Kitobni o'qish: «Городская в деревне, или Как перестать бояться букашек»
Городская в деревне, или Как перестать бояться букашек
Мне было лет двенадцать, когда родители решили, что лето в деревне пойдёт их ребёнку на пользу. Мои аргументы против этой затеи в расчёт приняты не были. Подумаешь – рука в гипсе, подумаешь – день рождения на носу. На свежем воздухе и овощах с огорода перелом быстрее заживёт, а праздник пройдёт в необычной обстановке – сплошной позитив! В те времена дети с родителями не спорили, поэтому мне оставалось только собирать вещи и надеяться на лучшее.
Строго говоря, место, куда меня отправляли, не было настоящей деревней. Это был, да и сейчас остаётся, небольшой городок на Транссибе, население которого по большей части живёт в частных домах, преимущественно деревянных. У всех на участках есть огороды, теплицы, бани, гаражи и даже птичники иногда. Вода из колодца, по улицам дважды в день курсируют коровы, один магазин типа сельпо на всю округу – чем не деревня?! Особенно для меня – жителя сугубо городского, родившегося и выросшего в асфальтобетонных джунглях.
В гости меня ждали наши ближайшие родственники – семья родного брата моей мамы, у которого, по счастью, было трое детей, близких мне по возрасту. Я очень боялась, что мы с ними не поладим – уж больно разные у нас были интересы и образ жизни, – но всё сложилось как нельзя лучше. За два месяца моего пребывания в их компании мы друг друга многому научили и от души повеселились. Ситуации, разумеется, у меня там случались всякие, в том числе и неприятные, но запомнилось, конечно, только хорошее. Да и полученный опыт я бы ни на что не променяла.
Например, я всегда боялась гусей. Просто панически. Собак с их зубами так не боялась, как этих заносчивых птиц. Они ни с того ни с сего могут побежать на тебя, вытянув шею, раскрыв крылья, угрожая ущипнуть огромным твёрдым клювом. И их совсем не пугают размеры человека, по сравнению с собственными: бегут на тебя на всех парах, шипят, пугают! Поначалу я пряталась за спины сестёр и брата всякий раз, когда гуси оказывались в моём поле зрения. Такое случалось довольно часто, потому что этих крупных птиц как раз держали соседи моих родственников. Но в какой-то момент я устала бояться и начала воспитывать в себе чувство уверенности и превосходства над пернатыми. Уж не знаю, это ли помогло или я просто везучая, но за то лето ни один гусь меня не ущипнул.
Надо сказать, что не только представители фауны наводили на меня страх то рогами, то жалами, то копытами. Со многими видами растений мне также пришлось налаживать отношения, как говорится, с нуля. Ни обжигающей крапивы, ни шипастого крыжовника, ни обычных помидоров, листья которых, оказывается, ядовиты, в моём родном городке не росло. По крайней мере, в шаговой для детей доступности. Редкая растительность нашего северного края ограничивалась по большей части соснами, берёзами, травой и какими-то безобидными кустами. Так мне казалось в детстве. Много позже я узнала, что одних только видов хвойных деревьев у нас насчитывалось больше десятка, а об огромном количестве грибов, мхов и диких ягод и говорить не приходится.
Культурные растения, из плодов которых варят вкусное варенье, в реальности оказались совсем не такими милыми, как на картинках в детских книжках. Чтобы полакомиться спелой малиной или сочным крыжовником и не ободрать руки об острые шипы, нужно было сильно постараться. Помню, повезли нас всех собирать ежевику на какой-то удалённый от города участок одной бабушки, которой нужна была помощь. Вот, думаю, здорово – быстренько соберём урожай, заодно наедимся вдоволь, а потом и поиграть успеем – дача, как нам сказали, была довольно большой. Но не тут-то было. Жара стояла совсем не сибирская: на солнце под сорок градусов. Кусты оказались большими и невероятно колючими, а ягоды на них было столько, что и за весь день не собрать. Я устала, по локоть исколола руки до крови, а вкус свежей ежевики мне не понравился. То ли дело варенье!
