простым и понятным мечам из кладенца, машинально тыкнул пальцем в экран.