Больше всего на участке я любила клубнику и молодой зелёный горошек. Ради того, чтобы ими полакомиться мне пришлось подружиться со многими обитателями огорода. Я научилась не убегать от ос, по-хозяйски кружащих вокруг нужных мне растений. Панический страх со временем сменился осознанием того, что им интересны одни только цветочки. Листья же были любимым местом обитания всяких разных гусениц. Поначалу мне казалось, что привыкнуть к ним просто невозможно: большие и маленькие, мохнатые и гладкие, они то и дело попадались под руку. Врождённая брезгливость долго не давали мне спокойно относиться к этим насекомым. Однако я справилась. Больше того, использовала этот опыт в дальнейшем для примирения с ещё более грозными обитателями плодородного огорода – пауками и двухвостками. Безвредные, но очень неприятные соседи практически любого человека, живущего в деревянном доме, эти два представителя членистоногих по сей день вызывают у меня весьма негативные эмоции.
Мои сёстры с братом сначала посмеивались надо мной, думали, что я капризничаю, откровенно удивлялись пробелам в моих знаниях о насекомых. Да и не только о насекомых. Я много чего не знала и не умела. Например, однажды мой дядя велел нам с сестрой сварить суп с фрикадельками, потому что хозяйка дома была на дежурстве и приготовить обед не успевала. Когда родственники выяснили, что я понятия не имею, как это делается, они принялись за моё обучение. Мы с сестрой почти ровесницы, но, в отличие от меня, она знала рецепты всех основных блюд для семейного стола. Став моей наставницей в кулинарном искусстве, она рассказала, как варить бульон и что делать, чтобы мясные шарики в нём не разваливались. А ещё она объяснила, что совсем не обязательно снимать с картошки как можно более тонкую шкурку. В хозяйстве всё сгодится, в том числе мясистые картофельные очистки, которые, в слегка отваренном виде, очень любят курочки.
Кстати, да, семья моего дяди держала кур. Их я тоже поначалу боялась, но потом даже научилась брать птичек в руки. Оказалось, что наощупь они совсем не такие плотные и мясистые, как кажутся. Подхватив одну пеструшку, чтобы перенести её в вольер для выгула, я почувствовала под пальцами очень хрупкое и трепетное тельце, которое терпеливо, но беспокойно ожидало, когда же его отпустят. Курочка смешно крутила головой и всё пыталась рассмотреть меня получше. Для городского жителя такое развлечение всё равно, что аттракцион в парке.
Ещё одним неожиданно весёлым для меня развлечением оказалась стрельба из деревянных самодельных пистолетов. Почему неожиданно? Потому что все мои игрушки дома были из пластмассы и абсолютно безопасными, а эта штука стреляла настоящими металлическими гвоздиками, загнутыми, как бумеранг. В мом мире такая игрушка ни за что не прошла бы контроль безопасности, даже 12+, а здесь сами взрослые не только разрешали её мастерить, но и подсказывали, как лучше загнуть и где подшлифовать, чтобы точнее попадать в цель. Как-то само собой подразумевалось, что все дети знают правила обращения с вещью, способной причинить вред здоровью. Позже я поняла, что раз уж в деревне всем, кто старше шести, доверяют лопаты, грабли и домкраты, значит, и вонзающие в забор гвозди-игрушки им по плечу. Логично, но я не переставала удивляться тому, что никто не пострадал.
На самом деле травмы, конечно, бывали и здесь самое время объяснить, почему моя рука была в гипсе. Признаюсь, особой ловкостью я не отличалась. Это сейчас регулярные походы в спортзал и необходимость жонглировать на кухне ножами и горячими сковородками добавляют гибкости и сноровки. В детстве же физкультура и всё, что с ней связано, были для меня настоящей болью. В случае с рукой – в прямом смысле слова.
В самом начале лета, гуляя с ребятами в нашем городском дворе, я бесстрашно полезла на железную А-образную конструкцию для выбивания ковров. Чем она была лучше стоящих по соседству детских качелей и горок, непонятно, однако манила она нас непреодолимо. Я двигалась осторожно, но толстые круглые трубы, из которых была сварена эта штука, не простили мне одного неверного шага. Соскользнув с верхней перекладины, я приземлилась на землю, попутно ударившись правой рукой о нижнюю трубу. Пока я рыдала и приходила в себя, кто-то из детей – свидетелей происшествия – сбегал и привёл мою маму. Она отвела меня домой и позвонила в больницу, чтобы узнать, что надо делать.
За мной почему-то прислали скорую помощь и добрый доктор, наконец, смог унять мой плачь, сказав, что мы поедем в больницу на новеньком «Форде». Эта мысль так активно заняла мой мозг, что я перестала лить слёзы и просто ждала, когда же мы уже спустимся вниз. Автомобиль скорой помощи, который ждал меня у подъезда, действительно был прекрасным. Новенький и чистенький, он совсем не пугал меня своим красным крестом на борту и тревожными проблесковыми маячками. Наоборот, хотелось скорее прокатиться на нём. Меня провожал весь двор как героиню с почётной травмой. Боль от перелома отошла на второй план.
В травмпункте мне наложили гипс и велели носить его примерно месяц. Так я и поехала в свой первый деревенский отпуск. Левой рукой я довольно быстро научилась не только есть и писать, но даже наигрывать на пианино пару простых мелодий. Это тоже была заслуга моей двоюродной сестры. Она умеет играть на фортепиано, гитаре и домре. Все дети их семьи очень музыкальные и играют на нескольких инструментах. Рядом с ними я, бывало, чувствовала себя настоящей бездарностью, что, однако, не мешало мне очень ими гордиться.
Желая не отставать от сестёр хотя бы в уличных играх, я однажды решилась на беспрецедентный для себя манёвр – полезла на деревянный забор. В голове крутилось: «Что я делаю?! Зачем?! С другой стороны, не с моста же прыгаю, в конце концов. Высота всего метра полтора, подумаешь, ещё что-нибудь загипсуют! Мне здесь ещё больше месяца отдыхать, заживёт». Цель была достигнута – я оказалась за пределами участка быстрее соперников, однако ценой победы стала огромная ссадина на ноге, которая позже превратилась в разноцветный синяк. В тот день фраза из фильма про Айболита «нормальные герои всегда идут в обход» обрела для меня новый смысл.
Не совру, если скажу, что после того лета я на многие вещи стала смотреть иначе. Сравнивая жизнь моих родственников со своей собственной, я переосмыслила всё, чем обладала и о чём никогда не задумывалась. Казавшиеся элементарными бытовые удобства городской квартиры теперь представлялись мне куда более ценными. Уверенность в одних умениях померкла – шила или плела косички я намного хуже сестёр. А в других, наоборот, усилилась – общаться с людьми и учиться чему-то новому у меня получалось на отлично.
В конце концов, время, которое поначалу тянулось медленно, как загустевший мёд, пролетело незаметно. Я забыла, как скучала первые дни по дому, как боялась коров, как не могла уснуть под стрёкот сверчков. Когда за мной приехали родители с братом, мы подолгу засиживались всей большой семьёй за вечерним чаем. Истории, накопившиеся в течение лета, всё никак не заканчивались, и мы не могли наговориться. Тётя кормила нас вкусными булочками, дядя искромётно шутил, их дети пели под аккомпанемент своих инструментов, а нам оставалось просто наслаждаться моментом. Перед самым отъездом мы торжественно утопили отслуживший своё гипс в купели для гусей, ознаменовав тем самым моё полное выздоровление.
Вспоминая то жаркое сибирское лето, не могу понять только одно: как мы обходились без солнцезащитного крема и интернета? Сегодня, не прихватив с собой подходящий лосьон от солнца и телефон с 4G, человек обязательно потеряется и обгорит. Волшебные они всё-таки, эти детские годы!
